Почему ты так пристально смотришь на свои часы? (гет)

2007/01/02

Ночь встретила Наоми холодом и запахом пыли от старой водосточной трубы дома семьи Ягами.

Наоми Мисора подтянулась, карабкаясь на второй этаж к слабо светящемуся окну. Рука Лайта Ягами схватила ее за запястье и потянула внутрь. Наоми беззвучно приземлилась на пол комнаты.

Она, судя по стерильному порядку, принадлежала человеку, помешанному на контроле. Книги и учебники выстроены по высоте, на столе ни пылинки, кровать заправлена. Идеальный фасад, чтобы не вызывать вопросов и претензий.

Лайт замер, прислушиваясь. Наоми тоже не двигалась, изучая его профиль. Внизу было тихо.

— Давай, что ты хотел мне показать? — прошептала она.

Лайт махнул на стул. Рюк развалился на кровати, послав Наоми ослепительную улыбку, от которой у неё по спине пробежал холодок. Лайт успел рассказать ей, что скука бога смерти — основная причина, по которой её жених сейчас лежит в могиле.

Наоми пододвинула табурет ближе к монитору.

— Я установил камеру за несколько дней до пожара, — его пальцы запорхали по клавиатуре.

На экране возник обгоревший остов дома, того самого, где жила девочка, которую Лайт считал Кирой. Наоми всматривалась в почерневшие балки, и внутри нее закипала холодная, вязкая ярость.

— Огонь не задел её, — продолжал Лайт. — Можем посмотреть запись.

— Камера была направлена на комнату Киры?

— Да, но сейчас меня больше интересует входная дверь.

Лайт увеличил скорость, и видео понеслось вперёд. Отец Аницуко уехал рано утром, мать несколько раз ходила туда-сюда с пакетами. Сама Аницуко оставалась внутри все время записи. Больше никто в дом не входил.

— Может, это самоубийство? — предположила Наоми без особой уверенности в голосе. — У них есть черный ход?

— Наверняка есть, и не один. Отец Киры — якудза.

Наоми хмыкнула.

— Нам нужно проверить все версии, — прошептал Лайт. — Я думаю, убийца забрался в дом через окно. Это элитный район, камеры должны быть повсюду, нужно только достать записи. Другой вопрос: как кто-то посторонний мог узнать о существовании Тетради? Не верю, что Кира кому-то про неё рассказала.

Он обернулся к монстру на кровати.

— Рюк, ты можешь почувствовать, уничтожена ли Тетрадь?

— Я могу ощущать Тетрадь, когда она находится близко ко мне. Сейчас я её просто не чувствую, но это не значит, что Тетрадь больше не существует.

Взгляды Лайта и Наоми встретились. В глубине глаз Лайта мелькнула тень беспокойства.

— Плохо, — резюмировал Лайт. — Если она просто сгорела, то проблемы нет. Но если Кира сбежала… Рюк, ты никак не можешь отследить Тетрадь?

— Для этого мне нужно вернуться в мир богов смерти. Сейчас я имею право это сделать, — Рюк усмехнулся. — Но не буду.

— Разумеется, — Лайт вздохнул. — Будем прорабатывать обе версии одновременно. Если Тетрадь украли, нужно найти вора как можно скорее.

— Я возьму на себя камеры наблюдения и опрос свидетелей, — предложила Наоми.

— К родителям Аницуко нам лучше пойти вместе. Мы давно знакомы, они мне доверяют. Но нам будут нужны результаты работы оперативной группы по этому делу. Всё: судмедэкспертиза, улики, показания свидетелей.

Наоми кивнула.

— Я подниму полицейские данные. Через пару дней меня официально распределят на дело Киры.

— Кстати, как прошла встреча с Л? — Лайт закрыл окно с записью с камеры.

Наоми пожала плечами.

— Детективы мне поверили. L много спрашивал о Рее, не вел ли он себя странно в последнее время. Я сказала, что ничего не заметила. Агентам ФБР запрещено рассказывать о расследованиях близким, поэтому членов таск форса не смутило, что я ничего не знала.

Лайт кивнул.

— Их всего семь человек, считая L. Твой отец рассказал, что почти все агенты отказались от участия в деле после смерти Рея и коллег. Сейчас штаб-квартира переехала в номер L в Хилтоне, но они будут постоянно перемещаться по отелям в целях безопасности.

— У них есть какие-то предположения насчёт Киры?

— L погрузил меня в курс дела. Они уже знают, что Кира почти наверняка школьник, скорее всего когда-то подвергся насилию. Они считают, что у него есть доступ к данным полиции. Кира правда могла видеть их отчеты? У якудза есть к ним секретный доступ?

— Насколько мне известно, нет. L думает так из-за меня. И из-за Рюка, — Лайт кивнул на усмехающегося бога смерти. — Я собирался вычислить Киру по времени смерти преступников. Расписание учеников нашей школы найти несложно. Рюк смекнул, что так я быстро поймаю Киру, и передал ей эту информацию. По счастливой случайности, в тот же момент L высказал похожие соображения. Кира начала убивать только поздним вечером, и L решил, что она как-то узнала о его выводах.

— Вот как, — протянула Наоми. — Лайт, на самом деле, я думаю, как только детективы поймут, что цепочка смертей агентов началась с Рея, ты станешь главным подозреваемым.

Наоми скосила глаза. Пальцы Лайта дрогнули.

— Я?

— Ты знал имя Рея, ты — сын главы штаб-квартиры, а ещё ты был достаточно умен, чтобы заметить слежку. Сейчас детективы заняты поиском агента, через которого Кира вышла на всех остальных.

— И скорее всего рано или поздно, они поймут, что цепочка началась с Рея, — кивнул Лайт. — Что ж, это было ожидаемо. Отчасти это нам на руку. Пока они будут копать под меня, у нас будет возможность найти настоящую Киру и забрать Тетрадь. Когда убийства прекратятся, им придется свернуть расследование. Если этого не произойдет, у меня естественным образом рано или поздно сформируется алиби, — Лайт усмехнулся. — Отлично. Спасибо, Наоми.

Она кивнула. Пока им лучше держаться вместе. Лайт знал больше, чем члены таск-форса, и наверняка открыл ей не всё. Она сможет рассказать правду L в любой момент.

— Мне пора. Нам нужно решить, как мы будем общаться, — Наоми достала из кармана простой телефон-раскладушку. — Лучше не использовать наши основные телефоны. Если что-то случится, я напишу тебе сюда. Главное смотри, чтобы отец не заметил, что у тебя есть одноразка, возникнут вопросы.

Лайт кивнул и покрутил в руках новый телефон.

— Мой номер вбит в контакты, — сказала Наоми, поднимаясь. — Лучше пиши, если что-то срочное — звони.

— Хорошо. До встречи, — сказал он.

Она пожала его руку на прощание и выскользнула в окно. Порыв холодного воздуха ударил в лицо.

Она приземлилась на газон и замерла в тени. В окне комнаты Лайта горел свет от настольной лампы. Его силуэт склонился над столом. Рядом торчал Рюк.

Наоми нахмурилась, поправляя куртку. Сейчас её первоочередная задача — выяснить, насколько можно доверять Лайту. Он был таким гладким, таким идеальным, что рядом с ним у Наоми возникало какое-то скользкое чувство, как будто он решил о чем-то умолчать.

Во второго этажа послышался шум.

— Красивая, — донесся скрипучий голос Рюка.

— Ловелас, — ответил со смехом Лайт и закрыл окно.

2007/01/03

— Доброе утро, — сказала Наоми, заходя в номер отеля.

На этот раз L выбрал президентский люкс в Four Seasons. Номер был оформлен в традиционном японском стиле — просто и аккуратно. L сидел на кровати, обложенный тремя ноутбуками, пока детективы расположились за столами. Бедняге Мацуде достался низкий журнальный стол, поэтому он вынужденно подтирал брюками пол.

