Чашечка послеполуденного кофе (гет)

— О, мистер Спратт, как мило, что вы сварили кофе, — мисс Денкер воспользовалась эффектом неожиданности и ловко забрала у застигнутого врасплох дворецкого чашку с горячим опьяняющим напитком. — Я как раз собиралась немного передохнуть.

— Это ваше перманентное состояние, мисс Денкер, — процедил дворецкий и взял еще одну чашку. — Вам что, нечем заняться?

— Совершенно нечем, мистер Спратт, — пропела горничная, усаживаясь за длинный стол в комнате для слуг. — Пока моя леди гостит у родни, я могу позволить себе небольшую сиесту. Вы знаете, что такое сиеста, мистер Спратт? По-испански это означает «отдых».

— Мне известно значение этого слова, мисс Денкер, благодарю покорно, — Спратт налил себе кофе и сел за противоположный край стола, как можно дальше от бесцеремонной горничной. — И у меня давно сложилось впечатление, что вся ваша жизнь — сплошная сиеста, — хмуро добавил он.

— Ах, мистер Спратт, не всем же быть такими унылыми занудами, как вы, — мисс Денкер рассмеялась собственному очарованию и неиссякаемой жажде красивой беззаботной жизни. — Хотя, признаю, вы оказались не так банальны и скучны, как я думала поначалу. Как там продвигается сочинение колонки для нового номера журнала леди Эдит? — с лукавым видом она сделала небольшой глоток кофе.

— Превосходно, — отрывисто произнес Спратт и склонился над газетой, которую для удобства разложил на столе.

— Может быть, и мне стоит написать в журнал с просьбой о модном совете? — театрально вопросила мисс Денкер, и Спратт с раздражением подумал, что единственное, что он мог бы посоветовать этой вульгарной женщине, так это принять обет молчания и отправиться в монастырь. Хотя, учитывая ее несносный характер, ее появление там будет иметь еще более разрушительный эффект, чем секулярные реформы Генриха VIII.

— Да, пожалуй, я так и сделаю, — с хитрой улыбкой заключила мисс Денкер. — Посмотрим, что вы мне посоветуете, мистер Спратт.

— Я ничего вам не посоветую, мисс Денкер, — сухо ответил дворецкий, не отрываясь от газеты. — Ваше письмо я просто проигнорирую.

— О нет, мистер Спратт, вы этого не сделаете, — сверкнула она глазами. — Если вы будете пренебрегать своими обязанностями, леди Эдит вас уволит.

— Леди Эдит мне посочувствует. В отличие от вас, мисс Денкер, она не лишена чувства такта и не захочет взваливать на меня непосильное бремя ваших насмешек.

— Хм!.. — громко фыркнула мисс Денкер, и Спратт пренебрежительно поморщился. Он демонстративно не смотрел на нее, но легко мог представить, как некрасиво выглядит женщина, которая пьет кофе и одновременно фыркает.

— В таком случае, я отправлю анонимное письмо, — решила она. — И вам придется на него ответить!

Спратт с деланной невозмутимостью сделал глоток из своей чашки.

— Если вам действительно нужен мой совет, мисс Денкер, вы можете не утруждать себя расходами на бумагу и марки — я могу дать его вам прямо сейчас. В наш век многие говорят о том, что женщинам открывается все больше дверей, но можете не сомневаться: та, что ведет в хорошее общество, для вас навсегда останется закрытой.

С громким звоном мисс Денкер поставила чашку на блюдце, едва не расплескав ее содержимое. Спратт, не дрогнув, продолжал изучать газету, но уголки его губ слегка приподнялись, а в глазах мелькнула довольная усмешка.

— Ну вы и хам, скажу я вам, мистер Спратт! — вскипела мисс Денкер. — И такой человек работает дворецким у моей леди!

— Ну вы и нахалка, мисс Денкер, — хмыкнул он. — И такая женщина работает горничной моей хозяйки…

— Да я вас… — побагровела мисс Денкер, но мелодичный звон колокольчика воспрепятствовал дальнейшему обмену мнениями.

— Это черный ход, — мистер Спратт посмотрел на стену, к которой были прикреплены звонки, аккуратно поставил на стол свою чашку и встал. — Прошу меня простить.

Мисс Денкер погрозила ему вслед кулаком, сгоряча отхлебнула слишком большой глоток кофе и едва не поперхнулась.

