Сказки для Идуны (гет)

По ощущениям мальчика-мороза и огненной феи прошло не так много времени, но всё же его оказалось достаточно, чтобы их человеческие друзья выросли…

Как же быстро растут человеческие дети! И вот у них уже свои дети. Теперь настала их пора слушать сказки, в которые когда-то верили их родители.

Про Деда Мороза, Мышку-Норушку или Зубную Фею, про Пасхального Кролика, про творца добрых сновидений, которого папа называет Песочным человеком, а мама — Угомоном.

А про мальчика-мороза и огненную фею… Не то чтобы ничего, полслова нет-нет, да проскользнут, но что это были за слова?

— Эльза, надень шарф! Не-то Морозко ущипнёт тебя за нос! — говорила мама Идуна.

— Анна, не отходи от меня далеко, а-то фея уведёт тебя глубоко в лес, где дикие звери! — строго предупреждал папа Агнарр.

Но на вопросы дочерей «кто это?» отвечали:

— Никто, так на моей родине называли морозный ветер.

Или так:

— Никто, это просто блики света на снегу, которые тебя так завораживают и ты забываешь обо всём на свете.

И как же было обидно Джеку и Блум в такие моменты! Но они всё равно возвращались в Эренделльский замок под Рождество год за годом. Ведь они были друзьями Короля и Королевы. Пусть и невидимыми и забытыми.

— Доброй ночи, Мадам Никто! Как Ваше «ничего»? —однако отшучивался Джек, видя поникший вид подруги.

— Как видите, Синьор Никто! Никак не удаётся похитить очередного ребёнка! — ворчала Блум.

— А если я скажу, что Вы похитили моё сердце, этого будет мало? — весело говорил Джек с привычным ребяческим задором.

— Вы что-то сказали? Или это ветер свистит в моих ушах? — так же подшучивала Блум. Но уже как-то по-другому… Да и сама фея чувствовала, что в ней что-то изменилось, хоть до конца не понимала, что именно. Когда же это началось?

— Папочка, Мамочка! А как началась ваша история любви? — неугомонно вопрошала маленькая Анна. — Правда, что дедушка Рунард сначала хотел женить папу на принцессе Южных островов? А правда ли, что свадебное платье тебе подарил Санта Клаус, поэтому у Эльзы белые волосы, как у Снегурочки?

— А правда ли, что Анну вам принёс не аист, а Пасхальный Кролик, поэтому-то она и скачет всюду как заяц? — дразнила младшую сестру Эльза, что та сразу умолкала и обиженно дулась.

Агнарр и Идуна тогда зажигали свечу и начинали свой рассказ.

Но рассказ их был несколько искажён: из него были вымараны все волшебные моменты и заменены на что-то более… Житейское. Такое случается у взрослых: воспоминания о чуде в их памяти тает как первый снег.

И знакомство в Зачарованном лесу, и путешествие вместе с троллями, и… тот самый бал, когда Идуна почувствовала себя настоящей Золушкой в серебряных башмачках.

А что же было на самом деле? Об этом знали только Джек и Блум.

А было это так:

Случилось однажды в Эренделльском королевстве, что принц Агнарр бесследно пропал. Королевские стражи обшарили весь город и лес, но не нашли и следа своего принца. Ведь он буквально под землю провалился. Целый месяц продолжались тщетные поиски. Но в один погожий денёк ранней зимы принц сам объявился — вышел из леса вместе с незнакомой русской девочкой. Мол, заблудился, упал в реку, потерял сознание, а очнулся в сторожке дровосека, где его — больного лихорадкой — выхаживала осиротевшая Настенька, которую за живой нрав местные прозвали Идуной. И Король Рунард признательно оставил девочку при дворе поварёшкой на королевской кухне, обещая ей содержание до тех пор, пока она не выйдет замуж.