— Мисора-сан, — Соитиро кивнул ей. — Вы из управления?

— Мне выдали пропуск и жетон. Никаких проблем. Теперь я, — Наоми сверилась со своим удостоверением, — Юки Каори.

— Трудно запоминать эти вымышленные имена, да? — засмеялся Мацуда.

Наоми вежливо улыбнулась.

— Есть новости?

Лицо Соитиро слегка посерело.

— Мы выяснили, с кого началась цепочка смертей агентов, Наоми.

Мисора почти подпрыгнула от голоса L, который раздался над самым её ухом. Она воткнула ногти в мякоть ладоней. Оставайся здесь, Наоми, держи лицо, не нужно давать L причин сомневаться в тебе.

Она обернулась к детективу.

— С твоего жениха, Наоми-сан.

— С Рея? То есть Кира первой узнала его имя?

L кивнул.

— Он умер раньше остальных?

— Нет, все агенты погибли почти одновременно в диапазоне десяти минут, — ответил L, размешивая сахар в своём кофе. — Уже после того, как об их смерти объявили на NHK.

Наоми почувствовала легкое онемение на кончиках пальцев.

— То есть этот эфир был нужен, чтобы дать Кире возможность убить их всех?

L кивнул.

— Сначала я думал, что у Киры как-то получилось сразу выйти на мистера Эшкрофта и заставить его отправить информацию о личности агентов на телевидение. Но затем мы наткнулись на эту запись.

L повернул один из ноутбуков к Наоми. На экране загорелось нечеткое изображение улицы.

— Это около нашего дома, — узнала Наоми.

Она опустилась на кровать и почти наполовину провалилась в пуховую перину. L запустил видео.

Когда Рей вошёл в кадр, чужая рука как будто полоснула её острым осколком по сердцу. Ей казалось, что она хорошо умела контролировать эмоции, но L всё равно опустил руку ей на плечо и слегка сжал.

На экране путь Рею преградил мужчина в пальто поверх строгого костюма. Наоми сказала бы, что он был похож на банкира. Мужчина что-то сказал Рею и протянул ему прямоугольный предмет. Пенбер отшатнулся и размотал наушники.

— Передатчик? — спросила Наоми.

L кивнул.

Какое-то время Рей слушал неизвестного, застыв посреди дороги. Нестройный поток людей огибал их по широкой дуге. Наоми внимательно вглядывалась в предмет в его руках. На фоне черного передатчика мелькнул уголок белого листа. Если Лайт не врал, это должен быть кусочек Тетради Смерти.

Вдруг Рей быстро развернулся, сделал несколько импульсивных шагов по проезжей части и застыл посреди дороги.

— Мы проверили, человек, который отдал ему передатчик, умер от сердечного приступа примерно во время записи. Скорее всего, Пенбер видел его, — заметил Айдзава.

Наоми кивнула. Рей медленно обернулся к камере, осторожно сканируя пространство.

— Он был там? — прошептала Наоми. — Кира.

Рей сошел с дороги и сел на скамейку. Деревья скрыли его от камеры, поэтому несколько минут Наоми смотрела на мельтешение людей по улице.Мисора закусила ноготь большого пальца.

Она почти пропустила момент, когда Рей снова встал и направился к их дому.

Запись закончилась, и Наоми с трудом выпрямилась.

— Ты думаешь, что с помощью этого передатчика Кира отдавала ему приказы? — спросила она.

— Я склонен в это верить. Имя начальника знали все двенадцать агентов, но смерть того мужчины от сердечного приступа и передатчик наводят на мысль, что Кира вышла на ФБР через Рея.

— Но что с того, что агенты знали имя Эшкрофта, — заметил Мацуда. — Разве его не должна знать Кира, чтобы убить?

L снова развернулся к ноутбуку и щелкнул в середину таймлайна записи. Его глаза заскользили по экрану. Когда он нашёл нужный фрагмент, L развернул ноутбук к детективам и ткнул в экран пальцем.

Наоми склонилась ближе. Запись была нечеткой. L слегка приблизил передатчик.

— Я подумал об этом. Если предположить, что Кира обладает сверхъестественной силой сам по себе, тогда Мацуда прав.

— Но зачем тогда это представление с передатчиком? — спросила Наоми. — Даже если Рей сказал бы ей имя своего начальника, он бы всё равно не смог убить его, не зная лица.

L кивнул.

— Я думаю, есть другое объяснение. Кира может передавать свою силу по желанию.

— Ты думаешь, она шантажом заставила Рея самому убить своего начальника? — спросил Соитиро.

— Это решает проблему. Рей знал его имя и лицо. Если на секунду представить, что он получил силу Киры, то всё сходится. У него была возможность это сделать.

— Как жестоко, — Наоми встала с кровати и сделала пару шагов туда-сюда по комнате.

Поразительно, как L четко отзеркалил мысли Лайта, хотя и не знал об истинной природе силы Киры. Наоми сжала и разжала кулаки, сбрасывая лишнюю энергию.

— Но почему он не сделал ничего потом? — спросил Айдзава. — Хорошо, Кира ему угрожала, и он убил начальника. Но почему не позвонить и не рассказать кому-то об этом? Твой жених не вел себя странно перед смертью, Наоми-сан?

Она покачала головой. Рей смеялся и шутил — как обычно после рабочего дня.

— Мы подходим к ещё одному открытию, которое можно сделать благодаря этой записи, — L допил свой ультра-сладкий кофе и потянулся за новой порцией на прикроватном столике. Наоми не была уверена, спал ли он сегодня. — Мистер Эшкрофт не просто умер от сердечного приступа. Почему он отправил фото на NHK?

— Потому что это было нужно Кире, — Наоми сложила руки на груди. — Я понимаю, к чему ты клонишь. Кира может контролировать действия человека перед смертью.

— Именно.

— Это объясняет, зачем тот мужчина отдал передатчик мистеру Пенберу, — заметил Айдзава. — Он был просто марионеткой.

Наоми почувствовала, как кровь снова начинает бурлить. Ей бы хотелось, чтобы Лайт оказался неправ, и Кира сейчас была бы где-то на свободе. Тогда можно было бы найти её и наказать, отомстить, разорвать, чтобы она почувствовала хоть толику той боли, которая сейчас терзала Наоми.

Мисора быстро приложила руку к груди, унимая сердцебиение. Эта пустая злость ничего ей не даст. Нужно сохранять холодную голову, чтобы выяснить правду.

— Кира должна была вступить в контакт с Реем, чтобы выяснить его имя. Рей проверял кого-то, кроме семьи господина Ягами?

— Он успел начать наблюдение за семьей Китамуры.

— И Лайт называл имя Рея в полицейской переговорке, когда стало известно, что ФБР ведёт наблюдение за членами штаб-квартиры, — заметил Айдзава.

— Я специально проверил: Лайт назвал только фамилию Рея, — ответил L. — Из контура доступа японской полиции не было доступа к информации об агентах ФБР. Я не исключаю полностью версию, что его имя могло стать достоянием общественности в этот момент. Если наблюдение за Лайтом не даст результатов, мы вернёмся к ней.

Краем глаза Наоми заметила, что Соитиро слегка склонился над своими документами.

— Сейчас в доме Соитиро-сана устанавливают камеры и жучки. Если Лайт невиновен, он быстро получит алиби, и мы уберем аппаратуру.

Отвратительно. Если Лайт начнет разговаривать с пустотой о Кире и Тетради Смерти, или упомянет её имя, им конец.

— Уже можно вызваться в наружное наблюдение? — спросила Наоми.

L и Соитиро переглянулись.

— Мы решили, что это слишком опасно, — ответил L. — Я не хочу потерять никого из агентов, которые находятся в этой комнате.

— Без слежки у Лайта будет возможность убивать за пределами дома, — припечатала Наоми.

