Почему ты так пристально смотришь на свои часы? (гет)

2006/12/04

Дождевые капли стучали по плащевой ткани со скоростью пулеметной очереди.

Лайт остановился на светофоре и проверил, не открыт ли его портфель.

Нельзя, чтобы вода попала внутрь.

Достать записи со школьных камер видеонаблюдения оказалось просто. Охранника не слишком интересовало, зачем лучшему ученику школы понадобились эти кассеты. Всего одна от начала и до конца выдуманная история о потерянной сумке — и они у него.

Зигзаг молнии разрезал небо. Лайт перешёл дорогу и оборвал раскат грома, закрыв дверь дома.

Судя по стуку, мать что-то резала на кухне. Ягами оставил ей табель с результатами своих пробных экзаменов — ей понравится, что можно похвастаться ими перед соседками — и пошёл наверх.

Лайт закрыл дверь комнаты на защелку. Свет фонаря, пробивающийся с улицы сквозь небольшую щель между шторами, лишь немного разгонял тьму. Ягами дернул выключатель настольной лампы, достал кассеты из школьной сумки и начал раскладывать их в хронологическом порядке. Если он поторопится, то успеет посмотреть хотя бы часть до начала дополнительных занятий.

— Развлекаешься?

Ему послышалось? Рука Лайта зависла на полпути.

Кажется, он никогда не жаловался на галлюцинации.

Лайт резко обернулся.

За окном сверкнула молния, осветив силуэт чудовища. Лайт сделал шаг назад, споткнулся о ножку стула и с криком рухнул на пол. Боль в копчике сверкнула яркой звездой. Последняя кассета, которую он секунду назад поставил в ряд, упала, заставив остальные разлететься по столу как домино.

Тварь засмеялась. Больше двух метров высотой, она почти доставала до потолка. Красные глаза мерцали в тусклом свете лампы. Она широко улыбалась, показывая два ряда акульих зубов.

Лайт попробовал отползти. Ладони заскользили по паркету, сердце ударилось о кадык.

— Ну не надо так пугаться, — заметило чудовище. — Я Рюк, бог смерти. Я пришёл, потому что ты поднял Тетрадь Смерти, которую я бросил в мир людей.

— Бог смерти… — пробормотал Лайт. Он оперся на кресло и медленно поднялся на ноги. Кончики пальцев слегка дрожали. — У меня нет твоей Тетради, Рюк. Я выбросил её, как только прочитал правила. Её забрал другой человек.

— О, я знаю, — шинигами растянул рот в улыбке. — Это не имеет значения. Ты первый поднял её с земли и не отказался от владения. Она твоя.

— И поэтому ты здесь? Только потому, что я первый прикоснулся к Тетради?

Шинигами кивнул.

— Странное правило, — заметил Лайт, отпуская спинку стула и выпрямляясь. — Раз ты пришёл, чтобы контролировать использование Тетради, как ты сможешь сделать это, если привязан ко мне?

— О, сначала я тоже подумал, что это неудобно — придется торчать тут без дела, пока всё самое интересное происходит в другом месте. Но потом я понял, что ты не забыл про Тетрадь. Я видел, как внимательно ты начал смотреть новости, — Рюк растянул губы в улыбке. — Ещё я видел, как ты вернулся за Тетрадью. Передумал?

Лайт сжал кулаки. Лицо шинигами приняло такое ехидное выражение, что Ягами захотелось его ударить.

— Я слежу за действиями Киры, чтобы остановить его, — холодно ответил он.

Рюк пожал плечами.

— Мне всё равно, хочешь ли ты вернуть Тетрадь себе или нет. Наблюдать, как вы с Кирой будете играть в кошки-мышки, даже интереснее, — он снова усмехнулся и опустился на кровать Лайта. Ягами поморщился, но промолчал. — Я думаю, это уже излишне, но я должен предложить тебе выбор.

Ты можешь отказаться от Тетради сейчас. Ты никого не убил с помощью неё, поэтому твоя память сохранится. Можешь даже попробовать продолжить ловить Киру, если хочешь. Ты будешь избавлен от моей компании, но и не узнаешь всё, что знаю о Тетради я, — заговорщицки закончил Рюк.

— Тогда владельцем станет Кира?

— Да. Убивать с помощью Тетради можно и без владения, как ты уже заметил, но кое-какие дополнительные возможности оно дает.

Лайт сложил руки на груди.

— Или?

— Или ничего не делай. Тетрадь останется твоей.

Лайт глубоко вдохнул. Остатки адреналина ещё циркулировали в крови, но голова была чиста, как никогда.

— Ты просто хочешь зрелища, да? — спросил он. — Тебе скучно?

Шинигами усмехнулся.

— Что ж, Рюк, — Лайт прислонился к столу. — Я думаю, мне удастся тебя повеселить.

За окном полыхнула молния, бросив отсвет на лицо Лайта.

2006/12/04

— …Что ж, Рюк. Я думаю, мне удастся тебя повеселить.

Шинигами подался вперед и указал пальцем с длинным ногтём за его спину.

— Зачем ты принёс сюда эти кассеты?

Те всё ещё лежали в беспорядке. Лайт собрал их в ровную шеренгу и достал крайнюю левую из ряда.

— Поскольку Тетрадь поднял я, у меня есть информация, недоступная полиции или Интерполу, — сказал Ягами, подходя к телевизору. — Я знаю, что Кира учится или работает в моей школе.

Тетрадь упала в нашем школьном дворе на прошлой неделе после шестого урока. Я вышел из здания около четырёх часов вечера. Чуть позже я обнаружил Тетрадь и оставил её на том же месте, где и поднял. Я успел дойти до ворот, когда понял, — Лайт сделал паузу, — понял, что мне лучше вернуться за ней. На все эти действия ушло не больше десяти минут. Значит, я знаю место и примерное время, когда Кира завладел своим оружием. Это сильно сужает круг подозреваемых. Я взял эти кассеты, — Ягами опустился перед телевизором на колени и показал содержимое футляра шинигами, — чтобы посмотреть, кто поднял Тетрадь после меня.

— Киру можно вычислить так легко? — в голосе Рюка мелькнуло разочарование.

— Уверен, качество будет недостаточно хорошим, чтобы рассмотреть лицо, — заметил Лайт, засовывая кассету в приёмник и закрывая крышку. — Кроме того, я знаком не со всеми учениками школы. Вероятность, что я пойму, кто такой Кира, по одним записям с видеокамер, крайне мала. Но, я надеюсь, они подскажут мне, в каком направлении стоит двигаться дальше.

Лайт нажал на “play” и поднялся на ноги. Пару секунд они с шинигами смотрели на белый шум, пока Ягами не взял пульт и не перемотал запись немного вперед.

Перед ними появилось черно-белое изображение гимназии Лайта. Он зажал кнопку перемотки. Несколько первых секунд записи внутренний двор оставался почти пустынным. Когда на часах в углу высветилось 16:02, ученики хлынули на улицу.

— Закончился последний урок, — прокомментировал Лайт, не отрывая взгляда от экрана.

Спустя пару секунд из школы вышел Ягами, и Лайт вернул видео на нормальную скорость. Рюк придвинулся к телевизору.

— Увеличить нельзя?

Лайт кинул на него непроницаемый взгляд.

— Нет.

Шинигами прильнул к экрану. Лайт на записи спокойно шагнул на газон и подошёл к небольшому кусту. Он обошёл его вокруг, оказавшись лицом к камере, но чёлка легла на его лицо так, что глаз не было видно. Ягами поднял с земли черную тетрадь и открыл её на первой странице. Рюк ухмыльнулся.

— Почему ты выбросил Тетрадь, Лайт? Обычно люди так не делают.

Лайт скрестил руки на груди.

— Я подумал, что это глупый розыгрыш. Мне даже в голову не пришло, что написанное в правилах — правда.

Лайт на экране продолжал читать инструкцию. Рюк так близко придвинулся к экрану, что почти коснулся его носом. Ягами наблюдал, как изображение причудливо искажается в его огромных глазах. Он опустил взгляд, когда Лайт на экране импульсивно сжал Тетрадь, захлопнул её и бросил в кусты. Камера успела поймать его потерянное выражение лица.

Ягами снова нажал кнопку перемотки. Они с шинигами проследили, как Лайт исчез за пределами кадра.

Спустя пару секунд из школы вслед за большой группой парней вышла девушка. Она приблизилась к краю дорожки, опасливо оглянулась по сторонам и ступила на газон. Когда мгновенной кары не последовало, она быстро подбежала к кусту, в который Лайт бросил Тетрадь, и присела перед ним, аккуратно раздвинув ветви.

Брови Лайта сами собой поднялись вверх.

— Кира — девушка?

Кира сидела спиной к камере, поэтому Лайт и Рюк могли видеть только её длинные темные волосы, которые струились по спине. Она протянула руку вглубь куста и достала Тетрадь. В отличие от Лайта, Кира сразу же поднялась на ноги, сунула её в сумку и быстро пошла к тропинке, удаляясь от камеры. Когда она обернулась, взметнув волосами, Лайт поставил на паузу. На экране застыло пиксельное изображение Киры на фоне мирного школьного пейзажа.

— Красивая, — заметил Рюк.

Лайт бросил на него косой взгляд.

— Не мне судить. Как я и подозревал, с записи камеры видеонаблюдения невозможно рассмотреть её лицо. Если бы она стояла на пару метров ближе, шанс бы был. Возможно, одна из камер сняла её спереди, когда она присела, чтобы поднять Тетрадь.

Лайт вернулся к остальным кассетам и выудил из них ещё одну.

Спустя десять минут они с Рюком пересмотрели все записи. Последняя камера сняла Киру ближе всего.

— Всё равно изображение недостаточно чёткое, — разочарованно заметил Лайт, нажимая на паузу. Камера сняла Киру анфас, но на смеси серых пикселей невозможно было рассмотреть черты лица. — От этой камеры, до двери, из которой я вышел, не меньше четырёх метров. Я её не узнаю.

Лайт отмотал видео назад. Когда Кира встала в полный рост, он нажал на паузу и вернулся к столу за линейкой.

— Что ты делаешь? — спросил его Рюк, когда Лайт прислонил её к экрану телевизора.

— Завтра узнаешь, — пообещал ему Лайт, записывая свои вычисления в блокнот.

Шинигами оставалось только скрипнуть зубами от разочарования.

2006/12/05

Когда Лайт пришел домой после школы, Рюк лежал на постели и читал мангу. Рядом с ним высилась горка из пяти яблочных огрызков.

Лайт выбросил их в мусорное ведро.

— Не думал, что боги смерти такие неряхи.

Рюк загнул страницу, на которой остановился, и бросил книгу на кровать. Лайт поморщился.

— Мы сегодня пойдём куда-нибудь или нет? Я умираю со скуки! Ты ушёл на целый день.

— Как раз собирался забрать тебя с собой. Мам! — крикнул Лайт через плечо. — Я ушёл на подготовительные занятия. Поужинаю вечером.

— Хорошо, милый!

Лайт открыл шкаф и запустил руку вглубь. Рюк не рассмотрел, что он оттуда достал. Ягами забрал портфель, и они пошли вниз. Он помахал рукой Саю. Она ужинала, сидя на полу перед телевизором в позе лотоса.

— Рюк, — позвал Лайт, когда они вышли из дома. — Скажи, ты можешь перемещаться под землёй?

— А? — тот удивлённо посмотрел на парня. — Зачем?

— Затем же, зачем я попросил тебя сегодня утром не идти за мной в школу. Я не хочу, чтобы Кира узнала, что мы уже вошли в контакт просто потому, что мы случайно столкнемся с ней на улице.

— Она и так знает, что ты владелец, — проворчал Рюк.

— Но ты сказал ей, что пойдёшь ко мне?

— Нет.

— Хочешь рискнуть моей жизнью и своим весельем? — Лайт обернулся к шинигами и поднял голову, чтобы заглянуть ему в глаза. — Я и с Кирой тебе не советую выходить на улицу, если ты не хочешь, чтобы я сразу понял, кто она.

— Ладно, — Рюк скрипнул зубами. — Ты слишком сильно помыкаешь своим богом смерти, Лайт.

Рюк исчез под ногами Лайта, и Ягами пошёл к школе. Возможно, он зря волновался — улицы были пустынны.

— Посиди здесь, пока занятия не кончатся. Людей ещё слишком много, — прошептал Лайт, когда они зашли во двор. — Я обещаю, результаты тебе понравятся. Я много выяснил, пока ты скучал в моей комнате.

Рюк слегка вынырнул на поверхность, послал Лайту раздраженный взгляд и исчез под землей.

* * *

— Рюк? Вылезай.

Шинигами вынырнул на поверхность. Небо над Токио потемнело. Полярная звезда сверкала прямо над головой Лайта. На школьном дворе кроме них никого не было.

— Ну? — недовольно спросил Рюк.

Лайт победоносно улыбнулся. В руках он держал рулетку.

— Мне будет нужна твоя помощь, — Лайт протянул шинигами её. — Пойдём.

Лайт остановился прямо под одной из камер видеонаблюдения в углу двора и посмотрел наверх.

— Мне нужно, чтобы ты измерил расстояние от камеры до земли. Справишься с рулеткой?

Рюк опустил глаза на предмет в своих руках и попытался уцепиться за тонкий металлический хлястик длинными ногтями. Тот выскользнул и с тихим щелчком вернулся обратно. Лайт вытянул ленту до самого конца, и бог смерти взлетел в воздух.

Рюк приложил рулетку к камере. Лайт записал число в блокнот.

— Всё, Рюк, спускайся, — бросил он, что-то считая на бумаге.

Лайт подошёл к углу школы, затем сделал несколько широких шагов, пока не остановился рядом с кустом, в котором нашёл Тетрадь. Он снова что-то записал в блокноте, поставил точку и повернулся к богу смерти, внимательно следившему за его действиями.

— Я готов поделиться с тобой некоторыми своими выводами.

— Неужели, — Рюк приземлился перед ним.

Лайт сел на скамейку.

— Вчера мы выяснили, что Кира — девушка, и она учится в моей школе. Уже неплохо, но мы можем сузить круг подозреваемых ещё сильнее.

Лайт достал из портфеля пачку бумаги и поделил её на две части.

— Что это?

— План моей школы, расписание и кое-какие мои заметки. В школе в тот день было несколько сотен учеников, но ты помнишь, когда Кира оказалась рядом с Тетрадью?

— Нет, конечно, — флегматично отозвался Рюк.

— В 16:07. Урок заканчивается ровно в четыре часа, и он в тот день был последним для всех. Обычно в это время на выход образуется очередь. Вот отсюда, — Лайт достал из рюкзака красный маркер и поставил точки во всех кабинетах на последнем этаже. — Физически нереально вырваться наружу меньше, чем за десять минут. Студенты, которые учились здесь в тот день, вне подозрений.

— В каком классе сидел ты, Лайт?

— На втором этаже, рядом с лестницей, — Лайт перелистнул стопку бумаги и вытянул лист почти из самого конца. Это уже был подробный план этажа: с лестницами, входами и внутренней планировкой. — Вот тут, — Лайт сменил маркер на зеленый и поставил точку в нужном кабинете. — Я вышел из школы ещё раньше, в 16:02. Само собой, все мои одноклассники тоже под подозрением.

Рюк хмыкнул.

— Я бы сказал, что почти все школьники со второго этажа могли успеть выйти из школы за семь минут, кроме пары крайних кабинетов, — Лайт поставил ещё несколько точек зеленым маркером, перекинул его в левую руку и достал желтый из рюкзака. — Все, кто был на первом этаже, — тоже, но там почти нет классов, только кабинеты администрации. По записи мы точно можем сказать, что Кира школьница, поэтому персонал вне подозрений.

Лайт сменил лист, поставил ещё пару зеленых точек на планах первого и третьего этажей и разложил их перед собой веером.

— Теперь посмотрим, какие классы учились в нужных кабинетах, — Лайт пробежался по таблицам расписания.

— Неужели это общедоступная информация, Лайт?

— Расписания — да. Предметы и кабинеты регулярно меняются, ученикам нужно знать куда им идти, — Лайт вписал ряд цифр в крайние правые уголки квадратов, которые обозначали кабинеты, на плане первого этажа. — Планировку школы я позаимствовал из библиотеки, благо никому нет дела до этой макулатуры.

Рюк усмехнулся и склонился над бумагой, пока Лайт методично расставлял номера классов.

— Как много средней школы в зелёных кабинетах, — заметил Ягами, выпрямляясь. — Это упрощает задачу. Кира выглядела достаточно взросло. Я бы сосредоточился на десятых, одиннадцатых и двенадцатых классах. Всех остальных — в желтый список.

— А эти замеры? Зачем они тебе?

— Я рассчитал рост Киры, — Лайт приподнял свой блокнот с формулами. — Это можно сделать, если знать угол наклона камеры, размер Киры на изображении и расстояние от камеры до куста. Он равен 162-165 сантиметрам. Это средний рост для девушек в Японии, но часть подозреваемых всё равно можно отбросить по этому признаку.

— И сколько их осталось?

Лайт задумчиво приложил пальцы к губам.

— В районе пятнадцати человек. Чтобы ответить точнее, мне нужно проверить параметры и фото девушек из зеленых классов. Старшую школу я знаю неплохо, это не должно быть сложно. Её волосы… я думаю, они нам помогут.

— Неплохо, — заметил Рюк, оглядывая записи Ягами. Лайт сложил свои записи в рюкзак. — Ты много выяснил.

Лайт улыбнулся.

— Пойдем, Рюк. Сейчас как раз отличный момент, чтобы ограбить мою школу.

2006/12/06

Рюк лежал на кровати и листал комикс, когда дверь открылась. За окном тихо накрапывал дождь. Бог Смерти оторвал взгляд от страниц и заметил:

— Ты выглядишь уставшим, Лайт.

Ягами ослабил галстук и бросил портфель на кровать.

— День был тяжелым. Экзамены уже совсем скоро, — Лайт помолчал. — Так странно знать, что можешь случайно пройти мимо серийного убийцы в школьном коридоре.

Рюк ухмыльнулся.

— Нашел что-нибудь интересное?

Лайт кивнул на свой портфель, начиная переодеваться.

— Я достал новые записи с камер видеонаблюдения. Хочу проверить, что мы не упустили какую-то мелочь, — Лайт повесил рубашку в шкаф. — И нам нужно систематизировать все данные по посещаемости, которые мы достали вчера, помнишь?

Позаимствовать школьные журналы оказалось не сложнее, чем забрать камеры. Лайт просто сфотографировал нужные страницы.

Рюк кивнул, откладывая мангу.

— Сейчас?

Лайт устало покачал головой.

— Я думаю сначала заняться учебой. Если это расследование повлияет на мою успеваемость, у родителей возникнут вопросы.

Рюк недовольно закряхтел, но настаивать не стал и снова вернулся к “Бакуману”.

Лайт успел открыть учебник по математике, когда услышал с нижнего этажа громкий топот ног и крик Саю:

— Лайт! Лайт, быстрее включай телевизор! Первый канал!

— Что там такое? — слегка нахмурившись, спросил Лайт, откладывая ручку.

Он нажал на кнопку, и на экране появилось изображение молодого мужчины в кремовом костюме с иголочки. Перед ним на столе стояла табличка с надписью “Линд L. Тейлор”. Рук за ней не было видно, но по напряженным плечам Лайт определил, что Тейлор сцепил их в крепкий замок.

— Линд L Тейлор? — прочитал Лайт. — Что здесь происходит?

— … Более известный как L, — продолжил мужчина.

— Кто это? — Рюк протиснулся к экрану.

Лайт не ответил.

— Я обращаюсь к исполнителю этих преступлений! Ты совершил самый гнусный поступок в истории! Я лично поймаю того, кто стоит за всем этим — “Киру” — любой ценой. Предупреждаю тебя, Кира, это сообщение транслируется на весь мир!

— Черт, — сказал Лайт. — Я знал, что полиция подключится к этому делу, но не думал, что вмешаться решит и L.

— Кира, я понимаю, что ты собираешься сделать и зачем, — продолжал Тейлор. — Но сейчас ты несёшь только зло.

Лайт нахмурился.

— Полиция уже занята этим делом, тебе не спастись…

L продолжал говорить в том же духе ещё пару минут. Когда он закончил, на экране загорелся логотип Интерпола.

Он погас, и Лайт выключил телевизор.

— Кто это был? — спросил Рюк.

— Если верить его словам, это был L, один из самых известных детективов в мире. Я не удивлен, что его заинтересовало это дело. Но то, что сейчас произошло не имеет смысла. L известен своей скрытностью. Никто раньше не видел его лица.

Лайт оперся локтями о колени.

— Наверняка была какая-то причина для такого решения. L думал, что если напугать Киру, то она перестанет убивать?

— Не перестанет, — заметил Рюк.

Лайт бросил на бога смерти испытующий взгляд.

— Не перестанет, — согласился Ягами. — Это было бы глупо. Тогда зачем?

Лайт встал из-за стола и медленно подошёл к окну. Начинало темнеть.

— Полиция в ужасном положении в этом деле. Как вычислить преступника, который не появляется на месте преступления? Никаких отпечатков, никаких записей, никакого орудия убийства. Что у них есть? Только сам факт смерти. Они даже не могут быть точно уверены, что их всех убили. Может, L придумал какой-то способ, как узнать о Кире больше информации?

Лайт повернулся к шинигами.

— Кире, чтобы убить нужно лицо и имя человека. L не может этого знать. Но что он может заметить? Что умирали преступники, о которых объявляли в СМИ. Вряд ли у Интерпола нет секретных заключенных. Я думаю, за неделю L мог проследить эту закономерность. Может не быть в ней полностью уверенным, но это хорошее предположение, от которого можно оттолкнуться. Тогда он тестировал, работает ли оно?

— Подставив самого себя? — Рюк усмехнулся и вытянулся на кровати.

— Линдом L Тейлором может быть кто угодно, — Лайт остановился. — Это довольно жестоко, — заметил он. — Что если бы Кира действительно его убила?.. — Лайт остановился. — Он хотел этого, — прошептал Ягами. — L хотел, чтобы Кира убила Тейлора. Это же чистая фантастика — предполагать, что кто-то может лишить человека жизни на расстоянии. Но если предположить, что настоящий L сейчас сидит в студии и наблюдает за Тейлором… Если бы он умер, L получил подтверждение из первых рук, что у Киры есть какая-то сила, которая позволяет ей убивать, скажем, силой мысли.

— Только Кира его не убила.

— Да. Я думаю, из этого тоже можно извлечь полезную информацию. Например, что Киру нельзя так легко спровоцировать. Или что она убивает только преступников, и её принципы крепки. Или что тут нет никакой мистики.

Рюк хмыкнул.

— Да, я думаю, это максимум, что он мог понять из этого представления, — Лайт кивнул своим мыслям. — Только мы знаем больше. Если предположить, что этот сюжет транслировался везде, и Кира его видела, тогда есть несколько вариантов развития событий.

Первый состоит в том, что Кира могла сознательно решить не убивать человека, который собирается поймать её и отправить в тюрьму. Она остается верна своим принципам и не поддается на провокации.

Второй вариант — она могла раскусить план L. Кира поняла, что единственное назначение этого обращения — это узнать о ней больше информации. Значит, Кира умна. Хладнокровная убийца, которая не делает поспешных решений.

Лайт помолчал.

— Хотел бы я узнать, о чем сейчас думает L.

* * *

L оторвался от экрана. Линд Тейлор только что договорил обращение для Хоккайдо. Когда фотосвет в студии погас, он на негнущихся ногах вышел из кадра и упал на колени, заплакав от счастья. Теперь по договору полиция должна была его отпустить.

L выключил видео.

— Что думаешь, L? — раздался голос Ватари в наушниках.

— Что всё окажется сложнее, чем мы ожидали.

* * *

— Ты так и не начал делать уроки, Лайт?

Ягами сидел за своим столом и смотрел в монитор. Он не включил главный свет в комнате. Его напряженное лицо освещала только настольная лампа.

— Я не могу перестать думать об этом расследовании, — ответил Лайт.

Он повернулся на стуле к шинигами.

— Зато я успел систематизировать почти всю информацию, которую смог достать.

Бог Смерти подошёл к Лайту и заглянул ему через плечо.

— Что ты выяснил с помощью этих табличек?

На мониторе Лайта был открыт файл Excel. Три колонки были покрашены в зеленый, желтый и красный цвета.

— Я соединил все признаки — кабинет, класс, рост, длина волос, для кого нашел фото или кого знаю в реальной жизни — и распределил девчонок по категориям.

— Шестнадцать человек в зеленом списке? Не так уж и много.

Лайт кивнул.

— Это ещё не окончательные списки. Мне в голову пришло ещё парочка гипотетических, но не очень вероятных ситуаций, которые неплохо было бы проверить.

— И что дальше? После того как ты получишь итоговый список подозреваемых?

— Я подумал об этом. Я предполагаю, что Кира убивает только там, где её никто не видит. Самый удобный вариант — дома, в своей комнате. Кира осторожна. Вряд ли она решится карать преступников в школе. Я начал составлять список всех убийств Киры, — Лайт щелкнул мышкой и открыл другой лист в файле. — На наше счастье, мой отец иногда пренебрегает мерами информационной безопасности и работает из дома, поэтому у меня есть доступ к его рабочим документам, — Лайт помолчал. — Я попробовал туда пробраться, надеясь найти что-то по делу Киры и выяснил, что моего отца назначили главой в этом деле от японской полиции.

Рюк засмеялся.

— Как удобно для тебя, Лайт.

— Это не только удобно, но и наталкивает на определённые мысли. Но мы ещё вернемся к этому моменту. Так вот, из-за этого у отца есть вся информация по делу Киры. Я скачал список её предполагаемых преступлений. Самое главное — тут есть время смерти. С помощью этих данных мы сможем узнать, когда Кира обычно убивает. Мне остаётся только сопоставить время смертей с расписанием. Я думаю, до конца недели у меня уже будет законченный список подозреваемых.

Лайт свернул файл и открыл вкладку в Интернете.

— Теперь вернёмся к тому факту, что мой отец занимается делом Киры. Знаешь, что это значит, Рюк?

— А?

— Что L решил создать свой штаб именно в Японии. Он каким-то образом понял, что Кира живет здесь. И более того, — Лайт мотнул страницу вверх. — Я нашел обсуждение обращения Линда L Тейлора в Интернете. Люди говорят, что Тейлор соврал. Его сообщение транслировалось не на весь мир, и даже не на всю Японию. Трансляцию, которую смотрели мы, в тот момент видели только жители региона Канто, — Лайт указал курсором на сообщение на форуме. — На сайте пишут, что, например, на Хоккайдо обращение L показывали на три часа позже, чем в Токио. Это значит, что L с самого начала понял, что Кира живет где-то в Японии, и с помощью Тейлора хотел выяснить, где именно. Красивый ход.

— Но у него не получилось.

— Не получилось, — согласился Лайт. — Но L не дурак. Он понял, что Кира живет здесь. Я думал, как он это сделал. И нашел кое-что интересное в отчете полиции, — Лайт вернул вкладку с жертвами Киры. — Видишь, кто стоит на первом месте?

— Отохорада Куро, — прочитал Рюк. — Захват заложников в Токио на прошлой неделе.

— Да, — Лайт кивнул. — По сравнению с тем, что началось дальше — сущая мелочь. Не думаю, что кто-то кроме жителей Японии видел этот репортаж. Но L нашёл его, и все понял.

Лайт повернулся на стуле к Рюку и посмотрел ему прямо в глаза.

— Я буду и дальше наблюдать за ходом расследования через компьютер отца. Если L понял, что Кира — японка, то может понять и ещё что-то, например, что она школьница. Мы не должны допустить, чтобы Тетрадь попала в руки полиции.

2006/12/12

— Рюк, почему ты бросил Тетрадь в наш мир?

Лайт лежал на кровати, закинув руки за голову. Он собирался спать, но бог смерти так настойчиво крутился перед глазами, что Ягами вспомнил вопрос, который давно хотел задать ему.

— Потому что в мире Богов Смерти ужасно скучно. Мы больше не используем Тетради по назначению.

— То есть люди не умирают благодаря им?

— Люди умирают сами по себе. В большинстве случаев мы здесь не при чем.

— Зачем тогда нужны боги смерти? — Лайт приподнялся на локтях и посмотрел на Рюка. Тот повернул свои горящие красным светом глаза к юноше.

— Когда-то мы творили вашу историю. Мы устраивали войны, перекраивали территории. Потом большинству Богов это наскучило. Человеческим детям тоже нужно постоянно покупать новые игрушки. Сейчас мы в основном просто режемся в карты днями напролет, и убиваем только для того, чтобы и дальше влачить своё жалкое существование.

— Тогда Кира — бог смерти больше, чем настоящие боги?

— Кира просто человек. Её всё ещё заботит мораль. Боги смерти не убивают, чтобы отомстить или восстановить справедливость.

Лайт снова откинулся на подушки.

— Это всё не имеет никакого смысла, — через пару минут сказал он.

— Зато это весело.

Лайт улыбнулся темноте.

— Ты сегодня почти не занимался делом Киры.

— Я выжал максимум из того, что у меня было, — Лайт вздохнул. Глаза слипались. — Я посмотрел все записи — новых подозреваемых не появилось — сопоставил графики девушек из зеленого списка с графиком убийств. На моё счастье, выпали почти все. Осталось всего семь человек.

— Ты так близок к разгадке, Лайт?

— Я в этом не уверен. Дальше все становится сложнее.

Лайт привстал с кровати и повернулся к Рюку.

— Кира карает не всех преступников. Она убивает только насильников, убийц и истязателей — и любую комбинацию. Она не наказывает за экономические преступления. Я был уверен, что Кира или кто-то из её близких столкнулся с чем-то из этого, поэтому пробил весь зеленый список по базе отца. Потом желтый и даже красный. Ничего. Все чисты. Я надеялся, что этот признак позволит мне точно найти Киру и поставить точку в этом деле.

Максимум, что я сейчас могу — это наблюдать за временем убийств и надеяться, что график Киры позволит вычеркнуть ещё кого-нибудь из списка.

2006/12/18

— Лайт, ты сегодня так задержался, — Сатико Ягами вышла из кухни, вытирая руки полотенцем, когда Лайт закрывал входную дверь. — Милый, ты будешь ужинать? Или подождем папу?

— Нет, мама, — Ягами ослабил галстук. — Я не голоден.

— Тогда можешь помочь Саю с математикой? У неё завтра контрольная, а я сама ничего в этом не смыслю.

— Конечно, — шинигами рядом с ним застонал. — Она в своей комнате?

Сатико кивнула.

— Тогда я переоденусь и приду к ней.

— Спасибо тебе, Лайт! Я сейчас помою вам фрукты.

Лайт подхватил портфель и пошёл наверх.

— Расследование снова откладывается? — пробурчал Рюк.

Лайт устало вздохнул.

— Я вернусь к файлам вечером, не переживай.

Рюк скривился и упал на кровать.

— Я всё время только жду, — пожаловался он. — Сначала я весь день ждал тебя со школы, теперь жду, пока ты разберёшься со своей сестрой…

— Рюк, я делаю, что могу, — Лайт оставил портфель у стола и машинально включил телевизор. Последние несколько дней он всё делал под аккомпанемент новостей. — Я надеюсь, мы справимся быстро.

Шинигами продолжал смотреть на него недовольно. Лайт аккуратно обогнул его ноги, которые свешивались с края кровати, и повесил школьную форму в шкаф.

— Лайт, ты уже пришёл? — Саю сначала немного приоткрыла дверь в комнату брата. Когда она увидела, что тот уже переоделся в домашнее, она распахнула её настежь. — Мама сказала, ты можешь помочь, — Саю потрясла стопкой тетрадей в своей руке.

Лайт кивнул.

— Садись, посмотрим, что у вас там. Квадратные уравнения?

— Да. И дроби, — пожаловалась Саю, падая на его стул. — Просто ужасно, я совершенно не могу понять, откуда берутся эти формулы!

— Тебе не обязательно знать вывод формулы дискриминанта, чтобы пользоваться ею, — заметил Лайт и достал табуретку для себя. — Но я могу выписать тебе доказательство, если так будет легче.

Глаза Саю засияли.

— Да, пожалуйста, Лайт!

— Мы начинаем девятичасовые новости, — на экране телевизора за спиной Лайта закончился ситком и загорелась заставка телеканала. Ягами на секунду перевёл взгляд на него, но диктор начал рассказ про циклон Кирилл, и Лайт снова вернулся к Саю.

— А что с дробями? — спросил он.

— Вот такие кракозябры, — Саю пролистала учебник и ткнула пальцем в пример длиной во всю страницу. Рюк, который заглянул ей через плечо, присвистнул.

— Зачем люди так мучают себя? — спросил он.

Лайт не ответил, рассматривая выражение.

— Он на самом деле не сложный, — наконец, сказал он. — Он хоть и большой, но решается теми же базовыми приёмами, которые вы уже должны были пройти. Нужно аккуратно развернуть его. Я уверен, большая часть выражения сократится сама собой. Я предлагаю начать с квадратных уравнений, а потом перейти к дробям. Идёт?

Саю кивнула.

— Хорошо, Лайт. Только ты тоже что-нибудь реши.

Лайт вздохнул. Саю никогда не хотела решать примеры сама, когда они что-то разбирали. Когда он предлагал ей попробовать, она долго смотрела в тетрадь, грызла ручку, а потом находила какое-то неотложное дело.

— Ладно. Смотри, дискриминант выводится очень просто. Я всё-таки против того, чтобы забивать тебе голову вопросами, что это такое с точки зрения высшей математики за день до контрольной. Твоя основная задача сейчас — осознать и запомнить формулу и нарешать как можно больше задач. Если ты хочешь её вывести, то начать нужно с записи квадратного уравнения в стандартном виде…

— Сегодня было проведено слушание по делу дочери Хакусеры Хидэо, Мэй. Против её молодого человека, Сато Хироши, были выдвинуты обвинения в изнасильвании и убийстве с особой жестокостью. По версии следствия Хироши несколько часов избивал Мэй в одной из квартир Хакусеры прежде чем убить…

Лайт перевёл взгляд на экран.

— Боже мой, какой кошмар, — Саю тоже смотрела в телевизор. Она прикрыла рот рукой, когда кадр сменился на фото тела в мешке. — Так страшно.

— Полиция приехала лишь через два часа после первого звонка соседей пары, которые услышали ужасные крики за своей стеной, — продолжал диктор. — К тому моменту нападавший успел сбежать через окно.

— Выключи, Лайт, — попросила Саю. — Ужас, ещё приснится сегодня.

Ягами потянулся к пульту, но остановился. У него промелькнула мысль, что это преступление точно привлечёт внимание Киры.

— Давай досмотрим этот репортаж, и я выключу? Хочу узнать, сколько лет ему дали.

Саю нехотя кивнула.

— Несмотря на неоспоримые улики, — продолжал диктор. — Суд оправдал Сато по всем статьям, посчитав, что он действовал в состоянии аффекта из-за, — ведущий слегка поморщился, — из-за того, что, цитата: “пострадавшая осуществляла над ним систематическое психологическое насилие”.

— Это же шутка? — спросила Саю. На экране появились кадры освобождения Сато Хироши в зале суда.

Лайт следил за шокированным выражением лица Хироши. Он запустил пальцы в волосы и опустился на колени. Сато опустился на колени и поцеловал пол суда. Всё его тело сотрясалось от рыданий.

— Кира с ним разберётся, — хмуро заметил Лайт и выключил телевизор.

* * *

L оторвал большой палец от губы, когда увидел, как Сато Хироши заваливается в сторону из своей коленопреклоненной позы. Когда трансляция прервалась на пораженном вскрике адвоката, он выключил телевизор и позвонил Ватари:

— Заметили что-то подозрительное?

В трубке раздался поражённый женский крик, и Ватари ответил спокойным голос:

— К нему точно никто не подходил. Как я и распорядился, он ничего не ел и не пил за день до заседания. Наши не спускали с него глаз.

— Хорошо, Ватари, я очень вам благодарен. Теперь уходите оттуда как можно скорее.

L нажал отбой и набрал номер штаб-квартиры.

— Да? — ему ответил усталый голос Соитиро Ягами.

— Господин Ягами, вы видели репортаж?

— Да, L. Мне уже позвонили ребята, которые дежурили в зале суда.

— Мы тщательно следили за Сато. Теперь я почти на сто процентов уверен, что у Киры есть сверхъестественная способность, которая позволяет ему убивать на расстоянии. Передайте от меня спасибо вашим сотрудникам. Они отлично поработали.

— Конечно, L. Но что мы будем делать дальше?

— Я свяжусь с вами, как только сформирую план.

Соитиро снова вздохнул.

— Хорошо, я буду на связи.

— Идите домой, господин Ягами. Ваша семья наверняка уже заждалась.

* * *

Спустя полтора часа Лайт, наконец, закончил разбирать тему квадратных уравнений. Рюк за его спиной исходил ядом от безделья, стоя на голове и периодически то открывая окно, то сбрасывая какую-то книгу с полки, пугая Саю.

— У тебя тут полтергейст завелся? — нервно хихикнула она, опасливо смотря в темноту комнаты Лайта.

Ягами пожал плечами, из последних сил сдерживая потоки раздражения, которые циркулировали в его груди.

— Не знаю. Это наверное ветер. Саю, ты попробуешь сегодня сама что-то решить? Меня не будет рядом с тобой на контрольной.

— Очень жаль, — вздохнула она. Лайт молча следил за её осунувшимся грустным личиком и подумал, что, если бы он не устал так сильно, он бы, наверное, смог бы проникнуться к ней сочувствием.

— Дети, идите вниз, папа пришёл! — прокричала Сатико с первого этажа.

— Пойдём, нужно встретить отца, — на лицо Саю снова вернулись краски. — Поужинаем наконец.

— Но после ужина ты решишь как минимум один пример по пройденной теме, — крикнул ей Лайт, но та уже захлопнула дверь в его комнату. Он вздохнул. — Боже.

— Тебе стоит отдохнуть, Лайт, — заметил Рюк, откусывая большой кусок от яблока. — Как тяжело было смотреть на них и не иметь возможности съесть.

Лайт ничего не ответил. Он продолжал бездумно смотреть в тетрадь Саю, расписанную его аккуратным почерком.

— Я пойду к отцу, — Ягами кинул ручку в подставку и встал. — Может быть удастся вытянуть из него что-то по делу Киры.

— Тогда я с тобой, — Рюк сделал мощное глотательное движение и отправил огрызок в мусорку.

Когда Лайт спустился на первый этаж, его отец уже заходил на кухню. Он остановился и пожал руку сыну.

— Лайт, — рукопожатие вышло слабым. — Как твои дела? Экзамены всё ближе.

— Всё хорошо, отец, — он кивнул. — Да, но я готов.

— Так держать! — Соитиро улыбнулся. Саю сникла. — Дочка, всё хорошо?

Саю пустилась в долгую жалобу насчет математики. Пока она говорила, Сатико успела наложить всем по порции ужина. Лайт поблагодарил мать и принялся за еду.

— Ну не переживай так, всё образуется, — пообещал ей Соитиро, поглаживая её по плечу.

— Саю, хватит забивать голову отцу такими глупостями, — одернула дочь Сатико. — Он устал после работы.

— Да ладно тебе, Сатико, не будь такой строгой. Я и так редко вижу детей из-за дела Киры.

— В расследовании есть какие-то подвижки, отец? — спросил Лайт и затаил дыхание.

— Лайт, ты же знаешь, я не могу вам ничего рассказывать, — начал Соитиро. Он помолчал. — На самом деле, прогресс есть. L удалось многое узнать за последнюю неделю о том, какой человек Кира. Я верю, что с ним у нас получится поймать его.

Лайт деревянно кивнул и вернулся к еде. Саю снова начала о чём-то трещать.

Когда с ужином было покончено, Лайт оставил посуду маме и спросил Саю:

— Ну что, последний подход к математике?

Та тяжело вздохнула и кивнула.

* * *

Саю ушла в свою комнату, когда на часах было почти двенадцать. Лайт с наслаждением закрыл за ней дверь на щеколду.

— Я думал, она никогда не уйдет, — проворчал Рюк.

— Она моя сестра, — заметил Лайт, открывая компьютер. — Я должен помогать ей. Но её отношение к учебе мне категорически не нравится.

Лайт ввел пароль от полицейской сети и зашел в компьютер отца.

— Что же такого успел узнать L?.. — пробормотал Лайт. — В последние дни Кира почти никого не убила, — он кликнул по последнему отчету в базе. — Чёрт.

— Что там? — Рюк перегнулся через плечо Лайта.

— Тот репортаж, который мы видели сегодня с Саю — это была ещё одна проверка, — взгляд Лайта пробежал по строчкам. — Тут написано, что СМИ было велено сообщить, что Сато был признан невиновным. На самом деле его приговорили к смертной казни. Он умер сегодня вечером в 21:34 от сердечного приступа. Сразу после выпуска новостей.

— И что с того? Что полиция узнала?

— Они установили за ним наблюдение. Перед выпуском новостей, они перевели его в одиночную камеру и постоянно мониторили его жизненные показатели, — Лайт повернулся к шинигами. — Кира не убила Линд Тейлора, поэтому L и полиция не получили подтверждения, что она может убивать с помощью сверхъестественной силы. L нужно было доказать таск-форсу, что его теория верна. Он предположил, что Кира не убила Линда, потому что считала его L, невиновным ни в каких преступлениях детективом. Тогда он подсунул ей реального преступника, который незаслуженно был оправдан. Кира заглотила наживку и показала полиции свою силу. Теперь в штаб-квартире все поверят L. Ты слышал отца сегодня, у L есть какой-то план. Отец не стал бы так говорить, если бы не верил в него.

Лайт уперся локтями в колени.

— Нельзя допустить, чтобы L получил Тетрадь. Если о ней узнают наверху, назад дороги не будет. Мы не можем быть уверены, что L сохранит секрет.

— Но что ты можешь?

— Что-то определённо могу, — заметил Лайт, возвращаясь к компьютеру. — Навести их на ложный след, как минимум. — Ягами снова открыл файл со списком подозреваемых. — Кира теперь убивает только после десяти вечера, ты заметил? Уже неделю.

Рюк неопределенно хмыкнул.

— Я не могу никого вычеркнуть, — раздраженно заметил Лайт. — Если так пойдёт дальше, графики станут бесполезны.

Шинигами не ответил. Лайт пролистал свои заметки за несколько последних дней и вдруг сказал:

— Она сузила время активности на следующий день после того, как я рассказал тебе о том, что собираюсь анализировать время убийств Киры, чтобы сократить список подозреваемых.

Лайт повернул голову к Рюку.

— Совпадение?

— Я здесь не причём, — ответил шинигами. — Я ей ничего не говорил.

Рюк вернулся на кровать и потянулся к манге. Лайт встал со стула и подошёл к нему, складывая руки на груди.

— Я тебе не верю.

— Не верь. Я не вру.

— Это очень в стиле Киры, — заметил Лайт. — Она могла специально поставить чью-нибудь смерть так, чтобы она приходилась на какой-нибудь её урок, чтобы отвести от себя подозрение. Но она этого не сделала. Вместо этого Кира стала убивать так, чтобы никого точно не подставить. Я должен был ещё долго бесцельно наблюдать за графиком убийств, прежде чем понял, что это бесполезно, и не стал придумывать другие способы. Это то, как поступила бы Кира, которую я знаю.

Рюк хмыкнул.

— У неё нет других причин менять свои привычки, — продолжал Лайт. — Полиции и L она не боится, она это уже показала. Даже если L тоже посмотрел на график убийств, и понял, что имеет дело со школьником, Кире это бы ничем не угрожало, в Японии тысячи школьников и студентов. Но если это делаю я — Кира в опасности. Она достаточно умна, и она знает, что я её ищу, поэтому ей пришлось уменьшить период активности, чтобы не попасться. Единственный способ, как она могла бы догадаться до этого — это ты, Рюк. Я не исключаю, что Кира могла повторить мою логическую цепочку, но я не верю, что её вывод мог так идеально совпасть по времени с нашим с тобой разговором об этом, — издевательски заметил Лайт.

— Ладно, — Рюк отбросил мангу. — Я подсказал ей. Я не мог позволить тебе завладеть Тетрадью так быстро.

Лайт отошёл от кровати и уперся руками в стол.

— Прекрасно, — сказал он. — Я ложусь спать, — Лайт дернул за выключатель.

2006/12/19

— Лайт, что ты делаешь?

Ягами не отреагировал на вопрос шинигами, продолжая стучать по клавишам.

— Ну Лайт, — Рюк заглянул ему за плечо. — Я же сказал, что больше не буду ничего говорить Кире.

Лайт обернулся к шинигами и смерил его взглядом.

— Я не верю тебе, Рюк. Ты уже доказал, что на тебя нельзя положиться.

Бог Смерти отлетел от Ягами и упал на кровать. Лайт услышал звук перелистываемых страниц — шинигами успел добраться до предпоследнего тома Бакумана. Через несколько секунд Рюк снова нарушил тишину.

— Давай я как-то заглажу вину. Могу рассказать тебе что-то о Кире или Тетради Смерти в качестве извинения.

Пальцы Лайта повисли в воздухе. Он обернулся.

— Её имя я тебе не скажу, — предупредил Рюк.

Лайт кивнул. Несколько секунд он смотрел в экран компьютера.

— Какая она?

— Кира? Красивая.

Лайт приподнял брови и усмехнулся.

— Это единственное, что тебя заботит?

Рюк пожал плечами.

— Ты нравишься ей, Лайт.

— Я — что? — Ягами повернулся к Рюку.

— Я бы сказал, что она в некотором роде в тебя влюблена, — растянув зубы в жуткой улыбке, сказал Рюк.

— Она же знает, что я хочу её поймать?

— Я думаю, ты нравился ей ещё до этой истории с Тетрадью.

Лайт оперся щекой на кулак.

— Не думаю, что эта информация мне что-то дает, — наконец сказал он. — Меня знает вся школа. Это может быть кто угодно.

— А ты скромный, — заметил Рюк.

Лайт проигнорировал этот выпад.

— Красивая…

Лайт повернулся к компьютеру и открыл профили подозреваемых. Фотографии девушек замелькали перед его лицом.

— Ты собрал столько информации, — заметил Рюк. — Что значат эти цифры? — он ткнул длинным ногтем в цепочку зеленых чисел.

— Это даты убийств. Если дата зелёная, значит, она выпадает на свободное время подозреваемой. Если красная, — убийство было совершено во время уроков. Теперь в этом уже нет никакого смысла, — Лайт продолжил листать профили девушек и, немного подумав, сбросил одну из них в желтый список. — Не знаю, что в мире богов смерти считается красивым.

Рюк хмыкнул.

— Теперь ты расскажешь мне, что ещё узнал?

Лайт бросил косой взгляд на шинигами.

— Ладно, — он снова щёлкнул мышкой. — Это всё равно никак не поможет Кире. Но я хочу заметить, что ты ещё не прощён, Рюк.

Шинигами скривился. Лайт открыл папку на компьютере Ягами-старшего и кликнул на отчет, который шёл до заметки о смерти Сато.

— Отец пишет, что L догадался о том, что Кира — школьник. Я думаю, он понял это так же, как и я: по распределению убийств по часам.

— Этот L так же умен как ты, Лайт?

Ягами пожал плечами. Его лицо застыло.

— Пока сложно судить. Этот вывод напрашивается сам собой. Это не всё, что я нашёл в компьютере отца, — Лайт ухмыльнулся. — Ты очень вовремя решил рассказать о моём открытии Кире, Рюк, — Лайт кликнул на второй файл в списке. — Отчёт с выводом о том, что Кира школьник, датирован двенадцатым декабря. В тот же день я рассказал об этом тебе.

Теперь в отчете за сегодняшний день L пишет, что, начиная с тринадцатого декабря, Кира начала убивать позже и всегда в одно время, даже на выходных. Знаешь, что подумают в полиции? — Лайт выдержал паузу и продолжил, когда Рюк промолчал: — Кира изменила свой график на следующий день после того, как они догадались, что она ещё учится в школе. Эта информация утекла от меня через тебя, но L никак не может этого знать. Зато он может прийти к другому выводу.

— Что Кира узнала об этом от полиции?

Лайт кивнул.

— И изменила своё поведение. Немного не в её стиле, правда.

Лайт повернулся к шинигами.

— Теперь L начнет проверять японскую полицию, чтобы найти, через кого утекает информация. Хотя они и получили подтверждение, что Кира может убивать на расстоянии, полицейские не потерпят, если L начнёт рыть под них. Мы не только уведём внимание L внутрь полиции от настоящей преступницы, но и перессорим всю штаб-квартиру.

Лайт вернулся к экрану.

— Меня волнует, в каком направлении движутся его мысли. Мы приходим к одинаковым выводам почти одновременно. Если в совпадение с тобой и Кирой я не верю, то тут у меня нет другого объяснения, — Рюк хмыкнул. — С одной стороны, я рад, что он додумался до этой идеи. Я боялся, что придётся намекнуть отцу и привлечь к себе лишнее внимание. С другой, если L и дальше продолжит дышать мне в затылок, рано или поздно он может оказаться впереди.

2006/12/21

— Лайт, — Рюк вынырнул из-под земли, когда Ягами возвращался домой после школы. — Что мне нужно сделать, чтобы ты снова начал со мной разговаривать?

Лайт смерил шинигами скептическим взглядом.

— Ты можешь поделиться информацией, которая может помочь мне поймать Киру. Действительно, помочь.

— Я могу рассказать тебе что-то такое, что спасет твоё расследование, — ухмыльнулся Рюк.

Какое-то время они шли молча. Любопытство жгло Лайта, но он не хотел, чтобы бог смерти отделался слишком легко.

— Ладно, — наконец, сказал он. — Говори, а я решу, стоит ли эта информация того.

— За тобой сегодня целый день следит какой-то тип, — прошептал шинигами.

Лайт застыл посередине шага. Волна страха прокатилась по грудной клетке, но он заставил себя не оборачиваться и медленно пойти дальше.

— Ты рассмотрел, кто это? — напряжённо спросил он. — Девушка?

— Нет, это не Кира, если тебе интересно. Какой-то мужчина. Шёл за тобой до школы, потом отирался вместе со мной во дворе, а теперь провожает нас домой.

— Понятно, — Лайт кивнул, сдвигая брови на переносице.

Он решил прекратить расспросы, пока сталкер не заподозрил неладное. Ягами старался идти с обычной скоростью, чтобы не вызывать подозрений.

Когда он дошёл до дома, Лайт в два шага поднялся в свою комнату и осторожно выглянул из-за занавески.

— Это он? — Лайт кивнул на высокого мужчину европейской внешности, который прислонился к фонарному столбу.

— Да.

Лайт отступил в темноту комнаты.

— Это не может быть человек Киры. Я думаю, L решил устроить слежку за полицейскими и их семьями.

Лайт прошёлся вдоль комнаты.

— Это объяснимо, — продолжил он. — L привлёк независимых агентов по своим каналам, и теперь будет занят проверкой полицейских, имеющих доступ к информации о расследовании. У меня были планы по делу Киры, — недовольно заметил Лайт. — Теперь придётся всё отложить. Будем надеяться, что на долгую слежку у них не хватит ресурсов.

Лайт снова подошёл к окну.

— Или я могу рассказать о сталкере отцу, — вдруг сказал он. — Это спровоцирует волну недовольства в полиции, но слишком быстро развалит план L. Я бы хотел, чтобы он шёл по ложному следу как можно дольше.

Он задумчиво замолчал.

— Ну что, Лайт, эта информация стоит того?

Ягами кивнул.

— Спасибо, Рюк. Ты прощён.

2006/12/23

— Кажется, это шпион совсем не смущает тебя, Лайт, — заметил шинигами, привычно появляясь из-под земли возле дома семьи Ягами.

Лайт вздохнул. Он порылся в сумке в поисках ключей.

Ягами не мог перестать думать о преследователе в школе. Его место находилось рядом с окном, поэтому он видел, как агент наворачивает круги по периметру школьных ворот.

— Надеюсь, дома никого нет, — пробормотал он. Держать лицо перед Саю или матерью сегодня не хотелось.

Лайт с наслаждением закрыл за собой дверь.

— Я дома! — на пробу крикнул он.

Никто не ответил. Лайт выдохнул. Он бросил сумку на пол, а шинигами пошёл на кухню, потирая руки.

Лайт забросил обувь на подставку и отправился на второй этаж. Он успел почти до конца выложить покупки из рюкзака, когда шинигами вернулся к нему, держа упаковку луковых чипсов.

