Кафе "Таро" в Косом переулке (джен)

Посетительница ворвалась в кафе без стука, с той приторной улыбкой, которая у нормальных людей вызывает желание немедленно куда-нибудь убежать. Она была в розовом кардигане, и её короткие кудряшки топорщились, как у рассерженной болонки, а маленький нелепый розовый бантик на голове подрагивал в такт движениям.

— Доброе утро! — голосок у странной дамочки был таким же слащавым, как и её вид. — Я Долорес Амбридж из Министерства магии, отдел по контролю за магическими заведениями. У вас есть лицензия на гадание? Сертификат на использование карт Таро? Разрешение на работу с клиентами нечеловеческого происхождения?

Памела спокойно подняла на неё взгляд и спросила:

— Какой напиток вам предложить? Судя по вашему виду, чай с розовыми лепестками и мёдом будет наилучшим вариантом?

Амбридж опешила ровно на секунду, но потом взяла себя в руки.

— Это не шутки, мисс... как вас там... Я имею полное право проверить вашу деятельность и, в случае необходимости, закрыть это заведение.

— Закрыть? Ну, если успеете... — Памела хитро прищурилась, и не глядя вытянула из колоды три карты. — Давайте посмотрим, что карты скажут о вашей ближайшей судьбе. Это бесплатно, так сказать, в качестве жеста доброй воли.

Она вытянула из старой колоды одну карту, перевернула её и воззрилась на Колесо Фортуны. Переводила взгляд с карты на жабоподобную министерскую служащую и обратно на карту с лёгкой наигранной тревогой.

— О, Долорес, а ведь ваша чёрная полоса не закончена. Вы думаете, что сейчас удача на вашей стороне, что вы договорились с нужными людьми и успешно приспосабливаетесь к любому режиму. И на короткое время — да, так и будет, вы получите то, чего хотите. Но Колесо Судьбы ещё раз повернётся.

Вторая ваша карта — Восьмёрка Мечей. Памела вынула ещё один аркан и провела пальцем по изображению связанной женщины.

— Довольно скоро вы окажетесь в ловушке, более того, вы окажетесь в тюрьме.

Амбридж побледнела, но попыталась гнуть свою линию.

— Это шарлатанство. Я не верю в ваши карты и имею полномочия...

— Я не прошу верить, — Памела пожала плечами. — Я просто читаю то, что написано.

Амбридж вскочила, опрокинув чашку. Розовый чай, который принёс ей незаменимый Эш, разлился по столу.

— Это возмутительно! Если у вас нет необходимых документов...

— Кто сказал, что нет документов, — Памела повернулась к стойке, открыла нижний ящик и достала толстую папку, перевязанную бечёвкой. — У меня есть всё, и даже чуть больше.

Она начала выкладывать бумаги на стол одну за другой, как фокусник, достающий кроликов из шляпы. Первой была лицензия на гадание, заверенная лично Гризельдой Марчбенкс, потом сертификат на использование карт Таро и Оракула девицы Ленорман, потом разрешение на работу с нечеловеческими клиентами, выданное Отделом магического правопорядка ещё до того, как его возглавила Амелия Боунс.

Под удивлённым взглядом Амбридж на свет появилась справка о должном санитарном состоянии кафе, разрешение на использование портала на территории данного кафе, справка о пожаробезопасности вверенного ей камина, декларация о магическом фоне помещения ("соответствует нормам, за исключением тех дней, когда владелица зла"), и, наконец, постепенно повышая градус абсурда, несколько совершенно парадоксальных бумаг: справка о том, что Памела не является оборотнем (заверено Международной Конфедерацией оборотней), сертификат о соответствии цвета её ауры нормам Министерства (розовый, кстати, что забавно), разрешение на хранение магических артефактов (включая чайник с гусиной шеей и кошку неопределённого происхождения), и сверху легла справка о том, что "предъявитель сего имеет право не иметь справку на эту справку".

Памела торжественно выложила всё это и пододвинула стопку бумаг к Амбридж.

— Вот, — сказала она. — Это всё. Если хотите, могу предоставить ещё справку о том, что я не являюсь демоном, хотя я и была когда-то замужем за демоном. Она где-то там, внизу. Эш, найди, пожалуйста, справку о правдивости показаний, она между разрешением на использование магии в бытовых целях и гарантийным талоном на наш чайник.

Эш молча протянул ещё один пергамент. Амбридж растерянно смотрела на гору бумаг: она явно не ожидала такого поворота событий.

— Это... этого достаточно, — выдавила она и попятилась к двери.

— Приходите ещё, — Памела улыбнулась своей самой любезной улыбкой. — Я всегда рада гостям.

Амбридж вылетела из кафе, не попрощавшись, лишь колокольчик на двери недоуменно звякнул. Аркана понюхала разлитый чай и чихнула с явным отвращением.

