Лепрекон (гет)

20 января 1974 года

Крейг!

Кажется, девушкам неприлично писать первыми, но, поскольку ты сам говорил, что твой опыт в эпистолярном жанре весьма ограничен, я решила подать тебе пример.

Вот уже три недели, как я вернулась в школу. Начался новый триместр, выпускные экзамены всё ближе, и это очень остро чувствуется. Такое ощущение, что меня готовят сразу гвардейцем в Королевский корпус — а ведь до сих пор я была уверена, что изучаю социально-гуманитарные науки! Но муштра на занятиях у иных профессоров не знает никаких границ, так что неудивительно, что у некоторых из числа моих подруг уже окончательно сдали нервы. Запас успокоительных в нашей спальне стремительно истощается, а бедняжка Порция даже попала в лазарет с переутомлением. Вот до чего доводит стремление быть всегда и во всём первой. Я пока ещё держусь, чему немало способствует наша переписка, — надо думать, тебе не очень-то приятно будет читать письма из сумасшедшего дома.

То немногое свободное время, что остаётся, я в основном стараюсь проводить на свежем воздухе. У нас ещё совсем холодно и снег лежит, но всё же чувствуется, что весна уже скоро. Мама рассказывала в письме, что в Ньюри сейчас оттепель, и я почти вижу эту жуткую слякоть. На следующей неделе обещали очередное похолодание, так что береги себя и не забывай надевать шапку (ну, или фуражку).

В моих мечтах я составила тебе огромное послание на многих листах, но в реальности рассказать особо не о чем, уж извини. Здесь вообще скучновато зимой, хотя мы и стараемся не унывать. На прошлой неделе у моей подруги Мэйбл был день рождения, и мы устроили для неё вечеринку в гостиной факультета. Ничего особенного, просто поели пирожных и потанцевали, но нам всё равно влетело от нашего декана — оказывается, кто-то из мальчишек пронёс алкоголь и тайком разливал его всем желающим. Меня среди них не было, если хочешь знать, так что перед законом я чиста. А вообще у нас с подругами правило: на всех вечеринках пить только лимонад или сидр и только с самого освещённого столика. Мало ли шутников бывает на вечеринках.

Очень хочется, чтобы поскорее наступили пасхальные каникулы. Моя семья очень ждёт меня домой, но кроме того я надеюсь, что нам удастся увидеться.

Не забудь загадать желание. У нас так делают, когда что-то происходит впервые, а это ведь первое твоё письмо.

Рейчел

* * *

25 января 1974 года

Дорогая Рейчел!

Ты не можешь себе представить, как я был рад получить твоё письмо. Конечно, прежде чем писать ответ, мне пришлось проконсультироваться со знающими людьми, но, надеюсь, результат тебя не разочарует.

Очень жаль, что тебе и твоим друзьям попало за ту вечеринку на день рождения Мэйбл — уверен, вы не сделали ничего дурного! Мой друг Ирвин Трой тоже учился в частной школе и рассказывал, какие строгие там порядки. Хотя всё дело могло быть и в Ирвине — он редкостный шалопай. В начальной школе мы сидели за одной партой и однажды взорвали петарду в женской раздевалке… Впрочем, тебе вряд ли будет это интересно, тем более, что никто не пострадал.

У меня тоже всё по-старому, жизнь и служба идут своим чередом. Позавчера мы всей семьёй отпраздновали день рождения бабушки Гленны. Ей исполнилось восемьдесят три, но эта старушка даст фору даже нам с сестрой. От джиги в этом году нам удалось её отговорить, но в остальном бабуля отрывалась на полную катушку. Когда началась традиционная игра в лото, она умудрилась обыграть всех своих подружек, а потом ещё потребовала примирительного сидра для себя и проигравших. Мы с Иви (это моя младшая сестра) решили, что бабушка наверняка жульничала — уж очень довольный у неё был вид. Моя мать только за голову хваталась! Не удивлюсь, если летом эти почтенные леди укатят в Уэксфорд, как собирались, — вроде бы, у одной из них там живут внуки.

