Хроники Теневого Неона: Рождение Триады Медиа-Власти (джен)

В баре Отеля Хазбин Хаск сурово проворчал Аластеру:— Одинокий волк сдох, босс. Ты стал мягче с ними, но жестче с миром. Ты стал типичным папашей и нетипичным мужем. Прими это.Ал впервые прилюдно, счастливо рассмеялся, признав это вслух. Хаск повернулся к Мире и строго добавил, что если она хоть раз сочтет себя ниже родителей из-за прошлого служанки, то получит стаканом по башке, несмотря на ярость Аластера [2.1]. Мира гордо ответила, что равенство — в силе духа, окончательно заслужив уважение бармена [2.1].Вскоре Аластер совершил поступок, которого от него не ожидал бы никто в Аду. Он сделал один размашистый шаг вперед, закрывая своим телом Вел и Миру, и принял сокрушительный удар ангельского клинка на себя. Благодаря быстрой помощи Вел, магии Отеля и поддержке Кармиллы Кармайн, Аластера удалось спасти от окончательной смерти. Поздней ночью он пришел в себя. Первое, что он видел — Вел, которая сидела рядом, бледная, с заплаканными глазами, крепко сжимая его ладонь, и Миру, которая сидела у его ног.

Вел встряхнула его руку, из её глаз снова брызнут слезы:— Еще раз так сделаешь — я сама тебя пришибу, Ал. Ты наша скала, понял? Больше никогда не смей подставляться.Спустя время Аластер предложил Мире самостоятельно провести радиоэфир. Мира подошла к пульту. Красный огонек трансляции «ON AIR» загорелся, и по всему Аду разнесся голос Миры. Аластер, стоящий за стеклом радиорубки, наблюдал за ней с закрытыми от наслаждения глазами. Он понял, что воспитал идеального Владыку.Вел с разбегу очень крепко и слёзно обняла его за шею, а затем на радостях звонко поцеловала в щёку. В его груди на полную мощность включился защитный виниловый треск, а из динамиков вырвался панический писк сломанного радиоприемника, будто сигнал резко потерял волну. Но радио-помехи мгновенно затихли. Он осторожно и уважительно приобнял её за спину, давая ей выплакаться и почувствовать себя в безопасности. Этот жест стал их постоянной, негласной традицией перед сонником. Он бережно и трепетно целовал Миру в лоб по-отцовски, закрепляя родительское благословение.

Энджел Даст серьезно посмотрел на Аластера и Вел и произнес слова, изменившие всё:— Я понимаю природу ваших отношений, но природа — штука весьма изменчивая. Всем вам остается лишь гадать, когда она изменится. Может завтра, может через тысячу лет... а может и никогда. Для таких как вы близость слишком ценная вещь, чтобы тратить её без запредельного доверия.

Триада приняла эти слова с уважительным молчанием. Из общения Аластера с Энджелом навсегда исчезнут брезгливые радио-помехи и едкий сарказм шоумена. Вел официально сделает Энджела главным, неприкасаемым лицом своего нового модельного бренда. Мира начнет видеть в нем самого надежного защитника и любимого старшего брата внутри Отеля.Прошло триста лет. Время Ада тянулось как кисель, и вечность сделала свою работу естественно и плавно. Триада Радио-Моды правила Пентаграмм-Сити как абсолютное Божество. За эти три века их доверие пробило потолок вселенной. И в одну из ночей в стенах стерильной мастерской Аластер и Вел наконец осознали истинную суть слов Энджела. Физическая близость для них двоих перестала быть чужеродной. Она превратилась в высшее, финальное действие со смыслом, способное скрепить их вечный платонический брак на телесном уровне. Они сделали этот самый смелый шаг в своей жизни — медленно, сакрально и невероятно нежно, полностью растворившись друг в друге.

На балконе, под фиолетово-неоновым небом подчиненного им города, Триада власти стояла монолитом. Мама Вел нежно обнимала папу Ала за талию, папа Ал гордо держал руку на плече дочери Миры, а Мира смотрела на преисподнюю с царственной улыбкой величайшего Владыки. Они прошли через рабство, интриги, ангельские клинки и века сомнений, доказав всему Аду, что любовь, равенство и преданность семьи способны победить саму вечность. Они были связаны духом, разумом и телом. Навсегда.