Хедрика Палпатин (гет)

Даже штурвал в этой роскошной яхте на базе "Звёздного курьера" нестандартной модификации.

— Прекрасный звездолёт! Будь с ним поосторожнее, — предупредил Тулла Спарти.

— Как скажешь.

Я ухмыльнулась и отжала от себя штурвал. Корабль выплюнуло вперёд, оставляя позади стыковочный шлюз базы-ретранслятора.

— Не сжимай рукояти так сильно! Они сделаны из коры кашиикского дерева! Как они тебе наощупь?

— Они и теплые, и твёрдые, и упругие — как член Шакки Ностропа.

— Кто такой Шакки?!

Я смотрю на отражение Туллы Спарти, который сидит расслабленный и непристёгнутый в кресле — в одном из ряда таких же, выстроенных в полукруг на дальней стороне круглого пассажирского отсека. Закинула ноги в космодавах на пульт управления. Тулла позеленел, а я ухмыльнулась.

— Один негодяй. Но ты не ревнуй, он в прошлом. И забудь уже про свой надраенный безжизненный "Курьер", я превращу его в уютную помойку за стандартные сутки.

— Мне нужно выпить, — заявил Тулла приподымаясь.

— Я выкинула твои запасы, — проинформировала я невинным тоном.

— Ты — что?!

— На борту сухой закон. Мы отправились в миссию — опасную миссию. Все миссии опасны. И мне нужен надёжный напарник, а не похмельное тело.

— Как твой Шакки? — проговорил язвительно Тулла.

— Оу, он был неплох... в определённых смыслах.

Я увидела в зеркальце, что подвешено мною над транспаристилом кокпита что лицо Туллы побагровело.

— Пойду проверю отсеки, — процедил он.

— То есть, поищешь бухло? Удачи.

— Эй, ты не очень-то похожа на свою сестру. Как такое возможно?

— Сама удивляюсь. Но я тебе такой нравлюсь?

Я развернулась вместе с креслом пилота и захлопала ресницами. Вытянула губы, словно просясь на поцелуй. Тулла открыл рот чтобы высказать мне всё, но что-то его остановило. А он не безнадёжен. И задница накачанная. Я фыркнула и обратилась к приборам. Потом поправила зеркальце, в котором отразилось моё личико. Повернулась левой щекой, на которой пара мелких родинок. Светлые, но с дюрасталевым отливом локоны свисают слева почти до шеи, и я заправила их за левое ухо. Добавить, что-ли, и в него кольцо в честь будущего Туллы? Или к тем двум ауродиумовым, что продеты в правую бровь? Или не нужна мне такая "честь", или я вообще не уверена что хочу? В любом случае для трофеев пока рано.

Я повернулась к зеркальцу правым, выбритым над ухом виском и поправила "паучок" нейроинтерфейса, который время от времени хочет отвалиться, несмотря на супер-пупер-патентованный брендовый клей, шедший с ним в комплекте. Пробежалась пальцами по пульту, соединяя нейроинтерфейс с портом инфомагистрали курьера. "Паучок" постучал неосязаемо мне прямо в мозг и я сделала усилие, которое сложно описать в стандартных чувствах. Спустя секунд восемь, которые уходят на монструозный протокол шифрования, мне открыты данные курьера, которые я воспринимаю как абстрактные знания. Вообще, это забавно, знать корабль как мы знаем что положили себе с утра в карман комбеза, что ели на завтрак. Только параметров таких — сотни и тысячи, и все сейчас доступны — до тех пока держит этот проклятый клей.

А хороша я, девка, подумалось мне, прежде чем вернуть зеркальце в наблюдательную за задней полусферой позицию. Звёздный свет за транспаристилом кокпита настолько ярок, что я извлекла из нагрудного кармана очки голо-интерфейса и надвинула на глаза. И вообще, эти звёзды уже достали, хочется нормальной черноты космоса, но здесь, в Глубоком Ядре, чернота есть только в жопе банты. И голонета нет, или почти нет. Ретранслятор подарил нам пару серий с Энфис Нест, вот ведь конопатая сука, расхерачила всех Чужаков, всем мужикам дала, но не как дают встречным-поперечным рилотки, а кулачком, да по морде! Обожаю её! И хочу такие же волосы, чтоб были как швабра на голове — кручёными прядями взрыв во все стороны!

Хотя, это всё бред. Просто, не встретила она хорошего разумного, способного содрать с неё крашеные шубы и увидеть её хрупкой, нежной, ранимой... Вот сестричка моя джедайка, встретила, этот Волкер кажется норм, нытик, конечно, но кто сейчас не нытик, но всё у них, двух идиотов, сложно. Вот с Шакки было просто и весело, но он быстро исчерпал программу общения, всё пошло по кругу и Шакки пошёл к хатту. А этот Тулла... какой-то старый, ему, поди, тридцать пять. И любит бухать. Я тоже люблю, но мне — можно, а мой мужчина должен быть трезв и всегда готов на подвиги, в любой момент! И меня, гизку драную, крепко держать на привязи. Выдернуть из меня эти кольца, заставить привести в порядок причёску. Но пока мне встретились только шааки. Шакки-шааки. Похоже, мой номер счастливый, 5-5-5-5, не работает. Или не в этом смысле? Эх!.. О, идея! Нам с сестричками нужна партия комплиментарных клонов. Надо рассказать всем при встрече. Но сперва найдём наши клонические установки.

— Эй, Тулла! Нужно обсудить следующие шаги — куда полетим. Ты где, Тулла Спарти, приём-приём! — проговорила я по корабельной связи. — Тулла Спарти, я иду искать!

Ответа нет и я вытащила себя из такого удобного пилотского кресла и протопала к турболифту. Турболифт чтобы спуститься на один уровень — это верх рациональности и выверт роскоши. Короче — бред. Но удобно. Я вышла в нижнем таком же круглом отсеке, из него есть проход в нос корабля, где у обычного "курьера" склад, способный вместить кое-какой груз, а у этой яхты салон для бездельников-богатеев, которых здесь нет, иначе всех бы удавила.

В салоне приглушён свет и играет запись мелодии, томной и душной, как в рилотском борделе. На длинном диване обтянутом натуральной красной кожей от безразмерного гада я застаю Туллу и... Рилу-рилотку с базы ретранслятора!

— У нас гизка-безбилетник или это неучтённый груз? — поинтересовалась я, плюхнувшись между ними.

— Это не то, о чём ты подумала! — воскликнул Тулла.

— Да ничего я не подумала, — пожала я плечами. — С какой стати мне что-то думать. Можешь щупать её лекку пока не отвалятся, если она выбирает себе такую роль.

— Я не выбирала, — пролепетала Рила, поправляя ленты своей условной одежды. Ленты, что скорее демонстрируют, чем скрывают её грудь.

— Эй, девчонка! — Я взяла её за подбородок пальцами и повернула лицо к себе. — Ты слишком... "рила". Тебе нужно посмотреть пару серий с Энфис Нест.

— Ты не поверишь, Хеда, она пряталась в контейнере! Я случайно нашёл, услышав стук изнутри!

— Ты прав, не поверю.

— Но это правда! — воскликнула Рила.

— Я не поверю что тебя нашли случайно.

Рила опустила взгляд.

— Теперь уже не важно, — отмахнулся Тулла.

— Но раз мы все здесь собрались, обсудим планы, — начала я. — Наша цель проста и понятна: расследовать моё, и моих сестричек происхождение. Мысли есть?

Я окинула взглядом этих двух разумных.

— Вы — клоны, — сказала утвердительно Рила. — Значит, нужно найти где... вырастили ваши тела. Понять кто сделал заказ. Найти этих разумных и узнать их намерения.

Я хлопнула в ладоши и Рила вздрогнула.

— Я хотела сказать: браво, Рила! — Рила налилась краской, синей краской на её синеватых щеках. — Ты даёшь фору самому Тулле Спарти!

Спарти нахмурился и я буквально чувствую как заскрипел его мозг.

— Клонов много кто делает. Арканианцы. Каминоанцы. Но в Глубоком Ядре известен Хомм.

— Хомм? Что-то знакомое... это не те скучные разумные, у которых вчера не отличается от завтра?

— Это они. Мы можем до них добраться? — уточнил Тулла.

— Но почему именно к ним? — усомнилась я.

— До них ближе, — пожал плечами Тулла. — А нужно с кого-то начать.

— Решено! — подытожила я. — Откладывать не станем. Я — за штурвал имени Шакки. — Тулла поморщился, а я ухмыльнулась. — А вы можете продолжить то, чем хотели заняться.

— Я приготовлю всем ужин! — немедленно пискнула Рила.

— И посмотри Энфис Нест! — крикнула я вдогонку, но та уже исчезла. Перевела взгляд на Спарти. — Надеюсь, от тебя будет больше пользы на планете.

— Не сомневайся, — обижено проговорил Тулла. — Вообще, наше знакомство зашло не туда. Я — Тулла Спарти!

И он протянул мне ладонь. Я уставилась на неё, но ладонь не собирается ухватить меня за попу. Вздохнула протяжно, плечи мои опустились, я развернулась и утопала космодавами себе в кокпит. Уже на выходе из этого трах-салона:

— Я — Хедрика. Но если назовёшь иначе чем "Хеда", получишь в челюсть.

— Я понял, Хеда!

Ничего он так и не понял. Челюсть свою пожалел, герой. Герой, да не мой.

— Переход в гипер откладывается, — оповестила я команду и пассажиров через минут восемь. — Нужно вывести управление приводом на ручное.

— И что для этого понадобится? — донеслось позади от Туллы.

— Руки растущие из плеч, а не из задницы, — пробухтела я, торча этой задницей из-под приборной доски курьера.

Я залезла в какие-то внутренности и переплетения световодов, пневмотрубок и сверхпроводников. Сделано на совесть — тройное резервирование. И теперь все три контура нужно продублировать от гиперпривода на мой имени Шакки штурвал. И так для каждой координаты гиперускорения, которых шесть, то есть двенадцать триплетов линий. И сохранить совместимость с управлением в обычном пространстве, где используются и сферические, и прямоугольные, то есть, ещё двенадцать направлений, по два на каждую ось. И протянуть всё это через ползвездолёта к гиперприводу.

— Я помогу!

Я уставилась на него вывернув шею.

— Ты вряд ли влезешь в сервисные проходы. А вот Рила — вполне.

Спустя четыре часа всё готово и я забралась в кресло пилота, а пассажиры, ладно, команда расселись позади в салоне.

— Вообще-то Хомм по ту сторону Бездны! — предупредил Тулла.

— Что такое "бездна"? — спросила рилотка.