* * *

Не прошло и получаса, как дверь открылась снова. На пороге стояла нескладная девушка с короткими ярко-розовыми волосами, в маггловской одежде и с выражением растерянности на лице. Она заглянула в кафе, прищурилась и шагнула внутрь, едва не упав, зацепившись ногой за порог.

— Вы Памела? Мне сказали, вы даёте советы. Я — Нимфадора Тонкс. Я ищу своего... э-э-э... парня. Он не появлялся уже неделю, а стая... в общем, я опасаюсь, что у него проблемы.

Памела указала на стул.

— Ты пришла не случайно. Никто не приходит сюда случайно. Садись.

Тонкс села на стул, но не расслабленно, а как человек, который готов сорваться и сбежать в любую секунду.

Памела вытянула одну карту и перевернула: это был Аркан Отшельник.

— Слушай меня внимательно, — сказала она, и в голосе её не было ни утешения, ни снисхождения, только холодная, как пронизывающий ветер, правда. — Отшельник — это не просто карта, это приговор. Твой избранник должен быть один, не потому что он плохой, а потому что его природа требует одиночества. По крайней мере, пока он не разберётся с тем, что живёт внутри него. Если он попытается завести семью сейчас, то не сможет защитить ни тебя, ни детей. А ты сейчас пытаешься втащить его в семью, где он только и будет бояться, что навредит вам. Это не любовь, Нимфадора, это эгоизм.

Тонкс побледнела так, что даже её розовые волосы стали белесыми.

— Но я люблю его, я хочу быть с ним, я хочу помочь ему...

— Помочь ему стать тем, кем он должен быть, это не означает быть рядом. Иногда помощь — это уйти. Позволить человеку встретиться лицом к лицу с самим собой, чтобы он мог разобраться в своей судьбе. А ты — влюблённая идиотка, думаешь, что твоя любовь спасёт его, а на самом деле ты просто усугубляешь ситуацию, завязывая кармический узел.

Тонкс смотрела на карту Отшельник, и в её глазах медленно проступали слёзы. Она не плакала, просто сидела и смотрела, как старик на карте поднимает фонарь над пустой дорогой.

— Я думала, вы скажете, что любовь всё преодолеет...

— Любовь ничего не преодолевает, она только приукрашивает опасности, пока они не становятся слишком большими, чтобы их игнорировать. Ты пришла сюда, чтобы я одобрила твоё решение, чтобы сняла с тебя ответственность, но я не сниму. Ты хотела услышать правду? Вот она.

— Но я люблю его, — почти прошептала Тонкс, и голос её дрогнул. — Я не могу просто уйти.

— Выбери ещё три карты. Я не буду их толковать — ты сама поймёшь, что они значат. Они покажут тебе не его, а тебя. И если после этого ты всё равно захочешь быть с ним — будь, но шагай в это с открытыми глазами.

Тонкс вытянула три карты. Посмотрела на них долго и молча. Влюблённые, Башня, Смерть. Её лицо побелело ещё больше, глаза стали прозрачными от сдерживаемых слёз, но она не заплакала.

— Спасибо, — сказала она тихо, вставая, и снова споткнулась, теперь о собственную сумку. При этом из сумки выкатилась маленькая чёрная бусина и остановилась у ног Памелы.

— Что это... — растерянно пробормотала Тонкс, наклоняясь, чтобы поднять её, но Памела опередила её.

— Это плата, — сказала она, поднося бусину к свече. В отблесках огня проступил образ: старик с фонарём, ещё один Отшельник. — Ты принесла мне её, сама того не зная. Судьба подложила её в твою сумку, чтобы ты передала её мне.

— Я не знала…

— И не надо знать. Иди, и подумай над тем, что я сказала. Если решишь остаться с ним — оставайся, но знай, что ты сделала это осознанно, понимая риск для себя и будущего ребёнка.

Тонкс вышла, споткнувшись о порог в последний раз. Эш, который всё это время бесшумно перебирал сухие травы для чая, спросил у Памелы:

— Этой розоволосой девушке выпал тот же аркан, что и у дементора, Отшельник, но ты трактовала его совсем иначе. Ему — поиск пути домой, ей — приговор к одиночеству для её возлюбленного. Почему?

Памела так громко и искренне расхохоталась, что Аркана на подоконнике вздрогнула.

— Милый мой Эш, — сказала ведьма, — если бы я трактовала одну и ту же карту одинаково для каждого клиента, я была бы не предсказательницей, а пародией на неё. Карты — как люди: одни и те же слова могут означать надежду для одного и приговор для другого. Я не читаю карты как инструкцию, я читаю людей, которые смотрят на карты.

Памела посмотрела на бусину в своей руке, потом на Аркану, которая всё ещё смотрела на на неё укоризненно.

— Она не уйдёт от него, — сказала Памела скорее кошке, чем Эшу. — Она останется, потому что влюблённые идиотки всегда остаются, но хотя бы теперь она будет знать, что выбрала. А это уже больше, чем у большинства людей.

Эш вновь вернулся к развешиванию пучков мелиссы и ромашки, а кошка зевнула, показывая, что ей всё равно.

