Так вот оно чё, Персивальич (джен)

— Вы спрашивайте, сэр. А я вам расскажу, если буду знать ответ, — предложил Поттер Дамблдору.

— Ну хорошо, — согласился тот. — Тогда скажи мне, почему ты не выполнил моё распоряжение и не отправился со всеми в общежитие?

— Ну-у, профессор... — Гарри выразил удивление, типа, вот ты даёшь, старичок, элементарных вещей не понимать. И объяснил. — Знаете, странно слышать такие вопросы от старого, опытного и умудрённого жизнь человека. Можно подумать, что вы никогда не слышали что иногда проще попросить прощения чем разрешение спрашивать, потому на это что времени порой не хватает. Разрешение спрашивать я имею в виду. Вот тут такой случай и получился.

— Но ты же мог погибнуть! — воскликнул Дамблдор.

— Мог, — согласился Гарри, — как и прочие пять или шесть раз когда жил у родственничков. Причём, ни разу по собственной глупости, а по вине кого-то из них.

— Ну-у... Гарри... Я уверен что ты преувеличиваешь...

— А как вы можете быть в чём-то уверенными, сэр, если вас там и близко не стояло? Так что... давайте вы из меня сказочника и фантазёра делать не будете.

— Проявляй уважение к старшим, Поттер! — рявкнул вдруг Снэйп.

Который, как и остальные деканы тоже находился в кабинете у директора и своим высказыванием он невольно задел Гарри. Нет, так-то, обычно, Гарри на него внимание не обращал, но тут решил, что хватит с него. «Вот ведь уродец, — подумалось Поттеру с досадой. — Вообще никого не уважает, даже Дамблдора. Ну да ничего, на место-то я тебя сейчас поставлю. Ох, поставлю». Поэтому сначала он фыркнул в ответ, а потом заявил: «Если бы я проявил неуважение, профессор, то я бы по другому выразился. Например, иди ты в жопу, мистер Снэйп».

А дальше в кабинете поднялся шум. Кричали, в основном Снэйп и Макгонагалл, но последняя скорее для порядка. Потому как, почувствовал Гарри что она и сама недовольна что Снэйп не по делу в разговор влез. Но, корпоративная этика, учительская солидарность, все дела, поэтому и не могла она промолчать. А вот Флитвик со Спраут, как и Дамблдор, помалкивали. И когда первые немного успокоились, то Гарри спросил у Дамблдора, а не отправить ли профессора Снэйпа к психиатру на консультацию или даже на лечение. «Нет, я конечно не спец, — обосновал он свой вопрос. — Но... как мне кажется у профессора явно не все дома. А вы ему детей учить доверяете».

И опять в кабинете поднялся шум, и снова со стороны Снэйпа и Макгонагалл, правда в большей степени шумел всё же Снэйп. Наконец Дамблдору это видимо надоело и он прервал его, а потом сказал Поттеру.

— Гарри, мальчик мой, — обратился он к нему. — Ты же понимаешь что я не могу оставить твой проступок без наказания?

— Разумеется, сэр, — не стал спорить Поттер. — Вот если бы я спас чистокровного Малфоя, то тогда да... За это и баллов могли бы подбросить или ещё как-то поощрить, а так как это была всего лишь магглорождённая Грэйнджер, то за это нужно наказать. Поэтому, ничего иного я и не ожидал.

— Ладно. Иди, Гарри, — в итоге махнул рукой Дамблдор видя что Поттер не ведётся ни на какие угрозы или уговоры и не пытается в чём-то оправдываться или о чём-то просить. — Мы подумаем над твоим наказанием.

А когда он вышел своё мнение высказал Флифвик:

— Н-да, права была Минерва, сто, а то и тысячу раз права, что Гарри только внешне похож на Джеймса, но по складу характера это Лили. И как он вас классно сделал, а Альбус?

— И это... Северус, — добавила Спраут, — может тебе действительно к целителям, а будь твоя воля ты бы не только растерзал мальчика, но ещё его и... съел бы.

