Ревенант (джен)

𝓓етскую комнату заливал уютный свет витающих под потолком серебристых звёзд. Материнский голос разливался по ней топлёным молоком.

— «Рыжий бородач Годрик был сильным, но глупым. Он постоянно звал Салазара драться, но тот не всегда мог поддержать друга в этом развлечении, ведь он был взрослым и умным, ему нужно было много времени проводить за управлением школой. Тогда Годрик отправился искать других, с кем подраться». — Нарцисса перевернула страницу. — «Прогуливаясь, он увидел пару маглов, которые дрались на кулаках. Годрик подумал: „Ах, как раз их-то я и искал!“ Он подошёл к маглам и воскликнул: „Как славно вы дерётесь! Могу я с вами?“ Маглы испугались его и сказали: „Лишь храбрейший из нас согласится драться с настоящим волшебником!“». Что ты думаешь об этих маглах, Драко?

— Они трусливые!

— Нет, они разумные и знают своё место. В прошлом маглы были куда умнее, нежели сейчас. Давай теперь ты попробуешь немножко прочитать, хорошо? Вот этот кусочек.

Она указала строку изящным ноготком, и Драко начал по слогам собирать буквы в слова.

— Сту… ступа… й… ступай…

Вот что получилось в итоге: «Ступайте к нашему королю, господин волшебник, — сказали маглы, — вон туда вверх по дороге. Может быть, он согласится подраться с вами».

— Ах ты мой умница! — Нарцисса поцеловала сына в макушку и продолжила чтение сама.

— «Наивный Годрик поступил так, как сказали ему маглы, и поехал вверх по дороге к замку магловского короля. Король оказался тучным и лысым, с обвислыми щеками».

— Как дядя мистер Селвин? — хихикнув, спросил Драко.

Нарцисса приложила палец к губам.

— Тс, Драко! Невежливо так говорить о наших гостях. Мы с тобой обсудим их, когда они уедут.

— А когда? — спросил он жалобно.

— Не знаю, — Нарцисса вздохнула, стараясь не показывать собственного отвращения к вторженцам. — Потерпи, Дракончик, хорошо? Давай лучше узнаем, что случилось дальше с глупым Годриком и как Салазар на этот раз его спас.

Драко кивнул и нетерпеливо повернул страницу, чтобы увидеть красочную картинку на следующем развороте: там был нарисован рыжебородый Годрик, склоняющийся в поклоне перед маленьким уродливым гоблином. Картинка была живой, и потому Годрик кланялся снова и снова, а гоблин ехидно потирал ручки.

Нарцисса продолжила чтение.

«— Конечно, конечно, господин волшебник, — залепетал король при виде высокой и плечистой фигуры Годрика. — Я выделю вам рыцаря, с которым вы сможете драться. Но чтобы подготовить этого рыцаря, мне нужны золото, серебро и самоцветы. Только с ними мой рыцарь будет достоин чести сражаться с вами.

Наивный Годрик поверил хитрому магловскому королю и поехал обратно в Хогвартс. Спустившись в подземную сокровищницу школы, он набил целый сундук золота, серебра и самоцветов. Когда он уже выходил, левитируя этот сундук вслед за собой, он встретил Салазара, который спустился в сокровищницу, чтобы взять немного синих самоцветов для лекарственного ритуала.

— Что же ты делаешь? — спросил Салазар. — Неужели ты хочешь обворовать нашу общую школу?

— Это не воровство! — воскликнул Годрик. — Ведь сокровища наши общие, и я беру лишь свою долю.

— Но ведь мы договорились, что всё это богатство пойдёт на благополучие школы и будущих чистокровных волшебников. Куда же ты хочешь отдать свою часть сокровищ?

— Я хочу отдать её магловскому королю, потому что тогда он выделит мне рыцаря, который будет со мной сражаться!

Сколько ни пытался Салазар отговорить глупого Годрика от этой нелепой выходки, ему так и не удалось. Годрик отнёс огромный сундук с сокровищами в магловский замок Камелот и отдал жадному королю.