— Предполагается что огромная чёрная дыра в центре ядра галактики, но рассказать некому.

— Вот почему мы полетим в обход по Бисской Дуге, — пояснила я. — Заодно узнаем где она заканчивается.

— Разве не в Биссе? — удивилась Рила.

— Вот и посмотрим.

— И сколько понадобится времени? — забеспокоился Тулла.

— Трезвенником стать не успеешь, а Рила не успеет родить. Но это не точно. Всё, не мешайте мне!

Я сосредоточилась на Силе. Ну, как сосредоточилась. Я её не ощущаю. Как рассказала сестричка-джедайка у нас какой-то иной способ. Медихлорианы, они же — паразиты Силы, у нас не обнаружены. Нет и взаимодействия с ними, которое позволяло джедаям и ситхам чувствовать Силу, подобно тому как мы чувствуем, например, влечение к противоположному полу — чувство посложнее простейших тепла или боли, но вполне понятное не только разумным, но и просто живым. Я же не чувствую ничего, я Силе... приказываю. И подчиняюсь — мелькнула вдруг мысль. В принципе, отношения равновесные!

Я взялась за рукояти штурвала. Тьфу, теперь всё время перед глазами будет стоять часть тела Шакки!

— Рила, у тебя рука лёгкая?

— Наверное... — сказала она неуверенно.

— Тогда нажми во-он тот рычаг.

Звёзды при прыжке в гипер должны превратиться в полосы, но здесь звёзд так много, что они становятся сплошным потоком синего пламени. И это прекрасно! Я бы хотела жить в гиперпространстве вечно! Лишь бы было кому делать мне массаж ног. Я сосредоточилась на управлении и "Звездный курьер" метнулся меж складок синего пламени, нырнул в голубое сияние, миновал яркий шар почти белого света и прошёл по краю чёрной бездны. И так — час за часом. Я впала в какой-то транс, вцепившись пальцами в рукояти, покорная велениям Силы, которой приказала провести нас к Бисской Дуге где-то поближе к Хомму. Постепенно синее сияние приутихло, появляются чёрные пятна космоса, они разрослись и сомкнули края друг с другом. Картинка за транспаристилом кокпита перевернулась — в черноте сияют синие и голубые огоньки... которые превратились в жёлтые, потом в золотые. И это золото пришло в движение, закружилось мотыльками памяти — моей памяти! Или памяти для меня? Я увидела монохроматическую в оттенках чёрного и золотого сцену, словно смотрю голо-сериал, я вижу битву множества звездолётов, миллионы их, и сполохи пламени. Картинка вдруг приблизилась и я ухнула внутрь довольно безобразного аппарата с четырьмя двигателями, на месте пилота — я сама, отчаянно выворачиваю штурвал, бросая звездолёт в стороны от лучей звёздной перегретой плазмы. Но плотность огня такова что корабль встречает свой персональный поток ионов, распадается на мириады золотых звёзд чтобы... тут же собраться обратно и нырнуть с проворотом под тот коварный случайный выстрел. И так раз за разом — гибель и смерть и новая попытка и продвижение. Гибель и продвижение, смерть и откат для новой попытки. И это длится бесконечно, но звёздный уродец медленно, но неумолимо приближается к чему-то огромному и ещё более уродливому.

Битва рывком отдаляется, её огни стягиваются в маленький светящийся шар, которым играет десятилетняя девочка, перебрасывая с ладони на ладонь. Её волосы заплетены в две коротких косы, одета в костюмчик, а глаза сияют золотом ауродиума. Она вдруг замирает и смотрит прямо в меня и сквозь меня, берёт на ладонь шар из звёздного огня и кидает. Меня прожигает этими огнями — каждую клеточку моего неживого тела, а грудь мою режет боль. Я выплевываю липкую кислую субстанцию, тут же меня укладывают на стол и фиксируют чем-то голени и запястья. Надо мной склоняется прибор и постреливает прерывистым алым лазерным лучом, прожигая номер на левой груди. Снова меня тащат и засовывают в камеру, где руки, ноги и тело обхватывают ленты, чтобы я не упала и не сползла. Дверца закрывается и сверху обрушивается туман, горький и настолько холодный, словно я — единственный источник тепла в галактике.

— Эй, Хеда! Очнись! — долетело до меня. — Ты сидишь так уже половину суток! Где мы?!

Я прихожу в себя после краткой истории моей недолгой жизни.

— Мы в гипере, — проговорила я очевидное. — Никто не хочет принести мне каф?

Я отцепилась, наконец, от рукоятей. Чувствую себя как после битвы с ранкором. Все мышцы болят, вообще всё болит, даже глаза. Но и удивительная ясность. И Сила! Нет, не чувство, но... она рядом. Всегда. Ведь мы ещё живы.

Рила сунула мне горячую кружку и это тепло — то что мне нужно сейчас. Или тепло разумной с синей кожей, которое она излучает робкой улыбкой. Даже обеспокоенное лицо Туллы уже не так бесит. Что-то изменилось во мне.

Я кивнула рилотке и всосалась в этот каф как татуинский фермер заплутавший в пустыне в последнюю флягу воды.

— Мы волновались, — пояснила Рила.

— За себя или за всех нас? — уточнила я глядя на Туллу.

— Я волновался за штурвал из коры кашиикского дерева, — отбил он.

— Ха. У тебя прорезался юмор? А ты не безнадёжен! — проговорила я с удовлетворением, и он впервые воспринял как надо — с усмешкой.

— Но где мы?

— Хатт его знает, — отмахнулась я беспечно. — Не важно, важно что мы где-то на Бисской Дуге и она нас выведет.. куда-то да выведет. Несмотря на некую фрагментарность.

— Ты выглядишь уверенно. Это всё ваша Сила?

— Я рабыня её. И хозяйка. Всё сложно, Тулла Спарти!

— Эй! Пока ты тут зависала мы с Рилой нашли кое-что на этом звездолёте.

— Постой. Я думала он твой?

— Да нет же. Мы бежали на нём с Корусанта с одним разумным — спасаясь от чужаков.

— Ты видел их?! — поразилась Рила.

— Их — нет. Но я видел их орбитальные бомбардировки.

Я нахмурилась.

— А я видела их перехватчики — уродливые как брула-фрукт, но смертельные. Пуляются наиподлейшей плазмой, которая пробивает щиты словно тех нет. Вот почему нас выпустили роем имперских "бабочек".

— Кто выпустил? — ничего не понял Тулла. — И почему именно "бабочек"?

— Потому что у TIE и так нет щита! — заржала я. — Если серьёзно, отсутствие щита и гиперпривода позволило Сиенару выкрутить на максимум прочие параметры, и это сказалось. Ну, мы хотя бы потрепали тех чужаков.

— Но как ты выжила?!

— А я не, — ответила я, чем вогнала обоих в ступор.

— Ты — нет? — не понял Тулла.

— Я — да. Да, я умерла. Ну и что? В другой раз будет проще, ведь уже известно что делать.

Я пожала плечами в ответ на их недоумение.

— И это всё ваша Сила?! — ахнула рилотка.

— И ваша, и наша, — подтвердила я.

— Поясни! — потребовал Тулла капельку боле сурово. Таким он нравится на капельку больше.

— Это что-то вроде предвидения Силы, но я вижу не картинки как в голо-шоу, я... проживаю свою жизнь, во всей её полноте.

— Это... потрясающе, — пролепетала Рила.

— Не уверен, — усомнился Тулла. — Звучит жутковато. Если так, это значит что ты могла бы отменить что-то... в своей жизни? Или во всех наших жизнях?

— Это вопрос философский — существует ли мир, закрой мы глаза? Существуют ли вообще иные существа, кроме меня?

— Эй! — возмутилась Рила. — Я — существую!

— Но я об этом точно не знаю, — заявила я и склонилась к рилотке чтобы ущипнуть её за попу.

— Ай! Больно!

— Вот видишь!

— Что?!

— Тебе больно, значит, ты для себя существуешь. Но мне не больно и я ни в чём не уверена — насчёт тебя.

— Мне тебя ущипнуть?

— Про себя я всё знаю. Ладно, не всё, но кое-что. Это никак не поможет поверить в твоё существование.

— Стоп-стоп! — прервал нас Тулла. — У меня сейчас голова взорвётся. Скажи лучше, каковы границы твоих возможностей?

— Что ты имеешь в виду?

— Например, ты могла бы "переиграть" нашу с тобой встречу на базе ретранслятора?

— А что с ней не так? — удивилась я.

— Всё так, я привел в качестве примера, — пробормотал Тулла Спарти отводя взгляд.

— А, ты имеешь в виду отменить встречу с некой частью Шакки Ностропа? — догадалась я.

— А что если речь об этом?! — проговорил он с вызовом.

Я посмотрела на него с некоторым интересом. Он становится чуточку милее, но эта привычка скидывать решение проблемы с рыцаря да на принцессу... всё ещё не то что мне нужно.

— Не знаю...

— Не знаешь хочешь ли это сделать?

— Не знаю как этим всем управлять.

— А разве нельзя научиться управлять Силой? Джедаи учились в Храме... — сказала Рила.

— Которого больше нет. Поймите: я ничего не знаю и не умею. Вот почему мы должны погрузиться в моё прошлое. Ведь кто-то создал меня, всех нас-сестричек. И этот кто-то явно умеет многое.

— Или знает, — уточнил Тулла.

— Точно — знает, — согласилась я. — А ты молодец, Спарти.

— Я?

— Ещё день трезвости и у тебя хватит смелости завалить меня в койку! Ну, хотя бы подумать робко об этом.

Он вспыхнул как девчонка, а я довольная результатом взяла под локоть Рилу и мы отправились отведать её стряпню на нижнюю палубу.

— Подождите меня, — выкрикнул Тулла ещё более решительно. На каплю. — И мы не посмотрели нашу находку!

* * *

— Это просто бластеры, — заявила я скучающим тоном.

— Это не просто бластеры! — горячо возразил Тулла Спарти, — Это модифициррванные Вестар-34. Уникальные!

— Откуда ты знаешь? — спросила Рила.

— Эй, я не только в выпивке разбираюсь. Оружие это моя вторая страсть!

— Так в чём уникальность? — спросила я.

— Это джедайские бластеры.

— Джедайские? Всем известно, они не очень их жаловали.

— Но не под конец Войны Клонов. Партия Вестар-34 была переделана в Храме на Корусанте. Но после падения джедаев пропала, — пояснил Тулла. — Смотри, магнитная линза заменена на кибер-кристалл!

— Пусть так. Но что это даёт?

Тулла пожал плечами.