— Он уже показал, что в состоянии заметить, что за ним следят, — заметил Айдзава. — Я тоже предлагал L поработать под прикрытием, — пояснил он.

— Даже если так, — Наоми почувствовала, что слегка вспотела. Кофта неприятно забилась в подмышки, — это значит, что Кира прекратит убивать. У Лайта не будет возможности спрятаться. Он нигде не будет один.

В комнате стало тихо. Наоми оглядела детективов. Те неуверенно смотрели на L.

— Я уже говорил, я готов, — нарушил тишину Айдзава. — Я согласен с Мисорой-сан. Рей не до конца понимал, что может иметь дело с Кирой. Лайт, видимо, смог запудрить ему мозги.

— Я попрошу, Айдзава, — резко сказал Соитиро. — Мы говорим о моем сыне. Ещё ничего не доказано.

— Простите, шеф.

Наоми обернулась к L. Он в раздумьях переводил взгляд с Айдзавы на неё.

— Хорошо. Вы с Айдзавой можете поочереди вести наблюдение за Лайтом. Если он заметит кого-то из вас, сразу дайте мне знать.

* * *

Наоми остановила машину за пару поворотов от дома Лайта и прошлась до него пешком. Она высчитывала, успеет ли перехватить Ягами до того, как он зайдёт внутрь. Она посмотрела на часы. Нет, слишком поздно, занятия в школе должны были закончиться. Остается только надеяться, что Рюк смог его предупредить о камерах.

Наоми села на скамейку. Хотелось курить. Она бросила пять лет назад и держалась даже на самых сложных делах, но это было уже за гранью.

Она всерьез обдумывала идею дойти до ближайшего продуктового, когда Лайт вышел из дома.

— Лайт! Я…

— Я уже знаю про камеры, — он кивнул на шинигами. — Рюк меня предупредил.

Наоми выдохнула.

— Ты за мной теперь следишь? — с насмешкой поинтересовался Лайт.

— Яблоки, — напомнил о себе Рюк.

— Да, пойдём. Я отпросился в магазин, — Ягами махнул рукой, и они пошли вперёд.

— Да, я и Айдзава будем наблюдать за тобой по очереди. Мне пришлось предложить L этот вариант, иначе мы не смогли бы общаться. Почему боги смерти так любят яблоки?

— Это только я, — Рюк облизнулся. — Они сладкие и сочные. Но вообще вся еда из мира людей вкусная. Знаю пару богов смерти, которые обожают шоколад.

Лайт пожал плечами. Наоми улыбнулась. Это отвлечение на тему пристрастий шинигами как-то странно разрядило обстановку.

— На самом деле, это даже удобно, — Лайт двинулся в сторону парка. — Спасибо, Наоми. Это значит, что L уже решил сделать меня главным подозреваемым?

Наоми кивнула.

— Сегодня утром он рассказал штаб-квартире, что теперь их основная цель — люди, за которыми наблюдал Рей. Он почти никого не успел проверить, только семьи Ягами и Китамуры.

— Черт.

— L хочет увидеть, как Кира убивает. Камеры стоят везде, даже в ванной.

Лайт кивнул. Его взгляд заскользил по мостовой, пока Ягами просчитывал варианты.

— Ладно, — решительно сказал он. — Раз ему нужны улики, я в относительной безопасности. Сейчас меня гораздо больше заботит Тетрадь.

Наоми покачала головой.

— Мне пока не дали доступ к полицейским системам. Обещали, что он появится через пару дней.

Лайт кивнул.

— Думаю, мы пока можем обойтись без этого. Мне нужно место с подключением к Интернету. Компьютерный клуб?

— Или можем пойти ко мне домой, — дома была заначка Рея, который продолжал курить до самой смерти. Слова вырвались почти сами собой. — Я живу в двух станциях метро отсюда.

Лайт кивнул, не сильно удивленный предложением.

— Подходит. Ты уверена, что L ни о чем не подозревает?

Наоми кивнула.

— Я ясно дала понять, что хочу отомстить за смерть Рея, наказав Киру по заслугам. Не думаю, что L посчитал моё предложение последить за тобой подозрительным.

— Хорошо. Давай накормим бога смерти и поедем к тебе.

* * *

Квартира встретила их тишиной и солнечным светом, бившим в огромные окна. Наоми задернула шторы, погружая гостиную в полумрак, и только потом поняла, что сделала это автоматически — Рей всегда любил работать в темноте.

— Неплохо, — протянул Лайт, разуваясь у порога.

Наоми проследила за его взглядом. Спальня с кроватью под балдахином — Рей шутил, что это ее каприз, но на самом деле ему нравилось, что она любит красивые вещи. Гостиная с большим диваном и телевизором, который они почти не включали. И дверь в маленькую комнату, которую Рей превратил в кабинет.

— Рей снял эту квартиру, когда стало понятно, что мы задержимся в Японии надолго, — сказала Наоми, чувствуя, как каменеет лицо. Она махнула рукой в сторону гостиной. — Здесь он оборудовал себе рабочее место.

Лайт опустился на стул перед небольшим компьютерным столом.

— Это личный компьютер Рея. Здесь нет никакой секретной информации, поэтому полиция вернула его мне почти сразу. Можешь пользоваться им, пока у тебя в комнате стоят камеры, — Наоми нажала на кнопку Пуск на стареньком серебристом Леново.

— L не говорил, сколько они планируют наблюдать за мной? Они же отсматривают изображение в реальном времени?

— L морально готов к тому, что ты обнаружишь камеру или жучок.

— Если я это сделаю, следующим его шагом будет моя казнь, — мрачно отозвался Лайт, заходя в консоль ноутбука.

— Но в целом L не упоминал, как долго будет длиться наблюдение. Видимо, пока ты не получишь алиби или не скомпрометируешь себя как Киру. Ну или пока не прервешь наблюдение естественным образом.

— Новых убийств не было, — Лайт на секунду отвлекся от компьютера. — Даже не знаю, радоваться этому или нет.

Он нажал ещё пару кнопок, и на экране появилось окно приложения с подписью Ethereal.

— Что это такое?

— Приложения для перехвата трафика в Интернете. База данных полицейского управления с недавнего времени доступна из Сети, но, что-то мне подсказывает, вряд ли она как следует шифруется. Сейчас я настроил её на анализ трафика сети. Нам достаточно, чтобы кто-то из полицейских ввел пароль, и мы увидим его тут. Скорее всего, придется немного подождать.

— Данные настолько плохо защищены?

Лайт пожал плечам.

— Пока никто не попробовал украсть их, никаких шагов по защите приниматься не будет. Но, возможно, я не прав, и нам придётся придумывать что-то другое или ждать, пока тебе не дадут официальный пароль. Брутфорсом эту базу мы вряд ли возьмем. Подожди, — Лайт кликнул пару раз мышкой. — Кажется, нашел, — он перекопировал пароль в шапку входа. — Бинго, мы внутри.

Наоми наблюдала, как он пролистывает дела одно за другим и ощущала смесь настороженности и восхищения. Этот подросток ещё даже школу не закончил!

Лайт остановился на файле с фамилией Аницуко, и они углубились в чтение.

— Она умерла до пожара, — заметила Мисора. — Тут сказано, что в её лёгких не найдено сажи, хотя пожар начался со второго этажа. Вряд ли она загорелась первая.

Лайт кивнул и медленно проскролил страницу вниз.

— Записи с камер видеонаблюдения, — он кликнул на приложенные видео.

Черно-белая картинка слегка зарябила, но изображение появилось. Камера снимала задний двор семьи Аницуко Хаяси. Несколько минут на записи ничего не происходило, и Лайт промотал вперёд. Он остановился на моменте, когда неизвестный резко распахнул створки окна и вылез на подоконник с внешней стороны дома, держась за водосточную трубу.

— Это девушка, — заметила Наоми. — Я вижу очертания тела сквозь толстовку.