— Отлично! — сказал король. — С помощью этих богатств мы создадим для рыцаря доспехи и щит. Но даже с ними он не сможет сражаться с тобою на равных, господин волшебник. Принеси теперь волшебную палочку для рыцаря и подари ему магию! Тогда у вас будет честный и равный бой.

— Хорошо, — согласился глупый Годрик и снова отправился в Хогвартс.

По длинным лестницам он спустился на самый глубокий уровень сокровищницы, где хранилась сама Магия, и готов был уже вырвать её с корнем, чтобы отдать глупым, жадным маглам. Но в последний момент за его спиною снова возник его верный друг Салазар и сказал:

— Что же ты делаешь, Годрик? Одумайся! Магия — это то, что дано нам по праву рождения. Что же станет, если ты отдашь её маглам?

— Но я так хочу сражаться! — воскликнул Годрик. — Как же я буду сражаться с маглами, если у меня магия есть, а у них нет? Я должен дать им магию!

— Послушай, — обратился к нему Салазар. — Если ты включишь голову и подумаешь, ты поймёшь, что есть и другой способ решить эту дилемму. Если ты так хочешь сражаться с маглами на равных, то снизойди до их методов. Отправляйся к гоблинам и закажи у них меч — не магический, а самый обыкновенный. И используй его для сражений с маглами.

— Ах, какой ты умный! — воскликнул Годрик и согласился с этой прекрасной идеей.

Тогда…»

Внезапно змеи на барельефе в детской зашевелились и издали пронзительное шипение, похожее на свист. Этот сигнал от змей означал, что Нарцисса должна немедленно явиться к лорду.

Драко, начавший уже клевать носом, моментально встрепенулся, вцепился Нарциссе в руку и капризно заголосил: «Нет! Нет! Останься тут, мама! Читай дальше!» У неё самой слёзы навернулись на глаза от бессилия.

— Драко, золотце, ну прошу тебя! Разве чистокровные волшебники так ведут себя? Тебе давно не два года. Веди себя как взрослый!

— Я хочу, чтобы эти люди ушли!

— Я тоже, золотце, но пока что нам придётся потерпеть их присутствие. Мамочка обязательно что-нибудь придумает, чтобы выдворить их, но ты для этого должен вести себя хорошо и не плакать, ясно? И не подавать виду, что гости тебе не нравятся. Ты меня понял?

У него задрожал подбородок, предвещая истерику.

— Пообещай, что ты будешь вежливым со всеми этими неприятными людьми, — строго велела Нарцисса.

— Не хочу! Я не домовой эльф, чтобы вежличать со всеми подряд!

Нарцисса подумала, что надо исправить выдуманное слово и похвалить сложную конструкцию, с помощью которой Драко выразил мысль. Но на всё это не было времени. Если она не явится к Лорду достаточно быстро, будут большие проблемы.

Она поспешно поцеловала сына в щёку и поднялась на ноги.

— Мы продолжим этот разговор позже.

— Нет, мама! Не уходи! — он хлопнул ладошкой по стене, как делал один из Пожирателей.

Нарцисса на миг прикрыла глаза, пытаясь не закричать. Годы кропотливого воспитания — насмарку. Ох, Салазар, ну за что всё это?

— Я скоро вернусь.

Она вышла из детской и заперла дверь чарами.

Внизу, в гостиной, откинувшись на спинку дивана, изящно курил Рабастан Лестрейндж. Минувшие две недели явно пошли ему на пользу: он частично вернул благородство облика и уже почти не выглядел как поднятый труп. Из всех нежеланных постояльцев Рабастан вызывал у Нарциссы меньше всего ненависти. Он был по крайней мере обучен манерам и не растерял эти навыки в Азкабане. Пепел с папиросы он стряхивал в нефритовую пепельницу, а не на пол, как большинство беглых заключённых, которыми теперь полнилось поместье Малфоев.

— Где он? — спросила Нарцисса, скрывая страх за учтивой улыбкой.

Рабастан указал вниз и Нарцисса, сдержав вздох, поспешила в подвал.

