Типология побед по Малеку Синнеру (гет)

В «Астрее» был обычный день: Микаэль работал в своём кабинете, Кассиэль где-то отсутствовал, Давид разрабатывал линию защиты клиента в гостиной, а Рафаил улетел с Сомнусом и Фурием. Одри, чтобы никому не мешать, сидела в саду и читала новый выпуск профессионального журнала. У её ног свернулся Бруно, и она периодически поглаживала его по голове.

— Одри, тебе доставка, — услышала она голос Давида.

Заинтересовавшись, Одри отложила журнал на скамейку, успокоила заволновавшегося из-за её ухода Бруно и поспешила в дом. Давид, преграждавший проход курьеру с огромной коробкой в руках, помахал ей из коридора.

— Ты что-то заказывала, ведьмочка?

Одри пожала плечами и с любопытством попыталась заглянуть в коробку, но сквозь упаковку ничего не увидела.

— Кажется, нет.

— Это не наш заказ, можете увозить обратно, — с пренебрежением махнул рукой Давид, и курьер недовольно скривился и поставил коробку на крыльцо.

— Это доставка из цветочного магазина. Для Одри, — он махнул рукой на коробку и перевернул пару листов на планшете с зажимом. — Такую красавицу нельзя без цветов оставлять. И кто-то это знает, — заметил он довольно язвительно и посмотрел на Давида. Тот в ответ лишь фыркнул.

— А кто заказчик? — спросила Одри, склонив голову набок.

— Здесь не указано, но к букету приложена записка, наверное, будет понятно, — парень пожал плечами и уточнил: — Будете забирать?

— Да, — кивнула Одри и протянула руку за планшетом и ручкой, чтобы подписать накладную.

— Одри, может, не будем брать что-то неизвестное неизвестно от кого? Тем более сейчас, — попытался взразумить её Давид, но она лишь улыбнулась:

— Это просто цветы, Давид. Ты бы знал, будь там что-то другое. — Он согласно кивнул, подумав, и Одри хмыкнула: — Ну и будем честными: от тебя я цветов не получала, чтобы ты мог решать, брать мне цветы от другого мужчины или нет.

Давид недовольно нахмурился, но промолчал, крыть было нечем. Подписав документы, она шире открыла входную дверь и спросила:

— Сможете занести коробку на второй этаж?

Курьер кивнул и тут же подхватил, видимо, довольно тяжёлый букет. Одри проводила его к своей спальне и попросила поставить цветы посреди комнаты. Поблагодарив, она предложила ему чаевые, но парень отказался:

— Чаевые включены в оплату заказа, мне ничего не нужно. Спасибо, что приняли цветы!

Давид, поднявшийся следом за ними, замер у своей спальни, глядя на Одри. Она улыбнулась ему и скрылась за дверью комнаты. Любопытство изводило её и жгло, хотелось поскорее увидеть подарок.

Оставшись одна, Одри аккуратно развязала бант на коробке, и стенки опустились на пол, складываясь и являя перед ней огромную корзину с нежными бледно-розовыми пионами сорта «Сара Бернар». Её любимые цветы, прекрасные, величественные и нежные, почти иллюзорные. Она прикрыла рот рукой и несколько минут просто любовалась букетом. Затем, опустившись на колени рядом с корзиной, Одри поискала среди цветов и нашла небольшую открытку, подписанную красивым витиеватым почерком:

«Надеюсь, я угадал с цветами. Ты похожа на них, такая же уязвимая и роскошная.

Пока не узнал ничего нового по запросу Микаэля, не могу придумать причину для визита в «Астрею». Может, встретимся без причины?

У меня есть приглашение на сегодняшний аукцион винтажных украшений и желание подарить тебе что-то красивое. Будешь моей «+1»? Я заеду в 19.00».

Подписи не было, но она и не требовалась. Одри улыбнулась и закусила нижнюю губу, раздумывая над ответом. Затем взяла телефон и в пару касаний набрала нужный номер. Несколько секунд шли гудки, а затем тихий бархатный голос ответил:

— Одри, какой сюрприз!

— Ты угадал. Спасибо за букет!

Раздался низкий смешок, и Одри почти физически ощутила его присутствие в своей комнате. Представила, как он стоял бы рядом с ней, просто криво улыбался, а у неё бы перехватывало дыхание.