Поскольку ведущий к двери черного хода коридор примыкал к комнате для слуг, мистеру Спратту не нужно было далеко идти, а мисс Денкер хорошо слышала, что происходило у двери. Мистер Спратт распахнул ее и увидел троих деревенских мальчишек. Им было не больше десяти-одиннадцати лет, и каждый из них имел столь хитрый вид, что Спратт сразу заподозрил неладное.

— Что вам угодно? — спросил он.

— Мы пришли увидеть старую ведьму, — с дерзкой ухмылкой сообщил тот, что имел самый наглый вид — наверняка вожак.

— Да как вы только смеете оскорблять ее светлость! — Спратт побагровел от гнева.

Мальчишки громко засмеялись.

— Он имел в виду не ее светлость, — пояснил другой мальчишка, ростом пониже, но такой же бойкий. — Он имел в виду горничную! Это ее мы хотим увидеть!

— Правда, что у нее на лице растут бородавки? — живо поинтересовался третий мальчуган. — В деревне говорят, она вредная, как ведьма, но у настоящей ведьмы должны быть бородавки, я точно знаю!

— Я вам покажу ведьму!! — мисс Денкер, которая всегда могла похвастаться отличной реакцией и склонностью к радикальным методам, оттолкнула в сторону Спратта и, замахнувшись позаимствованным на кухне половником, кинулась на дерзких мальчишек. Те с визгом бросились врассыпную, а Спратт, позабыв о строгой выучке бесстрастного дворецкого, расхохотался в голос.

Мисс Денкер вернулась через десять минут. К тому моменту чашка Спратта уже опустела, но он решил, что по случаю праздника — а то, что сегодняшний день следовало так именовать, не вызывало никаких сомнений — он может позволить себе дополнительное удовольствие, и снова ее наполнил. Кофе мисс Денкер, как он не без злорадства отметил, успел остыть. Ничего, это отучит ее хватать чужое. По крайней мере, на время.

Когда в коридоре хлопнула дверь черного входа, Спратт напустил на себя самый серьезный вид. Да, в своем триумфе он будет благороден, как и подобает дворецкому с безупречной репутацией. А мисс Денкер следует стойко принять этот жизненный урок. В конце концов, она не так уж и часто…

— Да-да, пожалуйста, проходите — он, должно быть, все еще бездельничает в комнате для слуг…

Только многолетняя выучка помогла Спратту не разинуть от изумления рот. Мисс Денкер, потрепанная, но не побежденная, привела в комнату для слуг тех самых мальчишек, за которыми погналась не далее как десять минут назад. Судя по их нахальному виду, они ни капли не смущались и смотрели на Спратта с нескрываемым интересом.

— Вот, пожалуйста, — громко объявила мисс Денкер. — Толстый вредный колдун с бородавками в самых неожиданных местах. Наша госпожа об этом, разумеется, не знает, но по ночам мы превращаемся в лягушек и ускакиваем колдовать на реку. Мы всегда колдуем вместе, как и пристало двум любящим супругам! — она пронзила Спратта гневным испепеляющим взглядом. Мальчишки заржали, а дворецкий, побледневший от такого вопиющего обвинения, не глядя почти бросил на стол свою чашку, расплескав половину кофе, и вскочил, намереваясь схватить незваных гостей за шиворот и преподать им урок. Однако мальчишки оказались шустрее, и в мгновение ока их и след простыл, так что Спратту не осталось ничего другого, как выместить свой гнев на сложившейся пополам от хохота мисс Денкер.

— Вы… — от гнева ему не хватало слов. — Вы самая невыносимая, вульгарная и невоспитанная горгулья, которую я имел несчастье встретить!! Какого черта вы наговорили этим безобразникам?!

Мисс Денкер, у которой на глазах выступили слезы, только рукой махнула.

— Вы не подумали, что скажет леди Грэнтем, если до нее дойдут те грязные инсинуации, которые вы только что из себя исторгли?! — возопил Спратт.

Все еще пребывая во власти истеричного смеха, мисс Денкер взяла его чашку и сделала большой глоток кофе. На сей раз она не поперхнулась, а икнула, но это, похоже, возымело свой эффект, потому что с грехом пополам она успокоилась и сказала:

— Если моя леди об этом узнает, она не изменит присущему ей чувству иронии и решит, что все закономерно. Ведь недаром, мистер Спратт, люди утверждают, что муж и жена — одна сатана. А кто мы с вами, если не сам дьявол во плоти? — она заговорщически ему подмигнула и, пошатываясь, словно в кофе был подмешан крепкий ликер, вышла из комнаты.

Спратт едва не лопнул от злости, но, к счастью, этого не случилось.

Ведь он не мог допустить, чтобы эта невыносимая женщина одержала над ним победу.