— А так же он задал действительно правильный вопрос, — не осталась в стороне Макгонагалл. — Насчёт происхождения мисс Грэйнджер. И думается мне, Альбус, что прямо сейчас мы окончательно утратили доверие мистера Поттера. Если оно у него конечно к нам было.

— Почему? — то ли не поняв, то ли сделав вид что не понял спросил Дамблдор.

— В данном случае из-за происхождения его мамы.

Ну, а Гарри выйдя из кабинета и спустившись по лестнице, которая отделяла сам кабинет от входа в башенку, в которой он располагался, обрадовался, пару раз подпрыгнул и ткнул кулаком вверх, выкрикивая:« Йес! Йес!». Потому как, сработала его защита. В общем, отправляясь на рандеву с Дамблдором, Гарри решил проверить свои предположения и пока не использовал защиту что им с Гермионой Невилл предложил.

А защиту эту обеспечивал артефакт, который был сделан в виде клипсы. Его нужно было надеть на мочку уха, неважно какого, а потом она создавала вокруг головы защитное поле, запитываясь от магии носителя и по желанию могла становилась невидимой. И, по сути, такую же защиту давал тот энергощит, который появлялся вокруг тела благодаря Хаки вооружения. Правда, чего Гарри не понял, пока, как бы сработала клипса, но то, что с помощью Хаки он защитился от ментального воздействия было совершенно точно.

А выразилось это в том, что во время разговора в кабинете директора Гарри совершенно отчётливо ощутил как в его энергошлем два раза пытался проникнуть... ну... что-то типа щупа. Так вот едва щуп пытался внедриться, то его тут же отбрасывало. Причём, в первый раз такая попытка была предпринята Дамблдором, а во второй — Снэйпом. И скорее всего что один, что второй хотели выяснить, что у Гарри на уме.

Вообще-то, как рассказал Невилл ментальные воздействия могли быть разными. В частности, то что сделали с ними, очень было похоже на установку им ментальных закладок. А ещё можно было колдануть в человека заклинание Империо, тем самым полностью лишить его воли и заставить сделать всё, что фантазия колдующего пожелает. Так же память можно было подчистить или заставить человека что-то вообще забыть и ещё была Легилименция. А это насколько Гарри понял было нечто вроде телепатии. В общем, когда Невилл, которого просветила бабушка, рассказал об этом Гарри с Гермионой то они ужаснулись и перепугались не на шутку. Так что, артефакты предоставленные бабушкой Невилла оказалась очень даже нужными.

В итоге, Гарри решил, подумал и решил, что пока насчёт Хаки он распространяться пожалуй не будет, а Невилловскую клипсу он наденет. И в случае чего спишет свои умения на артефакты. А всё из-за того, что попав в Хогвартс, Поттер поискал сведения насчёт этих самых Хаки и... ничего не нашёл. Выяснил он только что слово это, скорее всего, японское. Ну и решил, что афишировать эти умения ненужно, потому что интуиция ему так подсказывала.

И ещё Гарри неспешно возвращаясь в их гриффиндорскую общагу, задумался о том что случилось на Хэллоуин. Ведь если посмотреть на всю картину в целом, то получалось что как будто бы кто-то спектакль разыграл. А так же выходило что Дамблдор явно во всём этом замешан, тем или иным образом. Вот спрашивается, зачем было отправлять в подземелье слизов и хаффов зная что там находится тролль? Да ещё и под руководством всего лишь старост? Старост, блин, которые нифига ему противопоставить не смоги бы. Вот как так-то, он что совсем с головой не дружит?

Но, приказ был отдан и если подумать, то отдающий его должен был точно знал что там тролля нет. В противном случае этот самый приказ был бессмысленным и идиотским, а Дамблдор идиотом не был. Не самым лучшим в мире человеком, играющим в какие-то понятные лишь ему игры и преследующим, опять же, известные лишь ему цели — был. Но вот идиотом, увы, не был.

