И Никакой Магии (гет)

24 декабря 2001 года, за день до Рождества

Поначалу Роза искренне надеялась на ту самую искру, которая вспыхнула между ее старшим братом и очаровательной девушкой по имени Дафна, но… полное отсутствие каких-либо новостей на протяжении последних нескольких дней, монотонный и бесконечно унылый голос Гарри во время телефонных звонков и исчезновение Гринграсс вновь напомнили Розе о той истине, которую она умудрилась позабыть: в делах сердечных нельзя полагаться на один лишь случай.

В глубине души она по-прежнему считала, что сделала все правильно, решив, что дух праздника и очевидная симпатия помогут двум одиноким сердцам наконец обрести счастье, о котором они прежде и не мечтали, но в преддверии семейного ужина нельзя было оставлять все без внимания. И хоть Гарри продолжал утверждать, что обязательно со всем разберется, Роза доверяла ему не больше, чем прогнозу погоды, в котором вот уже третий день кряду обещали сильный снегопад.

Заскочив по пути в кофейню и покинув ее с бумажным стаканом в руках, Роза Поттер в считанные минуты добралась до нужной улицы. Вприпрыжку преодолев превратившийся в каток участок тротуара, она лишь чудом не сбила с ног маленького мальчика, пытавшегося слепить снеговика из покрытых автомобильной копотью придорожных сугробов, и замедлилась лишь тогда, когда на горизонте замаячил знакомый дом.

По меркам Лондона принадлежавший ее брату дом можно было считать самой настоящей элитной недвижимостью. Она была уверена: ему неоднократно предлагали огромные деньги за трехэтажное здание на крайне уютной улице со всеми необходимыми для бизнеса коммуникациями, но он предпочел потратить целый год своей жизни на ремонт и открытие антикварной лавки. И Роза с радостью порадовалась бы за старшего брата, нашедшего свое призвание, если бы не одно но: он так и не рассказал, как именно умудрился стать владельцем дома, даже не обсудив это с родными.

Всего несколько месяцев назад Роза и ее мама провели свое собственное расследование втайне от остальных: выкупив несколько каталогов с недвижимостью в диапазоне нескольких месяцев, они прошерстили их от корки до корки и нашли объявление с совпавшим адресом. Розе пришлось посидеть в сторонке, пока Лили общалась с агентством, но результат их не слишком-то обрадовал. Успокоил? Да, ведь агентство подтвердило продажу здания по указанной в объявлении цене и отсутствие каких-либо претензий к покупателю со стороны продавца, но они так и не смогли достучаться до истины.

Да, приятно было удостовериться в том, что Гарри не был аферистом, но… откуда у него взялись деньги на такую крупную покупку? И раз уж он с такой легкостью приобрел дом, то почему весь ремонт в нем делал своими руками с перерывами лишь на обед и сон? Посовещавшись с Джеймсом, Лили предложила сойтись на том, чтобы дать Гарри какое-то время, прежде чем переходить к давлению.

Сириус явно знал что-то, но поклялся могилой своей матери Вальбурги (она все еще была жива), что не принимал участия в произошедшем и никоим образом не помогал Гарри с приобретением недвижимости, ограничившись лишь парочкой советов, связанных с выбором сферы и некоторыми восстановительными работами.

И с тех самых пор вопрос висел в воздухе, обрастая уточнениями и претензиями. Лили и Джеймс согласились подождать до открытия магазина и расспросить Гарри обо всем под Рождество, но неумение Дафны пользоваться педалью тормоза привело к тому, что открытие магазина сдвинулось на неопределенный срок. Опять.

Роза вздохнула, вспомнив о том, как им с Гринграсс пришлось драить полы в торговом зале, пока Гарри молча перебирал свои дурацкие книжки, игнорируя любые вопросы, но тут же улыбнулась, когда перед ее глазами промелькнули те самые сэндвичи, которые она умыкнула из холодильника. Слизав с верхней губы кофейную пенку, Роза улыбнулась и подошла было к магазину, как вдруг заметила кое-что… странное.