— Зачем всё это? — бог смерти взял со стола небольшой пистолет. — Собираешься убить Киру?

Лайт покачал головой.

— Он понадобится мне, когда я пойму, кто из подозреваемых Кира. Даже если я заберу у неё Тетрадь, я не смогу быть уверен, что она не спрятала где-то листы из неё и не продолжит карать преступников дальше. Более того, я не могу гарантировать, что Кира не убьет меня, стоит ей обнаружить пропажу. Было бы безумием и при таком раскладе полагаться на её милосердие. Но я не хочу убивать Киру, Рюк.

Когда я пойму, кто из подозреваемых Кира, я приду к ней и откажусь от Тетради. Тогда право владения перейдёт Кире. Я никого не убил с помощью Тетради, поэтому моя память останется со мной. Я приставлю этот пистолет, — Лайт снова кивнул на него, — потому что мне нужен какой-то аргумент в этом разговоре — к её голове и потребую отказаться от Тетради. Так Кира потеряет память о своих преступлениях. Затем я сожгу её дом, чтобы уничтожить все листы и улики.

— Тогда Кира не понесёт наказания, — заметил Рюк.

— Если ты не считаешь потерю дома и части памяти наказанием, то да, не понесёт. Это слишком сложно организовать, не выдав информацию о Тетради.

— А эти камеры? — шинигами ткнул пальцем с длинным ногтем в кучу спутанных проводов. — И жучки?

Лайт вздохнул.

— Я заказал их до того, как ко мне на хвост сел шпион. Я думал поставить их в домах всех подозреваемых и следить за ними. Это сложно, но семь человек — всё-таки не так много, я мог бы попробовать. Теперь этот план неосуществим. Слишком опасно.

— И что тогда? Опять будем ждать? — недовольно спросил Рюк.

— Я думал, ты наслаждаешься жизнью в мире людей? — хмыкнул Лайт. — Хочешь, чтобы я побыстрее разобрался с Кирой?

— У тебя всё равно не получится.

Лайт приподнял бровь.

— Посмотрим, — сказал Ягами. Он помолчал. — Может быть я смогу придумать, как обойти этого шпиона. Но сначала нужно спрятать всё это, — он махнул на заваленный техникой и оружием стол. — Я не хочу, чтобы мама наткнулась на пистолет, убираясь в комнате.

Лайт бросил пиджак на кровать и склонился над большим ящиком в дальней части комнаты. Он достал паяльник, моток проводов и небольшую флягу.

— Что ты задумал, Лайт?

— Очень опасную вещь, — Ягами разложил инструменты на столе. — Я не могу рисковать. В конце концов это преступление — иметь незарегистрированное оружие дома. Я придумал, как смогу обезопасить себя и купил это, — Лайт приподнял небольшую коробочку. — Это взрывчатка.

— Оу, — Рюк аккуратно взял ногтями динамит.

— Я сделаю тайник для незаконной контрабанды, — Лайт сел за стол и включил телевизор. — Я покажу тебе, когда закончу.

— Ладно, — Рюк упал на кровать. — Мне понравился Бакуман.

— Ты уже закончил? — рассеянно спросил Лайт, включая паяльник в розетку.

По телевизору начался выпуск новостей, и Ягами прибавил звук.

— Не знаю, — ответил шинигами. — Вы, люди, такие странные. Столько страданий из-за каких-то картинок на бумаге.

— Жизнь большинства людей очень скучная, — заметил Лайт, скручивая контур из проволоки. — У них недостаточно ресурсов и амбиций, чтобы вырваться из круга дом-работа-дом. Нужно как-то отвлекаться от грустных мыслей.

— У тебя бывают грустные мысли, Лайт?

Ягами пожал плечами.

— До дела Киры я часто страдал от скуки. В школе сейчас период активной подготовки к вступительным экзаменам, — Лайт припаял часть проволоки к изолятору. — Это значит бесконечное повторение материала до состояния безупречности. Это неинтересно, но неизбежно. Я надеюсь, после поступления в университет ситуация улучшится.

— Ты пойдёшь по стопам отца?

Лайт кивнул.

— Мне нравится дело Киры, — неожиданно сказал он. — Я давно не чувствовал себя настолько… живым?

Шинигами усмехнулся.

— А подружка у тебя есть, Лайт?

Тот поморщился.

— Ты говоришь как моя мама. Нет, но я поддерживаю общение с девушками для сохранения нужного имиджа.

Рюк усмехнулся и замолчал. Через пару минут Лайт услышал шелест пакета от чипсов и аппетитный хруст.

— Дашь мне тоже парочку?

Лайт взял протянутые чипсы из-за спины.

— Теперь к криминальной сводке, — раздался голос диктора после окончания долгого репортажа о первом iPhone. — В Токио было предотвращено разбойное нападение на Токю Плаза Сибуя. Наряд полиции арестовал группу преступников, предположительно связанных с якудза. Среди них оказался Намикава Хаяси, привлекаемый к ответственности уже во второй раз, — на экране появилось фото мужчины, забитого татуировками до самой линии челюсти. Лайт отложил паяльник. — Сейчас они содержатся под стражей в областной тюрьме, — картинка сменилась. — Передаю слово с прямым репортажем моему коллеге…

Корреспондент, нервно поправив галстук, сказал:

— Благодарю, господин Насикава. Нападение…

— Сейчас она их убьёт, — сказал Рюк, прожевав чипсы.

В подтверждение его слов, преступники один за другим схватились за грудь и начали падать друг на друга. Репортер осекся, но не выказал большого удивления. Включение прекратилось, и картинка вернулась на изображение ведущего.

— Кира стала часто убивать прямо во время прямого эфира, — заметил Лайт, возвращаясь к паянию. — Эффектно.

Рюк хмыкнул.

— Раньше она так не делала, — продолжил Лайт. Он медленно разложил провода по пакетам и приклеил их к дну ящика. — Образ Киры теперь привлекает больше внимания. В школе разговоры только о ней.

Рюк не отреагировал, продолжая есть чипсы.

— Ей повезло, что последний выпуск новостей идёт так поздно.

Лайт кивнул.

— Я почти закончил. Можешь подойти.

Рюк заглянул Лайту через плечо:

— А-а, ты сделал в своем ящике двойное дно и приделал к нему взрывчатку. Не боишься, что она подожжет твою комнату?

— Она взорвётся только, если кто-то заметит, что в столе есть двойное дно и захочет вскрыть его сверху, — Лайт достал стержень из стакана с ручками. — Настоящий ключ — здесь, — Лайт воткнул его в дно ящика. — Резиновый стержень от ручки — это изолятор, который не дает схеме замкнуться. В пакете под пистолетом — бензин, а по проволоке течёт ток. Если кто-нибудь поднимет фальшивое дно, периметр сомкнется, бензин загорится и подожжет фитиль бомбы. Я надеюсь, что взрыв сможет уничтожить пистолет и технику, но не снесёт стены.

— Это очень опасно, Лайт.

Ягами кивнул.

— Всё в этом деле опасно, Рюк.

* * *

L оторвал большой палец от губы, когда телефон перед ним зазвонил, вырывая его из кокона мыслей. L поднял трубку.

— Да?

— Добрый день, L. У меня важная информация, — с тяжёлой одышкой сказал мужчина на другом конце провода. — Мой агент только что передал мне. Один из подозреваемых купил пистолет.

— Вот как, — L подтянул к себе досье на офицеров полиции и их семьи, которое Ватари подготовил для него. — Кто это был?

— Лайт Ягами, сын шефа полиции.

2006/12/24

— Алло, Аницуко?

Рюк оторвал взгляд от экрана телевизора и обернулся на Лайта. В трубке запищал женский голос. Лайт усмехнулся.

— Слушай, я знаю, что вы с Такако собрались сегодня в город за покупками на Рождество. Не хочешь после этого сходить со мной в “Адский котёл”? Там сегодня играют coldrain, у меня есть два билета. Я собирался пойти с сестрой, но она заболела, и я решил пригласить тебя. — Лайт замолчал, слушая ответ. — Отлично, просто супер, — Лайт усмехнулся, прикусывая колпачок от ручки. — Только не говори Такако, что идёшь куда-то со мной, хорошо? Да, я не хочу сцен, — Лайт снова рассмеялся. — Договорились, тогда встречаемся в десять вечера перед клубом. Домой я тебя провожу.

Лайт нажал на кнопку отбоя, и шинигами спросил:

— Свидание?

— Собираюсь попытать удачу с Кирой, — Лайт открыл дальний ящик и достал карандаш для глаз.

— Ты сейчас позвонил одной из подозреваемых? — Рюк быстро отвернулся от телевизора и заглянул Лайту в лицо.

— Да, — Ягами дотянулся до ноутбука и кликнул на второй профиль. — Я долго думал, что ещё могу сделать после того, как ты и полиция начали вставлять мне палки в колеса, — Рюк хмыкнул. — Я решил пойти от обратного, проверить, не умирал ли кто-то из родственников одной из подозреваемых странной смертью. Такой случай я нашёл только у Аницуко. Её старший брат, Макото, погиб от сердечного приступа три недели назад.

— О, — Рюк склонился к экрану через плечо Лайта. — Почти сразу после того, как Тетрадь оказалась в мире людей.

Ягами кивнул.

— Я его помню по школе, он учился на два класса старше нас с Аницуко. Он над ней издевался, — Лайт растушевал подводку пальцем. — Она часто ходила с синяками на руках. Я слышал, что он присоединился к якудза сразу после выпуска. Думаю, она просто не сдержалась и убила его, как только получила силу. L не заметил этот случай только потому, что официально в полицию Макото никогда не попадал. У меня появился план, как я могу использовать эту информацию. Повезло, что мы и раньше гуляли с ней, предложение не выглядело слишком подозрительным. Кира либо посчитала, что я просто решил пригласить её на свидание, не подозревая, кто она такая, либо ты прав, и я настолько сильно ей нравлюсь, что она готова рискнуть.

— А как же твой сталкер?

— Он тоже часть плана, — Лайт достал зеркало и взлохматил волосы. — Хорошо, что Саю выпросила у отца те билеты.

— Как ты объяснил ей, что она не сможет пойти на концерт?

— Мама запретила ей, — Лайт повторил операцию со вторым глазом. — Концерт в клубе, а ей всего четырнадцать. Она и меня не пустила, но я смог украсть билеты из комнаты родителей. Я спущусь по трубе и убегу, когда все уснут.

Рюк хмыкнул. Лайт сменил домашнюю одежду на черную рубашку и джинсы.

— А тебе идёт, — заметил Рюк. — Непривычный образ.

Лайт пожал плечами, садясь за компьютер.

— Потом будет много мороки, чтобы смыть этот карандаш. Не представляю, как девушки могут краситься так каждый день.

Спустя полчаса Лайт тихо приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Внизу было темно.

— Отец опять ночует на работе, — прошептал Лайт, возвращаясь назад и запирая дверь на защёлку.

Он открыл окно, впустив ночной воздух в комнату.

— Нет, слишком холодно, — заметил он, открывая шкаф. — Но идти за курткой рискованно.

Лайт достал свитер и надел его поверх рубашки. Ягами аккуратно свесился с балкона и ухватился за карниз окна.

— Твой шпион на месте, — оповестил его Рюк.

— Похоже, теперь он следит за нашим домом круглосуточно, — пробормотал Лайт, цепляясь за трубу. — Я думаю, он рассказал L, что видел у меня пистолет.

Лайт аккуратно оттолкнулся от стены и съехал вниз. Подошвы его ботинок тихо ударились о землю.

Ягами пошёл к автобусной остановке.

— Тебе придется как обычно скрываться под землей, чтобы не мелькать у Киры перед глазами, — прошептал он Рюку. — Но я позабочусь, чтобы ты не пропустил самое интересное.

* * *

— Лайт! — Ягами обернулся.

Он стоял в очереди в клуб ближе к середине. Ягами помахал рукой Аницуко, и она подстроилась к нему. Она приоделась: на ней было короткое черное платье с корсетом и перчатки-митенки в сеточку.

— Где все покупки? — спросил он, легко обнимая девушку и стараясь не содрогнуться.

— Оставила на Минору, — прощебетала Аницуко, отбрасывая длинные волосы за спину и открывая обзор на тонкую шею, обтянутую чокером. — Наплела, что появилось срочное дело, и я заберу их завтра. Мы столько всего накупили! Я и для тебя кое-что взяла.

— Тогда мне тоже нужно купить тебе подарок.

— Ну что ты, этот поход уже подарок, — Аницуко мило улыбнулась и взяла Лайта под руку. — Я обожаю coldrain!

— Получилось очень удачно. Кстати, прекрасно выглядишь сегодня.

Аницуко разулыбалась.

— Спасибо, Лайт. Тебе идёт эта подводка. Ты как настоящий рокер.

Ягами засмеялся. Пока они говорили, подошла их очередь. Лайт показал билеты, и они зашли внутрь. В его мозгу мелькнула мысль, что сейчас агент не сможет пройти мимо секьюрити, но краем глаза он заметил, что тот просочился вслед за ними.

— Не хочешь пока чего-нибудь выпить? — сказал Ягами. — У нас есть ещё час до начала концерта.

— Давай. Тут наливают алкоголь?

— Я думаю, они попросят ID, поэтому лучше не рисковать. Газировки?

— Колы, пожалуйста.

Лайт кивнул и подошёл к барной стойке. Аницуко села за круглый столик ближе к сцене. Ягами вернулся к ней с двумя бокалами.

— Если хочешь сходить в туалет, лучше сделать это сейчас, — заметил он. — Скоро туда будет не прорваться.

— Да, ты прав. Подождешь меня?

Лайт кивнул и проводил её взглядом. Как только она исчезла из поля зрения, он аккуратно достал пакетик из кармана джинс и высыпал его содержимое в колу Аницуко. Ягами оглядел пространство. Агент стоял у стены слева от него и неотрывно смотрел на его руки.

Лайт успел спрятать пакет, когда Аницуко впорхнула обратно в зал и пошла к нему.

— Я, наверное, тоже последую своему совету, — он смущённо улыбнулся. — Я быстро.

Ани кивнула и потянула руку к стакану. Лайт быстро дошёл до выхода к туалетам и спрятался за стену.

— Что ты делаешь, Лайт? — спросил Рюк, вырастая из-под земли. — Что ты ей туда подсыпал?

— Сахар, — ответил Лайт и выглянул из-за угла. — Бинго.

Бог Смерти вышел в проход. Группа полупьяных рокеров прошла сквозь него.

— А, я понял, — рот шинигами расплылся в акульей улыбке.

Агент, который следил за Лайтом, стоял рядом с Аницуко и указывал пальцем на её стакан с колой.

— Ну давай же, — пробормотал Лайт. — Она тебе не верит. Убеди её.

Шпион как будто услышал его. Он полез в карман и показал Аницуко что-то похожее на удостоверение личности.

Ани застыла. Лайт видел, как её глаза хаотично заметались по лицу шпиона. Агент быстро спрятал удостоверение и снова что-то сказал Аницуко.

— Пора возвращаться, — Лайт быстро смочил руки водой и встряхнул ими. — Рюк, останься здесь.

Лайт пошёл к Аницуко, стараясь не шагать слишком широко. Агент заметил его краем глаза и повернул голову. Пару секунд они смотрели друг другу в глаза, а затем шпион развернулся на каблуках и пошёл к стене.

— Я вернулся, — Лайт сел на барный стул. — Что за тип к тебе подходил?

Аницуко замотала головой.

— Да никто, не переживай, — она облизнула губы. — Лайт, ты … что-то добавил в мою колу?

— А? — Лайт протянул руку к тому стакану, что стоял ближе к девушке, и понюхал содержимое. — Да, я в этот стакан добавил своё лекарство от головной боли. А что?

— О, — Аницуко с облегчением рассмеялась. — Мне показалось, это мой стакан.

— Прости, я, должно быть, их перепутал, — Лайт смущённо улыбнулся. — У моего лекарства сладкий вкус. Ты, наверное, так заметила?

Ани кивнула. Лайт взял дальний стакан и аккуратно отхлебнул.

— Да, ты права, я добавил его не туда. Кола стала сладкой до невозможности.

Аницуко деревянно рассмеялась, и Лайт начал говорить про учёбу. Та только кивала и периодически бросала взгляды куда-то за его плечо.

* * *

— Это она, — мрачно заметил Лайт, расстегивая рубашку в своей комнате. Он остановился на середине. — Всё получилось. Ещё секунда промедления, и он бы рассказал, что следит за мной.

— А так она будет думать, что этот агент следил за ней? — спросил Рюк, поднимаясь на локте.

Лайт кивнул.

— Что бы там ни было в его удостоверении, её это поразило. Я думаю, он из ФБР или ЦРУ. L не стал бы использовать японскую полицию, чтобы следить за членами таск-форса. Эта реакция — всё, чего я добивался.

— Не боишься, что она его убьёт?

— Кира ещё ни разу не убивала полицейских. Линд Л Тейлор показал твёрдость её принципов, — Лайт продолжил переодеваться. — Не будь их, я был бы уже давно мертв.

Ягами влез в домашнюю одежду и сел за компьютер.

— Аницуко не так проста, как кажется. — Лайт ввел пароль от полицейской базы. — Я знаю, где она живёт, но прорваться туда будет сложно.

Рюк придвинулся ближе, и Лайт показал ему точку на карте.

— В доме мафии должно быть куча сигнализации, — Лайт помолчал. — Я не могу напроситься в гости, это будет слишком подозрительно.

Лайт откинулся на спинку стула.

— Будь это кто угодно другой из списка подозреваемых, было бы значительно проще. Мне нужно подумать.

— А как же твой сталкер?

— Завтра его уже не будет, — Лайт усмехнулся. — Теперь можно смело избавляться от этого ненужного внимания.

2006/12/25

— Папа? Ты так рано вернулся?

Когда голос Саю раздался с первого этажа, Лайт отложил тетрадь и приготовился. Ещё недолго внизу слышался звук воды и стук обуви отца по паркету. Через пару минут он постучал в дверь комнаты сына.

— Лайт? Ты звонил, — сказал Соитиро. Лайт сделал шаг назад, пропуская его.

— Да, отец. Мне нужно с тобой поговорить.

Соитиро сел на край кровати, уперев руки в колени.

— Ты сказал, что тебя кто-то преследует в последнее время.

Лайт кивнул.

— За мной ходит хвост. Везде и всегда: он провожает меня в школу, на подготовительные занятия, даже стоит под моим окном по вечерам. Я не знаю этого мужчину, он не местный.

— Он и сейчас здесь? — Соитиро подошёл к окну.

Лайт кивнул и поднялся. Он аккуратно отодвинул занавеску в сторону.

— Выгляни в окно. Он всё ещё там. Видишь?

Лайт отошёл, и Соитиро занял его место. Он немного подался вперёд, краем глаза осматривая улицу. По телу Лайта прошла легкая дрожь. Он понадеялся, что агент не решил скрыться, когда Ягами-старший вернулся в дом.

— Европеец? — напряжённо спросил Соитиро.

— Да, — выдохнул Лайт.

Ягами-старший перевёл на сына настороженный взгляд, выпуская штору из рук.

— Я сейчас же задержу его. Твоих слов хватит, чтобы начать дело. В домах вокруг достаточно камер, чтобы подтвердить их.

Лайт покачал головой.

— Сначала я хочу узнать, что ему нужно от меня. Он не кажется извращенцем, — Лайт делано поморщился. — И он ни разу не пытался причинить мне вред. Я предлагаю сделать так: сейчас я выйду из дома и пойду к полицейскому управлению. Он пойдёт за мной на небольшом отдалении. Ты должен нагнать его и остановить рядом с автобусной остановкой. Удержи его на пару минут. За это время я вернусь к тебе, и мы узнаем, что ему от меня нужно.

— Не могу представить, какое безобидное дело могло заставить его следить за тобой. Это может быть опасно, Лайт.

— Он не пытался ко мне приблизиться, — Лайт пытался не давить на отца, но L наверняка сможет спасти сталкера от полицейского преследования, и тогда план провалится. — Мне кажется, в первый раз я заметил его в четверг, значит, он следит за мной уже пять дней.

Соитиро вздохнул.

— Хорошо, Лайт, если ты считаешь, что так будет лучше. Будь осторожен и звони, если что-то пойдет не так, — Соитиро положил руку Лайту на плечо. Тот кивнул.

Лайт подхватил портфель для реквизита и вышел на улицу. Погода уже начала портиться, но снега всё ещё не было, поэтому он ограничился осенней курткой.

— Хочешь, чтобы шпиона поймал твой отец? — спросил Рюк, когда они отдалились от дома Ягами на достаточное расстояние.

Лайт кивнул.

— Он должен сам увидеть его удостоверение. Я думаю, как только он поймёт, что агент следил за мной из-за дела Киры, он поведёт его в полицейское управление прямо к L.

Вряд ли я единственный, за кем установлено наблюдение. L считает, что у Киры есть доступ к информации полиции, поэтому ему нужно проверить всех потенциальных инсайдеров. Когда отец приведёт к нему агента с обвинением, L придётся во всем признаться. Я специально выдернул отца посередине рабочего дня, чтобы в отделении осталось побольше людей. Таск-форс расколется. Невозможно доверять человеку, которого ни разу в жизни не видел и который устанавливает за тобой и твоими близкими наружное наблюдение.

Лайт остановился на светофоре. Улицы были пустынны. Ему очень хотелось обернуться, но он сдержался.

— Как только я избавлюсь от наблюдения, я смогу сделать следующий шаг в поимке Киры, — продолжил Лайт. — Скажи, Рюк, если я найду Тетрадь у Киры, заберу её себе и откажусь от владения, Кира потеряет память?

— Я так не думаю, — проскрежетал Рюк. — Правила не приспособлены к тому, чтобы Тетрадью пользовались люди, которые ей не владеют, так что я точно не знаю. Твой первоначальный план с пистолетом надежней.

Лайт хмыкнул. Они уже почти дошли до полицейского управления.

— Единственное, что меня волнует, — продолжил он. — Что если агент скажет отцу, что видел, как я покупаю пистолет? Хотя я принял меры предосторожности, мне бы не хотелось, чтобы мою комнату осматривали.

Лайт перешёл дорогу и свернул к небольшому парку.

— Отец уже должен был поймать его. Не думаю, что это сложно. Главное, чтобы агент не оказал сопротивления, — сказал Лайт. Он пригнул голову и быстро прошел под зарослями кустарника, кружным путём вернувшись обратно к автобусной остановке.

— Вот они, — прошептал Лайт, кивая в сторону отца. Тот одной рукой держал растерянного агента за плечо, рассматривая его удостоверение.

Лайт пропустил лимузин, который пронесся по дороге, и подошёл к ним.

— Отец, — начал Лайт.

— Тебе не показалось, Лайт, — прервал его Соитиро и протянул удостоверение. — За тобой действительно следили.

Лайт взял корочку и прочитал:

— Рей Пенбер, специальный агент ФБР, — он поднял глаза, изображая удивление. — Зачем агенту ФБР понадобилось следить за мной?

— L вызвал нас, чтобы организовать наблюдение за работниками японской полиции и их семьями, — обречённо ответил Пенбер, вырывая руку из захвата. — Он считает, что через работников специального подразделения информация попадает к Кире. Мне поручили проверить семью Ягами.

Лайт кивнул, возвращая удостоверение Рею.

— Мистер Пенбер, вы меня напугали, поэтому я попросил отца о помощи, — признался Лайт. — Но раз у вас не было плохих намерений, я считаю, что ситуацию можно считать исчерпанной.

— А я так не считаю, — яростно возразил Соитиро. — Какое право L имеет вызывать спецслужбы чужого государства, чтобы следить за японской полицией?!

Рей перевёл недоверчивый взгляд с лица Лайта на Соитиро.

— Мы немедленно идём в полицейское управление, — заявил Ягами-старший, снова схватил Пенбера и поволок вслед за собой. Агент ФБР не решился сопротивляться. — Расскажите всё L.

Лайт пошёл за ними.

— Я смотрю твой план снова удался, — заметил Рюк.

— Ещё не всё, — прошептал Лайт. — Я должен поговорить с Пенбером, пока он не сболтнул лишнего.

Через пять минут они зашли в полицейское управление. Соитиро взял для Лайта и Рея гостевые пропуски, и они направились в штаб-квартиру. Отец Лайта не отпускал плечо Пенбера, распугивая яростным взглядом коллег перед собой, поэтому Лайту оставалось только молча идти вслед за ними, на ходу пожимая руки знакомым.

— Отец, — окликнул его Лайт. — Подожди, ты уверен? Если ты сделаешь это, мистера Пенбера наверняка уволят.

— Меня это не интересует, — отрезал Соитиро.

Он распахнул дверь в кабинет и схватил трубку телефона.

— Алло, Ватари? — спустя два гудка сказал Соитиро. — Мне нужно срочно устроить совещание с L. Это очень важно. Я соберу команду в главном зале. Хорошо, начинаем через десять минут. Хорошо.

Соитиро бросил трубку на стойку и сказал Лайту:

— Я проверю, сколько народу сейчас в управлении и приведу их в главный зал. Подождете меня здесь?

Лайт кивнул. Соитиро сжал его плечо и ушёл, хлопнув дверью.

Рей тяжело опустился на гостевой стул, запустив пальцы в волосы.

— Вы вчера разговаривали с Ани, мистер Пенбер? — нарушил молчание Лайт. Кончики его пальцев еле заметно подрагивали. У них есть в лучшем случае минут пять.

— С твоей девушкой? Да. Что ты подлил ей в стакан?

— Ничего, — Лайт покачал головой. — Я их перепутал. Я добавил в свой бокал лекарство от головной боли. Вы же видели, я забрал его себе.

— Да, — нехотя подтвердил Рей. — Теперь скажи, зачем тебе пистолет?

— Какой пистолет? — изобразил удивление Лайт. — А! Я купил его из-за вас.

Рей оторвал взгляд от носков своих ботинок.

— В каком смысле?

— Вы за мной следили, — Лайт добавил в голос обвиняющих ноток. — Я хотел чем-то себя защитить. Он не настоящий, просто муляж. Может сделать громкий хлопок и только. Я решил, что это лучше, чем ничего.

Рей продолжал сверлить его недоверчивым взглядом.

Лайт с деланным смущением взлохматил волосы.

— Могу представить, о чём вы подумали вчера, — заметил он.

Рей кивнул, устало выдыхая.

— Теперь у меня будут проблемы.

— Я попробую помочь, — сказал Лайт, садясь на стул рядом. — Вы оказались в этой ситуации из-за меня. Теперь, когда я знаю, что у вас были добрые намерения, я обязан это сделать.

Пенбер неуверенно улыбнулся. Сердце Лайта билось где-то в горле.

— Мне нельзя сейчас терять работу. Я скоро женюсь.

Лайт ободряюще улыбнулся.

— Я сделаю всё, что смогу, чтобы образумить отца. Я тоже хочу, чтобы Киру поймали.

Рей не успел ответить. Дверь распахнулась, и Соитиро сказал:

— Пойдёмте, все уже собрались.

Главный зал части управления, которую отдали под штаб-квартиру расследования дела Киры, представлял собой вытянутое помещение с десятком столов для полицейских. Сейчас почти все они были заняты. Гул слегка утих, когда в зал зашёл господин Ягами.

— Лайт! — воскликнул Мацуда и помахал ему рукой. — Ты теперь помогаешь и с делом Киры?

Лайт ответил на приветствие.

— Ты помогал полиции? — шепнул Рей.

Ягами кивнул.

— Работал консультантом на паре дел.

— L, мы в сборе, — огласил Соитиро, прерывая их разговор.

— Отлично, — из динамиков раздался механический голос. — Что вы хотели мне рассказать?

— Сегодня мой сын заметил за собой слежку. Я поймал его сталкера и выяснил, что им оказался агент ФБР, который получил задание следить за моей семьей!

В комнате повисла тишина.

— Я понимаю ваши чувства, господин Ягами, — после небольшой паузы сказал L. — Но эта мера была абсолютно необходима. Мы знаем, что у Киры есть доступ к данным полиции о ходе расследования. С помощью наружного наблюдения я надеялся установить, через кого происходит утечка и таким образом определить личность Киры.

— За кем-то ещё, кроме семьи господина Ягами, следили? — напряженно спросил Укита.

— Агенты ФБР получили задание наблюдать за всеми участниками расследования и их семьями, — ответил механический голос.

По комнате пробежала волна шепотков.

— Возмутительно, — высказался детектив рядом с Лайтом. Он встал на ноги и ударил ладонями по столу. — Мы работаем на L, выполняем все его указания, рискуем жизнями, светя удостоверениями в полях, а за это получаем такое отношение?!

Гул стал сильнее.

— И что ты сделаешь, Лайт? Ты обещал защитить Рея. Но ты же этого и добивался: бунта? — спросил Рюк, облетая Лайта по кругу.

— Прошу вас, — продолжил L. — Не воспринимайте это на свой счёт.

— L прав, — вклинился Лайт. Все обернулись на него. — Это логичный шаг. Он неприятен, — признал он. — Мне было не по себе, когда за мной всю последнюю неделю ходил неизвестный мужчина. Но если это поможет поимке Киры, это нужно сделать.

— Теперь в слежке нет никакого смысла, — сухо заметил L. — Даже если среди полицейских был Кира, сейчас он никак себя не выдаст.

Лайт кивнул.

— Я прошу прощения за срыв операции. Не увольняйте мистера Пенбера, он ни в чем не виноват.

Пенбер бросил на Лайта благодарный взгляд. Ягами кивнул агенту ФБР, чувствуя на себе неприязненные взгляды команды.

— Непозволительно, — заметил детектив рядом с Лайтом. — Я не собираюсь работать в таких условиях. Мало нам того, что общаться приходится с компьютером, так теперь ещё терпеть это! Моя жена тоже говорила, что заметила странного человека, который следовал за ней!

Комната наполнилась шепотками, пока он собирал вещи. Теперь все обсуждали, что тоже видели кого-то подозрительного. Лайт поспорил бы, что никто из них больше ничего не заметил. В конце концов, в ФБР работали профессионалы.

— Я пойму, если кто-то захочет уйти, — ответил L. — Мистер Ягами, сообщите мне, сколько человек останется.

Остались почти все. Когда в комнате снова стало тихо, Лайт заметил:

— Наверное, мне пора, отец.

— Ты дойдёшь сам? — озабоченно спросил Соитиро.

— Лайт, — вдруг позвал голос из компьютера.

Ягами обернулся к темной литере L на белом фоне.

— Ты очень наблюдателен. Есть ли у тебя идея, кто может быть Кирой?

Лайт вскинул голову.

— Нет, — сказал он. — Единственное, что я знаю — никто из моей семьи, включая меня, на такое не способен.

— Конечно, — отозвался L. — Теперь ты можешь идти.

* * *

— Кажется, у тебя всё-таки не получилось, — заметил Рюк, когда они вышли из полицейского управления.

Лайт вздохнул.

— Я недооценил преданность полицейских. Возможно, убей Кира кого-то из них, эффект был бы лучше. В любом случае, первый шаг сделан. Кроме того, теперь я свободен от преследователя. Пошли, Рюк, навестим дом Киры.

Лайт свернул на длинную аллею. Голые деревья тихо качались в такт его шагам.

— Я привлёк к себе внимание L, — с досадой сказал Лайт.

— А? — Рюк обернулся к нему.

— L должен знать, что Пенбер видел у меня пистолет. Я думаю, Пенбер не станет рассказывать L, что показал кому-то удостоверение, если не хочет вылететь из ФБР немедленно. Но даже с учётом этого, я сорвал его операцию. Может быть это и не говорит о том, что я Кира, но точно делает меня подозрительным, — Лайт остановился перед трёхэтажным домом и задумчиво сказал: — Это здесь.

— Обычный дом, — заметил Рюк.

— Почти, — Лайт отошёл за ствол дерева. — Смотри.

В этот момент дверь открылась и в дверном проёме показался отец Аци, глава клана Хаяси. Он был одет в строгий костюм. Толстые золотые часы болтались на массивном запястье. Когда он вскинул руку, чтобы проверить время, его рукав пополз вверх, оголив край татуировки.

— У вас в Японии татуировки есть только у мафии? — спросил Рюк.

Лайт покачал головой.

— Сейчас нравы стали менее строги, но в основном да, их делают якудза, — Лайт проводил его взглядом. — Мой отец давно хочет добраться до господина Хаяси.

Ягами развернулся и пошёл в обратном направлении.

— Если я просто влезу к ним с пистолетом наперевес, то рискую сам получить пулю в лоб.

2006/12/26

— Всё-таки решил вломиться к Кире в дом, Лайт? — насмешливо спросил Рюк, наблюдая, как Ягами натягивает на шею балаклаву.

— Нет, — ответил он. Лайт осторожно приподнял ложное дно своего тайника и достал оттуда несколько скрытых камер. — Я собираюсь влезть в соседнее здание и поставить на него камеры так, чтобы они смотрели в окна Ани. Пусть постоят пару недель. Так я пойму распорядок дня Хаяси. После смерти брата Ани живёт в доме только с родителями, не считая горничных и садовника. Наверняка есть моменты, когда она остается одна.

Лайт опустил крышку и спрятал камеры в карманы.

— С сигнализацией будет совсем плохо, я никогда их не взламывал, — продолжил Лайт. — Пульт управления наверняка внутри дома. Я решил, что гораздо проще будет прийти туда, когда там будет одна Ани, — Лайт помолчал. — И всё равно это очень опасный план.

Рюк хмыкнул. Лайт сложил набор скрытых камер в рюкзак, натянул куртку и открыл окно. Он съехал вниз по водосточной трубе отработанным движением и пошёл по ночной улице по направлению к автобусной остановке.

— Я поднял архив по семье Аницуко, — сказал он, когда они немного отошли от дома. Ночная улица была пустынна, поэтому он позволил Рюку лететь рядом. — Мать, судя по всему, нигде не работает. Брат умер совсем недавно. Отец по бумагам числится директором строительной фирмы. Больше близких родственников я не нашёл.

— Значит, к ней будет тяжело подобраться?

Лайт пожал плечами. Они свернули на аллею.

— Если бы с ней в одном доме жило больше человек, ситуация была бы почти неразрешима. Пока я бы сказал, что она терпима, и у меня может получиться. Сейчас самым слабым звеном выглядит мать. Я планирую последить за ней на следующей неделе. Если мне повезёт, я украду ключ и сделаю копию. Главное, чтобы не оказалось, что у них электронный замок.

Лайт остановился рядом с домом Хаяси и свернул в переулок.

— Тут же тоже кто-то живёт? — спросил Рюк, задирая голову на окна соседнего здания.

— Да, но когда мы были здесь в последний раз, у меня возникла идея. Видишь этот выступ? — Лайт указал на край крыши местного театра, который загибался вверх в китайском стиле. — Он очень близко расположен к забору. Если мне удастся зацепить за него камеру, она будет смотреть прямо в окна Аницуко.

— Откуда ты знаешь, где её комната?

— Я уже был там, — Лайт усмехнулся. — На её дне рождения пару лет назад.

— Твоя осведомленность тебе слишком сильно помогает, Лайт, — недовольно заметил Рюк.

— Слава богам, — он усмехнулся и на пробу взялся за кованый забор.

Сигнализация не закричала, и Лайт полез наверх. Рюк непринужденно взмыл в воздух и завис рядом с ним.

Лайт добрался до кованых пик и примерился к стене.

— Чёрт возьми, — Лайт сделал ещё один шаг вверх по забору и завис, чтобы поймать равновесие. — Рюк, скажи, если я начну падать, ты меня поймаешь?

— Нет, — флегматично отозвался бог смерти, паря рядом. — Сам справишься.

Лайт вздохнул и подтянул выше вторую ногу, одновременно выпрямляясь и упираясь руками в стену театра. Слегка закряхтев, он ухватился за карниз и подтянул себя к подоконнику, отрывая ноги от опоры. Подошвы ботинок ударились о стену, Ягами рывком дернул себя вверх и сел на подоконник.

Он завис в таком положении на несколько минут, пытаясь отдышаться. Дыхание холодным облаком вырывалось из его рта.

— Всё, последний рывок, — он заглянул в темное окно, но не увидел людей в глубине комнаты.

Лайт ухватился за карниз, и спустя пару минут оказался на крыше.

Он устало упал на красную черепицу. Рюк без труда приземлился рядом.

— Хочу крылья, как у бога смерти, — сказал Лайт, смотря в чистое звездное небо. В морозном воздухе звезды почему-то всегда казались ему ярче.

Рюк хмыкнул.

— Ладно, — Ягами поднялся и посмотрел в сторону дома Аницуко. С той стороны было тихо. Он осторожно подполз к краю крыши.

— Всё ещё не надумал забрать Тетрадь себе, Лайт?

Ягами достал из кармана моток проводов и начал настраивать камеру.

— Стоит ли мне считать это за знак, что я на верном пути, Рюк? — спросил он, поворачивая камеру и доставая небольшой монитор, чтобы проверить её работу.

На нём замелькали цифры, и через несколько минут появилась слегка размытая картинка. Лайт немного повернул камеру.

— Теперь в кадр попадает и окно, и входная дверь. Я думаю, недели хватит, чтобы найти какой-нибудь безопасный слот, чтобы проведать Аницуко, — Лайт спрятал монитор в карман и вздохнул. — Я предлагаю обмен: ты меня сейчас спустишь на землю, а я принесу тебе новую партию манги, идёт?

2006/12/31

— Ну, как идёт наблюдение, — Рюк перегнулся через плечо Лайта. Ягами кашлянул в кулак: после нескольких прогулок без куртки он чувствовал, что заболевает.

— Неплохо, — Лайт щелкнул мышкой, переключаясь с записи с камеры на Excel файл. — Отца ожидаемо нет большую часть дня. У матери более хаотичный режим: вчера она ушла вместе с мистером Хаяси, но вернулась глубоко за полночь. Садовник приходит только по выходным, сейчас зима, ухаживать почти не за чем, горничная — три раза в неделю. Сама Аницуко всю неделю вела себя как обычно. Пару раз выходила погулять с подругами, каждый день ходила в школу.

— Кто-то умер в это время?

— Да, но теперь это ни о чем особо не говорит. Кира всё ещё убивает поздно вечером или глубокой ночью. К этому времени по телевизору идут одни повторы новостей. Тебе не удастся сбить меня с пути, Рюк.

Лайт щёлкнул по колонкам с таймингом недели. Двухчасовые интервалы после обеда во вторник и четверг были помечены зелёным.

— Я думаю, пора действовать. Придётся придумать какую-то отмазку, чтобы не пойти в школу хотя бы один день. Эти промежутки, — Лайт указал курсором на зелёные цифры, — моя единственная возможность застать её одной. В принципе, я могу просто прийти к ней под надуманным предлогом, не думаю, что Аницуко меня развернёт. С ней одной я справлюсь.

— Может всё-таки заберёшь Тетрадь себе, Лайт? — кисло спросил Рюк. — Я надеялся, что это приключение продлится подольше.

— Я не могу запретить тебе снова бросить Тетрадь в мир людей, — вздохнул Лайт, выключая компьютер. — Даже мне под ноги.

— Ты прав, Лайт, — Рюк проследил за ним глазами, пока Ягами доставал тетради. — Или Кире.

— Слишком тривиальное решение, — заметил Лайт. — Аницуко вспомнит, что была Кирой, если снова возьмёт в руки Тетрадь?

— Да. Воспоминания не стираются навсегда при отказе от неё, они блокируются до следующего контакта.

Лайт вздохнул.

— Что ж, мне остается надеяться, что ты этого не сделаешь, — он включил телевизор. — На Земле ещё живут люди с заблокированными воспоминаниями о Тетрадях?

— Нет, насколько мне известно. Бог Смерти не может передать свою единственную Тетрадь человеку, это запрещено. Раздобыть вторую Тетрадь не так просто.

— Как ты получил вторую Тетрадь?

На экране шли титры воскресного ситкома. Лайт привычно открыл учебник по математике.

— У Богов Смерти тоже есть Король. Я обхитрил его и взамен взял вторую Тетрадь.

— И он никак тебя не наказал?

— Король ценит хорошую шутку.

Лайт задумчиво кивнул. На экране мигнула заставка шестичасовых новостей.

— Кира сегодня не убивала, — заметил Ягами. — Необычно.

— Добрый вечер, уважаемые слушатели, — ведущий улыбнулся в камеру. — Вы слушаете воскресные новости на канале NHK. На прошедшей неделе прошло сразу два саммита в Токио. Президент Соединённых штатов… — ведущий осекся и прижал к уху наушник. — Извините, — его голос дрогнул. — Мы прерываем наш репортаж для экстренного включения. Только что мне сообщили, что двенадцать агентов ФБР, тайно прибывших в Японию по делу Киры, умерли от сердечного приступа.

Ручка Лайта оставила небольшую кляксу на бумаге. На экране появилась сетка из фотографий. Лайт застыл, гипнотизируя изображение Рея Пенбера, пока не почувствовал, как онемение за ребрами начинает ползти мелкими мурашками по спине.

— Официальные представители ФБР и Интерпола не давали комментариев по поводу произошедшего. Наш корреспондент прямо сейчас находится напротив штаб-квартиры японской полиции, передаю слово тебе, Ясуши, как обстановка?

— Спасибо, сегодня необычайно ветрено, надеюсь, меня хорошо слышно, — репортёр неловко засмеялся. — Мы пока не успели пройти в управление, чтобы получить комментарии, новость пришла из ФБР буквально десять минут назад. Судя по всему, в полиции сейчас настоящий хаос. Если Кира отступила от своих принципов и убила невинных людей, кто знает, может, вся штаб-квартира разбежится в страхе за свою жизнь?

— Ясуши, — картинка переключилась на студию, — мне только что сообщили, что сотрудник полиции анонимно вышел на связь с редакцией, — ведущий приложил палец к наушнику и замолчал, слушая сообщение. — Невероятно! Наш информатор говорит, что личность одного из агентов, Рея Пенбера, была недавно обнародована членам штаб-квартиры по делу Киры. Судя по всему, Пенбер следил за кем-то из полицейских по личному приказу Л!

Сердце Лайта прыгнуло в горло. Они не должны обсуждать такие вещи в прямом эфире. Если ведущий назовет его имя…

— То есть L подозревает, что Кирой может быть кто-то из полицейских Японии? — спросил Ясуши. — Это имеет смысл. Один из наших стражей порядка получил божественную силу и воспользовался ей, как должно. Это предупреждение всему миру: не нужно идти против воли Бога, принесшего истинную кару в наш мир.

Журналисты ещё пару минут обсуждали поведение Киры и полиции Японии, и новости переключились на следующий репортаж. Лайт выключил телевизор. Сердце колотилось где-то за горлом.

— Она все-таки его убила, — во рту внезапно пересохло. — Я не должен был надеяться, что Кира продолжит быть милосердной, когда её загонят в угол. Это моя вина.

Лайт закусил ноготь, гипнотизируя экран телевизора. Картинка сменилась на огромный пожар где-то на юге Японии.

Ягами снова включил компьютер и открыл камеру наблюдения. Машина отца Аницуко как раз появилась в кадре и остановилась перед домом. Взгляд Лайта на несколько секунд бесцельно завис на нём. Хаяси зашёл в дом, прижимая к уху телефон и одной рукой открывая дверь.

— Черт, никаких шансов прийти к Кире.

Лайт проследил, как на первом этаже включается свет. Он видел, что Аницуко сбежала по лестнице и поцеловала отца.

— Почему она не убила меня? — хрипло проговорил Лайт, всё ещё следя за камерой.

— Я же говорил, ты ей нравишься, Лайт.

— Настолько? Ведущий только что сказал, что Пенбер следил за полицейским. Аницуко знает, что мой отец — глава японского штаба, — в горле пересохло. — Не могла же она не догадаться? Ладно, — помолчав, сказал он. — Раз я ещё жив, будем считать, что у Киры есть на это причина, и немедленно она меня не убьет. Если я смогу дожить до вторника, то приду к ней, и мы закончим это дело.

* * *

У Соитиро раскалывалась голова от шума в штаб-квартире. Последний раз у него был выходной на прошлой неделе — а сегодня было воскресенье.

— L, ты на связи? — устало спросил он, когда на экране ноутбука появилась чёрная литера.

— Да, господин Ягами.

— Может, поясните, как имена и фото агентов ФБР, которые следили за нами, оказались у Киры? — громко спросил Укита, не дав Соитиро вставить слово.

— Мне это неизвестно, — мягко отметил L. — Возможно, у Киры получилось вступить в контакт с одним из них.

— Это ни в какие ворота уже не лезет, — отрезал тот. — Теперь Кира убивает любого, кто пытается его выследить? Мы каждый день предъявляем свои удостоверения с настоящими именами и фамилиями!

По комнате прокатился ропот. На этот раз Ягами знал, что волну негодования не остановить.

— С меня хватит, — заявил детектив с первого ряда. — Нужно было уйти, когда вскрылось, что L следит за нами.

— Послушайте… — начал Соитиро.

— Не останавливайте их, господин Ягами, — прервал его L. — Я понимаю ваши чувства. Своими действиями Кира подняла ставки в этом расследовании. Все, кто пожелает выйти из него, могут свободно это сделать без потери работы. Я попрошу остаться только тех, кто готов рискнуть своими жизнями, чтобы поймать Киру.

Соитиро без особого выражения смотрел, как его сотрудники один за другим покидают кабинет.

— Я с тобой, L, — прошептал он. — До конца.

— Спасибо, господин Ягами. Я не сомневался в вас.

Спустя полчаса кабинет почти совсем опустел.

— Это всё? — Ягами обреченно обвел глазами пятерых агентов, которые остались в кабинете.

— Мы готовы следовать за вами, шеф, — заявил Мацуда.

— Сколько человек осталось, господин Ягами?

— Шестеро, считая меня.

— Хорошо, — Соитиро не смог понять, что чувствует L по его голосу. — Теперь я знаю, что остались только самые преданные делу агенты. Я могу вам доверять.

— Да, но мы не можем доверять тебе, — заявил Сюити.

— Айдзава! — сказал Соитиро.

— Мы заслуживаем знать, с кем работаем, шеф, — отрезал он. — Если L просит нас рискнуть своими жизнями, значит, должен быть готов пожертвовать и своей.

— Вы правы, — сказал L. — Пора нам познакомиться лично. Приезжайте к Хилтон Токио. Заходите по одному с разницей как минимум в пятнадцать минут. Вам нужно подняться в президентский люкс.

Полицейские переглянулись. Экран компьютера погас.

2007/01/01

— Саю, отнесёшь отцу чистую одежду?

— Ну, — протянула Саю с дивана и перелистнула страницу журнала. — У меня сегодня свидание.

Лайт выглянул из комнаты на лестничную клетку.

— Сейчас опять начнёт отчитывать девочку, — заметил Рюк.

— Просто выйди пораньше, — с нажимом предложила Сатико. — И вообще, Саю, тебе следовало бы больше времени уделять учебе, а не…

— Я отнесу, мам, — Лайт быстро спустился на пару ступенек вниз и выглянул на первый этаж.

— Тебе разве не нужно заниматься, сынок?

— Сделаю перерыв. Может быть немного повеселю отца. Давно уже он не встречал Новый год в Управлении.

— Спасибо, Лайт, — крикнула ему Саю с дивана.

— Будешь должна!

Саю показала ему “Окей” пальцами, и Лайт скрылся в комнате родителей, чтобы собрать отцу смену одежды.

Мать нагрузила его пакетами, и Лайт вышел из дома, накинув куртку. Начался легкий снегопад чуть ли не впервые за эту зиму.

— Хочешь разузнать что-то полезное? — Рюк вылетел следом.

— Дальше ресепшена меня всё равно не пропустят, — мрачно отозвался Лайт. — Может быть удастся разговорить полицейских на входе. Слухи по управлению всегда распространяются быстро.

Лайт свернул на аллею на пути к штаб-квартире. По экрану на офисном здании вдалеке снова крутили сюжет о смерти Рея.

— Я думал, как у Киры получилось узнать имена и лица агентов ФБР, — нарушил молчание Лайт. — Умерло почти двадцать человек, связанных с делом Киры в ФБР, в том числе руководство уровня B-2, если переносить стандартную иерархию на мир ФБР, — Ягами остановился на светофоре. — Я не верю, что вся информация поступила от Пенбера. По-хорошему, он даже не должен был знать имена других двенадцати агентов, которые следили за полицейскими, — загорелся зелёный. — Обычно в таких структурах информирование строится по цепочке. Я думаю, максимум, что могла выяснить Кира — это имя его непосредственного руководителя.

— Как же ей тогда удалось убить их всех?

Лайт немного помолчал.

— Рюк, скажи, лист, вырванный из Тетради, обладает такими же свойствами, как и сама Тетрадь? Можно убить человека, записав его имя на клочке бумаги из неё?

— Боги Смерти обычно так не делают, но да, можно.

— Тогда другой вопрос. Могла ли Кира приказать Рею с помощью Тетради записать имена агентов, которые ему известны, на такой листок с достаточно далекой датой смерти, а затем передать его одной из своих жертв? Тогда, если Рей действительно знал только имя своего начальника, он смог бы написать только его. Но тот почти наверняка знал всех остальных агентов, и убил уже остальных одиннадцать человек. Кире пришлось бы как-то продумать момент уничтожения листа в конце, но это кажется удобным для неё решением.

— Так сделать не получится. У Тетради есть защита от цепочек смертей. Кира может управлять действиями людей перед смертью, пока это не провоцирует побочные смерти.

— Вот как, — протянул Лайт. До управления оставалась пара шагов, поэтому он остановился и сел на скамейку в парке. Вместо того, чтобы расположиться рядом, Рюк привычно скрылся наполовину в асфальте. — Если попытаться так сделать, неудачливый убийца умрет от сердечного приступа?

— Да. По этой же причине с помощью Тетради нельзя совершить массовое убийство, не перечислив имена всех жертв.

— Умно, — протянул Лайт. Он провел рукой по подбородку. — Тогда Кире нужно было заставить Рея поделиться именем и фото своего начальника под давлением. Могла ли она где-то засветиться? Если Аницуко мелькнёт где-то на камерах видеонаблюдения, полиция легко на неё выйдет.

Шинигами ухмыльнулся.

— Ты, конечно, знаешь, как она это сделала?

— О, да. Я знатно повеселился, наблюдая за ней. Эта девочка не промах.

— Я не заметил, чтобы ты надолго меня покидал в тот день, — Ягами пытливо всматривался в лицо шинигами. Ухмылка Рюка стала шире. — Ладно, может, я найду ответ в файлах полиции сегодня вечером.

Лайт достал телефон и набрал номер отца.

— Не отвечает, — спустя несколько бесплодных гудков сказал он. — Странно. Может быть важное совещание? Рюк, спрячься пока здесь. Вдруг Кира пройдёт мимо.

Рюк что-то проворчал, но послушался.

Лайт поднялся по ступенькам и открыл дверь. Внутри было необычно пусто даже для праздничного дня.

— Послушайте, я непременно должна поговорить со следователями! — девушка в черной кожанке с длинными волосами опиралась на стойку ресепшена. У Лайта на секунду мелькнула мысль, что перед ним Аницуко, но он быстро сбросил наваждение.

— Я же сказал вам, — в голосе дежурного прорезалось раздражение. — Сейчас здесь нет никого из тех, кто ведёт дело Киры.

— Но мне назначили встречу!

— Я сын Ягами Соитиро, Лайт, — вмешался Лайт. Он протянул пакет второму дежурному. — Значит, его нет на месте? Тогда я могу оставить его сменную одежду вам?

— О, Лайт, давно не виделись!

— А вы… извините, я почти никого не помню из дежурных, — Лайт смущенно улыбнулся, краем глаза наблюдая за девушкой. Она перестала пререкаться с другим полицейским и теперь внимательно рассматривала Лайта.

— Да, нас здесь много, — дежурный улыбнулся. — Я помню, как ты в прошлом году разрешил дело со страховкой.

— Правда? Тогда извините. Мне тут расписаться? — он указал на бланк посещений.

— А какие-то догадки по делу Киры у тебя есть? — быстро спросил он, пока Лайт оставлял свой автограф. — Ты же обнаружил наблюдение за полицейскими, которое установил L.

— Да, кое-что есть, — Лайт отложил ручку. Он чувствовал кожей взгляд девушки. — И если я прав, я умнее L.

