Наследники Пустоты (гет)

Утро на Тисовой улице выдалось серым. Гарри стоял перед зеркалом, застегивая пуговицы белой рубашки. Школьные мантии остались в сундуке — сегодня он интуитивно чувствовал, что должен выглядеть иначе. Темный костюм, купленный когда-то при случае и почти не ношенный, сидел на нем строго, делая его старше и серьезнее.

— Дядя Вернон, — Гарри спустился на кухню, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мне нужно в Лондон. Подвезите меня до города.

Вернон Дурсль, вопреки обыкновению, не стал кричать. Он лишь коротко кивнул, видя в племяннике ту холодную сосредоточенность, которая пугала его больше, чем направленная палочка.

Путь в Министерство был долгим. Гарри намеренно избегал магического транспорта; «Ночной рыцарь» был слишком шумным, слишком хаотичным для его нынешнего состояния. Стук колес метро успокаивал. Спускаясь в подземку, Гарри чувствовал себя в безопасности среди тысяч обычных людей. Выйдя на нужной станции, он зашел в старую телефонную будку.

— Гарри Поттер. На оглашение завещания, — произнес он в трубку.

Спустя мгновение телефонная будка начала опускаться под землю, унося его в самое сердце магической Британии.

В это же время в Малфой-мэноре подготовка шла с хирургической точностью. Нарцисса лично проследила за тем, чтобы мантия Драко была безупречна.

— Послушай меня, — Нарцисса остановилась перед сыном, поправляя его запонки. — Сириус всегда был безумцем. Скорее всего, он оставил всё Поттеру. Это будет ударом, но ты не смеешь показать даже тени недовольства. Люциус в Азкабане, и сейчас на нас смотрят тысячи глаз, ожидая, когда мы споткнемся.

Драко сжал челюсти.

— Я не хочу видеть его, мама. После того, что случилось в Министерстве... после того, как его друзья посадили отца...

— Мы будем держать лицо, Драко, — ледяным тоном перебила его Нарцисса. — Мы — аристократы. Мы не опускаемся до скандалов с мальчишкой. Мы выше этого.

Они шагнули в зеленый огонь камина, и спустя секунду их уже приветствовала позолоченная зала Министерства.

Гарри чувствовал себя неуютно. Каждый его шаг по черному паркету сопровождался шепотом. Люди оборачивались, тыкали пальцами: «Смотрите, это он! Избранный!».

При регистрации палочки дежурный аврор едва не выронил её из рук, разглядывая шрам на лбу Гарри.

— Десятый уровень, кабинет триста двенадцать, — пролепетал он.

Когда Гарри вошел в кабинет, его встретил запах старой бумаги и дешевого табака. Малфои уже были там — лощеные, прямые, словно вырезанные из слоновой кости. Старый клерк, перекладывая горы пергамента, буркнул, не поднимая глаз:

— Все в сборе. Приступим.

Гарри слушал как в тумане. Список имущества был бесконечным: золото в сейфах, поместья в Англии, вилла во Франции, артефакты... И в конце:

— ...а также титул Лорда Дома Блэк со всеми вытекающими полномочиями.

— Протестую, — голос Нарциссы прозвучал мягко, но властно.

— Сириус Орион Блэк был выжжен с родового гобелена своей матерью. Он не имел права передавать титул.

— Выжжен на ткани, миссис Малфой, но не в крови, — клерк впервые посмотрел на неё, поправляя очки. — Магия Рода признала его единственным легитимным наследником мужского пола. Он был Главой Рода де-юре, и он в своем праве.

Гарри молчал. Он смотрел на руки клерка — на них были въевшиеся пятна чернил, манжеты его рубашки были засалены. Это раздражало Гарри, выбивало из колеи. Ему казалось, что это какой-то затянувшийся кошмар. «Лорд? Какой из меня лорд? Я даже не знаю, как управлять домом, не то что родом», — крутилось у него в голове.

Стул рядом скрипнул. Нарцисса и Драко поднялись. Оглашение было закончено. Нарцисса остановилась прямо перед Гарри. От неё пахло духами и старой магией.

— Мистер Поттер, — произнесла она, и в её голосе не было яда, только странное, колючее предостережение.

— Вам стоит наконец взяться за голову. Вы получили власть, о которой не имеете ни малейшего понятия. Если вы и дальше продолжите быть просто «маглом с палочкой», этот титул убьет вас раньше, чем Темный Лорд. Разберитесь в истории семей Поттер и Блэк. Узнайте, чья кровь течет в ваших жилах, прежде чем её прольют другие.