— Они сделали это, значит, в этом видели смысл. Здесь восемь бластеров.

— Тогда возьмём все по одному, — предложила я. — Рила, выбери первой.

Твилечка взяла самый крайний, Тулла выбирал долго, как красавица вечерний наряд, но взял пятый.

— Спасибо, он мне подходит, — проговорила я снимая бластер с его ладони.

Тулла надул щёки. Ну же, поставь меня на место! Но он вернулся к ящику и вытащил за рукоять номер восемь.

— А что делает кибер-кристалл? — спросила вдруг Рила.

— Он фокусирует энергию... — начал Спарти.

— Да ерунда, — прервала я. — Он меняет местами причины и следствие.

— Как такое возможно? — не поняла твилечка.

— Это все чушь и сказки, — заявил Спарти. — Если подать на кибер-кристалл энергию...

Я отмахнулась от него.

— Представь, Рила, событие, например, я пролила каф. И его множество последствий: одежда запачкана, я иду её бросить в очиститель, Тулла видит меня с голой жопой и поскальзывается на пятне кафа, ломает себе руку, мы тратим на него все бакта-пластыри, я вывожу из гипера корабль чуть позже... и так далее.

— Я... поняла.

— Что ты хочешь всем этим сказать? При чём здесь кибер-кристалл? — недоумённо спросил Тулла.

— А вот при чём. Допустим, мы подали энергию на кибер-кристалл гиперпривода и выходим из гипера чуть позже чем нужно, и оказываемся прямо посреди кантины где меня ждёт горячий каф.

Я посмотрела на их лица и, довольная, утопала в сторону кокпита. Стоит мне скрыться из их поля зрения, как улыбка больше не держится на моём лице. Вообще, открывать суку-реальность разумным стоит по капле. Возможно, я чутка переборщила сегодня.

Гиперпространственный путь Бисской Дуги выглядит странно. Приходится быть настороже, спокойные и ровные участки гипера сменяются разрывами, которые выбросили бы нас в трёхмерное пространство, а там неизвестно что ждёт. Но мне вовремя удаётся найти лазейку, путь.

— Голонет подсказывает что Бисская Дуга насыщена s-передатчиками, — сообщил Тулла не отрываясь от датапада.

— Эй, у тебя есть гиперсвязь? — воскликнула я. — Скачаешь мне пару серий Энфис Нест?

— Нет сети. Я закачал сведения для оффлайн, заранее.

— Предусмотрительно, — похвалила я. — Но в следующий раз не забудь сериал.

— Мне не нравится эта конопатая швабра! — воскликнул Тулла.

— То есть ты не станешь смотреть вместе со мной и Рилой? — поинтересовалась я игривым тоном.

— Ни за что, — отрезал Тулла, и на его счёт у меня капнуло ещё пара пеггатов. — Но вам скачаю — после завершения миссии. У нас на борту сериально-сухой закон.

Я посмотрела на него сузившимся взглядом. Гизка объявила войну ранкору? Это уже интересно.

— Так что такое s-передатчики? — напомнила Рила.

Тулла порылся в датападе и выдал:

— Это маяки гиперкоординат, но не те монструозные станции древности, которые можно найти на самых больших маршрутах галактики, а небольшие автономные устройства, которые помогают пройти небольшой участок пути... если звездолёт имеет правильные коды доступа.

— А мы видим сейчас сигналы этих устройств? — продолжила допытываться Рила.

— Ничего мы не видим, — прояснила я. — Кто-то тщательно зачистил инфраструктуру этого участка Дуги.

— Интересно, с какой целью? — задумался Тулла Спарти.

— Бисс — райский, плодородный мир, пригодный для большинства галактических рас, — пояснила я. — Эти беженцы, о которых ты рассказал нам, стремились туда.

— Но не могут пройти дальше по гипермаршруту, — добавил Тулла.

— Именно для этого?

— Непонятно как давно это произошло, — пожала я плечами.

— А что если найти и обследовать один из передатчиков? — предложила Рила. — Или его останки. Мы сможем что-то понять?

— Возможно. Но нужно найти место установки, а это не так просто, мы не можем взять пеленг на неработающий передатчик, — пояснила я.

— Это и не нужно. У меня есть их координаты. Нескольких из них, — заявил Тулла и скинул их с датапада в бортовую сеть данных.

— Хм, до ближайшего всего час, — прикинула я гиперускорение. — Не знаю что нас там ждёт, но лучше пристегнитесь.

— Разве твоя Сила не предупредит тебя об опасности? — поинтересовался ехидно гизка-Спарти.

— Меня предупредит, вас нет, лучше не рисковать.

Я проверила что есть у этого "курьера" из вооружений. Не густо. Курсовой турболазер и автоматическая бластерная турель, прикрывающая лишь шлюз который в корме. По сути не сильнее истребителя, не обладая его манёвренностью и ускорением, а парочка таких отправит нас на свидание со звёздами гарантировано. Хорошо что лазер имеет приставку "турбо", это даёт дополнительные возможности. Генератор защитного поля имеет только фронтальные излучатели, что значит корму подставлять вообще нельзя. Но в сочетании с турболазером может получиться интересно — в бою на встречных курсах.

Я задумалась почему я вообще задумалась про бой. Сила проявляет себя по разному, нужно привыкнуть к её посланиям, тем более что они всегда идут изнутри живых существ. Вот почему я проговорила спокойно:

— Боевая тревога.

— Что нам делать? — спросила Рила встревоженно.

— Одеть вакуумплотные комбезы из спаскомплектов и быть готовыми к борьбе за живучесть звездолёта. Почитайте инструкции, у вас на это меньше часа.

— Это скучно, — проворчал Тулла.

— Может, нам сразу забраться в спасательные капсулы? — пискнула Рила.

— Их не предусмотрено на столь малом корабле, — ответил недовольно Спарти.

Сама я надела пилотский шлем из комплекта звездолёта и загерметизировала его с воротом моего комбеза, только лицевой щиток пока открыт. Ещё через несколько десятков минут я положила ладонь на рычаг гиперпривода.

— Три, два... раз!

Я нажала и синее пламя за транспаристилом кокпита превратилось просто в звёздное сияние Ядра. Корпус корабля немедленно потряс удар.

— Нас атакуют?! — прокричали позади меня.

Я щёлкнула тумблером активации переднего щита. На экране побежали проценты заряда. Крутанула штурвал и мы избежали ещё одного удара, но попали под третий.

Мы вырвались одновременно с появлением защитного поля, я заложила разворот и погасила вектор скорости. Мы зависли напротив кучи крупных фрагментов какой-то станции.

— Эй, Хеда, твоя Сила ошиблась! Здесь нет врагов.

— Ошиблась ли? Мы могли разбиться об эти обломки и тогда вам понадобились бы комбезы... не на долго.

— Это и есть s-передатчик? — спросила Рила.

— Это станция, в которой мог быть передатчик, — уточнила я.

— Слишком крупная для просто передатчика, — усомнился Тулла Спарти.

Я осторожно отжала штурвал и "Звёздный курьер" выдвинулся вперёд. Перещёлкнула тумблер и на транспаристил кокпита спроецировались данные сканирования. Станция, а это была крупных размеров станция развалилась на три части, в одной угадывается шлюз, во второй реактор, а в третьей ничего не угадывается кроме сферической формы. Вокруг и внутри всего этого висят и слабо вращаются множество осколков поменьше.

— Её взорвали! — заявил Тулла.

— Не похоже, — возразила я. — Её расстреляли и она развалилась. Взрыва реактора не было, иначе здесь было бы пустовато, а мы видим множество осколков. Но всё равно это странно.

— Почему? — удивилась Рила.

— Осколки должны были разлететься, но что-то удержало их вместе.

— Подлетим и посмотрим? — предложил Тулла.

— Нет, вышлем разведчик.

Я в несколько нажатий активировала и взяла управление на себя небольшим дроидом-разведчиком, который должен быть в комплекте любого звездолёта, но которого часто нет. Захлопнула лицевой щиток шлема и погрузилась в мир, показываемый мне камерами дроида.

— Хедрика! — воскликнула Рила. — А можно и нам посмотреть?

Хедрика?! А она становится посмелее Спарти. Надо щипать её чаще.

Я вывела картинку на голопроектор, который вмонтирован в столик пассажирского отсека.

— Какой отсек посмотрим первым? — спросил Тулла.

— Самый интересный, — откликнулась я, направляя разведчик к непонятного назначения обломку.

Вообще, разведчик сильно похож на имперского поискового дроида — этакая летающая таблетка с репульсорами, только без манипуляторов и вооружения. Зато имеет улучшенные сканеры и помехозащищённый передатчик. Я направила разведчик к сфере с вырванным боком, к которому, очевидно, крепился или шлюз или отсек реактора. Аппарат подлетел к зазубренному краю и заглянул внутрь. Цифры радиации прыгнули вверх, а камера дроида показывает свечение в центре сферы.

— Не стоит туда лезть если не хотим потерять разведчик, — доложила я команде.

— Но что это за устройство? — спросил Спарти.

— Был бы голонет, мигом бы вычислили просто по картинке, а так, остаётся зафиксировать параметры... на потом, — подытожила я.

— Эй, постойте! — остановил нас Тулла Спарти. Я откинула лицевой щиток и глянула в своё чудесное зеркальце — Тулла принялся листать свой датапад. — Вот!

— Очень похоже, — проговорила Рила.

— Похоже на что? — рыкнула я нетерпеливо.

— На имперские перехватчики! — пояснил победитель Бухого Кореллианского тура.

— Мм... думаешь, это проектор гравитационного колодца?

— Всё сходится! При взрыве станции он удержал на время осколки. Вообще, он предназначен выбрасывать пролетающие звездолёты в обычное пространство, где их встречают...

— Кто?

— Мм... кто-то.

— Вот именно, — согласилась я, — Нельзя просто поставить проектор на станцию, он требует серьёзной защиты. Не даром их ставили на модифицированный ИЗР.

— Не похоже что эту станцию кто-то защитил, — добавила Рила.

— И какой вывод? — подбодрила я рилотку.

— Защита улетела? — предположила твилечка.

— И это означает какой-то кризис на... Биссе! — заявил уверенно Тулла. Плюс ему пеггат.

— Мы знаем этот кризис — падение Галактической Империи после смерти Палпатина, — фыркнула я.

— Эй, помните, мы хотели понять когда это произошло, — напомнила Рила.

— Вот это довольно легко — спасибо радиации. — Тулла, лови данные по излучению, полураспад и всё такое, вычисли нам дату происшествия.

— Почему я? — возмутился Спарти.

