Чемпионат мира по зельям (джен)

Гарри спускался вниз по мраморной лестнице и чувствовал, как его сердце стучит всё быстрее с каждой минутой.

«Мерлинова борода... Кажется, это почти так же волнительно, как участвовать в первом испытании», — пронеслось в его голове.

Гарри почувствовал, как дрожат руки и ноги. Ещё немного, и паника бы начала его захлестывать. К счастью, в этот момент он услышал, как кто-то зовёт его по имени.

Обернувшись, Гарри увидел её. Гермиона медленно шла ему навстречу. На ней было красивое голубое платье. Волосы уложены в такую прическу, какую он у неё раньше никогда не видел.

— Ты такая красивая, я даже не знаю, что и сказать. Прости, что не говорил тебе этого раньше… — сказал Гарри. Ну, хорошо, он сказал это мысленно.

На самом же деле он сумел выдавить лишь что-то нечленораздельное, а после улыбался, как дурак. Впрочем, Гермиона и так всё поняла. Она смущённо улыбнулась и кивнула.

— Спасибо, можешь ничего не говорить.

Гарри с благодарностью кивнул. Они зашли в Большой зал, и Гарри быстро осмотрел его. Естественно, первыми в глаза бросались чемпионы и их партнёры и партнёрши. Все они были красиво одеты и улыбались. В целом в зале царила достаточно приятная и позитивная атмосфера.

Везде, кроме одного конкретного дальнего угла, который был самым настоящим олицетворением мрака и ненависти. Концентрировался этот самый мрак в районе двух конкретных людей. А именно Северуса Снейпа, который всё ещё не в полной мере оправился от случившегося, и нервно подёргивался, даже несмотря на все те усилия мадам Помфри, которые она предприняла, чтобы его успокоить.

— А это что, Рон? — Не поверил своим глазам Гарри.

— Да, вздохнула Гермиона. — Я уже видела его сегодня утром.

— Какого чёрта он выглядит, как внебрачный сын Снейпа?!

— Поди знай... Он нацепил на себя эту траурную мантию и покрасил волосы в чёрный цвет. Сказал, что теперь будет ходить только так.

— Мерлинова борода... У меня зрение совсем плохое, или у него даже волосы грязными стали? Совсем как у Снейпа.

— Ага, — подтвердила Гермиона.

Но, к счастью, тут заиграла музыка, и Гарри с Гермионой закружились в танце.

Последующие события Гарри помнил плохо. Он не выпил ни капли сливочного пива, но всё было, как в тумане. В приятном таком, сладковатом тумане.

Он помнил, как танцевал. Помнил, что даже каким-то чудом умудрился ни разу не наступить Гермионе на ноги. Помнил её улыбку, помнил, как отблески свечей отражались в её глазах.

Потом, во время перерыва, они вышли из зала, чтобы немного отдохнуть и поговорить в относительной тишине и спокойствии. Кажется, они даже немного обсудили предстоящие испытания. Однако, что там было конкретно, даже при пытке к Круциатусом Гарри бы не вспомнил.

А вот то, что случилось после, он не сможет забыть уже никогда.

— Знаешь, никогда не думал, что скажу это, но я рад, что Котел Варева выбрал меня пятым чемпионом от Хогвартса. — Услышал Гарри собственный голос. — Благодаря этому я сейчас здесь и… с тобой.

Щёки Гермионы порозовели. Она улыбнулась. А потом… поцеловала его.

— Я тоже рада, что ты здесь, — прошептала она. — А теперь идём обратно в зал…