За спиной неизвестной начало полыхать пламя. Она оттолкнулась от подоконника, спрыгнула со второго этажа на землю, перекатилась и выбежала за границу кадра. Через пару минут дом Хаяси уже полыхал вовсю.

Лайт поставил запись на паузу и спросил:

— У тебя есть линейка?

Наоми открыла ящик в столе и, немного порывшись внутри, протянула Лайту небольшую рулетку.

Лайт уже привычно обмерил новую Киру на изображении в момент, когда она приземлилась на землю после прыжка.

— Таким способом я понял, какого роста Кира, — пояснил он. — Потом найду камеру, которая её сняла и рассчитаю рост.

Лайт записал результат в свой блокнот и проскролил страницу вверх.

— Я думаю, насколько это подозрительно, — он выделил курсором часть текста о том, что Аницуко умерла до начала пожара. — Полиция в любом случае будет расследовать это дело как поджог, но если они поймут, что Ани убили, это может привлечь ненужное внимание.

— Думаешь, L найдёт это дело? Здесь нет ни слова о сердечном приступе.

— Пока. Скоро её тело обследуют и поймут, что на теле нет увечий и её ничем не травили. Нельзя рисковать. Сейчас посмотрим, что я смогу сделать…

Лайт снова вернулся в интерфейс приложения.

— Что ты делаешь?

— Вхожу в их базу данных. Сейчас мы видим только его представление на фронт-части сайта. Если я смогу отредактировать отчет в основной витрине, то любой, кто после нас зайдёт на сайт полиции из внутренней системы, увидит только нашу, исправленную, версию.

— Лайт, это же преступление!

— Хорошо, что за него Кира меня не убьёт, — хмыкнул он.

Наоми продолжала неуверенно смотреть на него, пока Лайт скачивал на компьютер Рея бесплатную версию Oracle, взламывал несложную защиту полицейского управления и правил нужный отчет. Строка о времени смерти Аницуко исчезла.

Лайт закрыл сайт, почистил логи и повернулся к Наоми.

— Кажется, у нас новая Кира.

2007/01/05

Через два дня Наоми ждала Лайта у ворот школы, привалившись к железной решетке. Она поставила ладонь козырьком, прикрывая глаза от солнца, и махнула Лайту, когда тот показался на горизонте за толпой остальных школьников.

— Мне выдали удостоверение и устроили на работу в полицию. Я уже посмотрела несколько дел, включая дело Аницуко, — всё работает, доступ есть.

— Отлично, — Лайт кивнул. — Моя правка на месте?

— Да. Никто ничего не заметил. Главное, чтобы судмедэксперт, который осматривал Аницуко, не залез в этот отчет.

— Прекрасно. Я ушёл с последнего урока, поэтому у нас есть ещё час, чтобы поговорить с матерью Аницуко.

Они направились в сторону дома Киры. Прохлада под сенью деревьев подарила Наоми долгожданное облегчение. В куртке было жарко, но она не решалась снять её, зная, что по всей спине и подмышкам уже растеклись пятна пота.

— L что-то говорил насчет меня? — спросил Лайт.

Наоми покачала головой.

— За тобой следят только твой отец и L. Я ничего не знаю о результатах. Но ты знаешь, что Кира перестала убивать?

Наоми уже десять раз пожалела, что высказала идею о том, что если убийства прекратятся, пока Лайт под наблюдением, то он почти наверняка Кира, который заметил слежку. Допустим, Лайт не врёт, и Кира в бегах, тогда, возможно, ей не до других преступников. Если она расскажет Лайту об этом, продолжит ли он ей доверять? Насколько сильно она усложнила всем им жизнь?

Наоми очень внимательно наблюдала за его лицом, поэтому заметила тень тревоги, которая рябью пробежала по нему. Ягами кивнул.

— Я стараюсь лишний раз не включать новости, но читаю форумы в Интернете. Люди уже начали задавать вопросы, куда пропала Кира, — он вздохнул. — Это нехорошо, но не доказывает, что я причастен. L намерен провести трибунал, когда её поймают? Это значит, что ему нужны неопровержимые доказательства?

Она кивнула.

— Наоми-сан, — начал Лайт, — тот лист Тетради, который ты собрала, заклеен скотчем намертво?

Мисора напряглась. Кого он собрался убивать?

— Я не собираюсь никого убивать, — прочитав её мысли, возразил Лайт. — Но мне нужно знать, есть ли у нас эта подстраховка.

На горизонте показалось полицейское управление. Наоми прикрыла глаза от бликов, которые отбрасывали его окна на ярком солнце.

— Да. Не думаю, что на нём можно что-то написать. Максимум, для чего его ещё можно использовать, — это сложить по линии сгиба и прикоснуться к человеку, которому ты хочешь показать Рюка.

Лайт кивнул.

— Возможно, новой Кире пока не до Тетради, — заметила Наоми, возвращая разговор к началу.

— Я думал об этом, — они остановились на светофоре, и Лайт развернулся к ней. — Помнишь мою логическую цепочку, которая привела к выводу, что Аницуко — это Кира?

Наоми кивнула.

— Я смотрела её социальные сети. Если бы ты не сказал мне об этом, никогда бы не подумала, что она Кира.

— Почему?

— Она не вписывается в образ. Смотри, — она достала телефон и кликнула в свою закладку. Загорелся зеленый, и они двинулись дальше. — У неё на странице куча шмоток, дорогих украшений и вечеринок. Она кажется милой и открытой, хотя ты и говорил, что у неё сложные отношения с семьёй. Как будто Аницуко ведет себя слишком легкомысленно для человека, который борется за справедливость.

Лайт кивнул.

— Согласен. Что ты думаешь про смерть её брата?

— Что тайминг не сходится, — Наоми снова нажала на другую закладку. — Он умер, когда Кира уже действовала примерно неделю. Мы знаем, что Тетрадь может убивать не только с помощью сердечного приступа, но любым другим способом. Почему Кира не выбрала для него другую смерть? Он якудза, никто не удивился бы его убийству, например? Зачем так просто?

Лицо Лайта оставалось спокойным, но Наоми заметила мелькнувшую в его глазах тень одобрения.

— Самое логичное объяснение — Аницуко первый раз испробовала Тетрадь на своём брате. Это было её первое убийство. Да, я тоже об этом подумал, — прокомментировал Лайт удивленное выражение лица Наоми. — Тогда я объяснил себе его смерть от сердечного приступа, тем, что они с Аницуко в очередной раз поссорились, она не сдержалась и написала его имя в Тетради. Она импульсивна, я бы не удивился. Но с учетом новой информации идея, что это была проверка силы Тетради, кажется более логичной.

— Тогда до этого Кирой был кто-то другой.

— И на записи с камер наблюдения Тетрадь с земли поднимает другая девушка. Тогда Аницуко — только вторая Кира.

— Но куда делась первая? Аницуко её убила?

— До неё никто в нашей школе не умирал, а Тетрадь точно подняла ученица. Это значит только одно…

— Что всё наоборот, — подхватила Наоми. В её груди разгорелся азарт охоты. — Ты наткнулся на Киру номер 2, которая начала действовать вместе с Кирой-1.

— Это Аницуко случайно наткнулась на Тетрадь у кого-то другого. И эта другая — настоящая Кира, преданная принципам, осторожная и умная. Как бы она отреагировала, узнав, что Аницуко убила всех агентов ФБР, которые прибыли в Японию, чтобы поймать Киру?

— Убила бы её, — закончила Наоми. Голос слегка дрогнул. — Потому что теперь Аницуко и сама — убийца.

— Аницуко дружила с двумя девушками из моего зеленого списка: Юри и Минору. У них всех длинные волосы и примерно одинаковый рост, — сказал Лайт. — Первой Кирой должна быть кто-то из них. Ещё не всё потеряно.