— Ты — наша научная секция! Как минимум, ты классифицировал в своих мозгах бесчисленное бухло и оружие, значит, обладаешь некой дисциплиной разума.

Глядя на его лицо я почувствовала себя отомщённой за Энфис Нест. Ну, за одну серию отомщённой. Тулла, что-то недовольно бурча зарылся в датапад.

— Горе мне! — воскликнул он через восемь минут.

— Что, пришлось изучить курс школьной физики? — фыркнула я.

— Нет! В датападе была программа инженерных расчётов, но я стёр её чтобы не платить подписку!

— Тогда ручками, ручками. Рила, пищи ему лист флимси и стило.

— Не до такой степени плохо, — отмахнулся Тулла. — Есть просто калькулятор.

— Ура, — резюмировала я и направила разведчик ко второму обломку — к отсеку шлюза. — А вот и интересное!

— Что там? — вскинулись оба моих пассажира.

— Похоже на антенны связи, значит, где-то там и передатчик. Так, Рила, одевай скаф и дуй туда, нам нужно это оборудование!

— Я?! — ужаснулась девушка.

— Ну не я же. Тулла занят расчётами на сутки вперёд.

— Эй, мне хватит одного часа!

— Не важно. Каждый член команды должен вносить свой вклад. Я пока подведу "Курьер" поближе.

Рила отстегнулась и поплелась к турболифту. Через восемь минут я увидела как из шлюза выбралась фигура в скафе и полетела к недалёкому шлюзу. Я тем временем вернула разведчик, облетев им отсек напрочь мёртвого реактора.

— Я отсоединила блоки, — доложила Рила.

— Тащи их на борт. Тулла, что с расчётом?

— Плюс-минус десяток, но эта станция уничтожена полсотни лет назад.

— То есть, ещё пожила после Империи. Хм.. Но, главное — не недавно.

— Значит, — заключила Рила, поднявшись на турболифте, — это не чья-то реакция на беженцев в системе Пракит?

— Но в чём смысл? — удивился Спарти. — Проектор колодца ссаживает корабли из гипера! Если кто-то блокирует маршрут Бисской Дуги, уничтожать станцию не выгодно!

— Если есть кому её защищать, — возразила я. — Иначе станция становится просто маяком по Бисской Дуге. И тогда лучше уничтожить чтобы сделать Бисс недоступным никому... кроме джедаев иди ситхов, которых нет.

— То есть, всё дело в том что защитные силы... ушли, исчезли? — предположила Рила.

— Найти их даже более интересная и важная задача, — решила я. — В любом случае, двигаемся к Биссу, если и есть ответы на наши вопросы, они — там.

— Не на Хомме?

— Хомм — это чаны клонирования. Они могли их продать кому угодно. Если не ложный след, то тупик — скорее всего. Но мы проверим — после Бисса.

— Значит, летим на Бисс? А я пока... — начал Тулла.

— Летим, но чуть позже. Подождём пока вы вместе с Рилой, изготовьте автономный маяк с s-передатчиком. Можете использовать дроида-разведчика и пару энергоячеек "Курьера".

— Эй, я едва разобрался с расчётом как ты накидываешь мне задание словно я астромеханик!

— Ты молодец, Тулла Спарти, — улыбнулась я и он оторопел. — Продолжай в том же духе и я позволю сделать мне массаж ног. Работайте, мне нужно ээ... помедитировать перед новым гиперпрыжком.

Я стянула с себя шлем, и протопала в одну из двух кают которую отжала себе, где плюхнулась на койку. Смежила веки. Есть какая-то связь между произошедшим на Биссе — а то что там что-то случилось очевидно, ведь Бисская Дуга это путь к Биссу, всё остальное вторично, и всеми-нами сестричками. Флот охраны Бисской Дуги и Бисса исчез — вот в чем причина. Или это следствие? В любом случае, он нам всем нужен — если он ещё есть, этот флот. С флота мысли плавно перешли на истребители, которые я пилотировала. Имперская "бабочка" — любовь с первого взгляда. Звездолёт самоубийц. Максимум эффективности, минимум защиты пилота, словно они бесконечные. Но так и было в Галактической Империи — бесконечные ресурсы, включая разумных. Сколько было сделано ИЗР, десятки тысяч? Основной ударный корабль, его тяжёлые, даже монструозные версии не в счёт, их единицы. И на каждом дестяки тысяч разумных команды и десанта. Сотни TIE и его модификаций. Но что у нас есть сейчас, со всеми этими беженцами? С точки зрения разумных ситуация даже получше — говоря о мобилизации, ведь беженцы не обременены имуществом и перспективами, из таких легко набрать армии... как бы цинично ни звучало. Осталось найти технику. А экономикой всего этого пусть занимаются другие Хедрики. Решено!

Я упруго вскочила с койки и шмыгнула в турболифт. Палубой ниже кипит работа, хотя Тулла скорее командует. Но и Рила огрызается, уворачивается от его рук. Посмотрела в тайне Энфис Нест? Я кивнула им обоим и прошагала по коридорчику в нос звездолёта где устроен роскошный салон. Диван с красной кожей, столики из настоящего дерева с кромкой из ауродиума, голопроекторы с тактильным эффектом — для тех кто скучает в одиночестве, массажный освежитель на две персоны и бар, сейчас пустой — неполный список того что есть. Но меня интересует свободное пространство в самом носу. Вообще по проекту "Звёздного Курьера" здесь под ногами носовой погрузочный пандус, но он то ли наглухо заварен, то ли вовсе демонтирован. Но если нет, было бы забавно его открыть во время космической вечеринки толстосумов, ха-ха!

Я встала посередине и засветила мой меч. Фиолетовое пламя вырвалось с торца цилиндра, запылало звёздной плазмой, сжигая воздух и тут же превращая его в озон. Виртуальные частицы заплясали на его кромках, которых на самом деле нет, отдавая мечу энергию вакуума. Я вывела перед собой учебные материалы — спасибо голо-интерфейсу очков. Скачать пособие по первой джедайской форме обращения со световым мечом было не сложно. Эта информация широко распространена в голонете, и никому теперь не нужна. Ведь ни она, ни остальные стили боя, что так и остались тщательным секретом джедаев и ситхов, Сила им судья, не помогли им никак. Вообще, невесомый без инерции лезвия меч, способный уничтожить что угодно, прямо просится на минималистичный набор движений. Назовём их — форма Убийства. Ведь нам с сёстрами не нужны эвфемизмы, анималистичные или эмоциональные сравнения — световой меч зажигается для убийства, расчленения, в лучшем случае ожога или отсечения конечностей.

Проверить нашу гипотезу здесь не на ком и я просто занялась "боем с тенью" — с первой формой Решительности. Шаг и взмах. Поворот. Держим дистанцию. Минимизируем свои движения, тем самым делаем минимальными движения пылающего лезвия. Со стороны выглядит не очень эффектно, но плевать. Фехтование существует там где есть чем блокировать удар, но у светового меча это только "лезвие", что ограничивает возможности... почти до нуля. Вот и получается что задача простая — коснуться противника кончиком прежде чем он коснулся тебя, выпалил из бластера или бросил гранату. Какие ещё варианты? Ах, да, отбить выстрел, но это просто — но возможно только предвидением Силы. Есть предвидение — отбиваем, нет предвидения — умираем. Что для меня, для всех нас-Хедрик соединилось в одно и то же событие. В любом случае, у противника не будет шансов. Но и мне помирать столько раз не хочется, это, между прочем, и больно, и страшно. Казалось бы, знаю что не конец, а всё равно страшно. Ничего не помогает преодолеть этот страх, проще отдаться чувству и честно бояться. Как тогда, в штольнях астероида. Страх вдёт на тёмную сторону Силы — твердили призраки, но меня он никуда не ведёт, я тупо впадаю в ступор, как гизка. Эмоции, которые ситхи лелеяли, а джедаи давили в себе мне никак не помогут в Силе. Это и плюс и минус. Я — слаба, по сравнению с ними, древними, но мне не нужно выхолащивать по-джедайски или выжигать по-ситски свою личность в обмен на, и я — сильна по сравнению с ними. И вопрос — кто это для меня, для всех нас устроил, и какие ставит цели — не так важен. Ведь мы с "сёстрами" сами выбираем свой путь...

Три главных вещи: стойка, скорость, и правильные с точки зрения предвидения Силы движения. Я закончила отрабатывать все элементы моей новой формы Убийства за час, но нужно повторять вновь и вновь — до автоматизма. Возможно, это наивно — драться с голограммой. Возможно те призраки в штольнях подыгрывали мне. Узнать насколько близка я к реальности поможет только реальность, как бы банально ни звучало. Но глупо не подготовиться хотя бы так.

Я забралась в отсек освежителя, который на этой роскошной яхте предлагает даже воду, а не какой-то там звук, и плескалась в нём пока в дверь тихо не постучались.

— Это я, Рила... — долетело приглушённое.

Я открыла створку.

— Рассказывай, — распорядилась я, продолжая бесстыже нежиться под контрастными струями.

— Мы закончили с передатчиком...

Я сунула правую ладонь в нишу и на неё пала крупная капля тяжёлой маслянистой жидкости, которая под струями воды превращается в неиссякаемый поток пены.

— И для этого нужно меня отрывать от столь приятной процедуры?! — изумилась я.

— Ещё, я посмотрела серию!

Пена покрыла меня всю от вытянутой вверх правой руки до пальчиков ног. Я прикрыла веки и принялась массировать пальцами левой руки голову. Пена попала в рот и я фыркнула, несмотря на приятный вкус. Послышался возмущённый вскрик Рилы.

— И как тебе Энфис?

— Я думаю что эта Энфис Нест — несчастное создание! Вот!

Поток пены иссяк, но она облепила всю меня плотным слоем. Я провела ладошками по и вокруг груди, по бокам, сгоняя пену ниже.

— Согласна с тобой, — проговорила я серьёзно.

Рила немного опешила.

— Тогда зачем ты мне её рекомендовала?

Ниже растут ноги, нужно вымыть и их. Я закинула левую уперев в стенку кабины и провела ладонями до самой ступни. Потом так же с правой.

— Ты тоже выглядишь несчастной. Смотри на чужую жизнь, но подумай о своей. У тебя даже имени нормального нет, — Я пожала плечами, но девушка в ответ молчит. — Пф, ну чего ещё от меня хочешь, спинку мне потереть?

— Вот ещё, — ответила Рила тонким голосом, но решительно. — И меня зовут Рила! Правда.

— Вот видишь: не зря посмотрела серию. Всё, иди уже, я буду через четверть часа.

