Путь (джен)

Во-первых, мне нужен свиток Химе. Он лежит в моей комнате. Во-вторых, надо переодеться в подходящую случаю одежду. По этикету Химе должна носить кимоно, но мама не подготовила его для меня. Техника огненного шара недостаточно мощная, чтобы родители признали мою готовность, как шиноби. Если я не могу сжечь врага, значит, ни о каких переговорах не может идти речи. Но клан уничтожен. Больше некому экзаменовать меня.

Кимоно мамы слишком велико. Я с содроганием думаю о том, что придется взять одежду Итачи. Убийцы родителей. Моего старшего брата. Вдруг тела еще не убрали? Меня трясет от одной мысли вновь увидеть десятки тел. Это в аниме не показывали детских трупов. Я точно знаю, что дети Учиха существовали. И только меня пощадили. Меня! Глупую, наивную, неуклюжую Саске, от которой нет пользы. Что мешало оставить в живых других детей? Двухлетнего Сору? Трехлетнюю Момо? Трехмесячного Котаро? Старика Шиничи?

В груди все сжимается и невыносимо жжет. Итачи, Итачи! Как ты мог? Как ты мог поставить меня выше всего клана? Неужели любовь Учиха настолько ядовита? Мы готовы уничтожить любого ради наших идеалов. И я стану такой. Не хочу! Шисуи был другим: добрым, веселым, ярким. «Знала ли ты его на самом деле, дурочка?» — шепчет внутренний голос. Человек, оставивший лучшего друга разбираться с бунтом, это ли дружба? Покончивший с собой на глазах этого же друга, это ли доброта? Почему Шисуи не отправился к Хокаге? Не рассказал правду? Не отправил призыв с запиской, в конце концов? Ах, он был отравлен! У него не было чакры! Как совпало-то!

Я злюсь. Ненавижу. Образ Шисуи трескается. Взгляд падает на исцарапанные до крови руки. И кольцо. Тоненькое кольцо, подаренное Шисуи. Серебряное. Я совсем о нем забыла.

Мне было четыре, и я рассказывала Шисуи, как тяжело тренироваться с братом и мамой, как раздражает постоянный контроль. Много тогда наговорила после очередной тренировки, потому что не выдерживала давления. Слишком устала. Еще Система с постоянными заданиями, которые не успевала выполнить. Частые головные боли. Про Систему, конечно, молчала, но как хотелось, чтобы хоть одна душа знала о ней. Шисуи тогда выслушал, обнял, наговорил какой-то успокаивающей чуши, а через время принес кольцо с надписью «Ты можешь, пока жива». Он специально взял несколько миссий ранга D, чтобы подарок был чистым, купленным за мирные деньги. Тогда Шисуи сказал, что я могу все: тренироваться, злиться, любить, расстраиваться. Я свободна в своих чувствах, пока жива. И все трудности временные.

Я жива. Я жива, черт возьми. Мама, папа, Изуми погибли, чтобы я жила. Итачи убил клан, чтобы его младшая сестра могла жить. И не мне, живущей за них, погружаться в самобичевание и ненависть. Моя жизнь куплена драгоценными жизнями остальных Учиха, и я должна стать достойна столь кровавой цены.

На душе горько, но ненависть утихает. Так сложилась жизнь, и винить мертвых глупо. Прости, Шисуи. Ты сделал то, что мог. Я сделаю то, что могу. В конце концов, Учиха Саске — Химе Великого клана. И я должна защитить клан.

В коридоре послышались шаги. Не успела.