Разбитая вдребезги витрина, которую всего полторы недели назад закрыли фанерными щитами, заодно прикрыв все щели с помощью строительного скотча, выглядела даже лучше, чем раньше! Новенькая деревянная рама практически не отличалась от той, осколки которой отправились в ближайший мусорный бак, но вот откосы и само стекло выглядели просто потрясающе. Роза замерла на подступах к магазину с открытым ртом, и собралась было ворваться внутрь с вопросами и поздравлениями, как вдруг увидела еще кое-что.

Хлопая глазами, она подошла прямо к витрине, продолжая прижимать к груди полупустой бумажный стакан. По ту сторону стекла происходило нечто… удивительное. Разумеется, Гарри не мог оставить витрину без рождественских украшений, но на сей раз не было видно ни стремянки, ни Невилла: подсадив светловолосую девушку на плечи, Гарри смеялся и время от времени сдвигался в сторону, чтобы оказавшаяся сверху Дафна продолжала крепить к оконной раме гирлянду, прикрытую сосновыми веточками.

Простояв на месте без малейшего движения по меньшей мере секунд двадцать, Роза внезапно осознала, что не может разобрать ни слова из разговора за стеклом, и уже приблизилась было к входу, как вдруг вспомнила о девушках ее старшего брата, знакомство с которыми становилось первой и последней встречей, на которую приходилось рассчитывать всем его близким.

Хоть Розе и нравилось время от времени подшучивать над Гарри, едва ли его можно было назвать любвеобильным. Разумеется, никто не спорил с тем, что девушки начинали виться рядом с Поттером-младшим всякий раз, когда он появлялся на публике и начинал с улыбкой поправлять свои дурацкие очки-велосипеды, но… ему так ни разу и не удалось превратить мимолетные чувства во что-то более-менее серьезное. Звезды попросту не желали сходиться в линию, когда речь шла о Гарри Джеймсе Поттере.

Сам он не видел в этом проблемы (или притворялся, что не видел), но Роза и ее мама прекрасно понимали, что бесконечный романтик (коим Гарри являлся, несмотря на все противоречия) мечтает отыскать свою вторую половинку и сознательно отказывается от развития отношения с теми, в ком не видит родственной души. Долгое время Роза считала, что без ее советов Гарри ни за что не справится, но… судьба, кажется, распорядилась иначе.

Вот только кому сообщить прекрасные новости в первую очередь? Парню? Маме?

Сделав еще один глоток теплого кофе, Роза Поттер улыбнулась и закружилась в танце на тротуаре, медленно удаляясь от магазина и мимолетно замечая, как в воздухе начинает кружить пушистый снег. На сей раз прогноз погоды не ошибся, и вслед за праздничной песнью по улицам Лондона пронеслась колючим, но приветливым вихрем рождественская вьюга.

* * *

— Держись крепче! — пробормотал Гарри, когда Дафна сдавила ногами его шею и отклонилась назад. — Даф!

— Держусь я, держусь… — откликнулась Гринграсс, и тут же уперлась рукой прямо в красно-белую праздничную шапку, которую Гарри отказался снимать. — Тебе не тяжело?

— Нет, — тут же соврал Поттер, и Дафна хихикнула, заерзав на его плечах, — но вот так больше не делай, пожалуйста.

— Как? — притворно удивилась Дафна, и на ее лице заиграла ехидная ухмылка. — Вот так?! А вот так можно?

Закатив глаза в ответ на такое вопиющее поведение, Гарри закрутился на месте и остановился как раз там, где столешницу еще можно было назвать устойчивой. Слегка согнувшись, он прижал подбородок к шее, помогая Дафне спрыгнуть с плеч на стол и тут же поднял взгляд, когда Гринграсс рассмеялась.

— А ведь Роза говорила мне, что ты спортсмен, — продолжая посмеиваться, произнесла она, когда Поттер рухнул на стул и свесил язык изо рта, притворившись мертвым.

