Настоящий рыцарь (гет)

Название главы переводится как "Будь что будет".

Возможно, если я останусь в комнате, моего отсутствия никто не заметит.

Леди Бриенна Тарт открыла глаза и уставилась на деревянный полог кровати, украшенный причудливой резьбой. Если она проведет в Красном замке еще несколько дней, то без труда воспроизведет по памяти малейшие изгибы растительного узора. Жаль, что от этого нет никакого толка.

Как и от участия леди в рыцарских турнирах.

Бриенна отвернулась от постылой резьбы и легла на бок, подложив ладонь под голову. Неужели еще два дня назад она считала, что принять участие в турнире в честь свадьбы принца Джоффри и леди Сансы было хорошей идеей? Значит, она действительно такая тупоголовая, как все думают.

Леди Кейтилин так не думает. И она точно заметит, если я не приду на свадьбу. Она воспримет это как личную обиду и будет права.

Что ж, значит, ее ожидает день, полный издевок и оскорбительных насмешек. Бриенне было к ним не привыкать, но после случившегося вчера сносить их будет особенно тяжело.

Победить в турнире она не надеялась — это было бы абсурдно. Хотя Бриенна, благодаря своей комплекции, силе и эффекту неожиданности (мужчины имели обыкновение ее недооценивать, и в этом состояло ее преимущество), могла одолеть большинство участников турнира, у нее не было шансов выстоять в поединке против сира Барристана Сельми и сира Джейме Ланнистера, рыцарей королевской гвардии. Но так уж вышло, что в турнирном раскладе важную роль играет случай. Перед финальной схваткой сир Джейме одолел сира Барристана, а Бриенна выбила из седла сира Лораса Тирелла, любимца публики, на победу которого ставили как лорды, так и простолюдины. Однако обращенное на нее возмущение толпы, недовольной падением своего фаворита, не шло ни в какое сравнение с перспективой сразиться с сиром Джейме.

Бриенна знала, что он ее раздавит. История повторялась, совсем как на турнире в честь именин принца Джоффри, случившемся годом ранее. Тогда Бриенна тоже приняла участие, и сир Джейме был ее противником, только сразиться им довелось не в последнем поединке, а гораздо раньше. Бриенна до сих пор не могла без содрогания вспоминать ту схватку. Сир Джейме не произнес в ее адрес ни одного оскорбительного слова, но сама его фигура, само его отношение так и сочилось презрением. Конечно, разве могло быть иначе? Блистательный рыцарь королевской гвардии в ослепительно белом плаще, красавец, о котором понапрасну вздыхали все столичные барышни, без различий возраста и положения в обществе — и уродливая, безобразная женщина, посмешище, вообразившее, что мечта о рыцарстве стоит того, чтобы в нее верить. Лежа на ристалище в облаке пыли, Бриенна видела, как сир Джейме галантно протягивает ей руку, и в этом жесте было столько издевки, сколько она не изведала за всю свою жизнь.

И все-таки спустя год она снова приняла участие в турнире.

Выходя на ристалище, Бриенна сказала себе, что будет драться до последнего, чего бы ей это ни стоило. Даже если бы сир Джейме перебил ей руки и ноги, она нашла бы в себе силы дать отпор, пусть ей бы пришлось драться одними зубами. Но этого не потребовалось. Из поединка Бриенна вышла победителем.

Казалось, среди зрителей было только три человека, кто радовался ее победе — леди Кейтилин, леди Санса и король Роберт, которого Бриенна, судя по всему, забавляла до крайности. А может, ему просто нравилось видеть, как его шурин терпит поражение. В любом случае, король громко зааплодировал, объявив Бриенну победителем турнира, а затем шумно расхохотался и воскликнул, что ему это очень по душе — ведь если победила женщина, нет нужды выбирать королеву любви и красоты, этот титул принадлежит ей!

Наверное, для него эта тема всегда была болезненной.

Тут уж зрители взорвались хохотом и аплодисментами. Если бы в тот момент кто-нибудь из драконов Таргариенов восстал из пепла и спалил всю Королевскую Гавань, Бриенна была бы ему благодарна — так он уберег бы ее от позора, облеченного в почести, который она сама на себя навлекла. Ведь все вокруг прекрасно понимали, что Джейме позволил ей победить. Столь изощренные насмешки соответствовали репутации Ланнистеров — если хочешь уничтожить человека, сделай это изящно, чтобы никто не мог заподозрить тебя в вероломстве.