А мог ли знать Дамблдор где находится в тот момент тролль? Да запросто. Контролировать его передвижения он мог, например, через тех же домовиков. А кто это такие им Невилл рассказал и даже познакомил с их семейным домовиком, а ещё сообщил что самая большая община этих существ живёт в Хогвартсе и подчиняется директору. Так же они могли становиться невидимыми и следовательно поручить им проследить за троллем и незаметно сообщить об этом Дамблдору было совсем несложно.

Единственное, что пока оставалось непонятным, так сам ли Дамблдор запустил в замок тролля или это сделал кто-то другой, а он всего лишь моментом воспользовался. И ещё было непонятно использовалась ли Гермиона целенаправленно или просто потому что под руку подвернулась. А вывод о том, что Гермиону использовали специально просто таки сам напрашивался. А делалось это, скорее всего потому, что кое-кто посчитал что у героя неправильные друзья и надо бы их рассорить, тем или иным способом и свести с подходящими. А подходящими этот кое-кто посчитал рыжих братцев Уизли и их младшенького так вообще мог видеть лучшим Гарриным другом и почти братом. Ведь не зря же ещё на вокзале Молли Уизли чуть ли не криком кричала нарушая Статут о секретности, чтобы привлечь его внимание. Потому как Хагрид-то, типа, растяпой забывчивым оказался и не рассказал бедному сиротке как на нужную платформу попасть.

Кстати, Хагрид Поттеру действительно не рассказывал как попасть на платформу 9и3/4. Он, когда они сидели в кафе-мороженом, сначала показал Гарри билет, а потом жестами посоветовал обратиться за объяснениями к хозяину кафе, мистеру Фортескью. Так что, формально, приказ Дамблдора он выполнил, а то что Поттер сам как-то узнал как пройти на платформу, то Харгид и не при чём тут.

И ещё, прямо перед входом в их общагу, пришла Гарри в голову мысль, что ничего удивительного в том что их подловили не было. Хотя бы потому что они с Гермионой о таких вещах и не слышали до этого, а Невилл хоть и слышал, но представить не мог что в Хогвартсе такое возможно.

«Н-да, — подвёл итоги своих рассуждений Гарри, — то что нас подловили, это — плохо. С одной стороны. А с другой, мы теперь учёные и на такую фигню больше не попадёмся. Ведь не зря же говорится, кто предупреждён, тот вооружён. А ещё... век живи, век учись, а опыт, как и половое бессилие с годами приходит». Кстати, что это за бессилие такое, как и о том почему оно приходит с возрастом, Гарри пока не знал. Он вообще не понял откуда у него это выражение в памяти появилось, разве что из воспоминаний голоса, подбрасывающих периодически Гарри информацию.

А дальше Гарри попал наконец в их гриффиндорскую башню, выдернул Невилла и Гермиону и они снова посовещались. И пришли к выводу, что будут отныне следовать совету данному Августой Лонгботтом, бабушкой Невилла. В том смысле что будут они стараться держаться подальше от всяческих неприятностей, но, если уж их втравят, то постараются сделать так чтобы на них потом подозрение не пало, что они в чём-то замешаны. Ну... оно и правильно, ведь бабушка живёт уже долго, опыта жизненного у неё о-го-го сколько, так что дурного не посоветует. Особенно, собственному внуку.

Так они и старались дальше жить и учиться, держась вместе и сдруживаясь всё больше и больше. Правда совсем без происшествий не обходилось, конечно. Например, Гарри пару раз попробовали банально отметелить. Пытались это сделать слизеринцы. Сначала один третьекурсник имени которого Гарри так и не запомнил, а второй раз это был Маркус Флинт, здоровенный квиддичист с кривыми зубами.

Кстати, квиддич, это такой командный вид спорта был, который включал в себя элементы ручного мяча, футбола и бейсбола. И всё это верхом на летающих мётлах. Только не получилось у них ничего. Да и не могло. Во-первых, потому что о предстоящем лупцевании Гарри предупреждало Хаки наблюдения, так что он заранее знал что прямо сейчас его будут бить. Ну, попытаются, по крайней мере. Потому что в дело включалось его «во-вторых», то есть Хаки вооружения. Так что, Гарри надевал на себя броню, усиливал и утяжелял конечности и сам метелили нападавших.