— Извините, квиддичистов вообще-то не учат таскать мешки с картошкой, — отозвался Гарри, и на сей раз уже Дафна вынуждена была скрестить руки на груди. — Но если серьезно, то я пинал мячик ногами, а не таскал с собой гантели в рюкзаке.

— Только-только решила, что нашла идеального парня, а он оказался хилым задохликом, — сморщив нос, картинно вздохнула Дафна. — И что прикажешь делать? Как мне теперь отсюда спуститься, если никто не придет на помощь?

— Ты всегда можешь воззвать к Мерлину, если духу не хватает спрыгнуть, — пожал плечами Гарри, но все же поднялся со стула, издав такой стон, словно успел просидеть неподвижно целых сто сорок лет. — К слову, я тут выяснил, что кто-то съел мою карамельную корзиночку. Думала, не замечу?

— Какую-какую корзиночку? — невинно переспросила Гринграсс, протягивая руки к подошедшему парню.

— С ореховой посыпкой.

— Понятия не имею, о чем вы говорите, мистер Поттер.

— Не хотелось бы указывать на виновницу пальцем, но что поделать… — прищурился Гарри, осторожно обхватывая Дафну за бедра и стаскивая ее со стола. — Вы готовы признаться в содеянном, мисс Гринграсс?

— Невиновна, Ваша Честь! — провозгласила Дафна, когда Поттер прижал ее к себе. — И что это вы делаете, мистер Поттер? А вы знали, что досмотр надо проводить чуть выше?

— Я? Я ничего не делаю, вы меня с кем-то спутали, — запрокинув голову, неразборчиво пробормотал Гарри, когда расстояние между их лицами сократилось до нескольких дюймов. — Мисс Гринграсс, у вас карамельная крошка на верхней губе.

— Вам просто кажется, Ваша Честь, — покачала головой Гринграсс, слизывая сладость кончиком языка и наклоняясь еще ниже. — Вы просто переутомились, вот и решили, что…

Закончить речь ей было не суждено: обхватив шею Поттера руками, она сцепила пальцы в замок и замерла, когда их с Гарри губы практически соприкоснулись. Секунды тянулись так медленно, словно время во всем мире вдруг решило остановиться, и Дафна успела уже закрыть глаза, как вдруг раздался телефонный звонок.

— Я ничего не слышу, — внезапно произнес Гарри, и Дафна прыснула. — А ты что-нибудь слышишь?

— Держу пари, это снова Роза, — выдохнула Гринграсс, открывая глаза и позволяя Поттеру медленно опустить ее на пол. — Уже придумал, как ответишь в этот раз?

— С утра сочинил парочку новых оскорблений, тебе точно понравится, — закивал Гарри, протискиваясь к прилавку и вытаскивая из-за него телефонную трубку. — Да? Роза?

Услышав ответ, Гарри внезапно закашлялся и покачал головой, переводя взгляд на Дафну. Та вздохнула и окинула гордым взглядом полностью восстановленную витрину. Хоть поначалу Гринграсс и собиралась уболтать Поттера на вызов профессиональной строительной бригады, тот уперся рогом, когда речь зашла о ремонте. Окажись на его месте любой другой парень, Дафна наверняка пожала бы плечами и ушла, забыв адрес магазина спустя пару минут после выхода на улицу, но… с Гарри все было иначе. Именно поэтому она осталась с ним после первого разговора: встретив того единственного человека, который способен был ее понять, она ни за что не собиралась отпускать его.

И дело было не в том, что их судьбы пересеклись вновь, словно само мироздание свело их вместе, просто… Дафна чувствовала себя так, словно нашла давно потерянный кусочек паззла, без которого картина ее жизни не была полноценной. Она была счастлива и до встречи с Поттером, но их знакомство изменило все, одновременно с этим не изменив ничего.

— Да, мам, это правда, — закатил глаза Гарри, уперевшись локтем в деревянную стойку. — Да, мам, все правильно, да. Разумеется, принесу. Я знаю, Сириус уже звонил. Папа тебе помогает? Знаю. Да, знаю. Знаю. Все, мам, пока-а-а-а!