После турнира Бриенна заперлась в своих покоях и даже не вышла к ужину. Она думала, никто ее не хватится, но леди Санса послала ей записку со служанкой, справляясь о ее самочувствии. Это вызвало у Бриенны угрызения совести. Накануне свадьбы у старшей дочери Старков наверняка было много своих забот, но все-таки она не забывала о тех, кому могла понадобиться ее поддержка. Бриенна навестила леди Сансу перед сном и пожелала ей удачи. Невеста принца не выглядела взволнованной (Бриенна уже давно заметила, что она хорошо умела скрывать свои чувства), но было очевидно, что предстоящий день гнетет ее своей ответственностью. Бриенна ей не завидовала. Даже если бы ей предложили все золото в Вестеросе и красивое лицо в придачу, она бы ни за что не поменялась местами с Сансой Старк.

Так что Бриенна осталась Бриенной, и если она не хотела оскорбить тех, кто проявил к ней доброту, ей следовало подняться с кровати и приготовиться к торжественному выезду в септу Бейлора, где должна была состояться свадьба принца Джоффри и леди Сансы.

Встав с постели, Бриенна подошла к окну. Погода благоволила новобрачным — стоял чудный теплый день, и хотя из своих покоев Бриенна не видела города, она знала, что улицы Королевской Гавани были запружены народом, желающим хоть одним глазком посмотреть на будущих короля и королеву. Бриенна сочувствовала золотым плащам и королевским гвардейцам — охранять царственных особ и знатных лордов и леди при таком наплыве толпы было крайне сложным и утомительным делом. Оставалось лишь надеяться, что торжества обойдутся без несчастных случаев, иначе и простолюдины, и знать обязательно найдут в этом недоброе предзнаменование.

Первая процессия началась сразу после завтрака. Благородные гости, приглашенные на церемонию, друг за другом, в строгой очередности и с заранее оговоренными интервалами, выезжали из Красного замка и не спеша направлялись в септу Бейлора. Чем менее значительным было их положение, тем раньше они покидали замок (и занимали самые дальние от алтарей места в септе). Предпоследними отправлялись Ланнистеры, Баратеоны и королевская чета, и только спустя некоторое время после них был намечен отъезд леди Сансы, которую сопровождали лорд Эддард, леди Кейтилин и леди Джейни Пуль, ее лучшая подруга, которой предстояло помочь ей с платьем. Бриенна надеялась перед отъездом еще раз повидать Старков, но башня десницы, словно адским пламенем, была объята таким гамом и суетой, что она сочла свое присутствие неуместным и в назначенный час, оседлав своего коня, отправилась в септу.

Каждый из лордов и леди, насколько бы знатными они ни были, воспользовались свадьбой наследника престола, чтобы во всей красе предстать друг перед другом и перед простым народом, и в ярком свете солнца их наряды сверкали, словно драгоценные камни. Но Бриенна, уверенная в том, что на свете не существовало ни одного платья, в котором она будет выглядеть красивой, и ни одного украшения, которое не будет смотреться на ней нелепо, даже не пыталась придать своему наряду хоть какую-то праздничность. Она облачилась в привычные бриджи и дублет и надела плащ с гербом своего дома. Пока она медленно двигалась в сторону септы, Бриенна поймала на себе не один взгляд — недоуменный, насмешливый или просто брезгливый. Как и всю свою жизнь, она старалась этого не замечать и думать о чем-нибудь другом. Ее ожидания оправдались — улицы Королевской Гавани ломились от зрителей. Толкаясь, они напирали на непрерывную цепочку золотых плащей, выстроившихся вдоль улиц, стараясь найти место получше. Бриенна заметила, что многие женщины по такому случаю приоделись и держали в руках цветы. Дети, забиравшиеся на руки к родителям, чтобы лучше видеть, расспрашивали их о проезжавших мимо лордах и леди, и не единожды Бриенна слышала один и тот же вопрос: «А где принцесса? Скоро поедет принцесса?»