И Агнарр и Идуна стали расти вместе, как посаженные в один горшок белая и алая розы, и не расставались ни дня. И всё было им мило. И дуновение морозного северного ветра на улице, и трескучие дрова в камине замка. С тех пор они ни разу не терялись в лесу, как бы глубоко не заходили, и ни разу не простывали даже в самые студёные зимы.

Однажды король Рунард решил, что принц Агнарр достиг брачного возраста и задумал женить сына, но не на безродной невесть откуда взявшейся девчонке, а на достойной принцессе. И Моана, наследница трона Южных островов — королевства с мощным флотом, казалась самой подходящей партией. Близилось Рождество, и Король велел готовить пышный бал, на котором принц должен был объявить имя своей невесты.

Но как же сильно страдали Агнарр и Идуна в эти дни! Настолько бывшие дети были удручены, что Джек и Блум просто не могли не вмешаться, позабыв про все клятвы каменным троллям не встревать в человеческую жизнь, потому что «они даже не Хранители добродетелей». Не то что Северянин или Зубная фея, будь они не ладны…

Но всё же у волшебных детишек нашёлся союзник из «официального сказочного прав.союза» — старшая сестра той самой зубной феи Мышка-Норушка, с которой они когда-то давно познакомились на Аляске, когда она ещё приходила к Идуне, чтобы забрать последние молочные зубы. И, конечно же, Джек Мороз её обаял.

Джек вообще нравился всяким волшебным девочкам своим нахальным нравом и говорливым языком. Ведь хорошим девочкам нравятся хулиганы. И как же это злило Блум! «Вертихвост!» — гневно краснея, думала фея, когда Джек начинал строить глазки какой-нибудь русалке или дриаде.

Но сейчас про Идуну!

— Знаете ли вы, что Рунард был очень суеверным в детстве? Больше всего на свете он боялся прогневать горных гномов или норн… Так вот, я знаю как воспользоваться этой его чертой. Попрошу помощи у младшей сестрёнки… А вы, детишки, должны подготовить Идуну к балу! — загадочно объявила Мышка, прежде, чем провалиться в волшебную куда-угодно-норку.

Что именно сделала Мышка с Королём — неизвестно, но уже на следующий день Рунард обратился к Идуне со словами, которые, конечно же, слышали и Блум с Джеком:

— Я тут подумал, девочка, и всё же решил позволить тебе прийти на торжество… Вдруг правду говорят придворные и тётки-уборщицы, что ты самая настоящая нимфа, та самая Идунн из скандинавских сказок? Раз так, то самое время тебе сменить это потрёпанное платье, снять человеческую маску и показать своё величие! Тогда уж, даю тебе своё королевское слово, я точно не буду противиться вашей свадьбе с Агнарром!

— Ловлю на слове, Ваше Величество! — неслышно произнесла Блум. — Джек! У меня появилась идея! Поможешь?

— Разумеется, мой Мотылёк! В фей-крёстных мы с тобой ещё не играли!

В тот же вечер Идуна снова ощутила на себе давно забытое волшебство. Лёгкая серебряная снежинка коснулась её глаз, и девушка впервые за долгое время почувствовала необычайную детскую радость, которой так давно не было. Нет, не было времени унывать! Она должна что-то сделать! Но что?

Искра рвения и нужная идея вспыхнули сами собой! Король велел сменить платье? Хорошо! Словно ведомая за руку кем-то невидимым, Идуна пошла в старую кладовую: там хранилось несколько хорошеньких, но старомодных платьев, которые вполне можно было бы перешить. Да, ткань успела выцвести, и Идуна переживала, что фактически она эти платья украла. Они никому не нужны, но вдруг станут нужны по закону подлости? Но неимоверный задор и желания добиться своего вели её вперед! И девушка весело принялась за дело! Спустя всего пару ночей наряд был готов. Ему не хватало только… Сияния!

