В аду лишь двое (AU с фан персонажем) (гет)

Старый граф насиловал Джима не слишком часто, всё-таки были и другие "куклы", но всё равно Лилиан каждый раз была свидетелем, каждый раз видела это снова. Крики давно прекратились, больше девочка не видела смысла кричать, слёзы тоже практически сошли на нет. Это сделало её незаметнее, но не прошло даром для психики. Джим пару раз даже отбирал у сестры острые предметы, которыми она хотела выколоть себе глаза и отрезать уши, но это не спасло от небольших шрамов на детском личике из-за этих попыток.

— Почему, скажи мне, почему?! Ты думаешь, что это выход?! Этой старой падали только и надо, чтобы ты сломалась окончательно! Я приказал тебе изображать подавленность перед этим старикашкой, а не реально ломаться! — кричал Джим, в очередной раз отбирая у сестры острый осколок стекла. — Может, если ты изобразишь, что сломана достаточно, то он отстанет... Скажи честно, я стал тебе противен? Если я больше не так невинен как раньше, то ты уйдёшь?! Я же больше не удобный старший брат! Ты же останешься со мной? Скажи мне, Лилиан, скажи... — он пытался скрыть эмоции, но хотелось заплакать.

Конечно же, Лилиан никак не волновало, невинен её брат или нет. Девочка лишь отчаянно хотела, чтобы брата перестали насиловать. Она молилась, молилась на это на каждый день, пока не перестала верить в бога. Где-то Лилиан слышала, что если ты просишь у бога невозможного или слишком многого, то он не исполнит твою просьбу, но что тут невозможного в том, чтобы Джима просто перестали мучить? И разве она многого просила? Ясно стало одно — бог девочке не поможет, остаётся надеяться на себя, себя и только себя. Ну и на какое-нибудь чудо, а вдруг? Лилиан всё равно больше полагалась на это самое чудо, убеждая брата:

— Вот увидишь, этот старикашка не проживёт долго, он обязательно сдохнет, а мы будем на его могиле отплясывать! Это правда, братец, ты же того хочешь, а все твои желания обязательно сбудутся! Хи! — тараторила девочка, кружа вокруг Джима как маленькая пчёлка вокруг цветка.

Но, увы, надо было решать свои проблемы самим, а не ждать чуда или инфаркта старого графа. Ну, в крайнем случае можно было довести до этого инфаркта. Решение этой самой проблемы Джим услышал в день мытья, когда всех "кукол" отмывали жёсткими щётками на холодном полу специальной комнаты. Б-р, холодное и очень мокрое зрелище! Один из мальчиков всё говорил другому:

— Знаешь, а говорят, что в лесу живёт фея! Если ей что-то пообещать, то она исполнит любое твоё желание! — тормошил он рядом сидящего, но тот лишь отмахнулся, мол, сказки это. В чём-то тут была правда, ведь о какой фее можно думать, когда ты по сути в сексуальном рабстве? Ахуенно, прямо скажем, не хватало ещё и какие-то сказки слушать!

Но Джим заинтересовался, в конце концов, правда это или нет, попробовать никогда не помешает. Ведь это хотя бы надежда на то, что из этого ада можно вырваться, что можно зажить нормально. А если не сработает — чего терять? Он положил руку на плечо того "сказочника" и спросил:

— Фея, говоришь? И как её призвать?

* * *

Лес, деревья отдают зелёную листву в пользу красоты пейзажа. Сегодня пасмурно, солнце не скрасит эту картину, какая жалость. Где-то пробежала мышь, а вот и паук только что закончил свою паутину. Ох, все старания бедного паучка на смарку, ведь паутина теперь на лице у скачущего по тропинке мальчишки, говорящему под нос какой-то стишок, похожий на ритуальный! Как нетрудно догадаться, разрушителем паучьих трудов был Джим. Лилиан с собой не взял, будет мешаться, даже не сказал на всякий случай ничего. Убежать из поместья было не очень легко, но и не трудно. К тому же и лес тут недалеко, успеет вернуться, пока не хватились. Итак, для призыва феи много не надо: придти к дубу, попутно напевая специальное заклинание, больше похожее на какой-то стишок, а ещё на одном моменте покрыть лицо паутиной. Не сложно, спасибо, что хоть без жертвоприношений. Что ж, обряд выполнен, Джим, стоя около того самого дуба, проговорил заключающую фразу (не то чтобы она была нужна для обряда, скорее для пафоса):

— Приди же, фея!