Они полюбят ее больше, чем когда-либо любили ее будущую свекровь.

У холма Висеньи Бриенна спешилась и остаток пути прошла пешком. Когда она вошла в септу, та уже гудела от возбужденных голосов приглашенных. Бриенна опустилась на отведенное ей место и принялась ждать. Постепенно септа заполнялась. Вот вошли Тиреллы, хозяева Простора — многочисленные, богатые, великолепные. На их фоне лорд Джон Аррен, повелитель Долины, как-то потерялся (на свадьбу он прибыл без жены и сына — лорд Роберт отличался слабым здоровьем, и леди Лиза предпочла не рисковать, хоть леди Санса и была ее племянницей). А вот принц Оберин Мартелл, брат повелителя Дорна, обращал на себя внимание везде, где появлялся — хотя бы тем, что приехал на королевскую свадьбу вместе с любовницей. Бриенна заметила не один обращенный на Элларию Сэнд восхищенный взгляд примерных мужей, мнивших, что их жены в тот момент смотрят в другую сторону.

Теон Грейджой, наследник Железных островов и подопечный лорда Эддарда, в черном с золотом плаще с застежкой в виде кракена, прибыл одним из последних, вместе с леди Арьей и лордом Брандоном. Леди Арья все-таки позволила облачить себя в подобающее ее статусу светло-серое платье и заплести себе волосы в ровную косу, собранную лентами в тон. Бриенна ожидала, что она будет хмуриться (для нее не было секретом, как мало любви испытывала младшая дочь Старков к Королевской Гавани и обитателям Красного замка), но леди Арья сохраняла вежливый бесстрастный вид. Наверное, это воспитательные беседы лорда Эддарда и леди Кейтилин возымели свой эффект. А вот юный Брандон не скрывал лучистой улыбки, ставшей еще ярче, когда оказалось, что ему предстоит сидеть совсем рядом с леди Ширен Баратеон.

Баратеоны и Ланнистеры, ближайшие родственники короля и королевы, прибыли почти одновременно с царственной четой и принцем Джоффри. У Бриенны екнуло сердце, когда она увидела лорда Ренли. Младший брат короля обезоруживающе улыбался присутствующим, с воодушевлением встретившим его появление. За ним семенил лорд Тирион Ланнистер, младший брат королевы, насмешливым взглядом прибавлявший себе несколько футов роста. Следом шли сир Джейме, облаченный в свой белоснежный плащ, и лорд Тайвин Ланнистер, грозный владыка Утеса Кастерли и дедушка будущего короля.

Монаршая чета прошествовала к алтарю в сопровождении верховного септона и всех своих детей. Принцесса Мирцелла и принц Томмен сияли улыбками, король Роберт, грузный, но не растерявший властности, довольно кивал подданным, а королева Серсея, ослепительно красивая в красно-золотом платье, одаривала окружающих благосклонными взглядами, не лишенными надменности. Что же касалось принца Джоффри, то Бриенна никогда еще не видела его столь подкупающе очаровательным. Для нее не был секретом непростой характер старшего королевского сына и его строптивый нрав, который леди Сансе еще предстояло обуздать, но в том, что у нее это получится, Бриенна не видела причин сомневаться. Как и все самовлюбленные люди, принц Джоффри очень легко обнажал собственные недостатки, и, сам о том не подозревая, давал окружающим возможность использовать их для своих целей. Бриенна была уверена, что если бы лорд Эддард и леди Кейтилин сомневались в способности леди Сансы ужиться с этим человеком, они никогда бы не дали своего согласия на этот брак, а значит, ей следовало доверять их суждению.

После того как все заняли свои места, оставалось лишь дождаться появления невесты. О нем собравшихся в септе Бейлора предупредил воодушевленный гомон, с которым народ не встретил никого из остальных, даже королевскую чету. Стены септы были не в силах заглушить приветственные крики, и когда леди Санса в сопровождении родителей и придерживавшей подол ее платья леди Джейни появилась на пороге, Бриенна подумала, что такая реакция ее совсем не удивляет. В белом платье, расшитом золотыми узорами в виде волка, оленя и льва, леди Санса напоминала живое воплощение Девы. В ее темно-рыжих волосах, уложенных по южной моде, сверкала серебряная диадема — подарок будущего свекра. Когда она подошла к принцу Джоффри и улыбнулась ему, Бриенна почти позабыла о его недостатках. Зато где-то в груди у нее кольнуло непонятное чувство.