Но она не ушла, а принялась тереть ладошками мне спину, медленно спускаясь вниз от шеи. Я зажмурилась, но через полминуты сбрызнула её струёй воды. Раздался возмущённый визг, створка освежителя защёлкнулась — с размаху.

Всё-таки, рилотки — странные создания.

А у меня опять отклеился "паучок" нейроинтерфейса. Справившись и с этим, и с тем я натянула комбез и космоботы.

— Всё, я готова, — проинформировала я выйдя из освежителя Туллу Спарти и Рилу, которая при виде меня почему-то налилась на щеках своей рилотской синью.

— Пока вы там развлекались, я нашёл кое-что любопытное.

— Выкладывай.

Я повалилась на красный диван и вытянула ноги. Всё же, яхта это хорошо. Не знаю как бы мы все ужились в каком-нибудь банта пууду вроде квадджампера.

— В s-передатчике сохранились логи...

— А вот это интересно, Тулла Спарти!

Я подскочила с дивана и мгновенно оказалась возле него, выхватила из его рук датапад. Тулла возмущённо вскинулся, но я чмокнула его в щёку, прыгнула обратно на диван и погрузилась в чтение.

— Так что нам делать с передатчиком? — спросила Рила.

— Здесь он не нужен, выкинем его позже.

Я пролистала логи запросов от звездолётов. Последняя запись примерно тридцатый год Галактической Империи, и это одиночный корабль на пути к Биссу, идентификатор такой-то. А вот за год до этого массовый прыжок в гипер, что подтверждает гипотезу об ушедшем флоте. Но странно то что координаты прыжка не принадлежат Бисской Дуге!

Я поспешила в кокпит и ввела координаты в навикомп. Результат не очень — просто точка в пространстве Глубокого Ядра. Стоп! Здесь всё меняется, и складки гиперпространства, и взаимное положение звёзд, которые тянут за собой эти складки цепями гравитации. За более чем полсотни лет координаты протухли. Но если восстановить карту какой была... для миллиардов звёзд? Задача миллиарда тел даже звучит бредово. Но как иначе найти куда ушли звездолёты? Рассуждая логически, проектор гравитационного колодца должен прикрывать не меньше чем ИЗР, у которого, в свою очередь, собственное прикрытие из кораблей поменьше. И всё это исчезло.

Миллиарды звёзд. Но нет невозможного для Силы. Я положила ладони на штурвал, переключив его на управление гиперускорением. Ведь что такое Сила? Сила — это верный путь. Или это путь, который становится истиной. И пусть мириады Хедрик на моём месте промажут, заблудятся, сгорят с звёздной плазме, я, Хеда, проведу "Курьер" к цели, а, значит, и всех нас.

Я коснулась рычага подачи энергии на гипердвигатель и мы канули в синюю бездну.

* * *

Мы зависли в пустоте в точке гравитационного равновесия между двух звёзд. Мелкие старые карлики, почти коричнивые в видимом свете, они вращаются друг вокруг друга — вокруг нас сейчас, на смешном по галактическим меркам расстоянии. Но всё же их излучения хватает чтобы забить сенсоры, а масса звёзд маскирует любой объект между ними. И этот объект здесь есть.

— Похоже на крейсер времён Республики, — заметил Тулла Спарти.

— Что говорит твой датапад? — спросила Рила.

— Датапад не нужен, — остановила я. — Это "Арквитанс". Видите треугольный блок из трёх двигателей? Клиновидный нос?

— Согласен. Пошлём запрос?

— Я не чувствую там жизни. Просто стыкуемся.

Я взялась за штурвал и "Курьер" медленно пошёл на сближение с левым бортом, к его почти центру, где виден круглый стыковочный шлюз. Крейсер мёртв или в состоянии глубокого сна. Нет ни огней, ни излучений, но и повреждений обшивки тоже не видно. Я развернула наш аппарат кормой вперёд. Автоматика шлюза крейсера так же не подаёт признаков жизни, но это и не нужно, стыковочный модуль универсальный, а это значит что работает и в пассивном режиме, подчиняясь нашему шлюзу. Так и произошло.

— Идём все трое? — уточнила Рила.

— А ты хочешь остаться?

— Нет!

Мы спустились на турболифте и в несколько шагов оказались в стыковочном отсеке крейсера, достаточно обширном чтобы принять целиком даже шаттл, но не "Звёздный курьер" с его длинным носом.

— Пока мирно, — заметил Тулла и проверил на поясе рукоять бластера.

Внутренняя створка подчинилась своей консоли и мы прошагали по длинному коридору в самый центр крейсера.

— Похож на законсервированный, — предположила Рила. — Эй, что это за установки?

В центральном отсеке, который тянется от кормы до раздвоенного носа мы насчитали сорок массивных аппаратов. Я заглянула в один, с трудом отвалив створку двери, внутри пусто.

— Это те самые клонические чаны? — предположил Тулла. — Оу, Хеда, мы нашли твой дом!

— Аха-ха, — прореагировала я мрачно. — Дом, да не мой. Приглядись: здесь всё новое.

— Идёмте на мостик! — предложила Рила.

Всё работает на этом крейсере, даже турболифт. Нас вознесло и мы шагнули на командную палубу. Тулла сразу приник к компьютерам, Рила примеряет себя в капитанском кресле, а я прилипла к транспаристилу кокпита. Две звезды здорово заслоняют прочие, на фоне сияния Ядра они скорее тёмные дыры и трудно поверить что от них исходит жар побольше чем от иного гиганта.

— Что в логах? — окликнула я. — Может, бортовой журнал?

— Это было бы слишком просто, — пробормотал Тулла. — Всё тщательно стёрто.

— Нужно запустить энергосистему, проверить тут всё. И не забудь приёмники голонета!

Спустя час я уже сижу в голонете, ищу кое-что пока идёт закачка свежей серии.

— Не перестаю удивляться разумным! — оторвал меня Тулла. Я вскинула бровь с двумя ауродиумовыми кольцами. — Чужаки сжигают планеты одна за одной, заселяют своей биодрянью, триллионы беженцев, в Галактике нет силы способной чужаков не то чтобы остановить, замедлить, а кто-то снимает бесконечный сериал как конопатая Энфис Нест их всех побивает!

— Есть, — поправила я.

— Что — есть? — не понял Тулла.

— Есть сила. Есть сила их остановить.

— Ты имеешь в виду эту вашу Силу?

— Я имею в виду себя и сестёр.

— Пф!

— Что значит: "пф"?

— "Пф" значит "пф". Очень нескромно!

— Хорошо, пусть — скромно. Так лучше? Что-то изменилось к лучшему? — проговорила я с вызовом.

— Да. Я меньше испытываю набуанский стыд за тебя!

— То есть пусть Галактика сгорит лишь бы Тулла Спарти не вышел из сферы комфорта?

— Эй, ты утрируешь!

— Зато показываю твою мелкость и мелочность.

— Зато сама раздула своё эго до размеров хатта!

— Но как бы мы ни сдувались-раздувались есть объективная реальность в которой чужаки.

— И несколько сестричек-клонов с манией величия! — завёлся не на шутку Спарти. — Что заставляет тебя, всех вас быть уверенными в своей роли спасителей?

— Ты сам ответил на свой вопрос. Мы — уверены. Будь на нашем месте члены некоего Ордена, покончившего самоубийством сто лет назад, у тебя бы не возникло вопросов?

— Их было бы меньше. Ведь у Ордена есть предыстория и репутация.

— Была предыстория и репутация.

— А как сейчас? — вмешалась Рила.

— Сейчас они сами — история, и нет репутации, — фыркнула я.

— А как же Скайвокер? — воскликнула Рила.

— Удачная месть? — уточнила я, хлопая ресницами. — И кому известно что стало с ним дальше?

— Но были попытки создать новые Республики! — воскликнул Тулла Спарти. — Вдруг это он?

— И были попытки Империй, — парировала я. — Вдруг это снова ситхи?

— Поясни. При чём вообще тут Орден? — потребовал Тулла.

— Эй, это не я сказала "Скайвокер". Но ты сказал "Республика".

— Я сказал: при чём здесь ты и твои клоны? Вы претендуете на роль Ордена среди разумных — вот при чём Республика.

— Мы претендуем. Знаешь, место вакантно — много мест. В том числе место где могло бы быть государство.

— Рассуждая по-твоему стоит возникнуть государству и проблема чужаков решена?!

— В пределе. Говоря "государство" мы имеем в виду его основную функцию.

— Какую? — пискнула Рила.

— Защиту самоё себя, конечно же. Заодно разумных.

— Тогда Империя была тем что нам нужно, — заметил Спарти язвительно.

— Империя смогла защитить себя ещё меньше чем Республика, — возразила я. — Её настолько пронизала метастаза воли императора, что с его смертью всё превратилось в гнилые останки, словно ген'дай с нервами выжженными после электрошока.

— Но ты утверждаешь что вы, "Хедрики", лучше Ордена, который создал Республику?

— Оу, я лишь утверждаю что место вакантно.

— Этого достаточно?

— Кому? Разумным — без сомнения. Все мы идём за лидером, особенно когда других нет. Особенно когда вокруг беда.

— Но достаточно ли вам самим? И вашим соратникам? Что вас сдержит от превращения в маленьких "палпатинов"? И в чём ваша воля?

— Вопросы, ответ на которые даст время... или мы с вами втроём разыщем первоисточник, — направила я.

— Но это не ответ для сейчас, — продолжил Спарти упрямо.

— Хорошо. Мы все, "Хедрики", — просто гизки!

— Ответ твой требует пояснения от бригады протокольников, — съязвил Спарти.

— Мы мало что делаем сами, но другие вокруг нас. Та самая ошибка Палпатина — быть везде ключевым элементом. Мы тоже везде, но везде от нас мало что зависит, кроме изначального посыла — призыва к борьбе!

— И ты думаешь это сработает? — усомнился Тулла Спарти.

— Я вижу как это срабатывает, — загадочно пояснила я. — Вот почему не спешу к... нашим с сестричками истокам.

— Потому что они не так важны? — предположила Рила.

— Не важны, но имеют ценность, — полусогласилась я.

— Поясни, — потребовал Спарти.

— Ценны больше для вас. Ведь это вам нужны громкие имена: Палпатин, Скайвокер.

— Звучит запутанно, — пожаловалась Рила.

— Займёмся этим, — подытожила я. — Что там с энергосистемой?

— Запускается, — пробурчал Тулла Спарти.

Я отлипла от окна кокпита и протопала у нему, встала за плечом.

— Отлично. Вы справитесь здесь с Рилой?

— Эй, ты хочешь нас бросить?