Растянув ноту так, чтобы прощание не было похоже на побег, Гарри положил трубку и выдохнул, игнорируя смех Дафны. Оттолкнувшись от стены, Поттер прошелся между полками и повернулся к девушке:

— Роза умудрилась пригласить мать своего парня на наш семейный ужин, и все ищут недостающий бокал, — пожал плечами он, но тут же продолжил. — Ты удивишься, если я расскажу, что она шпионит за нами?

— Вообще не удивлюсь, — хихикнула Дафна, — она прошла мимо магазина минут двадцать назад, задержавшись перед окном на минутку.

— Что? Где? — Гарри нахмурился, но тут же запрокинул голову. — И ничего не сказала?

— Зачем мне ее сдавать, раз уж она решила не заходить? — пожав плечами, вопросом на вопрос ответила Гринграсс. — Она ведь просто переживает за тебя, ты знаешь?

— Да, но…

— И правильно делает, вообще-то! — продолжила Дафна. — Если бы не я, так бы и жил дальше в своей берлоге. К лету стал бы бледным как вампир, и тогда точно заперся бы на чердаке с концами.

— Если бы не ты, я… — попытался было возмутиться Гарри, но сдался на полпути. — Ладно, твоя взяла.

— Вот-вот. Ты ведь подумал о моем предложении? Только не говори, что все еще не решил.

— До сих пор не могу поверить, что Грин-де-Вальд в этом мире закончил художественную академию, — покачал головой Поттер, вспомнив о той поврежденной картине, которую Дафна принесла в день, когда состоялся их первый откровенный разговор. — Даф, я… Если я соглашусь, и мы с тобой начнем колесить по свету в поисках вещиц, связанных с миром магии, то открытие лавки сдвинется еще как минимум на пару лет.

— Возможно.

— И я не знаю, я… — Гарри замялся. — Не могу сказать, что собственный магазин всегда был мечтой, к которой я стремился, но… все равно чувствую себя так, словно отказываюсь от чего-то важного, понимаешь? Я не собираюсь притворяться, что смогу и дальше жить по-старому, — мы с тобой оба понимаем, что все изменилось, но…

— Тебе нужно превратить это место в галерею, Гарри, — с улыбкой предложила Дафна, и Поттер нахмурился. — Ты, что, ни разу не задумывался об этом?

— Э-э-э, я…

— Мерлинова борода! — Гринграсс присвистнула. — Почему из нас двоих только я догадалась искать предметы искусства, так или иначе связанные с тем, что мне снилось? И это при том, что из нас двоих именно ты любишь копаться во всяком барахле.

— Это не барахло! — попытался возразить Гарри тихим голосом. — Начнем с того, что из нас двоих только у тебя есть деньги на поиск и покупку предметов искусства.

— Ладно, аргумент, — улыбнувшись уголками губ, согласилась Дафна. — Ты ведь знаешь, сколько стоит первое издание Властелина Колец, да?

— Знаю, но я же не собираюсь его продавать, — насупился Гарри. — Я собирался им хвастаться, вот и выставил напоказ!

— Ни сигнализации, ни видеонаблюдения, ни охраны… — зашибая один палец за другим, перечислила Дафна. — Его украли бы в день открытия, Гарри.

— Значит, мне повезло, что этот день так и не наступил, — пожал плечами Гарри и фыркнул. Гринграсс присоединилась к нему, и помещение на несколько секунд заполнил звонкий смех. — Ладно-ладно, галерея… Для этого придется провести инвентаризацию, у меня на чердаке целый самосвал антиквариата. Я собирался заняться его восстановлением, но…

— Я не разрешаю, — тут же вмешалась Дафна, и Гарри посмотрел на нее с искренним непониманием в глазах. — И чего уставился? Я не для того тут с тобой развлекаюсь, чтобы позволить тебе снова запереться на чердаке. Нет уж, нетушки, так не пойдет. Нет-нет-нет, отныне с затворничеством покончено.