Они свернули на аллею за полицейским управлением и остановились перед домом семьи Тахаси, в котором временно разместилась чета Хаяси. Наоми оглядела аллею. Чисто, никакой слежки.

— Пойдём вместе?

Лайт кивнул.

Наоми постучала. Спустя пару минут на лестнице вверху раздался шум, и дверь им открыла экономка — женщина лет пятидесяти с заплаканными глазами.

— Чем могу помочь?

— Мы хотели бы поговорить с госпожой Хаяси, — Наоми показала своё удостоверение.

— Да-да, конечно, — горничная отступила внутрь дома, пропуская их с Лайтом. — Я сейчас предупрежу её.

Ягами кивнул, и они зашли в дом. Наоми огляделась — безвкусная роскошь, кожаные диваны, позолота на рамах картин, как будто они были не в Японии. Они оставили обувь на подставке и прошли в открытую гостиную с полукруглым белым диваном.

— Чай, кофе? — предложила горничная.

— Воду, пожалуйста, — попросила Наоми.

Экономка кивнула и скрылась. Спустя пару минут она вернулась со стаканом для Мисоры. Следом мелкими шагами шла, кутаясь в шаль, заплаканная госпожа Кёко Хаяси.

— Лайт-кун, — выдохнула она. — Я рада тебя видеть.

Ягами поднялся и протянул ей руку. Она легонько пожала её кончиками пальцев.

— Мои соболезнования.

Глаза Кёко снова наполнились слезами. Было так странно думать, что мать девушки, которая убила Рея, может испытывать такую же боль, как и сама Наоми.

— Ты участвуешь в расследовании? Господина Соитиро тоже поставили на него?

Лайт покачал головой.

— Мой отец всё ещё занят делом Киры. Это моя личная инициатива. Познакомьтесь, Юки Каори, — Лайт указал на неё, и Мисора кивнула. Кёко поклонилась ей.

— Я из японской полиции.

— Каори-сан поможет мне выяснить, кто поджёг ваш дом.

— И убил мою дочь, — отрезала Хаяси. — Что мне дом? Сначала Макото, потом Аницуко, моя девочка…

Она спрятала лицо в шаль. В комнате запахло мокрой шерстью. Кёко смогла с собой справиться и через пару всхлипов подняла на них глаза.

— Спасибо тебе, Лайт. Я знаю, вы с Ани дружили.

Лайт кивнул.

— Полиция вас уже опрашивала?

— Да, два дня подряд. Осмотрели каждый сантиметр дома. Нашли зажигательное устройство.

— Что это было?

— Коктейль Молотова. Его бросили в комнате Аницуко на втором этаже.

Наоми достала ручку и блокнот. Шуршание страниц показалось ей оглушительным в тишине гостиной.

— Скажите, кто-то из ребят со школы стал чаще приходить к Аницуко домой в последнее время?

Госпожа Хаяси на секунду замешкалась.

— Я бы не сказала. Минора и Юри, как обычно, часто у нас бывали, но это нормально, они же лучшие подруги. Никогда не понимала, почему Ани дружит с этой замухрышкой Юри, но они общаются уже много лет.

Наоми записала имена.

— Вы замечали ещё что-то странное в поведении Аницуко перед поджогом?

Кёко пожала плечами.

— Обычные подростковые штучки. Ты, Лайт, наверное таким не увлекаешься. Вечеринки, мальчики, магазины. Ани была веселой, всё было хорошо. Не представляю, кому она могла перейти дорогу, — Кёко промокнула глаза. — Я думаю… — она метнула взгляд в сторону Наоми.

— Что это может быть связано с работой её отца? — подсказал Лайт.

Госпожа Хаяси кивнула.

— Мой муж сейчас проверяет всех своих недоброжелателей. Возможно, это просто месть. Вначале Кира забрал Макото, а теперь Аницуко умерла…

— Почему вы думаете, что вашего сына убил Кира? — спросила Наоми.

— У здоровых парней обычно не бывает сердечных приступов, — заметила Кёко. — Я… стараюсь не вникать в то, чем занимается мой муж, но он посвящал в свои дела сына. Возможно, тот сделал что-то незаконное, и Кира его убила. Мы, конечно, всё скрыли, как могли, сказали знакомым, что это был несчастный случай. Но почему мой сын, почему не муж? Я не могу этого объяснить.

Наоми и Лайт украдкой переглянулись.

— Спасибо, госпожа Хаяси. Мы найдём человека, который поджег ваш дом. Последний вопрос, вы знаете, что убийцу засняла скрытая камера, когда он покидал ваш дом?

Кёко кивнула.

— Да, это камера с дома Ямады. Зайти к ним, я думаю, они не откажутся поделиться с тобой записью.

Лайт кивнул и поднялся.

— Вы нам очень помогли, госпожа Хаяси. Я свяжусь с вами, когда у меня будут новости.

* * *

— Тебе открыты все двери, — заметила Наоми, когда они выходили от Ямады, которого Лайт уговорил пустить их на крышу, чтобы измерить, на какой высоте висит камера.

Лайт пожал плечами.

— Меня все знают как лучшего ученика Японии. Мне доверяют. Нужно иногда этим пользоваться.

Рюк рядом с ним издевательски хмыкнул и подмигнул Наоми.

— Я не хвастаюсь, Рюк, а просто констатирую факт, — раздраженно заметил Лайт. — Мои связи только что достали нам несколько важных улик.

— Ты рассчитал, какого роста Кира-1? — спросила Наоми, давя улыбку.

— Такого же, как и Кира-2, 162-165 сантиметров, что ожидаемо. Я бы сосредоточился на девушках, чьи имена назвала госпожа Хаяси.

— Я могу понаблюдать за ними вместо слежки за тобой, — сказала Наоми, и Лайт усмехнулся.

— Только аккуратно. Если Кира что-то заметит, я не могу предположить, что она предпримет.

— Она не знает моего имени. Не думаю, что мне что-то угрожает.

Лайт вздохнул, бросив взгляд на часы.

— Мне пора возвращаться. Не будем заставлять L подозревать меня ещё сильнее.

2007/01/06

На следующий день Наоми оставила Лайта на Айдзаву, и поехала в Парк Отель Токио.

Рабочее время прошло бестолково. Рядом сидел Мацуда, поэтому ей пришлось сделать вид, что она занята документами и деталями расследования. Моги и Укита наблюдали за семьей Китамуры в общем зале, периодически комментируя происходящее. Соитиро Ягами и L заперлись в отдельной комнате, поэтому Наоми не могла даже догадываться, к каким выводам они уже успели прийти.

Она промаялась до семи часов, и, когда Мацуда махнул ей на прощанье, решила, что ей тоже пора домой.

Возвращаться в пустую квартиру не хотелось. Наоми откинулась на спинку стула. Ей нужно было переехать. Та квартира и этот дурацкий красный балдахин только травили ей душу попусту. Но это действие казалось таким непомерно тяжёлым в текущей реальности, что Наоми не могла даже открыть Интернет, чтобы подыскать новую квартиру. Её энергия свободно текла, пока дело касалось расследования, но, как только нужно было переключить внимание на себя, что-то внутри ломалось. Хотелось лечь на кровать, увидеть кроваво-красный цвет — цвет любви — над головой, закрыть глаза и больше никогда их не открывать.

Она заставила себя встать. Наоми собрала вещи и пошла к выходу. Она уже нажала на кнопку вызова лифта, но заметила, что дверь, за которой сидели L и Ягами, никто не охраняет.

Наоми остановилась и тихо опустила сумку на пол, приникая ухом к двери.

— Сегодня на ужин окономияки, — оповестил их девчачий голос. Наоми решила, что это, скорее всего, Саю.

— Отлично, я как раз настроен объесться до отвала, — ответил Лайт, и она прыснула.

Они пару минут обсуждали школьную жизнь Саю, перекидываясь подколками. Наоми показалось, что Лайт вел с сестрой себя чуть более расслабленно. Возможно, сказывалось отсутствие необходимости просчитывать каждый следующий шаг Киры.

