Рефераты учеников Хогвартса (джен)

Эссе,

написанное Гермионой Грейнджер на каникулах, во время ее пребывания в Болгарии в гостях у Виктора Крама. Работа получила высокую оценку профессора Бинкса, а также почетную грамоту от школы Драмстранг за внимательное изучение неанглийских источников и традиций.

От древних славян, также как от кельтов — осталось мало письменных источников, но много устных сказок и Бояновых песен, перепетых веками и переделанных в былины, сказки и поэмы.

Один из самых интересных и популярных сказочных персонажей — Баба Яга. Но ее образ понятен далеко не всем.

В.Я Пропп пришел к выводу, что речь идет о трех различных персонажах: «В основном сказка знает три разные формы яги. Она знает ягу-дарительницу, к которой приходит герой… Иной тип — похитительница. Она похищает детей и пытается их изжарить. Наконец, сказка знает ягу-воительницу. Каждый из этих типов имеет свои специфические черты, но, кроме того, есть черты — общие для всех типов».

Эти общие черты — в ее связи со смертью. Она стоит между мирами живых и мертвых.

Прежде всего, исключим из списка «лишнюю» — ту, которая летает в ступе и зверски пытает людей. Этот персонаж пришел от кочевников аланов. У них во времена матриархата впереди войска неслась на горячем коне отважная женщина. Притороченный к седлу походный котел впоследствии был заменен ступой, а копье — метлой.

Если начинать наше путешествие по сказкам разных народов, то логичнее начинать от Уральских гор. Одно из ее воплощений в мифологии этих мест связано именно с горами Каменного Пояса, разделяющего Европу и Азию. Но как условны все эти границы, придуманные людьми. И временные и пространственные границы. Сказки — у всех похожи. Но — по порядку!

Начнем с Хозяйки. Именно так ее на Урале и называют: Медной Горы Хозяйка. Косы черные, глаза зеленые, с легкостью двигает горами. И превращается, между прочим, в ящерицу. Про нее русский сказочник Павел Бажов писал — Уральские Сказы. Не сразу ясно — плохая она, или хорошая. Но ценит мастерство, не любит, когда по-хамски сокровища земные расхищают, и не уважения не любит. Ни к себе, ни к земле Уральской. И живет в пограничном мире — с одной стороны сокровища горы, а с другой — люди. В тех сказах и Змею место есть — Великому полозу! Змей такой, хранитель земных богатств, где проползет, там золотая жила. Но важно было не жадничать и трудиться. Полезное мифическое существо. И с добром — к добрым молодцам!

Дальше — интереснее. Имен у нее — множество. И разбросаны от Индии до Египта. Баба-Яга, она же в разных воплощениях Ненила (бабушка),, Буря-Яга, Азовка, Ясуня, Домна, Вельмина-лягушка, Ася Звездинка. Последнее имя — из-за мужа он у нее Звездный Ас — Велес. В Индии — она же Сита, супруга Рамы, в Египте — Исида. Дальше — Сида — мудрая. Иногда Сила, или Вила Сида, то есть вейла. Возможно, что это от времен, когда их с Ладой-Любовью считали одной.

Сида — супруга Велеса, очень противоречивого древнеславянского бога. Бог мудрости, любви, богатства, проводник в загробный мир и страж Ирия — славянского ведического рая. Часто отождествлялся со змеем.

Отношения Яги со змеем тоже в вековых легендах меняются вместе с отношением к змею сочинителей легенд. Иногда Она и дочь Змея, и мать Змиевичей.

Вначале Змей олицетворял тайные и мощные силы земли. Потом в христианской традиции, или на Руси, слившись в умах с многовековым игом, — змей превратился в олицетворение зла и коварства. Вот, к примеру, древний эпос российский «Слово о полку Игореве» сказывается от имени певца Баяна, который себя называет Велесовым внуком. Стал бы поэт считать себя потомком какого-нибудь мерзавца, да еще и хвастать этим?

А по Гамаюновым песням, Велес сын Солнца — Ра и небесной коровы, а со Змеями, вернее с братьями Змеевичами — побратим. Завоевал он Бурю -Ягу в сражении с нею. Она — превращена в старуху Сыном Змея, а за ужасным ликом — дочь великого витязя и мудреца — Святогора. В любых воплощениях на пути их любви — ждут испытания. И хотя они из них выходят, но не с вариантом «жили долго и умерли в один день». Нет, как раз все наоборот. Но вот любовь их живет долго — века, и находят они друг друга в новых воплощениях.