— Леди Малфой, а у вас в доме не найдётся ли колоды карт? — бросил Рабастан ей вслед, но ответа не удостоился.

Стоило Нарциссе шагнуть в подземный коридор, как на стенах вспыхнули зеленоватые факелы. Неизменно холодный воздух дыхнул сыростью. Как дочь Блэков, её трудно было напугать мрачным антуражем, однако тайные ходы посреди собственного дома внушали страх и ей.

По древним плитам перед Нарциссой быстро прополз маленький чёрно-белый аспид. Его чешуя сверкала, как драгоценности. Он замер, словно дожидаясь её, и поспешил дальше, стоило Нарциссе подступить. Следуя за змеёй и стараясь запоминать повороты, Нарцисса пробиралась вглубь подземного лабиринта. Её поразило, сколь широко он простирался, и стало вдвойне не по себе, оттого что вторженец знал её дом лучше неё самой.

Змея привела её в тупик и тихо зашипела. В ответ раздался свист воздуха, и каменные блоки со скрежетом развернулись, открывая тайный коридор, больше похожий на тоннель, выбитый прямо в скале. В сырой породе стен мерцали грани мутно-зеленых кристаллов, напоминающих оникс или застывшую эктоплазму. Нарциссе даже подумалось, какими красивыми могли бы быть статуэтки или вазы из этого загадочного материала. Но мысль эта была беглой и блёклой.

Всё существо леди Малфой заполнял страх. Он ядом разливался по её жилам и скручивал живот. Но никакого выбора Нарцисса не видела. Драко был постоянным заложником Тёмного Лорда и его приспешников. Пожирателям не приходилось даже угрожать, она и без того прекрасно осознавала, насколько они с сыном уязвимы перед этой чудовищной стихией, которая ворвалась в поместье и установила здесь свои законы. Лучшее, что оставалось, — это покориться и приспособиться. Если по какой-то причине Тёмный Лорд приказал ей спуститься и следовать за этой змеёй, значит, так и следует поступить. Однако каждый шаг наполнял её всё большим ужасом, ведь теперь до неё начали доноситься звуки, в которых слух очень быстро распознал приглушённые крики. Чем ближе Нарцисса подходила, тем больше боли ей в них слышалось. Звуки будто хлёсткие прутья били по нервам.

Коридор привёл её в странный зал, целиком выложенный блоками из зелёного кристалла, похожими на лёд, отлитый из вод самого Стикса. Тёмный Лорд в теле мальчишки расположился в строгом кресле, которое витало в воздухе. На коленях у него лежала небольшая книжица в кожаном переплёте, однако сейчас он в неё не смотрел — сидел, откинув голову на спинку и прикрыв глаза. Его пальцы выстукивали по подлокотнику медленный тревожный ритм, который, впрочем, был неслышен за криками.

Помимо лорда в странном зале находилось ещё двое мужчин. Одного из них Нарцисса узнала: это был приспешник Тёмного Лорда — из числа тех, кто сбежал из Азкабана и принял чёрную метку в холле поместья в ночь смерти Люциуса. Оборванец, который только и мог, что набивать брюхо лакомствами и алкоголем, да портить воздух своими выделениями и руганью. Он был Нарциссе настолько отвратителен, что она даже не пыталась всматриваться в его лицо, чтобы понять возраст или дать характеристику чертам его лица. Это ничтожество того не стоило.

Что ж, похоже, не она одна считала так. Сейчас тип был прикован ремнями к странной белой кушетке, обтянутой кожей. Его голова мотылялась из стороны в сторону, он вопил, глаза крутились в глазницах, на висках и шее пульсировали вспухшие вены.

Нарциссе не было его жаль: он, в конце концов, один из тех, кто осквернил её дом и приложил руку к смерти её мужа. Но то, какие страдания испытывал этот человек, вселяло ужас. Самой естественной мыслью, которая впилась в голову, точно мигрень, был вопрос: «Я следующая?»