Их разговор прервало начало семичасовых новостей.

— Приветствуем наших зрителей, — сказал ведущий. — В сегодняшнем выпуске: Кира не карает преступников уже пять дней. Куда он делся? Наш корреспондент смог проникнуть в полицейское управление и узнать мнение стражей порядка по этому поводу…

— Это странно, — заметила Саю.

Наоми побилась бы об заклад, что L сейчас рассматривает каждое действие Лайта под микроскопом.

— Может быть, он понял, что это всё бессмысленно? Никто не сможет победить все зло на планете, просто убивая преступников.

— В Японии в последнее время стало спокойнее, — заметила Саю.

— Только не говори такое при отце. К тому же, думаю, это временное явление. Пройдет пару месяцев после исчезновения Киры, и все всё забудут.

— Ужин, — оповестила их Сатико, и сиблинги отвлеклись на еду.

— Давайте покажем сообщение, — раздался голос L. — Ватари, запускай.

Какое-то время за дверью было тихо.

— О, смотри, Лайт, — заметила Саю. — ФБР отправит ещё полторы тысячи агентов в Японию для борьбы с Кирой!

— Странное решение объявить об этом, — ответил Лайт. — Как будто Кира не смотрит телевизор. Если двенадцать агентов ФБР, о которых никто не знал, и те погибли, то чего ждать сейчас? Что Кира не сможет разобраться с полутора тысячью человек? Я думаю, это блеф.

— Ваш сын очень умен, — заметил L.

— А ну… Да, наверное, — по голосу Соитиро Наоми поняла, что сейчас он скорее этому не рад.

За дверью наступила тишина. Наоми отстранилась и пошла к выходу, пока никто не решился выйти из комнаты.

Вечерняя прохлада дарила облегчение. Наоми достала пачку сигарет из кармана куртки и закурила, прислонившись к своей машине. Сейчас должен был начаться её настоящий рабочий день.

Наоми успела найти в Сети много информации о трёх подругах, в том числе и кучу фото на странице Аницуко. Пока ей казалось, что наиболее вероятная кандидатура на роль Киры — это Юри Абэ. Её отец умер, когда ей было около двенадцати, оставив их с матерью одних. Наоми показалось, что достаток семьи Юри был на порядок ниже достатка семей её подруг. Её страница была почти пуста, хотя Аницуко продолжала маниакально давать на неё ссылку под каждым своим постом.

Минора казалась больше похожей на Аницуко — разрисованная пустышка, но её тоже нельзя было списывать со счетов. Осталось только разобраться, как ей в одиночку следить за двумя людьми.

Наоми вздохнула и раздавила бычок подошвой сапога.

* * *

Наоми подъехала к дому Юри Абэ в восьмом часу вечера. Адрес ей дал Лайт, который, похоже, знал вообще всех школьников в районе. Мисора припарковала машину на противоположной улице и достала бинокль.

Окна дома семьи Абэ, небольшого таунхауса, довольно бедно украшенного, были темны. Наоми сверила школьное расписание с часами. Юри уже должна была вернуться домой.

Наоми вздохнула и снова завела мотор. Она попробует ещё раз завтра.

2007/01/07

Утро воскресенья Наоми встретила в машине. Кофе в термосе давно остыл, шея затекла от неудобной позы, но она продолжала смотреть на окна дома Минору. Девочка появилась около девяти — прошлёпала босиком по комнате, задернула шторы и снова исчезла. Обычное утро обычного подростка.

Телефон завибрировал в кармане куртки. Наоми глянула на экран — Лайт.

— Где ты сейчас? Мне удалось выбраться из дома.

— Слежу за Минору, — ответила Мисора в трубку. Мимо пронёсся грузовик, и ей пришлось переждать гул. — У меня плохие новости.

— Какие?

— Я не нашла Юри.

— В каком плане не нашла?

— Я следила за её домом вчера до позднего вечера, она так и не вернулась. Я ещё раз приехала к нему сегодня, но заметила внутри только одну женщину средних лет.

— Это её мать. Они живут вдвоем.

— Сегодня утром я к ним вернулась и решилась постучать. В моём удостоверении всё равно ненастоящее имя. Мне открыла дверь эта женщина и сказала, что его дочери нет.

— Как так — нет? — по голосу чувствовалось, что Лайт нахмурился.

— Она сказала, что Юри на ночевке у подруги, и до сих пор не вернулась. Она должна была прийти вчера. Её мать перезвонит мне, как только Юри появится, но мне всё это не нравится.

— А что Минору?

— Завтракает с семьёй, ничего необычного. Ты мне её чётко описал, я вижу её через окно.

— Госпожа Абэ не сказала к кому пошла Юри?

— К Такако. Ты знаешь её?

— Да, — и как Наоми могла сомневаться, — я свяжусь с ней и перезвоню тебе.

Лайт сбросил вызов.

Наоми снова приложила бинокль к глазам и прикрутила зум. Осунувшееся лицо Минору приблизилось к ней. Даже если она ничего не знала про то, кем была Аницуко, её лучшая подруга только что погибла в пожаре, стоило ожидать такой реакции.

Спустя сорок минут телефон Наоми ожил снова.

— Её там нет. Я только что от девушки, у которой Юри якобы была на ночевке, — на том конце раздался шорох бумаги и звук застегивающейся молнии. — Прикинулся, что мне нужны конспекты по алгебре, и зашёл в гости.

— Думаешь, она сбежала?

— Если она считала, что я буду её искать, то это имеет смысл. Кроме того, полиция будет опрашивать всех знакомых Аницуко. У Киры не будет алиби на тот день.

— Но это очень рискованно. Ей сколько — семнадцать?

— Да, мы учимся в параллельных классах.

— Далеко она сможет убежать от полиции?

— Это другой вопрос, — Лайт помолчал. — Я сейчас попрошу Такако позвонить госпоже Абэ и сказать, что Юри не отвечает на звонки. Пусть идёт в участок и пишет заявление о пропаже.

Как только очередной грузовик проехал мимо, Наоми спросила:

— Ты думаешь, это хорошая идея, привлечь полицию?

— Сами мы её не найдём. Я не могу попросить всю округу дать мне доступ к камерам наблюдения. Не исключено, что Кира решит бежать из города. Тем более, это вопрос времени, а его у нас нет. Чем дальше она сможет уйти, тем быстрее мы её потеряем.

2007/01/09

Через два дня Лайт и Наоми встретились около школы ближе к вечеру.

— Есть новости? — устало спросил Лайт.

Наоми видела в его глазах отражение собственной опустошённости. Она была выжата как лимон: все выходные и вечер понедельника её пришлось просидеть в машине, наблюдая за Минору прежде, чем они убедились, что Юри не попытается с ней связаться. Сразу после этого Наоми заскочила в квартиру, немного поспала и поехала изображать слежку за Лайтом. На самом деле она искала всё, что могла по делу о пропаже Юри Абэ.

Но как тяжело было Лайту, Наоми было сложно представить. Каждый день без смертей от сердечного приступов укреплял сомнения L, и все это знали.

— От L — ничего. Он намерен продолжать наблюдение. Он, конечно, не мог не заметить, что смерти прекратились после того, как он поставил камеры в твоём доме.

Лайт хмыкнул.

— Улик у него нет. Господин Ягами выглядит неважно, — признала Наоми. — На него очень давит, что ты до сих пор подозреваемый.

Лайт кивнул.

— Дело по исчезновению Юри завели. Более того, полиция успела связать его с поджогом в доме Аницуко.

— Я надеялся, что они до этого не додумаются, — признался Лайт. Они двинулись в сторону машины Мисоры.

— Одна из камер сняла её лицо ближе, и госпожа Хаяси опознала в ней Юри. Это было сегодня в новостях. Имя Киры не назвали, скорее всего, потому, что она несовершеннолетняя.