Ягами повернулся к ней. Бледная кожа и цепочка синих капилляров контрастировали с черными волосами, делая весь её вид болезненным. Предельное напряжение сжимало её мышцы, заостряя черты. Лайту показалось, что ей в районе двадцати пяти.

— Мой отец возглавляет это расследование, — пояснил он. — Если у вас есть важная информация, я могу передать ему её лично, когда он выйдет на связь. После убийства агентов ФБР, многие полицейские отказались от дела, а остальные, наверное, сейчас отдыхают с семьями.

— Лайт, ну не при посторонних же, — возмутился дежурный, с которым до этого ругалась девушка.

— Это не такой уж и секрет, — заметил Лайт. — К тому же её вид вызывает у меня доверие. Вы же поняли, что расследование ФБР связано с полицией Японии, поэтому пришли сюда?

Девушка кивнула. Она обошла его лицо внимательным взглядом.

— Предлагаю немного подождать на улице. Как только отец ответит на моё сообщение, я дам вам поговорить с ним по телефону.

— Хорошо. Спасибо, — девушка бледно кивнула. Лайт открыл перед ней дверь. Она вышла из здания, кутаясь в куртку от поднявшегося ветра.

— Я — Лайт Ягами, — он протянул ей руку. — А вы?...

Девушка замешкалась, и Лайт спохватился.

— Не надо, не говорите. Сейчас это благоразумно. Просто скажите, как к вам лучше обращаться?

— Наоми, — ответила девушка, слегка улыбнувшись. Лёд в её глазах немного оттаял.

— Не японское имя, — заметил Лайт. — Хотя вы явно японка.

— Да, я подкорректировала его после переезда в США. Когда вернулась сюда, решила ничего не менять.

— Вот как, — протянул Лайт. — Что ж, мне приятно познакомиться, Наоми-сан.

Она кивнула. Несколько минут они шли молча. Лайт скосил глаз на свою спутницу.

Может быть ФБР послало в Японию сразу несколько групп, и Кира смогла убить только одну из них? Наоми не казалась похожей на подругу Аницуко, которая вдруг решилась её сдать.

Лайт уже открыл рот, чтобы попробовать аккуратно вытянуть, что ей известно о расследовании дела Киры, но Наоми его перебила:

— Дежурный сказал, что вы обнаружили слежку за собой, Лайт-кун. Это правда?

Ягами кивнул. Они свернули в парк перед Управлением.

— За мной несколько недель следил неизвестный мужчина. Я испугался, что это какой-то извращенец или что похуже, и рассказал отцу. Тот остановил его, и оказалось, что это был агент ФБР по делу Киры. L пришлось признаться, что он установил наблюдение за полицейскими и их семьями, чтобы найти крота, через которого Кира получала информацию о ходе расследования.

— Вот как, — пробормотала Наоми. — Рей мне ничего не рассказал.

— Рей? — Лайт остановился, чувствуя, как в груди шевельнулось нехорошее предчувствие. — Рей Пенбер?

Наоми сделала ещё два шага и обернулась к Лайту.

— Откуда вы знаете это имя?

— Это он следил за мной, — напряженно ответил он. — Я увидел его удостоверение, когда отец его задержал. Рей Пенбер, специальный агент ФБР.

Наоми опустила глаза. Ресницы дрогнули.

— Рей был моим женихом. Кира убил его вчера, — её голос осел.

“Мне нельзя терять работу. Я скоро женюсь”, — мелькнули в голове Лайта слова Пенбера. Он сжал губы в тонкую линию.

— Мне очень жаль, — выдавил он.

Наоми приложила руку к глазу, останавливая готовые политься слезы.

— Я найду его, — она отняла ладонь, отбрасывая каплю влаги прочь. — Он заплатит за то, что сделал. Я знаю, — она вытащила дрожащей рукой листок из кармана, — как он убивает.

Сердце Лайта заколотилось, когда Наоми протянула ему лист, весь обклеенный скотчем. Ягами обернулся — Рюка рядом с ним не было.

— Скотт Эшкрофт. В 17:45 позвонит на NHK и сообщит, что двенадцать агентов ФБР, которые прибыли в Японию для поисков Киры, умерли от сердечного приступа. Пришлет в редакцию фото всех агентов и их полные имена. Умрет от сердечного приступа в 18:10, — Лайт поднял глаза на Наоми. — У вас дома стоит шреддер?

Она кивнула.

— Я нашла эти обрывки, когда разбирала вещи Рея. Заметила имя его начальника и начала собирать все кусочки вместе. Теперь ты понимаешь, почему мне так нужно поговорить с кем-то из штаб-квартиры? Если у Киры есть какая-то волшебная бумага, которая исполняет написанное, мы… — Наоми осеклась и посмотрела куда-то за плечо Лайта. — Боже!

Она сделала два шага назад, выхватывая пистолет. Дуло почти уперлось в лоб Лайта. Он отшатнулся.

— Что… ты? — пробормотала Наоми. Оружие слегка тряслось в её руке. Взгляд расширенных глаз застыл где-то над головой Лайта.

Ягами обернулся. Рюк вырос из-под земли и завис в воздухе, ухмыляясь.

* * *

— Мне это всё снится, — пробормотала Наоми, наблюдая за Рюком, который парил перед ней и пытался любезно улыбаться. — То есть всё это время настоящим владельцем был ты? Поэтому тебе известен механизм её работы.

Лайт кивнул.

— Только недавно я смог понять, кто именно поднял Тетрадь после меня.

— У полиции не было шанса найти Киру, — Наоми покачала головой. — Ты всех запутал своим параллельным расследованием.

— Теперь есть, вполне реальный. Особенно, если ты покажешь им этот лист.

Наоми опустила взгляд на свои руки, в которых всё ещё крутила отрывок из Тетради Смерти.

— Я предлагаю тебе это не делать, — продолжил Лайт.

Наоми пронзила его долгим подозревающим взглядом.

— Почему? Ты же сказал, что не на стороне Киры.

— Если команда расследования узнает о существовании Тетради Смерти, рано или поздно эта информация дойдёт и до наших политиков. Все, кроме L, обязаны отчитываться верхам японской полиции, а L почти наверняка держит ответ перед Интерполом. Только представь, что тогда начнётся.

— Я уже работала с L раньше, когда ещё служила в ФБР. Я могу попросить его этого не делать.

— Я не хочу так рисковать. Пока правду знают только два человека, ещё есть шанс, что мы тихо заберём Тетрадь у Киры, вернём её Рюку, и всё закончится. Если об этом будет знать вся команда расследования — я ни за что не ручаюсь.

— Да, я поняла твой план. Ты бы и меня в него не посвятил, если бы я не нашла это, — она взмахнула бумагой.

Лайт посмотрел в глаза Наоми.

— Я очень виноват перед вами, Наоми-сан, перед Реем, перед всеми агентами, которые умерли из-за моих действий. Я думаю, вы имеете право знать правду.

Наоми вздохнула, сжимая пальцы на переносице.

— Я понимаю, чем ты руководствовался, когда принимал это решение. В конце концов, это Кира и только Кира казнит людей по своей прихоти.

— Спасибо, — пробормотал Лайт.

Они немного помолчали. Ветер запутался в кроне деревьев, и пара листьев слетела прямо Наоми на голову. Она стряхнула их и спросила:

— Кажется, теперь мы в одной лодке. Чем я могу быть полезна? Я была агентом ФБР, пока Рей не сделал мне предложение, и работала с L над совместным делом пару лет назад.

Лайт кивнул.

— Я думаю, будет лучше, чтобы ты всё-таки вышла на связь с отцом и командой. Если ты просто исчезнешь, могут возникнуть вопросы, тебя будут искать. Как только связь появится, приди к ним, попросись в команду. Желательно не по моему телефону, чтобы не вызывать лишних вопросов. Если L тебя уже знает по прошлому делу, велик шанс, что он согласится взять тебя. Скажи, что хочешь отомстить за смерть жениха, но не говори, что знаешь какую-то важную информацию по делу и уж тем более — не показывай им листок. Если завтра у меня всё получится, Кира исчезнет и твоё присутствие в штабе расследования не понадобится. Группу распустят через пару месяцев после окончания смертей.

— Я хочу увидеть дом Киры, — заявила Наоми. — Ты говорил, что он недалеко отсюда. Мы вернёмся после.

— Только если пообещаешь, что не будешь пытаться что-то предпринять, — Лайт вгляделся в лицо Наоми, пытаясь найти искру безумия. — Если мы её спугнём, то рискуем потерять вообще.

— Я не буду делать глупостей. Пожалуйста, Лайт-кун.

В глазах Наоми застыло только горе и бессилие перед уже свершившейся судьбой. Возможно, рассказ про девушку, которую мучал старший брат якудза, её немного размягчил.

Лайт кивнул.

— Хорошо, — он поднялся. — Рюк.

— Конечно-конечно, — проворчал он, скрываясь под землёй.

Они с Наоми двинулись в сторону от Управления, стараясь идти узкими улочками, чтобы случайно не наткнуться на знакомых.

— Почему ты ушла из ФБР? — спросил Лайт через несколько минут.

— Потому что Рей этого хотел, — пожала плечами Наоми. — Это тяжело, когда оба супруга работают в такой структуре. Мы могли не видеться месяцами, когда оба были на заданиях. Рей дослужился выше за эти годы, поэтому, когда зашла речь о браке, я оставила службу, — Наоми грустно улыбнулась.

Лайт решил не продолжать тему, чтобы не мучать её. Они свернули на аллею, и он остановился.

Дом Киры полыхал инквизиторским костром. Перекрытия второго этажа уже обвалились внутрь. Вокруг собралась толпа зевак. Пожарной машины нигде видно не было.

— Черт возьми, да вас кто-то опередил, — издевательски заметил Рюк за их спинами.

2007/01/02

Ночь встретила Наоми холодом и запахом пыли от старой водосточной трубы дома семьи Ягами.

Наоми Мисора подтянулась, карабкаясь на второй этаж к слабо светящемуся окну. Рука Лайта Ягами схватила ее за запястье и потянула внутрь. Наоми беззвучно приземлилась на пол комнаты.

Она, судя по стерильному порядку, принадлежала человеку, помешанному на контроле. Книги и учебники выстроены по высоте, на столе ни пылинки, кровать заправлена. Идеальный фасад, чтобы не вызывать вопросов и претензий.

Лайт замер, прислушиваясь. Наоми тоже не двигалась, изучая его профиль. Внизу было тихо.

— Давай, что ты хотел мне показать? — прошептала она.

Лайт махнул на стул. Рюк развалился на кровати, послав Наоми ослепительную улыбку, от которой у неё по спине пробежал холодок. Лайт успел рассказать ей, что скука бога смерти — основная причина, по которой её жених сейчас лежит в могиле.

Наоми пододвинула табурет ближе к монитору.

— Я установил камеру за несколько дней до пожара, — его пальцы запорхали по клавиатуре.

На экране возник обгоревший остов дома, того самого, где жила девочка, которую Лайт считал Кирой. Наоми всматривалась в почерневшие балки, и внутри нее закипала холодная, вязкая ярость.

— Огонь не задел её, — продолжал Лайт. — Можем посмотреть запись.

— Камера была направлена на комнату Киры?

— Да, но сейчас меня больше интересует входная дверь.

Лайт увеличил скорость, и видео понеслось вперёд. Отец Аницуко уехал рано утром, мать несколько раз ходила туда-сюда с пакетами. Сама Аницуко оставалась внутри все время записи. Больше никто в дом не входил.

— Может, это самоубийство? — предположила Наоми без особой уверенности в голосе. — У них есть черный ход?

— Наверняка есть, и не один. Отец Киры — якудза.

Наоми хмыкнула.

— Нам нужно проверить все версии, — прошептал Лайт. — Я думаю, убийца забрался в дом через окно. Это элитный район, камеры должны быть повсюду, нужно только достать записи. Другой вопрос: как кто-то посторонний мог узнать о существовании Тетради? Не верю, что Кира кому-то про неё рассказала.

Он обернулся к монстру на кровати.

— Рюк, ты можешь почувствовать, уничтожена ли Тетрадь?

— Я могу ощущать Тетрадь, когда она находится близко ко мне. Сейчас я её просто не чувствую, но это не значит, что Тетрадь больше не существует.

Взгляды Лайта и Наоми встретились. В глубине глаз Лайта мелькнула тень беспокойства.

— Плохо, — резюмировал Лайт. — Если она просто сгорела, то проблемы нет. Но если Кира сбежала… Рюк, ты никак не можешь отследить Тетрадь?

— Для этого мне нужно вернуться в мир богов смерти. Сейчас я имею право это сделать, — Рюк усмехнулся. — Но не буду.

— Разумеется, — Лайт вздохнул. — Будем прорабатывать обе версии одновременно. Если Тетрадь украли, нужно найти вора как можно скорее.

— Я возьму на себя камеры наблюдения и опрос свидетелей, — предложила Наоми.

— К родителям Аницуко нам лучше пойти вместе. Мы давно знакомы, они мне доверяют. Но нам будут нужны результаты работы оперативной группы по этому делу. Всё: судмедэкспертиза, улики, показания свидетелей.

Наоми кивнула.

— Я подниму полицейские данные. Через пару дней меня официально распределят на дело Киры.

— Кстати, как прошла встреча с Л? — Лайт закрыл окно с записью с камеры.

Наоми пожала плечами.

— Детективы мне поверили. L много спрашивал о Рее, не вел ли он себя странно в последнее время. Я сказала, что ничего не заметила. Агентам ФБР запрещено рассказывать о расследованиях близким, поэтому членов таск форса не смутило, что я ничего не знала.

Лайт кивнул.

— Их всего семь человек, считая L. Твой отец рассказал, что почти все агенты отказались от участия в деле после смерти Рея и коллег. Сейчас штаб-квартира переехала в номер L в Хилтоне, но они будут постоянно перемещаться по отелям в целях безопасности.

— У них есть какие-то предположения насчёт Киры?

— L погрузил меня в курс дела. Они уже знают, что Кира почти наверняка школьник, скорее всего когда-то подвергся насилию. Они считают, что у него есть доступ к данным полиции. Кира правда могла видеть их отчеты? У якудза есть к ним секретный доступ?

— Насколько мне известно, нет. L думает так из-за меня. И из-за Рюка, — Лайт кивнул на усмехающегося бога смерти. — Я собирался вычислить Киру по времени смерти преступников. Расписание учеников нашей школы найти несложно. Рюк смекнул, что так я быстро поймаю Киру, и передал ей эту информацию. По счастливой случайности, в тот же момент L высказал похожие соображения. Кира начала убивать только поздним вечером, и L решил, что она как-то узнала о его выводах.

— Вот как, — протянула Наоми. — Лайт, на самом деле, я думаю, как только детективы поймут, что цепочка смертей агентов началась с Рея, ты станешь главным подозреваемым.

Наоми скосила глаза. Пальцы Лайта дрогнули.

— Я?

— Ты знал имя Рея, ты — сын главы штаб-квартиры, а ещё ты был достаточно умен, чтобы заметить слежку. Сейчас детективы заняты поиском агента, через которого Кира вышла на всех остальных.

— И скорее всего рано или поздно, они поймут, что цепочка началась с Рея, — кивнул Лайт. — Что ж, это было ожидаемо. Отчасти это нам на руку. Пока они будут копать под меня, у нас будет возможность найти настоящую Киру и забрать Тетрадь. Когда убийства прекратятся, им придется свернуть расследование. Если этого не произойдет, у меня естественным образом рано или поздно сформируется алиби, — Лайт усмехнулся. — Отлично. Спасибо, Наоми.

Она кивнула. Пока им лучше держаться вместе. Лайт знал больше, чем члены таск-форса, и наверняка открыл ей не всё. Она сможет рассказать правду L в любой момент.

— Мне пора. Нам нужно решить, как мы будем общаться, — Наоми достала из кармана простой телефон-раскладушку. — Лучше не использовать наши основные телефоны. Если что-то случится, я напишу тебе сюда. Главное смотри, чтобы отец не заметил, что у тебя есть одноразка, возникнут вопросы.

Лайт кивнул и покрутил в руках новый телефон.

— Мой номер вбит в контакты, — сказала Наоми, поднимаясь. — Лучше пиши, если что-то срочное — звони.

— Хорошо. До встречи, — сказал он.

Она пожала его руку на прощание и выскользнула в окно. Порыв холодного воздуха ударил в лицо.

Она приземлилась на газон и замерла в тени. В окне комнаты Лайта горел свет от настольной лампы. Его силуэт склонился над столом. Рядом торчал Рюк.

Наоми нахмурилась, поправляя куртку. Сейчас её первоочередная задача — выяснить, насколько можно доверять Лайту. Он был таким гладким, таким идеальным, что рядом с ним у Наоми возникало какое-то скользкое чувство, как будто он решил о чем-то умолчать.

Во второго этажа послышался шум.

— Красивая, — донесся скрипучий голос Рюка.

— Ловелас, — ответил со смехом Лайт и закрыл окно.

2007/01/03

— Доброе утро, — сказала Наоми, заходя в номер отеля.

На этот раз L выбрал президентский люкс в Four Seasons. Номер был оформлен в традиционном японском стиле — просто и аккуратно. L сидел на кровати, обложенный тремя ноутбуками, пока детективы расположились за столами. Бедняге Мацуде достался низкий журнальный стол, поэтому он вынужденно подтирал брюками пол.

— Мисора-сан, — Соитиро кивнул ей. — Вы из управления?

— Мне выдали пропуск и жетон. Никаких проблем. Теперь я, — Наоми сверилась со своим удостоверением, — Юки Каори.

— Трудно запоминать эти вымышленные имена, да? — засмеялся Мацуда.

Наоми вежливо улыбнулась.

— Есть новости?

Лицо Соитиро слегка посерело.

— Мы выяснили, с кого началась цепочка смертей агентов, Наоми.

Мисора почти подпрыгнула от голоса L, который раздался над самым её ухом. Она воткнула ногти в мякоть ладоней. Оставайся здесь, Наоми, держи лицо, не нужно давать L причин сомневаться в тебе.

Она обернулась к детективу.

— С твоего жениха, Наоми-сан.

— С Рея? То есть Кира первой узнала его имя?

L кивнул.

— Он умер раньше остальных?

— Нет, все агенты погибли почти одновременно в диапазоне десяти минут, — ответил L, размешивая сахар в своём кофе. — Уже после того, как об их смерти объявили на NHK.

Наоми почувствовала легкое онемение на кончиках пальцев.

— То есть этот эфир был нужен, чтобы дать Кире возможность убить их всех?

L кивнул.

— Сначала я думал, что у Киры как-то получилось сразу выйти на мистера Эшкрофта и заставить его отправить информацию о личности агентов на телевидение. Но затем мы наткнулись на эту запись.

L повернул один из ноутбуков к Наоми. На экране загорелось нечеткое изображение улицы.

— Это около нашего дома, — узнала Наоми.

Она опустилась на кровать и почти наполовину провалилась в пуховую перину. L запустил видео.

Когда Рей вошёл в кадр, чужая рука как будто полоснула её острым осколком по сердцу. Ей казалось, что она хорошо умела контролировать эмоции, но L всё равно опустил руку ей на плечо и слегка сжал.

На экране путь Рею преградил мужчина в пальто поверх строгого костюма. Наоми сказала бы, что он был похож на банкира. Мужчина что-то сказал Рею и протянул ему прямоугольный предмет. Пенбер отшатнулся и размотал наушники.

— Передатчик? — спросила Наоми.

L кивнул.

Какое-то время Рей слушал неизвестного, застыв посреди дороги. Нестройный поток людей огибал их по широкой дуге. Наоми внимательно вглядывалась в предмет в его руках. На фоне черного передатчика мелькнул уголок белого листа. Если Лайт не врал, это должен быть кусочек Тетради Смерти.

Вдруг Рей быстро развернулся, сделал несколько импульсивных шагов по проезжей части и застыл посреди дороги.

— Мы проверили, человек, который отдал ему передатчик, умер от сердечного приступа примерно во время записи. Скорее всего, Пенбер видел его, — заметил Айдзава.

Наоми кивнула. Рей медленно обернулся к камере, осторожно сканируя пространство.

— Он был там? — прошептала Наоми. — Кира.

Рей сошел с дороги и сел на скамейку. Деревья скрыли его от камеры, поэтому несколько минут Наоми смотрела на мельтешение людей по улице.Мисора закусила ноготь большого пальца.

Она почти пропустила момент, когда Рей снова встал и направился к их дому.

Запись закончилась, и Наоми с трудом выпрямилась.

— Ты думаешь, что с помощью этого передатчика Кира отдавала ему приказы? — спросила она.

— Я склонен в это верить. Имя начальника знали все двенадцать агентов, но смерть того мужчины от сердечного приступа и передатчик наводят на мысль, что Кира вышла на ФБР через Рея.

— Но что с того, что агенты знали имя Эшкрофта, — заметил Мацуда. — Разве его не должна знать Кира, чтобы убить?

L снова развернулся к ноутбуку и щелкнул в середину таймлайна записи. Его глаза заскользили по экрану. Когда он нашёл нужный фрагмент, L развернул ноутбук к детективам и ткнул в экран пальцем.

Наоми склонилась ближе. Запись была нечеткой. L слегка приблизил передатчик.

— Я подумал об этом. Если предположить, что Кира обладает сверхъестественной силой сам по себе, тогда Мацуда прав.

— Но зачем тогда это представление с передатчиком? — спросила Наоми. — Даже если Рей сказал бы ей имя своего начальника, он бы всё равно не смог убить его, не зная лица.

L кивнул.

— Я думаю, есть другое объяснение. Кира может передавать свою силу по желанию.

— Ты думаешь, она шантажом заставила Рея самому убить своего начальника? — спросил Соитиро.

— Это решает проблему. Рей знал его имя и лицо. Если на секунду представить, что он получил силу Киры, то всё сходится. У него была возможность это сделать.

— Как жестоко, — Наоми встала с кровати и сделала пару шагов туда-сюда по комнате.

Поразительно, как L четко отзеркалил мысли Лайта, хотя и не знал об истинной природе силы Киры. Наоми сжала и разжала кулаки, сбрасывая лишнюю энергию.

— Но почему он не сделал ничего потом? — спросил Айдзава. — Хорошо, Кира ему угрожала, и он убил начальника. Но почему не позвонить и не рассказать кому-то об этом? Твой жених не вел себя странно перед смертью, Наоми-сан?

Она покачала головой. Рей смеялся и шутил — как обычно после рабочего дня.

— Мы подходим к ещё одному открытию, которое можно сделать благодаря этой записи, — L допил свой ультра-сладкий кофе и потянулся за новой порцией на прикроватном столике. Наоми не была уверена, спал ли он сегодня. — Мистер Эшкрофт не просто умер от сердечного приступа. Почему он отправил фото на NHK?

— Потому что это было нужно Кире, — Наоми сложила руки на груди. — Я понимаю, к чему ты клонишь. Кира может контролировать действия человека перед смертью.

— Именно.

— Это объясняет, зачем тот мужчина отдал передатчик мистеру Пенберу, — заметил Айдзава. — Он был просто марионеткой.

Наоми почувствовала, как кровь снова начинает бурлить. Ей бы хотелось, чтобы Лайт оказался неправ, и Кира сейчас была бы где-то на свободе. Тогда можно было бы найти её и наказать, отомстить, разорвать, чтобы она почувствовала хоть толику той боли, которая сейчас терзала Наоми.

Мисора быстро приложила руку к груди, унимая сердцебиение. Эта пустая злость ничего ей не даст. Нужно сохранять холодную голову, чтобы выяснить правду.

— Кира должна была вступить в контакт с Реем, чтобы выяснить его имя. Рей проверял кого-то, кроме семьи господина Ягами?

— Он успел начать наблюдение за семьей Китамуры.

— И Лайт называл имя Рея в полицейской переговорке, когда стало известно, что ФБР ведёт наблюдение за членами штаб-квартиры, — заметил Айдзава.

— Я специально проверил: Лайт назвал только фамилию Рея, — ответил L. — Из контура доступа японской полиции не было доступа к информации об агентах ФБР. Я не исключаю полностью версию, что его имя могло стать достоянием общественности в этот момент. Если наблюдение за Лайтом не даст результатов, мы вернёмся к ней.

Краем глаза Наоми заметила, что Соитиро слегка склонился над своими документами.

— Сейчас в доме Соитиро-сана устанавливают камеры и жучки. Если Лайт невиновен, он быстро получит алиби, и мы уберем аппаратуру.

Отвратительно. Если Лайт начнет разговаривать с пустотой о Кире и Тетради Смерти, или упомянет её имя, им конец.

— Уже можно вызваться в наружное наблюдение? — спросила Наоми.

L и Соитиро переглянулись.

— Мы решили, что это слишком опасно, — ответил L. — Я не хочу потерять никого из агентов, которые находятся в этой комнате.

— Без слежки у Лайта будет возможность убивать за пределами дома, — припечатала Наоми.

— Он уже показал, что в состоянии заметить, что за ним следят, — заметил Айдзава. — Я тоже предлагал L поработать под прикрытием, — пояснил он.

— Даже если так, — Наоми почувствовала, что слегка вспотела. Кофта неприятно забилась в подмышки, — это значит, что Кира прекратит убивать. У Лайта не будет возможности спрятаться. Он нигде не будет один.

В комнате стало тихо. Наоми оглядела детективов. Те неуверенно смотрели на L.

— Я уже говорил, я готов, — нарушил тишину Айдзава. — Я согласен с Мисорой-сан. Рей не до конца понимал, что может иметь дело с Кирой. Лайт, видимо, смог запудрить ему мозги.

— Я попрошу, Айдзава, — резко сказал Соитиро. — Мы говорим о моем сыне. Ещё ничего не доказано.

— Простите, шеф.

Наоми обернулась к L. Он в раздумьях переводил взгляд с Айдзавы на неё.

— Хорошо. Вы с Айдзавой можете поочереди вести наблюдение за Лайтом. Если он заметит кого-то из вас, сразу дайте мне знать.

* * *

Наоми остановила машину за пару поворотов от дома Лайта и прошлась до него пешком. Она высчитывала, успеет ли перехватить Ягами до того, как он зайдёт внутрь. Она посмотрела на часы. Нет, слишком поздно, занятия в школе должны были закончиться. Остается только надеяться, что Рюк смог его предупредить о камерах.

Наоми села на скамейку. Хотелось курить. Она бросила пять лет назад и держалась даже на самых сложных делах, но это было уже за гранью.

Она всерьез обдумывала идею дойти до ближайшего продуктового, когда Лайт вышел из дома.

— Лайт! Я…

— Я уже знаю про камеры, — он кивнул на шинигами. — Рюк меня предупредил.

Наоми выдохнула.

— Ты за мной теперь следишь? — с насмешкой поинтересовался Лайт.

— Яблоки, — напомнил о себе Рюк.

— Да, пойдём. Я отпросился в магазин, — Ягами махнул рукой, и они пошли вперёд.

— Да, я и Айдзава будем наблюдать за тобой по очереди. Мне пришлось предложить L этот вариант, иначе мы не смогли бы общаться. Почему боги смерти так любят яблоки?

— Это только я, — Рюк облизнулся. — Они сладкие и сочные. Но вообще вся еда из мира людей вкусная. Знаю пару богов смерти, которые обожают шоколад.

Лайт пожал плечами. Наоми улыбнулась. Это отвлечение на тему пристрастий шинигами как-то странно разрядило обстановку.

— На самом деле, это даже удобно, — Лайт двинулся в сторону парка. — Спасибо, Наоми. Это значит, что L уже решил сделать меня главным подозреваемым?

Наоми кивнула.

— Сегодня утром он рассказал штаб-квартире, что теперь их основная цель — люди, за которыми наблюдал Рей. Он почти никого не успел проверить, только семьи Ягами и Китамуры.

— Черт.

— L хочет увидеть, как Кира убивает. Камеры стоят везде, даже в ванной.

Лайт кивнул. Его взгляд заскользил по мостовой, пока Ягами просчитывал варианты.

— Ладно, — решительно сказал он. — Раз ему нужны улики, я в относительной безопасности. Сейчас меня гораздо больше заботит Тетрадь.

Наоми покачала головой.

— Мне пока не дали доступ к полицейским системам. Обещали, что он появится через пару дней.

Лайт кивнул.

— Думаю, мы пока можем обойтись без этого. Мне нужно место с подключением к Интернету. Компьютерный клуб?

— Или можем пойти ко мне домой, — дома была заначка Рея, который продолжал курить до самой смерти. Слова вырвались почти сами собой. — Я живу в двух станциях метро отсюда.

Лайт кивнул, не сильно удивленный предложением.

— Подходит. Ты уверена, что L ни о чем не подозревает?

Наоми кивнула.

— Я ясно дала понять, что хочу отомстить за смерть Рея, наказав Киру по заслугам. Не думаю, что L посчитал моё предложение последить за тобой подозрительным.

— Хорошо. Давай накормим бога смерти и поедем к тебе.

* * *

Квартира встретила их тишиной и солнечным светом, бившим в огромные окна. Наоми задернула шторы, погружая гостиную в полумрак, и только потом поняла, что сделала это автоматически — Рей всегда любил работать в темноте.

— Неплохо, — протянул Лайт, разуваясь у порога.

Наоми проследила за его взглядом. Спальня с кроватью под балдахином — Рей шутил, что это ее каприз, но на самом деле ему нравилось, что она любит красивые вещи. Гостиная с большим диваном и телевизором, который они почти не включали. И дверь в маленькую комнату, которую Рей превратил в кабинет.

— Рей снял эту квартиру, когда стало понятно, что мы задержимся в Японии надолго, — сказала Наоми, чувствуя, как каменеет лицо. Она махнула рукой в сторону гостиной. — Здесь он оборудовал себе рабочее место.

Лайт опустился на стул перед небольшим компьютерным столом.

— Это личный компьютер Рея. Здесь нет никакой секретной информации, поэтому полиция вернула его мне почти сразу. Можешь пользоваться им, пока у тебя в комнате стоят камеры, — Наоми нажала на кнопку Пуск на стареньком серебристом Леново.

— L не говорил, сколько они планируют наблюдать за мной? Они же отсматривают изображение в реальном времени?

— L морально готов к тому, что ты обнаружишь камеру или жучок.

— Если я это сделаю, следующим его шагом будет моя казнь, — мрачно отозвался Лайт, заходя в консоль ноутбука.

— Но в целом L не упоминал, как долго будет длиться наблюдение. Видимо, пока ты не получишь алиби или не скомпрометируешь себя как Киру. Ну или пока не прервешь наблюдение естественным образом.

— Новых убийств не было, — Лайт на секунду отвлекся от компьютера. — Даже не знаю, радоваться этому или нет.

Он нажал ещё пару кнопок, и на экране появилось окно приложения с подписью Ethereal.

— Что это такое?

— Приложения для перехвата трафика в Интернете. База данных полицейского управления с недавнего времени доступна из Сети, но, что-то мне подсказывает, вряд ли она как следует шифруется. Сейчас я настроил её на анализ трафика сети. Нам достаточно, чтобы кто-то из полицейских ввел пароль, и мы увидим его тут. Скорее всего, придется немного подождать.

— Данные настолько плохо защищены?

Лайт пожал плечам.

— Пока никто не попробовал украсть их, никаких шагов по защите приниматься не будет. Но, возможно, я не прав, и нам придётся придумывать что-то другое или ждать, пока тебе не дадут официальный пароль. Брутфорсом эту базу мы вряд ли возьмем. Подожди, — Лайт кликнул пару раз мышкой. — Кажется, нашел, — он перекопировал пароль в шапку входа. — Бинго, мы внутри.

Наоми наблюдала, как он пролистывает дела одно за другим и ощущала смесь настороженности и восхищения. Этот подросток ещё даже школу не закончил!

Лайт остановился на файле с фамилией Аницуко, и они углубились в чтение.

— Она умерла до пожара, — заметила Мисора. — Тут сказано, что в её лёгких не найдено сажи, хотя пожар начался со второго этажа. Вряд ли она загорелась первая.

Лайт кивнул и медленно проскролил страницу вниз.

— Записи с камер видеонаблюдения, — он кликнул на приложенные видео.

Черно-белая картинка слегка зарябила, но изображение появилось. Камера снимала задний двор семьи Аницуко Хаяси. Несколько минут на записи ничего не происходило, и Лайт промотал вперёд. Он остановился на моменте, когда неизвестный резко распахнул створки окна и вылез на подоконник с внешней стороны дома, держась за водосточную трубу.

— Это девушка, — заметила Наоми. — Я вижу очертания тела сквозь толстовку.

За спиной неизвестной начало полыхать пламя. Она оттолкнулась от подоконника, спрыгнула со второго этажа на землю, перекатилась и выбежала за границу кадра. Через пару минут дом Хаяси уже полыхал вовсю.

Лайт поставил запись на паузу и спросил:

— У тебя есть линейка?

Наоми открыла ящик в столе и, немного порывшись внутри, протянула Лайту небольшую рулетку.

Лайт уже привычно обмерил новую Киру на изображении в момент, когда она приземлилась на землю после прыжка.

— Таким способом я понял, какого роста Кира, — пояснил он. — Потом найду камеру, которая её сняла и рассчитаю рост.

Лайт записал результат в свой блокнот и проскролил страницу вверх.

— Я думаю, насколько это подозрительно, — он выделил курсором часть текста о том, что Аницуко умерла до начала пожара. — Полиция в любом случае будет расследовать это дело как поджог, но если они поймут, что Ани убили, это может привлечь ненужное внимание.

— Думаешь, L найдёт это дело? Здесь нет ни слова о сердечном приступе.

— Пока. Скоро её тело обследуют и поймут, что на теле нет увечий и её ничем не травили. Нельзя рисковать. Сейчас посмотрим, что я смогу сделать…

Лайт снова вернулся в интерфейс приложения.

— Что ты делаешь?

— Вхожу в их базу данных. Сейчас мы видим только его представление на фронт-части сайта. Если я смогу отредактировать отчет в основной витрине, то любой, кто после нас зайдёт на сайт полиции из внутренней системы, увидит только нашу, исправленную, версию.

— Лайт, это же преступление!

— Хорошо, что за него Кира меня не убьёт, — хмыкнул он.

Наоми продолжала неуверенно смотреть на него, пока Лайт скачивал на компьютер Рея бесплатную версию Oracle, взламывал несложную защиту полицейского управления и правил нужный отчет. Строка о времени смерти Аницуко исчезла.

Лайт закрыл сайт, почистил логи и повернулся к Наоми.

— Кажется, у нас новая Кира.

2007/01/05

Через два дня Наоми ждала Лайта у ворот школы, привалившись к железной решетке. Она поставила ладонь козырьком, прикрывая глаза от солнца, и махнула Лайту, когда тот показался на горизонте за толпой остальных школьников.

— Мне выдали удостоверение и устроили на работу в полицию. Я уже посмотрела несколько дел, включая дело Аницуко, — всё работает, доступ есть.

— Отлично, — Лайт кивнул. — Моя правка на месте?

— Да. Никто ничего не заметил. Главное, чтобы судмедэксперт, который осматривал Аницуко, не залез в этот отчет.

— Прекрасно. Я ушёл с последнего урока, поэтому у нас есть ещё час, чтобы поговорить с матерью Аницуко.

Они направились в сторону дома Киры. Прохлада под сенью деревьев подарила Наоми долгожданное облегчение. В куртке было жарко, но она не решалась снять её, зная, что по всей спине и подмышкам уже растеклись пятна пота.

— L что-то говорил насчет меня? — спросил Лайт.

Наоми покачала головой.

— За тобой следят только твой отец и L. Я ничего не знаю о результатах. Но ты знаешь, что Кира перестала убивать?

Наоми уже десять раз пожалела, что высказала идею о том, что если убийства прекратятся, пока Лайт под наблюдением, то он почти наверняка Кира, который заметил слежку. Допустим, Лайт не врёт, и Кира в бегах, тогда, возможно, ей не до других преступников. Если она расскажет Лайту об этом, продолжит ли он ей доверять? Насколько сильно она усложнила всем им жизнь?

Наоми очень внимательно наблюдала за его лицом, поэтому заметила тень тревоги, которая рябью пробежала по нему. Ягами кивнул.

— Я стараюсь лишний раз не включать новости, но читаю форумы в Интернете. Люди уже начали задавать вопросы, куда пропала Кира, — он вздохнул. — Это нехорошо, но не доказывает, что я причастен. L намерен провести трибунал, когда её поймают? Это значит, что ему нужны неопровержимые доказательства?

Она кивнула.

— Наоми-сан, — начал Лайт, — тот лист Тетради, который ты собрала, заклеен скотчем намертво?

Мисора напряглась. Кого он собрался убивать?

— Я не собираюсь никого убивать, — прочитав её мысли, возразил Лайт. — Но мне нужно знать, есть ли у нас эта подстраховка.

На горизонте показалось полицейское управление. Наоми прикрыла глаза от бликов, которые отбрасывали его окна на ярком солнце.

— Да. Не думаю, что на нём можно что-то написать. Максимум, для чего его ещё можно использовать, — это сложить по линии сгиба и прикоснуться к человеку, которому ты хочешь показать Рюка.

Лайт кивнул.

— Возможно, новой Кире пока не до Тетради, — заметила Наоми, возвращая разговор к началу.

— Я думал об этом, — они остановились на светофоре, и Лайт развернулся к ней. — Помнишь мою логическую цепочку, которая привела к выводу, что Аницуко — это Кира?

Наоми кивнула.

— Я смотрела её социальные сети. Если бы ты не сказал мне об этом, никогда бы не подумала, что она Кира.

— Почему?

— Она не вписывается в образ. Смотри, — она достала телефон и кликнула в свою закладку. Загорелся зеленый, и они двинулись дальше. — У неё на странице куча шмоток, дорогих украшений и вечеринок. Она кажется милой и открытой, хотя ты и говорил, что у неё сложные отношения с семьёй. Как будто Аницуко ведет себя слишком легкомысленно для человека, который борется за справедливость.

Лайт кивнул.

— Согласен. Что ты думаешь про смерть её брата?

— Что тайминг не сходится, — Наоми снова нажала на другую закладку. — Он умер, когда Кира уже действовала примерно неделю. Мы знаем, что Тетрадь может убивать не только с помощью сердечного приступа, но любым другим способом. Почему Кира не выбрала для него другую смерть? Он якудза, никто не удивился бы его убийству, например? Зачем так просто?

Лицо Лайта оставалось спокойным, но Наоми заметила мелькнувшую в его глазах тень одобрения.

— Самое логичное объяснение — Аницуко первый раз испробовала Тетрадь на своём брате. Это было её первое убийство. Да, я тоже об этом подумал, — прокомментировал Лайт удивленное выражение лица Наоми. — Тогда я объяснил себе его смерть от сердечного приступа, тем, что они с Аницуко в очередной раз поссорились, она не сдержалась и написала его имя в Тетради. Она импульсивна, я бы не удивился. Но с учетом новой информации идея, что это была проверка силы Тетради, кажется более логичной.

— Тогда до этого Кирой был кто-то другой.

— И на записи с камер наблюдения Тетрадь с земли поднимает другая девушка. Тогда Аницуко — только вторая Кира.

— Но куда делась первая? Аницуко её убила?

— До неё никто в нашей школе не умирал, а Тетрадь точно подняла ученица. Это значит только одно…

— Что всё наоборот, — подхватила Наоми. В её груди разгорелся азарт охоты. — Ты наткнулся на Киру номер 2, которая начала действовать вместе с Кирой-1.

— Это Аницуко случайно наткнулась на Тетрадь у кого-то другого. И эта другая — настоящая Кира, преданная принципам, осторожная и умная. Как бы она отреагировала, узнав, что Аницуко убила всех агентов ФБР, которые прибыли в Японию, чтобы поймать Киру?

— Убила бы её, — закончила Наоми. Голос слегка дрогнул. — Потому что теперь Аницуко и сама — убийца.

— Аницуко дружила с двумя девушками из моего зеленого списка: Юри и Минору. У них всех длинные волосы и примерно одинаковый рост, — сказал Лайт. — Первой Кирой должна быть кто-то из них. Ещё не всё потеряно.

Они свернули на аллею за полицейским управлением и остановились перед домом семьи Тахаси, в котором временно разместилась чета Хаяси. Наоми оглядела аллею. Чисто, никакой слежки.

— Пойдём вместе?

Лайт кивнул.

Наоми постучала. Спустя пару минут на лестнице вверху раздался шум, и дверь им открыла экономка — женщина лет пятидесяти с заплаканными глазами.

— Чем могу помочь?

— Мы хотели бы поговорить с госпожой Хаяси, — Наоми показала своё удостоверение.

— Да-да, конечно, — горничная отступила внутрь дома, пропуская их с Лайтом. — Я сейчас предупрежу её.

Ягами кивнул, и они зашли в дом. Наоми огляделась — безвкусная роскошь, кожаные диваны, позолота на рамах картин, как будто они были не в Японии. Они оставили обувь на подставке и прошли в открытую гостиную с полукруглым белым диваном.

— Чай, кофе? — предложила горничная.

— Воду, пожалуйста, — попросила Наоми.

Экономка кивнула и скрылась. Спустя пару минут она вернулась со стаканом для Мисоры. Следом мелкими шагами шла, кутаясь в шаль, заплаканная госпожа Кёко Хаяси.

— Лайт-кун, — выдохнула она. — Я рада тебя видеть.

Ягами поднялся и протянул ей руку. Она легонько пожала её кончиками пальцев.

— Мои соболезнования.

Глаза Кёко снова наполнились слезами. Было так странно думать, что мать девушки, которая убила Рея, может испытывать такую же боль, как и сама Наоми.

— Ты участвуешь в расследовании? Господина Соитиро тоже поставили на него?

Лайт покачал головой.

— Мой отец всё ещё занят делом Киры. Это моя личная инициатива. Познакомьтесь, Юки Каори, — Лайт указал на неё, и Мисора кивнула. Кёко поклонилась ей.

— Я из японской полиции.

— Каори-сан поможет мне выяснить, кто поджёг ваш дом.

— И убил мою дочь, — отрезала Хаяси. — Что мне дом? Сначала Макото, потом Аницуко, моя девочка…

Она спрятала лицо в шаль. В комнате запахло мокрой шерстью. Кёко смогла с собой справиться и через пару всхлипов подняла на них глаза.

— Спасибо тебе, Лайт. Я знаю, вы с Ани дружили.

Лайт кивнул.

— Полиция вас уже опрашивала?

— Да, два дня подряд. Осмотрели каждый сантиметр дома. Нашли зажигательное устройство.

— Что это было?

— Коктейль Молотова. Его бросили в комнате Аницуко на втором этаже.

Наоми достала ручку и блокнот. Шуршание страниц показалось ей оглушительным в тишине гостиной.

— Скажите, кто-то из ребят со школы стал чаще приходить к Аницуко домой в последнее время?

Госпожа Хаяси на секунду замешкалась.

— Я бы не сказала. Минора и Юри, как обычно, часто у нас бывали, но это нормально, они же лучшие подруги. Никогда не понимала, почему Ани дружит с этой замухрышкой Юри, но они общаются уже много лет.

Наоми записала имена.

— Вы замечали ещё что-то странное в поведении Аницуко перед поджогом?

Кёко пожала плечами.

— Обычные подростковые штучки. Ты, Лайт, наверное таким не увлекаешься. Вечеринки, мальчики, магазины. Ани была веселой, всё было хорошо. Не представляю, кому она могла перейти дорогу, — Кёко промокнула глаза. — Я думаю… — она метнула взгляд в сторону Наоми.

— Что это может быть связано с работой её отца? — подсказал Лайт.

Госпожа Хаяси кивнула.

— Мой муж сейчас проверяет всех своих недоброжелателей. Возможно, это просто месть. Вначале Кира забрал Макото, а теперь Аницуко умерла…

— Почему вы думаете, что вашего сына убил Кира? — спросила Наоми.

— У здоровых парней обычно не бывает сердечных приступов, — заметила Кёко. — Я… стараюсь не вникать в то, чем занимается мой муж, но он посвящал в свои дела сына. Возможно, тот сделал что-то незаконное, и Кира его убила. Мы, конечно, всё скрыли, как могли, сказали знакомым, что это был несчастный случай. Но почему мой сын, почему не муж? Я не могу этого объяснить.

Наоми и Лайт украдкой переглянулись.

— Спасибо, госпожа Хаяси. Мы найдём человека, который поджег ваш дом. Последний вопрос, вы знаете, что убийцу засняла скрытая камера, когда он покидал ваш дом?

Кёко кивнула.

— Да, это камера с дома Ямады. Зайти к ним, я думаю, они не откажутся поделиться с тобой записью.

Лайт кивнул и поднялся.

— Вы нам очень помогли, госпожа Хаяси. Я свяжусь с вами, когда у меня будут новости.

* * *

— Тебе открыты все двери, — заметила Наоми, когда они выходили от Ямады, которого Лайт уговорил пустить их на крышу, чтобы измерить, на какой высоте висит камера.

Лайт пожал плечами.

— Меня все знают как лучшего ученика Японии. Мне доверяют. Нужно иногда этим пользоваться.

Рюк рядом с ним издевательски хмыкнул и подмигнул Наоми.

— Я не хвастаюсь, Рюк, а просто констатирую факт, — раздраженно заметил Лайт. — Мои связи только что достали нам несколько важных улик.

— Ты рассчитал, какого роста Кира-1? — спросила Наоми, давя улыбку.

— Такого же, как и Кира-2, 162-165 сантиметров, что ожидаемо. Я бы сосредоточился на девушках, чьи имена назвала госпожа Хаяси.

— Я могу понаблюдать за ними вместо слежки за тобой, — сказала Наоми, и Лайт усмехнулся.

— Только аккуратно. Если Кира что-то заметит, я не могу предположить, что она предпримет.

— Она не знает моего имени. Не думаю, что мне что-то угрожает.

Лайт вздохнул, бросив взгляд на часы.

— Мне пора возвращаться. Не будем заставлять L подозревать меня ещё сильнее.

2007/01/06

На следующий день Наоми оставила Лайта на Айдзаву, и поехала в Парк Отель Токио.

Рабочее время прошло бестолково. Рядом сидел Мацуда, поэтому ей пришлось сделать вид, что она занята документами и деталями расследования. Моги и Укита наблюдали за семьей Китамуры в общем зале, периодически комментируя происходящее. Соитиро Ягами и L заперлись в отдельной комнате, поэтому Наоми не могла даже догадываться, к каким выводам они уже успели прийти.

Она промаялась до семи часов, и, когда Мацуда махнул ей на прощанье, решила, что ей тоже пора домой.

Возвращаться в пустую квартиру не хотелось. Наоми откинулась на спинку стула. Ей нужно было переехать. Та квартира и этот дурацкий красный балдахин только травили ей душу попусту. Но это действие казалось таким непомерно тяжёлым в текущей реальности, что Наоми не могла даже открыть Интернет, чтобы подыскать новую квартиру. Её энергия свободно текла, пока дело касалось расследования, но, как только нужно было переключить внимание на себя, что-то внутри ломалось. Хотелось лечь на кровать, увидеть кроваво-красный цвет — цвет любви — над головой, закрыть глаза и больше никогда их не открывать.

Она заставила себя встать. Наоми собрала вещи и пошла к выходу. Она уже нажала на кнопку вызова лифта, но заметила, что дверь, за которой сидели L и Ягами, никто не охраняет.

Наоми остановилась и тихо опустила сумку на пол, приникая ухом к двери.

— Сегодня на ужин окономияки, — оповестил их девчачий голос. Наоми решила, что это, скорее всего, Саю.

— Отлично, я как раз настроен объесться до отвала, — ответил Лайт, и она прыснула.

Они пару минут обсуждали школьную жизнь Саю, перекидываясь подколками. Наоми показалось, что Лайт вел с сестрой себя чуть более расслабленно. Возможно, сказывалось отсутствие необходимости просчитывать каждый следующий шаг Киры.

Их разговор прервало начало семичасовых новостей.

— Приветствуем наших зрителей, — сказал ведущий. — В сегодняшнем выпуске: Кира не карает преступников уже пять дней. Куда он делся? Наш корреспондент смог проникнуть в полицейское управление и узнать мнение стражей порядка по этому поводу…

— Это странно, — заметила Саю.

Наоми побилась бы об заклад, что L сейчас рассматривает каждое действие Лайта под микроскопом.

— Может быть, он понял, что это всё бессмысленно? Никто не сможет победить все зло на планете, просто убивая преступников.

— В Японии в последнее время стало спокойнее, — заметила Саю.

— Только не говори такое при отце. К тому же, думаю, это временное явление. Пройдет пару месяцев после исчезновения Киры, и все всё забудут.

— Ужин, — оповестила их Сатико, и сиблинги отвлеклись на еду.

— Давайте покажем сообщение, — раздался голос L. — Ватари, запускай.

Какое-то время за дверью было тихо.

— О, смотри, Лайт, — заметила Саю. — ФБР отправит ещё полторы тысячи агентов в Японию для борьбы с Кирой!

— Странное решение объявить об этом, — ответил Лайт. — Как будто Кира не смотрит телевизор. Если двенадцать агентов ФБР, о которых никто не знал, и те погибли, то чего ждать сейчас? Что Кира не сможет разобраться с полутора тысячью человек? Я думаю, это блеф.

— Ваш сын очень умен, — заметил L.

— А ну… Да, наверное, — по голосу Соитиро Наоми поняла, что сейчас он скорее этому не рад.

За дверью наступила тишина. Наоми отстранилась и пошла к выходу, пока никто не решился выйти из комнаты.

Вечерняя прохлада дарила облегчение. Наоми достала пачку сигарет из кармана куртки и закурила, прислонившись к своей машине. Сейчас должен был начаться её настоящий рабочий день.

Наоми успела найти в Сети много информации о трёх подругах, в том числе и кучу фото на странице Аницуко. Пока ей казалось, что наиболее вероятная кандидатура на роль Киры — это Юри Абэ. Её отец умер, когда ей было около двенадцати, оставив их с матерью одних. Наоми показалось, что достаток семьи Юри был на порядок ниже достатка семей её подруг. Её страница была почти пуста, хотя Аницуко продолжала маниакально давать на неё ссылку под каждым своим постом.

Минора казалась больше похожей на Аницуко — разрисованная пустышка, но её тоже нельзя было списывать со счетов. Осталось только разобраться, как ей в одиночку следить за двумя людьми.

Наоми вздохнула и раздавила бычок подошвой сапога.

* * *

Наоми подъехала к дому Юри Абэ в восьмом часу вечера. Адрес ей дал Лайт, который, похоже, знал вообще всех школьников в районе. Мисора припарковала машину на противоположной улице и достала бинокль.

Окна дома семьи Абэ, небольшого таунхауса, довольно бедно украшенного, были темны. Наоми сверила школьное расписание с часами. Юри уже должна была вернуться домой.

Наоми вздохнула и снова завела мотор. Она попробует ещё раз завтра.

2007/01/07

Утро воскресенья Наоми встретила в машине. Кофе в термосе давно остыл, шея затекла от неудобной позы, но она продолжала смотреть на окна дома Минору. Девочка появилась около девяти — прошлёпала босиком по комнате, задернула шторы и снова исчезла. Обычное утро обычного подростка.

Телефон завибрировал в кармане куртки. Наоми глянула на экран — Лайт.

— Где ты сейчас? Мне удалось выбраться из дома.

— Слежу за Минору, — ответила Мисора в трубку. Мимо пронёсся грузовик, и ей пришлось переждать гул. — У меня плохие новости.

— Какие?

— Я не нашла Юри.

— В каком плане не нашла?

— Я следила за её домом вчера до позднего вечера, она так и не вернулась. Я ещё раз приехала к нему сегодня, но заметила внутри только одну женщину средних лет.

— Это её мать. Они живут вдвоем.

— Сегодня утром я к ним вернулась и решилась постучать. В моём удостоверении всё равно ненастоящее имя. Мне открыла дверь эта женщина и сказала, что его дочери нет.

— Как так — нет? — по голосу чувствовалось, что Лайт нахмурился.

— Она сказала, что Юри на ночевке у подруги, и до сих пор не вернулась. Она должна была прийти вчера. Её мать перезвонит мне, как только Юри появится, но мне всё это не нравится.

— А что Минору?

— Завтракает с семьёй, ничего необычного. Ты мне её чётко описал, я вижу её через окно.

— Госпожа Абэ не сказала к кому пошла Юри?

— К Такако. Ты знаешь её?

— Да, — и как Наоми могла сомневаться, — я свяжусь с ней и перезвоню тебе.

Лайт сбросил вызов.