Дважды в неделю вечером мы вместе с отцом ходим играть в футбол — ничего серьёзного, просто любительская команда. Сейчас слишком холодно, чтобы выходить на поле, так что мы пока ограничиваемся залом. Там тесновато, зато в этой же школе тренируется детская команда города, что очень удобно. Папа помогает ребятам готовиться к чемпионату на добровольных началах, и я иногда остаюсь, чтобы посмотреть на тренировку.

Рядом со мной сейчас крутится Оуэн и зудит, чтобы я не писал про футбол, потому что тебе будет не интересно. По его задумке я должен написать, что играю в поло, как принц Чарльз, чтобы тебе понравиться. Но я понятия не имею о том, как играют в поло, кроме того, что это как гольф, но на лошади, а лошадей я не очень люблю. Не то чтобы я в принципе не любил животных — к кошкам и собакам я отношусь нормально, хотя не совсем понимаю, как можно в качестве питомца держать рыбок. В смысле… они вообще что-нибудь делают? Ну там, пёс лает и охраняет дом, кошка мышей ловит, даже канарейка чирикает, а рыбки — они как, булькают? Напиши, если знаешь, этот вопрос меня очень волнует. У нас когда-то давно жил попугай, но Иви научила его говорить слово «задница», и беднягу Пэдди пришлось вернуть в зоомагазин. Надеюсь, с ним всё в порядке.

С нетерпением жду твоего следующего письма.

Крейг

P.S.: где ты взяла такую бумагу? Никогда в жизни такой не видел.

* * *

18 февраля 1974 года

Крейг!

Бумага, на которой я пишу, называется пергаментом. У нас в школе принято писать только на такой. До сих пор не понимаю, как забыла написать об этом в предыдущем письме.

В школе отгремел День святого Валентина, и я очень этому рада. Все мои подружки на этой неделе словно с ума посходили, но теперь с ними снова можно нормально разговаривать — неимоверное облегчение. Из-за того, что не поддалась общей истерии, я даже умудрилась повздорить с Мэйбл. Она заявила, что со мной можно говорить только об уроках, что является совершенным враньём. Как будто не я на прошлой неделе помогала ей выбирать платье для выпускного бала! Впрочем, я на неё не сержусь — иногда все мы перегибаем палку, а разбрасываться друзьями просто так не стоит, их и без того не бывает много.

К слову, о друзьях. Передай Оуэну, что крикет я люблю ещё меньше поло, так что пусть оставит свои попытки слепить из тебя принца крови. И пусть уже прекратит читать твои письма! В конце концов, ты их пишешь для меня, а не для него! Неужели ему настолько нечем заняться на службе?

Безумно хочется последовать примеру твоей бабушки и её подруг и рвануть куда-нибудь — хоть в горы, хоть на море. Мы как-то разговаривали с девочками о том, что неплохо бы съездить в Ливерпуль. Просто так, развеяться и посмотреть, что там и как. Мне нравится время от времени воображать, каково было бы совершить кругосветное турне, как это делали богатые дамы в начале века. Я вот никогда не была за пределами Великобритании и с удовольствием посмотрела бы, как люди живут там. Иногда мне даже снится сон, будто я иду по залитой солнцем улице, а люди говорят на языке, которого я не понимаю, но мне от этого не страшно, а весело. Странно, правда?

Шиван говорит, что, если закончу школу с отличными оценками, она уговорит папу отпустить нас на недельку во Францию — вот тогда мой сон и обернётся явью, потому что по-французски я не понимаю ни слова! Вообще круто было бы выучить какой-нибудь иностранный язык, но пока что я не представляю, где взять для этого достаточно времени, так что пока это так, долгосрочные планы.