Наоми открыла машину, и Лайт упал на переднее сидение.

— Ты прогуливаешь занятия? — спросил она, выруливая с парковки.

— Приходится, — Лайт откинулся на спинку сиденья, и Наоми заметила, как расслабляются его плечи. — Если я буду надолго уходить из дома в будни, это будет выглядеть подозрительно. Главное, чтобы об этом не узнали родители.

— На кого пойдёшь учиться в университет? — может быть, Наоми и не стоило задавать настолько личный вопрос, но ей вдруг стало любопытно.

— На юриста, как мой отец. Высшее образование открывает много возможностей в полиции. Хотя, — Лайт улыбнулся, — думаю, после этого дела все последующие будут казаться мне ужасно скучными.

Наоми вернула ему улыбку. Свет фонаря причудливо лег на лицо Лайта, заставив глаза блеснуть каким-то потусторонним светом. Ягами остановил взгляд на её переносице.

— Я тоже заканчивала юридический, уже в Америке. Моя семья думала, что я стану адвокатом и буду зарабатывать кучу денег, но я их разочаровала, — она усмехнулась.

— Работа в ФБР плохо оплачивается?

— Нет, но гонорары агентов не идут ни в какое сравнение с чеками успешных адвокатов, — Наоми помолчала. — Позже я поняла, почему родители так хотели для меня именно этот путь, но я не смогла наступить на горло своим представлениям о морали. Потом появился Рей, и вопрос денег перестал быть таким острым.

Лайт кивнул. Имя жениха далось ей чуть легче, чем неделю назад. Как будто говорить его Лайту, который знал правду, было не так страшно.

— Над каким делом работали вы с Л? — спросил он.

— О, это дело Бейонда Бездея. Слышал о таком?

Лайт покачал головой.

— ББ жил в том же приюте для одаренных детей, что и L. Ему пророчили карьеру его преемника, но Бейонда это не устраивало, — Наоми повернула руль. — Тогда он решил придумать идеальное преступление, чтобы доказать несостоятельность L как детектива. Не получилось, как видишь. По правде говоря, почти всё дело решил L. Он гениальный детектив.

— Насколько он близок к правде? По делу Киры.

— Ты хорошо его запутал. Я думаю, он уверен, что ты как-то связан с Кирой. L почти ничего нам не рассказывает. За вашей семьей наблюдает только он с господином Ягами.

Лайт кивнул. Он был как натянутая струна — если не присматриваться, то всё нормально, но если сфокусироваться как следует — увидишь, как она дрожит от напряжения.

Вся парковка рядом с домом Наоми оказалась занята. Наоми пришлось сделать круг, чтобы найти свободное место. Улицы утонули в оранжевом свете фонарей. Ягами спрятал руки в карманы куртки.

— Наоми, — позвал Лайт. Девушка подняла на него глаза. — Что ты думаешь о Кире? О той Кире, которую мы сейчас ищем?

Вопрос застал врасплох. Она замерла на секунду, собирая мысли в кучу.

— Она не убивала Рея. Я чувствую, что не могу испытывать к ней ненависть. В каком-то смысле она за него отомстила, — Мисора улыбнулась.

Лайт кивнул.

— А ты? Что думаешь ты?

— Мне интересно, что с ней произошло, — Лайт говорил медленно, будто размышлял вслух. — Кира убивает в основном убийц и насильников. Может, она сама пережила насилие? Я не нашёл никаких записей об этом.

— Девушки не всегда идут в полицию в таком случае, — заметила Наоми.

Лайт кивнул. Они поднялись в квартиру Мисоры.

— В этот раз мы можем войти через твою учетную запись, — сказал Лайт, открывая ноутбук. Наоми ушла на кухню и вернулась с двумя чашками кофе и вазой с яблоками для Рюка. — Спасибо, — Ягами выпил немного американо. — Так, — он пролистал страницу вниз. — Они неплохо отследили её маршрут.

Наоми наклонилась ближе.

— Здесь есть записи с дома Аницуко, мы её уже видели. Затем видео с дороги, — Лайт кликнул на него. — Вот она бежит, хватает чей-то велосипед и уезжает от дома Аницуко. Затем длинный пробел.

— Её видели в Манга Киссе в Синдзюку, — Наоми показала на строчку из отчета. — Сотрудник её опознал, но сказал, что волосы у неё были по плечи.

— Скорее всего обрезала для маскировки. Это самое простое, что можно было сделать.

— Эх, жаль волосы. Они были красивыми, — потянул Рюк.

Лайт его проигнорировал. Наоми подумала, что это забавно — шинигами явно неровно дышал к человеческим девушкам.

— Она там переночевала, — продолжала читать Наоми, нависая над плечом Лайта. Тот тоже напряженно скользил глазами по строчкам. — И убежала, не заплатив.

— Это было четвертого числа. Похоже, она не была у Такако вообще, а просто попросила её создать себе алиби на время, — заметил Лайт. — С такими вводными она наверняка собиралась убежать из города, — он проскролил отчет дальше. — Да, вот она садится в машину, — Лайт замолчал. — Мне кажется, я её узнаю. Это машина Такеши Хато.

— Здесь ниже написано. Ты прав, — Наоми показала кончиком ногтя на имя, которое только что назвал Лайт. — Ты с ним знаком?

Лайт кивнул.

— Закончил нашу школу два года назад. Его отца убили грабители примерно тогда же.

— Кира их покарала?

— Я не помню, — признался Лайт. — Сейчас узнаем, — он открыл вкладку в браузере и вбил их имена. — Ну конечно, — он ткнул в последнюю новость, озаглавленную “Кира снова убивает”. — Хорошо, что в полиции этого не знают.

Наоми кивнула.

— Вот почему он её подвез.

— Они доехали вместе до Осаки. Он её высадил, — сказал Лайт и включил запись с камеры видеонаблюдения. — В полиции проделали прекрасную работу для двух дней расследования.

— Дальше её след теряется.

— Теперь мы хотя бы понимаем направление, — Лайт вздохнул. — Она должна была бежать к кому-то.

— Может быть, её цель — уехать из страны?

— Даже если так, что она будет делать дальше? Ей семнадцать, у неё нет денег, и её объявят в розыск, это только вопрос времени, — Лайт замолчал, потирая переносицу. — Если бы я был Кирой, я бы… я бы не оказался в такой ситуации, это просто глупость.

— Кира-2 была её подругой, — мягко заметила Наоми. — Может быть, она не собиралась её убивать, а хотела поговорить, чтобы выяснить, что случилось с агентами ФБР?

— Возможно, — кивнул Лайт. — Не знаю, правда, какое альтернативное объяснение тут можно придумать. Так или иначе, она была готова к худшему, раз взяла с собой коктейль Молотова.

Наоми кивнула.

— Я бы попыталась выйти на кого-то из высокопоставленных последователей Киры. Её поддерживает множество политиков и бизнесменов. Кто-то наверняка был бы готов предоставить ей кров, деньги и даже новый паспорт.

— Скорее всего, так и было. Значит, нам нужно составить список всех, кто когда-либо высказывался в защиту Киры. Не факт, что Юри достигла своей цели, но мы хотя бы будем знать, в какую сторону она движется.

2007/01/12

После их встречи девятого января расследование застыло. Наоми должна была следить за Лайтом одиннадцатого числа, но её планы смешал приезд родителей Рея в Токио.

Мать Рея плакала у неё на плече, пока они с его отцом пытались договориться, как поступить с телом. Когда все дела были улажены, счета оплачены и место похорон выбрано, Наоми закрыла за ними дверь квартиры — их с Лайтом штаба, — и сползла по стене. Ей хватило сил только предупредить L, что ей нужно поменяться с Айдзавой сменами.

