Игры Смерти. часть 1 (джен)

Савьер не мог заснуть всю ночь.

Тревога не отпускала. Паническая атака и нахлынувшие вслед за ней воспоминания словно пробудили в нём что-то, давно забытое. Что именно — он пока не понимал.

Ломило всё тело. Особенно шея — место, которое до сих пор напоминало об укусе проклятой змеи.

Раньше всё было проще.

В прошлой жизни он всегда знал, что должен делать. Знал, чего от него ждут. Знал правила игры, даже если ненавидел её.

Здесь всё было иначе.

Слишком тихо. Слишком спокойно.

Он не понимал, чего от него хотят. Не понимал, что должен делать. И больше всего раздражало то, что люди вокруг почему-то были доброжелательны.

Как же просто было раньше, когда тебя ненавидели и предпочитали держаться подальше.

Ненависть хотя бы не требовала ответа.

Он почувствовал, как раздражение постепенно перерастает в злость.

Злость.

Она словно разливалась по венам, становясь всё гуще и горячее.

В какой-то момент стены вокруг него дрогнули.

Савьер резко открыл глаза и сел на кровати.

Дом содрогался.

Медленно, едва заметно, но совершенно отчётливо.

Он замер.

И вдруг понял.

Магия.

Не злость текла по его венам.

Магия.

Со всеми событиями последних дней он совершенно забыл о ней.

Звучало почти нелепо.

Всю жизнь магия была частью его самого — естественной, привычной, неотделимой. А теперь он несколько дней прожил, практически не вспоминая о ней.

Савьер попытался сосредоточиться.

Не получилось.

Он сжал виски ладонями.

— Ну же…

Голос прозвучал хрипло.

— Почему мне так сложно сосредоточиться здесь?

Он сделал несколько глубоких вдохов.

— Там я мог держать под контролем чувства, эмоции… всё.

Пауза.

— Какого чёрта я вообще выбрал этот городок?

Дом снова едва заметно дрогнул.

Савьер стиснул зубы.

— Почему спокойная жизнь и доброжелательные люди действуют на меня хуже войны?

Ответа не было.

Он закрыл глаза.

— Возьми себя в руки.

Тихо. Почти приказом самому себе.

— Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Постепенно дрожь стен прекратилась.

Тишина вернулась.

Савьер ещё некоторое время сидел неподвижно, прислушиваясь к собственному дыханию.

Слишком много сил ушло на то, чтобы вернуть контроль.

Когда напряжение наконец отступило, он лёг и почти мгновенно провалился в сон.

На следующий день Савьер открыл глаза уже поздним утром.

Несколько секунд он просто смотрел в потолок, пытаясь понять, что именно разбудило его.

А потом вспомнил.

Ночь.

Магия.

Дом, дрожавший вместе с ним.

Савьер поднялся, принял душ и решил вместо завтрака выйти на улицу.

Ему нужно было подумать.

Слишком многое требовало решения.

Документы.

Деньги.

Жильё.

Работа.

И теперь ещё магия.

Денег оставалось немного, а вопрос с документами он откладывал уже слишком долго.

Савьер вышел на улицу и медленно направился вперёд, погружённый в свои мысли.

Через несколько минут он заметил на углу улицы, возле супермаркета, нескольких соседей.

— Доброе утро, мистер Савьер! Как вы себя нынче чувствуете? — первой его заметила миссис Джиллз.

— Доброе утро. Хорошо, — ответил он.

И это было всё, что он смог из себя выдавить.

Разговоры никогда не были его стихией.

— Мистер Савьер, вы вчера ночью не почувствовали землетрясение? Мистер Уилкис утверждает, что оно было, но, кажется, больше никто ничего не заметил.

— Нет. Не почувствовал.

Слишком громко.

Несколько человек одновременно посмотрели на него.

Савьер коротко кивнул и, не желая продолжать разговор, быстрым шагом направился в сторону небольшого парка.

Магия.

С этим нужно что-то делать.

Найти палочку?

Нет.

Палочка в этом мире слишком заметна. Она сразу выдаст его.

Оставался только один выход — научиться контролировать магию без неё.

В истории были волшебники, способные творить беспалочковую магию. Тот же Дамблдор.

Значит, это возможно.

Проблема была в другом.

Где найти информацию?

Вряд ли в мире маглов существовала литература о беспалочковой магии. Да и если существовала, найти её будет практически невозможно.