— Ты же не…

— Уверена, твои родители меня поддержат, когда я сообщу им о том, что собираюсь вытащить тебя на свежий воздух, — продолжила Гринграсс. Развернувшись, она уперлась локтем в спинку стула и подперла подбородок кулаком. — Начнем, разумеется, с Северной Шотландии. Ты хоть раз был там, где в мире магии находится Хогвартс?

— Нет.

— Вот и я не была, — хмыкнула Дафна, и на лице Поттера заиграла легкая улыбка. — Ну, что скажешь? Не то что бы твой ответ на что-то влиял, конечно, потому что в крайнем случае я позвоню Розе и с ее помощью запакую тебя в чемодан для багажа.

— Я согласен, согласен! — подняв руки, поспешил согласиться Гарри. — Но я с места не сдвинусь, пока не посмотрю Властелин Колец в кино как минимум три раза.

— Схожу с тобой на первый, если хорошо попросишь, — соскочила со стула Дафна, вспомнив о вопросе, который мучал ее последние несколько дней. — Кстати, а как ты вообще обзавелся этим домом? Эй, ты куда собрался?!

* * *

25 декабря 2001 года, Рождество

Гарри никогда еще не был так счастлив, как в последние полторы недели.

И дело было не в том, что с каждым днем становилась все ближе британская премьера экранизации Братства Кольца, вовсе нет! Разумеется, Гарри еще летом отстоял огромную очередь в кассе кинотеатра и приобрел билеты на самый первый сеанс в Лондоне, но экранизация шестой по счету из числа его любимых книг отошла на второй план, как только Поттеру удалось обсудить с Дафной все, что беспокоило и интересовало его на протяжении последних двенадцати лет.

Черт! Он чуть больше половины жизни провел, пытаясь понять загадочный мир грез, в который погружался каждую ночь, чтобы вся развязка свелась к одной случайной (или не такой уж и случайной) встрече. Время, проведенное наедине с Дафной Гринграсс, перевернуло его мир с ног на голову, и это было удивительно, ведь… на самом деле ничего по-настоящему важного не произошло.

Планета не перестала вращаться, сахар не стал соленым, и даже настойчивых звонков от Розы, трижды в день звонившей с вопросами насчет предстоящего рождественского ужина, не стало меньше: все осталось прежним, но в то же время сам Гарри изменился до неузнаваемости. Он не смог бы сказать наверняка, что именно в нем изменилось, если бы при виде Дафны сердце не начинало биться чуть чаще, а на лице не появлялась та самая дурацкая улыбка, которую невозможно ни с чем спутать.

Он вновь наступил на те же самые грабли, на которые наступил годом ранее. Он влюбился.

Гарри прекрасно знал, что близкие долгое время считали его безнадежным романтиком: мама, папа, Роза и даже Ремус искренне полагали, что Гарри Джеймс Поттер — это тот самый бедняга, которому «необходима помощь в делах сердечных», и искренне пытались помочь ему, несмотря на полное отсутствие не только просьб с его стороны, но и каких-либо значимых «успехов» в принципе.

Сам Гарри ничего не имел против подобных заблуждений. Долгое время он с юмором относился к подбадривающим взглядам мамы, напутственным речам отца и бесконечным попыткам Розы познакомить его с ее многочисленными подругами, зная, что их усилия ни к чему не приведут: в жизни Гарри Поттера попросту не было свободного времени, которое он готов был потратить на отношения.

Сны, книги, дружба, учеба и реставрация давно забытых вещей с неочевидной ценностью — вот и все, из чего состояла его жизнь, пока он не закончил школу.

С поступлением в университет и переездом в закрытое общежитие все изменилось. Лишенный возможности посвящать своему занудному хобби все свободное время, Гарри с головой погрузился в студенческую жизнь, о подробностях которой ни за что не рассказал бы родителям. Избавившись от стеснительности и научившись вслух обсуждать все, что было у него на душе, Гарри не только приобрел определенную популярность в стенах университета, но еще и стал чаще общаться с Сириусом.