Интересны взаимоотношения Велеса с Громовержцем-воином Перуном. Враждовали. И очень сильно. Конечно из-за жены, украденной Велесом у Перуна. Потом все утряслось самым жестоким способом. Произошла битва, в которой Перун — орел, а Велес — змей. Орел, естественно — победитель. Жену — Ягу-Ясуню отправили в Навь — «тот свет» (см. Инь), царство Змея — сторожить границы.

Стала она Хозяйкой Леса. Запретного? Черного? Возможно и так. Ведь для людей в древнее время — земледельцев и скотоводов, именно в лесу сосредоточены все враждебные грозные силы. А Велес остался в Яви — на «белом свете».

По разным источникам — у них три сына Ночь, Вечер, Утро, или сын — Ночь и дочь — Заря.

Дети тоже странные. Темный Вечер, Велесов сын, уводящий во тьму и смерть. И Ясная Заря — вероятно, все же Перунова дочь, выводящая мир к рассвету.

Баба-Яга это Мать-Дней и Мать-Ночь, хранительница небесных и земных сущностей. Она зовет их «Мой День, Моя Ночь».

Известны аналоги — итальянская фея Бефана, немецкая фрау Хельга, в более поздние времена ставшая повелительницей зимы. Звали ее на Руси еще и Марой, Мораной, Марьей Моревной. Имя происходит от корня — мор, смерть. И время власти Мораны, как и фрау Хельги — Зима, когда природа на время — умирает

Поищем кельтский аналог. Может Леди Моргиана, или Моргейна, сестра короля Артура? Не навязанная христианскими рыцарскими романами фея-злодейка, а древняя жрица Рогатого Бога и Великой Богини, живущая между мирами на острове Авалон, хранительница меча и последнего сна легендарного Артура?

Хотя есть, конечно, и другие.

У всех персонажей древних легенд есть аналоги в любой земле. Славянский Перун в красно-оранжевых огнях молнии и громе — не напоминает ли Годрика Гриффиндора?! А Велес — мудрый змей, ну просто вылитый Салазар. Они себе нашли аналоги героев в христианской мифологии — Перун, повелитель грома, превратился в Илью-пророка, гремящего по небу в своей колеснице. А Велес — «скотий волосатый бог», превратился в защитника и помощника — Николая Угодника, Санта-Клауса.

Интересный персонаж — Яга. Но какая она — добрая или злая?

Но все у нее непросто. Потому что она всегда отдельно от всех. Сама по себе. Точно знает, что хранит и защищает. И никого рядом. Ни ученика, ни друга, ни равного — нет. Войско? Да и войско у нее непростое!

Иногда говорят, что между Ладой и Ягой нет особой разницы, что они — два лика одной древней богини. Именно такой ее лик прекрасный и опасный одновременно описан в славянской балладе «Яга»

(С.М.Городецкий):

«У той Яги, у девы,

Лесные волоса,

Прилуки, да запевы,

Змеиная краса.

Никто ее не может,

Кто видел разлюбить:

Тоска-любовь изгложет,

Кручины не избыть.»

Или Лада и Яга — сестры-противоположности, как сербские Среча и Несреча, индийские Адити — мать богов и Дити — мать демонов. А иногда она — трехлика, как Геката, или кельтская — Морриган. Просто в этом отражались и три вертикальных мира, и три фазы Луны, и три возраста женщины.

Она внушает страх, потому что одновременно олицетворяет и разрушительную энергию, и энергию жизненной силы, одновременно и разрушает, и создает. Как лес, или сама земля! Но самое удивительное что, несмотря на все угрозы она справедлива. Если проявить почтение к ее великой силе — часть этой силы перейдет к тебе. Причем проявить именно не подобострастно, хвастливо или спесиво, а почтительно и честно. Мудрая — она наделит мудростью того, кто просит совета. Заметьте — воинам она всегда поможет. В битве с вечным врагом своим — Кащеем. Но вначале обязательно испытает воина.

Баба-Яга — Морана, подобно греческим паркам и скандинавским норнам, владела судьбами людей: не только отнимала жизнь, но и даровала ее, отпуская из потустороннего мира детские души. Известны сказки о похищении ягой и ее гусями мальчика Иванушки. Сестра, находящая его в избушке яги, застает брата играющим золотыми яблочками — символом вечности у многих народов. Гуси-лебеди в сказке — тоже не случайны. В древности люди считали, что птицы могут подняться в небо — обитель праведных предков, приносят оттуда людские души и уносят их обратно — на тот свет. До сих пор существует поверье об аисте, приносящем детей, а матери и бабушки рассказывают присказку о вороне, которая кашу варила и деток кормила.

