Артикул Познания (джен)

За праведным трудом незаметно пролетел месяц.

Мелулда быстро вернулся к своим обязанностям, воодушевлённый принятием предначертанной роли. Гул больше не беспокоил, а сам Смотритель перезнакомился почти со всеми соплеменниками, которые по сию пору удивлялись его необыкновенной чувствительности, из-за коей он всё время ходил в серебристой одёжке.

Из значимых вечерних собраний последних дней стало изучение маторанского алфавита и грамматики. Как и говорил в начале обучения Турага Нуджу, Великий Дух вложил своим созданиям понимание языка и они быстро его схватят на лету. Чудесным образом так и оказалось: алфавит из тридцати глифов и десяти числовых обозначений очень скоро освоился и на последнем собрании Старейшина провёл тест, попросив подопечных написать на стенах свои имена и краткое описание себя.

Одарённый подписался как Смотритель Корабля и будущий Проводник Ко-Коро. Особенно в процессе написания нравилось прорисовывать изначальные круги, которые на любой поверхности получались идеально ровными, будто с момента пробуждения он только ими и занимался. А вот внутреннее заполнение уже отдавало некоторым заложенным где-то глубоко внутри "почерком": изначальные прямые или перпендикулярные линии становились наклонёнными и зигзагообразными, а малые окружности превращались в капли.

Турага не стал уделять этим особенностям внимания, так как у многих собратьев наблюдалась похожая история. Главное — чтобы написанное было прочитано и верно истолковано.

— Полагаю, ты нечаянно повторился, Эрье, — Нуджу указал на надпись скалолаза. — Выходит, что ты Утверждаешь горы, а не Восходишь на них.

— Вы правильно поняли с первого раза, — скрестил руки на груди гордый маторан. — Я познаю и Утверждаю их положение, особенности и так далее, далее... Может, и имена давать начну.

— Не хочу тебя преждевременно расстраивать, но Великий Дух уже позаботился об этом, — прикрыл глаза Турага. — Но всему своё время, Утверждающий, — хмыкнул с тенью усмешки Нуджу и прошёл к следующему маторану.

Эрье с раздражения обратил кусок пишущего камня в труху в кулаке. От морозного взгляда любопытные собратья отвернулись, кроме одного.

Они с Мелулдой после спасения пересекались всего три раза, и смотритель думал, что его новое положение немного ранило одиночку. Однако, данное товарищу обещание скалолаз исполнил, найдя нескольких напарников, которых он менял изо дня в день, так как оказалось, что пока талантом так умело скакать по вершинам обладал только Эрье и остальные за ним не поспевали. Как тот отшутился при одной из встреч, что даже полумёртвый смотритель работал шустрее.

— Как продвигается? — подошёл к спасителю Мелулда.

— В целом по плану, — хмуро отозвался Эрье, косясь на свои надписи.

Круги напоминали наклонённые овалы, линии не касались периметра, а малые окружности были жирными точками с короткими хвостиками.

— Они такие же стремительные, как ты, — улыбнулся зяблик, потерев озябшие плечи за исправно служащей накидкой.

— Думаешь? — комплимент заметно успокоил скалолаза, однако не надолго, ведь тот решил посмотреть на почерк самого Мелулды. — Хм, ты тоже такой же...

— То есть? — удивился тот.

— Правильный снаружи, а внутри непойми что, — строго посмотрел в светло-голубые глаза Эрье, снова пытаясь разглядеть суть товарища, но безуспешно.

— Считаешь, что я всё-таки ошибка? — тихо спросил Мелулда, пряча взгляд.

— Всему своё время, — повторил слова Старейшины скалолаз, после чего вернулся к своей записи.

Утверждающий стал Восходящим.

*

Всё перевозимое на корабле имущество было переписано и инвентаризировано Мелулдой. Так Турага Нуджу смог распорядиться о начале массовой заготовки новых инструментов в свежевыколотых проёмах скал, а также нового оборудования для получения ледяных кирпичей разнообразнейших форм.

Старейшина на сей раз поразил всё Ко-Коро своими глубокими знаниями о неизвестных никому вещах, такими как геометрия и механика. К счастью, среди маторанов нашлись те, кто сразу проявил к новым знаниям интерес и начинали их впитывать с той же лёгкостью, что и маторанское письмо.

Мелулде пока оставалось лишь наблюдать, да подавать необходимые материалы по запросу, сразу после корректируя количество остающихся вещей.

Работа в Деревне Льда кипела. Каждый вечер Нуджу восхвалял труд подопечных как высшее благо, и что Великий Дух гордится ими.

Обида на Мата Нуи за непрошеный дар утихла в сердце смотрителя, оставив за собой определённый осадок.