В моей жизни такой церемонии никогда не будет.

После трех неудачных помолвок Бриенна смирилась с тем, что ей не суждено стать женой и матерью, но сегодня, глядя на то, как принц Джоффри укутывает леди Сансу в черный плащ с вышитым на нем золотым оленем, она ощутила легкую тоску. Рано или поздно ее отец покинет этот мир, и она останется в полном одиночестве — несуразная женщина в рыцарских доспехах, вечная потеха для лордов и простолюдинов. Возможно, леди Санса… принцесса Санса возьмет ее к себе на службу, и так жизнь Бриенны будет иметь хоть какой-то смысл. В ее сердце разлилась предательская горечь. Все-таки жаль, что у богов не нашлось для нее иной участи.

Пенять богам — недостойное дело.

Бриенна вздрогнула, отгоняя печальные мысли. Сегодня праздник, и она будет радоваться, чего бы это ни стоило. Пока она размышляла, церемония подошла к концу, и довольный принц Джоффри повел под руку свою улыбающуюся жену. Присутствующие в септе гости наперебой желали им счастья, но их голоса потонули во взрыве ликования, раздавшемся с площади, когда молодожены вышли на улицу.

Возвращаться в Красный замок им предстояло в обратном порядке: сначала принц Джоффри и принцесса Санса, затем король и королева с младшими детьми, лорд и леди Старк с леди Арьей и лордом Брандоном и потом уже все остальные. Пока принц и принцесса садились в экипаж, Бриенна оставалась в септе, но успела поймать его взглядом, когда вышла на площадь. Жители Королевской Гавани громко приветствовали их, дети хлопали в ладоши, женщины бросали цветы. Бриенне подумалось, что даже если бы сам Эйгон Завоеватель высадился сейчас в столице, ни один из ее жителей не оказал бы ему поддержки. Она не присутствовала на свадьбе короля Роберта и королевы Серсеи, но предполагала, что даже тогда правящая династия не пользовалась такой популярностью, которую принесло ей бракосочетание молодого принца и прекрасной северянки.

В Красном замке новобрачных и их гостей ждал грандиозный пир. Когда Бриенна, наконец, добралась до королевской резиденции, весь путь к которой был усыпан цветами, она первым делом направилась к себе, чтобы освежиться и сменить один мужской костюм на другой. С большим удовольствием она осталась бы в своих покоях, но это сочли бы верхом неучтивости, и она все-таки спустилась в Великий чертог.

По праву рождения ей причиталось не самое высокое место, но Бриенну это радовало — так она могла оставаться незаметной и наблюдать за другими, радуясь их веселью. Принцесса Санса сменила свое бело-золотое платье на светло-серебристый наряд, украшенный вышитыми фигурками маленьких оленей, волков и львов. Принц Джоффри рядом с ней выглядел если не счастливым, то определенно веселым — впервые он был в центре важного события, потеснив и отца, и мать. Король и королева, впрочем, не остались в тени — он искренне веселился с присущим ему размахом и то и дело хлопал по плечу лорда Эддарда, с которым наконец-то породнился, а она держалась как образцовая мать, бесконечно гордая за своего сына.

Угощение на пиру вышло на славу — столы ломились от обилия дичи, и Бриенна отметила, что никогда еще не пила столь изысканное вино. Однако если гостям старшего поколения было достаточно вкусной еды и приятных напитков, молодежь заскучала за одними разговорами, и вскоре начались танцы.

Первыми в центр зала, под гром аплодисментов, вышли принц и принцесса. Высокий и статный, принц Джоффри очень хорошо смотрелся рядом с изящной принцессой Сансой, и когда заиграла музыка, они затанцевали с необычайной грацией. Вскоре за ними последовали лорд Эддард, пригласивший королеву Серсею, и король Роберт в паре с леди Кейтилин. Лорд Ренли присоединился к танцующим в паре с леди Маргери Тирелл, и у Бриенны болезненно екнуло сердце, так что она поспешила перевести взгляд на принцессу Мирцеллу, танцевавшую с лордом Брандоном.