— А что? Выкину s-передатчик и сюда от Пракита сможет прыгнуть любой звездолёт — кто знает об этом, и коды.

— Но мы останемся здесь заперты! — возмутился Тулла.

— Но не изолированы. Разве не ты настроился на передачи нашего ретранслятора? Всегда сможешь позвать на помощь, сообщишь частоту и код маяка и помощь придёт.

— Но этот крейсер не сдвинуть с места всего лишь двумя разумными!

— Двигать не нужно. Запасов полно, просто ждите пока прибудет призовая команда.

— А ты куда? — спросила Рила.

— Я — на Бисс. И, упреждая вопросы, что-то мне подсказало что вам двоим туда нежелательно.

— Подсказала Сила?

— Она самая.

— А как же Хомм? — вспомнил Спарти.

— Мы обнаружили чаны — и это наша ниточка. Если она и ведёт на Хомм, то чисто технически. Нам нужно разматывать её в другую сторону, — пояснила я своё видение ситуации.

— И всё-таки, мне не хочется здесь оставаться, — заметил Тулла уже не так решительно.

Я склонилась и чмокнула его в щёку. Обняла Рилу. Махнула им ладошкой и скрылась в турболифте.

И вот я одна в "Звездном курьере". S-передатчик выкинут неподалёку от крейсера, выкинут так чтобы прибывающие на его сигнал оказались сразу в секторе обстрела всех четырёх спарок турболазеров "Арквитанса". Вообще, здесь, между двух коричневых звёзд хорошее место для тайной базы. Слишком хорошее, чтобы оставить его без присмотра. Но ответы на наши вопросы сами себя не найдут и я отжала штурвал "Курьера".

"А что насчёт Бисса?" — прилетело в наш чат "Хедрика_ALL" от 0813.

"Лечу туда, но не ждите многого", — напечатала я. — "Навигация Бисской Дуги к нему разрушена — намеренно."

"Удачи, сестричка!", "Mahn uhl Fharth bey ihn valle!".

Через восемь минут я потянула рычаг подачи энергии на гиперпривод. Путь через синие хляби гиперпространства занимает часов восемь, и одну остановку, которая дарит ещё один совершенно целый, но с иссякшими энергоячейками s-передатчик. И вот он Бисс... место где мог бы быть Бисс. Я уставилась поражённо на планету, обезображенную космическим катаклизмом. Иначе интерпретировать увиденное сложно. Голонет говорил о сине-зелёном свечении плодороднейшей биосферы, и свечение есть, но болотных оттенков, и слишком тонкий слой атмосферы. Так светится смерть в её радиоактивном обличии! Из планеты вырван приличный кусок коры, образуя астрономических размеров кратер. Внутри всё застыло потёкшим камнем, словно кто-то выпил энергию горячего планетарного ядра. Обломки, если верить радарам "Курьера" усеяли хаотично орбиты и даже не начинают формировать пояса.

Я настроила на наши частоты и выкинула s-передатчик с замененной энергоячейкой, активировала защитное поле и тронула штурвал. "Курьер" медленно, но всё быстрее вдвинулся в это поле осколков. Мимо на звёздной скорости пролетел средних размеров астероид, чтобы врезаться в куда меньший, отбросить его, сыпануть фонтаном мелких камней, изменить траекторию и умчаться в неизвестность. И ещё один, и ещё. Я еле успеваю уворачиваться. Вдруг внимание привлекают энергетический всплески, идущие из-за терминатора планеты. Я направила звездолёт на орбиту ниже к поверхности, там гравитация повымела хотя бы крупные куски скал. Дугой обратно чуть выше и на ту сторону планеты. Вспышки регулярные, но ритм рваный. Через минут восемь радар показывает корабль, окутанный защитным полем. Лазеры ПКО работают в режиме метеоритной атаки, распыляя на оплавленные камешки метеориты побольше. Маневровые двигатели включаются редко, и бестолку — корабль уйти не успевает, вспыхивает защитное поле и крупный астероид отброшен в сторону.

Я подвела "Курьер" ближе и становится понятно что это не корабль, а целая станция. "Голан III", если верить корабельному классификатору. Защитная станция, но Бисс защитить не сумела... но уцелела сама, и это настораживает.

На панели гиперприёмника загорелся сигнал вызова. Я нажала кнопку и появилась голограмма сервисного дроида серии WA. Он уставился на меня своими жёлтыми окулярами и проскрипел на двоичном.

— Эй, я не понимать, — откликнулась я.

— Неизвестный "Звёздный Курьер", пришлите идентификатор и код доступа, иначе будете уничтожены.

— "Курьер" не может прислать идентификатор, это всего лишь корабль. Ты должен спрашивать разумных на борту, — возразила я. — Каков твой приказ: уничтожить неизвестный корабль, или неизвестных разумных на борту корабля?

— Запрет, запрет обсуждения приказов.

— Ты должен выполнить приказы!

— Подтверждение: я выполняю приказы.

— Если тебе приказано уничтожить разумных, то ты — боевой дроид!

— Отрицание: я не боевая модель.

— Значит, ты не можешь уничтожить разумного!

— Подтверждение: я не могу уничтожить разумного.

— Значит, ты не должен уничтожать неизвестный корабль, пока на борту разумные!

— Противоречие в мотивации. Приказ: приоритет выше. Я должен уничтожить неизвестный корабль!

— Но можно иначе: разумные должны покинуть корабль прежде чем ты его уничтожишь! — подсказала я.

— Неизвестный корабль: приказываю разумным покинуть неизвестный корабль, — подхватил WA.

— Принято, — согласилась я. — Обеспечьте стыковку, и разумные смогут покинуть корабль.

— Принято. Следуйте в первый ангар. Активирую притягивающий луч.

"Курьер" подхватила внешняя сила и я выключила двигатели. Обычно дроиды в сложной ситуации обращаются к разумным хозяевам, но сейчас нет, что значит разумные недоступны на станции... по тем или иным причинам. И это интересно.

Я проверила легко ли срывается с магнитного пояса световой меч, где подвешен джедайский бластер с кибер-кристаллом. Надвинула на глаза голо-очки и поправила паучка нейроинтерфейса, чтобы не отпал в ненужный момент. Глянулась в зеркальце. Пора бы снова подбрить висок, а то выгляжу как межзвёздный скиталец по самым дальним кантинам. Прошагала к шлюзу. "Курьер" миновал завесу поля, удерживающую атмосферу и был мягко поставлен на дюрасталевый пол ангара. Я открыла пандус заднего шлюза и прошагала клацая космоботами по его наклонной поверхности. Меня встречает отделение дроидов неизвестной модели, у всех укороченные, для боя на палубах, бластерные винтовки, стволы направлены на меня. Позади них разумный! Высокий и когда-то голубоглазый мужчина крайне преклонных лет, на щеке и виске длинный глубокий шрам, с которым не смогла справиться даже бакта. Одет в тёмно-серую униформу и головной убор с квадратным козырьком. Знаков различия нет.

— Так-так, кто к нам пожаловал? — улыбнулся скупо он и мне его улыбка отнюдь не понравилась. — Сама Хедрика Палпатин! Опрометчиво с твоей стороны сюда заявиться! Но я знал и ждал чего-то подобного, что рано или поздно ты придёшь за своим наследием. Но ты его не получишь!

— С какой стати ты думаешь что воспрепятствуешь мне? — бросила я с вызовом, ничего не понимая. Ладонь моя покоится на рукояти меча, вторая на рукояти бластера. — У тебя ничего не выйдет.

По его знаку дроиды направили на меня дополнительные стволы.

— Нужны ещё аргументы? — холодно добавил он.

— Эй! Я вообще не в курсе что здесь происходит! — решила я сменить тактику.

— Конечно, не в курсе. Но скоро ты узнаешь мои планы. — И добавил буднично: — Огонь.

Я успела зажечь светак, и он отразил куда-то выстрел. Полоснула мечом — минус дроид. Но остальные семь скрестили на мне лучи, как оказалось, станнеров, и я увидела словно со стороны как одеревенело моё тело и рухнуло на дюрасталь палубы. Меня споро подхватили металлические руки и понесли впереди хозяина станции. Заволокли в медицинский отсек и положили на стол. Запястья и щиколотки обвили ленты металлических захватов.

— Я знаю, ты слышишь меня. — Он потянулся к моему комбезу и со сноровкой разрезал его от горла до щиколоток. Задрал топик. — Пять тысяч пятьсот пятьдесят пять. Что это значит?! Ты — не она?! Ты — её жалкий клон?! Гм. Не столь важно. Мне хватит и точной копии, верно?..

Он усмехнулся и провёл ладонью по моей щеке, поигрался ниже. Хорошо что я ничего не чувствую. Я смотрела на него, поражаясь собственной наивности и глупости. Лучше бы я умерла там на палубе, тогда бы был шанс. Но этот негодяй знает об изначальной Хедрике! Слишком много знает, чтобы оставить его в живых — в конце концов.

Он склонился над консолью медцентра и надо мной нависла тумба автоматического хирурга. Выдвинулся манипулятор с иглами и прозрачными трубками к ним. Блеснула капля на кончике одной иглы и та вонзилась мне в плечо. Я почувствовала как по телу разливается жар, а мысли путаются и исчезают. Последние — я действительно нащупала ниточку, но как бы мне на ней не повеситься.

* * *

И вот я лежу свернувшись калачиком, голую кожу морозит дюрасталевый пол. На каждом военном корабле или станции есть карцер, и это он. Двери в её привычном смысле нет и это спорное решение. Есть потолок перекрытый силовым полем, которое чуть мерцает неприятным красноватым светом. И почему эти злодеи всегда раздевают девушек? Хатт, как холодно! Я глянула вниз, мне кажется или моя грудь сжалась на один размер? Вот за это он мне точно ответит! И ещё кое за что.

Я разогнулась и присела на корточки. Медленно поднялась и принялась делать разминку. По телу разлилась толика тепла, но меня не кормят и новое тепло брать неоткуда. Сейчас мне жаль что Сила доступна мне так как доступна — то есть практически никак. Я не согрею себя и не вышибу Силой двери. Разумный не придёт со стеклянным взглядом освободить меня. Вообще, про меня здесь словно забыли. Или это и есть его план? Взять от меня ему нужное и просто выбросить?!