Наоми снова приложила бинокль к глазам и прикрутила зум. Осунувшееся лицо Минору приблизилось к ней. Даже если она ничего не знала про то, кем была Аницуко, её лучшая подруга только что погибла в пожаре, стоило ожидать такой реакции.

Спустя сорок минут телефон Наоми ожил снова.

— Её там нет. Я только что от девушки, у которой Юри якобы была на ночевке, — на том конце раздался шорох бумаги и звук застегивающейся молнии. — Прикинулся, что мне нужны конспекты по алгебре, и зашёл в гости.

— Думаешь, она сбежала?

— Если она считала, что я буду её искать, то это имеет смысл. Кроме того, полиция будет опрашивать всех знакомых Аницуко. У Киры не будет алиби на тот день.

— Но это очень рискованно. Ей сколько — семнадцать?

— Да, мы учимся в параллельных классах.

— Далеко она сможет убежать от полиции?

— Это другой вопрос, — Лайт помолчал. — Я сейчас попрошу Такако позвонить госпоже Абэ и сказать, что Юри не отвечает на звонки. Пусть идёт в участок и пишет заявление о пропаже.

Как только очередной грузовик проехал мимо, Наоми спросила:

— Ты думаешь, это хорошая идея, привлечь полицию?

— Сами мы её не найдём. Я не могу попросить всю округу дать мне доступ к камерам наблюдения. Не исключено, что Кира решит бежать из города. Тем более, это вопрос времени, а его у нас нет. Чем дальше она сможет уйти, тем быстрее мы её потеряем.

2007/01/09

Через два дня Лайт и Наоми встретились около школы ближе к вечеру.

— Есть новости? — устало спросил Лайт.

Наоми видела в его глазах отражение собственной опустошённости. Она была выжата как лимон: все выходные и вечер понедельника её пришлось просидеть в машине, наблюдая за Минору прежде, чем они убедились, что Юри не попытается с ней связаться. Сразу после этого Наоми заскочила в квартиру, немного поспала и поехала изображать слежку за Лайтом. На самом деле она искала всё, что могла по делу о пропаже Юри Абэ.

Но как тяжело было Лайту, Наоми было сложно представить. Каждый день без смертей от сердечного приступов укреплял сомнения L, и все это знали.

— От L — ничего. Он намерен продолжать наблюдение. Он, конечно, не мог не заметить, что смерти прекратились после того, как он поставил камеры в твоём доме.

Лайт хмыкнул.

— Улик у него нет. Господин Ягами выглядит неважно, — признала Наоми. — На него очень давит, что ты до сих пор подозреваемый.

Лайт кивнул.

— Дело по исчезновению Юри завели. Более того, полиция успела связать его с поджогом в доме Аницуко.

— Я надеялся, что они до этого не додумаются, — признался Лайт. Они двинулись в сторону машины Мисоры.

— Одна из камер сняла её лицо ближе, и госпожа Хаяси опознала в ней Юри. Это было сегодня в новостях. Имя Киры не назвали, скорее всего, потому, что она несовершеннолетняя.

Наоми открыла машину, и Лайт упал на переднее сидение.

— Ты прогуливаешь занятия? — спросил она, выруливая с парковки.

— Приходится, — Лайт откинулся на спинку сиденья, и Наоми заметила, как расслабляются его плечи. — Если я буду надолго уходить из дома в будни, это будет выглядеть подозрительно. Главное, чтобы об этом не узнали родители.

— На кого пойдёшь учиться в университет? — может быть, Наоми и не стоило задавать настолько личный вопрос, но ей вдруг стало любопытно.

— На юриста, как мой отец. Высшее образование открывает много возможностей в полиции. Хотя, — Лайт улыбнулся, — думаю, после этого дела все последующие будут казаться мне ужасно скучными.

Наоми вернула ему улыбку. Свет фонаря причудливо лег на лицо Лайта, заставив глаза блеснуть каким-то потусторонним светом. Ягами остановил взгляд на её переносице.

— Я тоже заканчивала юридический, уже в Америке. Моя семья думала, что я стану адвокатом и буду зарабатывать кучу денег, но я их разочаровала, — она усмехнулась.

— Работа в ФБР плохо оплачивается?

— Нет, но гонорары агентов не идут ни в какое сравнение с чеками успешных адвокатов, — Наоми помолчала. — Позже я поняла, почему родители так хотели для меня именно этот путь, но я не смогла наступить на горло своим представлениям о морали. Потом появился Рей, и вопрос денег перестал быть таким острым.

Лайт кивнул. Имя жениха далось ей чуть легче, чем неделю назад. Как будто говорить его Лайту, который знал правду, было не так страшно.

— Над каким делом работали вы с Л? — спросил он.

— О, это дело Бейонда Бездея. Слышал о таком?

Лайт покачал головой.

— ББ жил в том же приюте для одаренных детей, что и L. Ему пророчили карьеру его преемника, но Бейонда это не устраивало, — Наоми повернула руль. — Тогда он решил придумать идеальное преступление, чтобы доказать несостоятельность L как детектива. Не получилось, как видишь. По правде говоря, почти всё дело решил L. Он гениальный детектив.

— Насколько он близок к правде? По делу Киры.

— Ты хорошо его запутал. Я думаю, он уверен, что ты как-то связан с Кирой. L почти ничего нам не рассказывает. За вашей семьей наблюдает только он с господином Ягами.

Лайт кивнул. Он был как натянутая струна — если не присматриваться, то всё нормально, но если сфокусироваться как следует — увидишь, как она дрожит от напряжения.

Вся парковка рядом с домом Наоми оказалась занята. Наоми пришлось сделать круг, чтобы найти свободное место. Улицы утонули в оранжевом свете фонарей. Ягами спрятал руки в карманы куртки.

— Наоми, — позвал Лайт. Девушка подняла на него глаза. — Что ты думаешь о Кире? О той Кире, которую мы сейчас ищем?

Вопрос застал врасплох. Она замерла на секунду, собирая мысли в кучу.

— Она не убивала Рея. Я чувствую, что не могу испытывать к ней ненависть. В каком-то смысле она за него отомстила, — Мисора улыбнулась.

Лайт кивнул.

— А ты? Что думаешь ты?

— Мне интересно, что с ней произошло, — Лайт говорил медленно, будто размышлял вслух. — Кира убивает в основном убийц и насильников. Может, она сама пережила насилие? Я не нашёл никаких записей об этом.

— Девушки не всегда идут в полицию в таком случае, — заметила Наоми.

Лайт кивнул. Они поднялись в квартиру Мисоры.

— В этот раз мы можем войти через твою учетную запись, — сказал Лайт, открывая ноутбук. Наоми ушла на кухню и вернулась с двумя чашками кофе и вазой с яблоками для Рюка. — Спасибо, — Ягами выпил немного американо. — Так, — он пролистал страницу вниз. — Они неплохо отследили её маршрут.

Наоми наклонилась ближе.

— Здесь есть записи с дома Аницуко, мы её уже видели. Затем видео с дороги, — Лайт кликнул на него. — Вот она бежит, хватает чей-то велосипед и уезжает от дома Аницуко. Затем длинный пробел.

— Её видели в Манга Киссе в Синдзюку, — Наоми показала на строчку из отчета. — Сотрудник её опознал, но сказал, что волосы у неё были по плечи.

— Скорее всего обрезала для маскировки. Это самое простое, что можно было сделать.

— Эх, жаль волосы. Они были красивыми, — потянул Рюк.

Лайт его проигнорировал. Наоми подумала, что это забавно — шинигами явно неровно дышал к человеческим девушкам.

— Она там переночевала, — продолжала читать Наоми, нависая над плечом Лайта. Тот тоже напряженно скользил глазами по строчкам. — И убежала, не заплатив.

— Это было четвертого числа. Похоже, она не была у Такако вообще, а просто попросила её создать себе алиби на время, — заметил Лайт. — С такими вводными она наверняка собиралась убежать из города, — он проскролил отчет дальше. — Да, вот она садится в машину, — Лайт замолчал. — Мне кажется, я её узнаю. Это машина Такеши Хато.

— Здесь ниже написано. Ты прав, — Наоми показала кончиком ногтя на имя, которое только что назвал Лайт. — Ты с ним знаком?

Лайт кивнул.

— Закончил нашу школу два года назад. Его отца убили грабители примерно тогда же.

— Кира их покарала?

— Я не помню, — признался Лайт. — Сейчас узнаем, — он открыл вкладку в браузере и вбил их имена. — Ну конечно, — он ткнул в последнюю новость, озаглавленную “Кира снова убивает”. — Хорошо, что в полиции этого не знают.

Наоми кивнула.

— Вот почему он её подвез.

— Они доехали вместе до Осаки. Он её высадил, — сказал Лайт и включил запись с камеры видеонаблюдения. — В полиции проделали прекрасную работу для двух дней расследования.

— Дальше её след теряется.

— Теперь мы хотя бы понимаем направление, — Лайт вздохнул. — Она должна была бежать к кому-то.

— Может быть, её цель — уехать из страны?

— Даже если так, что она будет делать дальше? Ей семнадцать, у неё нет денег, и её объявят в розыск, это только вопрос времени, — Лайт замолчал, потирая переносицу. — Если бы я был Кирой, я бы… я бы не оказался в такой ситуации, это просто глупость.

— Кира-2 была её подругой, — мягко заметила Наоми. — Может быть, она не собиралась её убивать, а хотела поговорить, чтобы выяснить, что случилось с агентами ФБР?

— Возможно, — кивнул Лайт. — Не знаю, правда, какое альтернативное объяснение тут можно придумать. Так или иначе, она была готова к худшему, раз взяла с собой коктейль Молотова.

Наоми кивнула.

— Я бы попыталась выйти на кого-то из высокопоставленных последователей Киры. Её поддерживает множество политиков и бизнесменов. Кто-то наверняка был бы готов предоставить ей кров, деньги и даже новый паспорт.

— Скорее всего, так и было. Значит, нам нужно составить список всех, кто когда-либо высказывался в защиту Киры. Не факт, что Юри достигла своей цели, но мы хотя бы будем знать, в какую сторону она движется.

2007/01/12

После их встречи девятого января расследование застыло. Наоми должна была следить за Лайтом одиннадцатого числа, но её планы смешал приезд родителей Рея в Токио.

Мать Рея плакала у неё на плече, пока они с его отцом пытались договориться, как поступить с телом. Когда все дела были улажены, счета оплачены и место похорон выбрано, Наоми закрыла за ними дверь квартиры — их с Лайтом штаба, — и сползла по стене. Ей хватило сил только предупредить L, что ей нужно поменяться с Айдзавой сменами.

Она просидела в квартире до вечера, глядя в стену. Счастливые мгновения с Реем проносились перед глазами. Выпуск из Академии, в которой они познакомились, первое дело, корпоративы в управлении, отдых на Гавайях и в Париже, где Рей сделал ей предложение. Наоми казалось, что ей стало лучше, но подготовка похорон снова вскрыла нарыв. Она вцепилась в рукав, чувствуя, как на руке остаются глубокие белые следы от зубов. Слезы побежали по щекам, пропитывая ткань рубашки.

К вечеру Наоми достаточно успокоилась, чтобы вернуться к расследованию. Она открыла бутылку вина — к черту всё — и погрузилась в просмотр многочасовых выпусков новостей о Кире и бесчисленных бизнесменов и политиков, которые её поддерживали.

* * *

Двенадцатого января она приехала к школе заранее, припарковалась в тени и просто сидела, глядя на ворота. Лайт появился ровно в шесть — вынырнул из-за угла, оглянулся и быстрым шагом направился к ней. Даже со стороны было заметно, как он вымотан. Под глазами тени, движения чуть замедленные, но взгляд — всё тот же, цепкий, внимательный.

— Вы с Аидзавой поменялись сменами? — спросил он, садясь в машину.

Наоми кивнула.

— Нужно было уладить кое-какие дела с похоронами Рея. Его родители решили кремировать его здесь и переслать прах в США.

— Ты… расстроена из-за этого решения? — аккуратно спросил Лайт. Наоми завела мотор. — Раз ты решила остаться в Японии.

— Я не знаю, — Наоми провела по лицу рукой, отбрасывая лишние эмоции. — Не удивлена такому желанию. Все его родственники в Америке. Он никогда не собирался переезжать в Японию, хотя выучил язык ради меня, — она помолчала. — У него всё равно будет могила здесь. Мы сошлись на том, что я получу часть праха.

Лайт кивнул. Наоми была рада, что он удержался от соболезнований.

Какое-то время они ехали в тишине. Наоми вела машину по вечернему Токио, постепенно расслабляясь. Вчерашний срыв вынул из неё последние силы, и она была рада непритязательной поддержке Лайта.

— Есть новости? — Ягами бросил на неё заинтересованный взгляд, отрываясь от окна.

— L будет продолжать следить за тобой, пока Кира не начнёт убивать снова.

Лайт вздохнул.

— Камеры становится сложно игнорировать. Я чуть не столкнул одну из них, когда полез за учебниками на верхней полке. L не удивлен, что я до сих пор не понял, что за мной следят?

— Он не высказывал таких сомнений при мне.

— Ты не пыталась подслушать, что они говорят, пока смотрят трансляцию?

— Что у тебя очень скучная жизнь, — Наоми улыбнулась. Если она скажет Лайту, что сообщение про полторы тысячи агентов было уловкой L, тот слишком сильно распушит свой павлиний хвост. — Я бы порекомендовала разбавить учебу чем-нибудь ещё. Чем займешься после экзаменов?

Лайт усмехнулся.

— Хотелось бы, чтобы у меня появилась возможность спокойно заниматься делом у себя в комнате. Я нашёл информацию о паре бизнесменов из Окаямы, которые могут быть нам полезны, пока сидел в библиотеке, но это капля в море.

Наоми кивнула.

— Я покажу тебе, что удалось накопать мне.

Они поднялись в квартиру. Лайт повесил куртку в прихожей и сразу прошёл на кухню. Наоми наблюдала, как он загружает кофемашину, доставая из холодильника половину клубничного торта, который Оги сегодня принёс на работу.

— Хочешь кусочек?

Лайт вздрогнул от неожиданности. Зерна градом посыпались на пол.

— Черт, — он сел на пол, сгребая их ладонями в одну кучку.

Наоми присела рядом. Их руки встретились в центре лужицы из кофейных зёрен, и она мягко спросила:

— С тобой всё нормально?

Лайт кивнул, поднимаясь. Он выбросил пригоршню зерен в мусорку.

— Задумался об экзаменах. Глупость. Прости за кофе.

— Я уверена, ты прекрасно справишься, — Наоми пожала плечами, хотя что-то в его голосе заставило её насторожиться.

— Я буду лучшим, — бросил Лайт и вернулся к кофемашине.

Наоми приподняла брови, но промолчала. Она никак не могла понять, что значили такие заявления. Крайнюю самоуверенность? Констатацию факта? Цель?

— Так что насчет торта? Клубничный. L очень хвалил.

Лайт смерил взглядом нежно-розовый торт весь в розочках и рюшах.

— Не люблю сладкое, — Лайт поднял глаза на Наоми. Та пожала плечами. — Ладно, — Лайт вздохнул. Видимо, что-то в лице Наоми его переубежило. — Давай попьем кофе с тортом.

Наоми расставила чашки и заново загрузила кофемашину, пока Лайт переносил ноутбук из гостиной на кухню.

— Твои файлы здесь?

— Да, заголовок “Перспективные”.

Лайт усмехнулся и кликнул на нужный файл. Белый лист “Ворда” осветил его лицо, очертив круги под глазами.

— Хорошо спишь? — спросила она как можно небрежнее, ставя перед ним чашку.

— Стараюсь, — Лайт проскролил документ вниз. — Отличная работа. Тут же не только Осака?

— Их не так уж и много, — заметила Наоми, нарезая торт. — Я отсматривала всех, кто живёт южнее Токио. Почти весь активный электорат Киры сосредоточен в столице.

— Ожидаемо, — Лайт кликнул на одно из имен. — Я тоже обратил на него внимание.

— Хакусера? Он очень активен.

Лайт кивнул.

— Его дочь была изнасилована и убита. Расследование закончилось очень быстро, виновным почти сразу признали её молодого человека. Мне кажется, я даже видел телевизионный репортаж с того судебного заседания.

— Меня удивило, что они сразу закрыли дело.

— Эффект Киры, — Лайт пожал плечами. — И технически его признали виновным, хотя я и не понимаю, почему. Ты находила это дело в базе?

Наоми кивнула.

— Миллион несостыковок. Никто не спросил, какое алиби было у самого Хакусеры. Друзья отзывались о том парне положительно, но никто не принял это в расчет. Сейчас уже, конечно, все концы в воду.

Лайт кивнул, продолжая читать документ.

— Нужно составить список потенциальных спонсоров. Полиция не знает о связи Юри и Киры, они её потеряют. Но мы сможем определить, у кого она, скорее всего, скрывается.

Наоми кивнула. Лайт перевёл неуверенный взгляд на торт и отломил небольшой кусочек. Прожевал, поморщился.

— Сладкая гадость, — заключил он. — И L такое нравится?

— Он — главный сладкоежка, — Наоми улыбнулась. — Кладет в кофе по пять кусочков сахара.

— Глюкозные пики уничтожат его мозг к тридцати, — Лайт вздохнул. — Мне можно ни о чем не беспокоиться.

Наоми рассмеялась — коротко, неожиданно для себя самой. Лайт поднял на неё глаза, и на секунду между ними повисло какое-то чувство единения.

Она отвела взгляд первой.

— Давай работать, — сказала Наоми, возвращаясь к документам. — Нужно сузить круг.

Лайт кивнул и снова уставился в экран.

Они просидели за компьютером ещё два часа. Отобрали семерых потенциальных «спасителей» — тех, у кого были и возможности, и мотивы укрывать Киру.

Когда Лайт собрался уходить, Наоми проводила его до двери.

— Будь осторожен, — сказала она. — Экзамены — это важно, но если L что-то заподозрит...

— Я знаю. — Он надел куртку и помедлил. — Спасибо. За торт. Но было невкусно.

Наоми фыркнула.

— Увидимся.

Он ушёл, а Наоми закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, глядя в пустую прихожую. В голове крутилась его фраза: «Я буду лучшим».

Не «надеюсь стать». Не «постараюсь». «Буду». Может, у него нет выбора? Ты либо лучший, либо никто?

2007/01/17

Утро экзамена выдалось холодным и ясным. Наоми стояла в тени кустов напротив главного входа в университет, кутаясь в куртку и проклиная себя за то, что ей не сиделось в теплой квартире. Она пришла за час до начала, высмотрела удобное место среди декоративных зарослей и замерла в ожидании. Лайт должен был появиться с минуты на минуту.

В голове крутились обрывки мыслей: о вчерашнем разговоре, о том, как легко им работалось вместе и о девстренно чистом кусочке из Тетради в её кошельке.

Лайт показался из-за поворота ровно в 8:50 — шёл быстрым шагом, сосредоточенный, руки в карманах. Наоми заметила, как рядом с ним материализовался Рюк.

— Пришла пожелать удачи перед экзаменом? — донёсся насмешливый голос бога смерти.

Лайт отмахнулся, но Наоми уже выступила из кустов, подавая знак. Он увидел её, на мгновение замер, потом шагнул в заросли.

— Что ты тут делаешь? — прошептал он. — Сегодня же не твоя смена.

— L отпустил нас с Айдзавой. Он сам здесь.

Лайт моргнул от удивления.

— Здесь?

— Он собирался сдавать экзамен вместе с тобой. L обычно странно сидит на стуле, с ногами, ты его узнаешь.

Лайт рвано выдохнул. Наоми молча наблюдала, как он собирает свою маску обратно.

— Сейчас он мне ничего не сделает. Думаешь, он попытается вступить со мной в контакт?

— Попытается, но вряд ли сегодня.

— Если он поступает в университет вместе со мной, значит, намерен сблизиться, — Лайт потер подбородок. — Я подумаю об этом позже. Мне пора идти.

Он уже развернулся, когда Наоми окликнула его:

— Лайт!

Он обернулся. Солнце било ему в спину, очерчивая силуэт золотым контуром.

— Удачи.

Лайт улыбнулся.

— Успеха, — поправил он и кивнул на прощание.

Наоми наблюдала, как он выходит на улицу и уверенным шагом направляется к дверям университета. Броня была как никогда крепка. И куда делся усталый подросток, который переживал из-за экзаменов пару дней назад на её кухне?

Наоми развернулась и пошла к машине. Пора проведать штаб-квартиру и своих коллег.

* * *

— Всем добрый день, — сказала Наоми, заходя в очередной номер отеля, и застыла. Соитиро, Мацуда и Оги стояли перед мониторами — Что-то случилось?

Мацуда развернулся и радостно её оповестил:

— Кира снова начал убивать!

Наоми удивилась, какая гора свалилась у неё с плеч после этих слов. Лайт на экзамене. Это его стопроцентное алиби.

— Кого он убил? — спросила Наоми, пока никто не заметил её излишне радостное выражение лица после этих слов.

— Бейонда Бездея, — ответил Ягами. — Вы же с L над его делом работали?

Радость Наоми слегка померкла. Дело было старым, L почти наверняка сразу не засчитает его.

Она кивнула.

— Кто-то ещё?

— Пока всё, — ответил Ягами. Наоми видела в его глазах плохо скрываемое облегчение и удовлетворение. — Но это точно он. Тюремщики зафиксировали у ББ сердечный приступ.

Наоми подошла к монитору. Бездей — теперь безвредный — смотрел на неё с экрана недвижимыми глазами. Она была рада, что это дело свело её с L, но воспоминания были не самыми приятными.

Так странно, она рассказала Лайту о нём каких-то десять дней назад, и сегодня первая жертва Киры после большого перерыва — это Бездей?

Наоми заставила себя сосредоточиться. Не нужно пускать на своё лицо лишние эмоции.

— L уже знает?

— Он пока вне доступа, — ответил Мацуда. — Как только у них с Лайтом закончится экзамен, мы снова ему позвоним.

Наоми кивнула.

Информация о Бейонде была в открытом доступе.

Но это старое дело. Почему после такого перерыва Кира решила убить его именно сейчас? Почему не любое другое дело из новостей?

Почему в обед? Кира обычно убивает вечером. Потому что Лайту нужно алиби?

Но если так, то почему именно Бейонд?

Или это послание ей, Наоми?

Что если Лайт не Кира, но они с Кирой — подельники?

* * *

Наоми просидела до вечера, изображая бурную деятельность. Как только Соитиро Ягами начал собираться домой, чтобы поздравить сына с успешной сдачей экзаменов, Наоми сложила вещи в сумку и отправилась к машине.

Школа Лайта оказалась полупустой. Наоми уверенным шагом шла к директору, хоть глубоко в грудной клетке у неё что-то сжималось.

Спустя полчаса Наоми оказалась в рубке. Видеонаблюдение в школе было не в пример камерам в районе мафии — тут до сих пор пользовались кассетами.

— Все материалы в вашем распоряжении, — сказала директриса.

— Спасибо. Вы очень помогаете в поимке поджигателя дома семьи Хаяси.

— Боже, какой это ужас, — директриса приложила руку к груди. — Но не буду вам мешать. Если что-то понадобится, зовите сразу же.

Дверь за ней закрылась, и Наоми подошла к шкафу, в котором хранились записи. Она выдвинула глубокую прозрачную коробку с надписью “ноябрь 2007” и разложила кассеты на столе.

Лайт говорил, что нашёл Тетрадь после окончания занятий. Наоми уже достаточно долго следила за ним, чтобы примерно представлять график его учёбы.

Первой жертвой Киры был Отохарадо Куро. Он умер 28 ноября. Наоми взяла соответствующую кассету. Она начнет с предположения, что Кира решила сразу же испробовать свою новую силу.

Наоми вставила кассету в проигрыватель и нажала на play. Картинка зарябила. Мисора слегка перемотала вперёд, пока на часах не высветилось 16:00 — конец первой смены.

Лайт появился на экране спустя пару минут после звонка. Он прошёл по газону и поднял черную тетрадь с земли.

Наоми видела Тетрадь смерти у Рюка, поэтому без труда её узнала. Лайт открыл её, прочитал правила и выбросил назад. Наоми наблюдала, как он выходит за границы кадра.

Спустя пару минут на записи появилась Кира. Без сантиментов подхватив Тетрадь, она почти сразу скрылась.

Наоми уже думала остановить воспроизведение, когда случилось то, чего она не ожидала.

Лайт вернулся.

Мисора наблюдала, как он присел перед кустом, куда пять минут назад выбросил Тетрадь Смерти, и судорожно пошарил по земле. Даже на зернистой черно-белой записи было видно, как его поза приняла досадливое выражение. Лайт встал и ещё раз обошел куст кругом.

Наоми откинулась на спинку стула.

Почему-то это открытие ощущалось как удар в спину?

Почему он не рассказал ей? Очевидно. Потому что у этого поступка нет объяснения, которое не бросало бы на него тень.

Возможно ли, что он заодно с Кирой и только водит её за нос?

Наоми вернула кассеты на место и пошла к выходу.

Ночь встретила её холодом и звёздами. Она села в машину, но не завела двигатель. Наоми чиркнула зажигалкой и выдохнула горький дым, глядя на тёмное небо.

Ей нужно рассказать всё L. Хватит этой игры в веселых детективов. С знаниями Лайта, с ресурсами полиции, L поймает Киру за считанные дни. Не нужно будет тратить весь ресурс на бессмысленное наблюдение за спальней Лайта.

Какой же низкий лжец. Сыграл на её скорби и жажде мести, заманил секретной информацией. Наоми резко рванула ключ в замке зажигания, глубоко затягиваясь.

Она уже была готова отпустить сцепление, но вместо этого отпустила руль. Почему-то захотелось заплакать.

Наоми курила, пока слезы не отступили назад. Всю машину заполнили клубы дыма, и она открыла окно.

Кусочки не клеились. Если Лайт действительно заодно с Кирой, то у него было не так много возможностей связаться с ней, не вызвав вопросов у L или у неё. Она почти всегда провожала Лайта до дома после их вечерних мозговых штурмов. Даже если предположить, что он смог как-то позвонить ей сегодня, то что за острая необходимость убивать Бейонда Бездея? Для стопроцентного алиби Кире нужно было убить преступника, о котором Лайт не мог знать, а ББ плохо подходил на эту роль. Если Кира и могла так ошибиться, то Лайт вряд ли.

Зато Бейонд был отличной жертвой для демонстрации силы. Известный преступник, его смерть сразу бы заметили. Может, Кира наконец нашла своего спасителя и была вынуждена показать ему, на что способна?

Или Наоми только ищет оправдания Лайту?

Так или иначе, даже если он и не связан с Кирой, он вернулся за Тетрадью. Он знал, как она работает. Сначала испугался, но потом любопытство победило? Что если он ищет Тетрадь не чтобы избавить мир от Киры? Что если он хочет забрать её себе?

Наоми сделала последнюю затяжку и выбросила бычок в окно.

Если так, она сможет его остановить.

2007/01/18

Как Наоми и подозревала, L не снял наблюдение после смерти Бейонда Бездея. На следующий день Наоми привычно ждала Лайта у школьных ворот, прислонившись к фонарному столбу. Вечер опускался на город медленно, окрашивая небо в грязно-розовые тона. Наоми заканчивала сигарету, когда над ней раздался голос:

— Ты куришь?

Наоми обернулась. На лице Лайта застыло какое-то странное выражение, пополам удивление и разочарование.

— Иногда, — она затушила её о столб и бросила в урну. — Когда нервничаю.

Она вскинула подбородок. Пусть осуждает, малолетний любитель белого пальто.

Наоми думала, что Лайт скажет что-то типо “это вредно” и “тебе лучше бросить”, но тот только хмыкнул.

— Есть новости из штаб-квартиры?

— Ты слышал, что Кира вчера убила Бейонда Бездея?

Лайт кивнул.

— Этот сюжет крутили по новостям. L пока не собирается убрать камеры из моей комнаты?

— Он ждет более свежего убийства. Если ты не будешь знать имени жертвы…

— Значит, я точно не Кира. Логично, — Лайт снова кивнул. — Тогда мне лучше побольше сидеть дома.

Наоми пытливо вглядывалась в его лицо, но не заметила ни тени лжи или беспокойства. Возможно, Лайт просто был хорошим актером, но пока имело смысл оставить за ним презумпцию невиновности.

Ей нужны ещё улики.

— У нас будут планы на сегодня? — спросила Наоми, складывая руки на груди.

— Я предлагаю поехать к тебе и продолжить работу над списком. Потом скажешь L, что я пошёл праздновать окончание экзаменов с одноклассниками.

— Добро, — Наоми открыла дверь машины. — Я никогда не видела, чтобы ты выходил из школы с друзьями, — заметила она, поворачивая ключ в замке зажигания.

— У меня мало близких друзей.

— Мало или их совсем нет?

— Мало, — отрезал Лайт.

— Ты же знаешь всю округу.

— Да, но это не значит, что я дружу со всеми этими людьми.

Наоми бросила на него косой взгляд, но не стала развивать тему. В конце концов, это не её дело, есть ли у него друзья, или Лайт распугал всех своей духотой.

— С ними скучно, — бросил Лайт, смотря в окно. — Шмотки, отношения, футбол — вот и всё, что интересует моих сверстников.

Наоми никак не могла понять эта его претенциозность — она была привита его семьёй насильно, или Лайт такой сам по себе? Ему семнадцать, но вел он себя, как её ровесник.

Какое-то время они ехали молча. Наоми сделала радио погромче. Стинг допел свою песню, и эфир прервался новостями:

— Передаем срочное сообщение. Только что три насильника умерли прямо в зале суда в восточном Токио. Умерли от сердечного приступа. Дорогие слушатели, я рад заявить, что Кира, кажется, по-настоящему вернулся.

— Зачтешь мне алиби? — спросил Лайт, и Наоми рассмеялась.

— Юри теперь убивает в обед?

— Больше нет смысла прятаться от меня. L она вряд ли боится.

Наоми повернула в свой двор.

— Знаешь, Бездей — это же и одно из самых известных дел L тоже.

— Тебя смущает, что она решила убить его первым после перерыва?

— А тебя нет? Это старое дело.

— Я думаю, это могла быть демонстрация силы, — ответил Лайт, почти слово в слово отразив вчерашние мысли Наоми. — И тогда вопрос: Юри сама выбрала эту жертву или её попросили убить именно его?

— Намекаешь на то, что нужно поискать спонсора Киры среди свидетелей и потерпевших того дела? Бездей орудовал в Америке.

— Это всё предположения, — признал Лайт. Наоми припарковалась, и они пошли к входу. — Но идей получше у меня пока нет. Чем быстрее мы отследим Юри по камерам, тем выше вероятность, что мы сможем забрать Тетрадь.

Упоминание Тетради Смерти заставило сердце Наоми слегка сжаться.

Они поднялись в квартиру. Лайт скинул куртку и расположился на кухне за ноутбуком. Наоми включила кофемашину.

Она поставила чашку перед ним и села напротив, делая вид, что изучает свои записи. Взгляд скоро съехал с материалов на самого Лайта. Она наблюдала как он работает, как хмурится над экраном, как быстро бегают его пальцы по клавиатуре. Если Лайт врет, должна же она это заметить?

— Не вижу ничего, что связывало бы Хакусеру с Бейондом, — нарушил тишину Лайт. — Либо мы копаем не под того человека, либо упускаем что-то ещё, — он слегка прикусил ноготь большого пальца, мгновенно напомнив Наоми L. — Как думаешь, — продолжил он, — если с меня снимут наблюдение, мы сможем съездить в Осаку?

— Что ты надеешься найти?

— В материалах расследования исчезновения Юри же не было подвижек?

Наоми покачала головой.

— Я хочу приехать в точку, где полиция её потеряла, и попробовать поймать ускользающую нить. Может быть они её ищут не там.

— Я думаю, это вопрос пары дней, и ты будешь свободен, — Наоми перевела взгляд на календарь на холодильнике. — Двадцать первого? Или двадцать восьмого, если L решит продлить наблюдение.

Лайт кивнул.

— Тебя не потеряют?

— Я придумаю себе какое-нибудь прикрытие, — Лайт улыбнулся. — Мы не можем бесконечно стоять на месте. Кира начала действовать, значит, Юри перестала бежать.

— Если Тетрадью всё ещё пользуется она.

Лайт кивнул и снова вернулся к экрану ноутбука. Наоми отпила из своей чашки и приготовилась к нескольким часам напряженной работы.

* * *

— Мне пора, — Лайт бросил взгляд на часы и допил последний глоток второй чашки кофе. Теперь над столом Наоми висела карта Японии, истыканная кнопками, указывающими на местонахождение потенциальных спонсоров Киры. — Стоит показаться дома. У меня будет к тебе одна просьба.

— М? — у Наоми уже слегка болела голова от мельтешения фамилий и новостных заголовков.

— Подбросишь меня до ближайшего книжного?

— Без проблем, — Мисора подхватила кожанку, и они вышли на улицу.

Наоми с удовольствием вдохнула сумрачный зимний воздух, прежде чем снова сесть в машину.

— Как тебе L, кстати? — спросила она, выруливая со стоянки.

— Странный, как ты и говорила. Сидел весь экзамен с ногами на стуле.

Наоми хмыкнула.

— Как вы познакомились? — спросил Лайт.

— В один день он просто позвонил мне и предложил быть его глазами в деле ББ, — Наоми улыбнулась. — Меня тогда чуть не выгнали из ФБР за провал в предыдущем деле, и я согласилась. Я говорила, что Бейонд Бездей был моим напарником и помогал искать самого себя?

Лайт коротко рассмеялся. Наоми скосила на него глаза. Когда Ягами не пытался строить из себя самого умного человека в комнате, она понимала, почему он так нравится окружающим. Его зубы сверкнули в ослепительной улыбке.

— Тебе нельзя было уходить из ФБР.

Серый прах Рея, убранный в аккуратную коробочку мелькнул перед глазами Наоми. Она ударила по тормозам на светофоре.

Лайт перевёл на неё взгляд. Мисора старалась держать лицо, но получалось плохо, судя по настороженному взгляду Ягами.

— Извини, — сказал он.

Наоми вздохнула.

— Можно я закурю?

Лайт кивнул, молча наблюдая, как она достает сигарету из куртки, зажигает её от прикуривателя и выдыхает дым в окно.

— Я попробую?

Наоми перевела на него удивлённый взгляд. Её первый опыт курения случился примерно также: ученик Академии постарше предложил ей стрельнуть у него самокрутку. Наоми уже думала отказать, но Лайт смотрел неожиданно настойчиво.

— Не рекомендую, — сказала Наоми, протягивая ему свою сигарету.

Тот глубоко затянулся и закашлялся.

— Гадость.

— Пусть такое впечатление у тебя и останется, — она усмехнулась, забирая её обратно.

Лайт ещё пару раз кашлянул. Наоми была готова отдать ему должное: от мыслей о Рее он её отвлек.

Похороны должны были пройти через месяц. Наоми долго думала, где ей стоит распылить прах, и в конце концов пришла к решению, что ей нужна могила, на которую она могла бы ходить. Раз у неё была половина праха, она могла распоряжаться ей как угодно. Пару дней назад она оплатила место на кладбище. К началу февраля туда доставят памятник, и Наоми будет готова навсегда похоронить их с Реем любовь.

Она вздохнула и затушила сигарету в пепельнице.

Мисора припарковалась у большого торгового центра. Разноцветные огни иллюминации контрастировали с её настроением.

— Что ты хотел купить? — спросила она, пока они поднимались на эскалаторе.

— Мне пришла в голову одна идея. L же догадался, что Кира, скорее всего, стала жертвой насилия?

Наоми кивнула, насторожившись.

— Под эту теорию лучше ложится женский персонаж, так? — Наоми кивнула, и Лайт продолжил. — Или?..

— Или? — Наоми не поняла, к чему он клонит. — В конце концов, мужчины тоже могут подвергаться насилию.

— Да, — сказал Лайт, заходя в магазин и уверенной походкой проходя до самого конца торгового зала. — Но определенная категория мужчин…

— Я поняла, к чему ты клонишь, Лайт, — Наоми с внутренним трепетом наблюдала, как тот наугад вытаскивает журнал с накачанным парнем на обложке, — ты же понимаешь, что эти записи смотрит твой отец?

Лайт скривился.

— Я переживу.

— Это же совершенно не обязательно, — Наоми даже не могла толком объяснить, чем эта идея её отталкивала. Ей стало так неловко, что она почувствовала, как краснеет. — Даже если ты окажешься… если окажется, что тебя привлекают мужчины, это совершенно не значит, что ты становишься более вероятной жертвой насилия.

— Моя задача — не дать подозрениям L развеяться после того, как я получу алиби. L знает, что Кира может передавать свою силу по желанию, она уже продемонстрировала это на Рее, — Наоми кивнула, и Лайт продолжил. — L не может отрицать, что сейчас я не обладаю силой. Если бы я был Кирой по-настоящему и отказался от Тетради, я бы потерял память. Не странно ли это, что Лайт Ягами вспоминает о своих странных пристрастиях почти сразу после того, как преступники снова начали умирать?

— L не знает об этом правиле Тетради, — Наоми покачала головой. — Ты не можешь быть уверен, что его мысли пойдут именно в этом направлении.

— Это только первый шаг. Я намекну ему на свою амнезию, как только представится случай.

— Не думаю, что тебе удастся так легко одурачить L, — Наоми снова бросила взгляд на журнал в руках Лайта. — Не делай этого. Пожалуйста.

Лайт протянул его Наоми.

— Просто купи его, — он достал кошелек из рюкзака. — Доверься мне.

Опять доверие. Жаль, что вера — не метод расследования.

— Ладно, — она забрала журнал и пошла на кассу.

Боже, как она надеялась, что они оба не пожалеют об этом решении.

2007/01/28

L продержал наблюдение до конца недели, поэтому двадцать первого января Наоми и Лайт в Осаку не поехали. После той неожиданной покупки Наоми постаралась внимательнее присмотреться к Соитиро. Она видела его только, когда он входил в комнату видеонаблюдения или выходил из неё, но каждый раз он казался ей всё более затравленным. Когда он отлучился в уборную, Наоми не смогла противиться своему любопытству и подошла к L.

— Рюдзаки, — L взял себе старый псевдоним ББ для прикрытия. — С шефом Ягами всё в порядке?

L пожал плечами, поправляя рубашку.

— Вчера мы увидели, как Лайт листает порножурнал. Господин Ягами особенно расстроился тому, что там были мужчины.

Сердце Наоми упало. То, что Лайт находил возможным поставить свои отношения с отцом под угрозу ради расследования, её одновременно пугало и восхищало.

— Он справится, — L пожевал ноготь большого пальца. — Меня больше интересует, не может ли этот журнал указывать на пережитые травмы, — он подарил ей долгий взгляд, и Наоми понимающе кивнула. — Это известный эффект в психологии. Ты не видела, чтобы он взаимодействовал с незнакомыми мужчинами?

Наоми покачала головой.

— Лайт тратит почти всё время на учебу.

L кивнул.

— Я бы продолжил наблюдение, но штаб против, — L кивнул на комнату с остальными детективами. Пока там был один Мацуда. — Я их понимаю. Судя по тому, что мы видели, сейчас Лайт не Кира.

— Сейчас? — переспросила Наоми. — Ты думаешь, он мог передать силу, как в случае с убийством агентов?

— Я не знаю. Но это объясняет тот перерыв в смертях, который мы видели, — L помолчал. — Если сила может в любой момент быть передана по желанию предыдущего носителя, мы будем гоняться за Кирой вечно. Возможно, мы имеем дело с высшим существом. С Богом.

Наоми взяла его за плечи и тряхнула.

— Мы имеем дело с серийным убийцей. Из-за него умер Рей. Мы должны его поймать — или их, мне не важно! Если хочешь продолжать наблюдение за Лайтом, я на твоей стороне.

L кивнул и положил руку на её ладонь.

Он удалился обратно в наблюдательную рубку, а Наоми — в основную комнату. По лицу Мацуды она поняла, что он успешно погрел уши на их разговоре.

Но штаб всё-таки прогнул L, и наблюдение с Лайта было снято, поэтому спустя неделю Наоми ждала его на вокзале. Ягами появился за десять минут до отправления — свежий и отдохнувший.

— Хорошо выглядишь, — заметила Наоми.

— Приятно жить, когда знаешь, что больше никто не смотрит, как ты принимаешь душ.

Наоми усмехнулась.

— Наши места в конце поезда, — Лайт сверился с билетом. — Уже можем сесть, если ты купила поесть.

— Поезд идёт всего пару часов, я проживу без еды.

Лайт кивнул, и они зашли в новенький Синкансен. Наоми заняла место рядом с окном, Ягами упал рядом.

— Перекресток, на котором последний раз видели Киру, далеко от вокзала?

— Пятнадцать минут ходу. Я надеюсь обойтись без такси. У меня не слишком много денег, — признался Лайт.

Наоми отмахнулась.

— Если нужно будет, я за тебя заплачу.

— Я постараюсь, чтобы обошлось без этого, — с нажимом сказал Лайт. Поезд тронулся.

Наоми не стала возражать. Она не будет наступать на его мужское эго, раз ему так неприятна её помощь.

— Есть новости из штаба? — привычно спросил Лайт. Рядом с ними почти никого не было, поэтому ему не пришлось понижать голос.

— L клюнул на твою приманку. Считает, что твоя заинтересованность голыми мужчинами может быть следствием пережитого насилия.

— А отец? Он старался не разговаривать со мной всю неделю.

Наоми вздохнула.

— Он подавлен.

Лайт кивнул.

— Ты не боишься, что он не сможет принять это?

Ягами пожал плечами.

— Через какое-то время после того, как мы закроем дело, всё забудется. Я женюсь на девушке, и отец представит, что этого не было. Не в его характере пытаться разговаривать со мной о настолько щекотливых вещах.

Наоми кивнула. Лайт сказал о предполагаемой женитьбе так равнодушно, словно это было ещё одно дело, напротив которого он должен был поставить галочку, чтобы считаться успешным гражданином.

— Могу подарить тебе своё помолвочное кольцо, — вдруг сказала она.

Лайт обернулся к ней с ошарашенным выражением лица. Наоми даже немного повеселило его удивление.

— Это шутка?

— Не знаю, что мне с ним сделать, — Наоми открыла кошелек. Она сняла кольцо после смерти Рея, но так и не смогла убрать в шкатулку. — Без понятия, сколько оно стоит, но камень достаточно большой. — Она вытащила тоненькое колечко с бриллиантом в пару каратов с огранкой в форме марказ. — Носить его просто так я не могу.

— Продай? Это очень дорогой подарок, Наоми, я не могу его принять, — она видела, как Лайт наблюдает за бриллиантовой игрой внутри камня. — Красиво.

Наоми грустно улыбнулась, вложила кольцо в руку Лайта и закрыла его пальцы в замок.

— Назад не приму. Если хочешь продать — продавай. Но я бы хотела, чтобы ты подарил ему вторую жизнь.

Лайт покрутил кольцо в руках. Наоми хотела бы знать, о чем он так надолго задумался. Она отвернулась к окну. Нужно было покурить на перроне.

— Спасибо, — он убрал его в свой кошелёк.

Наоми кивнула. Почему-то стало легче.

* * *

Спустя два часа они вышли в Осаке. Наоми размяла затекшее тело и спросила:

— Веди куда дальше?

— На главную площадь, оттуда направо, — Лайт закинул рюкзак на спину.

Они вышли в город. Наоми была в Осаке несколько раз, поэтому особо не смотрела по сторонам. По Лайту же было очевидно, что он тут впервые.

— Рекомендую вернуться в Осаку при других обстоятельствах. Прекрасный город.

Лайт кивнул, осматривая главную площадь.

— Мы почти на месте, — они свернули в неприметный переулок. — Вот здесь машину с Кирой видели в последний раз.

— Узнаю местность, — Наоми кивнула. — И вижу камеру, с которой полицейские сняли запись.

— Нам она вряд ли поможет, — Лайт осмотрел местность. — Если бы я был человеком, которого объявили в розыск, я бы сказал высадить меня в другом городе, а затем поехал бы дальше. Главное сесть в машину там, где нет камер.

— Тогда найдем ли мы что-то?

— Давай мыслить логически, — Лайт вышел на перекресток. — Нужно осмотреть местность вокруг в поисках слепых пятен.

— Я пойду направо, ты — налево? — предложила Наоми.

— Договорились, — Лайт протянул ей руку, и Мисора по ней хлопнула. — Встречаемся здесь через час.

* * *

Солнце клонилось к горизонту, когда они с Лайтом зашли в ближайшее кафе после успешной охоты за видеозаписями.

— Умираю с голоду, — заявила Наоми.

— Я тоже, — Лайт устало вздохнул. — Возьми мне что-нибудь на свой вкус, я пока попробую включить запись на компьютере.

Мисора кивнула и отправилась к барной стойке. Когда она вернулась, Лайт уже открыл черно-белое изображение с самопальной камеры.

— Смотри, — он развернул к ней ноутбук. — Вот она, — он ткнул пальцем на переднее пассажирское сиденье, на котором сидела девушка с каре. — И это та же машина, что привезла её сюда.

— Значит, они договорились заранее, — Наоми расставила тарелки по столу. Лайту достался сырный рамен. Себе она взяла суши. — Ты говорил, что знаешь его?

Лайт кивнул.

— Это упрощает нам работу. Можно припугнуть его этим, — Лайт кивнул на ноутбук, подвигая к себе тарелку. — Такеши должен сказать, в каком городе высадил Киру. И тогда мы её найдем.

2007/01/29

Окончание слежки за Лайтом означало только одно — теперь в будни они могли встречаться только поздно вечером. Наоми не хотела вызывать вопросы, уходя слишком рано. Остальные оперативники сидели в штабе до позднего вечера.

Она была рада, что Лайт теперь может наслаждаться относительной свободой. Ещё она была рада не видеть Рюка, — даже спустя почти месяц с их знакомства, он все равно пугал Наоми, особенно когда отходил в тень. Рюк наблюдал за ними с Лайтом с маниакальным вниманием и часто посмеивался чему-то про себя, хотя и редко вступал с ней в контакт.

Всю прошлую неделю они с Лайтом не виделись в её квартире, и Наоми поймала себя на том, что ей не хватает этих посиделок. Пока Лайт был с ней, она отвлекалась от того холода одиночества, который нес её дом. Наоми снова задумалась о том, чтобы съехать, но побоялась, что сейчас это будет неудобно.

Вечера она старалась посвящать расследованию. Сидела за ноутбуком, пока голова не становилась квадратной, а строчки не начинали расплываться перед глазами. Тогда можно было пойти спать и уснуть почти сразу — без лишних мыслей. Иногда ей снился Лайт, и Наоми была так рада, что он выместил Рея из её снов.

Когда они вернулись в Токио, и Наоми проводила Лайта до дома, её вдруг накрыла такая тоска. Вернувшись домой, она открыла последнюю бутылку вина.

Пьяные мысли унесли её далеко. Руки у Лайта были немного прохладные, когда она передавала ему кольцо, — он волновался? Просто не показывал?

Ей бы хотелось, чтобы он сейчас оказался здесь. Чтобы ничего не говорил, просто был внутренним стержнем, за который можно было ухватиться в этом бушующем океане горя.

На следующий день Наоми проснулась с раскалывающейся от вина и слез головой. С трудом оторвав себя от кровати, она собралась и поехала в штаб.

— Доброе утро, — вздохнула она, заходя в очередной номер очередного отеля.

— Выглядишь неважно, Мисора-сан, — осторожно заметил Мацуда.

— Разбиралась с похоронами на выходных, — отрезала Наоми, открывая ноутбук. Она заметила, как Соитиро бросил неодобрительный взгляд на покрасневшего Тоду.

Наоми погрузилась в свою мнимую работу, когда мобильник для Лайта завибрировал в кармане.

Мисора окинула взглядом комнату. Все сидели, уткнувшись в мониторы. Она осторожно выскользнула в сторону уборной.

Включив воду для маскировки, Наоми открыла диалог с Лайтом.

“Зачем ты писала вчера ночью? Что случилось? Я приехал к тебе, но ты не открыла”.

Наоми несколько секунд непонимающе смотрела на это сообщение, пока не перевела взгляд выше.

“Приезжай ко мне, пожалуйста. Мне очень плохо”.

Лицо Наоми залила краска. Она не помнила, как писала этот текст. Время отправки стояло два часа. То есть Лайт ушел из дома посреди ночи и доехал до Синдзюку, чтобы помочь ей? Скорее всего, когда он добрался, она уже спала.

Стыд затопил Наоми. Она закусила ноготь, пытаясь придумать, как ей теперь загладить вину.

“Прости меня, пожалуйста. Со мной всё в порядке. Я просто…”, — Наоми стерла начало последнего предложения. — “Я просто слишком много выпила”, — всё-таки набрала она.

Наоми не была уверена, что стоит признаваться в этом, но не представляла, как ещё обосновать свои действия.

“Мне очень стыдно”, — добавила она. — “Как ты добрался до моего дома без машины?”

Несколько минут Наоми ждала ответа. Она уже собиралась вернуться в комнату, пока её не хватились, но телефон снова звякнул. Лайт прислал три злых смайлика.

Наоми вздохнула. И какой реакции после таких слов она ждала?

“Позаимствовал велик у сестры. Незабываемое путешествие”, — ответил Лайт. — “Ладно, я рад, что с тобой всё нормально. Можем поговорить сегодня вечером, если хочешь”.

Прямо сейчас Наоми хотела только провалиться сквозь землю.

* * *

Лайт ждал её в зарослях около полицейского управления. Наоми заметила его, когда вышла на первый перекур за сегодняшний рабочий день. Она оглядела улицу и пошла к нему.

— Ты уже освободилась? — он сложил руки на груди. — Я думал поехать к Такеши.

Наоми не стала себе отказывать в желаемом и закурила.

— Минут через тридцать буду собираться. Пока все сидят.

Лайт вздохнул. Наоми старалась смотреть куда угодно, но не на него.

— Прости, — наконец, сдалась она. — В следующий раз спрячу телефон от себя.

К её удивлению, Лайт отмахнулся.

— Я неплохо проехался по ночному Токио. Рюк был в восторге.

Шинигами хихикнул.

— Он за тебя испугался, — сдал он своего хозяина.

Лайт послал ему убийственный взгляд.

— У тебя много вредных привычек, — констатировал Лайт, обращаясь к Наоми. — Пила одна?

Мисора развела руками.

— В следующий раз просто позвони мне. И лучше пей с кем-нибудь, раз уж решила.

— У меня нет очереди из потенциальных собутыльников, — она затянулась. — Но спасибо за совет. Родители не заметили твоё отсутствие?

Лайт покачал головой.

— Я уже не первый раз так сбегаю из дома.

Ягами опустился на скамейку. Пока Наоми курила, они сидели в тишине. Лайт откинул голову на спинку и поднял глаза к кронам деревьев.

— Я буду ждать тебя здесь, — сказал он, когда она выкинула бычок в мусорку.

* * *

Они подъехали к дому Такеши Хато в девятом часу. Глаза Наоми слипались, голова гудела.

— Я выманю его из дома, — скомандовал Лайт. — От тебя мне нужен будет значок.

Наоми почувствовала укол раздражения. Она для него что — ходящий полицейский жетон?

Последняя рациональная извилина в её мозгу напомнила Наоми, что Лайт приехал к ней ночью, чтобы помочь.

А она ещё в нём сомневалась.

Наоми вздохнула и кивнула. Лайт подошёл к дому и постучал в дверь. Лайт видел, как родители Такеши скрылись в доме, и на улицу вышел высокий парень чуть старше Лайта. Мисора поняла, что сейчас её выход, и пошла к Лайту.

— … поговорить с тобой о Юри, — услышала она конец разговора.

— Я не знаю, где она сейчас, — наметанным взглядом агента Наоми заметила, как глаза Такеши лихорадочно заметались по лицу Лайта.

— Господин Хато, у нас есть вещественные доказательства, что вы подвезли Юри Аоки до Осаки, а затем снова посадили её в машину и поехали дальше, — сказала Наоми, показывая своё удостоверение. Зрачки Такеши расширились от страха. — Вы понимаете, что это делает вас соучастником преступления?

— Никакого преступления не было, — Такеши облизал губы. — Я просто её подвёз.

— Юри ищут по делу поджога дома семьи Хаяси, — вступил Лайт. — Ты сознательно утаил информацию по делу. Тебя же уже допрашивали полицейские?

Такеши глубоко вздохнул.