Надеюсь, у тебя всё хорошо. Мне очень хотелось бы посмотреть, как ты играешь в футбол, так что пообещай мне, что как-нибудь возьмёшь меня с собой хотя бы на тренировку. Хотя на футбольном матче я бы тоже с удовольствием побывала — никогда на них не бывала.

Жду твоего следующего письма.

С уважением, Рейчел

* * *

24 марта 1974 года

Дорогая Рейчел, поздравляю тебя с днём рождения!

Я не смог выбрать из двух открыток, поэтому отправил тебе обе. Мне они показались симпатичными, но, если ты вдруг сочтёшь их уродливыми, можешь выбросить обе — я пришлю тебе ещё других.

У нас в семье принято прежде всего желать здоровья, так что позволь тебе пожелать, чтобы болезни никогда не омрачали жизнь ни тебе, ни твоим близким. Ещё я желаю тебе закончить год с самыми высокими баллами, как ты и хочешь, чтобы ничто не помешало тебе приехать домой на каникулы. (Если ты не поняла, это был жирный намёк, но можешь сделать вид, что ты его не заметила. Эту фору я тебе охотно предоставлю.) Так много хочется тебе пожелать, но красивые слова — не мой конёк, так что просто будь счастлива и живи, не оглядываясь на других. Как-то так.

Если моё письмо кажется тебе слишком банальным, то сейчас я тебя повеселю байками из жизни патрульного. Соседи миссис Горски вышли на новый уровень коварства! Теперь кроме газа, который они продолжают воровать у бедной женщины с целью её же умерщвления (это цитата из очередного заявления, которое она сегодня написала), они ещё и выгуливают у неё на заднем дворе своего домашнего енота. Енота! Можешь ты себе представить? И этот самый енот якобы разбрасывает мусор из контейнеров и выкапывает цветы на клумбе — как указано в заявлении, особенно пострадали крокусы. Мы даже съездили к этим соседям побеседовать и, конечно же, никакого енота у них отродясь не было. У меня по сложившейся ситуации только один вопрос — почему именно енот? Почему не лисица?

Вот и думай теперь: то ли миссис Горски пересмотрела документальных фильмов о живой природе и дала волю фантазии, то ли её соседи тайно содержат енота-диверсанта.

В этот раз я пишу письмо из дома, так что вмешательство Оуэна нам не грозит, если, конечно, он не завалится в гости без предупреждения, как это частенько бывает. Кстати, он частенько спрашивает о твоей сестре. Кажется, она действительно ему понравилась. Он вообще неплохой парень, просто иногда его бывает слишком много.

По моим подсчётам ты должна получить это письмо точно в день рождения. Друзья, наверное, приготовили тебе какой-нибудь приятный сюрприз, так что не буду отнимать у тебя много времени. Ещё раз с днём рождения! Будь счастлива!

С любовью, Крейг

* * *

29 марта 1974 года

Дорогой Крейг, огромное спасибо за поздравления!

Что бы ты ни говорил, твои письма не кажутся мне банальными, и поздравления ко дню рождения тебе очень удаются. Главное, что слова идут от чистого сердца, а не под копирку, а это дорогого стоит. Я твоё письмо читала со слезами умиления на глазах, и никакие слова не передадут, как сильно я тебе благодарна.

День рождения прошёл замечательно, тут чутьё тебя не подвело. На этот раз пришлось обойтись без шумной попойки всем факультетом. Мы с ребятами всё ещё у декана на карандаше, а он всё же хороший человек, и мы коллективно решили его не расстраивать. Мы ограничились тем, что выбрались в деревушку рядом со школой.

Надолго нас не отпускают, так что мы просто посидели в пабе, а после прогулялись по главной улице. Сейчас там очень красиво, все деревья в цвету и такой чудесный запах, что даже голова кружится. Мне весна нравится гораздо больше, чем зима, если не считать того, что теперь сосредоточиться на учёбе совершенно невозможно. Я пока что удерживаюсь от безумств, но вчера мой однокурсник Дейви Гаджен сбежал из кабинета через окно второго этажа. Прямо во время занятия! Я понимаю, мальчишкам нужно иногда хулиганить просто для душевного равновесия, но иной раз их выходки не укладываются ни в какие рамки.