И... Ничего не происходит. Тьфу, так и есть: наебали! Мальчик раздражённо пробормотал, сжав кулаки:

— Бабушкины сказки!

Он уже собирался уходить, как вдруг на его руку упало что-то, похожее на снежинку, потому на вторую руку упала такая же соринка. Снег? Нет же! Присмотревшись, Джим понял, что это был прах. Потом глаза резко заполонила тьма, а когда она опустила свою занавесу, то мальчик обнаружил себя в огромной паутине в неизвестном месте, сверху донизу наполненном тёмный энергией. Огляделся — в паутине не он не был один, там были ещё трупы других людей, но в некоторых лицах узнавались жители родной деревни. Хм, интересно, почему именно они? В живом одиночестве (трупы ведь, конечно же, мертвы) Джим пробыл недолго, над ним навис огромных размеров паук, пожалуй, одного вида такой твари достаточно для инфаркта арахнофоба.

— Скажи мне, мальчик, каково твоё желание? Быть может, ты жаждешь мести? — проговорило существо, его лик приобрел более менее людские черты, хотя человеком оно не являлось.

Джим впервые настолько задумался. Чего же он хочет? Ненависть к жителям деревни не угасла, но ведь те мертвы. Похотливый старик как-то по барабану, хоть и раздражает. Джим думал не о том, что будет лучше для него или сестры, он думал о том, чего сам хочет. В конце концов, собственное желание просрать очень не хочется, чтобы за него ни надо было пообещать.

— Я ненавижу жителей моей деревни, но все они мертвы. А на того старика я чихать хотел. — почему-то начал рассуждать вслух мальчик, пока существо слушало его и пыталось сделать выводы.

— Я понял — проговорила тварь, чуть улыбнувшись рожей, похожей на старого графа Транси — Ты хочешь противоречия. Да будет так. Контракт будет заключен когда ты найдешь своё желание.

Тьма вновь окутала глаза и Джим очнулся в своей кровати, но перед этим спросив у существа, фея ли оно. Тварь равнодушно ответила:

— Демон.

* * *

Джим проснулся. Погодите, это был сон? Он и сам не знал, признаться. А причина прерывания сна была одна маленькая особа под названием Лилиан, которая трясла брата за плечо.

— Чёрт тебя дери, что?! — раздражённо сказал Джим, сев на кровати, но при этом стараясь говорить тише, чтобы не услышали остальные мальчики.

— Мне приснилось, что ты куда-то ушёл, а мне не сказал. Ты реально ушёл или нет? — задала довольно глупый детский вопрос Лилиан, вот только её брату этот вопрос дал понять, что девочка видела тот же сон.

Но Джим решил отмахнуться как от мыслей об общем сне, так и от сестры:

— О боже, ну ты как думаешь? Если я куда-то ушёл в твоём СНЕ, то это будет реальным?! Ясен пень, что не будет! Спи, дурочка — закатил глаза он.

Лилиан села рядом с братом и прижалась к его плечу, еле слышно сказав:

— А ты всё равно никуда не уходи. Вот не уходи и всё тут, так надо.

Джим вдруг усмехнулся и проговорил сестре, смотря прямо в её глаза:

— А знаешь, что я тебе скажу, м? Скоро всё будет хорошо, это я тебе обещаю. Они все, все до единого, все, кто обижал тебя или меня, все сдохнут! А ты пока слушайся меня, это приказ! — объявил он, хитро прищурившись.

Лилиан тихо захихикала и ответила:

— Да, ваше высочество!

Мальчик огляделся по сторонам, смотря, не проснулся ли кто, а потом сказал:

— А теперь марш спать, пока я тебя не придушил чем-нибудь! И больше не беси своим "мне приснилось". Это не реальность, дура, во сне не живут. — решил изобразить ответственного старшего брата Джим, однако он всё ещё думал о демоне.

А самое главное, о чём думал мальчик — чего же он хочет?