Драко бросил на него последний, нечитаемый взгляд, и они гордо вышли из кабинета. Гарри попытался что-то возразить, огрызнуться, но слова застряли в горле. Он видел только их удаляющиеся спины.

Подойдя к клерку, Гарри механически расписался в пергаменте и забрал тяжелую связку ключей от новых сейфов. Он вышел из Министерства и направился к Гринготтсу, но слова Нарциссы продолжали звучать в его голове.«Магл с палочкой».Это ударило сильнее, чем любое проклятие. Он действительно ничего не знал.

На широких белых ступенях Гринготтса, среди суеты Косого переулка, Гарри услышал знакомый голос:

— Гарри! Постой!

Нимфадора Тонкс быстро поднималась к нему, спотыкаясь на ровном месте, но умудряясь сохранять равновесие. Её волосы сегодня были тусклого, серовато-розового оттенка — знак того, что она всё еще тяжело переживала смерть Сириуса.

— Привет, — она мягко положила руку ему на плечо.

— Я слышала об оглашении. Мне так жаль, Гарри. Если тебе нужна помощь... ну, знаешь, с бумагами или просто выпить сливочного пива — я здесь.

Гарри посмотрел на неё, чувствуя, как узел в груди немного ослабевает.

— На самом деле, помощь мне не помешает. Сириус оставил мне... всё. И титул Лорда Блэка тоже. Тонкс, я даже не знаю, что это значит. Малфои смотрели на меня так, будто я украл их фамильное серебро.

Тонкс нахмурилась, а потом решительно взяла его под локоть:

— Пойдем. Разберемся с этим вместе. В конце концов, во мне тоже течет кровь Блэков, хоть моя мать и была вычеркнута из их списков.

Внутри банка Гарри передал гоблину пергамент и связку ключей. Гоблин внимательно изучил печати и, прищурившись, кивнул:

— Сейф номер семьдесят один. Главное хранилище Блэков. Прошу за мной.

Поездка на тележке была стремительной и опасной. Видя, как Гарри бледнеет на крутых поворотах, Тонкс начала строить рожицы: её нос то превращался в свиной пятачок, то вытягивался, как у цапли, а уши становились огромными и лопоухими. Гарри невольно усмехнулся — это была первая искренняя улыбка за долгое время.

Когда тяжелая дверь сейфа со скрежетом отворилась, оба замерли. Внутри высились горы золотых галлеонов, мерцали груды драгоценных камней, а вдоль стен стояли картины в массивных рамах и сундуки с украшениями, которые стоили целые состояния.

— Ого... — выдохнула Тонкс, поправляя сползшие на лоб волосы.

— Похоже, Сириус решил сделать тебя самым завидным холостяком Британии.

Гоблин, сохраняя бесстрастное выражение лица, указал на отдельный постамент в глубине сейфа:

— Золото — это лишь пыль, мистер Поттер. Настоящая ценность здесь. Это Родовой Гримуар Блэков. Здесь собраны знания, которые передавались от отца к сыну веками. Также здесь есть книги по высшей магии, которые я настоятельно не советую выносить за пределы банка. Министерство считает их «темными» и запрещенными, а гоблины не выдают своих клиентов властям... пока те находятся внутри Гринготтса.

Тонкс подошла к постаменту и осторожно коснулась тяжелого переплета из черной кожи.

— Тебе нужно взять Гримуар, Гарри. Это твое право по крови. Нарцисса права в одном: тебе нужно учиться.

Она повернулась к нему, и её лицо стало серьезным:

— Послушай, моя мама, Андромеда... она одна из трех сестер Блэк. Она выросла в том же мире, что и Нарцисса с Беллой. Она знает всё о классическом воспитании, о правилах магии крови и о том, что значит быть Лордом. Приходи к нам завтра на ужин. Мы не Малфои, мы не будем смотреть на тебя свысока, но мама сможет ответить на твои вопросы.

Гарри посмотрел на черную книгу, от которой исходил едва уловимый холод, а затем на Тонкс.

— Спасибо, Тонкс. Я приду. Мне действительно пора перестать быть просто зрителем в собственной жизни.

Он протянул руку и взял Гримуар. Книга отозвалась легкой пульсацией, словно признавая нового хозяина.