Интересно, что Морана-Яга еще и присматривала за девушками, нерадиво ведущими хозяйство. Она следила за чистотой посуды и «морила» их в наказание за грязь: своим ядовитым дыханием отравляла посуду и воду. Именно поэтому девицы, потерявшиеся в лесу, упавшие в колодец, т.е. тем или иным способом «выпавшие» из мира живых, проходят испытания, которые устраивает им Яга. Трудолюбивые и отзывчивые получают щедрую награду и отправляются домой, то есть — оживают. Грубых и ленивых ждет наказание — в древних сказаниях — смерть, в более поздних — неприятные «сувениры» в виде лягушек выскакивающих изо-рта при попытке говорить и т.д.

Об избушке на курьих ножках.

Итак, избушка. Дом — это всегда целый мир. Мир и внутри этой избушки.

О том, что Яга принадлежит скорее миру мертвых, свидетельствует ее избушка, своей теснотой напоминающая гроб, и ее костяная нога, и отвращение к запаху живого человека — неприятного с точки зрения мертвеца: «Фу, фу, фу! Русским духом пахнет!»

Подобные домики на сваях строили охотники и рыбаки, для защиты от диких зверей и наводнений. Но в древности в таких домиках люди хоронили умерших. И получалось, что стояли эти избы на границе мира мертвых и мира живых.

Пропп считает, что в сказках речь шла об инициации, взрослении, испытании мнимой смертью.

Избушка — дом для инициаций юношей в древности, которые должны были доказать, что могут выжить в лесу, надеясь только на себя, своим трудом и мечом. Некоторые не выдерживали испытания, и уходили к праотцам. А те, кто выдерживал, тоже «умирали», возвращаясь к родичам в новом качестве — уже не юношей, а мужчиной — охотником или воином.

Мудра, Хозяйка! Какая же она в итоге? Дарительница? Похитительница? Воительница? Или просто девочка с теплой ладонью, умеющая утешать? И все это — о смерти?

Может, дело обстояло сложнее, и речь шла о настоящей смерти, после которой оживали немногие, те, кому надо было совершить что-то важное. Это похоже на висение верховного бога Одина на священном Дубе в скандинавских сказаниях. Пока тело его страдало, Дух его странствовал в мире смерти, а, вернувшись, он обрел мудрость и магический дар. Позже шаманы, следуя этому примеру, путешествовали душой, отделившейся от тела в мире духов. Правда, для этого им достаточно было впасть в состояние экстаза.

В любом случае, человек, познавший смерть, другую сторону бытия становился мудрее. Может, все было проще, и юноша, проходя испытания, чтобы стать мужчиной должен был научиться существовать в лесу, не мешая ему, и сохранив себя. И победить свои страхи. Для этого необходимо уединение. Ведь часто самые жестокие битвы с самыми темными силами мы ведем в своем сердце. И со смертью — тоже.

Примечания автора.

Прочтите медленно слова — Темный Вечер. А потом пролистайте детскую книгу о Василисе Прекрасной. С замечательными иллюстрациями Ивана Билибина (1876 — 1942), русского графика и театрального художника. Найдете неожиданную вещь: едет по сумеречному лесу Темный Всадник на Вороном коне (то есть коне цвета воронова крыла). На лицо поглядите внимательно. Такое знакомое лицо — с суровыми чертами, достаточно носатое, чтобы быть похожим на такую же носатую мать. И, конечно, нездорового цвета и несколько зловещее лицо и из-за длинных прядей черных волос, и из-за черных глаз, похожих именно на те темные тоннели, которые описывают все наши «успешно реанимированные» умиравшие.

Там, кстати в этой сказке есть еще замечательный череп с горящими глазами — вот в таком виде Бабушка — Яга одаривает Василису Светом. И, представьте, именно этот свет из глаз черепа сжигает воплощение зла в этой сказке — злую мачеху и ее дочерей. Оружие такое — лазерное, очень древне — русское, по-видимому.

Вот деревья и небо, цветы и трава,

Вот опушка Запретного леса.

На опушке — избушка моя.

Иногда приезжают повесы.

И кричат, что-то требуют, бьют себя в грудь

И, нахальные, вертят избушку,

Им — все « вынь, да положь»!

Им нажраться — и в путь,

И совсем наплевать на старушку!

Я им баньку топлю, я стелю им постель.

Даже скатерть стелю самобранку!

Но кому из них в печь,

А кому — путь и меч,

Я решаю сама — спозаранку.

Здесь у нас говорят — утро ночи мудрей,

На вопросы ответы найдутся!

Успокоятся страсти, и страхи уйдут,

И дороги окрест разойдутся.

По какой Вам последовать?

Я подскажу.

Только знайте, искатели доли,

Нет рассвета без ночи,

И света без тьмы,

Не бывает и счастья без боли.