— Куда ты её повез? — спросила Наоми. — Скажешь нам город, и мы не дадим твоему делу ход.

Хато перевёл взгляд с Наоми на Лайта и сдался.

— До Окаямы, — ответил Хато. — Она сказала, у неё там друзья.

Наоми и Лайт переглянулись.

— Не рекомендую пытаться связаться с Юри, если не хочешь сесть вместе с ней за решётку, — посоветовал Лайт. — Спасибо за информацию.

2007/01/30

— Скажешь, нужно ехать в Окаяму? — спросила Наоми, когда они в следующий раз собрались у неё в квартире.

— Скажу, что Хакусера почти наверняка наш клиент, — отозвался Лайт, отрываясь от экрана ноутбука. — Думаю, проникнуть к нему будет непросто.

Наоми кивнула. Если бы они нашли какой-то повод для ордера на осмотр его дома…

— Говоришь, он живет за городом?

— В собственном коттедже, — Лайт повернул к ней ноутбук. Наоми присвистнула.

— Я вижу только миллионы иен.

Лайт фыркнул.

— Я бы съездил туда на этих выходных. Если повезет, мы сможем увидеть Юри. Вряд ли он не выходит из дома совсем.

— И что тогда? Как мы заберём у неё Тетрадь?

— У меня был план, — начал Лайт. Наоми сузила глаза. Он говорил чересчур уклончиво. — Я хотел сначала заполучить Тетрадь, отказаться от неё, тогда владение перешло бы к Кире, как к последнему пользователю. Я купил пистолет, — Наоми медленно отставила чашку с кофе, — и собирался пригрозить им Кире, чтобы уже она отказалась от Тетради. После этого Рюк бы забрал её.

Наоми не могла отрицать логичности этого решения, но волоски на её спине зашевелились от страха. Где он взял пистолет? Наоми напомнила себе, что Лайт раньше покупал камеры видеонаблюдения, тоже наверняка нелегально.

— Это тот пистолет, который видел у тебя Рей? — L рассказал штабу об этой странной покупке.

Лайт кивнул.

— Я планировал реализовать этот план гораздо раньше. Пистолет спрятан в моем столе, под двойным дном.

— Твоё счастье, что агенты, которые ставили тебе камеры и жучки, его не нашли.

— Я не вижу другого способа заставить Киру отказаться от Тетради, — отрезал Лайт. — Но не планирую её убивать.

Наоми кивнула. Взгляд Лайта стал холодным, как будто она напомнила ему о каком-то раздражающем моменте, — его первой неудаче.

— Хорошо. Но в этот раз не бери его с собой. Просто понаблюдаем за Юри.

Лайт кивнул и уткнулся обратно в ноутбук. Они сидели в тишине следующие два часа, пока Наоми разбирала документы от L, а Лайт пытался придумать, как им достать Киру.

На что Ягами был готов пойти, чтобы заполучить Тетрадь? Наоми признавала, что Киру нужно поставить в безвыходное положение, чтобы она отказалась от Тетради, но если бы она поняла, что это блеф? Лайт бы либо умер, либо убил сам.

Либо здесь какой-то более сложный план.

Наоми должна точно убедиться, что Кира и Лайт не заодно.

— Мне пора, — Лайт допил кофе. — Мы встретимся завтра?

— Давай. Во сколько тебя забрать?

— Я думаю, что приеду сам. Купил велосипед, — он усмехнулся.

Наоми снова залил стыд.

— Как только мне исполнится восемнадцать, пойду учиться в автошколу, — сказал Лайт. — Осталось немного.

— Когда у тебя день рождения?

— Двадцать восьмого февраля. А у тебя?

— Одиннадцатого.

— Решишь праздновать, зови, — Лайт усмехнулся.

Ничего праздновать Наоми, разумеется, не собиралась. С кем? С одним Лайтом?

— Могу купить торт?

— Ладно, тогда скорее откажусь, — Лайт надел куртку и забросил рюкзак на спину. — Можешь меня не провожать.

Наоми закрыла за ним дверь и вернулась к ноутбуку.

Есть ещё один путь, который она не исследовала. Она догадывалась, что ничего не найдет, но проверить стоило.

Наоми ввела пароль и вошла в полицейскую базу. У агентов ФБР всегда была возможность пробить любой номер телефона, может, и у японских полицейских есть такие полномочия…

Немного полазив по сайту, Наоми нашла, что искала. Она вбила в форму мобильный Лайта и стала ждать.

Кольцо загрузки сменилось списком из всех звонков Лайта за последние несколько месяцев. Наоми проскролила страницу вниз. Она сразу узнала телефон Соитиро. Остальные номера она выписала на листочек — их оказалось около десятка — и отправилась проверять их владельцев.

Номер сестры. Мамы. Пара одноклассников. Школьный учитель. Несколько звонков Аницуко. Ожидаемо, Лайт о них рассказывал. Никаких попыток связаться с Юри.

Следующим она проверила его одноразовый номер. Там были только звонки и СМС ей. Всё чисто.

Наоми откинулась на спинку стула.

Что у неё есть? Лайт выбросил Тетрадь, но вернулся за ней. Почему он передумал? Заинтересовала сила? Не смог бороться с приступом любопытства? Допустим.

Лайт действительно пытался найти Киру или отводил Наоми от неё, как он водил за нос L и таск-форс? Наоми ещё раз открыла материалы, которые у них были.

Солнце уже село, когда она оторвалась от экрана. Пока что она не видела изъяна в логике Лайта. Не видела подлога, хотя смотрела особенно внимательно, потому что чувствовала, что в глубине души ей не хотелось бы оказаться очередным винтиком сложного многоходового плана Ягами Лайта, который ведёт непонятно куда.

Она будет исходить из того, что Лайт хотел вернуть Тетрадь, чтобы стать Кирой самому. И будет начеку.

2007/01/31

Когда Наоми приехала в офис, детективы сидели, уткнувшись в свои ноутбуки. L переместился в основной зал: теперь им с Соитиро не нужна была отдельная комната. L поднял чайную ложку в приветствии, когда Наоми вошла.

— Кира невероятно активна, — заметила Наоми, когда с традиционными приветствиями было покончено.

L кивнул.

— Его привычки значительно изменились. Он убивает целый день. Среди жертв много преступников, которые действовали, пока мы следили за Лайтом, — Соитиро вскинул голову в протесте, но ничего не сказал. L облизал ложку. — Кира компенсирует свои пробелы.

Наоми кивнула.

— Он решил, что нет смысла прятать свои часы активности?

— У меня сложилось впечатление, что теперь он больше не беспокоится о том, что его можно поймать по этому признаку, — L зачерпнул ещё ложку торта. — Это не просто убийства, размазанные по всему дню. Он убивает, как только имя объявляют в новостях, даже если первый выпуск приходится на обед. Создается впечатление, что теперь Кире больше нечем заняться, кроме мониторинга имён.

— Что окончательно снимает подозрение с Лайта, — заметил Айдзава. — Тот почти всегда чем-то занят.

— Да-а, — протянул L. Наоми услышала в его голосе только нежелание идти на прямую конфронтацию с командой и нулевую уверенность в самой невиновности Лайта. — Но меня всё ещё тревожит это совпадение. Кира сделал перерыв как раз, когда мы решили начать следить за домом Ягами. Если предположить, что Лайт всё же был Кирой до этого, это значит, что кто-то его предупредил.

L уже ходит по острию правды. Наоми постаралась успокоиться, чтобы смятение на её лице не выдало их с Ягами с головой.

— Тогда Лайт должен был как-то передать свою силу другому человеку. Мы следили за ним двадцать четыре на семь и ничего подозрительного не заметили, — сказал Айдзава. Наоми мысленно поблагодарила его, что эти слова не пришлось произносить ей.

— Это неправда. Вы не заходили за ним в школу, — очередной кусок торта отправился L в рот. — Либо Лайт нашёл возможность передать силу прямо на наших глазах, но мы не заметили этого.

— Если Лайт знал о слежке, тогда зачем принёс в свою комнату… тот журнал? — сдавленно спросил Соитиро.

— Какой журнал? — тут же среагировал Мацуда.

— И зачем нужно было ждать так долго, чтобы передать силу, если это можно сделать незаметно? — перебила его Наоми, но любопытные взгляды всё равно скрестились на господине Ягами.

— Вы оба правы, — заметил L. Он почесал подбородок ручкой ложки. — Мы не знаем, как именно работает сила Киры, поэтому не можем с уверенностью что-то предполагать. Сейчас Лайт ей определённо не обладает, но это не значит, что он никак не связан с Кирой. Мне нужно подумать.

Господин Ягами склонился под тяжестью этих слов. Он первым отвернулся к компьютеру. Остальные детективы последовали его примеру.

Наоми уставилась в свой ноутбук.

Она думала, что момент, когда L догадается размотать всю историю действий Лайта от настоящего момента до падения Тетради в мир людей — это вопрос пары дней. Если для передачи силы Рею Кире потребовалось как-то провзаимодействовать с физическим миром, значит, чисто гипотетически, можно попытаться их отследить. Ниточка может порваться, как это было в случае Рея, но попытаться стоило.

Ей нужно уничтожить записи с камер из клуба, где Лайт встречался с Аницуко. Там были они все: Лайт, вторая Кира и Рей. Если L найдёт её, то увидит ещё одного человека, которому Рей показал своё удостоверение. Не составит труда узнать, что Аницуко уже мертва.

Это было преступление, разумеется. Но Наоми должна была уничтожить эту зацепку.

Она открыла отчет Рея о деятельности Лайта. Родное имя резануло по сердцу. Наоми проскроллила страницу вниз.

2006-12-23: наблюдаемый приобрел оружие. Малокалиберный пистолет, марка неопознана.

2006-12-24: наблюдаемый вышел из дома в 23:50. Он проследовал в клуб с девушкой. Никаких происшествий внутри

Как она и думала, Рей умолчал о том, что ему пришлось предъявить удостоверение. Это было прямое нарушение должностной инструкции.

Тем легче сейчас было ей. Если она вырежет этот инцидент из биографии Лайта, он будет в относительной безопасности.

— Вы, кстати, заметили, — подал голос Мацуда, — Кира убила взяточника.

Айдзава, который сидел к нему ближе всех, склонился над ноутбуком Мацуды.

— Правда, — с удивлением заметил он. — Что думаешь, L?

— Это только один случай, — сказал Оги.

— Это прецедент, — L отдал пустую тарелку Ватари, который стоял у него за спиной всё это время, — который только подтверждает версию о том, что у нас новый Кира.

* * *

Как только Наоми вышла из отеля поздно вечером, она набрала Лайта.

— Алло, — отозвался он. — Я уже у тебя.

— Скажи, в какой клуб вы с Аницуко ходили?

— В Адский котёл. L проверяет отчет Рея? — голос Лайта стал более собранным.

— Пока нет, но он всё ещё думает, что ты как-то связан с Кирой. L считает, что ты каким-то образом смог передать силу другому человеку.

— Неудивительно, учитывая, что сейчас творит Юри. Ты хочешь уничтожить записи? Я могу приехать к тебе.

— Не нужно. Не будем лишний раз светить твоим лицом перед персоналом.

— Ты справишься с уничтожением? Я смогу стереть запись так, чтобы никто её никогда не восстановил.

“Что же ты тогда раньше сам до этого не додумался?” — с раздражением подумала Наоми.

— Хорошо. Встречаемся там через полчаса.

Наоми села в машину и вырулила с парковки. Она пропустила вечерний обряд курения, поэтому зажгла сигарету в машине. Придется загнать её на химчистку раньше времени. Наоми не хотелось, чтобы запах впитался в обивку.

Своё собственное условие в тридцать минут она с треском провалила, когда встала в пробку. Наоми в раздражении откинула голову на сиденье, послав долгий гудок дураку, который пытался в таком трафике перестроиться в её ряд.

Её мобильный зазвонил.

— Ты где? — спросил Лайт на другом конце. — Я на месте.

— Стою в пробке на въезде, — обреченно ответила Наоми. — Ещё минут двадцать-тридцать.

В трубке раздались какие-то голоса и смех.

— Может, я тогда зайду сам? — спросил Лайт.

— Как ты попросишь запись без моего значка?

Нет, Наоми должна увидеть, что произошло в клубе. Она не даст Лайту всё стереть прежде, чем не убедится, что на этой записи её не ждет очередной сюрприз.

— Я не думал, что ты собираешься его показывать. Если L действительно будет пробивать все мои передвижения по отчету Рея и дойдёт до этого похода в клуб второе, что он сделает после того, как выяснит, что записей нет — это покажет наши с тобой лица охране. Мой визит два месяца назад они может и не вспомнят, а вот твоё удостоверение — сто процентов.

В этом была логика. Наоми скрипнула зубами.

— Я скоро буду, Лайт, — нажим сам собой появился в её голосе. — Подожди немного, вместе туда зайдём и сотрем запись. Не важно с удостоверением или нет.

Пару секунд в трубке стояла тишина. Наоми уже подумала, что связь прервалась, когда Лайт спросил:

— Ты мне не доверяешь?

Наоми выдохнула дым в окно. Черт бы тебя побрал, Лайт Ягами.

— Ты хочешь увидеть запись, — констатировал Лайт.

— Это преступление? Мне кажется, я имею право.

— О, конечно, — язвительно ответил он. — Я же подавал столько поводов для беспокойства, выполняя за таск форс их работу. Жду тебя у входа.

Лайт бросил трубку. Наоми тоже отправила свою в полет на приборную панель. Она глубоко затянулась, одновременно нажимая на газ, пока карман рядом с ней не исчез.

* * *

Наоми подъехала к заметно раздраженному Лайту Ягами через полчаса. Он ждал её на парковке, сложив руки на груди. Перед тем, как выйти из машины, Наоми глубоко вдохнула и выдохнула. Ей нужно сохранять холодную голову. Если они сейчас разругаются, то помогут только Кире.

— Извини за задержку, — ровно сказала она, когда приблизилась к Лайту. — Спасибо, что подождал.

Тот молча кивнул и направился к входу в клуб. Наоми чувствовала, что от него ещё исходят волны неудовольствия, но тот уже взял себя под контроль.

Чего ещё ждать от Лайта Ягами?

— Как мы посмотрим записи без удостоверения? — спросила Наоми, когда они дошли до конца очереди. Из клуба на всю округу разносились жесткие басы.

— У меня есть идея, — протянул Лайт. — Не уверен, что сработает.

Ожидание тянулось бесконечно. Наоми думала, что их не пропустят из-за их обычной одежды — вокруг них стояли одни готы, обвешанные железом, — но секьюрити на них даже толком не взглянул.

— У тебя есть деньги? — спросил Лайт, перекрикивая музыку. — Я верну.

Наоми открыла кошелёк, и Лайт достал оттуда пару двадцаток.

— Найди наблюдательную рубку пока. Она должна быть где-то на втором этаже. Когда услышишь крики, попроси кого-то рядом с собой позвать охранника оттуда вниз.

Лайт махнул ей и скрылся в толпе, не дав задать ни одного вопроса. Наоми с трудом протиснулась к лестницам и поднялась на второй этаж.

Рубка нашлась в конце коридора, заполненного курящими подростками. Наоми заняла свой наблюдательный пост и стала ждать.

Как и предсказывал Лайт, через десять минут кто-то внизу истошно заорал. Наоми бросилась к первой попавшейся девушке и закричала:

— Быстрее, бежим за охранником! В рубку! Там кого-то убивают, наверное!

Девушка посмотрела на неё испуганными глазами, жирно подведенными черной тушью, и бросилась вслед за Наоми. В конце пути Мисора притормозила, пропуская её вперёд.

Как только охранник унесся вниз, Наоми зашла в рубку и захлопнула дверь. Она успела открыть файлообменник, когда к ней зашел слегка потрепанный, но вполне целый Лайт.

— Работает безотказно, — он упал на стул рядом с ней. — Некоторым людям лишь бы набить другим морду.

Наоми покачала головой в восхищении.

— Вот это я понимаю, система видеонаблюдения, — заметил Лайт, открывая нужный файл. — Я могу рассмотреть своё лицо.

Наоми склонилась над его плечом. На экране Лайт и Аницуко проходили в клуб. За ними тянулась длинная очередь из разряженных подростков. Рей проскользнул следом за Лайтом. Наоми усилием воли перевела взгляд с него на Ягами.

— Классный вид, — прокомментировала она. — Тебе идёт.

— Спасибо, — Лайт прокликал запись дальше. — Вот сейчас я якобы что-то подливаю в колу Аницуко, — экранный Лайт сделал ровно то, что только что сказала его реальная версия. — И теперь ухожу.

Наоми молча наблюдала, как её жених подходит к Аницуко и что-то ей говорит.

— Рей видел, как я покупаю пистолет, — заметил Лайт, — а потом подливаю что-то в бокал девушки, с которой пришел. Я знал, что он не сможет пройти мимо.

Наоми не ответила. Она смотрела, как её жених пытается что-то втолковать Аницуко, но она отмахивается и смеется, — так уверена, что Лайт ничего ей не сделает. И тогда Рей достает своё удостоверение и протягивает ей. Половина лица Аницуко, которую они видят на записи, принимает потрясенное выражение.

— Я понимаю, почему ты решил, что она Кира, — ровно заметила Наоми.

Поразительно. У Лайта был единственный патрон, и он попал четко в цель. Он никогда не разговаривал с Реем до этого, только видел его слежку за собой и каким-то образом понял, какой он человек — честный, верный и неравнодушный. Наоми знала Рея восемь лет, но каким даром обладал Лайт, чтобы понять это?

— Мне очень повезло, — заметил Лайт.

Рей скрылся с записи, когда Лайт пошёл к столику с Аницуко. Какое-то время они с Лайтом о чем-то говорили. Та всё ещё казалась не в себе. Лайт на записи рассмеялся и взял её за руку.

— Ловелас.

— Рюк говорил, что я нравлюсь Кире, — Лайт пожал плечами.

Наоми покачала головой. Лайт манипулировал людьми на грани фола. У неё в груди возникло какое-то брезгливое ощущение.

— Дальше ничего интересного не происходило. Через полчаса начался концерт. После него мы разошлись.

Наоми кивнула.

— Стирай всё. Долго они хранят записи?

— Первая датирована прошлым годом. У этого клуба постоянно проблемы с полицией.

— А ещё камеры тут есть?

— На входе и в коридоре с туалетами. Я снесу всё. Думаю, будет правильнее удалить весь декабрь 2006 года, чтобы не было вопросов, — Лайт методично выделил нужные записи. — И за сегодня тоже.

— С чем я тут не могла справиться самостоятельно?

— Я не просто их удалю, иначе у сотрудников точно возникнут вопросы, почему записи пропали прямо после нашего визита. Я поставлю отложенное удаление. Сколько мы ещё в безопасности? Неделю?

— Поставь три дня. Я думаю, L уже в шаге от этого открытия.

— Хорошо. Дай мне минуту.

Наоми кивнула. Она осторожно выглянула в коридор, чтобы проверить, что к ним никто не бежит. На первом этаже всё ещё слышались звуки ударов. Она понадеялась, что никто не вызовет сюда полицию.

— Готово, — раздался голос Лайта. — Пошли отсюда.

Они с трудом протиснулись сквозь массовую драку, которую устроили двадцать йен Наоми.

На улице стемнело. Лайт забросил велик к Наоми в багажник и упал на переднее сиденье.

— Нужно ехать в Окаяму послезавтра, — сказал Лайт, когда она повернула на магистраль.

Наоми кивнула.

— Я куплю билеты.

— Я заплачу за себя, — тут же отозвался Лайт. — И верну тебе долг.

— Как скажешь, — Наоми вздохнула. — Я надеюсь, проверять тебя поставят меня.

— L может тебя в чем-то подозревать?

— Прямо он об этом не сказал, но у него была теория, что тебя кто-то предупредил о слежке.

— Это нелогично. Почему тогда…

— Да, мы ему так же сказали. Про журнал и про целую неделю без убийств, — Лайт усмехнулся от этих слов. — Но он доверяет своим изначальным выводам.

— Он знает, что Кира вышла на агентов через Рея. Видимо, поэтому он всегда будет уверен, что я как-то с этим связан, — Лайт вздохнул. — Мы должны играть на опережение, тогда всё будет в порядке.

Дороги в противоположную сторону были свободны, поэтому Наоми с ветерком довезла их до префектуры, в которой жил Лайт.

— Припаркуюсь здесь, на всякий случай, — сказала Наоми, отстегивая ремень безопасности. — Не забудь свой велик.

На тротуарах зажглись фонари. Наоми бросила взгляд на наручные часы. Было уже почти одиннадцать вечера. Она про себя порадовалась, что улицы в такой час тут были всегда пустынны.

Лайт достал велосипед. Наоми остановилась в ожидании, но тот не стал уходить.

— Я не пытаюсь тебя обмануть, — сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Мы партнеры. И оба заинтересованы в успехе дела. Если у тебя есть сомнения во мне, лучше скажи сейчас. Мне казалось, я ясно дал понять, что мы на одной стороне.

Наоми перевела взгляд с мостовой на Лайта.

Она не может сказать ему, что знает его маленький секрет. Правды она всё равно не услышит. Лайт столько раз доказывал, что может лгать людям, манипулировать ими, играть роль ради выполнения своих целей, что не было возможности доверять ему до конца. Никакой.

Но, в то же время, она была готова признать, что они неплохая команда. Она проверяла его — Лайт точно не был Кирой и не пытался с ней связаться. В своем желании остановить Юри он был искренен. Несмотря на свой талант манипулятора, Лайт не был лишен эмпатии. Если бы не степень опасности ситуации, в которой они оказались, стал бы он прибегать к таким методам?

Вполне возможно, сейчас он тоже пытается ей манипулировать из-за страха, что она расскажет все, что знает, L. Наоми жизненно необходима Лайту, но он сам уже выложил перед ней свои карты, рассказав уникальную информацию, которой ранее обладал только он. Сейчас вела Наоми. Если завтра она пойдёт к L, расскажет правду и скажет окружить дом Хакусеры, он это сделает. Они поймают Киру, заберут Тетрадь себе, но не на условиях Лайта.

— Я доверяю тебе, Лайт, — Наоми вздохнула и достала сигарету для прикрытия. — Но ты должен понимать, что вижу я. Я вижу, как ты раз за разом способен обводить людей вокруг пальца. Я получила достаточно доказательств, что ты мне не врал, и действительно хочешь найти Киру. Но это запись — важнейший поворотный момент в расследовании. Я должна была знать, что на ней. Я удостоверилась, что всё было именно так, как ты рассказывал, вопрос закрыт. Я понимаю, тебе может быть неприятно, что тебя проверяют, но в данной ситуации, я считаю, что имею на это право. И, — Наоми затянулась. — И я хотела посмотреть на Рея ещё раз.

Кажется, теперь она уподобилась Ягами. Последнее, чего она хотела — это видеть, как Рей подписывает себе смертный приговор.

Напряженное выражение лица Лайта немного смягчилось. Он прислонился к машине.

— Понимаю.

— Я не собираюсь сдавать тебя L, если ты за это беспокоишься.

Лайт всё ещё выискивал в её словах тень обмана. Наоми ответила ему прямым взглядом. В конце концов, это была правда.

Он ещё какое-то время сверлил её глазами, а затем протянул руку к сигарете.

— Тебе же не понравилось, — заметила Наоми, отдавая её.

Тот не ответил, затягиваясь. На этот раз вышло сильно лучше.

— Я рад, что мы разобрались, — он вернул ей сигарету. — Как будто немного вишней отдает.

Наоми кивнула.

— Удачно тебе добраться, — сказал Лайт и сел на велик.

Наоми проводила его взглядом, заканчивая курить.

Она собиралась садиться в машину, когда из небольшой аллеи рядом с ней раздался короткий вскрик.

— Лайт? — позвала Наоми в пустоту.

Она проверила, что пистолет висит на ремне и побежала в темноту деревьев.

Оранжевый свет фонарей мерцал перед глазами. Было тихо. Наоми вглядывалась в каждую тень, пытаясь увидеть хоть какое-то движение. Охотничий инстинкт кипятил кровь и заставлял сердце биться быстрее. Она прошла аллею почти до конца, когда заметила двух мужчин, лежащих на земле.

Наоми бросилась туда.

— Лайт! — вскрикнула она, доставая пистолет. Она споткнулась о велосипед. Тот издал резкий звон спицами.

Мелькнул нож. Наоми отклонила его предплечьем, чувствуя, как рвется ткань кожанки. Она ударила ногой в пустоту. Незнакомый голос охнул и захрипел.

Наоми спрятала пистолет — она не хотела застрелить Лайта случайно. Раздался металлический звон. Нож снова пронесся перед Наоми, но на этот раз она успела перехватить руку нападающего и выбить из неё оружие. Ещё одна рука — на этот раз Наоми узнала Лайта — метнулась к ней и достала пистолет из кобуры.

Выстрел.

2007/02/03

Наоми ждала Лайта на перроне, прислонившись к перилам ограждения и курила уже третью сигарету подряд.

В последнее время она начала кашлять, но не могла снова бросить. Не после того, что произошло два дня назад.

Когда Лайт выбрался на свет, Наоми упала перед ним на колени. Он надрывно кашлял, как будто его душили.

— Боже, Лайт, — Наоми слегка тряхнула его. — Господи.

Она не смогла подавить порыв и обняла его. Он вцепился в её плечо, пытаясь отдышаться.

— Он что-то сунул мне под нос.

— Голова кружится? — Наоми отстранилась, чтобы оценить, насколько всё плохо.

— Нормально, — просипел Лайт. Он перевёл взгляд на пистолет в своей руке. — Кажется, я попал в голову.

Наоми потянулась за телефоном, уже зная, что увидит на земле.

Фонарик высветил труп мужчины с наполовину снесенной головой. Именно такая картина наблюдается, когда человеку стреляют в висок с близкого расстояния из крупнокалиберного оружия. Наоми перевела взгляд на Лайта. Для гражданского, который первый раз в жизни увидел мертвого человека, он сохранял стоическое спокойствие.

— Якудза, — он кивнул на татуировку, которая вилась по шее трупа. — Привет от отца Аницуко.

— Разберемся с этим позже, — ответила Наоми. — На звук выстрела уже могли позвонить в полицию.

— Нельзя его тут оставлять, — ответил Лайт. Он поднялся с земли, слегка покачнувшись. Наоми подошла ближе, чтобы подхватить, если тот начнет падать, но Ягами устоял. — В нём пуля из твоего пистолета. Экспертиза это легко определит.

Наоми кивнула. Холодный пот побежал по её спине.

Уничтожение вещественных улик по делу Киры уже казалось несерьезным проступком.

— Если мы позвоним в полицию, я скажу, что это была самооборона, — сказала Наоми. — Тебе ничего не будет. L совру, что решила последить за тобой просто так.

— И наш план будет уничтожен.

— Ты же не хочешь?..

— Хочу, — отрезал Лайт. — Гони сюда свою машину. Я пока приберусь.

Он послал ей решительный взгляд с легким налетом сумасшествия. Наоми отступила и побежала к машине.

Это было чистым безумием. И невероятным везением. Никто пока не вызвал полицию. Никто не прошёл по той аллее, пока они с Лайтом были заняты заметанием следов. Она припарковалась прямо рядом с трупом на дороге и открыла багажник. Лайт сгрузил туда своего неудачливого нападающего.

— Есть тряпка какая-то?

Наоми вытащила ему канистру незамерзайки и тряпку для стекла. Ягами снова скрылся в роще. Несколько минут прошли для Наоми в томительном ожидании. Ей мерещилось, что она уже слышит вой полицейских сирен, когда Лайт, наконец, появился на горизонте с велосипедом под мышкой.

— Я всё убрал. Гильза, — он протянул ей небольшой предмет. Наоми механически сунула его в карман. — Всё, уходим отсюда.

Лайт упал на пассажирское сидение, и Наоми дала по газам.

Ягами с трудом держал голову ровно. В машине Наоми рассмотрела, что ему сильно досталось: на голове была огромная гематома.

— У тебя кровь, — заметила она.

Лайт осторожно прикоснулся к голове и отвел руку к свету. Кончики его пальцев были красными.

— Черт возьми. У тебя есть салфетки?

Наоми протянула ему упаковку.

— Тебе нужно в больницу. Может быть это сотрясение.

— Об этом подумаем потом, — Лайт поморщился, прикладывая комок салфеток к голове. — Нам нужно его похоронить.

— Как будто это так просто, — Наоми пыталась лихорадочно вспомнить все подобные дела. Как им спрятать тело? Вдруг у неё мелькнула безумная идея. — Я знаю, что нам делать.

Она повернула в противоположную сторону при первой возможности. Наоми осторожно смотрела на все ограничения скорости. Если их сейчас остановит дорожный патруль, это будет катастрофа.

— Куда мы едем? — спросил Лайт.

— На кладбище. Закопаем его в могилу Рея.

Лайт перевел на неё ошарашенный взгляд.

— Ладно, это может сработать, — спустя секунду признал он. — Нас никто не увидит?

— Там должен быть только сторож, — сердце билось где-то в горле. — Рея должны похоронить на следующей неделе. Я уже смотрела место.

Лайт кивнул и в изнеможении откинулся на спинку кресла. Наоми не представляла, как отмоет салон от такого количества крови.

К кладбищу они подъехали во втором часу ночи.

— Тебя ещё не потеряли? — спросила она Лайта.

— Я попросил Саю меня прикрыть. Отец задержался в штабе.

Наоми нахмурилась, но отмахнулась от тревожных мыслей о том, что Соитиро так долго там делает. Пока у них были дела поважнее.

— Надо как-то переправить его через забор, — она кивнула в сторону багажника.

Лайт выглянул в окно.

— Я попробую закинуть тело на плечо и забраться наверх по этой вязи, — Ягами указал на кованые завитки листьев и бутонов роз.

— Ты нормально себя чувствуешь? — Наоми вглядывалась в лицо Лайта, пытаясь понять, не собирается ли он упасть в обморок от потери крови прямо сейчас.

— Да. Пошли.

Наоми открыла машину. Они с Лайтом несколько секунд рассматривали труп. Мозги уже успели затечь в угол багажника.

— Бери его за ноги, я возьму туловище, — скомандовал Лайт. — Я полезу первым.

— Ты его не утащишь. Как, карабкаясь одной рукой?

— Черт возьми, — Лайт оттер кровь с лица. — Тут нет ещё каких-то ворот, которые не охраняются?

Наоми оглядела гладь забора. Крупные кованые витки шли вправо и влево, насколько хватало глаз.

— Рюк, — Лайт поднял глаза на шинигами, который равнодушно висел над ними. — Пожалуйста. Если нас сейчас поймают…

— Ладно, — шинигами поднял тело из багажника кончиками пальцев и играюще перекинул его через забор.

— Теперь нас с Наоми. Только аккуратно, — Лайт обернулся к ней. — У тебя есть лопата?

Наоми нырнула вглубь багажника, мысленно поблагодарив отца, который сунул ей лопату на случай, если эта зима будет снежной. Заодно она захватила тряпки, которые ещё можно было с натяжкой назвать чистыми.

Рюк перенёс Лайта и её через забор и снова завис без дела.

— Куда идти? — прошептал Лайт.

Над кладбищем висел туман. Наоми обернулась вокруг себя и ответила так же тихо:

— Налево до первого поворота. Там должно быть пустое место.

Лайт кивнул, и они медленно двинулись. Труп оказался таким тяжелым, что у Наоми отнимались руки.

Когда они, наконец, оказались на месте, то синхронно бросили его на землю. Рядом с будущей могилой Рея раскинул свои ветки огромный дуб.

— Лопату, — скомандовал Лайт.

Наоми передала её, и он начал аккуратно снимать первый слой земли с травой.

Через полчаса копания мерзлой земли, Наоми предложила:

— Я тебя сменю. Посиди, на тебе лица нет.

Бледный как луна Лайт, уже до колен опустившийся в могилу, с трудом подтянул себя на руках и привалился к ближайшему надгробию.

— Держись, — сказала она. — Осталось немного.

Тот кивнул и закрыл глаза.

Наоми копала насколько могла быстро. Пот лил градом, вызывая озноб в морозном воздухе. Могилу нужно было вырыть очень глубоко, чтобы могильщик случайно не наткнулся на этот сюрприз через несколько дней.

Когда голова Наоми скрылась под землей, она решила, что этого хватит. Они выкинула лопату наружу и позвала:

— Лайт.

Когда он не ответил мгновенно, она испугалась, что тот всё-таки вырубился, и она отсюда не вылезет. Но через пару секунд он свесился к ней, протягивая руку. Наоми оттолкнулась от стены и потянулась вверх, с трудом выбираясь на поверхность.

Лайт бросил труп в могилу. Наоми несколько минут смотрела на него, пытаясь отдышаться.

— Я скину землю обратно, — сказал Лайт. Теперь Наоми уже ясно видела, что он держится из последних сил.

Через полчаса всё было кончено. Лайт укрыл землю травой, как ковром. В свете луны казалось, что она так и осталась нетронутой. Наоми методично отмыла каждый камень, к которому они прикоснулись, пока тащили тело к могиле. Рюк повторил свою операцию, и они оказались снаружи.

— Ты уверен, что тебе не нужно в больницу, — спросила Наоми, садясь внутрь. — Я смогу зашить тебе голову, но если у тебя сотрясение…

— Нет, — пробормотал Лайт. — Нужно ехать к тебе. Со мной всё в порядке.

Наоми неуверенно смотрела на него.

— Пожалуйста, Наоми.

Она вздохнула, заводя двигатель.

— Тогда постарайся не умереть.

Лайт усмехнулся.

К ней в квартиру они поднялись уже глубокой ночью. Под ярким светом стало заметно, что они оба до самых глаз измазаны в земле.

— Иди в душ, — сказала она Лайту, как только тот смог снять куртку. — И будем тебя лечить.

Тот скрылся в ванной. Наоми секунду остановилась в нерешительности. Что если он сейчас расшибется о кафель? Подскользнется и найдет свой конец? Ситуация чрезвычайная, чего ей стесняться?

Лайт успел раздеться до трусов, когда она зашла. На его вялую попытку возмутиться, она спросила:

— Где у тебя ещё травмы?

— Только голова. И шея, но я отделаюсь огромным синяком, — Наоми уже видела, как на ней начинает проступать очертание ремня. — Я не упаду в обморок, не переживай.

Наоми осмотрела Лайта, стараясь не спускаться взглядом слишком низко. Тот как будто действительно выглядел лучше, чем на кладбище. В глазах начала проступать привычная осмысленность.

— Хорошо, — она прикрыла дверь.

Пока Лайт мылся, Наоми достала свою аптечку. Она вдевала нитку в иголку, когда он вернулся из ванны. Лайт снова надел измазанную кровью и землей рубашку и чуть более живые джинсы. Он упал на кухонный стул, за которым обычно вел расследование.

— Подождешь меня десять минут? Не хочу, чтобы грязь с меня заразила твою рану.

Лайт кивнул.

— У тебя не будет какой-то запасной одежды?

— Возьми вещи Рея в крайнем шкафу слева.

Наоми встала под струи душа и съехала по стенке. Адреналин немного схлынул, и её затрясло.

Она впервые за много лет сложила руки и послала беззвучную молитву. Господи, как у них только получилось?

Теперь Наоми не вела в их с Лайтом странном партнерстве. Теперь никто не вел. Сегодняшняя ночь связала их навсегда. Если они оба хотят оставаться на свободе, придется держаться вместе.

Наоми выключила воду, переоделась и вернулась на кухню. Лайт сидел и молча курил её сигареты.

— Это и правда помогает, — заметил он на немой вопрос в глазах Наоми.

Из неё вырвался быстрый, слегка истерический смешок.

— Мне стало лучше, — продолжил Лайт. Теперь он сидел в джинсах и домашней футболке Рея. — Я думаю, моё странное состояние было связано с тряпкой, которую этот ублюдок сунул мне под нос.

— Хорошо бы так и было. Из меня врач так себе, — ответила Наоми, подходя к Лайту и отодвигая его волосы в сторону. — Обо что он тебя ударил?

— О качель, — Лайт поморщился.

— Будет больно, говори. Сейчас я тебя зашью.

Наоми взяла готовую иголку и пододвинула к Лайту бутылку водки.

— Пей. Будет больно.

Лайт не стал сопротивляться и сделал большой глоток. Он остановился, чтобы восстановить дыхание. Наоми забрала у него бутылку, чтобы ополоснуть руки, и приступила.

На первом стежке Лайт зашипел.

— Не двигайся, — скомандовала Наоми.

Она держала себя из последних сил, чтобы руки не тряслись. Наоми уже не помнила, когда ей приходилось в последний раз зашивать человека. Наверное, ещё в Академии.

— Готово, — сказала она спустя десять минут. Мисора ещё раз обработала рану водкой и тяжело опустилась на стул перед Лайтом. — Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — Ягами казался бледнее, чем был до операции. Он улыбнулся сквозь боль. — Спасибо.

Наоми налила себе немного водки в стакан.

— Зачем мафии тебя убивать? Если он хотел тебя убить.

— Не хотел, я думаю, иначе бы просто полоснул меня своим ножом по горлу. Больше верю, что его подослали меня похитить.

Лайт протянул Наоми сигарету, и она затянулась. Дым был таким сладким. Она почувствовала, как волна расслабления накатывает на неё вслед за алкоголем и никотином. Захотелось спать.

— Кёко рассказала, что мы были у них. Он решил, что ты можешь что-то знать про смерть их дочери? Зачем сразу нападать?

— Он правильно предположил, что я не буду с ним разговаривать, — сигарета снова сменила владельца. — Через сколько его хватятся?

— Завтра, — предположила Наоми. — Они будут мстить?

— Разумеется, — Лайт оперся локтями на колени и спрятал лицо в ладонях. — Хуже не придумаешь.

— Я набьюсь к L следить за тобой, — сказала Наоми. — Если такое ещё раз случится, у меня будет возможность защитить тебя без всего этого, — она неопределенно махнула рукой в пространство.

Лайт покачал головой.

— Это опасно. Если L уже начал подозревать…

— Лайт, — резко прервала его Наоми. — L не предъявит тебе обвинений в том, что ты Кира без доказательств. Шанс того, что тебя убьет мафия из мести теперь гораздо выше!

Лайт промолчал. Наоми выдохнула. Черт, он же вчерашний школьник, чего она от него хочет? Для гражданского, на которого только что напали, стойкость Лайта поражала.

— Давай подумаем об этом утром, — Ягами вздохнул. — Спасибо, что спасла мне жизнь.

— Ты сам спас себе жизнь, — Наоми бледно улыбнулась. — Я только дала тебе средство.

Лайт рассеянно кивнул. Наоми протянула ему руку. Это выражение лица разрывало ей душу. Она помнила, как впервые убила сама. Та жертва, беглый преступник, до сих пор иногда приходила к ней во снах и спрашивала, нельзя ли было сделать как-то по-другому.

После некоторого колебания Лайт вложил в её ладонь свою и сжал.

— Пора спать, — сказала она, когда сигарета закончилась.

— Я постираю свою одежду.

— Мне кажется, рубашку уже лучше выбросить. У Рея была похожая. Твои родители заметят?

— Смотря насколько она похожа, — ответил Лайт. — Но думаю, что нет. Почему ты не вывезла его вещи?

Наоми пожала плечами.

— Ну вот видишь, пригодились, — она улыбнулась.

Лайт послал ей долгий взгляд, но ничего не сказал.

— Диван в гостиной раскладывается. Я постелю тебе там.

Ягами кивнул. Они разошлись по комнатам.

Наоми смотрела на красный балдахин, но видела только кровь, которая струилась из раны на голове Лайта и затекала за воротник рубашки, ещё недавно кипенно белой и идеально выглаженной.

Наоми плохо спала в ту ночь. Она несколько раз вставала, чтобы проведать Лайта. Она была готова разбудить его от кошмара, но он спал спокойно. Наоми рассматривала его профиль в лунном свете и думала, какая же психическая сила должна была быть заключена в человеке, чтобы выдержать такое?

Наоми не сомневалась, Лайта ждет блестящее будущее, если они смогут выпутаться из этой истории.

* * *

Лайт появился на перроне как раз под конец второй сигареты.

— Теперь всегда будешь стрелять у меня? — спросила Наоми, наблюдая как он затягивается.

— Могу купить у тебя эту пачку, — усмехнулся Лайт. Выглядел он неплохо. Волосы очень удачно прикрыли его рану. — Новая куртка?

— Я выбросила всю одежду, в которой была в тот день, — ответил Наоми. Они встали в очередь на посадку. — Как ты?

Лайт не ответил, передавая их билеты контролеру.

Очередь медленно ползла вглубь поезда. Их места были в самом конце вагона. Лайт забросил свою рюкзак и сумку Наоми на верхнюю полку и уступил ей место у окна.

— Ты, кстати, знаешь, что подарила мне Армани? — спросил Лайт, когда они устроились.

Лайт оттянул ворот рубашки, чтобы показать хлястик с названием фирмы. Рубашка Рея сидела на нём как-то по-другому, хотя они и были похожего телосложения. Наоми даже не заметила, что Лайт снова её надел.

Гораздо большее её внимание привлек след на его шее. Полукруглая отметка от ремня, теперь грязно желтого цвета, всё ещё опоясывала её.

— Болит?

Лайт покачал головой.

— Больше мешает. Саю уже спрашивала меня, почему я хочу в рубашках дома. Пришлось пошутить, что у меня там засос.

— Я дам тебе мазь от синяков, когда снова приедем в квартиру, — Наоми показалось, что она до сих пор видит отблеск желтизны даже через ткань рубашки. Она помолчала. — У Рея были ещё брендовые вещи. Если хочешь…

— Пожалуй, откажусь, — перебил её Лайт. — Это уже слишком.

Наоми мысленно согласилась с ним и замолчала. Она отвернулась к окну. Если от поездки в Осаку она ещё чего-то ожидала, то сейчас они ехали чисто на удачу.

Сбоку от неё послышалось шуршание. Лайт достал из её сумки ноутбук и открыл материалы по спонсорам Киры. Наоми молча рассматривала его серьёзное лицо в отсветах экрана. Лайт выглядел нормально. Немного усталым, слегка излишне сосредоточенным, чуть более сдержанным, чем раньше, но вполне нормальным. Наоми не знала, чего она ожидала, Лайт и раньше показывал чудеса самоконтроля, но что-то в этой стойкости скалы её пугало. Мисоре захотелось прикоснуться к нему, чтобы проверить, не вибрирует ли он от напряжения.

С другой стороны, когда он ответил на её объятья сразу после убийства, это был искренний порыв чувств. Ей хотелось его поддержать, и он принял её помощь. Интересно, если она попробует сделать это в спокойной обстановке, он её оттолкнет?

— Взял с собой что-нибудь? — спросила Наоми, когда Лайт вопросительно приподнял бровь, почувствовав её взгляд. — Будет скучно.

Лайт пожал плечами.

— Я займусь расследованием. Поделишься ноутбуком?

— Без проблем.

Компания рядом с ними разразилась громким смехом. Наоми отвернулась к окну и закрыла глаза.

* * *

— Наоми. Наоми, — кто-то тряс её за плечо. Мисора оторвала щёку от стекла. — Мы приехали.

— Отлично, — она провела по лицу рукой, надеясь, что на нём не остались отметины от сна.

Лайт уже стоял с их сумками в проходе, поэтому Наоми быстро протиснулась следом, чтобы не задерживать очередь.

Они вышли на яркое солнце. Стоял полдень. Наоми поставила ладонь козырьком и забрала у Лайта свою сумку.

— Я возьму машину в прокат. Ты же нарисовал карту?

Лайт кивнул.

— Нам нужно отъехать примерно за пятнадцать километров от города.

— Опять ничего не посмотрим, — вздохнула Наоми. — Осака мне нравится больше, но в Окаяме тоже много достопримечательностей. Ладно, жди меня здесь, я скоро.

В прокат ей попалась почти новенькая черная Хонда. Наоми затормозила рядом с Лайтом, и он сел в машину.

— Неплохо.

— Да, у них хороший выбор, — Наоми переключила передачи. — Говори, куда ехать?

Городской пейзаж скоро сменился густым хвойным лесом. Наоми ехала по шоссе и на секунду забыла, зачем они здесь. Она улыбнулась. Если немного пофантазировать, можно представить, что она просто в отпуске в хорошей компании.

— О чем задумалась? — голос Лайта вырвал её из грез. — Ты улыбалась.

Наоми хмыкнула и не ответила.

Они доехали до места через час. Наоми удачно припарковала машину в зарослях низкорослых деревьев у самого края парковки.

Дом Хакусеры производил впечатление даже с учетом того, что они уже рассмотрели его со всех сторон по фотографиям в Интернете. Огромный особняк в традиционном японском стиле возвышался над не менее внушительным забором. Фонарики на углах крыши слегка покачивались от дуновения ветра.

— Как я и думал, ничего не видно, — прокомментировал Лайт. — Вряд ли она выйдет из дома. Нужно забраться повыше.

— Куда? На дерево?

Лайт решительно вышел из машины. Наоми вздохнула и вышла следом.

— Если ты сломаешь себе спину, я тебе ничем помочь не смогу, — заметила она, пока Лайт рассматривал крону ближайшей сосны.

— Самое сложное — это добраться до первых ветвей, — он указал вверх. — Сможешь ухватиться, если я тебя подсажу?

Наоми тоже задрала голову. До ветвей было по меньшей мере два метра. Чисто гипотетически у них должно было получиться, но Наоми эта затея не нравилась.

— Может, снова сектор помощь Рюка? — предложила она.

Шинигами, который привычно парил рядом, отрицательно покачал головой.

— Это не экстренная ситуация. Справитесь сами.

— Давай, — снова начал Лайт. — Встанешь мне на плечи, ухватишься и подтянешься. Что толку рассматривать этот двухметровый забор?

Наоми вздохнула. Крыть было нечем. Она подошла ближе к дереву.

— Ладно, — она достала перчатки из карманов куртки.

Лайт опустился на одно колено рядом с ней, и Наоми села ему на плечо. Когда он встал, придерживая её ноги, Наоми попыталась дотянуться до ближайшей ветви.

— Нужно выше, не достаю.

Лайт подошёл ближе. Наоми оперлась о его шею рукой, чувствуя, как Лайт морщится.

— Если будет больно, говори. Я собираюсь от тебя оттолкнуться.

— Давай, — напряженно ответил он. — Я тебя подброшу, как смогу.

Наоми собралась с духом и вывернула ногу, чтобы встать на плечо Лайта. Тот начал сгибаться под её тяжестью. Тогда Наоми напряглась и прыгнула.

Удар о толстую ветвь выбил из неё воздух, но она удержалась.

— Черт бы тебя побрал, — пробормотала она и подтянула себя вверх. — Ты как? — крикнула она Лайту, который потирал ушибленное плечо. На его куртке остался явный след от ботинка Наоми.

— Переживу, — он поморщился. — Стой подожди, — он отошёл к машине и вернулся с биноклем. Наоми потянулась за ним. — Сможешь забраться выше?

Как Лайт и говорил, первая ветвь была самой сложной. Дальше Наоми залезла без проблем, хотя мышцы и ныли от непривычной нагрузки. Она остановилась почти около самой верхушки. Ветвь очень удобно разветвлялась, образуя небольшой плоский уступ, на который Наоми и села. Крона немного перекрывала обзор, но Наоми всё ещё видела большую часть внутреннего двора Хакусеры.

Её телефон зазвонил.

— Как ты там? — раздался голос Лайта. — Я тебя уже не вижу.

— Неплохая точка обзора. Пока во дворе пусто, — Наоми приложила бинокль к глазам. — В окнах тоже никого.

— Значит, будем ждать. Я пока вернусь в машину.

— Договорились, — Наоми нажала отбой.

* * *

Спустя четыре часа её сидения на сосне ничего интересного так и не произошло. Пару раз туда-сюда ходил садовник и горничная, но ни самого Хакусеры, ни кого-то, похожего на Юри, Наоми так и не увидела.

Вид сверху открывался волшебным. Хвоя уходила к горизонту. Наоми закрыла глаза, отдаваясь звукам леса. Мерное шуршание иголочек друг о друга резко контрастировало с шумом Токио. Если бы Наоми не сидела на пятиметровой сосне, она могла бы позволить себе полностью расслабиться.

Её телефон снова зазвонил, вырывая ей из мыслей.

— Ты была права, — заметил Лайт. — Это очень скучно.

Наоми усмехнулась.

— Я перебрал все свои материалы ещё в поезде. Нужно было взять с собой учебу.

— Рядом с тобой никто не проходил?

— Пара машин проехала мимо. В остальном все тихо. Отличный забор у Хакусеры.

Наоми рассмеялась.

— Что-то интересное видишь?

— Тут красиво, но пока ничего полезного сообщить не могу.

Лайт вздохнул.

— Если через два часа ничего не произойдёт, предлагаю поехать по следующему адресу. В Окаяме живет ещё…

— Это он, — убежденно перебил её Лайт. — Это Хакусера. Если бы я был на месте Киры, я бы поехал сюда. Он единственный последователь Киры, у которого есть не только деньги, но и связи в политике.

— Ладно, — Наоми не хотела с ним спорить. Она оценивала интеллект Киры гораздо ниже Лайта и не отбрасывала так легко волю случая. — И всё-таки, — снова начала она. — Как ты?

Она пожалела, что сейчас не видит его лица. Во второй раз она не позволит ему спрятаться за шутки про Армани.

— Я не знаю, что ты хочешь услышать. Голова болела весь следующий день, но швы затягиваются. Шея выглядит некрасиво, и я устал прятаться от отца по вечерам, чтобы не показывать этот синяк. Ещё я ушиб копчик, но это мелочи. Сейчас уже все нормально. Ты же снимешь мне швы, кстати?

— Сниму, — отмахнулась Наоми. — Я про другое.

— Про что другое, Наоми? Ты ожидаешь, что меня будет мучать совесть? Он напал на меня, я защищался. Всё, конец.

— Ты спишь по ночам?

— Конечно.

— Тебе не снятся кошмары? Не закапываешь его тело снова и снова?

— Нет, — Наоми не была готова сказать, лжет Лайт или нет. — Со мной всё нормально.

Наоми замолчала. Ей самой один раз снилось кладбище. В том сне она хоронила Рея сама. Копала могилу так же ночью, неглубоко, чтобы не наткнуться на мертвого якудза, но тот вдруг вытянул руку к ней и начал тащить внутрь. Два мертвых тела смяли Наоми и утрамбовали глубоко в черную, рыхлую после дождя землю.

Наоми проснулась в холодном поту. Ей потребовалось какое-то время, чтобы убедить себя, что человек с половиной головы был определенно мертв, когда они с Лайтом его хоронили.

— Я рада. Мне такой кошмар снился однажды.

— Мне жаль, — Лайт помолчал. — Спасибо тебе ещё раз за то, что не уехала тогда. Если бы не ты, тот ублюдок меня украл. И за то, что зашила мне голову.

— У меня всё внутри сжимается, когда я думаю о том, что мы будем хоронить Рея в той же могиле, — Наоми смяла футболку на груди. Если могильщик копнет слишком глубоко…

— Мне жаль, — снова повторил Лайт. Наоми показалось, что ему стало неловко. Вряд ли он часто кого-то утешал. — Мне показалось, или похороны выпадают на твой день рождения?

— Мы не могли найти другую дату, а я не готова ждать.

— Даже неделю?

— Он разлагается в той могиле, Лайт. Если кто-то что-то заметит, начнется расследование. То, что мы сделали, это преступление. Если всё вскроется, мы отправимся в тюрьму, оба.

Наоми выдохнула, прислоняясь к стволу. Солнце начало клониться к горизонту, слепя глаза.

Лайт молчал. Наоми впустила хвойный воздух глубоко в лёгкие, пытаясь успокоиться.

— Я понял. Извини.

— Всё нормально, — она сглотнула. — Я понимаю, что ты хочешь как лучше.

Разговор угас. Наоми уже думала нажать на отбой, когда Лайт снова заговорил:

— Мне тоже снилась та ночь. Сразу после. Просто повтор.

Наоми кивнула.

— Это нормально. Чувства не делают тебя слабым, — Наоми самой показалось, что прозвучало слишком пафосно, но она надеялась, что Лайт её правильно поймет.

— Я так и не считаю.

— Мне кажется, что считаешь.

Лайт хмыкнул в трубку.

— Хватит меня анализировать. Позвони, если увидишь что-то интересное.