— Ладно, — сказала Памела, — но если сегодня будет кто-то ещё розовый, я закрою кафе раньше обычного, так и знайте!

* * *

Третий звонок колокольчика возвестил появление на пороге кафе журналистки в деловом костюме цвета фуксия (отчего Памела внутренне содрогнулась), с блокнотом и самопишущим пером, которое уже дрожало в предвкушении сенсаций. Она была бодра, свежа и пахла духами "Скандал на Косом переулке".

— Ах, вот оно! Кафе Таро! Я сразу поняла, что здесь что-то нечисто. — Она уселась на стул, не дожидаясь приглашения. — Я — Рита Скитер, корреспондент "Ежедневного Пророка". У меня есть вопросы о вашей... деятельности. Говорят, вы предсказываете будущее. Это правда?

Перо журналистки забегало по странице блокнота само собой, выписывая: "Тайное логово гадалки: шокирующие откровения о клиентах, которые платят не золотом, а секретами".

Памела посмотрела на перо с лёгким любопытством, потом перевела взгляд на Риту.

— Перо у вас резвое, оно уже придумало историю в стиле жёлтой прессы, даже не зная, о чём я скажу.

— Это профессиональное чутьё, — Рита улыбнулась своей хищной улыбкой. — Так что, Памела, вы готовы ответить на несколько вопросов для "Ежедневного Пророка"?

Памела откинулась на спинку стула, взяла чашку и спросила с лёгкой иронией:

— Мисс Скитер, у меня тоже есть вопрос к вам. Вы хотите сенсацию или правду?

— Сенсацию, конечно, — Рита наклонилась вперёд. — Правда скучна. Расскажите, кто ваши клиенты. Это правда, что к вам приходят вампиры, оборотни и другие тёмные существа? Что они вам рассказывают? Вы передаёте их тайны Министерству? Или, возможно, вы сами храните их как компромат для своих целей?

— Вопросы хорошие, но неожиданные, — Памела даже бровью не повела. — Я не обсуждаю клиентов. Это правило номер один. Правило номер два — не задавать мне вопросы, на которые я не хочу отвечать. Вы уже нарушили оба.

Перо тем временем вывело: "Гадалка уклоняется от ответов, что указывает на наличие скандальных тайн, связанных с высокопоставленными лицами". Рита заглянула в блокнот и довольно улыбнулась.

— Но вы же понимаете, что мои читатели имеют право знать, что происходит в этом кафе? Говорят, вы принимаете клиентов по ночам. Говорят, вы видите будущее. Говорят, вы связаны с тёмными силами. Это правда? Вы используете чёрную магию? Вы торгуете секретами? Вы шантажируете своих клиентов?

— Шантаж — это слишком громко, — Памела поставила локти на стол и переплела пальцы. — Я просто обмениваю информацию на информацию. Или на бусины, но это уже детали.

Перо взбесилось: "Ведьма с отметиной на лбу призналась в шантаже и торговле магическими артефактами! По словам источника, она хранит компромат на министров, звёзд и даже кентавров!"

Памела наклонилась и заглянула в блокнот, пробежалась глазами по строчкам.

— У вас талант, — сказала она, возвращаясь на место. — Вы умеете преподносить информацию в выгодном вам ракурсе. Это стоит дорого.

— Сколько? — Рита мгновенно насторожилась. — Я не плачу за интервью. Это вы будете должны мне за рекламу.

— Рекламу? — Памела скептически наклонила голову набок. — Ты собиралась написать статью, где я буду выглядеть как шарлатанка, связанная с тёмными силами. Это не реклама, это клевета. И если ты её опубликуешь, я буду вынуждена рассказать твоим читателям кое-что интересное.

Она взяла с полки старую колоду Таро, перетасовала и вытянула одну карту. Это был Туз Жезлов: на карте была изображена рука, держащая жезл, из которого вылетала бабочка.

— Ты ведь любишь бабочек, Рита? — Памела повернула карту изображением к ней. — Или ты предпочитаешь других насекомых? Скажем, жуков?

Рита вздрогнула так, что её Прытко Пишущее перо оставило в блокноте огромную кляксу, расползшуюся на все написанные строчки.

— Я не понимаю, о чём...

— Понимаешь, — Памела спокойно убрала карту обратно. — И если ты опубликуешь ту статью, которую написало твоё перо, я опубликую свою. "Как журналистка известного печатного издания нарушает закон о несанкционированном проникновении в жилища и использует анимагию в личных целях".

В ярко накрашенных глазах Риты мелькнул настоящий страх. В следующую минуту журналистка вылетела из кафе как пробка из шампанского.

Кошка открыла один глаз, посмотрела на дверь, и снова закрыла, одобрительно замурлыкав.

— Радуешься, что сегодня кафе закроется раньше, и нас ждёт приятный тихий вечер? — догадалась гадалка. — Ну, будем надеяться, что именно сегодня к нам не заявится Бериал в розовом плаще, этого я уже не переживу!