Великовозрастный оболтус, с шестнадцати лет страдавший от кризиса среднего возраста, с радостью ухватился за шанс провести время с крестником, не отвечая на вопросы о старых книгах и культурном наследии семейства Блэков. Спустя столько лет им наконец удалось найти общий язык, и во многом благодаря «урокам» Сириуса, коими тот называл рассказы о своем красочном прошлом, Гарри наконец нащупал ту ниточку характера, о которой долгое время и не подозревал.

К моменту выпуска он был ни капли не похож на себя четырехлетней давности: способный разговорить кого угодно, он научился переключаться между «молчаливой» версией себя и душой компании. Именно умение общаться с людьми стало главным навыком, на достижение которого у Поттера ушло целых четыре года. Пока его сестра продолжала неосознанно перетягивать на себя все внимание четы Поттеров, их старший сын набирался качеств, необходимых ему для того, чтобы встать на ноги без чьей-либо помощи.

За четыре года он обзавелся массой полезных знакомств, избавился от социальной скованности, несколько раз встретился с широко известным в узких кругах бунтарем Регулусом — младшим братом Сириуса, сбежавшим в США сразу после школы, и даже научился правильно вести деловые переговоры. Определившись с тем, какой именно жизненный путь ему стоит выбрать, Гарри Поттер отправился в свободное плавание, и долгое время пытался действовать самостоятельно, пока судьба (или Сириус в ее лице) не свела его с человеком, появление которого стало причиной для появления первой трещины в сердце.

С тех самых пор вопрос «Как там обстановка на любовном фронте?», заданный вкрадчивым, но в то же время слегка насмешливым голосом Джеймса Поттера, вводил Гарри в ступор, ведь он и впрямь начал считать дела любовные самой настоящей линией фронта — целых десять месяцев он закрывал глаза и воображал себя связистом, которому поступил простой и понятный приказ, от которого нельзя было взять и отмахнуться.

Приказ связаться с бывшей.

Сириус явно считал себя виновным в том, что организованное им деловое знакомство вспыхнуло, как спичка, и за считанные дни переросло в бурный, но краткосрочный роман. Страсть, вышедшая из-под контроля, способна сжечь сердце дотла и оставить после себя лишь выгоревший след былого счастья. Роман не продлился и двух месяцев, но вплоть до встречи с Дафной мысли Поттера так или иначе возвращались к тому, что нельзя было изменить.

И лишь после знакомства с Дафной Гринграсс Гарри смог наконец оставить позади прошлое и переступить через старые обиды, выбрав будущее с девушкой, которую, кажется, знал всю свою жизнь. Это было удивительно: Смерть явно специально не оставила им воспоминаний друг о друге из мира магии, но сделала все, чтобы они поняли, насколько близки были когда-то в совсем другой реальности.

— С Рождеством! — улыбнулся Гарри, открывая пассажирскую дверь остановившегося рядом с остановкой Bentley, и сел внутрь, прижимая к груди сразу несколько бумажных пакетов. — Даф?

Гринграсс покосилась на Поттера таким взглядом, словно тот задел порог грязными ногами, но все же выдохнула и кивнула:

— С Рождеством, Гарри, — улыбнувшись одним уголком губ, Дафна молча указала на ремень безопасности и мягко нажала на педаль газа, когда Поттер пристегнулся.

Неловкое молчание, причины которого были прекрасно известны как пассажиру, так и водителю, затянулось на несколько минут, прежде чем Гарри наконец решился растопить возникший лед. Набрав в грудь побольше воздуха, он повернул голову к Дафне, когда та остановила машину перед светофором.

— Я понимаю, что это…

— Нет-нет, все… Все нормально, я это обдумала пару-тройку раз, и пришла к выводу, что удивляться тут нечему, — Дафна замотала головой. — Правда, все в порядке!

