Путями Силы: Предвидение (джен)

Никуда лететь не пришлось. Очень быстро выяснилось, что Вентресс уже давно и с удовольствием пользуется услугами ботанов — тех самых ненавязчивых, но крайне эффективных посредников. Клиентов, которым требовался одарённый наёмник, в галактике всегда хватало, так что Асажж без работы не сидела. Мне оставалось лишь ждать организованной ботанами встречи и заполнять время изучением полученной информации.

Изначально ботанам я направила три запроса. Меня интересовало всё, что хоть как-то касалось рыцаря Нимо, текущее положение одарённых после падения Республики и, наконец, примерный расклад по Ордену джедаев к моменту их гибели. Как я и предполагала, простых ответов не существовало.

Рыцарь Нимо оказалась дочерью печально известного магистра Сайфо Диаса и Номы Эрис — джедая-целителя. Моя биологическая мать, Нома, была наполовину зелтронкой и наполовину арканианкой. Каким образом подобное вообще могло произойти, я предпочла глубоко не анализировать. Приятного в таких размышлениях мало: невольно представляешь себе слишком прямолинейную картину, где бабушка промышляла древнейшей профессией, а дед оказался всего лишь клиентом. Другие варианты нравились мне ещё меньше.

Однако сама Нома Эрис была жива, здорова и, как оказалось, вполне успешна. После рождения дочери ей пришлось покинуть Храм на Корусанте, но зелёные джедаи Корелии приняли талантливого целителя с распростёртыми объятиями. Женщина не забывала о ребёнке: она неизменно отправляла в Храм официальные обращения с просьбой перевести девочку ближе к себе. Ответ же каждый раз приходил один и тот же — отказ. Завизированный, кстати, лично магистром Оппо Ранцизисом.

Сам Сайфо Диас лишился места в Высшем Совете именно после рождения дочери. Формально кодекс не запрещал джедаям вступать в брак — кореллианская ветвь ордена вообще относилась к этому спокойно, — но для корусанских старцев подобный шаг стал удобным поводом. Советники сочли поступок магистра нарушением негласных традиций и предпочли избавиться от неудобного коллеги.

Пока отец был жив, девочка росла относительно спокойно: косые взгляды и шёпот за спиной не слишком мешали её жизни в храме. Но после его гибели всё изменилось. Началась настоящая травля — тихая, бесконечно изматывающая. По всей видимости, Нимо с ранних лет проявляла способности к предвидению и целительству, а магистры, прекрасно осведомлённые о природе векторов Силы, не могли не знать и об особенностях её дара. Скорее всего, они как раз этого и опасались, тщательно контролируя девочку и ограничивая её обучение.

Меня особенно поразило, что это происходило на фоне постоянных канонных стенаний Йоды о «слепоте Совета» и о завесе тьмы, скрывающей всё происходящее. Если даже не обученная Нимо сумела вовремя разобраться в ситуации и подготовиться к отлёту, то уж магистры Высшего Совета тем более не могли пребывать в полном неведении. Тем более что в храме существовал корпус Равновесия — десятки медитирующих мастеров, которые по идее должны были чувствовать любые перекосы в Силе. Возникал закономерный вопрос: чем эти разумные вообще занимались?

После разбора купленных у ботанов материалов Орден всё больше напоминал мне КПСС в последние месяцы существования СССР: галактика трещит по швам, вокруг нарастает хаос, а они продолжают тонуть в мелочных интригах, взаимных упрёках и борьбе за власть.

Как я и подозревала, корень всех странностей в Ордене скрывался именно в политике. В основе происходящего лежали пресловутые двойные стандарты. На словах джедаи провозглашали почти религиозные идеалы — мир, гармонию, отказ от привязанностей. Однако стоило присмотреться лучше, и становилось очевидно: всё это лишь фасад, за которым скрывались вполне земные интриги.

Если бы Орден ограничивался тем, что веками умел делать лучше всего — исследовал неизведанное, развивал медицину, занимался терра- формированием и поддерживал колонии, — их личные связи никого бы и не волновали. Но стоило джедаям ступить на политическую арену, как вопрос привязанностей внезапно стал критическим. Политика требовала от них не становление разумными, а удобными, управляемыми фигурами.