2007/02/11

Ничего интересного она тогда так и не увидела. На следующей неделе в субботу они съездили в Окаяму ещё раз — с тем же результатом.

Лайт в очередной раз перелопатил материалы, но больше кандидатов на роль спасителя Киры они не нашли.

— Её привычки изменились, — Лайт покачал головой. — Политики, коррупционеры. Мне хочется надеяться, что это просто влияние Хакусеры, и она ещё жива.

Наоми чувствовала себя разбитой. Работа почти круглые сутки начала на ней сказываться. Иероглиф Киро отпечатался на обратной стороне сетчатки.

Будильник с трудом разбудил её в день похорон. Она надела своё черное платье в полусне. Наоми закрыла дверь шкафа. Из зеркала на неё смотрела усталая женщина, уже совсем не девушка. Наоми провела пальцем по морщинкам на переносице. Они начали появляться после того, как Рей умер.

На улице шёл дождь, прямо как в её сне. Детективы уже собрались на кладбище, когда она подошла. Позади Наоми заметила своих родителей. Пока у неё не было сил подойти к ним. Ей казалось, если мама её обнимет, она точно заплачет. Наоми поклялась себе сегодня держаться, потому что боялась, что не сможет остановиться.

— Мои соболезнования, — Соитиро слегка сжал её предплечье. — Спасибо, что пригласила нас.

Наоми кивнула.

— У Рея было не так много друзей в Японии.

Господин Ягами слегка отстранился, не зная, что ответить.

Церемония началась. Наоми постаралась встать слегка в стороне от остальных. L среди детективов не было. Никто не обратил внимание на слой дерна, которым была прикрыта будущая могила.

Когда глубина ямы достигла пятидесяти сантиметров, Наоми остановила могильщика движением руки и развернулась к толпе.

— Спасибо всем вам, что собрались сегодня здесь, — её голос звучал хрипловато. Наоми облизнула губы. — Рей был прекрасным женихом и замечательным агентом. Его жизнь, как и жизни двенадцати его коллег трагически оборвалась по вине Киры, — она сделала паузу. С каждым вдохом воздух как будто выходил из легких — Я сделаю всё, чтобы восстановить справедливость и воздать Кире по заслугам вместе с членами группы расследования, — Наоми кивнула Ягами-старшему, Айдзаве и Мацуде, которые стояли сбоку. — Но пока единственное, что мы можем — это почтить память Рея Пенбера.

Раздались слабые аплодисменты, и Наоми опустила урну в землю. Она была такая же. Рыхлая и мокрая от дождя. Глубоко внутри, наверное, было тепло и спокойно.

К трём часам все разошлись, и Наоми поехала домой.

Лайт ждал её на лестничной клетке.

Наоми кивнула ему и молча отперла дверь.

— Если ты пришёл, чтобы продолжить расследование, то… — начала Наоми. — То я сейчас тебе сильно не помогу. Могилу якудза не потревожили, можешь не беспокоиться.

Лайт кивнул. Он застыл перед кухонным столом. Наоми остро захотелось остаться одной. Теперь она сама вибрировала от тех чувств, что держала внутри.

— Эй, — Лайт осторожно повернул её к себе. Наоми старалась смотреть на его ботинки.

Наоми почувствовала, как чужие руки смыкаются в кольцо вокруг неё. Они застыли в странной позе — Лайт полуобнимая её и Наоми, руки по швам. После секундного колебания Ягами сделал ещё один шаг ближе и заключил её в настоящие объятья.

Ноги стали плохо держать её. Из чего была эта дамба, которую она строила сегодня утром? Из стекла? Наоми вцепилась в черный пиджак Лайта и уткнулась в его плечо. Слезы с воем из глубины сердца сотрясли её тело.

Она должна была уже всё выплакать. Они должны были когда-то кончиться. Почему нет? Почему опять?

Лайт продолжал сжимать её в объятьях, пока истерика трясла её. Когда он попытался сделать шаг назад, она вцепилась в его пиджак, краем сознания осознавая, как ей будет стыдно потом.

— Нет!

— Давай просто сядем, — прошептал он ей на ухо. — Я никуда не ухожу.

Наоми опустилась на кухонный стул. Лайту пришлось её отпустить, чтобы сесть на свой. Она спрятала лицо в ладони. Дрожь не хотела покидать её тело.

Лайт продолжал сидеть рядом ещё какое-то время — десять? пятнадцать минут? — пока Наоми не начала выдыхаться. Когда она задышала спокойнее, Лайт протянул ей стакан воды.

Наоми взяла его дрожащей рукой, не зная, что ей сказать. Спасибо не вмещало в себя тот смысл, который она хотела вложить. Ту благодарность за то, что он вытерпел этот эмоциональный всплеск, за то что просто был сейчас здесь.

Мисора отпила из бокала, опасаясь не опрокинуть всю воду себе на платье. Она вытерла лицо рукой.

— Извини, — наконец, выдавила она.

— Не за что извиняться. Лучше?

Наоми вздохнула и снова выпила воды. После слез стало легче, но она не была уверена, что в этой бездонной бочке больше ничего не осталось.

— Спасибо, — прошептала она.

— Пожалуйста. Я хотя бы не буду мучать тебя вопросом, как ты.

Наоми грустно усмехнулась.

— По мне и так понятно, как я, — она отпила ещё воды. — Твой отец приходил на похороны.

Лайт кивнул.

— Он говорил. Я решил, что мне не стоит там появляться.

— Это было правильным решением, — Наоми допила остаток.

Лайт наградил её долгим взглядом. Мисора подумала, что она должно быть выглядит ужасно.

— У меня для тебя подарок, — Лайт указал на сверток, который оставил на столе. — Небольшой. Надеюсь, тебе такой понравится.

Наоми протянула руку и развернула бумагу. Внутри обнаружился контейнер с двумя кусочками торта.

— Я решил, что торт целиком мы не осилим. С днем рождения.

— Спасибо, Лайт, — Наоми притянула контейнер ближе. Судя по расцветке, торт был с фисташками. — Кофе?

Лайт кивнул, и она встала. Дрожь пошла на убыль, пока она включала кофемашину.

— Желаю тебе, чтобы мы поймали Киру, — сказал Лайт, когда она поставила перед ним его порцию. — И ты, наконец, нашла душевный покой.

Он посмотрел прямо ей в глаза. Хотелось отвести взгляд, но это было бы слишком неправильно. Она должна была найти в себе силы — хотя бы открыто смотреть на человека, который сейчас был её основной поддержкой. Чтобы бороться дальше.

— Я считаю, что Рей уже отомщен, — ответила Наоми, отламывая кусочек торта. — Теперь дело за твоей свободой.

2007/02/12

Наоми почти обрадовалась началу новой рабочей недели. После вчерашней встречи с Лайтом тело застыло в изнеможении, как после тяжелой тренировки, но это была освобождающая усталость. Лишние мысли покинули её, и фокус снова вернулся на расследование.

— Доброе утро, — сказала она, заходя в номер.

— Привет, Наоми-сан, — отозвался L. Он пил кофе перед ноутбуком в одиночестве. — Подождем остальных агентов. Мне нужно кое-что вам сказать.

— Хорошо, — она опустилась за своё рабочее место, борясь с плохим предчувствием. Кажется, она знала, о чем L хочет поговорить.

Детективы пришли на работу в течение получаса. Последним прибежал Мацуда, на ходу завязывая галстук.

— Извините, — отдуваясь, сказал он. — Опоздал.

— Отлично, все в сборе, — L отставил свою кружку в сторону и слегка приобнял колени. — Как вы, должно быть, и сами заметили, в последнее время Кира изменил свои привычки.

Ягами и Айдзава кивнули. Наоми повторила следом.

— Он расширил круг караемых преступлений. Значительно, — сказал Айдзава.

— Да, как и время активности. Теперь Кира не попадает в тот портрет, который мы ему нарисовали в начале расследования, — L очертил полукруг ложкой перед собой. — У меня есть основания полагать, что это другой человек, который пытается выдать себя за старого Киру, но хочет извлечь пользу и для себя. Мы уже знаем, что Кира может передавать силу по собственному желанию.

— Исходя из этой предпосылки нам необходимо начать исследование его личности заново. Важна вся информация, которая позволит сузить круг поиска. Я уже договорился с телевидением. Провернем трюк, похожий на то, что мы уже делали с Тейлором, чтобы установить местоположение новой Киры. Если нам повезёт, он всё ещё в Токио или хотя бы в Японии.

— Значит ли это, что все подозрения с моего сына сняты? — спросил Соитиро.

— Нет. Даже если сейчас Лайт не Кира, если он был им раньше, он должен ответить за свои преступления. Я займусь им самостоятельно. Ваша задача сейчас — сосредоточиться на новой убийце.

L заглянул в глаза каждому детективу. Наоми успешно выдержала его испытывающий взгляд. Планерка была окончена, и она вернулась к работе.

* * *

Как только рабочий день был окончен, Наоми села в машину и отъехала от управления, свободной рукой набирая номер Лайта.

— Да? — он ответил после второго гудка. — Я еду к тебе.

— Не надо. Придумай себе другое занятие в городе для отвлечения внимания и возвращайся домой.

— Что случилось? — голос Лайта стал настороженным. — За мной снова слежка?

— У меня есть основания полагать, — она осторожно повернула зеркало заднего вида. Как она и думала, машина Огги следовала за ней в соседнем ряду. — Что теперь следят за мной.

— До чего L догадался?

— Со мной своими подозрениями он не делился, конечно, но…

— Но если он считает, что прекращение смертей во время слежки за мной не совпадение, значит меня кто-то предупредил, — перебил её Лайт. — Самый логичный вариант, что это был Айдзава или ты, потому что у вас был прямой доступ к общению со мной вне камер.

— Да, именно так. И я кажусь гораздо более вероятным кандидатом.

— L мог заметить, что меня дольше нет дома в дни, когда за мной следила ты, — Лайт вздохнул. На заднем плане от него просигналили машины.

— Нам больше нельзя встречаться. Даже звонить опасно. Если кто-то заметит, что я говорю по телефону, но в записной книжке не будет вызова…

— Я понял, — прервал её Лайт.

— Готовься к тому, что у тебя тоже могут быть неприятности. L сказал, что займется тобой лично. Не знаю, что он замыслил.

— Раз он поступает со мной в университет, значит хочет познакомиться. Он встретится со мной и попытается выведать информацию, которую может знать только Кира. До начала учебы ещё два месяца, пока ему напрямую меня не достать, если он не придумает что-то ещё.

— Ещё у него есть часы записей с тобой в главной роли, которые можно анализировать, записи Рея, судя по которым ты делаешь очень подозрительные вещи и…

— Ладно, я понял, — Наоми услышала, что Лайт остановился и куда-то зашел. — Значит, мы останавливаем расследование и залегаем на дно.

— Другого выхода нет. Кира продолжит действовать в любом случае.

— Нам всё ещё нужно найти её раньше таск-форса. У них уже что-то есть?

— Нет, но L бросил весь ресурс детективов на составление её портрета. Он считает, что Юри больше не Кира.

— Я понимаю, почему он так подумал, но я не уверен. Она с той же вероятностью может быть под влиянием Хакусеры.

— Мы не уверены, что это Хакусера, — напомнила Наоми. — Я постараюсь найти как можно больше информации в штабе. Возможно, если мы подойдем к этому вопросу с другой стороны, мы найдём, где она скрывается.

— Хорошо. Будь осторожна. Если L узнает…

— Я помню, — Наоми сжала руль. — Ты тоже.

2007/03/12

Расследование застыло на месяц, пока Оги ходил по пятам за Наоми. Ситуация не была безвыходной: Наоми была уверена, что L не решится поставить камеры у неё дома — в конце концов, в случае с Лайтом разрешение на такой метод ведения расследования дал Соитиро, — поэтому они могли относительно свободно общаться по телефону, пока оба были вне зоны видимости.

— Юри не появлялась, — говорил ей Лайт, когда Наоми в очередной раз готовила ужин одна в своей квартире. — Хакусера показывался в кадре пару раз, но она не выходила на улицу. Радует, что он, как минимум, этим домом пользуется.

— Ты не думаешь, что он мог просто её убить? Если она действительно у него.

— Думал, — Лайт вздохнул. — Но мы никак не можем это проверить. Нужно пробраться к нему в дом.

Ни о каких поездках в Окаяму речи, разумеется, не шло, ровно как и о подобного рода операциях.

Вынужденное безделье по вечерам хорошо сказалось на Наоми. Впервые после смерти Рея она посмотрела фильм по телевизору. Она уже забыла, каково это — не работать в своё личное время. Можно было даже притвориться, что она снова живет обычной жизнью.

Иногда Наоми звонила Лайту больше чтобы поболтать, чем обсудить дело. В нём уже давно не было подвижек, и им надоело проговаривать все выводы по кругу раз за разом. L был в штабе почти всегда, поэтому она полагала, что заново камеры в комнате Лайта устанавливать не стали.

— Я записался в автошколу, — поделился Лайт, когда она позвонила в очередной раз. — Если бы не твои права, нам было бы сложнее вести расследование. Где-то через месяц будет первый экзамен. Параллельно я учу университетскую программу. Всё полезно, потом пригодится. Я буду держать приветственную речь в первый день учебы.

— Значит, у тебя был лучший результат на вступительных?

Она буквально увидела, как Лайт пожал плечами, и закатила глаза.

— Я устал сидеть без дела. Пока мы застряли тут…

— Кира убивает преступников, как и раньше, — Наоми сняла пленку с супа. — Это плохо само по себе, но, кажется, в ближайшее время она никуда не денется. L смог определить, что она в Окаяме, — признала Наоми. — Но на этом пока всё.

— Хакусера должен был попасть в число подозреваемых.

— Да, он там есть. Как и ещё около шестисот тысяч человек. Не переживай так, Лайт, L пока всецело поглощён тобой. Детективы не найдут Киру без его помощи.

— Ладно, — Лайт вздохнул в трубку. — Ещё меня смущает, что от якудза ничего не слышно. Один из них испарился в воздухе после того, как пошёл следить за мной и ничего? Я принимаю максимальные меры предосторожности, не выхожу на улицу после наступления темноты и всегда стараюсь ходить с кем-то, но меня всё равно пугает, что ничего не происходит.

Наоми отложила ложку. Лайт пытался говорить ровно, но Наоми уже научилась чувствовать дрожь его страха через динамик телефона. Хорошо сдерживаемого, но вполне реального.

— Нападение на тебя могло быть его самодеятельностью. Мне кажется это наиболее адекватным объяснением.

— Да. Будем надеяться, они не узнают правду.

2007/03/15

Единственное место, где у Наоми теперь получалось слегка расслабиться — это штаб. Первоначальный страх, что L раскусит их через пару дней после начала слежки за Наоми, пошёл на убыль, когда этого так и не случилось.

Оги всегда приходил через пару минут после неё. Наоми обычно здоровалась с ним как ни в чем не бывало. Для себя она решила, что если так продолжится, через неделю она “заметит” слежку и поговорит об этом с L.

— Доброе утро, — сказала Наоми L, который уже с головой ушел в работу.

Тот кивнул ей, не отрывая взгляда от монитора.

Последним в штаб пришёл Айдзава. Он бросил на Наоми испытывающий взгляд.

Похоже, о слежке за ней знал весь штаб, кроме самой Наоми.

Нужно держать лицо. Вся стратегия Лайта строилась на том, чтобы позволить L подозревать себя до последнего, не давая ни одного реального доказательства вины. Пока он ходит кругами, пытаясь подтвердить свои многочисленные подозрения, у них есть время искать Киру.

По крайней мере, пока он не вынуждает их сидеть в Токио.

— У меня есть новости, — сказал Айдзава, когда L объявил начало планерки. — Как ты и просил, L, я поднял факты о Лайте из отчета Рея, — он покосился на Наоми. Та кивнула. — Я не нашёл человека, у которого Лайт покупал пистолет. Тут нужны связи получше моих.

Я проверил контакты Лайта. В основном он встречался с ребятами из своей параллели. Единственный подозрительный момент, хотя это может и не относиться к делу, — Айдзава заглянул в свои бумаги. — Лайт общался с некой Аницуко Хаяси.

— Хаяси — якудза? — спросил Соитиро.

— Меня смутило не это. Я хотел с ней поговорить. Лайт и до этого ей звонил, я думал выяснить у неё полезную информацию по делу, но оказалось, что Аницуко мертва.

Наоми заставила себя глубоко вдохнуть и выдохнуть. Они готовились к этому моменту.

— Мертва? — спросил L. — Сердечный приступ?

— Нет. Она сгорела в пожаре.

— У нас нет данных, что Кира может убивать не только с помощью сердечного приступа, — заметила Наоми.

— Да, я тоже подумал, что это может быть простое совпадение, и Аницуко убили из-за её отца, но я обнаружил одну интересную деталь. Её брат умер ранее от сердечного приступа.

— Когда это произошло? — спросил L.

— Седьмого декабря.

— Кира действовала около недели, — заметил L, ставя голову на скамейку из своих коленей. — Продолжай, Айдзава.

— Я поднял материалы по делу смерти Аницуко. Сейчас главная подозреваемая — её подруга Юри Аоки. Она в бегах.

— Когда Аницуко умерла?

— Второго января.

— Третьего января мы установили наблюдение за Лайтом, — заметил Соитиро.

L закусил ноготь большого пальца.

— Аницуко и Лайт могли встретиться?

— Лайт звонил ей прямо перед тем, как пойти в клуб, судя по записям Рея. Я думал, что он пригласил её туда, но мне не удалось это подтвердить. Все записи на эти даты в клубе стерты. Сотрудники говорят, что это, должно быть, какая-то техническая ошибка.

Наоми мысленно поблагодарила себя за предусмотрительность. И Лайта — за то, что он чертов гений в компьютерных делах.

— Стерты, — протянул L. — Ты спрашивал, они узнали Лайта или Аницуко?

— Нет, никого из них персонал не узнал. Если Рей не ошибся, то Лайт точно там был.

— Прошло около трех месяцев, ожидаемо, что они не помнят его в лицо, если он не был постоянным клиентом, — заметил L. Подозревающие мысли крутились у него по радужке. — Спасибо, Айдзава. Это бесценная информация.

— Но непонятно, как это всё клеится между собой.

— Может быть и никак, — заметил L. — Если брат Аницуко был известным преступником, то Кира может быть никак с ним напрямую не связана.

— Я не нашел записей о его преступлениях.

— Он пока ни разу не попадался, — отозвался Соитиро. — Я знаю эту семейку.

— Лайт тоже знал, кто такой брат Аницуко?

— Наверняка, — признал Соитиро. — Он третировал её в школе, я это хорошо помню.

— Мог ли Лайт вступиться за подругу? Убить её брата, защищая?

— Рюдзаки, это уже слишком, — заметила Наоми.

Соитиро сжал кулаки, но промолчал.

— Простите меня, господин Ягами. Эти факты не говорят напрямую о виновности вашего сына, — L почесал подбородок. — Но мы должны принять их во внимание.

* * *

Когда Наоми пересказала Лайту все выводы, к которым пришёл штаб расследования за сегодняшний день, к её удивлению, Ягами рассмеялся.

— Мы отлично поработали. Выбили ровно те костяшки из башни домино, которые держали основание.

— Я не разделяю твоего оптимизма, — заметила Наоми, сворачивая на магистраль. — L может предположить, что Аницуко или Юри — Кира.

— L никогда не сможет уйти от факта, что я как-то связан с этой историей. Аницуко и Юри не могли ни узнать имя Рея, ни получить данные о ходе расследования без меня. Я в любом случае останусь фокалом, через который будут проходить мысли L. Записи из клуба и знание о том, что Аницуко умерла от сердечного приступа могли бы помочь L точно определить, какую именно роль я играю, но у него их нет. Пусть ищет Юри, — Лайт зло хмыкнул. — Удачи.

— Ты недооцениваешь L, — заметила Наоми.

— Пока что мы успешно водим его за нос.

— Да, только за мной ходит хвост.

— Пока всё нормально, — с нажимом сказал Лайт. — У меня не было цели полностью отвести от себя подозрения, это невозможно. Конечно, было бы лучше, если бы полиция не связала побег Юри и гибель Аницуко, но работаем с тем, что есть.

Наоми вздохнула. Плохое предчувствие заставляло её невпопад барабанить ногтями по столу. Лайт был прав, L придется поломать голову, чтобы понять, что Юри в Окаяме, но если он изменит своё мнение о том, что Лайт был Кирой в начале, они в опасности. Если L решит, что Лайт помощник Киры, но не обладает силой, тогда убийства остановились не из-за слежки за ним, а из-за смерти Аницуко. Значит, Аницуко была Кирой. Тогда Юри забрала силу себе, убив подругу. Если команда до этого догадается, они получат четкое понимание, какого человека им нужно найти, чтобы поймать последнего носителя.

— Почему ты замолчала? — вырвал её из мыслей Лайт. — Мне кажется, я знаю о чем ты думаешь.

— О чем? — устало спросила Наоми. Она почти приехала домой.

— Ты забываешь, что у нас с L разные приоритеты. L важна справедливость. Он хочет наказать Киру, всех людей, которые когда-то обладали этой силой. Он ещё не понял, как легко она может менять носителя. Это его тормозит. Мне нет дела до справедливости. Я хочу найти Тетрадь. Пока мы аккуратны и концентрируемся только на последнем владельце, мы всегда будем на несколько шагов впереди.

2007/04/05

Следующие две недели прошли в поисках Юри Аоки в Осаке. Оги отправили в командировку на место, где он ожидаемо ходил кругами. Наоми была готова признать, что в чем-то Ягами был прав. L чертил длинные разветвленные схемы событий на белой доске. Имя Лайта было почти на каждом листе. Наоми решила, что Ягами, похоже, поразил его.

Наступил апрель. Последние напоминания о зиме испарились, и Наоми спрятала свою кожанку в шкаф. Взамен она достала другую, полегче. Сакура цвела вовсю во дворе её дома. Наоми вдыхала сладкий запах и на душе становилось чуть спокойнее.

Она часто ходила к Рею. Вина за то, как они с Лайтом поступили с его могилой ещё слегка мучала её, но всё меньше и меньше. В конце концов, это было правильное решение, устроить похороны Рея в Японии. Теперь на его могиле всегда стояли свежие лилии. Рей часто дарил их ей при жизни. Теперь её очередь.

Пятого числа L в штабе не было. На удивленный взгляд Наоми Мацуда пояснил.

— Рюзаки уехал в университет. Сегодня первый учебный день.

Наоми кивнула. Она совсем забыла, что Лайт больше не школьник.

Она ушла в туалет и написала ему СМС. “Желаю удачи на сегодняшнем выступлении”.

Наоми включила воду для прикрытия, пока ждала ответа. Через пару минут её телефон пиликнул.

“Успеха”.

Наоми закатила глаза. Когда они вернулись в прежнее положение, от Лайта пришло ещё одно сообщение.

“На удачу я повлиять не могу, а на успех — вполне. Мне сказали, что ещё один студент набрал максимальные баллы на экзамене. Подозреваю, что это L. За разговор с ним я волнуюсь гораздо больше, чем за вступительную речь”.

Наоми многое бы отдала, чтобы послушать её, но если она сейчас уедет вслед за L просто так, это будет выглядеть подозрительно.

“Верю, что у тебя получится”.

Наоми выключила воду и вернулась в комнату.

* * *

Лайт не звонил до поздней ночи. Наоми держалась до последнего, боясь, что он с L, но после одиннадцати всё же решилась набрать номер Ягами.

— Алло, — сквозь зубы прошипел Лайт. — Привет.

— Как всё прошло? — осторожно спросила Наоми.

— Пытался набиться мне в друзья.

— Вот как, — протянула Наоми.

— Хотел, чтобы я проболтался о том, что может быть известно только Кире.

— Что тебя так разозлило? — прямо спросила Наоми. — Это логично.

В трубке раздался звук, подозрительно похожий на щелчок зажигалки.

— Ты куришь?

— Давай, осуди меня, — язвительно заметил Лайт. — Я теперь совершеннолетний.

Наоми поджала губы. Нужно успокоиться. Лайта загнали в угол — и он реагирует агрессией, как дикое животное.

Он вздохнул.

— Ладно, извини. Ты тут не при чем, — он затянулся. — L даже не скрывает, что я главный подозреваемый, хотя и говорит про пятипроцентную вероятность.

— Ты сам этого добивался, — заметила Наоми. — И ты должен признать, что L умен.

— Лучше бы это была неправда. — Лайт помолчал. — Он напрямую спросил, нравятся ли мне мужчины.

— И что ты ответил?

— Конечно, я всё отрицал. Никто не признается в таких вещах первому встречному.

Наоми хмыкнула.

— Я постарался намекнуть ему, что у меня есть провалы в памяти. Надеюсь, он правильно истолкует мои слова. Если он будет как-то размышлять при тебе об этом…

— Я могу напрямую предположить, что при отказе от силы владелец теряет память.

— Только в крайнем случае. Не будем привлекать к тебе лишнее внимание, — Лайт сделал паузу на затяжку. — Он продолжит пытаться подружиться. Это был только первый шаг. Он предложит мне поучаствовать в расследовании.

Наоми кивнула.

— Я подумаю, что следует сделать дальше. Твоя слежка ещё не снята?

Мисора вспомнила, что уже давно не видела тень Оги за собой.

— Я не уверена. Не готова пока рисковать.

— Очень жаль. Я давно не пил хороший кофе.

2007/04/07

Как Лайт и предполагал, L начал часто ходить в университет. Работа в штабе простаивала. В обычных обстоятельствах Соитиро Ягами был хорошим начальником и мог организовать своих подчиненных, но не в деле, где его сын оказался главным подозреваемым. Расследование было для него минным полем: в любой момент он мог узнать что-то нелицеприятное о своём сыне и его связи с Кирой. Наоми это более чем устраивало.

Лайт и L даже успели поиграть в теннис. После этого Наоми узнала, что Лайт выиграл чемпионат Японии по этому виду спорта.

— Я не соревновался уже давно, — рассказал Лайт. — Сделал выбор в пользу учебы. L неплохо играет.

— Он пытался узнать что-то про Киру?

— У нас получился почти полноценный допрос за чашкой кофе. L спрашивал меня про тот поход в клуб, про мои отношения с Аницуко. Я придерживался своей легенды, ему должно быть не за что зацепиться, но если он будет обсуждать наш разговор…

— Он почти не бывает в штабе. Логично не рассказывать детали вашего разговора, если он подозревает, что среди нас может быть твой информатор.

— За тобой по прежнему следят?

— Я не видела хвоста последнюю неделю. Кстати, — Наоми прижала телефон щекой к плечу пока меняла сапоги на тапочки. — Айдзава жаловался мне, что тоже заметил за собой слежку.

— Это хорошо.

— Айдзава раздражен, но не стал предъявлять претензии L. Я соврала ему, что ничего подобного не замечала.

— Жертвуешь своей репутацией агента, — Лайт усмехнулся.

— И профессиональной гордостью, — заметила Наоми. — Так что, придешь на кофе? И на выходных мы в Окаяму.

— Приду, — Наоми услышала в его голосе улыбку. — И у меня есть идея на счет Хакусеры. Посмотрим, может он набирает в свой дом персонал.

2007/04/18

На всю следующую неделю Лайт погрузился в попытки набиться Хакусере в садовники. Больше персонала он не держал, поэтому ставка была только на эту должность. Наоми не очень верила в успех мероприятия. Если ты — массовый убийца, ты захочешь жить как можно более уединеннее. Но Лайта не останавливала: она чувствовала, как он тихо сходит с ума от безделья.

Наоми почти засыпала на рабочем месте, когда в комнату ворвался Укита и закричал:

— Быстрее включите Сакура ТВ! Там передают обращение Киры!

Дрема мгновенно слетела с Наоми. Она щелкнула пультом от огромной плазмы. Группа расследования вместе с L оторвались от своих ноутбуков и приникла к экрану побольше.

— … Другими словами, сейчас мы фактически являемся заложниками Киры, — сказал ведущий специального выпуска.

— Заложники Киры? — воскликнул Укита.

— Что там происходит? — Айдзава сложил руки на груди.

— Так же он приказал показать нам вторую кассету в прямом эфире сегодня в 17:59, — продолжал ведущий, извлекая её из-за границы кадра. — Но она, как и остальные, является посланием миру.

Невозможно. Кира бы никогда…

Или Юри решила рассказать, что агентов убила не она? Захотела обелить своё имя?

Картинка сменилась. Экран залила белизна. Следом появилась черная надпись “KIRA”, написанная на Old London Font.

— Я — Кира, — искаженный голос заполнил гостиничный номер. — Если эту кассету включили ровно в 17:59, то сейчас должно быть семнадцать часов пятьдесят девять минут тридцать восемь секунд… тридцать девять секунд… Переключите на ТАЙО ТВ. Ведущий новостей должен умереть от сердечного приступа ровно в 18:00.

Наоми сменила канал. Она остановилась, когда увидела грузное тело ведущего, упавшего лицом на стол.

— Обратно! — скомандовал L. Мельтешение кадров отразилось в его глазах, когда он придвинулся почти вплотную к экрану.

Наоми вернула Сакура ТВ. Кира продолжила:

— Одна смерть не подтвердит мою личность, поэтому придется принести вторую жертву. Это будет ведущий, который постоянно критикует мои действия.

Мисора переключилась на 24 канал. Диктор был мертв.

— Это какое-то безумие, — пробормотала Наоми, возвращаясь назад.

— Кира пытается контролировать массы? — L развернулся к ней. — Нужно немедленно прекратить вещание, иначе у нас будут проблемы.

Айдзава и Укита схватились за телефоны.

— К ним не пробиться! — Хирокадзу бросил трубку на базу через пару минут безуспешных попыток.

— Мой знакомый с Сакура ТВ тоже не берет.

— Тогда я поеду туда и остановлю их! — заявил Укита, бросаясь к двери.

— Укита-сан? — удивленный голос Мацуды его не остановил.

— Я пойду с ним, — Наоми схватила куртку и выскочила в коридор, пока никто не успел её остановить. Вслед ей летели слова Киры о справедливости и жизни в идеальном мире.

Как только Наоми оказалась в машине, она набрала Лайта. Он поднял трубку мгновенно.

— Ты это видела?

— Кто это ещё? — Наоми выруливала с парковки, держа руль одной рукой.

— Точно не Юри. Она бы не стала…

— И не Хакусера? — перебила его Наоми. — Тогда кто? У него явно есть сила.

— Я не знаю, — Лайт замолчал, отвлекшись на телевизор. — Черт бы всё это побрал.

Наоми выехала на улицу. Она видела машину Укиты в паре десятков метров от себя.

— Рюк, — голос Лайта стал тише, когда он отвел трубку от лица. — Другой бог смерти может бросить Тетрадь в мир людей?

— Да, — проскрипел шинигами. — Я не знаю об ограничении на количество Тетрадей, которые могут одновременно находиться в мире людей.

— Твою мать, — мрачно сказала Наоми в трубку. — Звучит логично. Лайт, посмотри, вторая Тетрадь Рюка на месте?

— Он с ней не расстанется. Да, на месте.

— Значит, у нас ещё один бог смерти и ещё одна Тетрадь.

— Похоже на то, — Лайт снова замолчал. — Я не понимаю, зачем нужен этот выпуск. Одни пафосные слова.

— Может, она ещё не дошла до сути. Или он, кто его знает.

— Где ты сейчас? — спросил Лайт.

— Еду к зданию Сакура ТВ.

— С тобой кто-то ещё есть?

— Укита, но он в отдельной машине. Лайт, — с нажимом сказала Наоми. — Сиди дома и не делай глупостей.

Лайт раздраженно замолчал. Наоми услышала шум на заднем плане.

— Что ты делаешь?

— Тебе лучше не знать. Если будут ещё новости, позвони.

Лайт бросил трубку. Наоми опустила телефон на приборную панель и прибавила газу. Напряжение почти искрило на кончиках пальцах.

Когда она подъехала к зданию Сакура ТВ, Укита уже подбежал к стеклянным дверям в здание и достал пистолет. Наоми успела сделать пару шагов к нему. Укита упал, как подкошенный.

Мисора замерла, приложив руку ко рту. Её телефон снова зазвонил.

— Уходи оттуда! — закричал ей в трубку Лайт. — Спрячься немедленно. У этой Киры есть глаза бога смерти!

— Что это такое? — Наоми сделала два шага назад к машине.

— Можно обменять половину оставшейся жизни на способность узнать имя человека, просто посмотрев на его лицо. Я сомневаюсь, что Кира знает имена членов таск-форса. Если она тебя увидит, убьет.

— Черт, и ты молчал, — Наоми села обратно в машину. Второй телефон завибрировал у неё в кармане. — У меня вторая линия, отключаюсь, — она нажала на кнопку принятия вызова. — Да, L.

— Укита лежит на земле. Он мертв?

— Я не подходила к нему. Похоже, эта Кира может убивать, зная только лицо, — Наоми отогнала машину подальше от здания Сакуры. Если Укита мертв, значит, Кира где-то поблизости.

— Хорошо, не приближайся в входу. Я сейчас… — L застучал по клавишам. — … решу вопрос.

Он отключился, и Наоми перезвонила Лайту, но тот не взял трубку.

Спустя пятнадцать минут ожидания ещё двое офицеров попытались прорваться в здание. Их постигла участь Укиты.

Наоми закусила фалангу пальца.

С третьей попытки ей, наконец, удалось дозвониться Лайту.

— Что ты делаешь? — Наоми старалась говорить ровно.

— Еду к Сакура ТВ, — ответил Лайт. — Если Кира может убивать полицейских, не зная их имен, значит, она прячется где-то поблизости. Около Сакура ТВ нет подходящего здания?

— Пара бизнес центров и заброшка, — ответила Наоми. — Лайт, ты рехнулся? Она убьет и тебя!

— Нет, если я зайду сзади и покажу ей Рюка сразу. Сыграю из себя Киру.

Сердце Наоми забилось в горле.

— Это смертоубийственный план!

— Я не могу позволить и этой Кире ускользнуть из моих рук! — и он бросил трубку.

Наоми завела машину и отъехала от телевизионной студии. Если Лайт едет из дома, она перехватит его с другой стороны. Она выезжала на перекресток, когда тот выскочил ей под колёса. Наоми ударила по тормозам. Шины взвизгнули, но Лайт успел вывернуть руль. Он бросил велосипед рядом с недостроенным жилым домом и побежал внутрь.

Наоми выскочила из машины и бросилась следом.

Она нагнала его на втором этаже и схватила за руку. Лайт развернулся к ней и приложил палец к губам.

— Не кричи. Она может быть поблизости.

— Лайт, — Наоми перешла на шепот, всё ещё сжимая его запястье. — Прошу, не надо.

— Она хочет встретиться с Кирой. Она устроила всё это, чтобы с ней встретиться. Я дам ей, что она хочет. Нельзя оставлять человека с глазами бога смерти без контроля.

Лайт смотрел твердо, ожидая её решения.

Он вырвет руку силой, если она его не отпустит.

Наоми достала бумажник из заднего кармана джинс и протянула Лайту небольшой кусочек бумаги.

— Не будем полагаться на Рюка.

Лайт благодарно кивнул. Наоми опустила руку. Ягами взбежал по лестнице вверх.

— Будь осторожен, — прошептала Наоми.

Она развернулась, чтобы спуститься, но остановилась на лестничной площадке второго этажа.

Кровь бурлила.

Нет, она не может оставить его там одного. Это безумие.

Наоми проверила пистолет в кобуре и тихо пошла наверх.

Она услышала голоса на шестом этаже. Мисора выглянула в коридор. Совсем молоденькая блондинка, тонкая, как куколка, сидела на полу и смотрела на Лайта с открытым ртом. Ягами стоял перед ней на коленях. Наоми уже подумала, что он случайно наткнулся на гражданскую, но девушка сказала:

— Поверить не могу, что всё прошло так хорошо, и я нашла тебя, Кира! — она протянула руки и взялась за запястье Лайта, которое пять минут назад держала Наоми. — Я твоя давняя фанатка!

— Я рад это слышать, — губы Лайта растянулись в улыбке. Наоми стало противно, и она спряталась за стену. — Ты устроила это всё, чтобы познакомиться со мной?

— Ты покарал убийц моих родителей! Сначала я думала, что Кира — это бог, который сошел на землю, чтобы восстановить справедливость, — её голос стал восторженным. — Но когда Рем дала мне Тетрадь, я поняла, как именно ты карал преступников, и решила, что буду помогать тебе! Я на твоей стороне, и буду делать всё, что ты мне говоришь!

— Видишь, ли, Миса… — начал Лайт.

Миса? Наоми ещё раз выглянула из-за стены. Миса Амане. Этого не может быть. Наоми только вчера видела её лицо на обложке Космополитен в киоске около своего дома.

— … сейчас у меня нет Тетради. Её у меня украли. Может быть ты заметила, что в последнее время почерк Киры изменился?

— Нет, — неуверенно заметила Миса. — Кто это сделал?

— У меня есть предположение, я расскажу тебе позже, — Наоми снова выглянула из-за стены. Лайт взял Мису за плечи. Та преданно заглядывала ему в глаза. — Ты согласна помочь мне вернуть её? Тогда мы сможет построить идеальный мир. Вместе.

О, ему точно не нужна была помощь. Наоми свернула к лестницам и пошла вниз, ненавидя в этот момент Лайта сильнее всех на свете.

* * *

Наоми вернулась к входу в здание. Злость была объективно бесцельной, но при этом абсолютно реальной.

Почему она всегда так удивляется, когда Лайт раз за разом применяет своё очарование, чтобы получать то, что ему нужно? Конечно, он сделал это и сейчас. Как ещё ему склонить Киру-4 на свою сторону?

Наоми барабанила по рулю кончиками пальцев. К телецентру начали съезжаться полицейские, но никто не решался выйти из машины.

Хотя зачем из неё выходить?

Наоми нажала на газ.

Она успела пригнуться, когда в неё полетели осколки лобового стекла. Стряхнув с себя стеклянную крошку, Наоми накинула на голову кожанку и спросила у охранника, который смотрел на неё глазами-блюдцами:

— Из какой студии идёт вещание?

— С-студия Г-6, второй этаж, — проблеял тот. Наоми прошла сквозь холл и свернула к лестницам.

Мисе сейчас не до неё, вряд ли она рискует, но это поможет ей выслужиться перед L. Если бесплодная слежка его не убедила, это должно помочь.

Кроме того, эта выходка помогла ей сбросить избыток адреналина. Наоми стерла кровь от нескольких порезов на лбу.

— Полиция, — заявила Наоми, доставая удостоверение. Демигава, редактор телеканала, и пара менеджеров оторвались от экранов. — Выключите запись немедленно.

— Но, мисс, если мы это сделаем, Кира нас убьет, — начал Демигала, осматривая Наоми с ног до головы.

— Вряд ли, — она усмехнулась. — Вы ей ещё понадобитесь. Но проблемы с полицией я вам гарантирую.

Телевизионщики переглянулись, и Демигава нажал на стоп.

— Отдайте все записи и конверты, в которых они пришли.

Демигава ушёл в другую комнату, ворча себе под нос.

— И копии не забудьте, — крикнула ему Наоми.

Главный редактор вернулся с четырьмя кассетами в пакете.

— Это всё?

— Внутри письмо с инструкцией.

Наоми кивнула, доставая телефон. Она набрала номер L как только оказалась в коридоре.

— Кассеты у меня. Вещание прекратилось.

— Да, мы видели, как ты снесла двери, — ответил L.

— Это было просто потрясно! — закричал Мацуда на заднем плане.

— Только я не знаю, как мне отсюда выйти, — призналась Наоми. — Из здания нет другого хода?

— Слишком опасно. Пока оставайся там, я устрою тебе прикрытие. Спасибо, Наоми.

L положил трубку. Как только он это сделал, зазвонил её одноразовый телефон.

— Зачем ты это сделала? — спросил Лайт.

— Легкий способ выслужиться перед L, — Наоми зашла в первую попавшуюся студию и закрыла дверь. — Он сказал мне спасибо.

Лайт хмыкнул.

— Туше, — звякнули спицы велосипеда. — Я поеду к тебе.

— Лучше возвращайся домой, я не знаю, во сколько смогу выбраться.

— Миса уже уехала, тебе ничего не угрожает.

— Я дождусь своего прикрытия от L, — Наоми осмотрела потолок и не нашла там системы пожаротушения. Она достала сигарету, щелкнула зажигалкой и затянулась. — Не будем создавать у него подозрения на ровном месте. Как новая Кира?

— Она сразу мне поверила, — ответил Лайт, и Наоми закатила глаза. — Оказывается, у владельцев Тетрадей не показывается дата смерти.

— У обычных людей она её видит?

— Да, это же глаза бога смерти, им нужно знать, сколько времени они могут получить от человека. Использовать лист было даже необязательно. Я скормил ей…

— Я слышала, — прервала его Наоми, затягиваясь. — Что ты намерен делать?

— Миса поможет мне заполучить Тетрадь.

— Ты хочешь убить Хакусеру? — догадка поразила Наоми как гром. — Мы даже не уверены, что это он.

Лайт помолчал.

— Я не вижу другого способа. Хакусера не набирает персонал, его дом — неприступная крепость. И это он единственный, кто так идеально подходит под все критерии

— Ты не хотел использовать силу Киры до этого, — заметила Наоми.

— Сейчас это единственная возможность.

— Как насчет того, чтобы рассказать обо всем L? Его ресурсов…

— Даже о том, кто ещё закопан в могиле твоего жениха?

Наоми вдохнула дым вместо воздуха и закашлялась. Жестокий мальчишка.

— Ради бога, Наоми. — Лайт смягчился. — Признай, что я всё сделал правильно.

Перед глазами Наоми всплыло растерянное лицо Лайта, с которым он отбросил Тетрадь в первый раз. Она выдохнула дым и приложила руку к лицу.

— Обсудим позже. Только не совершай ничего непоправимого до этого момента.

— Как и ты.

2007/04/19

L вызвал всех на работу к раннему утру. Наоми плохо спала в ту ночь, поэтому доползла до штаб-квартиры на одних морально-волевых

— Доброе утро, — вздохнула она. Следом за ней вошёл зевающий Мацуда.

— Я успел посмотреть все кассеты, — начал L, пока они усаживались. Наоми не была уверена, спал ли он сегодня вообще. — На них два послания: на случай, если полиция согласится сотрудничать с Кирой, и на случай, если нет.

— На них остались отпечатки? — спросила Наоми. Если Миса не была достаточно осторожна, её связь с Лайтом потянет их всех на дно.

— Я отправил конверт на экспертизу. Если нам повезёт, криминалисты что-то найдут. Я хотел обсудить с вами другое, — L оглядел детективов. — Я хочу предложить Лайту помочь нам с этим новым Кирой.

Наоми и Айдзава переглянулись.

— Ты опять проверяешь моего сына, Рюдзаки? — спросил Соитиро.

— Скорее я хотел проверить свои выводы. Лайт обладает выдающимися дедуктивными способностями, его взгляд может быть полезен следствию.

Соитиро поджал губы, но ничего не сказал. Наоми глубоко вдохнула и выдохнула, успокаивая понесшееся вскачь сердце.

Если она хочет остановить Лайта, это её шанс. Она расскажет правду, и пути назад не будет.

И это также означало, что с их дружбой будет покончено навсегда.

— Если вам не сложно, Соитиро-сан, позвоните Лайту и попросите прийти сюда как можно скорее. Это сильно поможет следствию.

Соитиро отошел, чтобы поговорить по телефону, и Наоми опустилась в кресло. Даже если Лайт примчится сразу после звонка, в чем она не сомневалась, ему потребуется не меньше получаса, чтобы добраться до отеля из дома. Она потерла лоб, стараясь прогнать сонливость, не потревожив порезы на лбу.

— Лайт должен прийти минут через десять, — Соитиро захлопнул крышку телефона. — Он где-то поблизости.

L кивнул и опустил взгляд на монитор.

Какое же неблагодарное дело для расследования ему досталось.

Наоми тоже достала свой ноутбук, чтобы изобразить какое-то подобие деятельности.

Чего добивается L? Хочет посмотреть на реакцию Киры на подражателя? Ближе подпустить к себе Лайта, чтобы было удобнее его анализировать?

Когда L включал записи вчера вечером, Наоми слышала, что Миса потребовала показать лицо L. Видимо, её ввело в заблуждение рокировка между Аницуко и Юри. Она считала, по крайней мере до вчерашней встречи с Лайтом, что Кира-1 хотела бы смерти L, раз она убила агентов ФБР. Что если L теперь тоже придерживается такой точки зрения? Тогда Лайту бы лучше молчать о возможности существования ещё одной Киры с глазами бога смерти.

Наоми слегка выдохнула. Настоящему Лайту незачем это делать. Он поймет, что это проверка, и L до всего уже догадался. Его задача — слегка ему подыграть, и эта встреча пройдет без проблем.

Из этих мыслей Наоми вырвал стук в дверь.

— Спасибо, что пришёл, Лайт, — L встал ему навстречу.

Ягами пожал ему руку как ни в чем не бывало и обежал взглядом комнату. Наоми заметила, как его глаза остановились на порезах на её лице.

— С Мацудой ты уже знаком.

Тот поднял руку в приветствии.

— Айдзава, — они с Лайтом пожали руки.

— Мисора, — Наоми не стала подходить к нему ближе и просто махнула рукой.

— Приятно познакомиться, — ответил Лайт.

— Я хотел тебе кое-что показать, — L опустился на софу и включил телевизор. — Ничего не записывай, выносить отсюда вещи запрещено.

Он вставил первую кассету. Механический голос заполнил комнату.

— Вы видели доказательства. Полагаю, теперь вы не усомнитесь в том, что я Кира. Покажите эти кассеты прямо в эфире в указанное мной день и время...

— Что думаешь, Лайт? — спросил L, когда запись закончилась. Наоми видела, как L буравит взглядом Ягами.

— Что носитель силы Киры опять сменился.

— Опять? — уточнил L.

Соитиро одобрительно кивнул.

— Я немного следил за происходящим по новостям. В поведении Киры было два крупных сдвига. Первый — примерно в январе, после долгого перерыва в деятельности. До этого Кира убивал только поздно вечером и почти всегда карал убийц, насильников и истязателей. После перерыва убийства изменились. Среди жертв Киры появились коррупционеры и воры. Можно было бы предположить, что Кира переосмыслил свою идеологию, но вкупе с этим перерывом выглядит подозрительно. Этот же Кира точно другой человек. Раньше Кира убивал, только если знал и лицо, и имя жертвы. Судя по смертям полицейских у Сакура ТВ, новому Кире достаточно одного лица.

Наоми подумал, что эти двое могли бы хорошо сработаться при других обстоятельствах.

— Я пришел к такому же выводу, — L сдвинул губу подушечкой большого пальца.

Лайт приподнял бровь.

— Тогда зачем тебе я? Это какая-то проверка?

— Я хотел подтвердить свою гипотезу. Спасибо, Лайт, ты очень мне помог. Я надеюсь, ты не откажешься от ещё одной просьбы…

— Да?

L не успел ответить. Телефон Лайта зазвонил. Он раздраженно вытащил его, чтобы сбросить звонок, но застыл.

Со своего места Наоми увидела, как на экране телефона высветилась надпись “Юри”.

Разумеется, у ней был номер Лайта.

Наоми протолкнула в себя воздух. Айдзава странно на неё покосился. Невероятным усилием она заставила себя расслабиться.

— Мне нужно ответить. Извини, L, — с каменным лицом сказал Лайт.

Увидел ли L подпись? Юри — распространенное имя, но детективы уже знают одну Юри Аоки, которая может быть связана с делом Киры. Наоми, как и все остальные, проводила взглядом Лайта, когда он отошел к окну.

— Привет. Да, могу, — Лайт замолчал. После секундного удивления он уже взял себя в руки. — Да, я уже начал это задание. Я сейчас на встрече, как только освобожусь, приеду к тебе. Скажем, — Лайт бросил взгляд на часы над дверью, — в семь вечера? — Лайт выждал секунду и рассмеялся. — Отлично, договорились. Жди меня. Пока.

Он развернулся к L и детективам. Взгляды Наоми и Лайта столкнулись. Победоносный блеск в его глазах заставил мурашки побежать по её спине.

— Так на чем мы остановились? — небрежно спросил Лайт, опуская телефон в карман. — Ты хотел у меня что-то попросить?

— Да, — L кивнул . — Я хочу, чтобы ты притворился Кирой.

* * *

— Тебе звонила Кира? — Наоми набрала Лайта, как только представилась возможность. Она нервно прижала телефон к уху. — Что она хотела?

— Да, — на заднем плане послышался звук автомобильного клаксона. — Чтобы я её спас. Я был прав, она у Хакусеры. Он отобрал у неё Тетрадь и насильно удерживает в подвале того дома, за которым мы следили.

— О боже, — она пропустила поворот к своему дому и поехала дальше, в сторону вокзала. — И что ты будешь делать?

— Сейчас я еду к Мисе.

— И что дальше? Окаяма? Ты же не собираешься убить Хакусеру?

— А есть другой выход? Наоми, ты не поняла, он забаррикадировался в своём доме и уже три месяца держит Юри в неволе, чтобы успеть как следует развлечься с бывшей Кирой. Она смогла добраться до своего телефона и позвонить мне по счастливой случайности.

Холодок пробежал от того смысла, который Лайт вложил в своё “развлечься”. При других обстоятельствах Наоми может и порадовалась бы его приступу благородства.

— Позвони в полицию и скажи, что она там. Анонимно.

— Очень смешно.

— Ты говорил, что не опустишься до методов Киры.

— Наоми, он же чудовище. Наверняка, это он убил и изнасиловал свою дочь, и сейчас издевается над Юри. Забудь на секунду, что она Кира, или нет, стой, — прервал сам себя Лайт. — Не забывай! — Наоми не помнила, чтобы он когда-то так злился. Она остановилась на красный и с замиранием сердца слушала, что он скажет дальше. — Я считаю, что потому, что она первая Кира, она не заслуживает такого отношения. Да, она убийца, но её мотивы…

— Лайт, я понимаю… — быстро вставила Наоми. — Я понимаю, что ты хочешь сказать. Но ты собираешься убить человека.

— Я уже убивал человека, — огрызнулся Лайт.

Наоми услышала, как он глубоко вздохнул и, совершив над собой невероятное усилие, уже более спокойно сказал:

— Это наш шанс. Я попрошу Мису записать в Тетрадь имя Хакусеры с требованием отпустить Юри и вынести нам Тетрадь. Я получу её, дальше буду разбираться с Мисой. Ты не хотела действовать, пока мы не получим подтверждение, что Юри действительно у Хакусеры, вот, мы его получили. Мы всё ещё не можем проникнуть в его дом, и я бы не решился на это без поддержки Тетради.

Наоми стиснула пальцами переносицу. Конечно, в его словах было рациональное зерно. Но если он поедет с Мисой в Окинаву без неё, у Наоми не будет никакой возможности остановить самого Лайта от использования Тетради в дальнейшем. Он получит это оружие до того, как они решат проблему с Мисой. Это даст Лайту повод хранить Тетрадь у себя. Что тогда будет? Сможет ли он противостоять соблазну?

Если она сейчас попросится поехать с ними, Лайт ей откажет. Наличие ещё одной женщины будет мешать ему вешать Мисе на уши лапшу об их неземной любви. Нет, нельзя даже предлагать, иначе он снова получит полное право опять обвинить её в недоверии. Пока разговор остается в плоскости морали, у неё был хоть какой-то шанс.

Хотя кого она обманывала.

— Хорошо, — Наоми вздохнула. — Кажется, ты прав, и выбора нет.

— Спасибо, — Лайт вздохнул. — Мы поедем на пятичасовом поезде. К вечеру будем на месте. Если за это время не произойдет ещё чего-нибудь, Тетрадь будет у меня. Потом обговорим, что делать дальше.

— Хорошо, — Наоми закрыла машину и пошла к зданию вокзала.

Она проверила пистолет на поясе.

Если ничего не произойдет, ей придется импровизировать. Убить Мису, если ситуация того потребует.

Она не даст Лайту стать Кирой.

* * *

По закону подлости Лайт и Миса купили билеты в тот же вагон, что и Наоми. На её радость они хотя бы сидели к ней спиной. Наоми наблюдала за каштановой головой Лайта и блондинистой — Мисы, прикрываясь книгой, которую специально для этой цели купила на вокзале. Амане громко засмеялась, как будто они ехали не на серьезное дело, а на легкую прогулку в соседний город.