Я продолжаю разбирать подарки — надеюсь, управлюсь к окончанию учебного года, потому что мне надарили просто гору всего. Теперь у меня есть целых пять ежедневников и два будильника — один в виде кролика, который бьёт лапками, а второй в виде маленького кузнеца, который бьёт молотком по наковальне. С такими дарами в ближайшем будущем я стану очень собранной, можешь мне поверить!

Пока что о таком остаётся только мечтать и тихо молиться, чтобы я не завалила экзамены. Хотя с семестровыми контрольными я справилась не хуже многих, так что можешь мной гордиться. (Да, я тебе сейчас хвастаюсь. Это, конечно, неприлично, но ведь немножко-то можно? Тем более я уверена, что ты никому не расскажешь.)

В субботу ко мне приедут мама и Шиван, чтобы вместе выбрать платье для выпускного вечера. Время поджимает, а мне ещё нужно согласовать цвет и ткань с моим спутником. Я пойду со своим однокурсником и бессменным соседом по парте Джоном Андерсоном. Он, конечно, редкостная заноза и зубрила, но он хотя бы умеет танцевать и точно не оттопчет мне ноги. А вот моим подругам не так повезло. Они все идут на бал со своими возлюбленными и ни один — ни один из пятерых, ты только представь! Ни один не умеет танцевать. Порция попробовала пройтись в туре вальса со своим Колином, так этот растяпа мало того, что затоптал моей подружке все туфельки, так ещё и с такой силой наступил ей на подол, что оторвал кусок ткани. Треск стоял на всю гостиную! Порция даже расплакалась, но не бросать же из-за этого собственного парня. К тому же, он действительно очень добрый и любит её, так что придётся ей потерпеть. Надеюсь, на выпускном подобного конфуза с ними не случится, но мы с девочками договорились на всякий случай держаться поблизости, чтобы помочь в случае чрезвычайной ситуации.

Очень жду твоего письма.

Всего наилучшего, Рейчел

* * *

2 апреля 1974 года

Дорогая Рейчел!

Я всё время думаю о тебе.

Пусть мои слова тебя не пугают — я не имел в виду ничего такого, просто не проходит и дня, чтобы я не думал о том, как твои дела, как скоро придёт следующее твоё письмо и придёт ли оно вообще. Я очень рад тому, что наша переписка тебе не наскучила и надеюсь, что мы всё-таки увидимся, когда ты приедешь домой на каникулы.

В Ньюри весна уже разгулялась вовсю, так что я прекрасно понимаю, как сложно тебе сосредоточиться на учебниках, даже самых интересных. Участок находится в квартале от парка, и мой стол стоит так, что, если вытянуть шею, видно южный вход и деревья. С радостью променял бы бумажную возню на возможность прогуляться там с тобой, но придётся ждать Пасхи. А домашние ещё говорят, что мне недостаёт терпения! Да я теперь просто мастер во всём, что касается ожидания!

Я теперь тоже вынужден корпеть над книжками. Шеф О’Доэрти записал меня на какие-то курсы, но там ещё нужно пройти тестирование, чтобы тебя зачислили. Не очень понимаю, зачем мне это, но приказы начальства не обсуждаются, и теперь я просыпаюсь и засыпаю с брошюрами и руководствами для подготовки к сдаче тестов. Первый этап назначен на тридцатое апреля, и я немного нервничаю, если честно. И страшно завидую Оуэну — его-то никуда не вписывали против воли, так что свободного времени у него в разы больше, а он ещё и надулся на меня. Как ребёнок, ей-Богу!