— Нет, не в порядке.

— Это немного странно, но вообще-то абсолютно в твоем духе, — хмыкнула Гринграсс, трогаясь с места. — Наоборот, я бы сильно удивилась, окажись история… простой и невинной. Все-таки ты не был бы Гарри Поттером, не будь ты Гарри Поттером.

— Снейпа бы удар хватил, да? — улыбнулся Гарри, и Дафна хихикнула. — Если бы я сразу смекнул, что к чему, то ни за что не стал лезть во все это, поверь.

— Ты наверняка удивишься, но я верю, — Гринграсс тихо рассмеялась, и Гарри понял, что ото льда не осталось и следа. — Значит, Люциус отошел в мир иной, и она практически сразу же вернула девичью фамилию? Нарцисса Блэк?

— Угу.

— И Сириус свел вас, потому что…

— Узнал, что ей нужен был реставратор для коллекции семейных реликвий и нескольких книг, а мне тогда позарез нужна была как практика, так и оплачиваемая работа, — пожал плечами Поттер. — Все произошло так быстро, что я не успел даже ничего понять. Она была одинока и нуждалась в ком-то, кто поддержал бы ее в тяжелый момент, не задавая лишних вопросов. Я был очарован и неопытен, так что…

— И она решила напоследок подарить своему двадцатилетнему любовнику дом, чтобы тот смог реализовать свою мечту, — закатив глаза, Дафна покачала головой. — Знаешь, а ведь готовый сюжет для любовного романа.

— Ага, страниц на пятнадцать, — Гарри рассмеялся, и Дафна присоединилась к нему. — Ты первая, кому я рассказал об этом лично, кстати.

— Правда? — удивленно переспросила Дафна. Гарри кивнул. — А Сириус?

— Наверняка сам обо всем догадался, но уточнять боится, — вздохнул Поттер. — Вот здесь направо.

Еще несколько минут ушло у них, чтобы по припорошенной рыхлым снегом дороге добраться до нужного коттеджа, рядом с которым уже расположились в ряд несколько машин. Припарковавшись рядом с принадлежащим Розе стареньким Фордом, Дафна с улыбкой подала Поттеру руку, когда тот добрался до водительской двери.

— Выглядишь ты просто… Вау! — не найдя подходящих слов, Гарри вздохнул, и их с Дафной взгляды пересеклись. — Что такое?

— Просто задумалась о том, насколько крышесносным будет сюжет моих посмертных мемуаров, когда я буду описывать вот этот период своей жизни, — прошептала Гринграсс. — Знаешь, безобидная глава под названием «Семейный ужин», а внутри сплошные сюжетные повороты.

— И шокирующий клиффхэнгер в конце, чтобы все сразу перелистывали страницу и приступали к следующей главе, — закивал Поттер, но улыбка исчезла с его лица, как только Дафна сделала шаг вперед, сокращая расстояние между ними. — Даф, я…

— Здесь телефонов нет, так что… просто замолчи, Гарри, — шепотом перебила парня Дафна, и тот действительно замолчал.

Осторожный, но чувственный поцелуй словно разделил жизнь Поттера на до и после. Он понял это сразу же, как только почувствовал, как Дафна прижимается к нему: позабыв о пакетах с подарками, оставшихся на багажнике, он аккуратно обхватил ее талию и прижал к себе еще сильнее. Издав короткий стон, Гринграсс выгнула спину и приподняла ногу, перенося свой вес на Поттера и впиваясь в его губы сильнее. Запустив руку в черные волосы, Дафна за считанные секунды превратила более-менее приличную прическу в воронье гнездо, но этого ей оказалось мало: сдвинув очки Поттера чуть выше, она обхватила его шею и толкнула вперед.

— Ой! — не разрывая поцелуй, буркнул Гарри, когда грохнулся прямо в сугробы. Закрыв глаза, он позволил Дафне контролировать ситуацию, заодно переместив руки с талии на бедра. Подтянув девушку чуть выше, он сморщил нос, когда Дафна в порыве страсти прикусила его губу, но все же позволил ей оставаться сверху еще какое-то время, прежде чем она начала стягивать с него куртку.