Савьер дошёл до небольшого парка и остановился.

Он сел на скамью, откинулся на спинку и закрыл глаза.

Холодный зимний воздух наполнил лёгкие.

На мгновение стало спокойно.

Хогвартс.

Мысль пришла неожиданно.

Единственное место, которое когда-либо стало ему домом.

Он не любил это слово.

Дом.

Слишком многое оно подразумевало.

Но Хогвартс был именно им.

Иногда ему казалось, что сам замок помнит его шаги. Что каменные стены всё ещё хранят звук его голоса, запах зелий, шелест мантии в коридорах.

Иногда казалось, что замок зовёт его обратно.

Савьер открыл глаза.

Нет.

Назад дороги нет.

Он сам её закрыл.

На следующий день Савьер решил наконец решить вопрос с документами.

К обеду он уже приехал в Коукворт.

Персональный ад его детства.

Он медленно шёл по знакомым улицам, и воспоминания снова хлынули на него новой волной.

Отец почти каждый день возвращался домой пьяным. Ругался с матерью. Поднимал на них руку.

Они жили впроголодь.

Единственным спасением сначала были книги, а потом — Лили.

Как ни странно, воспоминания о Лили больше не причиняли такой боли, как раньше.

Возможно, время действительно лечило даже то, что казалось неизлечимым.

Но задерживаться здесь было нельзя.

Большой плюс жизни в неблагополучном районе заключался в том, что здесь можно было найти что угодно и кого угодно.

Мошенников и бандитов было больше, чем помойных крыс.

За двадцать семь лет ничего не изменилось.

Даже его проклятый дом всё ещё стоял.

Савьер свернул в один из переулков и остановился возле небольшой, почти незаметной двери.

Постучал.

— Кто? Чего надобно? — раздался хриплый мужской голос.

— Документы, — спокойно ответил Савьер.

Он передал через небольшую щель лист бумаги со всеми своими новыми данными.

Несколько секунд царило молчание.

— Придёшь через три дня. Всё будет готово. И деньги не забудь.

Мужчина передал через щель маленький клочок бумаги с указанием стоимости своих услуг.

Савьер взял бумажку и ушёл.

Странно, но именно здесь, среди всех этих отбросов общества, он чувствовал себя спокойно.

Здесь никто не задавал лишних вопросов.

Никому не было дела до того, кто ты, откуда пришёл и почему оказался здесь.

Главное — деньги.

Через три дня, как и обещали, Савьер получил все документы на руки.

Теперь официально существовал Уильям Савьер.

Следующие несколько дней Савьер решил посвятить знакомству с местностью.

Он гулял по городу, осматривал достопримечательности, посещал музеи, несколько раз ужинал в ресторане.

Но главной его целью была городская библиотека.

Ему нужна была хоть какая-то информация о беспалочковой магии.

Все эти дни он продолжал просыпаться по ночам от дрожи дома.

Днём ему удавалось хотя бы частично контролировать магию.

Ночью всё было иначе.

Стоило ему заснуть и погрузиться в очередной кошмар, как дом начинало трясти вместе с ним.

Савьер проводил в библиотеке целые дни.

Он нашёл несколько книг о Мерлине.

Удивительно, но сведения о нём практически полностью совпадали с тем, что рассказывали о великом волшебнике в магическом мире.

Это заинтересовало Снейпа.

Он начал изучать книги одну за другой.

Некоторые сведения казались примитивными, другие — откровенно мифологизированными. Но среди всего этого встречались детали, которые подтверждали: маглы действительно сохранили в своих легендах обрывки подлинной истории магического мира.

Несколько дней Савьер изучал книги, а затем каждое утро отправлялся в парк и практиковался.

Поначалу ничего не получалось.

Магия словно сопротивлялась.

Она возникала тогда, когда он её не ждал, и исчезала именно в тот момент, когда он пытался вызвать её намеренно.

Снейп раздражался.

Снова пытался.

Снова терпел неудачу.

Но он никогда не относился к неудачам как к окончательному поражению.

Северус Снейп был отличником.

Уже будучи подростком, он создавал собственные заклинания — от совершенно безобидных до тех, которые вряд ли стоило использовать без крайней необходимости.

Профессор Слизнорт никогда не хвалил его по-настоящему.

Полукровка. Без влиятельной семьи. Без связей. Без перспектив.