Логика была проста. Зачем ситху шантажировать целителя? Тот и так будет спасать жизни — это его призвание, Сила в нём течёт таким образом, что иного пути он попросту не видит. А вот политик — совсем другое дело. Влияние на советника, рыцаря-дипломата или члена любого Совета ордена давало перспективы куда более интересные, чем можно было вообразить.

Джедаи, разумеется, провозглашали равенство, но, как это часто бывает, одни оказывались куда «равнее» других. Храм жил по тем же негласным законам, что и любая крупная структура: здесь существовали собственные политические течения, и у каждого — свои лидеры.

Например, не гуманоидную фракцию возглавлял хорошо известный магистр Оппо Ранцизис. Именно он продвигал достаточно радикальную идею — порочность человеческой расы как таковой. Формально это звучало как философская доктрина, но суть была иная: в Ордене людей было больше половины. Ещё около четверти составляли близкие к ним гуманоидные расы — вроде миралука. И только примерно пятнадцать процентов приходилось на не гуманоидов.

Парадокс заключался в том, что в Высшем Совете преобладали именно представители последней группы. Неудивительно, что политика Ордена складывалась соответствующая: нужды большинства либо игнорировались, либо объявлялись чем-то неуместным, почти аморальным. И свалить подобное на происки ситхов было невозможно — джедаи создали эту систему своими руками.

Каждый магистр Совета имел собственный круг последователей. И самым примечательным для меня стало то, что Нимо состояла именно во фракции Оппо Ранцизиса. Магистр, вопреки слухам, был жив, хотя и серьёзно ранен. Сора Балк, совершивший на него нападение, погиб, но подробностей инцидента в материалах ботанов не было. Указывалось лишь, что Сора принадлежал к группе Мейса Винду.

Эти две фракции официально числились соперничающими. Однако в действительности их отношения напоминали скрытую войну, пусть и прикрытую благочестивыми мантиями «служителей Силы».

Картинка постепенно складывалась. Три дня, проведённые Нимо в бакте, были, по сути, подарком Силы — иначе как ещё объяснить столь нужную задержку в разгар переворота? Девушка готовила транспорты для фракции Ранцизиса; её непосредственным куратором был рыцарь-джедай человеческой расы. Оппо, как выяснилось, любил отправлять людей на самые сложные задания и совершенно не считался с потерями. Классический расист — и всё же в его группировке людей было неожиданно много.

Куратор Нимо погиб. И в результате некому стало организовать вывод транспортника. Сам Ранцизис был ранен, но соратники сумели эвакуировать его с Салукемаи. Где-то в глубине галактики у него имелась база, которую магистр, судя по данным ботанов, готовил многие годы.

Вот вам и «погибший Орден». Его уничтожила не столько атака клонов, сколько тотальное предательство верхушки — распад внутренних связей и трещины личных интересов, скрывавшиеся за благочестивыми речами.

Но именно эта неразбериха дала мне шанс на жизнь — возможность восстановить здоровье и обзавестись кораблём. Формально Нимо считалась погибшей. Её световой меч обнаружили в удачном месте, а после моего отлёта на свалке начался пожар — совокупности доказательств оказалось достаточно.

Но в выданной ботанами справке по джедаю значилось: в настоящее время предположительно имя Талия Винтер, статус — свободный торговец. Они знали, кто я и откуда. Знали — и молчали. И тогда я подумала: да какая разница? Пусть будет Диас. Хоть в память о той девушке-джедае. Хоть какое-то приличное наследие от биологического «папаши».

Однако корабль без имени — дурная примета в любой вселенной. «Изида» показалась мне подходящим вариантом: древняя богиня мудрости могла бы стать мне неплохим союзником.

Гораздо хуже оказалось другое — требование Силы. Я и не догадывалась, что она так может. Пока Сила молчит и мягко пульсирует где-то на грани восприятия, удерживать контроль не составляет труда. Но стоит ей заговорить настойчиво и требовательно — и вся уверенность рассыпается. Особенно когда ты совершенно не понимаешь, зачем ей это нужно.

Для чего мне тело моего покойного отца? Что я должна с ним сделать?

Ответов Сила не давала. Пришлось сесть, выровнять дыхание и уйти в медитацию — не глубокую, но достаточно устойчивую, чтобы рассортировать обрывки чувств и вероятностей. Вариантов было немного. Получить доступ к телу мог лишь один человек.

Так что в итоге мне пришлось оформить запрос на заказ для Асажж Вентресс.