И тут снова пригодилась магия огненной феи: сделавшись крохотной, Блум облетела трижды вокруг блёклого платья, и оно просветлело, стало ярким, а узоры на шлейфе заблестели прям как звёзды!

— Прекрасно как Северное сияние! Должен признать, от вашей девчачьей магии всё-таки есть толк! — присвистнув, произнёс Джек.

— Сама бы такое носила! — кивнула Блум, довольная своей работой.

А потом достала уголёк из очага и начертила на полу узорчатые башмачки.

— Так. А теперь туфли! Джек, наморозь-ка пару хрустальных башмачков да покрепче! И как на картинке!

— Башмачки? Зачем? Подол же длинный, их не будет видно! — начал, было, по-мальчишечьи рассуждать Джек.

Но Блум так на него посмотрела, что лучше не спорить.

— Понял — понял! Сейчас сообразим!

От греха подальше, он снова сверился с рисунком, решительно закатал рукава и взмахнул посохом. Сперва в воздухе закружились снежинки, слепляясь друг с другом в два ледяных комка…

Не успела Блум моргнуть и глазом, как туфли — прозрачные, переливающиеся морозными узорами, словно хрустальные — явились её взору. Волшебно!

Когда же Идуна проснулась утром, то не поверила своим глазам! Но потом решила, что платье ей сперва казалось блеклым, потому что шила она его по ночам при тусклом свете свечи, а туфли… Их принёс Агнарр? Да, точно! Больше некому!

Как бы то ни было, на балу Идуна была самой красивой барышней. А как на её ножках смотрелись сияющие башмачки, когда она кружилась в вальсе! Весь вечер принц Агнарр танцевал только с ней, а перед тем как часы пробили полночь, счастливая парочка исчезла в королевском саду.

Раздосадованный сорвавшейся помолвкой сына и принцессы Моаны, Рунард лично пошёл в сад, чтобы найти парочку и хорошенько их отругать. И отчего ему взбрело в голову приглашать эту безродную поварёшку на бал? Король исходил все тропинки, но нигде не видел сына и его барышню, но вдруг он заприметил что-то поблёскивающее. Башмачок! Рунард поспешил к нему. Подобрал, чтобы получше рассмотреть.

Выглядит как хрусталь самый настоящий, переливающийся при свете луны. Но почему же от него веет холодом? И как эта девчонка могла их носить?

— Вот оно! Блум! Топи туфлю! — запищала Мышка-Норушка, сидящая на плече мальчика Мороза.

Блум не заставила ждать — подлетела и жаром огненных волос растопила ледяной башмачок прямо на глазах Короля. Тот испугано одёрнул руку, кинулся бежать к выходу из сада.

Злой Северный ветер, призываемый Джеком, буквально толкал его в спину, сбивал с ног. Мышка-Норушка прыгнула в раскрывшуюся волшебную норку и принялась бегать по волшебным тоннелям, поднимая черепицу дорожек под ногами Рунарда. И он всё же рухнул на колени, едва добежав до фонтана.

Рунард заглянул в гладь воды, а та тот час затянулась льдом.

— Пиши то, что я тебе скажу, Джек! Да гляди! Без ошибок! — велела Мышка.

«Преступление твоего рода против троллей Зачарованного Леса может искупить лишь союз твоего сына и возлюбленной нами человеческой дочери» — вот что с ужасом прочитал Рунард.

— Что это за муть? — недоумевал Джек.

— Тебе ни всё ли равно? Главное — скряга впечатлился! — махнула лапкой Норушка.

— Понятно. Очередная «корпоративная тайна»… — выдохнула Блум, внутренне сгорая от желания все эти тайны разгадать.

И эта история — как водится — завершилась счастливой свадьбой Кронпринца Агнарра и прекрасной девушки Идуны, которая, несомненно, станет лучшей королевой в Истории Эренделла.

И ничего, что эта История не будет помнить ни мальчика-мороза, ни огненную Фею, ни прочих волшебных её авторов.