С небольшими перерывами танцы продолжались до самого вечера. Принцесса Санса успела потанцевать со всеми своими новыми родственниками, кроме лорда Станниса — пожалуй, единственного из гостей на пиру, кто ни разу не улыбнулся, и лорда Тайвина, по слухам, не танцевавшего со смерти жены. Король Роберт кружил ее по залу, словно огромный медведь из знаменитой песни, принц Томмен танцевал неуклюже, но с большим энтузиазмом. Когда принцесса Санса танцевала с лордом Ренли, Бриенна наблюдала за этим с легкой улыбкой, но когда ее пригласил сир Джейме, нахмурилась, будто увидела что-то неприятное. Сегодня он был великолепен и невероятно галантен, но у Бриенны перед глазами все еще стояло вчерашнее унижение. Глядя на то, как он танцует с принцессой, она ощутила сильное желание оказаться как можно дальше от Великого чертога, там, где никто не будет ее знать, и где она не услышит ни одной насмешки.

Наверное, единственным, кто желал покинуть пир сильнее, чем Бриенна, был лорд Тирион. Сидя на почетном месте между отцом и братом, он один за другим опустошал кубки с вином, но напиток, казалось, никак на него не действовал. Он старался хранить верность своему насмешливому виду, но с каждым новым кубком это было все сложнее, и сквозь броню его иронии наружу проникала угрюмость и даже печаль. Он переменился, лишь когда принцесса Санса подошла к нему и что-то сказала — видимо, пригласила его потанцевать. Лорд Тирион смешался и, судя по всему, ответил отказом, но принцесса настаивала, и он все-таки уступил. Музыканты как раз заиграли медленный танец, и лорд Тирион сумел составить пару принцессе, не выглядя при этом неуклюже. В присутствии его отца никто не посмел над ним смеяться, а лорд Тайвин наблюдал за танцующими бесстрастно, без всякого выражения. Когда музыка смолкла, и принцесса Санса подошла к своему мужу (принц танцевал с леди Маргери), он что-то сказал ей с кривой усмешкой, на что она ничего не ответила и, улыбнувшись, сделала знак музыкантам.

Бриенна не знала мелодии, которую они заиграли, но судя по одобрительному гулу, которым ее встретили северяне, поняла, что следующий танец был родом из тех краев. Как свидетельствовало удивление на лицах лорда Эддарда и леди Кейтилин, они не знали, что их дочь планировала разнообразить таким образом свадебный мир. Однако еще большим сюрпризом стало то, что к северянам присоединились и южане, в том числе принцесса Мирцелла и… леди Ширен.

Неужели союз Баратеонов и Старков укрепится еще одним браком?..

Несколько секунд юный лорд Брандон выглядел совершенно ошеломленным таким развитием событий, а затем поспешно присоединился к танцующим. Юноши и девушки стояли друг напротив друга и то приближались, то отдалялись, чередуя разные фигуры и меняясь местами, из-за чего каждый одновременно танцевал с несколькими партнерами. Когда лорд Брандон оказался рядом с леди Ширен, она так ярко ему улыбнулась, что Бриенна была совершенно уверена: никто в Великом чертоге в тот момент не заметил следов серой хвори у нее на лице.

Жаль, что ни одной улыбке на свете не скрыть моего уродства.

Вместе с северянами танцевал и Теон Грейджой. Девушки-южанки с завистью смотрели на то, как он кружит в танце леди Джейни Пуль, ослепительно ей улыбаясь. Они прошли пол-оборота, поменялись местами, и леди Джейни оказалась между Теоном и лордом Домериком Болтоном, наследником Дредфорта. От его взгляда любому могло стать не по себе, но леди Джейни не дрогнула, продолжая приветливо улыбаться. Повинуясь рисунку танца, она позволила лорду Домерику покружить себя, а затем снова оказалась рядом с Теоном.