Ярость наполнила меня, все мои клеточки. Будь в моём клонированном теле мидихлорианы, я бы уже расплавила этот отсек! Но без них ярость — это не путь на Тёмную сторону, а бесполезная эмоция. Так, спокойно, Хеда, мыслим рационально, жалкая ты копия, гизка, проглоченная, но застрявшая в глотке ранкора. Что мы знаем о злодее? Ничего, кроме того что он какой-то экспериментатор хаттов. Иначе зачем было брать... мой материал? Очевидно, что он против планов той Хедрики, изначальной... какими бы они ни были. И где она шляется, сучка?! Могла бы уже помочь... если жива. Видения Силы, посетившие меня в тоннелях астероида подсказывают, что не всё так просто с нашей "основой". Не важно. А важно отсюда выбраться!

Я подпрыгнула, и кончики пальцев мазнули недалеко от плёнки защитного поля. Взвилась ещё раз и их обожгло. Запахло палёной кожей. Мда... Я осмотрела пальцы. Терпимо. Я могла бы преодолеть эту плёнку, если бы она не отбрасывала обратно. А боль можно... нет, не вытерпеть, но принять.

Почему силовое поле отталкивает? Интересный вопрос. Поле есть нечто эфемерное. Да и мы все состоим из пустоты. Даже твёрдые тела это гигантская, по сравнению с размерами атомов, пустота. Но силы электромагнитные имеют длинные руки и каждый мелкий атом раздувается до толстой молекулы, которые упакованы в свои кристаллы или полимерные цепи достаточно плотно. И вот мы видим твердое вещество. Но силовое поле имеет иной принцип. Я поднапрягла память и что-то вспомнилось, обрывки слов и терминов... спин, принудительная изотропность... не важно! Важно то что в основе технологий силового поля лежит всё то же гиперпространство. Гипер — главная технология Галактики! Она везде: в репульсорах, в метаматериалах, в кибер-кристаллах. Даже радиаторы звездолётов выкидывают тепло в гиперпространство! В преобразованном виде, но это не отменяет... отменяет!

Я подобралась. Всё просто. Сила и гиперпространство, их связь... существует. Если так, то любые технологии на основе гипера подчиняются Силе как... будто являясь её непосредственной частью. Сейчас гиперприводы стали самовоспроизводимой технологией, что значит: вы не можете сделать гиперустройство не имея другого гиперустройства. Но первый гиперпривод изобрели ракатанцы — после того как овладели Тёмной стороной Силы. И это доказывает связь Силы с гиперпространством! Но что если прервать эту цепочку причин и следствий хотя бы локально? Силе это, гм, по силам, если она и есть — первопричина. Mahn uhl Fharth bey ihn valle, Хедрика-5555!

Я воздела руку ладошкой вверх. Хатт, что я творю?! При чём здесь ладонь и пафосная поза?.. Я прикрыла глаза, вздохнула, накачивая лёгкие и мышцы кислородом, и прыгнула высоко вверх как рей-рыба из-под поверхности бездонного набуанского озера. Пробила плёнку поля, которое не могло бы существовать в какой-то иной Галактике... или здесь и сейчас. Меня опалило огнём и я закричала! Но никакого противодействия, а это главное. Я упала в проход между таких же ям-карцеров и торопливо огляделась. Вдалеке огонёк голокамеры, я подняла себя на четвереньки, но это не гордо, тогда на две ноги и бросилась от голокамеры прочь. Завернула за какой-то угол, чтобы столкнуться с дроидом!

— Нарушитель режима! — отреагировал "жестянка" и направил на меня бластер.

Я отмахнулась от него, с пальцев сорвались искры, немного, но дроиду хватит. Он завис, поводя из стороны в сторону бластером, а я, тряся ладонью, которую ломит от боли, поспешила уйти с линии огня, а то кто его знает. Попробовала выломить из манипуляторов дроида бластер, но куда там!

Я оставила несчастного и побежала по коридору туда, где есть жизнь, отличная от механической. И как только прапрадед бил всех молниями?! Какая-то искра и я сама корчусь от боли, а на подушечках пальцев пеплом сереет и улетает хлопьями кожа. Хотя, нет, это привет от силового поля. Я притормозила у секции стены из полированной дюрастали, такие ставят на перекрестках коридоров во избежание столкновений, увидела себя и ужаснулась. Последствия контакта с полем куда серьёзнее и я не знаю долго ли протяну без бакты.

Эта станция огромна. Не DS-1, но сравнима с ИЗР и пешком особо не побегаешь. Вспомнить куда и как меня везли после медотсека не удаётся и я задумалась что делать, не прекращая работать ногами. Идея не думать, а довериться случайности за которой в нашей Небесной Реке стоит Сила пришла одновременно с этой случайностью — я выскочила в локальный узел контроля, полный дроидов, но есть и пара разумных мужского пола, которые оторопели при виде моих вторых признаков. Я взмахнула левой, ещё целой рукой и дроиды отправились считать электронных гизок.

— Что, не видели голую девушку? — прохрипела я оставшимся, тут же проведя первому удар в нос.

Эффекта неожиданности хватает только на первого разумного, он захлебнулся кровью и пропустил второй мой удар существенно пониже, взвыл и рухнул добитый третьим ударом. Но второй разумный, куда более массивный и опасный протянул руки меня схватить, я сместилась влево и назад, и его выпад прошёл мимо. Короткий удар ступнёй ему сзади в голень заставил его споткнуться, но на этом мои успехи закончились. Он поймал мою правую руку и вывернул так что я взвыла! Молнией пронеслась мысль что делаю глупости и надо его поджарить той самой молнией, но нет, она убивает и меня, только медленней. И тут он доломил и я скорее услышала, чем почувствовала хруст. Боль накатила мгновением позже и я, обезумев, всадила пальцы левой ему в глаза, и тут же с них вдарило короткой страшной молнией. Он дёрнулся и сполз с меня безвольным куском плоти, у которой выжжен мозг.

Не соображая от боли в сломанной руке и во всём теле я добралась до терминалов и принялась искать медотсек, потом путь в медотсек. И этот путь становится устлан дроидами и парой трупов, а я вся скрючена от обратного эффекта электрических разрядов, который всё же поменьше прямого эффекта.

Я заползла в медотсек и заблокировала его изнутри насмерть. Надеюсь, это задержит их хотя бы на сколько-то. Залезла в бакта-камеру и вырубилась...

Сознание не то чтобы уплыло, но я на грани. Сквозь прозрачные стенки бакта-камеры я вижу как рухнула дверь и в медотсек врывается отделение дроидов, за которыми маячит разумный. Я высовываю над камерой левую руку и с пальцев бьют молнии. Бакта тут же залечивает повреждения, а я бью во вторую партию дроидов с правой руки, на этот раз достаёт и разумного, который был позади. И снова лечение. Так продолжается некоторое время пока они не меняют тактику, прикатив переносные щиты. Но я направляю молнии в сверхпроводник энергосистемы и весь сектор станции погружается во тьму, кроме моей бакта-камеры, у которой энергоячейки.

Масштабировать мой небольшой успех не составляет труда и через восемь минут я слышу сирены аварийного останова реакторов. Врубилась аварийная система и пошёл обратный отсчёт на восемь часов.

— Будь проклята! — доносится до меня крик, но хозяин станции не спешит показываться на глаза. — Ты — чистое разрушение! Как же я ненавижу вас обоих — и тебя, и твою хаттову мать! Её полоумного деда! Его чумного учителя! Всех вас, проклятых!!! А ты, ты — прощай и упокойся в этом склепе, который сама себе создала. Тварь!

— Эй, дед, я даже не знаю кто ты такой! — прокричала я, но меня уже не слышат.

Я погрузилась в подобие покоя, но и настороже. Через пару часов, которые нужны для окончательного восстановления я вылезла из бака, протопала оставляя маслянистые следы к побоищу у входа в медотсек. Мда. Если дроиды выглядят просто неактивными, некоторые даже остались стоять, то разумный без сомнения мёртв, судя по серой коже, которая сливается с его серой униформой. Мелькнула и пропала мысль позаимствовать его одежду — уж лучше голой.

Станцию потряс удар. Меня бросило вперёд, но я устояла. Я торопливо обшарила медотсек ещё раз и обнаружила сейф. Хм! Сейф, когда-то запертый на электрозамок. Это даже смешно. Потянула за ручку и его внутренности подарили мне и мой светак, и Вестар-34 модифицированный. И пару пробирок, да не простых, а с микрогенераторами стазиса. Я всё же забрала с того тела пояс, но прикрепила к нему своё имущество. Выгляжу нелепо, но желающих посмеяться не встретилось до контрольного зала, который заперт на приличных размеров бронедверь.

Я активировала светак и фиолетовое пламя озарило стены станции. Проплавить бронедверь можно, но долго, и я приступила к стене рядом. Глупость проектировщиков, а, может, коррупция строителей, но стена тоньше и дюрасталь марки попроще, чем у двери. Она поддалась через восемь минут и трапеция с узким основанием, выжженная по периметру с неким уклоном, вывалилась на ту сторону. В проём немедленно полетели бластерные выстрелы, но ни один не смеет задеть меня. Я перепрыгнула расплавленный, светящийся белым край стены чтобы оказаться на мостике — одном из мостиков станции "Голан III".

— Сдохни, тварь! — прокричал разумный, одетый в нагрудник от некой брони.

Наёмник открыл ураганный огонь из двух бластеров, на что я отвечаю сиянием меча. Отражённые выстрелы улетели кто куда, но один в другого разумного. Почему-то неактивны все дроиды. Я повредила на станции что-то важное?..

— Предлагаю переговоры! — крикнула я и выпалила из бластера в наёмника.

Джедайская модификация хороша. Или это я косая? Не важно. Выстрел угодил не туда куда я целилась, где только что был наёмник, а туда куда наёмник скакнул. Его крутануло и отбросило на дюрасталь пола. Он тут же попытался подняться, но я подлетела к нему и занесла меч.

— Неплохой вид, — прохрипел он, глядя на меня снизу вверх.

— Ты ведь не хочешь чтобы это стало последним зрелищем в твоей жизни?

— Я подумаю о твоём предложении — в другой раз.

Наёмник откинул бластер. Второй валяется в стороне, где сбилось несколько разумных одетых как техники или вроде того. Я отшагнула и наёмник сел, опираясь на руку, поморщился от боли в обожжённом плече.

— Имя и звание! — скомандовала я.

— Марк Сорд. Рядовой, хе-хе... Что дальше, красавица?

Я подобрала его бластеры и разрубила их одним движением меча. Он поморщился ещё раз, но молча.

— Эй, вы! Кто среди вас главный? — обратилась я к техникам.

Четверо разумных замялись, но вытолкали одного вперёд себя. Рыжий парень заозирался затравлено, потом на меня, в его взгляде проглянула какая-то эмоция, помимо страха.

— Я — Седар Лайтен, младший биолог... что с нами станет?