— Так, все! — напоследок чмокнув девушку в кончик носа, Гарри спихнул ее с себя прямо в соседний сугроб, заодно подкинув сверху еще целую горсть снега. Дафна рассмеялась, тут же начав размахивать руками, словно бабочка, а потерявшему связь с реальностью Поттеру потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и подняться на ноги.

— Гарри, подними меня! Гарри! Гарри-и-и-и! — продолжая хихикать, Гринграсс вытянула руки, словно не могла встать без помощи. Закатив глаза, Поттер приблизился к ней и собрался было потянуть ее на себя, но лишь чудом избежал встречи со снежком, запущенным в его сторону.

— Ну вот и вставай теперь сама, — фыркнул юноша, застегивая куртку.

— Гарри-и-и-и… — простонала Дафна еще раз, вновь вытянув руки, и Поттер все же помог ей подняться, позабыв обо всех угрозах. — А что это у тебя на шее такое темное?

— Повезло тебе, что у моего свитера высокий воротник, — вздохнул Гарри, отряхиваясь от снега. — Все, наигралась?

— Отсутствие солнечного света наделило тебя иммунитетом к веселью, да? — переспросила Дафна, и Гарри тут же притянул ее к себе, затягивая в еще один короткий, но полный страсти поцелуй. — Вот так бы сразу!

— Не забудьте свои пакеты, мисс Гринграсс, — Гарри отстранился и передал Дафне те подарки, что она выбрала для вечера в кругу семьи своего парня (теперь уже точно). — Обязательно попробуй штоллен, хорошо? Я его пропитал коньяком, это просто… Короче, тебе надо это попробовать.

— Не волнуйся, я из тех, кто ест за двоих в обычных условиях и за троих во время праздников, — похлопала себя по плоскому животу Дафна, и Гарри фыркнул. — Роза так и не рассказала тебе, с кем встречается?

— Не-а.

— И тебе не интересно? — прищурилась Дафна. Гарри покачал головой. — Ни капельки не интересно?

— Наверняка это кто-то из однокурсников, даже не хочу гадать, — открыв калитку, Гарри взглянул на излучающие свет и радость окна первого этажа, украшенные гирляндами. — Ну, и как тебе?

— Миленько, — пожала плечами Гринграсс, игнорируя угрюмый взгляд парня. — Закрываю глаза и представляю, как завтра буду знакомить тебя со всеми. Уверен, что справишься? Астория тебя жалеть не станет.

— А ты? — переспросил Гарри, поднимаясь на крыльцо и подходя к двери. — Ну, готова?

Дафна кивнула, и Поттер тут же нажал на кнопку дверного звонка. Неразборчивый шум разговоров, доносящийся до самого забора, стих, и Гарри издал тяжелый вздох, услышав беспорядочный топот ног. Щелкнул дверной замок, и юноша едва устоял на ногах, когда Роза бросилась обнимать его.

— С Рождеством! — выкрикнула она прямо в его левое ухо, и то зазвенело так, словно голос Розы по силе был равен сирене пожарной тревоги. — Дафна, с Рождеством!

— И тебя с Рождеством! — хмыкнула Дафна, когда Роза бросилась обнимать и ее тоже. — Ну, и как тут у вас… обстановка?

— Вы очень вовремя, — перешла на шепот Роза, сделав круглые глаза. — У Драко классная мама, но ее усилий недостаточно, и папа уже близок к тому, чтобы…

— Драко? — севшим голосом переспросил Гарри, услышав знакомое имя. — Твоего парня зовут… Драко?

— Тот самый? — шепотом добавила Дафна.

— Да, Драко Малфой, — кивнула Роза, отряхивая тапки от налипшего на них снега. — Так, ладненько, заходите и… Ой, Нарцисса! Гарри, Дафна, — это Нарцисса, мама Драко…