В такой нервотрёпке мне особенно приятно было получить твоё письмо. Знаешь, я давно заметил, что от бумаги исходит такой запах… Не знаю даже, как его описать. Как от старого дерева, нагретого на солнце. Твои письма я храню в отдельной шкатулке — попросил Иви купить, она лучше в таком разбирается. И каждый раз, когда я открываю шкатулку, чтобы достать и перечитать какое-нибудь из твоих писем (их уже больше дюжины, я даже пересчитал), мне в лицо бьёт этот запах. Знаешь, это одна из немногих вещей, из-за которых я улыбаюсь, как дурак.

На прошлой неделе нас фотографировали для доски почёта. Уж не знаю, чем таким я отличился, но я попросил напечатать пару запасных фотографий и решил одну послать тебе. Иви говорит, что на ней у меня вид как у полного придурка из-за фуражки и торчащих ушей, но мне она в общем-то нравится. Кажется, на этом снимке вид у меня почти интеллектуальный, а такое нечасто увидишь. Надеюсь, у тебя не возникнет желания разорвать его на тысячу кусочков.

Я не могу от тебя ничего требовать, но было бы здорово взглянуть на тебя в платье для выпускного. Уверен, ты выбрала самое лучшее из всех и будешь самой красивой даже под руку с Джоном Андерсоном.

С любовью, Крейг

* * *

5 апреля 1974 года

Дорогой Крейг!

Фотография замечательная! Уверена, на доске почёта ты будешь смотреться очень здорово. Главное, чтобы твой снимок не повесили рядом со снимком Оуэна — на фоне такого красавца любой померкнет! (Это на тот случай, если этот проныра всё ещё продолжает стоять у тебя за плечом.)

Я боялась, что из-за долгой разлуки просто позабуду, как ты выглядишь, но этого почему-то не произошло. Это странно, но… здорово. А теперь у меня есть твоя фотография, так что забвение тебе и вовсе не грозит. Я вставила её в рамку и поставила у кровати, и теперь все мои соседки по спальне очарованы и допытываются, что это за красавчик присылает мне письма. Эту информацию я пока что оставлю при себе, если ты ничего не имеешь против, а иначе, боюсь, твой дом и участок завалят письмами. Не то чтобы я сообщала обратный адрес всем и каждому, но девушки могут быть очень настойчивыми, когда им что-то нужно.

У меня всё по-старому, кроме того, что я сейчас сижу на чемоданах. Завтра почти все разъезжаются на каникулы, и я тоже скоро буду дома. Мама пишет, что младшие уже с ума сходят — так соскучились. Хотя для них это обычное состояние, особенно для Донала. Ты не представляешь себе, что это за ребёнок! Ему всего пять, но по уровню непослушания он всех нас оставил далеко позади и боится только отца и Ниалла (и то только потому, что он самый старший). Надеюсь, к моему приезду от дома хоть что-то останется.

Безумно хочется оказаться дома и почти так же сильно хочется, наконец, увидеться с тобой. Наверное, странно скучать по тому, кого знаешь так мало, но мне кажется, я действительно по тебе соскучилась. Ты опасался, что наша переписка мне наскучит, но я сомневаюсь, что такое возможно. Мне в самом деле интересно всё, что ты рассказываешь о себе, о своей семье и службе. Я надеюсь, что и тебе тоже интересно, как я тут живу, потому что мне правда хочется делиться всем, что у меня случается. Иногда мне даже кажется, что ты где-то рядом и можешь видеть то же, что и я. Это, к сожалению, иллюзия чистой воды, хотя я и стараюсь описывать всё достаточно подробно. Конечно, бумага всего не передаст, но лучше так, чем совсем ничего.

Я пробуду дома где-то неделю, а после опять вернусь в школу, так что, надеюсь, мы до тех пор успеем наговориться вдоволь. От прогулки в парке я бы тоже не отказалась, если ты не передумал.

Очень жду нашей встречи.

С любовью, Рейчел

Комментарий к Глава 4. Свиток пергамента:

Музыкальное сопровождение: Of Monsters And Men — Little Talks