А после того как он отметелил Флинта, то порекомендовал в следующий раз, когда Малфой попробует ещё кого-то сблатовать на это необдуманное и рискованное дело, то тому лучше самому надавать Дракусику по наглой белобрысой морде. Ведь не сами же они додумались. А почему Поттер Малфоя заподозрил? Да потому что тут и семи пядей во лбу быть не нужно было чтобы это понять.

Ещё ему на Рождество, типа, подарок сделали. Гарри на каникулы тогда в школе остался, хотя друзья и предлагали к ним присоединиться, но интуиция ему настойчиво порекомендовала быть в Хогвартсе. А ещё она же порекомендовала ему не открывать свёрток с подарком в присутствии Рона Уизли, который, как и другие его братья, тоже в школе на каникулах остался. Поэтому Гарри, попозже, прихватив подарок отправился к Хагриду, который жил в хижине, на отшибе, почти у самого Запретного леса.

Лес этот, вообще-то, большущий был и с трёх сторон окружал замок, в котором школа асполагалась, а с четвёртой стороны простиралось огромнейшее озеро под названием Чёрное. Так вот, в избушке у Хагрида Гарри подарок и развернул, а когда прочитал сопроводительную записку, то начал ещё и ругаться. Долго и смачно. Нет, ну а как было не начать ругаться если ему в виде подарка попытались всучить его же собственную вещь?

— Нет, ну какая же он, всё-таки, тварь! Самая мерзкая из всех видов тварей! — ругался Поттер понося, при этом, и личные качества дарителя, и его родню за то что выродили на свет такого урода, не забывая при этом о домашних животных и прочих представителях магического бестиария в качестве его сексуальных партнёров. — Самая худшая их разновидность, которая прикидывается эдакими добрячками. А если поглубже копнуть то там такое гнильё полезет что... мама не горюй.

— Н-да, действительно, — согласился с ним Хагрид, после того как Поттер выдохся и замолчал. — Не ожидал я что он до такого опустится.

В общем, дарителем оказался Дамблдор, а, типа, подарил он Гарри мантию-невидимку, которая со слов Хагрида принадлежала Джеймсу Поттеру, Гарриному папе. И, которая, со слов уже Джеймса рассказавшего об этом Хагриду, находилась в их семье с незапамятных времён и перервалась из поколения в поколение. А почему Дамблдор её вернул и себе не зажилил? Так ведь магия-с, господа. Магия-с. У волшебников, кстати, из-за этого и воровства не было, потому как магия на такого ворюгу давить начина так, что проще было самому в петлю сунуться. Взять попользоваться, с разрешения, это — запросто, а вот украсть или ещё как-то обманом присвоить, так нифига.

А прямо сейчас Гарри остался её единственным владельцем, так что у Дамблдора и выбора не было. Но читая сопроводительное письмо Поттер откровенно недоумевал, для чего его отцу незадолго до своей гибели было давать мантию Дамблдору. Вот, не понимал он этого, хоть убей. В общем, мутная была история со смертью его родителей, к которой, вольно или невольно, но был Дамблдор причастен, был. Гарри буквально чувствовал это, но пока доказать ничего не мог, да и отомстить пока не получилось бы. Слишком уж высоко дедушка сидел. И ещё Гарри подумал и решил, что мантию он пока у Хагрида на хранение оставит. А то Дамби в письме написал, мол, пользуйся ей с умом, вот Гарри и решил ум проявить, то есть вообще пока ей не пользоваться.

Дальше друзья вернулись в школу после каникул и их жизнь, простите за тавтологию, покатилась по накатанной. Уроки, домашка и самостоятельной изучение всяких интересностей. И, разумеется, они отбрыкивались и руками, и ногами от всяких авантюр в которые их периодически старались втянуть представители рыжего семейства. Особенно Рон, который, видимо, так и не оставил надежды стать со временем лучшим другом Гарри. И так длилось до тех пор пока однажды, когда уже стало потеплее и сошёл снег, от Хагрида не прилетела записка с просьбой о срочной встрече. Куда они и отправились втроём.