Когда поезд остановился, Лайт оглядел пространство вагона, но Наоми успела спрятаться за сидением. Она дала им пройти вперед, чтобы точно не столкнуться с Лайтом на выходе. Она все равно знала, куда они поедут.

Наоми дала Лайту фору. Её Хонда следовала за его серебристой Тойотой через две ряда. Они встретились только на съезде к дому Хакусеры. Мисора пропустила Лайта вперед и поехала дальше на некотором отдалении.

Тойота Лайта остановилась на съезде. Наоми чуть не поцеловала её бампер.

Их встретил огромный кортеж и полицейских машин и нескольких скорых. Всё пространство перед входом оказалось обтянуто желтой ограничительной лентой.

Наоми, наконец, смогла увидеть Хакусеру не на картинке в Интернете.

Половину лица известного политика и бизнесмена кто-то снес чем-то вроде клюшки для гольфа.

* * *

— Сегодня в выпуске, — Наоми упала на диван как раз к началу новостей. — Хакусера Оноре, главный акционер Сакура Индастрис, был найден мертвым в своем загородном доме в Окаяме, — картинка сменилась на репортера в полях. — Я передаю слово моему коллеге на месте преступления, чтобы он рассказал нам подробности.

— Спасибо, Танабакара, — молоденький корреспондент подсобрался. — Как нам известно на настоящий момент, Хакусера был убит неизвестной в гостиной своего дома. Ему пробили череп острым предметом, предварительно, кочергой, — журналист сглотнул, как будто тема была ему неприятна. — По всему дому были найдены следы борьбы и кровь неизвестного человека. Кроме того, полицейские обнаружили в подвале дома лежанку из одеял и несколько наручников рядом с батареей. По версии следствия, Хакусеру убила девушка, которую он удерживал. Камеры видеонаблюдения на заднем входе засняли, как она убегает из дома в лес.

— Девушку уже опознали, Ясуши?

— Да, но мы не можем разглашать её имя, так как она несовершеннолетняя.

Наоми выключила звук и позвонила Лайту. Тот долго не отвечал. Наоми уже думала сбросить звонок, когда тот, наконец, поднял трубку.

— Уже видела? — устало спросил он.

— Только что, в новостях, — соврала Наоми.

— Мы опоздали на час. Я отсматривал записи с камеры с сосны, — Лайт глубоко вздохнул.

— Ты бежал со всех ног, — попробовала успокоить его Наоми. — Скорее всего, Хакусера понял, что она смогла выбраться из подвала, и ей пришлось защищаться. Чудо, что Юри выжила.

Лайт снова вздохнул.

— Я думал, что она будет делать дальше. У меня есть несколько вариантов.

— Не уверена, что не полезла бы в петлю на её месте, — заметила Наоми, наблюдая за мельтешением картинок с пейзажами Окаямы на экране.

— Я сомневаюсь, что она решится на суицид, раз у неё получилось сбежать, — Лайт помолчал. — Хотя, возможно, зная её принципы, для неё это был бы предпочтительный выход. Опции всё исправить, отказавшись от роли Киры, у неё уже нет. Она знает, что ошиблась в деле Хакусеры.

Наоми кивнула.

— Но есть Миса.

— Да, Юри это так не оставит.

— Если она решит отказаться от силы, то перестанет убивать сразу же.

— Я думаю, так и будет. И её следующей целью станет Миса. Если она не пощадила Аницуко, то почему должна пощадить её? — Лайт замолчал. Наоми услышала, как он опустился на скамейку. — Я не рассказал тебе о ещё одной новой проблеме.

— Миса начала что-то подозревать?

— Нет, но её бог смерти мне не доверяет. Рем, так её зовут, угрожает мне, что, если с Мисой что-то случится, она убьет меня, даже если я буду непричастен. По её логике, это я втянул Мису в эти разборки с Юри и L, поэтому в любом случае должен буду ответить.

Наоми сразу не нашлась, что ответить. Лайт молчал.

— Ты где сейчас?

— Почти у твоего дома. Не против, если я зайду?

— Конечно, нет, — Наоми включила кофемашину.

Лайт позвонил в её дверь через десять минут. Вид у него был абсолютно убитый. Он бросил рюкзак в прихожей и прошёл на кухню.

Ягами упал на свой привычный стул. После секундного колебания Наоми протянула ему пачку сигарет.

— Есть хоть какой-то способ сохранить тебе жизнь, не привязав к Мисе? — осторожно начала она. — Если ты сам этого не хочешь, конечно.

Лайт усмехнулся.

— Она ужасна. Не бесполезна, — признал он, зажигая сигарету. — Но совершенно невыносима.

— Так что? — Наоми отвернулась, чтобы налить кофе себе. Отсутствие симпатии к новой Кире со стороны Лайта дарило приятное тепло удовлетворения.

— Миса сама подала идею. Рассказала, как убить Бога Смерти.

— И как же?

— Чтобы это сделать, нужно любым способом продлить человеку жизнь с помощью Тетради Смерти, — Лайт затянулся. — Это нарушает саму суть существования шинигами, поэтому влечёт такие последствия. Так Рем получила вторую Тетрадь. Другой бог смерти пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти Мису от нападавшего.

— И сама Рем сильно привязана к Мисе?

— Да, раз готова угрожать таким. Не знаю, блеф это или нет.

Наоми покачала головой. Значит, не один Рюк неровно дышит к человеческим девушкам?

— Если я смогу… — Лайт остановился и поднял глаза на Наоми. — Это будет значить, что Рем нужно будет убить кого-то, кто будет угрожать Мисе. Скорее всего, это будет Юри.

Наоми опустила глаза в чашку. Заглянув в себя, она честно призналась, что ей всё равно. Жизнь первой Киры уже была кончена. Строить из себя моралистку было невыгодно.

— Кажется, мы дошли до той точки, когда нам придется замарать руки, — она подняла взгляд на Лайта. Тот кивнул. — Нужен план.

2007/04/21

L отослал на Сакура ТВ кассету с отказом полиции работать с Мисой в пятницу и распустил всех агентов по домам, поэтому у Наоми по плану должно было получиться целых два дня настоящих выходных. Половину субботы она потратила на мониторинг новостей о Юри.

Та как сквозь землю провалилась. Теперь её искали два подразделения — по делу Аницуко и Хакусеры, но пока без особого результата. Наоми подозревала, что та прячется в лесу за домом Хакусеры, иначе сложно было объяснить, как её не заметили ни на одной камере в городе.

— Я слежу за тем, что происходит на месте преступления, — Лайт позвонил ей ближе к вечеру. — Пока новостей нет.

— Там же огромный лес. Каков шанс её найти?

В дверь позвонили, и Наоми пошла принимать доставку китайской еды.

— Спроси лучше, каков шанс, что она там потеряется и умрет, — мрачно отозвался Лайт. — Вот это будет действительно катастрофа.

Наоми забрала свою курицу в остром соусе и захлопнула дверь.

— Разве тогда тебе не стоит отказаться от Тетради, чтобы Рюк смог её забрать?

— А Миса? — Наоми почти видела, как Лайт трет лоб от усталости. — Я и так с трудом сдерживаю её пыл.

— Сейчас она карает преступников?

— Да, это все работа Мисы. Юри не пользовалась Тетрадью после побега.

— Ты не думаешь…

— Что она оставила её в доме Хакусеры? Сомневаюсь. У неё было достаточно времени после убийства, чтобы найти её и сбежать. Если бы знать, что у неё уже есть доступ к телевидению, можно было бы попробовать связаться с ней через Амане… У меня есть идея, как устроить встречу двух Кир.

— Думаешь, Юри пойдёт на контакт?

— Не уверен. Возможно, опыт с Аницуко научил её, что нет смысла разговаривать с другими владельцами Тетради. Я не знаю, что произойдет, если они встретятся. У Юри нет глаз бога смерти, но она может просто напросто узнать Мису. Если цель Юри — убить подражателя, тогда ей достаточно записать её имя в Тетрадь с пометкой, что та должна принести свою Тетрадь в определенное место. И всё, я труп.

— Это не в характере Юри, — заметила Наоми. Она отставила контейнер с едой в сторону.

— Сложно делать предположения после всего, что с ней произошло. Раньше я бы тоже сказал, что она скорее попробует поговорить с Мисой, но сейчас не готов рискнуть. Но и ничего не делать — риск ещё больший, — Лайт вздохнул. — Ладно, мне пора на ужин. Судя по звукам тебе тоже приятного аппетита.

Наоми усмехнулась и сбросила вызов.

L попросил её приехать в штаб-квартиру ближе к вечеру. Наоми с сожалением попрощалась со своими короткими выходными и собралась в штаб-квартиру.

На стоянке у Хилтона она не заметила машины Соитиро. Странно, обычно он приходил одним из первых.

Тишина на этаже показалась неестественной. Не гудели даже кондиционеры. Наоми осторожно толкнула дверь номера.

Весь пол оказался усыпан исписанными клочками бумаги. Наоми медленно прошла сквозь этот хаос к маркерной доске, оглядываясь в поисках L.

Весь центр занимал вопрос “Зачем Лайту пистолет?”. L написал его огромными буквами и обвел в жирный круг маркером.

Сердце затрепыхалось в груди Наоми. Она резко обернулась.

L стоял перед ней и буравил темным взглядом исподлобья.

Вот черт.

— Мне кажется, тебе есть, что мне рассказать, Наоми-сан.

2007/04/21

— Пазл не сходился, — спокойно пояснил L.

L опустился на пол посреди хаоса из бумаг. Наоми взяла подушку с дивана и осторожно села рядом с ним.

— Знаешь, что не давало мне покоя? — спросил L, переводя взгляд на Наоми.

Она кивнула на доску.

— Да, это одна из причин, почему я попросил остальных членов штаб-квартиры оставить меня на какое-то время. Что ещё? Что не клеится в теории о том, что Лайт — Кира?

L продолжал гипнотизировать её своими проницательными глазами. Насколько много он знает? Как минимум, теперь у него нет сомнений, что Лайт не Кира. Он так хочет заставить её признаться?

— Журнал? — выдохнула она, чувствуя, что теперь дороги назад действительно нет.

L кивнул.

— Я сначала не мог понять, что так смущает меня в нем. Если исходить из предположения, что Лайт невиновен и не знает о камерах, то его покупка не вызывает вопросов. Сексуальные предпочтения Лайта меня не интересуют и к делу напрямую не относятся, но… Но Лайт не может никак быть не связан с этим делом. Кроме своего отца Лайт — единственный человек, кто доподлинно знал имя Рея Пенбера и мог иметь доступ к материалам расследования. Вероятность, что кто-то другой из штаб-квартиры узнал имя Рея после собрания, которое устроил Соитиро-сан, минимальна, — из-за их спин возник Ватари с кусочком торта. Он поставил тарелку перед L и удалился. — Для этого нужно было напрямую спросить его имя у кого-то из Ягами, потому что сам Лайт его не назвал. И Лайт, и его отец отрицают, что такое событие имело место быть, — L погрузил ложку в сладость. — Тогда мы возвращаемся к Лайту.

Итак, у нас есть четыре варианта соотношения двух предположений — а) знал ли Лайт о слежке и б) является ли он Кирой и одного факта — он читал порножурнал с мужчинами.

Допустим, Лайт — Кира и знал о слежке. Тогда выбор журнала не имеет смысла. Если он хотел сделать вид, что он безобидный подросток, следовало бы выбрать журнал с девушками. Учитывая, что Кира предположительно подвергалась насилию, это был бы более безопасный вариант.

Подвергалась. Он всё понял. Наоми заставила себя дышать ровнее.

— Вариант, что Лайт — Кира и не знал о слежке, я полностью исключаю. Тогда бы мы не увидели пробела в убийствах, — продолжил L. — Самый безобидный вариант — что Лайт не Кира и не знал о слежке — говорит о том, что он просто гей. Тогда он никак не связан с делом. Мы уже выяснили, что это маловероятно. И последняя пара: Лайт не Кира, но он знает о слежке. Тогда выбор журнала объясняется тем, что Лайт хотел, чтобы я думал, что он Кира. Он хотел, чтобы я зацепился за этот факт и начал подозревать его ещё больше, и у него даже получилось на какое-то время.

Наоми кивнула. Она помнила первоначальные рассуждения L на этот счет.

— Ты не рассматриваешь возможность, что первый вариант всё же правда, но Лайт настолько бесстрашный, чтобы не бояться напрямую бросить тебе вызов?

— По опыту моего общения с Лайтом, это гораздо больше выдало бы его характер, чем характер первой Киры, — L отправил кусочек торта себе в рот. — Она невозмутимо проигнорировала провокацию с Линдом L Тейлором и ни разу не попыталась бросить мне вызов. В отличии от Лайта.

Наоми кивнула.

— Лайт намекал мне, что у него есть проблема с провалами в памяти, — продолжил L. — Это порождает сильную теорию. Если Лайт когда-то был Кирой, но затем передал свою силу дальше, могло ли это стереть воспоминания о её использовании? Кто знает, может быть. Внезапный интерес к мужчинам тоже хорошо в неё укладываются.

Но кое-что в поведении Лайта заставляет меня думать, что он хотел, чтобы я так подумал. В этом заключался первоначальный план, ради которого он и купил тот журнал. Ягами понимал, что даже если он и не является Кирой сейчас, если он им когда-то был, я продолжу искать ниточку к текущему Кире через него. Буду безрезультатно ходить кругами вокруг двадцатых чисел января, когда он мог отказаться от силы в пользу нового Киры, не обращая внимания ни на что другое. В то время как передача силы произошла гораздо раньше и вообще без участия Лайта, потому что он никогда не был Кирой.

Мисора покачала головой. Ей показалось, что L методично уничтожал весь тот частокол из костылей, который они с Лайтом нагородили, чтобы держать его подальше от правды.

— Тогда у Лайта была причина, по которой он хотел держать моё внимание на себе. Он покрывал настоящую Киру по какой-то причине? Они подельники? Допустим, — торт был почти уничтожен. — Опустим момент, насколько сильны должны быть чувства к человеку, чтобы добровольно навлечь на себя такие подозрения. Сфокусируемся на том факте, что, если Лайт не Кира, то твой жених за Кирой не следил. Зачем убивать агента, который ходит по пятам не за тобой? Зачем вообще что-то делать, если детектив, который тебя ищет, идёт по ложному следу? Даже если Лайт заметил слежку и рассказал про неё Кире, я не могу ответить на этот вопрос. Я долго мучался. Даже поверил в эту теорию о потере памяти, которую подсунул мне Лайт, — L поднял глаза на доску. — Но что-то не давало мне покоя. Эти непонятные смерти вокруг Лайта… Я перебрал все данные ещё раз. И тут меня осенило. Зачем Лайт купил пистолет? Ещё и на глазах у Рея?

— Рей сделал пометку, что пистолет был не настоящим. Лайт купил его, чтобы защититься от преследователя.

— Да, но у этого утверждения нет доказательств. Мы так и не нашли его в комнате Лайта. Если Лайт соврал? Тогда зачем последователю Киры пистолет? — L повернулся к Наоми. — От чего он собирался защищаться?

— От самой Киры? Или чтобы забрать её силу?

— Да, я склоняюсь к такому же выводу. Мы не знаем, как Кира убивает, но, судя по тем промежуткам, что мы периодически наблюдаем при переключении с Киры на Киру, это происходит не мгновенно. Возможно, с помощью пистолета можно убить даже Киру. Тогда будем думать, что Лайт хотел забрать эту силу себе с помощью него. Знаешь, как единственным правильным способом сложить эту киллер-судоку?

— Лайт играет не на стороне Киры. Он хочет забрать у неё силы, чтобы остановить.

L кивнул.

— Я предполагаю, что Лайт каким-то образом догадался, кто может быть Кирой. Возможно, это кто-то из его ближайшего круга общения, но Лайт не был уверен на сто процентов, кто. Он использовал информацию о ходе расследования, чтобы сузить круг подозреваемых. Я почти уверен, что Рей тоже стал частью этой цепочки. Тогда на тех стертых записях из Адского котла, мы должны были увидеть их всех вместе — Лайт, Рея Пенбера и Киру.

Наоми покачала головой. Даже несмотря на меры предосторожности он всё понял. Гениальный детектив.

— Смерти Аницуко Хаяси и побег Юри Аоки заставили меня поломать голову. Мне казалось очевидным, что до первого перерыва только один человек пользовался силой Киры. Но меня смущало, что брат Аницуко умер только спустя неделю после начала действий Киры. Это наводит на мысль, но они каким-то образом могли пользоваться силой вдвоем. Видимо, движущей силой в этом дуэте была Юри. Если предположить, что Лайт сначала вышел на Аницуко, и это именно она убила агентов ФБР, всё сходится. Подруга перестала соответствовать высоким идеалам Киры, и Юри её убила. Здесь у меня нет никаких доказательств, Лайт достаточно хорошо постарался, чтобы я не смог ни на что опереться в своих выводах.

L отставил тарелку в сторону и обнял колени.

— Лайт вряд ли оставил попытки найти Киру, после того как Юри сбежала. Я решил, что вероятность, что он смог бы справиться с этой задачей один не больше десяти процентов. Ваша наружная слежка должна была его парализовать. Я пересмотрел записи из комнаты Лайта и заметил одну закономерность. В те дни, когда за ним следила ты, он в среднем отсутствовал дома дольше. В первый раз я не придал этому значения, но позже мне показалось это подозрительным. Если вы работали с ним заодно, это бы объясняло, откуда Лайт узнал про камеры в доме Ягами, и дало бы вам возможность вести расследование на нейтральной территории. Это также моя догадка. Наблюдение, которое вел за тобой Оги, не дало результатов. Поэтому я спрашиваю у тебя напрямую, Наоми. Насколько я прав?

Наоми опустила глаза. Она может сейчас соврать L и начать отрицать свою причастность, но был ли в этом смысл? Даже если и так, он достаточно уверен в своих выводах относительно Лайта. Это однозначно — их план провалился. L будет искать Юри вместе с остальными полицейскими, и совместными усилиями они её рано или поздно найдут, вместе с Тетрадью. Что более вероятно: что о существовании странного блокнота, способного убивать, промолчит один L или L и две оперативные группы?

Прости, Лайт.

* * *

— Вот оно что, — L кивнул.

— Я понимаю, в это сложно поверить. Я прикоснулась к тебе клочком из Тетради смерти. Когда Лайт в следующий раз придет в штаб-квартиру, ты сможешь заметить рядом с ним бога смерти, Рюка. Главное не пугайся.

— Тебе следовало рассказать мне раньше, Наоми-сан, — заметил L.

— Лайт боялся доверять этот секрет кому-то, — Наоми заканчивала сигарету, которую с позволения L зажгла в начале своего рассказа. Она выдохнула дым в открытое окно. — Он рассказал мне только потому, что у него не было выбора. Его план — заполучить Тетрадь, отказаться от владения и вернуть её обратно, в мир шинигами.

— Наоми, скажи мне честно, — Мисора обернулась к L. Он всё ещё продолжал сидеть на полу, поэтому ей пришлось посмотреть на него сверху вниз. — Насколько ты веришь, что Лайт сможет отказаться от Тетради?

Наоми застыла.

Ну давай, посмотри правде в глаза.

— Не на сто процентов, — наконец, признала она.

Взгляд L стал неприятно пронизывающим. Наоми дернула плечом.

— В таком случае, мне не остается ничего другого, кроме как помочь вам. Пусть Лайт реализует свой план. Если понадобится, мы остановим его.

2007/04/22

Наоми несколько раз почти набирала номер Лайта, но так и не решилась нажать кнопку вызова.

Вот, случилось то, чего она хотела с самого начала. Теперь у неё не было секретов от L — кроме того, что лежал в могиле её жениха. Она ничего не сделала против Лайта специально. Это не предательство. L догадался обо всём сам.

Наоми не могла понять, что её тогда так мучает. Неприятное тянущее чувство в груди заставляло её ходить по квартире кругами, судорожно сжимая и разжимая в кулаке рукав кофты.

Она всё делает правильно. L не заберет Тетрадь, даже скорее всего согласится закрыть дело без обвиняемого, если она гарантирует ему, что Кира больше не вернётся. Все страхи Лайта изначально были плодом его воспаленного, подозревающего всех и каждого, воображения. Ей просто нужно молчать, продолжать следовать за Лайтом и не спускать глаз с него и Тетрадей.

Почему это так сложно?

Воздух в квартире показался ей удушающим. Наоми накинула кожанку и вышла на улицу, несмотря на проливной дождь. Её дорога вела к кладбищу.

Люди бежали ей навстречу, пытаясь скрыться от неожиданного ливня под навесами и в своих квартирах. Наоми разрезала эту нестройную толпу, чувствуя, как намокает и тяжелеет одежда.

По пути к надгробию Наоми встретился только одинокий могильщик. Дуб — дуб Рея — покачивался от непогоды, призывно махая ей ветками. В небе сверкнула молния.

Наоми остановилась перед могилой. Ей удалось скопить на красивый памятник: теперь улыбка Рея навсегда застыла в граните. Наоми сбросила пару опавших листьев на землю.

В конце концов, L будет им полезен. Он пообещал тихо приостановить все поиски Юри, чтобы у полиции не было шанса добраться до неё раньше, чем проблема Лайта с Рем будет решена.

— Как бы ты поступил, Рей? — прошептала Наоми.

Дождь усиливался. Её телефон завибрировал. Экран осветился сообщением от Лайта: “Ты где? Я у тебя”.

“На кладбище”, — после секундного колебания ответила Наоми.

Ей нужно сдержаться. Наоми глубоко вздохнула, с хрипом выпуская воздух наружу. Она все делает правильно.

— Но я не знаю, почему всё во мне кричит, что что-то не так, — прошептала Наоми, кладя руку на камень. — Почему?

Потому что за всеми её планами о том, как обвести Лайта вокруг пальца, стоит только желание защитить? Каким бы манипулятивным, расчетливым и пугающим ни был иногда Ягами Лайт, она всегда будет готова бежать к нему сквозь аллею с оранжевыми фонарями, чтобы раз за разом отдавать ему свой пистолет.

Что она здесь делает? Глыба гранита должна защитить её от шквала сомнений? Пригвоздить к земле? Наоми прислонилась к памятнику, чувствуя, что сейчас ей не хватает Рея, как никогда.

— Что ты здесь делаешь? — холодно спросил Лайт у неё за спиной. Наоми обернулась. Ягами мрачно смотрел на неё из-под большого черного зонта.

— Мог бы подождать меня в квартире, — Наоми выпрямилась и вздернула голову, пытаясь собрать моральные силы в кулак. — Зачем ты пришел?

— Затем, что ты мокнешь под дождем на кладбище? — его лицо приняло брезгливое выражение, когда он кивнул на Наоми.

Она откинула волосы с лица. Сейчас она наверняка выглядела ужасно.

— Сколько раз в неделю ты ходишь сюда?

Кровь прилила к щекам, как будто её поймали на чем-то постыдном.

— Почему тебе есть до этого дело?

— Не знаю, может быть потому, что потом ты плачешь у меня на плече и пишешь в два часа ночи, что тебе плохо и нужна помощь? Лайт, приезжай, пожалуйста!

Наоми почувствовала уже привычный укол стыда. Она обняла себя, считая до десяти. Она правда такая истеричка? В глазах Лайта наверняка.

Вина сковывала и выжимала слезы из глаз. Хорошо, что шёл дождь.

— Почему бы тебе просто не уйти? — резко ответила она. Только не плакать, только не… — Игнорировать меня. Хватит лезть мне в душу. Думаешь, ты что-то…

— Что я что-то понимаю? Да, кое-что понимаю, — он сделал два шага вперед и остановился прямо перед Наоми. Теперь зонт закрывал её от дождя. — Думаю, ты очень бы хотела похоронить себя рядом с Реем и моим несостоявшимся убийцей, — по спине Наоми пробежали мурашки. — Это же так приятно — бесцельно страдать, — он язвительно усмехнулся. — Холить, лелеять жалость к себе вместо реальной работы. Ты просто слабая девчонка, — Лайт схватил её за плечо. — И не способна сделать, что должно. Посмотри уже правде в глаза. Может тогда тебе, наконец, станет легче.

Рука поднялась раньше, чем Наоми успела обдумать, что собирается сделать. Звук пощёчины разнесся далеко в тишине кладбища.

Лайт отпустил её и приложил руку к покрасневшей щеке. Наоми глубоко дышала. Сердце выстукивало ритм где-то внутри черепа.

— Не буду извиняться, — начала Наоми. — Ты…

Губы Лайта почти врезались в её. Он даже не пытался сделать поцелуй приятным. В нём была только боль, злость и неожиданная вспышка желания, которую Наоми никогда не замечала в Лайте.

Она не успела как-то отреагировать — и решить, как ей хочется отреагировать. Лайт отстранился и, оставив зонт в её руке, развернулся и пошёл прочь.

Кажется, этого она и хотела.

2007/04/26

Очередное скучное совещание в штаб-квартире прервалось, когда Ватари зашёл в комнату с белым запечатанным пакетом. L тут же забрал его.

— Проверили отпечатки? — он взялся за уголок конверта и рывком вскрыл его.

— Чисто, — ответил Ватари и отошел в угол комнаты.

L пробежался глазами по листу бумаги, вложенному внутрь, и попросил:

— Господин Ягами, позвоните, пожалуйста, своему сыну. Ему нужно это увидеть.

Пока Соитиро набирал Лайта, Наоми и остальные детективы склонились над L, пытаясь прочитать текст.

— Это дневник? — с удивлением спросил Мацуда.

— Наверняка какое-то зашифрованное послание, — заметил Айдзава. — Запись от тридцатого числа выглядит многообещающе.

— Видел богов смерти на игре “Гигантов”? Да, это точно должно быть указанием на место встречи Кир!

— Аояма и Сибуя тоже упоминаются, — заметила Наоми. — Нужно искать знаки, которые могут понять только владельцы силы.

Она смотрела на запись за двенадцатое число. “Встретился с другом в Аояме, обменялись тетрадями”.

Понятно.

— Лайт скоро приедет, — оповестил всех Соитиро, убирая телефон в карман.

— Давайте подождем его, прежде чем делать выводы, — предложил L.

Все снова расползлись за свои столы. Наоми поймала вопросительный взгляд L и слегка кивнула. Пусть думает, что она знает, что замыслил Лайт.

Наоми подозревала, что Лайт пришел тогда к ней, чтобы рассказать свой план. Наверняка, этот дневник — его часть. Что это значит? Лайт надеется, что Юри придет к Мисе в Аояме? Чтобы что? Неужели он хочет дать Аоки возможность провернуть тот же диалог, после которого оборвалась жизнь Аницуко?

Они не разговаривали после того поцелуя. Наоми снова прилипла к телефону, открывая и закрывая диалог с Ягами. Наверное, она имела полное право считать себя оскорбленной после тех слов, что сказал ей тогда Лайт, но Наоми чувствовала себя только обессиленной. Он был прав. Вся её борьба с горем заключалась в побеге в расследование. Пока они двигались к поимке Киры, всё было нормально. Был Лайт, всегда был какой-то план и угроза, на которую нужно было реагировать здесь и сейчас. Наоми надеялась, что это похоронит её горе по Рею, но жизнь раз за разом доказывала ей, как она ошибалась.

— Всем привет, — сказал Лайт, заходя в штаб-квартиру.

Наоми вскинула голову. Лайт не почтил её взглядом, обращаясь только к L. Его вид показался ей более отрешенным, чем обычно: никакой маски идеального студента и примерного сына на Лайте не было и в помине, как будто он слишком устал, чтобы держать лицо.

— Вот этот дневник от Второго Киры пришел к нам сегодня, — L протянул Лайту лист. — Что думаешь?

Лайт углубился в чтение, но держал лист как-то чересчур отстраненно. Наоми была уверена, что приманку писал сам Ягами.

— Что этот Кира очень глуп, — он вернул дневник L. — Если его покажут по телевизору, игру “Гигантов” отменят.

— Думаешь, Вторая Кира предлагает Первому встретиться именно там?

— Я… да, — Лайт на секунду запнулся. — Упоминание богов смерти — довольно очевидный намек. Остальное кажется просто набором самых популярных молодежных локаций в Токио.

L кивнул.

— Мы только породим панику, если пустим дневник в эфир, — заметил Айдзава. — Никто не придет на матч.

— Кира должен был предусмотреть возможность такого развития событий, — заметил L, потирая подбородок. — По правде говоря, это настолько глупо, что я даже не знаю, что делать.

— Нам нужно послать агентов под прикрытием во все локации, упомянутые в дневнике, — сказала Наоми. — И в Аояме, и в Сибуе обычно толпа. Кира не догадается, что кто-то из нас на самом деле из полиции.

— Но что мы сможем сделать? Новой Кире достаточно увидеть человека, чтобы убить его, — заметил Мацуда. — Если мы попробуем его арестовать, мы трупы.

— Я попрошу помощи у Китамуры, — сказал L, размешивая в чашке пятый кусочек сахара. — Они уже помогали нам вызволить из здания Сакура ТВ Мисору-сан. Если снабдить их оперативников непроницаемыми шлемами, они смогут схватить любого из Кир. Главное, если вы заметите кого-то подозрительного, не пытайтесь предпринять что-то самостоятельно. Не нужно попусту жертвовать своими жизнями.

Почему-то после этих слов L посмотрел на Наоми.

— Я поеду в Сибую и Аояму, — синхронно сказали Мацуда и Мисора и переглянулись.

— Можем патрулировать вдвоем, — заметил Мацуда, ероша волосы. — Районы большие.

— Я тоже хотел бы к вам присоединиться, — вставил Лайт.

— Лайт… — начал Соитиро.

— Не беспокойся, отец, я часто бываю и там, и там, и легко смешаюсь с толпой. Вряд ли Кира заподозрит в студенте агента полиции.

— Хорошо, — L допил свой ультра сладкий кофе. — На сегодня хватит, я думаю. Не буду больше вас задерживать.

Наоми разрешила себе посмотреть на Лайта. Тот всё ещё игнорировал её взгляд. Он дышал спокойно, больше не излучая той напряженности, которая сгущала воздух вокруг него последние месяцы. Наоми стало не по себе.

Она медленно поднялась на случай, если L попросит её остаться, но тот рассматривал лист из дневника Киры перед собой.

Наоми зашла в лифт первой, обменявшись пожеланиями хорошего вечера с коллегами. Двери с шумом закрылись, отрезая её от штаб-квартиры.

Щеки горели. Тот день снова встал у неё перед глазами — дождь, кладбище и губы Лайта на её губах.

Наоми прокручивала все действия Лайта назад, со дня их знакомства. Она не видела знаков, что нравилась ему до того поцелуя. С определенной долей вероятности можно было приписать сюда его реакцию на её ночное сообщение. Но они расследовали дело о серийном убийце века. Приехать к ней — это нормальная реакция нормального напарника. Хорошо, не просто напарника, друга. До этого Лайт всегда был корректен. Он избегал физического контакта, если он и был, то его всегда инициировала она. Наоми снова почувствовала жар на щеках. Она вешалась на Лайта по большей части, когда ей самой было плохо, если не считать объятья, после того, как он убил якудзу.

Лифт остановился на первом этаже, и Наоми вышла из здания. Теплый апрельский ветерок нёс запах весны. Она отошла подальше в уже густую листву в парке перед гостиницей. Не факт, что Лайт заметит её отсюда, но попытка не пытка. Им нужно поговорить.

Наоми зажгла сигарету, вышагивая от одного аккуратно подстриженного кипариса до другого.

Она не могла ответить ему. Наоми затянулась так глубоко, что закружилась голова. Это до невозможности усложнит расследование. А если она оттолкнет его, — что, станет легче? Он уже сейчас как каменный. Кто знает, что творилось у него в голове эти четыре дня.

Наоми бы соврала, если бы сказала, что ей всё равно на Ягами Лайта. Невозможно было никак к нему не относиться, невозможно было просто выкинуть всё, что их связывало, после окончания дела. Она бы не хотела, чтобы он исчезал из её жизни насовсем, но никогда не допускала даже мысли, что он может остаться в ней в таком амплуа. В конце концов, она была старше его на десять лет. Лайт только пару месяцев назад закончил школу.

Наоми выдохнула дым.

А чего хотела она сама? Если на секунду забыть про многочисленных Кир, Тетради Смерти и разницу в возрасте?

— Дымишь как паровоз, — раздался над Наоми голос Лайта.

Она вскинула голову, чуть не врезавшись в него. Все слова, которые она как пазл раскладывала в голове, рассыпались в разрозненную кучу. Лайт достал из кармана джинс пачку сигарет и протянул руку к Наоми за зажигалкой.

Пару минут они курили молча. Наоми выбросила бычок от первой сигареты и сразу достала вторую.

— Так что ты придумал? — спросила Наоми, выпуская дым в воздух. — Мы продолжаем изображать, что вы с Мисой незнакомы?

Это была капитуляция. У не было сил начинать этот разговор сейчас. Она заметила, что на шее Лайта остался след от её ногтей. Странно, она и не заметила, как поцарапала его.

Если это она его поцарапала, конечно.

— Да. Юри попробует убедить Мису отдать Тетрадь. Если Амане согласится, это будет самым мирным вариантом решения проблемы, — он выдохнул дым. — Я попросил Мису отправить этот дневник. Я надеюсь, Юри уже успела выбраться из леса и поймёт намек, который я оставил в этом дневнике.

— Тетради в Аояме?

Лайт кивнул.

— В Аояме есть кафе с названием Голубая Тетрадь. Миса будет ждать Юри там. Я показал ей, как та выглядит и попросил не убивать. Теперь Миса уверена, что мы с Юри друзья, и её нужно просто вразумить, — Лайт хмыкнул. — Понадеемся, что Аоки будет достаточно убедительна.

— Нетипичный план для тебя, — заметила Наоми.

Лайт пожал плечами. Черты его лица снова заострились, как будто он вспомнил о чем-то неприятном.

— Акторов очень много. Миса, Юри, Рем, теперь ещё и толпа полицейских. В Юри я уверен больше всего из них.

— Мне нужно быть там, — с нажимом сказала Наоми. — Не просто в Аояме, в самой Голубой Тетради. Если что-то пойдёт не так…

— Я понимаю, — он снова затянулся. — Похоже, другого выбора нет. Я плохо подхожу на эту роль.

Наоми слегка усмехнулась.

Нужно было что-то сказать. Хотя бы потребовать извинений, наконец. Нельзя притвориться, что ничего не было.

— Мне пора, — Лайт выбросил свой бычок в урну. — Не хочу вызывать лишние вопросы у отца.

Наоми молча проводила его спину взглядом. В груди что-то защемило.

2007/05/01

Наоми лежала в кровати и смотрела на балдахин. В темноте цветок над её головой казался темно-бордовым, цвета стареющей розы.

Впервые эта конструкция над головой показалась Наоми какой-то пошлой.

Снять её оказалось не так просто, как она рассчитывала. Наоми пришлось поставить на кровать стул, чтобы достать до крюка в потолке. С трудом балансируя на носочках, она отцепила петельку на ткани и вместе с красным водопадом полетела на кровать.

Она больно ударила коленку о спинку деревянного стула и чихнула. С обратной стороны балдахина скопилась куча пыли.

Наоми забросила его в стиральную машинку. Когда та зашелестела, качая воду по трубам, Мисора опустилась перед ней на пол и устремила взгляд в пустоту.

Телефон тихо звякнул в спальне. Наоми с трудом оторвала себя от гипнотического действия барабана и пошла на звук.

Писал Лайт.

“Я, кажется, перегнул палку в вопросе Рея. Извини. Надеюсь, это не повлияет на расследование?”.

Наоми упала на постель. Без кучи ткани над головой комната казалась огромной. Потолок уходил в бесконечность.

Значило ли это, что он просит прощение и за тот поцелуй?

Что ж, хорошо, что не ей пришлось решиться на это сообщение.

“Да. Прости за пощечину”.

“Мы квиты”.

Наоми надеялась, что Лайт напишет ещё хоть что-нибудь, но её телефон молчал. Стиральная машина запищала, и Наоми встала, чтобы вытащить балдахин на сушилку.

2007/05/12

Наоми приехала в Аояму к двенадцати утра. Лайт дал ей отмашку, что раньше этого времени Миса не появится, значит, и ей нет смысла привлекать лишнее внимание в Голубой тетради.

Наоми варилась от жары в кожанке. Погода стояла почти июньская, но ей нужна была какая-то куртка, чтобы прикрыть пистолет в кобуре.

Лайт появился спустя полчаса с толпой студентов.

— Таро-сан, — он указал на смущенно улыбающегося Мацуду, — Юки-сан, — Лайт кивнул на Наоми и махнул рукой в сторону своей группы поддержки, — это мои друзья из университета. Таро и Юки — мои кузены. Они первый раз в Токио, поэтому я устраиваю им экскурсию по Аояме.

Мацуда взъерошил волосы и помахал. Пара девушек захихикала. Наоми молча кивнула, давя улыбку.

Они двинулись по улице Котто. Лайт отошёл в арьергард, и Наоми последовала за ним.

— Когда мы будем проходить мимо Голубой Тетради, я улизну от вас. Миса уже на месте? — прошептала Наоми, склоняясь ближе к Лайту.

— Должна быть, — он окинул взглядом улицу. — L прислал сюда полицейских, как и обещал?

Наоми кивнула.

— Маски складные, но они где-то в толпе.

— Надеюсь, всё пройдет мирно, — он нахмурился так сильно, что его переносицу прорезали две глубокие морщины.

Голубая Тетрадь показалась в конце улицы, и Наоми начала отходить от весело щебечущих о чем-то студентов. Мацуду уже взяли в оборот: с обеих сторон на нём висели девушки, которые пытались расспросить его о детстве.

— Наоми, — прошептал Лайт, и та остановилась. — Будь осторожна.

Не думая, что делает, она протянула к нему руку, и Лайт пожал кончики её пальцев.

— Успехов? — усмехнулась она.

— Сегодня нам и удача не помешает, — Лайт улыбнулся одними губами и влился в диалог.

Голубая Тетрадь оказалась милым кафе в стиле аниме. Наоми оглядела помещение в поисках блондинки. Она уже шла по залу, когда заметила Мису в парике, очках и школьной одежде за столиком рядом со стеной. К счастью, ещё один стол рядом с ней оказался не занят. Наоми села спиной к Кире и открыла меню.

Она заказала салат и чайник с чаем, чтобы потянуть время. Официантка ушла с её заказом, и Мисора открыла книгу — своё бессменное прикрытие.

Наоми успела съесть еду и выпить чашку чая прежде, чем звоночек на двери звякнул. Мисора подняла голову. В кафе вошла Юри.

Она выглядела не так плохо, как ожидала Наоми. Её волосы уже отросли по плечи, но всё ещё были далеки от той шевелюры с кадров школьной камеры видеонаблюдения. Её лицо казалось немного осунувшимся, но в целом вполне здоровым, если не смотреть в глаза.

Наоми поспешно опустила взгляд, пока Юри ничего не заметила.

Глаза у неё были абсолютно мертвые.

Миса за ней подняла руку, привлекая внимание Юри. Та обогнула столик Наоми и опустилась перед Амане. Наоми задержала дыхание, заставляя себя пить чай потише.

— Приятно познакомиться, — нарушила тишину Миса. Зашелестела бумага.

— Мне тоже, — Юри развернула отрывок из Тетради. — Твой бог смерти выглядит не так, как мой. Как её зовут?

Судя по тому, что Миса ничего не сказала, Наоми решила, что Рем представилась сама.

— Где же твой бог смерти? — спросила Миса.

— Я не владелец этой Тетради, поэтому он следует не за мной. Его зовут Рюк. Я думаю, у тебя нет сомнений, что это Тетрадь Смерти?

Она что, притащила Тетрадь прямо сюда? Сердце Наоми забилось быстрее.

— Разумеется, — Наоми почти видела, как Миса жеманно улыбается.

— Рискну предположить, что ты уже знакома с Ягами Лайтом?

Миса задохнулась.

— По твоему выражению лица видно, что ты знаешь Рюка. Я думаю, это Лайт всё это время отвечал от моего имени. Я права? — Юри помолчала пару секунд. — Что он тебе наговорил? Что он настоящий Кира, а я украла у него Тетрадь?

— Разве это неправда? Лайт настоящий владелец Тетради. Я знаю, потому что у меня есть глаза Бога Смерти, Юри Аоки, — издевательски заявила Миса. — Кира для меня всё! Он покарал убийцу моих родителей! Лайт это сделал!

— Лайт соврал тебе, — холодно отозвалась Юри. — Хотя он и владелец, он никогда не использовал Тетрадь. Лайт… он сразу понял, что это орудие дьявола. Он поднял Тетрадь, но не стал забирать с собой, и её нашла я. Технически владение осталось за ним. Лайт хочет остановить Киру — меня и всех других пользователей Тетрадей. Тебя в том числе. Это я покарала убийцу твоих родителей, не он.

— Это ложь, — прошипела Миса. — Лайт не мог мне соврать.

Наоми перевернула страницу.

— Послушай, — за спиной Наоми зашелестела ткань, как будто Юри взяла Мису за руку. — Я хочу тебе помочь. Эта сила… Я знаю, что ты чувствуешь, когда пишешь имена. Твоих родителей убили. Когда это случилось, ты злилась. Ты ничего не могла сделать. Но с Тетрадью ты получила власть. Власть спасти других маленьких девочек, чьи родители неизбежно умрут от ножа очередного ублюдка. Я была такая же, — Юри судорожно вдохнула. — Мой отец… я ненавидела его. Каждый раз, когда он заходил в мою комнату ночью, я хотела, чтобы он умер. Мне было больно и противно, — голос Юри сорвался на короткий выдох. — Я не могла четко сказать, что он со мной делал, потому что боялась. Того, что он придет следующей ночью, и будет ещё хуже, — Наоми услышала рваное рыдание за своей спиной. Юри несколько раз вдохнула и выдохнула. — Потом всё кончилось. Он умер, погиб в пьяном угаре. Я думала, мои мучения после этого закончатся, но он всё так же приходил ко мне во сне. Даже спустя года, я чувствовала его пальцы на своем бедре.

Юри выдохнула. Наоми пришло сообщение от Л: ”Всё нормально?”.

“Пока да”, — напечатала Наоми.

— А потом я нашла Тетрадь. Я думала, что избрана для этой цели. Я получила возможность исправить, стереть этот кошмар, если не для себя, то для других людей. Я думала, что поступаю правильно. Жизнь меня снова наказала. Я… бежала из города и оказалась у, как я думала, человека, который может мне помочь. Я покарала убийцу и насильника его дочери, — она хмыкнула. — Знаешь, что я выяснила на своей шкуре? Что я ошиблась. Это он и был тем насильником и убийцей. Он посадил меня в подвал своего шикарного дома, где у меня было много времени на раздумья, пока в моей жизни начался новый виток старого кошмара. Юри снова тряхнула ладонь Мисы. — Ты никогда не будешь точно знать, не стала ли сама убийцей невинного.

— Я не верю. Лайт… — пробормотала Миса.

— Лайт Ягами — прекрасный человек, — интонация Юри сменилась на восхищённую. Наоми застыла. — Он стремился только к одному — забрать Тетрадь у меня и прекратить убийства. Мне потребовалось пережить ад раскаянья из-за собственной ошибки, чтобы понять, как он был прав. Теперь я на свободе, и у меня есть шанс всё исправить.

— Ты можешь отдать Тетрадь мне. Я передам её Лайту.

— Нет. Я сама могу это сделать, меня ничего не сдерживает. Я знаю, где он живет, у меня есть его номер. Но сначала я хочу, чтобы ты отказалась от своей Тетради. Нужно положить конец существованию Кир на Земле, всех Кир. Послушай… как тебя зовут? Любое имя, можно не настоящее.

— Оноре, — пробормотала Миса. — Я не верю. Лайт любит меня, он бы не стал мне врать.

Наоми снова перелистнула страницу. Любит её. Может быть те царапины были от руки Мисы? На что Лайт пошёл, чтобы привязать её к себе?

— Оноре, Лайт сможет полюбить тебя только если ты откажешься от силы Киры. Он столько сил бросил на то, чтобы избавить мир от Тетрадей. Прошу. Рем, — Наоми скосила глаза. Теперь Юри говорила в пустоту перед собой. — Ты желаешь Оноре добра? Ты думаешь, что Тетрадь — то, что сделает её счастливой? Ты…

— Хватит! — на вскрик Мисы обернулись пара посетителей, в том числе и Наоми. Миса почти рыдала. — Ты лжешь! Лайт не мог мне соврать! Я ухожу!

Амане вскочила со стула, заставив его щелкнуть по полу, и пошла к выходу. Наоми развернулась на стуле, чтобы встать.

Рядом с ней выросло дуло пистолета.

Пуля попала Мисе в спину. Амане упала на живот, выгибаясь дугой. Девушка рядом с Наоми завизжала прямой ей в ухо. Она рванула к себе их столики, пытаясь забаррикадироваться. Удар столешницей выбил из Мисоры весь воздух. Раздался звон посуды.

Удар ноги, и легкий столик полетел в сторону. Наоми выхватила пистолет.

Юри выстрелила ещё раз. Снова спина, с другой стороны. Миса с трудом ползла к выходу. Наоми развернулась, чтобы отстрелить оружие из рук Юри.

Она почти нажала на курок, когда та схватилась за грудь и начала валиться вперёд.

Наоми опустила пистолет, широко открытыми глазами смотря на застывшее тело Первой Киры. Рядом с ней появилась горстка пепла и ещё одна Тетрадь Смерти.

Так вот какой план был у Лайта на самом деле.

Звонок на двери ещё раз звякнул, и в кафе влетел запыхавшийся Ягами. Миса почти врезалась в него

— Лайт, — прошептала она.

Ягами взял её руки в свои.

— Беги. Беги, пока сюда не пришли полицейские. Я догоню тебя.

Миса слабо кивнула и вышла на улицу в последнем приливе сил.

— Я бродил поблизости, — сказал Лайт, подходя к Наоми. — Цела?

Наоми кивнула, поднимая Тетрадь Рем с земли.

— Получилось, — прошептал Лайт. Его глаза блеснули. Он схватил вторую Тетрадь со столика и спрятал себе под рубашку. — Уходим отсюда.

2007/05/12

Аояму заполонили полицейские машины. Наоми приподняла ограничительную ленту и вышла в город. Её допросили уже несколько раз, но она продолжала придерживаться их легенды: она просто обедала, ничего не знает, ничего не слышала, среагировала на выстрелы, как и все остальные.

Наоми остановилась за углом, выбирая, какой телефон включить первым: её основной или одноразовый для Лайта. Потратив пару секунд на колебания, она набрала Лайта.

— Ты где? — Наоми бросила взгляд через плечо. Горизонт был чист, никому не было до неё дела.

— Около больницы. Мису увезли на операцию, — Наоми услышала звук зажигалки. — Её перехватили на выходе из Аоямы. Она потеряла сознание, и какой-то прохожий вызвал ей скорую.

— Черт, — Наоми потерла лоб.

— Я бы всё равно не добился у неё отказа от Тетради прямо сейчас. Не думаю, что она взяла её с собой.

— Ты отослал Мису отказаться от неё и не попросил взять с собой? — язвительно спросила Наоми.

— Это выглядело бы слишком подозрительно.

— Просто скажи честно, что даже не рассчитывал на мирное разрешение конфликта, — раздраженно заметила Наоми.

— Я надеялся. Но не сильно верил, — Лайт усмехнулся. — Если Миса выживет, — продолжил он, — я попробую перехватить её, пока полицейские не пришли с вопросами. Сориентирую её, как отвечать. Как только её выпишут, приду к ней домой и потребую отдать Тетрадь. Это займет какое-то время.

— Хорошо, — Наоми привалилась к стене. — Что мне сделать с Тетрадью Рем? У неё же теперь нет бога смерти.

— Отдадим всё Рюку. Я не думаю, что он сильно расстроится, — Наоми услышала глухой смех шинигами в отдалении. — Я бы пока ни от чего не отказывался. На всякий случай.

— Лайт, — начала Наоми, глубоко вздохнув. — Я знаю, что ты не собираешься её использовать…

— Не собираюсь, — припечатал Лайт. — Не переживай.

Наоми поджала губы, но не стала возражать. До конца тревога её не отпустила.

— Я поеду отсюда. Меня уже успели допросить все, даже телевизионщики.

В трубке раздался короткий смешок Лайта.

— Хорошо. Я пока побуду около больницы.

Наоми отключилась и всё-таки включила свой личный телефон.

— Это и был план Лайта? — после пары гудков L ответил.

— Очевидно. Он добился, чего хотел.

— Тетрадь у него?

— Одна у него, одна — у меня, — Наоми чувствовала, как острые углы блокнота впиваются в кожу. — Это личная Тетрадь бога смерти, которая следовала за Мисой. Не думаю, что внутри будет что-то для нас интересное, но я могу принести её в штаб, если ты хочешь.

Возможно, не стоило этого говорить. В порядочности L Наоми сомневалась гораздо меньше, чем в порядочности Лайта, но риск был. Хотя кто бы отказался от такого предложения?

— Хорошо. Буду ждать.

Наоми отключилась. Мацуда махнул ей за ограждением.

— Долго они ещё планируют осматривать место преступления? — Наоми кивнула на криминалистов, которые набились в кафе. Их мельтешение было хорошо видно сквозь прозрачные стены.

Мацуда пожал плечами.

— L попросил меня вернуться в штаб-квартиру. Не теряйте.

— Конечно, — Мацуда кивнул. — Передам ребятам, что ты уехала.

Наоми оставила свою машину в самом начале Аоямы. После десятиминутной прогулки она села за руль, завела мотор и, наконец, сбросила куртку.

Итак, Лайт снова ей соврал. Недоговорил. Наоми свернула в сторону больницы, куда обычно везли жертв огнестрела. Она не могла сказать, что тот план, который он в итоге реализовал, вызвал в ней волну возмущения. Если бы Юри поймали, даже по обвинению в двух убийствах, ей бы грозила смертная казнь. Она сама это понимала, иначе бы не принесла пистолет — наверняка он был из запасов Хакусеры — в центр Токио средь бела дня. К Мисе у Наоми не было вообще никаких нежных чувств.

Но Лайт не сказал ей, что замыслил. Наоми остановилась на красном. Кажется, теперь он не доверял ей, а не наоборот.

Неужели всё из-за того поцелуя? Лайт так отстраняется, чтобы ведущая роль в расследовании окончательно перешла к нему?

Наоми снова подумала о том, чтобы рассказать Лайту, что L всё знает. Пусть понимает: если странные смерти от сердечных приступов продолжатся, L будет точно уверен, что сейчас Кира — Лайт.

Зная Лайта, он скорее решит убить L.

Догадка молнией поразила Наоми. Она чуть не поцеловала бампер впереди стоявшей машины. Мисора вдавила тормоз в пол. Шины свистнули.

Если Лайт ей не соврал, тогда они просто дождутся выздоровления Мисы и заберут у неё Тетрадь. Она наверняка хранит её где-то дома. Лайт и Наоми вернут все Тетради Рюку, и он исчезнет из мира людей.

Но если Лайт ей солгал и решит сохранить Тетрадь, тогда она и L — единственные люди, которые в состоянии ему помешать. Ему нужно избавиться от них, если он хочет стать Кирой. При всем уважении к остальным членам таск-форса, вряд ли они могли составить Лайту серьёзную конкуренцию.

Наоми заставила себя дышать глубже. Тот факт, что Лайт способен манипулировать людьми и убивать для самозащиты ещё не значит, что он способен быть Кирой.

И что он способен убить её, чтобы очистить себе дорогу, тоже.

Загорелся зеленый, и Наоми тронулась. Нет, нужно молчать. Если Лайт решится убить её, L сможет его остановить.

Наоми припарковалась перед больницей и вышла из машины, высматривая Лайта.

Он сидел на скамейке и курил. Когда Наоми подошла ближе, он поднял руку в приветствии.

— Какая это уже за сегодня? — Наоми достала свою пачку.

— Третья. Меня видел Мацуда, — Лайт смущенно почесал бровь. — Наверняка теперь расскажет отцу.

— Ты куришь такие же, как у меня?

— Мне они понравились, — Лайт повернул пачку. — Хотя в магазине мне сказали, что они женские.

— Это всё бред, — Наоми выдохнула дым. — Но меня теперь мучает совесть, что я тебя подсадила.

— Я сам попросил дать мне попробовать, — Лайт затянулся. — Закончим дело — брошу.

Наоми протянула ему руку, и Лайт её пожал.