Второй человек, прикованный к такой же кушетке, был, судя по неказистой одежде, маглом — полноватый мужчина средних лет в серой рубашке с грязными манжетами. Он, не мигая, смотрел в потолок и шевелил губами, из которых стекала красноватая слюна.

Нарцисса замерла на входе в зал, ошеломлённая и испуганная этим зрелищем и истошными криками Пожирателя. Она медленно выдохнула, пытаясь взять себя в руки. Страх она решила не скрывать, но все недопустимые эмоции, особенно ненависть к лорду и его приспешникам, спрятала глубоко в пузыре окклюменции. Сглотнув сухость, она рискнула привлечь внимание.

— Милорд, вы вызывали меня?

Он приподнял веки, и алые щелочки-зрачки устремились к Нарциссе.

— Верно, леди Малфой. Мне пригодится помощь такой умной и компетентной женщины, как вы.

Под аккомпанемент из криков эта фраза звучала даже не лестью, а издевательством.

— Чем я могу быть вам полезна?

— Видите ли, я провожу небольшой опыт на этих двух джентльменах. Сам по себе каждый из них удручающе бесполезен, однако если скомбинировать рассудок одного и магию другого, их гибрид сможет послужить мне. К прискорбию, пока что мои попытки облагородить эти ничтожества не принесли плодов, посему мне нужен опытный легилимент в качестве ассистента. Учитывая уровень окклюменции, в ваших навыках я не сомневаюсь.

Нарцисса похолодела, и в сердце её будто кольнуло. Несмотря на все старания, Тёмный Лорд видит сквозь её щиты? Знает, насколько она ненавидит его?

Пожиратель продолжал вопить и извиваться на кушетке. При взгляде на него, Нарциссе показалось, что она уже чувствует ремни на собственных запястьях.

— Мои навыки… весьма посредственные, — пробормотала она.

Тёмный Лорд рассмеялся.

— Ну что вы, не скромничайте, дорогая. Я вижу, как быстро и ловко вы ставите щиты, — он пару раз сухо хлопнул в ладоши, но Нарциссе за этими тихими звуками послышались удары плети.

— Милорд…

Она непроизвольно стиснула одну ладонь другой.

Взгляд Повелителя был почти нежным, а на губах играла полуулыбка. Кажется, он наслаждался её страхом, пил его, как вино.

— Ну, полно вам, дорогая. Что такого вы пытались утаить? Думаете, мне нужна ваша любовь? Хватит и страха, — он улыбнулся шире. — Откровенно говоря, он мне куда больше по душе. Как инструмент контроля он гораздо надёжнее. — Он дал Нарциссе несколько секунд переварить услышанное и продолжил: — Итак, насчёт моих подопытных. Вашей задачей будет открыть разум Тревора и удерживать вход, — он кивнул на вопящего Пожирателя. — Приступайте.

После первого потрясения Нарцисса пребывала в лёгком оцепенении. Мимо неё только что пронеслась Смерть с косой: приветливо махнула костлявой ладошкой и потрусила дальше. После такого нужно время опомниться. Однако меньше всего она хотела злить Лорда своим промедлением, поэтому стряхнула оторопь.

Она сделала несколько шагов к Тревору и направила на него палочку. Неумолчные крики мешали сосредоточиться. Набравшись храбрости, Нарцисса наложила чары тишины. К счастью, Тёмный Лорд не возражал. Теперь пленник метался по кушетке и разевал рот беззвучно.

Выдохнув, Нарцисса устремила внимание к его разуму и чётко произнесла: «Легилименс!»

Перед ней раскрылась анфилада чувств, мыслей и воспоминаний. На поверхности бурлили ужас и боль, а внутри стыл тлен запустения. Разум, изъеденный дементорами, напоминал дом после пожара: зияющие бреши в стенах, почерневшие обрывки обоев, остов пружинной кровати в углу.

Вдруг в эти «хоромы» начали вкатываться сгустки красок-воспоминаний из чужой души. Они напоминали солнечные лучи, которые обретали материальную форму. Вот на пол лёг яркий ковёр, закрывая обгоревшие доски, вот в оконной раме появилось стекло, а на подоконнике — живые цветы. Казалось, разум Тревора оживает, подпитываясь кусочками души магла.