— Я очень надеялся на это, моя дорогая. Ты соблаговолишь составить мне компанию вечером?

— Я не знаю, смогу ли. Нужно уточнить у Микаэля. У меня ненормированный рабочий день.

— Ты свободна сегодня вечером, Одри. Я уже отпросил тебя. Осталось только получить твоё согласие.

Она усмехнулась и легла на ковёр рядом с корзиной. От цветов исходил невероятный аромат. Одри зажмурилась и облизнулась.

— Я буду готова к семи.

— Хорошая девочка, — она буквально видела его ухмылку. Простейший флирт, а у нее внезапно вспыхнули щёки, и от лица вниз пошёл жар. Обычные слова, но они казались сложной прелюдией, сводившей с ума.

— Что мне надеть?

Малек громко выдохнул в трубку, и Одри отчётливо услышала в этом выдохе его мысль об отсутствии на ней любого наряда, а затем он всё же ответил вслух:

— Дресс-кода нет, но я прошу тебя надеть что-то соблазнительное. Хочу весь вечер сгорать от желания.

Одри прикусила губу и положила ладонь на живот, словно так могла унять собственное желание, завязывавшееся узлом чуть ниже.

— Это я тебе гарантирую, — выдохнула она. И Малек, быстро попрощавшись до вечера, отключился, словно сбежал с поля боя.

Запах пионов сводил с ума, в голове ещё звучал длинный тяжёлый выдох Малека. Он будто находился с ней в одной комнате.

Дело было совсем не в букете. Ей было достаточно лет, чтобы её не мог настолько впечатлить сам факт того, что ей подарили цветы, пусть и такие шикарные и в диком количестве. Её впечатляло, что этот жест, до ужаса примитивный и даже романтичный, исходил от Малека Синнера. И это путало карты и немного пугало. А ещё дико возбуждало. С заигрываниями и похотью Малека можно было шутить и хитрить, соблазнять в ответ и смеяться над их общими попытками победить. Но что делать с ухаживаниями Малека — это был вопрос посложнее.

Одри зажмурилась, пытаясь обуздать свои желания. Внизу живота тянуло и ныло напряжение, и выход для него был только один. Всего несколько движений, и она могла бы перейти черту, но это было бы слишком просто для них обоих. Она не хотела быть одна в этот момент, она желала видеть его глаза.

* * *

Спустя несколько часов она спустилась в гостиную, полностью готовая к вечеру и его последствиям. Микаэль и Давид, собравшиеся в комнате для обсуждения новых указаний начальства, с восхищением воззрились на неё. Атласное красное платье облегало фигуру как вторая кожа, высокая причёска открывала длиную изящную шею, алая помада на губах и идеальные стрелки не позволяли отвести взгляд от лица.

— Ничего себе! Потушите меня, — воскликнул Давид, в один миг оказываясь подле неё и протягивая руку, чтобы тут же подхватить её ладонь и поцеловать пальцы. — Ведьмочка, ты восхитительна! Куда собралась? У нас тайное задание?

Микаэль тяжело вздохнул и осадил его:

— У Одри сегодня свободный вечер, и она обойдётся без твоей компании — её споровождающим будет Малек. Одри, прекрасный образ, как и всегда, — он кивнул ей и окинул наряд по-мужски оценивающим взглядом. Она довольно улыбнулась и благодарно кивнула.

Давид вскинул брови и посмотрел на Одри как-то слишком серьёзно и задумчиво:

— Ты идёшь на свидание? Букет был от Малека? — Одри нехотя кивнула, отчего-то чувствуя себя немного неловко, словно она каким-то образом обманула его доверие, хотя между ними не было совершенно ничего, из-за чего она действительно могла бы сейчас чувствовать вину.

В это же мгновение раздался звонок в дверь. Она встрепенулась и, подхватив подол платья, грациозно направилась в холл. Обогнав её в коридоре, Давид открыл дверь и окинул их информатора цепким взглядом.

— Добрый вечер, господа, — Малек с широкой улыбкой кивнул Давиду, будто не замечая его недовольного взгляда, и неслышно вставшему за спиной Одри Микаэлю. Те ответили ему молчаливыми кивками. — И моя бесценная дама! Моё восхищение, Одри, я сражён твоей красотой!