После небольшой проверки вероятных линий будущего я выбрала самую безопасную. И заодно поняла, как можно расплатиться с элитной наёмницей, которая по известным причинам давно уже не нуждалась в деньгах.

* * *

Если Вентресс и скрывалась от Империи, то делала это столь мастерски, что ни малейшего напряжения в её облике не читалось. По моим расчётам, к восемнадцатому году ДБЯ ей должно было быть около тридцати двух лет. Но выглядела она в лучшем случае на двадцать с небольшим — высокая, гибкая, с правильными, утончёнными чертами лица.

Асажж давно избавилась от татуировок, когда-то покрывавших её лицо и голову, но волосы так и не смогла восстановить. На свой мультяшный прототип она не походила вовсе. Передо мной сидела голубоглазая светлокожая женщина, одетая дорого и практично, в стиле как у большинства охотников за головами.

С позиции моих новых знаний и умений всё выглядело ещё интереснее: сильная одарённая с обратным вектором Силы. Причём один из её глаз был недавно клонирован и заменён — обычная и вполне доступная процедура в галактике. Как начинающий целитель, я видела в ней не только силу, но и те проблемы со здоровьем, о которых сама Вентресс, возможно, даже не подозревала.

В данный момент наёмница сидела напротив — в переговорной комнате, арендованной у ботанов, — и откровенно рассматривала меня. Я только что озвучила суть заказа, а она, не стесняясь, впивалась в меня взглядом, словно пытаясь понять, кто я такая и что скрывается за моими словами.

— Ладно, я не стану спрашивать, откуда ты знаешь о моём учителе. Вопрос другой: чем расплачиваться будешь за заказ? — наконец протянула Вентресс, откинувшись на спинку кресла так лениво, будто обсуждала покупку нового бластера, а не тело бывшего магистра.

Я улыбнулась шире, чем следовало, и, потянувшись вперёд, едва коснулась кончиками пальцев её темени. В следующую же секунду пустила тонкий импульс живой Силы, мягко выравнивающий и перенаправляющий её потоки. Всё произошло так быстро, что Вентресс успела только вздрогнуть — и замерла, ошеломлённая случившимся.

Короткий светлый «ёжик» на темени отчётливо ощущался под пальцами женщины. Она осторожно провела ладонью по голове, словно проверяя, не привиделось ли. Взгляд наёмницы изменился: настороженность сменилась явным изумлением.

— Матукайские техники… — едва слышно выдохнула она.

Я только пожала плечами. Пусть думает что угодно — это даже удобнее. На самом деле, работать с Силой на подобном уровне способны лишь целители с нейтральным вектором, а таких в галактике сейчас, насколько я понимаю, всего двое: я и моя биологическая мать. И то мои знания пока в большей степени теоретические. Но как оплату заказа я рассчитывала получить возможность попрактиковаться на бывшей ученице Дуку — без лишних вопросов с её стороны.

Но Вентресс вовсе не обязательно об этом знать. Поэтому я приняла серьёзный, деловой вид.

— Итак, оплата принимается? — спросила я ровно. — Лечение — только после получения груза.

— Считай, договорились, — хмыкнула Асажж. — Аванс вперёд.

Датомирка выразительно постучала пальцем по виску, недвусмысленно намекая на остальную часть головы. Да пожалуйста, мне не жалко восстановить погибшие волосяные луковицы. У наёмницы и без того хватает проблем со здоровьем: старые ранения, следы от молний Силы, последствия внутренних перегрузок после неоднократных боёв. И это лишь поверхностный осмотр — без глубокой диагностики.

Форсьюзеры, конечно, способны лечить себя сами и восстанавливаются быстрее неодарённых, но и испытаний на нашу долю выпадает куда больше. Так что, учитывая историю Асажж, я бы удивилась, если бы она не нуждалась в полноценной терапии.

Получив аванс, Вентресс взяла мой номер коммуникатора и выслала координаты планеты, где собиралась передать груз. В обмен я должна была провести ей сеанс лечения Силой. Всё честно, всё взаимовыгодно — насколько это вообще возможно в сделке с ситхом.

Понятно, что ситхи паранойей не страдают — они ею наслаждаются, как хорошим вином, — но и я в последнее время не отстаю. Поэтому начала торговаться. Вентресс, естественно, тоже не уступала.