Испытав на себе, пожалуй, самое ужасное из известных маторану зол, Мелулда стал относится к Великому Духу недоверчиво, однако же продолжал молиться во благо всей деревни и их соседей.

*

В начале третьего месяца Турага Нуджу объявил для всех день отдыха, что немного озадачило Ко-маторанов, которые больше по привычке с спросонья уже тянулись к рабочим местам и инструментам.

"Что же нам делать?" — задавались все вопросом.

— То, что придёт на ум, — оперся о свой посох Старейшина. — Конечно, если кто-то находит отдых в труде — пожалуйста, я не запрещаю. Однако, подумайте, что отзывается в ваших душах при словах: Игра, Песня, Соревнование. А мне же необходимо удалиться для встречи с другими Старейшинами. Грядут перемены, братья мои, — глубоко кивнул Нуджу. — Вечером поделитесь со мной своими открытиями.

Ко-матораны пожелали уходящему Тураге доброго пути, после чего в течение получаса поделились на группы: те, кто продолжил работать, среди которых был Эрье с помощником, и те, кто задумался о трёх старых словах, которым предстояло нарастить новое значение.

Мелулда же оказался на третьей стороне, которая растерялась и не решалась приступить ни к первому, ни ко второму. После месяцев чётких указаний фантазия не торопилась расчехляться, и почти ощутимо ломала мозг.

Пустые разговоры дюжины отщепенцев прервал шквал обрушившегося на их спины снега. Кто-то поскакивал с мест и заверещал, мол, лавина обрушивается. Однако же смех в паре десятков метров от кучки бездельников успокоил обстановку.

— А ты не хотел! — Маторо увесисто хлопнул по спине голубо-белого товарища.

— Ну, наверное, это весело, — проговорил неуверенно Копеке, уже позой извиняясь за беспокойство и испуг собратьев.

— Это что было? — попытался заглянуть себе за спину Илур, что до этого промышлял камнеломом и иногда помогал Эрье.

— Снежки, — загрёб побольше снега в руку Маторо и вызывающе вскинул голову. — Хорошая игра, чтобы размяться.

Эх, Маторо... Он заметно выделялся среди соплеменников своим лидерским духом, и несмотря на такой же, как и у всех, посредственный рост, всё равно казался выше. Многие уже кличали его как правую руку Тураги, но ни сам Нуджу, ни Маторо об этом не думали. Сложно сказать, нравилось ли самоуверенному маторану в трёхглазой канохи командовать, или руководил работами от чистого сердца. В любом случае, во многом благодаря нему, и принятым им мерам безопасности, никто в зоне его видимости не получил и вмятины.

Мелулда несознательно избегал с Маторо контакта, ибо рядом с тем просыпалось чувство, будто он самый ленивый маторан во всём Ко-Коро.

Вот и сейчас под его оценивающим взглядом стало совсем неуютно.

— Готовьсь! — скомандовал Маторо, сминая снег в руке до шарообразной формы и его команда начала готовить снаряды.

— Бежим! — пискнул Джаа, однако в этом голосе прорезался азарт.

Снежки полетели по замельтешившим фигурам. В общей игровой суматохе, Мелулда решил ретироваться, сначала спрятавшись за сугроб, а затем перебежав в породнившийся корабль.

Каждый раз при взгляде на судно со стороны неприятно колола мысль, что настанет день, и его разберут на части. В то время как жители Деревни Льда уже обнесли плато стенами и начали строить себе дома, смотритель не представлял, какое жильё может быть у него. Тоже обмотанное тканью с пола до потолка, чтобы камень не мёрз?.. Давнее сомнение о единении со своими соплеменниками снова затяготило сердце. Стань он жить у подножия горы, как скоро о нём забудут?

"А нужны ли они мне?"

Вопрос из ниоткуда заставил передёрнуться. Нет-нет, он Ко-маторан и они по природе своей едины. Он помнит своих братьев, и они будут помнить его. Может, не всегда, но когда понадобиться его Дар, то они не пойдут за Га или Та маторанами по соседству. Мелулда будет им нужен.

Сам собою смотритель уселся в кресло в рубке у мерно работающего обогревателя. Что ж, если сам Турага позволил провести день так, как маторанам заблагорассудится, то и впрямь не грех побездельничать и погреться лишний раз... И обсушить промокшую от снега накидку.

Гул мгновенно привёл только расслабившегося Мелулду в чувства. Да что ж такое!

Маторан сел в кресло и с глубокой обидой на себя скрестил руки на груди, уставившись на пустое кресло напротив. Большое кресло. Точно... Сознание подкинуло воспоминание о предположении, как мог бы выглядеть Великий Дух.

Найдя неподалёку начертательный минерал, Мелулда слез со своего кресла и залез на соседнее, начав рисовать контур головы с подголовника.