Она просидела в квартире до вечера, глядя в стену. Счастливые мгновения с Реем проносились перед глазами. Выпуск из Академии, в которой они познакомились, первое дело, корпоративы в управлении, отдых на Гавайях и в Париже, где Рей сделал ей предложение. Наоми казалось, что ей стало лучше, но подготовка похорон снова вскрыла нарыв. Она вцепилась в рукав, чувствуя, как на руке остаются глубокие белые следы от зубов. Слезы побежали по щекам, пропитывая ткань рубашки.

К вечеру Наоми достаточно успокоилась, чтобы вернуться к расследованию. Она открыла бутылку вина — к черту всё — и погрузилась в просмотр многочасовых выпусков новостей о Кире и бесчисленных бизнесменов и политиков, которые её поддерживали.

* * *

Двенадцатого января она приехала к школе заранее, припарковалась в тени и просто сидела, глядя на ворота. Лайт появился ровно в шесть — вынырнул из-за угла, оглянулся и быстрым шагом направился к ней. Даже со стороны было заметно, как он вымотан. Под глазами тени, движения чуть замедленные, но взгляд — всё тот же, цепкий, внимательный.

— Вы с Аидзавой поменялись сменами? — спросил он, садясь в машину.

Наоми кивнула.

— Нужно было уладить кое-какие дела с похоронами Рея. Его родители решили кремировать его здесь и переслать прах в США.

— Ты… расстроена из-за этого решения? — аккуратно спросил Лайт. Наоми завела мотор. — Раз ты решила остаться в Японии.

— Я не знаю, — Наоми провела по лицу рукой, отбрасывая лишние эмоции. — Не удивлена такому желанию. Все его родственники в Америке. Он никогда не собирался переезжать в Японию, хотя выучил язык ради меня, — она помолчала. — У него всё равно будет могила здесь. Мы сошлись на том, что я получу часть праха.

Лайт кивнул. Наоми была рада, что он удержался от соболезнований.

Какое-то время они ехали в тишине. Наоми вела машину по вечернему Токио, постепенно расслабляясь. Вчерашний срыв вынул из неё последние силы, и она была рада непритязательной поддержке Лайта.

— Есть новости? — Ягами бросил на неё заинтересованный взгляд, отрываясь от окна.

— L будет продолжать следить за тобой, пока Кира не начнёт убивать снова.

Лайт вздохнул.

— Камеры становится сложно игнорировать. Я чуть не столкнул одну из них, когда полез за учебниками на верхней полке. L не удивлен, что я до сих пор не понял, что за мной следят?

— Он не высказывал таких сомнений при мне.

— Ты не пыталась подслушать, что они говорят, пока смотрят трансляцию?

— Что у тебя очень скучная жизнь, — Наоми улыбнулась. Если она скажет Лайту, что сообщение про полторы тысячи агентов было уловкой L, тот слишком сильно распушит свой павлиний хвост. — Я бы порекомендовала разбавить учебу чем-нибудь ещё. Чем займешься после экзаменов?

Лайт усмехнулся.

— Хотелось бы, чтобы у меня появилась возможность спокойно заниматься делом у себя в комнате. Я нашёл информацию о паре бизнесменов из Окаямы, которые могут быть нам полезны, пока сидел в библиотеке, но это капля в море.

Наоми кивнула.

— Я покажу тебе, что удалось накопать мне.

Они поднялись в квартиру. Лайт повесил куртку в прихожей и сразу прошёл на кухню. Наоми наблюдала, как он загружает кофемашину, доставая из холодильника половину клубничного торта, который Оги сегодня принёс на работу.

— Хочешь кусочек?

Лайт вздрогнул от неожиданности. Зерна градом посыпались на пол.

— Черт, — он сел на пол, сгребая их ладонями в одну кучку.

Наоми присела рядом. Их руки встретились в центре лужицы из кофейных зёрен, и она мягко спросила:

— С тобой всё нормально?

Лайт кивнул, поднимаясь. Он выбросил пригоршню зерен в мусорку.

— Задумался об экзаменах. Глупость. Прости за кофе.

— Я уверена, ты прекрасно справишься, — Наоми пожала плечами, хотя что-то в его голосе заставило её насторожиться.

— Я буду лучшим, — бросил Лайт и вернулся к кофемашине.

Наоми приподняла брови, но промолчала. Она никак не могла понять, что значили такие заявления. Крайнюю самоуверенность? Констатацию факта? Цель?

— Так что насчет торта? Клубничный. L очень хвалил.

Лайт смерил взглядом нежно-розовый торт весь в розочках и рюшах.

— Не люблю сладкое, — Лайт поднял глаза на Наоми. Та пожала плечами. — Ладно, — Лайт вздохнул. Видимо, что-то в лице Наоми его переубежило. — Давай попьем кофе с тортом.

Наоми расставила чашки и заново загрузила кофемашину, пока Лайт переносил ноутбук из гостиной на кухню.

— Твои файлы здесь?

— Да, заголовок “Перспективные”.

Лайт усмехнулся и кликнул на нужный файл. Белый лист “Ворда” осветил его лицо, очертив круги под глазами.

— Хорошо спишь? — спросила она как можно небрежнее, ставя перед ним чашку.

— Стараюсь, — Лайт проскролил документ вниз. — Отличная работа. Тут же не только Осака?

— Их не так уж и много, — заметила Наоми, нарезая торт. — Я отсматривала всех, кто живёт южнее Токио. Почти весь активный электорат Киры сосредоточен в столице.

— Ожидаемо, — Лайт кликнул на одно из имен. — Я тоже обратил на него внимание.

— Хакусера? Он очень активен.

Лайт кивнул.

— Его дочь была изнасилована и убита. Расследование закончилось очень быстро, виновным почти сразу признали её молодого человека. Мне кажется, я даже видел телевизионный репортаж с того судебного заседания.

— Меня удивило, что они сразу закрыли дело.

— Эффект Киры, — Лайт пожал плечами. — И технически его признали виновным, хотя я и не понимаю, почему. Ты находила это дело в базе?

Наоми кивнула.

— Миллион несостыковок. Никто не спросил, какое алиби было у самого Хакусеры. Друзья отзывались о том парне положительно, но никто не принял это в расчет. Сейчас уже, конечно, все концы в воду.

Лайт кивнул, продолжая читать документ.

— Нужно составить список потенциальных спонсоров. Полиция не знает о связи Юри и Киры, они её потеряют. Но мы сможем определить, у кого она, скорее всего, скрывается.

Наоми кивнула. Лайт перевёл неуверенный взгляд на торт и отломил небольшой кусочек. Прожевал, поморщился.

— Сладкая гадость, — заключил он. — И L такое нравится?

— Он — главный сладкоежка, — Наоми улыбнулась. — Кладет в кофе по пять кусочков сахара.

— Глюкозные пики уничтожат его мозг к тридцати, — Лайт вздохнул. — Мне можно ни о чем не беспокоиться.

Наоми рассмеялась — коротко, неожиданно для себя самой. Лайт поднял на неё глаза, и на секунду между ними повисло какое-то чувство единения.

Она отвела взгляд первой.

— Давай работать, — сказала Наоми, возвращаясь к документам. — Нужно сузить круг.

Лайт кивнул и снова уставился в экран.

Они просидели за компьютером ещё два часа. Отобрали семерых потенциальных «спасителей» — тех, у кого были и возможности, и мотивы укрывать Киру.

Когда Лайт собрался уходить, Наоми проводила его до двери.

— Будь осторожен, — сказала она. — Экзамены — это важно, но если L что-то заподозрит...

— Я знаю. — Он надел куртку и помедлил. — Спасибо. За торт. Но было невкусно.

Наоми фыркнула.

— Увидимся.

Он ушёл, а Наоми закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, глядя в пустую прихожую. В голове крутилась его фраза: «Я буду лучшим».

Не «надеюсь стать». Не «постараюсь». «Буду». Может, у него нет выбора? Ты либо лучший, либо никто?