Тут только Бриенна заметила, что к танцу не присоединилась леди Арья. Странно — ведь леди Кейтилин упоминала, что лорд Эддард нанял ей учителя как раз с этой целью. Бриенна окинула взглядом Великий чертог, но леди Арьи нигде не было видно. Наверное, вышла подышать свежим воздухом, подумала она. Музыка смолкла, танцующие остановились, и гости наградили их овацией. Бриенна увидела, как лорд Брандон что-то сказал леди Ширен, и она засмеялась. Теперь следы болезни на ее лице выглядели едва не как украшение.

Принц Джоффри, не присоединившийся к танцу северян, громко потребовал, чтобы музыканты продолжали. Заиграла мелодия, танцы возобновились, и Бриенне вдруг захотелось выйти на воздух. Если бы кто-то задал ей вопрос, она бы сказала, что ищет леди Арью, но никто не обратил на нее внимания.

Западный двор Красного замка встретил ее сумраком и прохладой. Бриенна и не знала, как сильно ей не хватало свежего воздуха. В огромном зале, наполненном запахами еды, вина, благоуханий и пота, она начала задыхаться. Все-таки пиры, это не для нее. Будет лучше, если она удалиться до того, как начнется церемония проводов на брачное ложе — вряд ли кто-то ее хватится…

— Вы не танцуете?

У Бриенны внутри все оборвалось. Медленно повернувшись, она встретила взгляд сира Джейме. Удивительно, но ни в его глазах, ни в его голосе не было насмешки.

Очередная ланнистерская уловка.

— Нет, — сказала Бриенна и отвернулась. Вчера она обещала себе, что будет драться до последнего, и это обещание она сдержит.

— Жаль, — коротко сказал сир Джейме. Помолчав, он добавил: — Впрочем, вы бы все равно не согласились, если бы я вас пригласил.

От его наглости у нее внутри все заклокотало.

— Вам мало вчерашнего унижения, сир Джейме? — с еле скрываемой горечью поинтересовалась она.

— Унижения? — повторил Ланнистер. — Вы считаете свою победу унижением?

— А вы считаете иначе? — Бриенна резко развернулась — ей не хотелось, чтобы он обвинил ее в том, что она вынуждает его разговаривать с ее затылком. — Вы поддались мне, и только затем, чтобы весь двор вдоволь надо мной посмеялся! Как еще может женщина одержать победу на рыцарском турнире, если мужчина ей не поддастся?

— Если эта женщина вы, то ей вовсе не нужно участвовать в турнире, чтобы доказать свое превосходство! — с раздражением парировал Ланнистер.

Бриенна расхохоталась, хотя внутри у нее все сжималось от боли.

— Ваши насмешки постыдны для рыцаря королевской гвардии, сир Джейме, — она повернулась, чтобы уйти, но он крепко схватил ее за предплечье.

— Так вы думаете, я над вами насмехаюсь, леди Бриенна? — с нажимом спросил он. В его глазах мерцали отблески пламени — наверное, во всем был виноват неровный свет факелов.

— Я не думаю, сир Джейме, я знаю, — Бриенна попыталась стряхнуть его руку, но он слишком крепко ее держал. А может, у нее недоставало сил вырваться. — На прошлогоднем турнире…

— О да, на прошлогоднем турнире вы не вызывали у меня ничего, кроме презренья, — закивал Джейме, и странный свет в его глазах будто стал ярче. — Женщина в доспехах, да еще и такая, как вы… В целом Вестеросе не найти существа забавнее. И то, как быстро вы подружились со Старками, и эта ваша преданность, и стремление всегда поступать, как должно, и помощь слабым, и трогательное заступничество за леди Жиенну Вестерлинг перед леди Кейтилин… Да, леди Бриенна, все это было донельзя забавно, и так диковинно, и несуразно, прямо как в тех сказаниях о настоящих рыцарях, которыми до сих пор зачитывается мой младший племянник!..

Бриенна пораженно смотрела на него. Она даже забыла, что сир Джейме продолжал держать ее за руку. Вокруг нее словно осыпалась старая одряхлевшая стена, за которой она ничего не видела, но теперь…

— Вы… — пробормотала она. — Вы…

— Да, леди Бриенна, я сам себе удивился, но в какой-то момент я начал вам завидовать, потому что вы воплощаете собой то, чем я мечтал, но так и не сумел стать, — горько усмехнулся сир Джейме. — Вы думаете, вам тяжело жить из-за того, как вы выглядите — попробовали бы вы понести на себе мое клеймо.