— Договорились, — сказала она.

Какое-то время они сидели молча. Наоми поняла, что забыла снова накинуть куртку, но было поздно что-то менять. Хорошо, что футболка успела высохнуть за поездку.

Она сбросила пепел на землю и спросила:

— Как Миса?

— Мне сказали только, что она выжила. Больше никаких подробностей, я же ей технически никто. Я видел её в палате. Выглядит как человек после огнестрельного ранения.

— У неё есть родственники?

Лайт покачал головой.

— Родителей убили при ограблении. Она совсем одна.

Наоми бы прониклась к ней сочувствием, но при каких-нибудь других обстоятельствах.

Лайт снова затянулся. Он казался более задумчивым, чем обычно. Ветер ерошил ему волосы, отбрасывая пряди на лицо. Наоми захотелось их смахнуть. И заодно залезть в мысли, которые копошились у него в голове.

— Как будто теперь нам остается только ждать, — Наоми улыбнулась. — Поздравляю тебя.

Лайт кивнул.

— Что будешь делать, когда расследование закончится?

— Останусь в полиции, — Наоми пожала плечами. — Может, твой отец согласится дать мне место.

Она поймала на себе очень внимательный взгляд Лайта. Он так смотрел на неё, как будто хотел услышать что-то конкретное.

— Понятно, — ровно ответил он. — Я вернусь к учебе. Уже и так достаточно пропустил.

— Послушай, — Наоми облизнула губы. — Мы можем не переставать общаться после окончания расследования, — она перевела взгляд на Лайта. Тот вопросительно приподнял брови. — Я… насчет того вечера…

— Забудь, — бросил Лайт. — Я не знаю…

— Хватит меня перебивать! — теперь Наоми почувствовала себя по-настоящему уязвленной. — Ты прерываешь процентов двадцать моих фраз!

— Ладно. Извини. Что ты хотела сказать? — лицо Лайта стало непроницаемым.

Ровно до этого диалога Наоми могла бы сказать ему, что они, может, и могли бы…

— Ничего, — буркнула она. — Что ты напыщенный индюк.

Наоми затянулась в последний раз и выбросила бычок в мусорку, вставая со скамейки. Лайт продолжал смотреть на неё снизу вверх.

— Ты дорог мне, Лайт, — Наоми вздохнула. — Мне понравилось работать вместе. Но ты… меня пугают твои методы, и это касается не только поиска Киры. Я предлагаю тебе нейтральный вариант. Давай останемся друзьями. Не будем гнать коней. В конце концов, я напоминаю тебе, что, кроме всего прочего, тебе восемнадцать, а мне — двадцать восемь, — Наоми осеклась. С чего она вообще решила, что тот поцелуй был не временным помутнением рассудка Лайта из-за играющих гормонов? Если это действительно было так… Боже, как стыдно. Наоми закрыла лицо рукой на мгновение. — В общем, да. Друзья.

— Друзья, — ровно ответил Лайт. Наоми решилась посмотреть на него. Маска на его лице стала каменной. — Другу можно признаться, что я переспал с Мисой, чтобы склонить её на нашу сторону?

Эти слова неприятно резанули Наоми, но она постаралась удержать лицо.

— Не скажу, что я удивлена.

Лайт ухмыльнулся.

— Пора возвращаться. Если ты докурил, больше нет смысла здесь торчать, — Наоми опустила глаза на асфальт.

— Да, — Лайт выбросил бычок. — Подбросишь меня?

Они пошли к машине. Сумерки уже сгустились над Токио. Наоми стало зябко. После той прогулки под дождем её пронесло, и она не заболела, но теперь у неё были все шансы наверстать.

Наоми уже открывала дверь, когда чья-то сильная рука ударила её лоб о крышу машины.

Кровь залила глаза. Голова закружилась, и Наоми осела на землю, протягивая руку к пистолету. Если это был Лайт…

То Лайт бы использовал Тетрадь.

Наоми развернулась и выстрелила в темноту. Пуля пролетела в паре сантиметров от мужчины. Он отправил её пистолет в полет ударом сапога.

— Привет, Юки Каори, — голос нападающего оказался глубоким и хриплым. — Ты меня не знаешь, — он приблизил своё лицо к Наоми и взял её за подбородок, — но я брат якудза, которого вы убили.

Когда картинка в глазах перестала двоиться, Наоми узнала в нападающем отца Аницуко, Сота Хаяси. Он заглянул ей в глаза и поставил пистолет под подбородок. Наоми изо всей силы пнула его в живот.

Выстрел слетел, и Наоми смогла дотянуться до своего пистолета. Хаяси скользнул за открытую дверь. Наоми сделала два шага назад, продолжая отстреливаться.

Лайт нашелся с другой стороны машины. Он стоял на коленях, пока второй якудза целился ему в голову. Наоми застрелила его.

Лайт упал на землю. Сота снова выстрелил, на этот раз целясь в Ягами.

— Что случилось с моей дочкой?! — заорал он ему. — И с моим братом?!

Наоми ещё раз выстрелила в него, чтобы дать Лайту время отползти, но тот не двинулся с места. Прежде чем Наоми успела что-то сделать, Ягами достал Тетрадь.

— Лайт, — прошептала Наоми. Хаяси успел выстрелить ещё раз.

Наступила тишина. Наоми несколько секунд продержала пистолет на прицеле, и, когда ничего не произошло, опустила сведенные судорогой руки.

— Ты убил его? — в горле резко пересохло.

— Пока нет, — Лайт выпрямился в полный рост. Сота как в трансе подошел к своему павшему товарищу, закинул его к себе на плечо и пошёл в сторону машины, на которой они приехали. — Я приказал ему прибраться за собой.

Наоми оглянулась вокруг. Они стояли достаточно далеко от основного здания. Если им повезёт, камер поблизости нет, но на звуки выстрелов кто-то точно должен выйти.

— Уходим отсюда.

— Я поведу, — Лайт открыл ей дверь со стороны пассажира и слегка нажал на плечи, чтобы Наоми села.

Она с трудом кивнула. Когда Лайт вырулил на магистраль, она почувствовала, как сознание покидает её.

2007/05/13

Наоми очнулась ближе к ночи. В голове стоял шум, как будто кто-то бил по железной сковороде прямо над её ухом. Она пошевелилась и застонала от боли. Жесткие простыни царапали кожу под лопатками.

— Не двигайся, — голос Лайта звучал как из-под толстого слоя ваты. — На этот раз это правда сотрясение.

— Где я? — в глазах двоилось. Наоми различила только мятный цвет стен, белые кровати и Лайта прямо перед собой.

— В больнице. Ты потеряла сознание по дороге, и я решил вернуться.

— Спасибо, — пробормотала Наоми. — Мне кто-то звонил?

— L несколько раз и мама, — ровно ответил Лайт. Наоми наконец смогла сфокусировать на нем взгляд. Выглядел он потрепано. Лайт сидел в куртке, застегнутой до самого горла. Наоми вспомнила, что его окатило брызгами крови, когда она застрелила якудза. — Я сбросил L, и сказал маме, где ты, она должна скоро приехать.

— Чудесно, — пробормотала Наоми, приподнимаясь на локтях.

— Почему L так тобой интересуется? — вкрадчиво спросил Лайт.

Каждая мысль отдавала электрическим разрядом в голове. Наоми приложила руку ко лбу. На линии роста волос она нащупала бинт.

— Наверное… Не знаю, — она поморщилась. — Спасибо, что привез меня сюда.

Лайт кивнул. Его взгляд оставался застывшим. Наоми сглотнула.

— Наверное, мне пора, — он поднялся со стула. — Отдыхай. Я приеду завтра.

Он подошёл к двери и почти повернул ручку, когда Наоми окликнула его:

— Лайт.

Тот обернулся на неё через плечо. Наоми никогда не видела у него такого выражения лица. Оно не просто застыло маской вежливости. В его глазах что-то ожесточилось.

— Ты воспользовался Тетрадью, — начала Наоми, подбирая слова.

Лайт кивнул.

— Это избавило нас от множества проблем.

— Ты прав. Но теперь, если ты откажешься от неё, ты всё забудешь.

Ягами пожал плечами.

— Мне нужно было дать ему тебя застрелить?

— Я бы справилась.

— О, конечно. Потом бы снова поехали копать могилы? — Лайт зло ухмыльнулся.

Наоми сглотнула. Что-то неуловимо изменилось. Это всё ещё был Лайт, которого она знала. Но только этот Лайт будто запустил руки в свою душу и достал со дна все пороки. Перестал сдерживать себя и срезать углы.

— Отдай мне Тетрадь. Пожалуйста.

— Нет, — твердо ответил Лайт. — Что мне теперь терять? Это моё основное средство самообороны. Что если у Хаяси остались ещё подельники?

— Пожалуйста, Лайт, — Наоми осторожно встала, придерживаясь за край кровати. Она понимала, что сейчас ему не соперник, но ей хотелось хотя бы не разговаривать с ним, глядя снизу вверх. — Эта Тетрадь оказывает пагубное действие на людей.

— Всех, кроме тебя? — Лайт приподнял брови.

— Мой жених умер из-за неё.

— И что с того, Наоми? Я сочувствую тебе, но как это относится к нашей ситуации? — Лайт сложил руки на груди. Ничего в его глазах не дрогнуло ни в каком сочувствии.

— Ясно, — Наоми ухватилась за стенд с капельницей. Голова всё ещё кружилась. — Черт.

Лайта перед ней снова стало два. Она сделала шаг назад и села на кровать. Наоми опустила глаза на свои колени, пытаясь привести мысли в порядок.

— Тебе нужно лежать. Сотрясение это не шутка. Он сильно тебя приложил, — кровать слегка просела под весом Лайта, когда он сел рядом.

— Хаяси думал, что это я убила его брата.

— Из нас двоих ты полицейский, это логично. Меня больше интересует, как он тебя нашёл.

Наоми потерла лоб.

— Может быть по телевизору? Меня должны были показать в репортаже про нападение на Аояму. Его жена же видела меня и вполне могла запомнить вымышленное имя.

Лайт кивнул. Наоми почувствовала его руку у себя на плече и повернула голову.

— Выздоравливай, — Лайт встал.

На этот раз Наоми не стала его останавливать. Он закрыл за собой дверь, и она легла на кровать. К глазам почему-то подступили слезы.

2007/05/14

Наоми позвонила L на следующий день.

— Привет, — он взял трубку почти сразу. На заднем ряду было необычно тихо для штаб-квартиры. — Что случилось? Где ты?

— На меня напали, — Наоми скрестила пальцы. Хоть бы L не задавал слишком много вопросов. — Парень с пистолетом подкрался сзади, ударил меня по голове и забрал кошелек. Какой-то добрый прохожий отвез меня в больницу.

— Боже, — выдохнул голос Мацуды в трубку. — Поправляйтесь, Мисора-сан!

— Спасибо, — Наоми улыбнулась. — Это не связано с делом Киры. Я просто зазевалась.

— Хорошо, — ровно ответил L. — Поправляйся, Наоми. Врачи сказали тебе, сколько нужно будет пролежать в больнице?

— Около недели. Что-то интересное произошло, пока меня не было?

— Наши люди сейчас обыскивают квартиру Амане Мисы в поисках улик. Пришли результаты экспертизы конвертов с кассетами — внутри обнаружили её волос.

— Думаешь, она вторая Кира?

— Почти на сто процентов в этом уверен. Мы ищем что-то, — L сделал небольшую паузу, — похожее на орудие убийства, но пока без результатов.

— Потому что оперативники не представляют, что конкретно им искать, — вставил Айдзава.

— Лучше так, чем сидеть без дела, — заметил Соитиро. — Моги сейчас там.

Наоми открыла второй телефон и написала Лайту: “Ты уже был у Мисы в квартире? L ищет там Тетрадь”.

Спустя минуту ей пришёл ответ: ”Она у меня. Украл у Мисы ключи, пока её оперировали”.

Наоми стало легче от того, что Моги случайно не наткнется на Тетрадь в девичьей квартире Мисы, но наличие у Лайта сразу двух Тетрадей пугало. Он догадался, что L будет её искать, и действовал на опережение?

— Наоми? Ты здесь? — спросил L.

— Да, — она отложила одноразовый телефон. — Поняла.

— Если будут ещё новости, я позвоню, — сказал L и отключился.

Наоми покрутила телефон, думая, стоит ли сказать ему, что Тетрадь Мисы у Лайта.

Она закрыла глаза. Если её подозрения верны, и Лайт хочет оставить Тетрадь себе, ему нужно избавиться от L и от неё. Остальные члены штаб-квартиры, судя по всему, ничего не знают. Как и обещал, L пока хранил информацию о Тетрадях в тайне от них.

Убить её Лайту не стоит ничего, но L…

— Привет, — раздался голос Ягами у неё над головой. — Спишь?

— Нет, — Наоми открыла глаза. Лайт стоял над ней с пакетом. — Это еда?

— Большую часть у меня отобрали, — он опустился на гостевой стул. — Яблоки Рюку, так что тебе остались апельсины.

— Тоже неплохо, — сказала Наоми. Лайт протянул ей фрукт, и она начала счищать с него кожуру. — Ты как себя чувствуешь?

Лайт усмехнулся.

— Это я должен задавать тебе этот вопрос.

— Нет, я серьёзно, тебя не задело вчера? — Наоми отправила дольку в рот.

— Я не успел оказать сопротивление, — Лайт протянул руку, и она отдала ему половину апельсина. — Со мной всё в порядке. Как твоя голова?

— Лучше. Ты в единственном экземпляре.

Лайт улыбнулся. Сегодня он не выглядел так, будто что-то замышлял. Наоми поймала себя на мысли, что Ягами идёт беззаботное выражение лица обычного подростка.

Иллюзию разрушил Рюк, который полез за яблоками в пакет Лайта.

— Когда ты успел забрать Тетрадь?

— Чуть нос к носу не столкнулся с оперативной группой. Приехал сегодня утром. У меня было предчувствие, что L быстро поймёт, что Миса — Кира.

Наоми кивнула.

— У таск-форса есть доказательства, что это Миса отправляла кассеты на Сакура ТВ. Как только она очнётся, ей предъявят обвинения.

— Нужно заставить её отказаться от Тетради до этого момента, — Лайт задумчиво забросил дольку апельсина в рот. — Не уверен, что ей это поможет, правда.

— Пособничество ей точно могут предъявить. Ты не был у неё?

— Она всё ещё без сознания в реанимации.

— Если она умрет, кто станет владельцем её Тетради? Ты?

— Тот, кто первым возьмет её в руки, — вставил Рюк, дожевывая яблоко.

— Понятно, — Наоми вытерла руки о салфетку на прикроватном столике. — Про якудза ничего не слышно?

— Я приказал Хакусере похоронить своего сообщника и самому совершить суицид так, чтобы его тело не нашли. Жаль, что мы никак не можем быть точно уверены, что никто из клана не знал, куда они пошли.

У Наоми поползли мурашки по спине. Спокойствие Лайта её больше не удивляло. В конце концов, с помощью Тетради убивать было гораздо легче, чем с помощью пистолета. Но он был прав — если кто-то знал, на какое дело шли Хакусера с сообщником, через какое-то время после их исчезновения по их душу снова могут прийти.

— В таких ситуациях обычно уезжают из города навсегда, — пошутила Наоми.

Лайт хмыкнул.

— Понадеемся на удачу. В очередной раз.

2007/05/19

Спустя пять дней Наоми выпустили из больницы. Солнце жарило мостовую изо всех сил. Она вышла на улицу и глубоко вздохнула, прогоняя больничный запах из легких.

Её машина всё так же стояла на парковке. Лайт отдал ей ключи во время своего последнего посещения. Наоми с трудом закрыла простреленную дверь и завела мотор.

Телефон звякнул.

— Как самочувствие, Наоми? — спросил L, хрустя кукурузными хлопьями.

— Отлично, — она вывернула на магистраль. — Еду в штаб. От Киры не было вестей?

— Нет. Как и от Мисы.

— Она всё ещё без сознания?

— Она пришла в себя, но полицейских пока к ней не пускают. Моги говорил, что видел у неё Лайта несколько раз. Почему он до сих пор ходит к ней?

Наоми осеклась. Она собиралась привычно начать оправдывать Ягами, но сейчас аргументов в его защиту у неё не нашлось.

— Я думаю, он не откажется от Тетради, — спокойным голосом продолжил L. — Лайт не догадывается, что мне известно: сейчас технически Кира — он. Но о твоей осведомленности он знает.

— У нас одинаковые силы, — заметила Наоми. — Как он может убить меня, так и я — его.

— Мне бы хотелось избежать крайних мер.

Наоми отвыкла от машины за неделю в больнице. Сложный поворот ей пришлось проделать в тишине. Она снова приложила телефон к уху, когда съехала по автостраде.

— Я попытаюсь поговорить с ним. Не могу понять, в какой момент всё так изменилось… — Наоми осеклась.

Может, и не было его, этого момента?

Лайт же всегда был таким. “Никто не должен узнать об оружии Киры” — конечно, удобнее сохранить Тетрадь при себе, когда о ней знает одна Наоми. А тот сложносочиненный план с порножурналом и мнимой амнезией? Что, если не попытка примерить на себя роль Киры? Не говоря про всю череду манипуляций, лжи и игры в кошки-мышки с L.

Их маленькое расследование питало амбиции и эго Лайта. Такой человек, как Ягами, был просто не в состоянии выпустить из рук источник власти такой силы.

Больше он не может прикрываться поиском Киры, поэтому ему придется сделать выбор.

— Если есть способ избавиться от Тетради, нужно это сделать, — голос L вырвал Наоми из мыслей. Она поспешно развернулась, пока не пропустила зеленый. — Даже если она не оказывает прямого воздействия на человека, она дает таким людям, как Лайт, способ вытащить свои пороки на поверхность. Если у тебя получится уговорить его остановиться, я закрою расследование. Но я предупреждаю, я скажу господину Ягами: если с тобой или со мной что-то случится, его сын — Кира.

* * *

L назвал ей адрес отеля в Аояме, поэтому поездка Наоми была недолгой. Она припарковала машину за углом и пошла к зданию гостиницы. Погода была отличной. Наоми пожалела, что не захватила солнечные очки из машины.

Она поворачивала за угол, когда в неё со всех ног врезался служащий отеля.

— Пожар! — заорал он, делая два шага назад. Его глаза обалдело бегали по лицу Наоми. — Беги! — он схватился за её предплечья.

— Что? — она оттолкнула работника и сделала последние два шага до поворота.

Вся левая часть гостиницы была в огне. Пламя карабкалось по внешней отделке снизу вверх, тянуло руки внутрь башни. Наоми задохнулась. Штаб-квартира располагалась на предпоследнем этаже.

— Уходите, быстрее! — скомандовал ей полицейский, заслонив собой вид на огонь. На заднем плане толпа народу с криками и слезами вытекала сквозь главный вход.

— Но там мои друзья! — Наоми сделала попытку обойти его.

— Пожарные и полиция уже едут. Не вздумайте бежать туда сами!

— Я тоже полицейский! — она ткнула ему в лицо своим удостоверением.

— И что с того?! Уходите за ограждение, быстро!

Он слегка толкнул её назад и ушел к другому зеваке. Наоми застыла, глядя, как полыхает двенадцатиэтажная громада.

Наоми набрала Лайта. Звонить в штаб сейчас бесполезно. Ответом ей были только бесплодные гудки.

— Черт, — она сбросила.

Кусок облицовки откололся от стены и факелом полетел вниз. Толпа заверещала и разомкнула круг. Пожар пошел по земле.

Наоми завороженно смотрела на языки пламени, которые лизнули небольшой парк рядом.

Не мог же Лайт вот так решить свою проблему?

— Наоми! — закричал Мацуда. Мисора отвернула голову от буйства стихии рядом с ней. — Помоги!

Голова L безвольно болталась на его плече. Мацуда с трудом удерживал его у себя на спине. Наоми подбежала к ним и закинула вторую руку Рюдзаки на себя.

— Где остальные?!

— Айздава шёл за мной, — Тота натужно закашлял. — Моги у Мисы, господин Ягами должен быть дома, у него сегодня выходной.

Разумеется. Часть Наоми порадовалась, что Лайт хотя бы не был готов пожертвовать собственным отцом.

— Моя машина совсем рядом, идём.

Они с трудом доковыляли до Тойоты Наоми. Мацуда с L упали на заднее сиденье.

— У него есть ожоги? — Наоми резко повернула руль, выезжая с парковки. Около гостиницы уже собралось около десятка скорых.

— На правой руке кровоподтек. Мы больше надышались дымом, чем обгорели, — Мацуда снова закашлял.

— А Ватари? — Наоми слегка притормозила. Она перевела взгляд на зеркало заднего вида. Мацуда покачал головой.

Наоми нажала на газ, проскочив на красный. Ей навстречу мчались попеременно скорые, пожарные и полиция.

Что ты задумал, Лайт Ягами? Зачем? Наоми прищурила глаза, останавливая слезы. Зачем?

Она притормозила около больницы, из которой уехала полчаса назад. Они с Мацудой снова взвалили на себя L и пошли к входу.

— На последнее место успели, — оповестил их медбрат на ресепшене, когда они опустили L на каталку. — Откачаем вашего паренька.

Наоми обняла себя за плечи. L, бледного, как смерть, с обгоревшим предплечьем, забрали от них вглубь больничных палат.

* * *

— Ты сам не хочешь обратиться к врачу? — спросила Наоми, когда Мацуда в очередной раз надсадно закашлял.

— Ничего, Мисора-сан, — он улыбнулся. — Остальным сейчас помощь нужнее.

Наоми вздохнула. Она уже три раза выходила в туалет и пыталась дозвониться до Лайта. Если он сейчас не воплощает свой коварный план, то что тогда он делает? Сидит за семейным столом? Радуется, что у его отца, наконец, выходной?

“Лучше бы тебе быть не при чем”, — напечатала Наоми и отправила. Сообщение дошло, но ответа не было.

Она прислонила голову к стене. Хотелось курить.

— Я выйду подышу, — Наоми встала.

Она почти дошла до дверей, когда внутрь ворвались Лайт и Соитиро. Наоми поймала Ягами-младшего за предплечье. Он вернул ей долгий взгляд, но ничего не сказал и вырвал руку из захвата.

— Как L? — Соитиро подбежал к Мацуде. — Айдзава? Остальные? — он слегка тряхнул своего подчиненного.

Мацуда успел только открыть рот, чтобы ответить. К ним подошел один из врачей и деликатно кашлянул. Детективы обернулись на него.

— Вы же приехали с господином… — он заглянул в свои бумаги, — э-э-э у нас нет фамилии. С взъерошенными волосами и в мятой одежде.

— Да, мы с ним, — вставила Наоми, в два шага возвращаясь к ним. — Как он?

— Жить определенно будет, — врач поправил очки на переносице. Его размеренные движения резко контрастировали с хаосом, который царил на заднем плане. — Пара ожогов второй степени и отравление угарным газом. Мы оставим его здесь на пару дней. Если хотите, можете его проведать.

— Конечно! — воскликнул Лайт.

Они двинулись следом за врачом.

— Так что остальные? — снова спросил Соитиро. — Мы увидели репортаж про пожар по телевизору, и сразу поехали к вам.

— Нас не пустили дальше ограждения, — сказал Лайт. — Я подумал, что вы можете уже быть здесь.

Он выглядел довольно невинно, но Наоми не была уверена, что это встревоженное выражение лица — не ловкая игра.

— Наоми подобрала нас с L, — ответил Мацуда. — Айдзава… — начал он. — Айдзава!

Тот вышел из дальней палаты. Его правая рука была перевязана, рукав рубашки истлел, но в целом выглядел он неплохо. Айдзава поднял руку в приветствии и пошёл к ним, протискиваясь сквозь медсестер и каталки в коридоре.

— Мы зашли с другого входа, — он пожал руку Соитиро. — Я потерял Мацуду ещё этаже на десятом.

Наоми не стала себя сдерживать и крепко обняла капитана. Айдзава неловко ответил на её объятья, похлопав по спине.

— Ватари не с тобой? — спросила она, отстраняясь.

— Да, я вытащил его. Он в палате, ему досталось сильнее, — Айдзава кивнул на двери позади себя.

— Слава богу, все живы, — господин Ягами хлопнул его по плечу. — Мы идём к L, он тоже здесь.

Наоми как будто смогла наконец вдохнуть полной грудью.

L положили в отдельную палату. Они вшестером с врачом с трудом расположились в ней. Наоми присела в ногах L. Лайт застыл около его головы. Она наблюдала за ним исподтишка. Лицо Ягами было непроницаемо.

— Черт, — Айдзава завис над лучшим детективом столетия. Сейчас L был весь обвешан трубками.

Наоми глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться.

Она не может быть уверена, что Лайт как-то замешан в этом пожаре. Как он вообще это сделал? Сколько зажигательного вещества потребуется, чтобы двенадцатиэтажное здание вспыхнуло как спичка? Может, он попросил Рюка? Шинигами нигде не было видно.

— Эй, — голос Айдзавы вырвал её из мыслей. Наоми обернулась. — Ты что тут делаешь?

— Ой, — Миса Амане стояла в коридоре, держась за стенд с капельницей. — Ошиблась дверью.

Сердце Наоми пропустило удар.

Миса закрыла дверь.

* * *

Наоми вылетела в коридор. Мисы не было.

Та еле держалась на ногах, она не могла уйти далеко. Но если Наоми её сейчас догонит, что она сделает? Миса уже увидела все их имена. Как только она доберется до Тетради смерти, они все трупы. Кроме Лайта, разумеется.

Если сердце Наоми уже сейчас не отсчитывает свои последние сорок секунд.

Наоми бросилась к машине. С нападения в Аояме она так и не попала домой. Тетрадь Рем всё ещё лежала в её сумке с вещами.

Мисора рывком открыла дверь. Она вытрясла все вещи на пассажирское сидение, пока из глубины не выпала Тетрадь Смерти.

Черная кожа холодила кончики пальцев. Наоми выхватила ручку из бардачка и занесла кончик над бумагой.

Стоп.

Что-то не так.

Лайт же должен был понимать, что всё так и будет. Миса видела их имена, включая L. Единственный способ её остановить — это убить раньше, чем она убьет их. Лайт не пытался забрать у Наоми Тетрадь. Он не попытался её выкрасть, хотя это было так просто, пока она лежала в больнице. У него были ключи от её машины и прямой доступ к её вещам. Даже сейчас он мог побежать следом и остановить её, но он этого не сделал. Зачем оставлять ей такую возможность, если она непременно воспользуется ей и убьет Мису?

Наоми сжала руль. Она всё ещё жива. Какова вероятность, что Миса просто не успела доковылять до Тетради? Или её Тетрадь всё ещё у Лайта? Если бы он хотел убить L и не дать Наоми остановить их, он должен был не сидеть со всеми в палате, а ждать Мису за поворотом, готовый держать её слабые пальцы, пока она выводит их имена.

Последний кусочек пазла встал на своё место. Наоми щелкнула ручкой и потянулась к бумажнику. Если Лайт здесь, Рюк тоже должен быть поблизости. Она найдёт его.

Наоми медленно прошла путь назад к палате L. Рюк витал над вторым ресепшеном. Наоми помахала ему рукой. Шинигами спланировал перед ней. Наоми поманила его к женскому туалету.

— Что ты хотела? — проскрежетал Рюк, когда Наоми закрыла дверь в кабинку. Она стояла почти вплотную к богу смерти. По коже побежали мурашки.

— Я могу отказаться от Тетради Рем в твою пользу?

— Конечно, — он ухмыльнулся. — Буду только рад.

— Тогда скажи, если я сделаю так, а затем убью Мису с помощью листа из Тетради Лайта, — Наоми продемонстрировала ему его, и Рюк расхохотался, — я не забуду информацию о расследовании и Тетради?

— Нет, если ты не успела никого убить с помощью Тетради Рем, — Рюк кивнул на блокнот в её руке. — Пока ты не держишь Тетрадь Мисы, её убийство не сделает тебя владельцем.

— Владельцем станет Лайт? Она сейчас у него?

— Этого я не могу тебе сказать. Владельцем станет тот, кто первым прикоснется к обложке. До того момента она будет ничьей. Но если ты прикоснешься к ней, а затем откажешься, правила для заёмщиков Тетради перестанут действовать, даже если ты убила не с помощью Тетради Мисы. Ты забудешь всё.

Наоми кивнула.

— Тогда, Рюк, я отказываюсь от Тетради Смерти.

Она протянула её богу смерти и застыла. Воспоминания всё ещё были при ней.

Наоми расправила лист из Тетради. Он был все так же чист, как в момент, когда она нашла его рядом с телом Рея. Мисора вывела “Амане Миса” и закрыла глаза, отсчитывая сорок секунд.

2007/05/20

L выжил как и сама Наоми. Мису нашли в своей кровати мертвой спустя полчаса — весь персонал оказался занят ранеными из сгоревшей гостиницы. L очнулся только к концу их визита, но был ещё очень слаб. Никто не стал ему рассказывать о визите Амане.

Лайт ушел вместе с отцом, не дав Наоми возможности поговорить с ним. Хотя стоило ли теперь им разговаривать? Не было никаких сомнений, что все происходящее сегодня было частью его плана. Первым шагом, чтобы оставить себе Тетради навсегда.

Наоми догадывалась, что он сделает дальше. На следующий день она не сильно удивилась сообщению от него.

“Миса умерла. Нужно поговорить. Я зайду?”.

Наоми затаила дыхание на секунду. Не стоит ли найти более нейтральное место? Если всё пройдет плохо…

“Да”, — напечатала она. — “Я буду дома до четырех”.

Наоми так и не вернула балдахин на место. Он всё ещё валялся в ванне, но она собиралась его выбросить. Она упала на кровать и дала себе пару секунд, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце. Белый потолок казался необычно далеким.

Когда передышка была закончена, она перезарядила пистолет. У неё ещё была возможность убить кого-то одного с помощью листка из Тетради Лайта, но сейчас огнестрел был надежнее.

Приготовления были закончены, и она стала ждать Ягами.

Звук поворачивающегося ключа в замке оказался неожиданно громким в тишине квартиры. Наоми глубоко вздохнула, успокаивая сердцебиение.

Сейчас всё решится.

— Привет, — Лайт закрыл за собой дверь и сбросил джинсовку, оставшись в одной толстовке. — Погода просто шикарна.

Наоми улыбнулась. Ей пришлось надеть кофту, чтобы скрыть пистолет в кобуре.

— Ты слышала про Мису? — спросил Лайт, проходя на кухню. Он приподнял бровь. — Я её не убивал. Я так понимаю, это была ты?

— Да, — Наоми последовала за ним. Лайт привычно налил себе кофе. Ей стало так невыносимо грустно от этой картины. Как он может быть таким бессердечным, так естественно притворяться? — После того, как она ворвалась в палату L.

— Я здесь не при чем, Наоми, — Лайт обернулся на неё. Его прямой взгляд встретился с глазами Мисоры.

— Она ошиблась дверью?

— Миса очнулась вчера, была ещё очень слаба. Она спросила меня, когда я приду её навестить, я ответил, что уже в больнице из-за L. Она пошла меня искать и нашла. Я понимаю твои опасения, но, — Лайт засунул руку в карман толстовки и вытащил пару Тетрадей, — я пришёл, чтобы вместе отказаться от всех Тетрадей.

Наоми перевела взгляд на блокноты, которые Лайт держал голыми руками. Отлично.

— Думаешь, я настолько глупа? — она перевела взгляд обратно на лицо Лайта. Доброжелательное выражение на нем дало трещину. — И поверю, что ты здесь не при чем? Что Миса сделала всё сама?

— Ты в чем-то меня подозреваешь? — напряженно спросил Лайт.

— Да, подозреваю, — Наоми сделала шаг к нему. — Ты хочешь оставить Тетради себе. Стать Кирой, наконец-то. Но ты не можешь просто сделать это. Тебе мешаю как минимум я, — Наоми встала почти вплотную к нему. Подумать только, каких-то пару месяцев назад, она выплакала всю душу этому человеку после похорон Рея. — И L. Ты как-то понял, что он догадался, кто был настоящей Кирой всё это время?

— L оговорился, — напряженно ответил Лайт. — Сказал про Киру в женском роде, когда мы обсуждали дневник Мисы. И я всё понял. Понял, что ты предала меня. Ты рассказала ему всё, хотя обещала молчать, — лицо Лайта ожесточилось.

Наоми усмехнулась.

— L сам до всего догадался, — Лайт саркастически улыбнулся, и Наоми продолжила. — Тебе выдала твоя гордыня, а не я.

От Лайта исходили такие волны ненависти, что хотелось сделать несколько шагов назад, но Наоми держалась.

— Так вот ты понял, — она продолжила, — что мы мешаем тебе. Тебе нужно вывести меня и L из игры, чтобы продолжать пользоваться Тетрадью, иначе кто-то из нас тебя остановит. Тебе было необходимо настоящее имя L, чтобы убить его, и дать его тебе могла только Миса. Она должна была увидеть его и передать тебе. Сначала я думала, что весь план только в этом — поджечь штаб, чтобы L увезли в больницу. Никто бы не стал думать об анонимности, когда на кону его жизнь. Тебе повезло: он решил расположить штаб поближе к больнице, где лежали мы с Мисой. Ей даже не нужно было выходить наружу, чтобы увидеть его. Пара сообщений, и она в нужной палате.

Но кое-что не сходилось. Ты был в курсе, что Тетрадь осталась у меня. Я знала имя Мисы, я сидела в палате, когда она зашла. Ты ничего не сделал, чтобы помешать мне убить её.

Наоми заметила, как тень понимания мелькнула в глазах Лайта.

— И меня осенило. Ты не хотел меня убивать, — Наоми сглотнула. — Ты хотел убить только L. Тебе всё равно на него. Но на меня, видимо, не совсем. Ты хотел, чтобы я убила Мису с помощью Тетради, отказалась от неё сейчас и потеряла память обо всем, что связано с ней. Тогда я была бы жива, но больше не опасна для тебя. Ты понимал, что Миса — единственный человек, которого я готова убить таким способом. Ты решил пожертвовать ей, чтобы воплотить свой план в жизнь.

— И мой план сработал, — Лайт вскинул голову. — Миса мертва. У тебя есть выбор: либо отказаться от Тетради и всё забыть, либо убить меня и оказаться в комнате со смертельной инъекцией, как Кире. Что ты выберешь? — он приподнял бровь.

— Не сработал, — Наоми подняла руку с листом из Тетради. Черные линии имени Амане Мисы четко выделялись на белой бумаге. — Это лист из твоей Тетради, Лайт.

Он перевёл взгляд на её левую руку, и Наоми быстро сделала ещё шаг к нему, доставая пистолет из кармана его толстовки. Лайт попытался её перехватить, но она была быстрее. Наоми сделала два шага назад, поднимая дуло на Ягами.

Тот бросил Тетрадь Мисы на пол и раскрыл свою.

Они застыли: Наоми — с наведенным пистолетом, Лайт — с занесенной ручкой.

— Лайт, — сердце больно билось о ребра. — Я прошу тебя, откажись от Тетрадей. Всё ещё можно исправить, если ты не записал имя L. Зачем тебе становиться Кирой?

— Я вернул то, что по праву моё, — напряженно ответил Лайт, сжимая блокнот. — Эта Тетрадь упала для меня. Я первый к ней прикоснулся. Но я отпустил её и полгода смотрел, как она переходит от одного человека, который не понимает, что с ней делать, к другому. Это просто оружие, Наоми, прямо как твой пистолет, — он кивнул на руки Наоми. Она крепче обхватила ствол. — Его тоже можно использовать во благо. Я смогу это сделать. Построить мир лучше нашего, — его взгляд стал холодным и ясным. — Этот мир гниет, Наоми, ты сама это знаешь. Юри нащупала начало этого пути, убив несколько опасных преступников, но ей не хватило решимости довести дело до конца. Навести настоящий порядок, чтобы все люди жили в мире и спокойствии.

Так вот как он объяснил это решение себе.

— Избавившись от меня и L? — спросила она.

— Это необходимая жертва. Ты выбрала свою судьбу, когда предала меня.

— L… — начала Наоми.

— Хорошо, допустим, он понял всё сам. Но почему ты молчала об этом? Потому что ты никогда не верила мне.

— Кажется, не зря, — напряженно ответила она.

Лайт сжал ручку. Его взгляд замораживал слёзы, которые были готовы политься из её глаз, и Наоми была почти благодарна за это.

— Ещё можно всё изменить, — Лайт помолчал. — Останься со мной, Наоми. Мы построим новый мир вместе.

Она покачала головой. Руки слегка подрагивали от статического напряжения.

Как в замедленной съемке Наоми смотрела, как Лайт прислонил ручку к листу. Удары сердца мерно отдавались в барабанных перепонках, пока он выводил кандзи. Она крепче обхватила пистолет. Пуля быстрее оружия Лайта. Но если только…

Лайт остановился. Наоми била крупная дрожь. Пот струился по футболке под кофтой. Со своего места она видела, что в её имени не хватало всего одного иероглифа.

Он остановился.

Наоми почувствовала, что ноги больше её не держат. Она выдвинула стул и упала на него.

На Лайта было страшно взглянуть. Тело будто перестало его слушаться. Ручка застыла над страницей в последней попытке закончить имя Наоми, пока глаза заполнялись страхом.

— Лайт, — тихо позвала Наоми. — Пожалуйста.

Тетрадь с тихим шелестом выпала из его пальцев. Ягами опустился на второй стул.

Наступила тишина. Наоми отложила пистолет, медленно протянула трясущиеся пальцы к Лайту и прикоснулась к его плечу. Он смотрел в пол расфокусированным взглядом.

— Ты победила, — с надломом сказал он. Струна больше не вибрировала. — Я не могу.

Наоми продолжала смотреть на него, пока Лайт не поднял на неё глаза, горько усмехнувшись.

— Что теперь со мной будет? Отдашь меня L? Как Киру.

— Ты записал его имя в Тетрадь?

Лайт покачал головой.

— Сначала хотел закрыть вопрос с тобой.

Наоми выдохнула. Она скурит полпачки, когда Лайт уйдет.

— Тогда ничего, — сказала она, и Лайт поднял на неё удивленные глаза. — Откажись от Тетрадей, и ты свободен.

— Почему? Почему ты не будешь ничего делать?

Наоми пожала плечами.

— Защищаю человека, который мне небезразличен, наверное, — она усмехнулась. Лайт положил руку сверху на её и слегка сжал.

— Я не хочу всё забывать, — прошептал он. — Всё наше расследование строилось вокруг Тетрадей. Я даже не вспомню день, когда мы встретились.

Наоми кивнула.

— Рюк, ты разрешишь мне… оставить записи о Тетради? — Лайт повернулся к шинигами. — Чтобы я знал, что произошло за это время?

Бог смерти покачал головой.

— Никаких записей, если не хочешь расстаться с жизнью. Правила придумали не просто так.

— Черт, — Лайт откинулся на спинку стула.

— У меня есть одна идея, — вставила Наоми. — Если ты готов сейчас оставить все Тетради мне, я расскажу, что можно сделать.

2007/05/26

— То есть это свидание?

— Ну нет, — Наоми закатила глаза. — Мы просто едем в космопарк.

— Я был на свиданиях кучу раз, Наоми, и я знаю, как они обычно выглядят.

— Не буду тебя разубеждать, — Мисора с трудом подавила улыбку.

Лайт выполнил её условия. Она пролистала все Тетради в поисках неизвестных имён, записанных почерком Лайта, но ничего не нашла. L продолжал лежать в больнице, но уже шёл на поправку и был, без сомнения, живым.

Преступники перестали умирать. Космополитен выпустил некролог по Амане Мисе, погибшей в больнице от последствий огнестрельных ранений, нанесенных сумасшедшей убийцей. Наоми боялась подумать, как себя сейчас чувствует госпожа Аоки, но ничего уже было не исправить.

Лайт выглядел нормально. Наоми знала, что он снова начал ходить в университет. Пока L лежал в больнице, а Кира была неактивна, штаб-квартиру распустили в бессрочный отпуск, и Соитиро много времени проводил дома. Наоми надеялась, что их никогда больше не соберут вместе для расследования дела Киры.

Наоми и Лайт пришли на автобусную остановку. Машина Мисоры всё ещё была в ремонте.

План был прост: раз отказ от Тетради стирает память о событиях, с ней связанных, Наоми и Лайту нужны совместные воспоминания, которые не касаются расследования. Что происходило, пока они ловили многочисленных Кир, Наоми ему расскажет — возможно, слегка урезанную версию. Но Лайт был прав — скорее всего, он не вспомнит ни того, как они встретились, ни большую часть их разговоров. Наоми прикинула, что тот может запомнить. Два нападения якудза, совместное копание могилы, похороны Рея, пару их разговоров по телефону. Негусто.

Им нужно совместное позитивное воспоминание. Раз Лайт хочет снова встретиться после потери памяти, нужно дать ему эту ниточку, за которую можно держаться, пока идешь в темноте. С остальным поможет Наоми.

В её голову приходила мысль обмануть его. Сказать, что он сошел с ума, и она его знать не знает. С точки зрения общества было бы правильнее закончить эту историю так. Но Наоми не хотелось. За эти месяцы расследования Лайт стал абсолютной константой в её жизни. Он совершил этот поступок, потому что ценил её жизнь больше своей мечты об идеальном мире. Он сделал этот шаг, чтобы быть с ней. Она не могла отказать ему в этом праве, даже если у неё будет такая возможность.

— О чем задумалась? — спросил её Лайт, вырывая из мыслей.

— Не могу сказать, — Наоми улыбнулась. — Интересно, в космопарке ещё продают сахарную вату? В моём детстве она была.

— Я был там в последний раз ещё в средней школе.

— Значит, выясним. Но я уже нацелилась на клубничную.

Лайт усмехнулся. Автобус притормозил перед их остановкой, и они вошли внутрь. Несмотря на выходной автобус был полупустым.

— Я купил билеты на фильм про дальние галактики, — Лайт уступил ей место у окна. — Но всё равно думаю, что это детское развлечение.

— Не вижу минусов.

В окне проплывали уже почти летние пейзажи. Наоми впервые за долгое время позволила себе пойти в одной футболке и оставила оба пистолета — оружие Лайта было конфисковано — у себя в квартире. Лайт не стал изменять своим любимым рубашкам, но всё же закатал рукава повыше.

— Как переезд? — спросил Лайт.

Наоми пожала плечами.

— Я передумала. Снять что-то за ту же цену сейчас невозможно. Да и странно уже съезжать из той квартиры. Я решила просто прибраться. Выбросила часть вещей.

— Ты не заберешь у меня ключи?

— Зачем? Заходи, когда захочешь. Но Лайт, пора начать финансово вкладываться. Хороший кофе не дешевый.

Лайт усмехнулся.

— Договорились. Выставишь мне счет за всё разом. Я ещё забыл сегодня пачку сигарет дома.

— Отец так и не узнал?

— Почему, ещё как узнал, — Лайт вздохнул. — Я сам виноват. Мне прочитали лекцию о вреде курения, но на этом вроде всё.

Наоми хотела сказать, что дело закрыто, и пора начинать бросать, но прикусила язык. В конце концов, это и к ней тоже относится.

Они быстро проскочили по свободным дорогам. Автобус притормозил у космопарка, и они вышли наружу. Наоми опустила солнцезащитные очки на глаза.

— Нам ко второму входу, — Лайт посмотрел на часы. — У нас ещё пятнадцать минут. Может и найдем твою вату.

Космопарк сильно преобразился с последнего посещения Наоми. Они прошли через главный вестибюль и поднялись на второй этаж к астрономическому куполу.

Сахарная вата действительно нашлась в буфете. Лайт, разумеется, от сладкого отказался, поэтому Наоми взяла только для себя. Она успела оплатить, прежде чем Ягами достал бумажник.

— Только не начинай, — сказала она, увидев, как тот возмущенно открыл рот.

Лайт вздохнул. Они встали в очередь на вход. Лайт отщипнул небольшой кусочек ваты. Он забросил его в рот и поморщился. Наоми прыснула.

Их места были в последнем ряду. Они расположились, и Наоми подняла глаза к пока ещё белому куполу.

— Надо было взять поближе, — Лайт тоже задрал голову. — Я думал, тут будет обычный кинотеатр.

— Так гораздо лучше. Будем смотреть как будто на настоящие звезды. Тебе понравится, честно.

Лайт кивнул. Зрители постепенно заполняли зал. Перед началом фильма свободными оставались только три места в первом ряду.

Ягами вдруг резко сполз по сиденью. Наоми непонимающе посмотрела на него, а затем перевела взгляд на вход. Айдзава с женой и дочкой зашли под купол, и свет погас.

— Как думаешь, он меня видел? — прошептал Лайт, возвращаясь на сиденье.

— Думаю, да, — Наоми успела увидеть удивление, которое мелькнуло в глазах Айдзавы. — Хотя, может, он не ожидал столкнуться со мной здесь.

— Черт.

— Да какая уже теперь разница. Посмотри наверх.

Купол преобразился в звездное небо. Голос диктора заполнил помещение. Наоми откинулась на спинку кресла и позволила себе забыть о расследовании, Айдзаве, Кире и всём на свете.

На середине фильма она почувствовала прикосновение к своей руке. Наоми подняла взгляд на Лайта. Звезды далеких галактик отражались в его глазах. Он смотрел только на неё. Лайт переплел их пальцы и слегка погладил её ладонь подушечкой большого пальца.

От запястья выше по руке разбежались мурашки. Наоми слегка сжала свою ладонь в ответ.

Они так и просидели, держась за руки, до конца фильма. Когда диктор начал говорить заключительную речь, Лайт склонился к Наоми и, почти касаясь губами её уха, прошептал:

— Пойдём чуть пораньше. Выйдем через заднюю дверь, чтобы Айдзава не смог нас остановить.

Она кивнула, и они встали. Лайт провел Наоми по проходу, не выпуская её руки из своей.

Свет космопарка резанул глаза. Наоми сощурилась, давая себе время привыкнуть.

— Ну как тебе? — спросил Лайт. Как только они вышли наружу, он отпустил её.

— Неплохо, — Наоми проморгалась. — Очень красиво.

Лайт кивнул.

— Я не ожидал, но мне тоже понравилось, — он задержал взгляд на Наоми. Она подала своим щекам сигнал не краснеть, но не была уверена, что они послушались. — Может перекусим?

— Давай. Тут должен быть неплохой ресторан итальянской кухни…

Спустя полчаса официант поставил перед ними огромную пиццу с пармской ветчиной и рукколой. У Наоми уже урчало в животе от голода. Она сразу взяла кусок. Эта пицца напомнила ей о их поездке в Осаку: тогда они в последний раз ели вместе с Лайтом в кафе.

Мысли Ягами унеслись куда-то в том же направлении, потому что он сказал:

— Не хочешь съездить куда-нибудь летом? Просто по Японии, на поезде.

Наоми пожала плечами.

— Почему бы и нет? Когда у вас каникулы?

— В августе. Нет, я имел в виду на выходные. Я был в паре городов кроме Токио на сборах по теннису, но толком ничего не видел.

— Тогда тут куча вариантов, — Наоми сделала большие глаза, намекая, что они снова скатываются на тему Тетрадей, и Лайт замолк, возвращаясь к пицце.

Она не заметила, как солнце начало клониться к закату. Когда они вышли к остановке, небо уже окрасилось в оранжевые и розовые цвета.

— Красиво, — заметил Лайт.

Наоми готова была поклясться, это первый раз, когда он обратил внимание на внешнюю привлекательность чего бы то ни было. Мисора перевела взгляд на него. Его волосы в закатном солнце начали отливать бронзой. Лайт опустил глаза.

— Почему ты так пристально смотришь на свои часы? — спросила Наоми, заметив его жест.

Лайт поднял взгляд и улыбнулся:

— Проверяю, успеем ли мы на последний автобус. Или ты хочешь остаться здесь навсегда?

Она усмехнулась.

Назад они ехали молча. Наоми прислонила голову к стеклу и следила, как деревья и дома проплывают мимо. Сердце защемило. Почему ей казалось, что Лайт исчезнет из её жизни навсегда после этого шага? Почему это так пугало её?

Лайт вышел вместе с ней. Легкость, с которой они провели этот день, покинула Наоми. Она знала, что будет дальше. Они заранее договорились, что Лайт откажется от Тетрадей сегодня.

Наоми оставила сумку около двери и прошла вглубь квартиры.

— Ты так и не повесила балдахин, — заметил Лайт, проходя в спальню.

Наоми пожала плечами.

— Нужно начинать жить дальше, — она неловко улыбнулась. — Я много вещей выбросила за эту неделю.

Она застыла перед Лайтом, не зная, куда себя деть. Им ещё раз попить кофе напоследок? Выкурить по сигарете?

— Можно я ещё кое-что сделаю, прежде чем ты начнешь говорить о деле? — спросил Лайт, останавливаясь перед Наоми.

Она заглянула в его янтарные глаза и кивнула.

Лайт притянул её ближе. На этот раз он не торопился, растягивая момент. Наоми обняла его за плечи и позволила себе раствориться в этих ощущениях.

В конце концов, может, было пора признаться самой себе, что она тоже никогда бы не позволила Лайту умереть?

Он углубил поцелуй. Наоми запустила руку ему в волосы. Бабочки метались по животу, как будто она снова стала школьницей.

Ей бы хотелось стоять так вечно.

Наоми слегка отстранилась. Лайт потянулся вслед за ней и снова коснулся её губ своими, но Наоми положила руку ему на грудь. Его сердце быстро-быстро билось под её ладонью.

Наоми сглотнула.

— Ты не исчезнешь, когда я всё забуду? — прошептал Лайт.

— Обещаю, — Наоми позволила себе ещё один короткий поцелуй и сделала два шага назад. В глазах Лайта была такая тоска, что она поспешила отвернуться.

Наоми принесла Тетради из кухни и протянула их Лайту. Тот осторожно взял блокноты в руки.

Он сжал их и поднял глаза на шинигами.

— Приятно было познакомиться с тобой, Рюк.

Очень странно заканчивать свой первый макси.

Я начала писать его в сентябре 2022 года, судя по дате на файле. Скорее всего, ещё раньше, просто все первые черновики уже давно в корзине. Часть Лайта я писала четыре года — до начала 2026. Писала долго, мучительно, с огромными перерывами — Почему?.. до последнего не был моим основным проектом. Я на полном серьёзе переписывала пролог раз шесть с разных точек начала. Когда всё-таки выбрала одну из них, — ещё столько же. И мне до сих пор результат не очень нравится. Я даже хотела выбросить часть Лайта полностью, когда часть Наоми была закончена, но инфодамп со всем его расследованием примерно так же плох, как и пролог+часть 1, так что я плюнула и оставила, как есть. Done better than perfect.

Часть Наоми была написана за три(!) месяца. Пятьдесят страниц против ста двадцати.

Мне так хочется сказать спасибо Второму предназначению (можно сказать спасибо другой своей работе?..) за то, что на ней я, наконец, поняла, в чем моя проблема. Я никогда не чувствовала Лайта. Он не должен был быть излишне эмоциональным (нам же не нужен сильный OOC), поэтому за описанием его мыслей засыхал и мой интерес. Я могла только двигать его по шахматной доске, как пешку, без единой искры искренней включенности. Когда я сменила фокал с Лайта на Наоми, слова потекли из меня сами.

Как и сюжет! Я всегда очень долго делаю аутлайны. Я же пишу детективы, все должно быть продумано. Я думала, что это нормально (и что я тупая, да). Большую часть сюжетки для части Наоми я набросала за обеденный перерыв на работе. Ещё было три или четыре мозговых штурма с посылом “что делать дальше”, но для меня это невероятная скорость планирования. Ну и как обычно, самые прикольные сцены были придуманы прям за открытым документом в момент написания.

(справедливости ради заметим, что в Тетрадке не очень сложный мир и нет наслоения нескольких лоров, с которым я мучаюсь в другом фике)

Я хочу сказать невероятное спасибо этой работе. Хоть её написала и я (ха-ха), я никогда не чувствую, что я реально над чем-то властна в тексте. Герои действуют так, как должны, туда, куда их ведёт сердце или разум. Я лишь фиксирую то, что вижу, на бумаге, и стараюсь сделать это достаточно грамотно. Наоми, спасибо, что позволила мне рассказать эту историю.

А вам спасибо, что прочитали мою писанину :). Подписывайтесь, ставьте лайки!) Будем верить и надеяться, что я когда-нибудь ещё что-нибудь опубликую.