Макгонагалл начисляла ему баллы за успехи в трансфигурации, скрепя зубами. Но по её горящим глазам было видно: будь Северус студентом Гриффиндора, он всё равно не стал бы её любимчиком.

Возможно, это прозвучит странно, но больше времени Снейп проводил с профессорами Стебль и Флитвиком.

Профессор Стебль учила его обращаться с растениями так, чтобы извлекать из них максимум полезных свойств. Для будущего Мастера зелий эти знания были бесценны.

Флитвик обучал его в основном чарам и дуэльному искусству.

Именно благодаря ему Северус рано понял, что сила заклинания далеко не всегда определяется его мощью.

Иногда решающими становились точность, скорость и контроль.

А страх перед всезнающим Дамблдором заставил Северуса в совершенстве овладеть искусством окклюменции.

Он научился закрывать сознание раньше, чем научился доверять людям.

И, возможно, именно поэтому теперь ему было так трудно позволить собственной магии выйти наружу.

— Итак, что мы имеем?

Савьер откинулся на спинку стула и снова посмотрел на раскрытые перед ним книги.

У каждого волшебника существует магическое ядро. У кого-то оно сильное, у кого-то слабое. У некоторых оно может находиться в состоянии, близком к спящему, и пробудиться в любой момент. В других случаях ядро настолько истощено, что магия практически отсутствует.

Первые магические выбросы происходят у волшебников в разном возрасте — всё зависит от силы и состояния магического ядра.

Подобные проявления называют стихийной магией.

Именно в детстве, когда магия только начинает пробуждаться, волшебники чаще всего не способны контролировать собственные выбросы. Эмоции становятся спусковым крючком, а результатом может быть что угодно: от незначительного магического проявления до серьёзного разрушения.

Для осознанного направления магического потока используется волшебная палочка.

Однако история знает немало исключений.

Мерлин. Моргана. Салазар Слизерин. Роберт Дюваль. Энтони Айзек. Геллерт Грин-де-Вальд. Альбус Дамблдор.

Все они в разной степени владели беспалочковой магией.

Значит, научиться беспалочковой магии — это фактически научиться самостоятельно контролировать стихийную магию.

Савьер нахмурился.

Именно здесь начинались проблемы.

Овладеть подобным искусством чрезвычайно сложно. Магический поток слишком велик и слишком силён. Волшебная палочка, по сути, служит ограничителем: направляет магию и одновременно снижает её интенсивность.

Без неё волшебник имеет дело с собственной магией напрямую.

Ошибся в направлении — последствия могут оказаться весьма неприятными.

Существовали случаи, когда волшебники буквально разрушали собственное тело, пытаясь взять под контроль слишком мощный магический поток.

Савьер помолчал.

— М-да. Представляю, что произойдёт, если взорвусь я.

Он невольно усмехнулся.

Паниковать было бессмысленно.

Нужно было оценить ситуацию.

— Итак, мои преимущества.

Он загнул один палец.

— Я знаю основы магии.

Второй.

— Уже в подростковом возрасте создавал собственные заклинания.

Третий.

— В совершенстве владею окклюменцией.

Савьер задумался.

— А теперь недостатки.

Первый.

— Магическое ядро крайне нестабильно.

Второй.

— Я нахожусь в мире маглов.

Третий.

— Практической информации практически нет.

Он посмотрел на стопку книг.

— Теорию я изучил достаточно подробно.

Савьер закрыл книгу.

— Значит, пора переходить к практике.

Но прежде необходимо найти подходящее место.

Дом сразу отпадал. Если он снова потеряет контроль, соседи заметят. А объяснять землетрясение второй раз будет затруднительно.

Парк тоже не подходил.

Слишком много людей.

Савьер задумался.

— Недалеко от парка есть несколько старых заброшенных домов.

Он вспомнил один из них.

Почти разрушенный, давно необитаемый и достаточно удалённый от соседних зданий.

— Один из них вполне подойдёт.

Савьер поднялся из-за стола.

— Завтра необходимо туда сходить.

Он ещё раз посмотрел на книги.

Беспалочковая магия.

Если всё получится, он получит то, чего сейчас ему не хватает больше всего.

Контроль.

А если не получится…

Савьер криво усмехнулся.

— Что ж. По крайней мере, я уже знаю, где находится ближайшее кладбище.