Бриенна вздрогнула. Она не нуждалась в уточнениях, чтобы понять, о чем он говорит.

Цареубийца.

По взгляду Джейме было ясно, что он услышал невысказанное слово.

— Вот видите, леди Бриенна, — глядя ей в глаза, он медленно отпустил ее руку. — Вы все понимаете. Не буду отрицать — решение уступить вам было почти спонтанным, но я о нем не жалею. Иначе мне пришлось бы выбирать королеву любви и красоты, и моя милая сестрица не простила бы мне, если бы я отдал венок кому-то другому. А ей пора привыкать к тому, что не она одна на свете всех милей.

Бриенна сглотнула.

— Значит, вы отдали победу мне, чтобы преподать урок ее величеству? — тихо спросила она.

Джейме выдержал ее взгляд, а затем сказал каким-то странным голосом — таким же необычным, как то пламя, что Бриенна увидела в его глазах.

— Нет. Я отдал вам победу, потому что вы ее заслужили.

Прямо как в тех легендах о настоящих рыцарях.

В Великом чертоге смолкла музыка, и раздались разгоряченные голоса.

— О, — сказал сир Джейме. К нему вернулся его насмешливый вид. — Кажется, началась церемония проводов на ложе. Не хотите присоединиться?

Бриенна покачала головой. Сир Джейме хмыкнул и, напевая песню о медведе и прекрасной деве, направился в сторону Великого чертога.

Вернувшись в свои покои, Бриенна не стала ложиться — она знала, что все равно не сможет уснуть. Разговор с сиром Джейме сбил ее с толку, разбередив чувства. Какая-то часть ее опасалась, что эта откровенность была лишь ширмой для очередной насмешки, но в глубине души она в это не верила. Настоящий рыцарь. Он назвал ее настоящим рыцарем и, кажется, был искренен.

Неужели в этом и состоит победа?..

Небо за окном начало постепенно светлеть, когда Бриенна, утомленная необъяснимыми событиями прошедшего дня, решила отправиться спать. Но осуществить свое намерение она не успела — в дверь ее комнаты постучали. Недоумевая, кто бы мог побеспокоить ее в столь поздний час, Бриенна открыла.

На пороге стоял лорд Эддард.

— Леди Бриенна, я прошу вас простить меня за вторжение, — с тревогой произнес он. — Вы бы могли пойти со мной? Я… Мне нужна ваша помощь.

— Да, конечно, — растерянно кивнула Бриенна. Вместе с лордом Эддардом она спустилась в Великий чертог. Молодых уже давно проводили, и большинство гостей отправилось спать, но некоторые продолжали праздновать. Знаком попросив Бриенну подождать, лорд Эддард направился к Теону Грейджою и леди Джейни, сидящих за столом и тихо о чем-то беседующих. С непониманием они последовали за ним, и лорд Эддард вывел их и Бриенну во двор, подальше от любопытных ушей.

— Мне очень жаль, что я вынужден сообщить вам это в такой час, но, боюсь, дело не терпит отлагательств, — лорд Эддард печально на них посмотрел. — Только что пришло письмо из Винтерфелла.

У Бриенны упало сердце.

Черные крылья, черные вести.

— Леди Жиенна?.. — ахнула леди Джейни.

Лорд Эддард тяжело кивнул.

— Мейстер Лювин пишет, что она родила мальчика. Малыш в порядке, но вот леди Жиенна… — он помолчал. — Мейстер говорит, что надежды нет. Возможно, она уже…

Леди Джейни всхлипнула, и Теон машинально взял ее за руки, притянув к себе. Бриенна сомневалась, что они отдавали себе отчет в этих действиях.

— Мы должны ехать, — хрипло сказал Грейджой. — Нельзя… Нельзя оставлять Робба в такое время.

— Мы выедем как можно скорее, — кивнул лорд Эддард. — Мне жаль огорчать леди… принцессу Сансу, но я боюсь, что у нас нет выбора. Леди Джейни, вы останетесь с ней. И вы, леди Бриенна, — он посмотрел на нее. — Я знаю, что не имею права просить вас об этом, но…

— Я останусь, — твердо пообещала она. — И буду служить принцессе Сансе.

