Глава 5

Они стали осторожнее. Не сразу. Не идеально. Но — заметно.

На людях Грюм снова был тем же: резким, недоверчивым, отстранённым. Его голос не менялся, взгляд оставался тяжёлым, движения — резкими и точными.

Гермиона — собранной, внимательной, почти холодной.

Никто бы ничего не заподозрил. Почти. Проблема была в мелочах. В том, как её внимание слишком легко находило его в любом помещении. В том, как он задерживал взгляд на долю секунды дольше, чем нужно. В том, что тренировки не прекращались. Хотя должны были.

— Ещё раз.

Гермиона выдохнула, поднимая палочку.

— Я уже—

— Ещё раз.

Сегодня он был жёстче обычного. Резче. Словно пытался доказать что-то — не ей. Себе. Она заметила это почти сразу.

— Вы усиливаете атаки, — сказала она, отражая очередное заклинание. — Это не тренировочный уровень.

— Мир не работает на «тренировочном уровне».

— Но я—

Заклинание ударило в землю рядом с ней. Слишком близко.

Она резко опустила палочку.

— Хватит.

Тишина.

Грюм замер.

— Что?

— Это не про тренировку.

Её голос был спокойным.

Но твёрдым.

— Тогда про что?

Она шагнула ближе.

— Вы злитесь.

Он усмехнулся.

— Наблюдательность — это хорошо.

— Но вы не ответили.

Пауза. Он отвёл взгляд. На секунду.

— Это не имеет значения.

— Имеет.

Она остановилась в шаге от него.

— Потому что вы переносите это сюда.

Тишина стала плотнее.

Грюм сжал трость.

— Ты думаешь, понимаешь—

— Нет.

Она покачала головой.

— Но я пытаюсь.

И это прозвучало иначе. Не как вызов. Как… предложение.

Он посмотрел на неё. Долго. И впервые за всё время — не отстранился.

Они не продолжили тренировку. Это случилось как-то само. Разговор просто… остался.

— Вы боитесь, — сказала Гермиона тихо.

Грюм усмехнулся.

Но без насмешки.

— Я достаточно видел, чтобы не называть это страхом.

— Тогда как?

Пауза. Он медленно выдохнул.

— Последствия.

Она не отвела взгляд.

— Для кого?

— Для тебя.

Это было сказано сразу. Без колебаний. И от этого — сильнее.

Гермиона замерла.

— Вы решаете за меня?

— Я учитываю то, что ты игнорируешь.

— Или то, чего боитесь вы?

Это было рискованно. Очень. Но она уже не отступала.

Грюм сделал шаг вперёд. Резче, чем обычно.

— Ты думаешь, это игра?

— Нет.

Она подняла подбородок.

— Именно поэтому я здесь.

Пауза. Короткая. Но напряжённая до предела.

— Тогда слушай, — сказал он тихо. — Я не тот человек, с которым строят… что-либо.

Слово повисло. Не договорённое. Но понятное.

— Почему?

Он усмехнулся. Горько.

— Потому что такие люди, как я, обычно не заканчивают хорошо.

Гермиона нахмурилась.

— Это не аргумент. Это—

— Это факт.

Жёстко. Без украшений. И в этот момент она увидела это. Не маску. Не жёсткость. А усталость. Глубокую. Старую. Ту, которую не скрыть полностью.

Она сделала шаг ближе. Медленно. Осторожно.

— Тогда, возможно, проблема не в том, чем всё закончится.

Он посмотрел на неё.

— А в чём?

— В том, что вы даже не допускаете, что может быть что-то… хорошее.

Тишина. И в этой тишине что-то сдвинулось. Едва заметно. Но необратимо.

Он не ответил сразу. Но и не оттолкнул. Это было уже много.

Гермиона протянула руку. Медленно. Даже осторожно. И коснулась его. Неуверенно. Пальцами — к его ладони. Как будто проверяя, отстранится ли он.

Он не отстранился. Наоборот — чуть сжал её пальцы. Слабее, чем обычно. Но осознанно.

— Ты не понимаешь, что делаешь, — сказал он тише.

— Тогда объясните.

Он покачал головой.

— Это не объясняется.

— Тогда позвольте мне решить самой.

Пауза.

И снова этот выбор. Который он уже делал. И снова — не смог остановиться.

Он притянул её ближе. На этот раз без колебаний.

Поцелуй был другим. Не осторожным. Не «почти случайным». А осознанным. Глубже. С тем самым напряжением, которое они пытались сдерживать последние дни. И теперь — уже не сдерживали.

Когда он отстранился, его голос был тише обычного:

— Это не должно происходить.

Гермиона смотрела прямо на него.

— Но происходит.

И это было окончательно.

Проблемы начались через два дня. Не крупные. Пока. Но заметные.

— Ты в последнее время часто пропадаешь, — сказал Рон за завтраком.

Гермиона не подняла глаз от книги.

— Я готовлюсь к экзаменам.

— Уже? — удивился он. — До них ещё—

— Я предпочитаю не откладывать.

Гарри посмотрел на неё внимательнее.

Слишком внимательно.

— Ты в порядке?

Она кивнула.

— Конечно.

И это была правда. И нет.

Он не стал продолжать. Но она почувствовала: это только начало.

В тот же день на тренировке Грюм был… собраннее. Сдержаннее. Почти холоднее.

— Нас начинают замечать, — сказал он без вступления.

Гермиона замерла.

— Кто?

— Пока — никто конкретный.

Пауза.

— Но это вопрос времени.

Она кивнула. Медленно.

— Тогда нам нужно быть осторожнее.

— Нам нужно остановиться.

Это прозвучало сразу. Жёстко.

Гермиона подняла взгляд.

— Вы правда этого хотите?

Он не ответил. И снова — этого было достаточно.

Она сделала шаг ближе.

— Тогда не говорите это.

Тишина. Грюм смотрел на неё долго. И затем — чуть качнул головой. Как будто признавая поражение.

— Ты усложняешь всё.

— Я делаю это честным.

Пауза. И в этой паузе уже не было прежнего сопротивления. Только осознание: они оба зашли слишком далеко. И не хотят возвращаться.

Вечером, когда замок затих, Гермиона шла по коридору медленно. Без книги. Без спешки. Она знала, куда идёт. И знала, что он там будет. Это уже стало… привычкой. И это пугало меньше, чем должно было.

Когда она вошла, он не обернулся сразу.

— Это становится опасным, — сказал он тихо.

Она закрыла дверь.

— Я знаю.

— И всё равно приходишь.

Она подошла ближе.

— Да.

Пауза.

Он обернулся.

И в этот раз — не было ни попытки отстраниться, ни попытки остановить. Только честность.

— Ты меня меняешь, — сказал он.

Гермиона замерла.