— Ну, Хагрид, рассказывай что такого случилось? — спросил Гарри после того как они поздоровались. — И нельзя ли проветрить помещение, а то что-то у тебя очень жарко.

— Не... нельзя, — ответил великан, — потому что вон. — И он кивнул на растопленный камин.

— Э-э-э... а это чего? — не понял Гарри, увидев в камине яйцеобразную штуку, приличных таких размеров.

— А это, Гарри, драконье яйцо, — пояснил ему Невилл.

— Но... Хагрид, ведь это же противозаконно! — воскликнула Гермиона.

— Да знаю я, — отмахнулся Хагрид. — Просто... Тут вот какое дело. Я от всяких таких зверушек фанатею и могу иногда перейти некую черту, после которой может наступить расплата. Меня, в своё время, и из школы поэтому отчислили, но сейчас не об этом речь, а о том что с возрастом я стал осознавать, что остальные-то это совсем не я, и то что для меня милое и пушистое для других смертельно опасным может быть.

— Ну, хорошо, а от нас-то ты чего хочешь? — уточнил Гарри.

— Помощь мне ваша нужна. Или хотя бы совет, — ответил Хагрид и принялся объяснять.

В общем, получилось как в приключенческом романе. А началось с того что незадолго до этого Хагрид отправился в Хогсмид, деревушку что располагалась недалеко от школы, а там зашёл в бар под название «Башка борова». Бар же этот был известен тем что его владельцем был Аберфорт Дамблдор, брат их директора, а так же тем что у бара была не самая лучшая репутация. Посещали его порой не самые законопослушные личности. Вот одна из таких личностей и подсела к Хагриду и предложила в картишки перекинуться. И вышло так что на кон этот незнакомец выставил драконье яйцо, а Хагрид его взял, да и выиграл. И только когда он домой вернулся, то подумал и решил, что яйцо нужно знакомым в драконий заповедник переправить, а то даже если он и выведет дракончика в своей хижине то ничем хорошим это не закончится.

— А почему ты к Дамблдору не обратился? — спросила у Хагрида Гермиона.

— Потому что не хочу быть от него зависимым ещё больше чем сейчас, — пояснил он. — Это он только с виду весь такой благообразный старикашка, а на самом деле тот ещё... рыбачок. Подсадит на крючок и фиг ты с него сорвёшься, даже будь ты человеческим магом, а не полувеликаном вроде меня. Например, если спросить, то что тот же Снэйп в школе делает, с его-то характером и манерой преподавания? А на крючке он у Альбуса нашего сидит и фиг рыпнуться может...

— Понятно всё, Хагрид, — перебил его Гарри. — А помочь-то мы тебе чем сможем? Рассказывай, что ты придумал.

— Ну... — начал Хагрид, — я списался со знакомыми драконологами и они пришлют людей. В определённое время и в определённое место. Я бы и сам с ними встретился, но я слишком заметный и за мной периодически следит кошка Филча. Так что если я буду шляться среди ночи по территории школы, да ещё и с непонятным ящиком, то она меня быстро обнаружит. И на метле я летать не могу, слишком тяжёлый для этого.

— Так что, получается, — уточнил Гарри, — что яйцо или вылупившегося к тому времени дракончика нужно доставить кудато, где высоко?

После чего он задумался, а что это за место такое может быть, но снова его опередила Гермиона, которая сразу догадалась насчёт места.

— Подожди, Хагрид, не так быстро, — попросила она. — Дай подумать. Хм-м... А ведь такое место в Хогвартсе всего одно. И высоко, и доступ туда почти свободный.

— И что это за место? — спросил Невилл.

— Верхняя площадка астрономической башни, — ответил ему тоже догадавшийся Гарри. — Но, почему именно туда?