— Спасибо, леди Бриенна, — поблагодарил лорд Эддард. — Я…

— Нед!

Они обернулись. К ним спешила леди Кейтилин. Бриенна еще никогда не видела ее такой встревоженной.

— Нед, Арья пропала! — воскликнула она, поравнявшись с мужем.

— Что?.. — выдохнул лорд Старк.

— Арья, ее нигде нет! Не знаю, как и когда это случилось — видимо, она убежала с пира и до сих пор не вернулась домой!..

— Но… — растерянно пробормотал лорд Эддард. — Но ведь она… куда она… и почему…

— Она может быть где угодно, Нед! — леди Кейтилин была близка к панике. — И что нам теперь делать? Если в городе узнают, что пропала дочь десницы короля…

Теон Грейджой и леди Джейни как-то странно переглянулись.

— Что? — почти вскричала леди Кейтилин. — Что вам известно?!

— Ничего определенного, миледи, — осторожно сказал Теон. — Но если Арья и хотела сбежать, то, скорее всего, она направилась… ну… — он замялся.

— К Джону Сноу, — на одном дыхании прошептала леди Джейни.

Леди Кейтилин посмотрела на них, как на умалишенных.

— Что?.. Вы хотите сказать, что моя дочь отправилась… на Стену?

Теон и Джейни виновато опустили глаза, будто в этом была их вина.

— О боги… — прошептала потрясенная леди Старк. — О боги…

— Кэт, послушай, — лорд Эддард взял ее за руку и слегка встряхнул. — Я сейчас же напишу Джону и отправлю отряд на поиски. Остальным мы скажем, что после известия о Жиенне Арья сразу отправилась в Винтерфелл, не желая ждать. Это прозвучит убедительно. Даже для Сансы и Брана.

Несколько мгновений леди Кейтилин смотрела на мужа, будто не понимая, что он говорит, а затем закрыла глаза и заплакала.

— Ох, Нед… Я ведь была так несправедлива к ним обеим… Что же я наделала… Что наделала…

Лорд Эддард мягко привлек ее к себе, и Бриенна отошла, не желая быть неделикатной.

А она так надеялась, что эта свадьба обойдется без недобрых предзнаменований.

* * *

Ранним утром следующего дня обитатели Красного замка собрались во дворе, чтобы попрощаться с десницей и его семьей.

Это были молчаливые проводы. Принцесса Санса по очереди обняла родителей и брата, едва сдерживая слезы. Когда она попрощалась с ними, принц Джоффри сдержанно обнял ее одной рукой за талию. Сегодня он не выглядел самодовольным.

Теон Грейджой, которому теперь не суждено было принять участия в предстоящем турнире лучников, поцеловал руку принцессы и затем точно так же попрощался с леди Джейни. Бриенна заметила, что когда он отпустил ее руку, в ее ладони что-то блеснуло. Она бросила взгляд на застежку его плаща. Кракена там больше не было.

Попрощаться со Старками вышла и леди Ширен Баратеон в сопровождении угрюмого лорда Станниса и преданного сира Давоса. Лето, лютоволк лорда Брандона, печально лизнул ей руку, а сам младший Старк с грустью сказал ей несколько слов, и леди Ширен лишь кивнула в ответ и быстро смахнула подступившие слезы.

Даже король Роберт выглядел подавленным. Он крепко пожал руку лорду Эддарду, взяв с него обещание вернуться, как только это станет возможным. Королева Серсея хранила царственное молчание.

Уже когда вереница повозок скрылась из виду, и провожающие разошлись с невеселым видом, леди Бриенна заметила сира Джейме, оставшегося в стороне от прощавшихся родственников. Он поймал ее взгляд и коротко ей кивнул, а затем повернулся к сиру Барристану и о чем-то с ним заговорил. С тяжелым сердцем Бриенна вернулась в свои покои.

Она очень надеялась, что в оценке ее рыцарских качеств он оказался прав. Ибо что-то подсказывало ей, что скоро им предстоит пройти проверку на прочность.