После получаса прений, перемежаемых язвительными комментариями и хищными улыбками, мы всё-таки сошлись: передачу груза организуем в космосе, в системе Ботавуи. Сеанс же целительства пройдёт на моём корабле — в каюте старпома, оборудованной под медицинский отсек.

Плохо, когда нет нужных связей. Не к Оппо Волосатому Змею же идти на поклон? Вот и приходится разбираться самой — и с лечением, и с переговорами, и с ситхами, которые привыкли держать нож за пазухой даже тогда, когда заключают выгодный контракт.

Вентресс предупредила, что для выполнения заказа ей понадобится два дня. Оставаться в точке встречи я не собиралась — тратить время на пустое ожидание глупо, когда дел ещё полно. Поэтому я взяла курс на Нексус-Ортай. Именно на этой тихой, мирной планете после Войны Клонов устроили крупнейшую распродажу списанной техники и прочего хлама.

Меня интересовали дроиды. Сила буквально подталкивала в спину, намекая, что для наведения порядка в хозяйстве мне требуется куда больше рабочих рук. Вот хотя бы грибы — растут быстрее, чем дроиды успевают их собирать. Сады в центре города, раскинувшегося в полости горы, нуждались в регулярном прореживании: деревья, пробившиеся с поверхности, душили плодовые, не давая тем развиваться. И это я ещё не говорю о коммунальной системе города, которой давно требовался капитальный ремонт.

Пока я планировала хотя бы запустить воду и электричество в одном районе. С подходящей техникой задача была вполне решаемой. Кроме того, мне требовались новые дроиды. В-1, конечно, милые, но в меру. Толку от них мало: модель создавалась как массовое пушечное мясо, а не как полноценные работники. Для серьёзных боевых задач куда лучше были В-2.

И ещё один пункт был особенно важен: мне нужен был дроид-охранник. Без него я привлекала слишком много ненужного внимания, а в нынешние времена это роскошь, которую я позволить себе не могла.

Рынок напоминал гигантскую свалку металлолома: горы механизмов, кое-где аккуратно выставленные в ряды, а местами просто сваленные в хаотичные кучи. Продавцы уверяли, что торгуют «починенной техникой», но это определение было чересчур оптимистичным. В торговой части свалки дроиды стояли неровными рядами, словно солдаты после особенно тяжёлого боя.

Меня в первую очередь интересовали грузовые рабочие, затем астродроид-механик и какая-нибудь модель, способная сойти за охранника. Рабочих разбирали на лету, поэтому я была искренне довольна, когда сумела выхватить четырёх крепких дроидов-грузчиков — наспех отремонтированных, но ещё не разваливающихся.

На удивление здесь попадались и приличные дроиды-механики. В основном — модели R5 по вполне разумной цене. Я долго перебирала варианты, пока наконец не прислушалась к Силе. Она безошибочно ткнула меня в сторону неприметного астромеха с помятым корпусом.

О том, что выбор был верным, я убедилась почти сразу — R5 оживлённо пиликал, без стеснения комментируя состояние продаваемых моделей. Под его весёлое сопровождение мы добрались до ряда бывших боевых дроидов. Здесь контингент покупателей был куда мрачнее: если рабочих и астромехов брали фермеры да торговцы, то возле боевых моделей толклись представители криминала всех оттенков и мастей.

— Ну что, малыш, — обратилась я к R5, — нам нужен дроид-охранник. Какие есть предложения?

Астромех весело засвистел и уверенно покатил в самый конец шеренги. Я не спеша пошла следом, а за мной покорно семенили остальные покупки.

R5 остановился у дальнего ряда и призывно запищал. Подойдя ближе, я заметила несколько дроидов серии ВХ. Вид у этих машин был, мягко говоря, плачевный: потрёпанные корпуса, подпалины от бластерных выстрелов, вмятины, которые явно никто не собирался выпрямлять. Я сосредоточилась, прислушалась к Силе и быстро приняла решение.

Короткий, но оживлённый торг закончился тем, что продавец с видимым облегчением спихнул мне всех троих — по цене одного. Передвигаться самостоятельно мог лишь один, двух других рабочие дроиды подняли и понесли, словно искорёженные чемоданы.

Закупив всё необходимое оборудование, мы дружной процессией направились на стоянку, чтобы загрузиться на корабль. Дела были закончены: оставалось лишь подняться в небо и взять курс на точку встречи с Асажж Вентресс.