Но прошло лишь несколько минут, и ковёр начал ветшать, рассыпаясь на нитки, растения высохли, а по окну пошла трещина. Оторванные от целого, части души быстро увядали, как розы в вазе.

Наконец прозвучал приказ лорда:

— Можете отпускать его, леди Малфой.

Нарцисса вернулась в реальность и увидела двух людей с пустыми взглядами. Они выглядели точно как жертвы поцелуя дементора.

Стало не по себе от мысли, что она приложила к этому руку, но страх по-прежнему был сильнее.

Лорд в досаде шипел себе под нос и вертел палочку. Ничего хорошего это не предвещало. Оставаться наедине с ним, когда он в таком настроении, было крайне рискованно. Нарцисса не раз видела, как другие Пожиратели испытывали на себе Круциатус, попав под горячую руку лорда.

Молчать и не привлекать внимание? Польстить? Или попытаться быть рациональной и полезной? Какая тактика даст ей больше шансов вернуться к Драко целой и невредимой?

Взгляд Тёмного Лорда остановился на ней, губы неприятно изогнулись.

— Милорд, — быстро заговорила Нарцисса. — Если позволите. Можно использовать на ваших подопытных чёрный шоколад как средство от дементоров. Это поможет удержать их души в теле!

Повисла короткая напряжённая пауза, после которой Тёмный Лорд вдруг зашёлся смехом. Звонким, задорным, мальчишеским.

— Это так нелепо, леди Малфой, что я даже прощу вам дерзость. Шоколад, неужели? И что же вы предлагаете? Обмазать их им или поместить в шоколадную ванну?

Она опустила взгляд, задетая его насмешками.

— Я лишь хотела…

— Вы думаете, разработкой этого проклятья занимались первокурсники? Думаете, первая глупость, пришедшая в вашу светлую головушку, окажется полезной и спасительной?

— Я прошу прощения.

— Ну что вы.

Он поднялся и, заложив руки за спину, принялся ходить по лаборатории. Щуплый, невысокий, с дёрганными движениями, он всё равно вызывал трепет.

— Впрочем, леди Малфой, будь на вашем месте один из ваших родственников… — он замолчал на полуфразе, и Нарцисса рискнула подать голос.

— Скорбь по Белле — это то, что объединяет нас, милорд.

— Белле? О, давайте не будем разводить сентиментальность. Ваша сестра была бойцом и палачом. В стенах лаборатории она бы мне не пригодилась. Я говорю о Регулусе Блэке.

Он остановился и устремил на Нарциссу требовательный взгляд, от которого между лопаток побежали мурашки. Но каких слов он ждёт? Регулус? Нарцисса едва помнила этого мальчика. Его уже лет шесть не было в живых.

— Род Блэков может гордиться, что вы так высоко цените одного из нас, — сказала она вежливо.

— Ваш кузен жив, — сообщил Тёмный Лорд снисходительно.

Нарцисса приоткрыла было рот для вопроса, но решила промолчать. Казалось, ещё одно слово невпопад, и ей точно не избежать наказания.

— Подумайте, — продолжил лорд, — где он мог бы скрываться? Какие-то тайные Блэковские убежища, фамильные подземелья…

Нарцисса сглотнула.

— Их особняк на Гриммо?..

— Мои люди, конечно, давно обыскали! — перебил лорд раздражённо. — Где ещё?!

Нарцисса заставила свой голос звучать твёрдо.

— Милорд, я никогда не общалась близко с кузенами. Вам лучше спросить Рабастана: кажется, они учились вместе.

Несколько секунд ей казалось, что теперь он точно выместит на ней злобу за неудачу в эксперименте. Но Тёмный Лорд смилостивился. Опустившись обратно в своё парящее кресло, он махнул ей рукой — небрежный жест, значащий «убирайся». Так обращаются с домовыми эльфами, не с чистокровными магами. Но пока Пожиратели правят бал в её доме, приходилось мириться с беспардонной заносчивостью лорда.