Она улыбнулась и шагнула к нему, осторожно переступая через порог. Малек тут же подал ей руку и помог спуститься по лестнице, прижавшись к ней слишком близко. Обернувшись, Одри махнула мужчинам, смотревшим ей вслед. Малек тоже на миг обернулся и окатил их взглядом, полным превосходства.

— Не беспокойтесь, я не спущу с Одри глаз и не выпущу её из своих рук, — в его голосе звучала дьявольская насмешка. На плечо Давида легла уверенная рука Микаэля, и они оба исчезли за закрытой дверью агентства.

Малек, тут же забыв о них, остановился перед машиной и прижал Одри спиной к дверце. Его руки скользнули на её талию, и он откровенно облизнулся, глядя на её губы.

— Я угадала с нарядом? Всё, как ты хотел?

— О да… — Малек наклонился и на пару секунд уткнулся носом в местечко за ухом, глубоко вдыхая аромат девичьих духов. По шее побежали мурашки, и она на миг прикрыла глаза, наслаждаясь его близостью. — Ты выглядишь как адский соблазн, Одри, — его голос был слишком хриплым для простого заигрывания.

Чувствуя жар его тела, вжимавшего её в холодное стекло и металл автомобиля, она положила руки ему на плечи и, играючи, будто случайно, провела ноготками по шее, прямо над воротником рубашки. Мгновенно напрягшиеся мышцы Малека были ей наградой. Ощущая его потребность в ней, Одри чувствовала себя важной и значимой.

— И ты готов поддаться ему?

Малек обезоруживающе улыбнулся, глядя ей прямо в глаза, и его губы застыли буквально в паре миллиметров от её, обдавая невероятным жаром. Его рука медленно двинулась с талии вниз, чтобы остановиться на бедре и сжать его, чуть сдвинуть в сторону, чтобы втиснуть своё колено между её ног, заставляя Одри качнуться вперёд и жадно выдохнуть, еле сдержав стон.

— Я уже давно сдался, Одри. Выбор только за тобой. И когда ты будешь готова, то просто шепни мне «да» и я исполню все твои самые грязные, самые потаённые желания.

— А как же твои желания? — она буквально сгорала от предвкушения и вседозволенности, ведь они всё так же стояли во дворе «Астреи» и её коллеги могли в любой момент увидеть, как их информатор лапает их оценщицу, а она ему это позволяет, словно между ними действительно что-то есть.

— О, Одри, мы дойдём и до моих желаний. Будь уверена, дорогая, во многом мы идеально совпадаем, — он выдохнул это в её губы, и Одри была уверена, что вот сейчас Малек её поцелует. Она жаждала этого. Но он лишь провёл носом по её щеке и еле заметно коснулся губами линии челюсти. А затем выпустил её из своих рук и отступил назад, позволяя выпрямиться и отстраниться от машины. — Ты всё ещё желаешь поехать на аукцион?

— Да, — выдохнула Одри, словно без контакта с его телом ей не хватало воздуха.

— Упрямая девчонка, потрясающе, — довольно улыбнулся Малек и открыл дверь, помогая ей сесть в салон. Быстро обойдя машину, он опустился на водительское место и наклонился к ней, чтобы прошептать на ухо, специально задевая губами мочку: — Обещаю тебе, ты сорвёшь голос от удовольствия.

— Неужели аукцион будет настолько хорош? — не преминула поддеть его разгорячённая откровенным предложением Одри.

Малек серьёзно посмотрел ей в глаза, словно у него закончились все шутки, и со значением выдохнул:

— Настолько хорош буду я.

Одри прикрыла глаза и сжала бёдра, пытаясь справиться с сильнейшей волной какого-то нечеловеческого желания, которое вызывал у неё Малек. Она не понимала, кто из них выйдет победителем в этот раз, но знала, что они были обезоруживающе честны в своих реакциях и оба это знали. Малек явно заметил её попытки успокоиться, с довольным хмыканьем завёл мотор и выехал с территории агентства.

— Не сегодня, — единственная фраза, на какую хватило стойкости Одри, и Малек негромко искренне засмеялся.

— О, я умею быть терпеливым, моя дорогая. А ты определённо стоишь любого ожидания.