— С вами? А что для вас запланировал тот безумный дед?

— Вы говорите об Эйдане Волкере?

— Не знаю. Эй, Марк Сорд! Я говорю об Эйдане Волкере? — уточнила я.

— Да, ты говоришь о Волкере.

Я хмыкнула и уставилась пусть на на техников, но на учёных.

— Сколько вы взяли проб? — потребовала я.

— К-каких проб?

— Не прикидывайся шааком, Седар Лайтен!

— Ч-четыре.

— И где они?

— Одна уже в к-камере. И три в сейфе медотсека.

Я задумалась на мгновение. Нащупала пробирки, и их две.

— Марк Сорд!

— Здесь я, красавица...

Станцию сотряс ещё удар, гораздо сильнее. Мы все попадали, гравикомпенсаторы на время отключились, но притянули нас к полу вновь.

— Запри этих учёных поблизости и можешь посетить медотсек. Седар Лайтен, покажи ту камеру. Эй, вы все! Ни у кого нет сомнений что моя голая задница имеет право командовать?

Они замотали головами, наёмник скривился, а Седар Лайтен мелко закивал. Я выключила светак, но оставила бластер. Показала дулом рыжему что пора топать. Мы прошли до турболифтов, они не работают, тогда чередой коротких пандусов, что заменяют на этой базе лестницы спустились вниз в основной корпус базы. Путь длинный, много боковых ответвлений и просто отсеков, этот путь подарил мне серую униформу, и космоботы не хуже моих, но тоже противно серые.

Мы вошли в длинный отсек, полный знакомых мне чанов. Остановились у третьего.

— Вот, — проговорил Лайтен.

Я уставилась в окошко, в котором ещё ничего не видно, но Сила подсказывает мне что там уже затеплилась жизнь.

— Энергоячейка?

— Две, с горячим резервированием, — охотно пояснил Седар.

— А процедура какая?

— Ускоренная, восемь лет.

Я промолчала. Сила кричит мне что что-то не так.

— Переведи на один к одному, — распорядилась я. — Ещё не поздно?

— Почти поздно, — И под моим настойчивым взглядом: — Я попробую.

— Просто, сделай это.

Он склонился над терминалом, пальцы его забегали по его поверхности. Он отстранился и замер в ожидании. Спустя минут восемь нажал ещё пару раз. Ладонь его стёрла испарину, что выступила на лбу.

— Ну, что там? — спросила я нетерпеливо.

— Кажется, получилось.

— У клона будет мой геном?

— Это не клон...

— И кто... второй? — Лицо парня запылало, делая его похожим на тви'лека-летана. — Понятно. Седар Лайтен, ты ведь даже не поцеловал ни разу меня!

Я с удовольствием смотрю как он сейчас лопнет. Показала пальчиком на свою левую щёку, где пара мелких родинок. Он осторожно приблизился. Быстро ткнулся и его отшатнуло.

— Красавица, не знаю твоего имени! Я тоже был бы не против!

Марк Сорд оставил где-то нагрудник, а левое плечо его крест на крест заклеено бакта-пластырями.

— Я — Хедрика Палпатин. Но назовёшь иначе чем "Хеда" и я приму к тебе карательные меры. А поцеловать можешь шаака в задницу.

— Как скажешь, Хедрика, — проговорил он с ухмылкой. — Кроме последнего.

Я прошагала к нему. Привесила на пояс бластер и подняла правую ладонь. Меж пальцев заплясали искры.

— "Хеда".

— Хорошо... Хедрика. Красивое имя. И фамилия... известная.

Я прижала ладонь к его ране. Он смотрит мне глаза в глаза, но чуть сверху. Искры вдруг налились красным цветом и охватили всё его плечо. Боль в моей руке такова что хочется её немедленно отрубить, но у Марка Сорда не дрогнула ни одна чёрточка на лице, только заиграли желваки на челюсти.

— Ну, тогда ладно, — отступилась я. Повернулась к Лайтену. — Чего ждёшь? Грузи камеру на репульсорную платформу. Я не намерена её оставлять в этом склепе.

Я оглянулась на Сорда.

— Это было... не очень приятно! — заявил он.

— Согласна. Но всему своя цена. Расскажи мне про этого Волкера. Что-то много развелось Волкеров...

— Он сбежал на твоём "Курьере".

— Спасибо что начал с конца, но начни с начала. Дед упомянул какое-то "наследие"...

— Я простой наёмник, Хедрика. Моя работа — защищать его тушку.

— Ты не справился. Но я не верю в просто "простой наёмник".

— Отчего не веришь?

— Сила подсказывает. И твоя физиономия.

— Хм. Ну, ладно. Я думаю что информация о "наследии" хранится на инфочипе. Волкер таскает его на шее на цепочке никогда не снимая, он и улетел с ним.

— Это всё известное о нём?

— Что хочешь узнать? Эйдан Волкер — величина в научном сообществе. Но известен только по псевдонимам. И он довольно стар.

— Насколько стар?

— В более мирные времена в Галактике разумный с деньгами мог жить и по двести лет... и он на полпути к этой цифре Даже более чем... я не знаю точно. Он родился ещё до Клонических Войн. Остальное узнаешь у него самого — если будет на то воля твоей Силы.

— Не густо. Но ладно. У нас есть более насущные вопросы.

— Как выбраться со станции прежде чем её забодают астероиды?

— Ты угадал.

— Никак. Здесь нет ни кораблей, ни спасательных капсул.

— И вы с этим мирились?!

— Ты видела что произошло с Биссом?

— Да уж...

— Это результат оружия, которое сделали по приказу твоего прадеда.

— Ещё одна Звезда Смерти?

— Что-то попроще, но и даже посмертельнее. В любом случае, всё уничтожено взрывом. Из трёх "Голанов" остались только мы.

— Эй, это было давно?

— Лет шестьдесят назад.

— Значит ты — тоже старик?!

— Не совсем, — смутился Сорд.

Я сузила на него взгляд и расхохоталась.

— Тогда, привет, братец-клон!

— Не называй меня так!!! — рявкнул Марк Сорд.

— Оу, оу! Хорошо, как скажешь. Ты тоже "ускоренный"? Как планировали для... жизни в этом чане?

— Я — нет. Или не сильно. Биологический возраст лет тридцать. И я помню себя с... пяти? Наверное, так.

— Как помнит себя обычный ребёнок, — заметила я рассеянно. — Как минимум, здесь на этой станции именно те самые технологии...

— Те же что были у тебя?

— Предположительно — да. Но Волкер ваш Эйдан в "моих" явно не при чём — судя по излитой ненависти.

— Или при чём — и именно поэтому ненавидит, — предположил Сорд.

— А ты не знаешь?

— Я знаю последние лет двадцать.

Всё сходится — по срокам, подумалось мне.

Двойной удар по станции выбил пол из-под ног. Взвыли сирены и освещение погасло. Сменилось мигающим красным.

— Мы выберемся отсюда, — успокоила я Марка Сорда и Седара Лайтена, последний только что погрузил клонический чан на репульсор. — Проследуем в ангар номер один. И, Марк, забери тех разумных. Ещё есть кто-то на станции?

Оба мотнули головами. Ангар нас встречает крохами энергии в накопителях, и пустотой на месте моего, ладно, нашего "Звёздного курьера".

— Отправимся пешком? — усмехнулся Сорд.

— Не совсем. Лайтен, где-то здесь был сервисный дроид серии WA. Активируй его и садитесь за передатчик ангара.

— У тебя есть план? — усомнился наёмник.

— У меня есть Сила.

— Эй, вы, джедаи, вечно валите всё на Силу!

— Кто сказал что я джедай? — спросила я холодно.

— Ну... ситх? Оу, оу! Мне без разницы!

— Точно не ситх. Ладно. Что-то да произойдёт. Вот-вот.

Из-за пульта диспетчера ангара долетели фразы:

— Неизвестный крейсер... идентификатор... уничтожить...

— Да ладно! Чем уничтожить? Разве что запустить в качестве снаряда его тупую металлическую башку. Эй, Лайтен! Готовьтесь принять "Арквитанс". Мне кажется в этот ангар влезет даже он.

Спустя восемь минут я увидела как через плёнку удерживающего атмосферу поля просунулся клиновидный нос, потом корпус крейсера, и трёхсотметровая громадина в клубах ледяного пара опустилась на дюрасталь палубы. Откинулась одна из передних аппарелей и я махнула на разумных ладонью чтобы подымались на борт.

— А что делать с дроидом? — спросил вдруг Лайтен.

— Заберём с собой. Эй, WA-шка, шагай на борт!

— Это противоречит моим директивам, — возразил дроид.

— Я могу перегрузить твою систему и это устранит противоречие, — пригрозила я, поигрывая искрами меж пальцев левой руки.

— Аварийная отмена устаревших директив, — тут же заявил этот искусственный разумный. Добавил: — Новый хозяин.

— Странный дроид, — пробормотала я.

Мы поднялись в крейсер, где нас встречают двое с бластерами.

— Мы искали Бисс, — пояснил Тулла Спарти. — Но нашли вас.

— Мы думали ты в "Звёздном Курьере", но он не ответил на запросы и прыгнул, — затараторила рилотка Рила.

— Опрометчиво с его стороны, — заметила я и добавила с досадой: — И у него слишком большая фора.

Мы прошли в кокпит крейсера, кроме Лайтена с его помощниками и Рилы, которые заняты установкой нового чана. Я уселась на место пилота. Крейсер поднялся на репульсорах повинуясь мне и выскользнул из ангара номер 1.

— Без энергии станция всё равно долго не выдержит в этой куче камней, — пояснила я зачем навожу турболазеры. — Эй, жестянка! Садись на место офицера по коммуникациям.

— Принято-принято, — отозвался WA.

Я нажала кнопку и потоки голубого огня пробороздили станции бок. Я сосредоточила огонь на башнях, потом на корпусе. Через минуту сразу два крупных астероида добили её, а я схватилась за штурвал уводя "Арквитанс" от опасного места.

— Что дальше? — поинтересовался Тулла Спарти, с подозрением глядя на Марка Сорда.

— Дальше — больше. Марк Сорд, на тебе турболазеры. Тулла, займись щитом и реактором. Я не оставлю этого ублюдка в покое. Готовьтесь к гиперпрыжку, мы пойдём по следу — по его горячему следу.

* * *

Каллист VI висит под лёгким крейсером типа "Арквитанс", с прозрачной до самой поверхности атмосферой, что свойственно для жарких засушливых миров. Жёлтая с коричневым поверхность где едва ли можно найти пятна естественных водоёмов, и горы, сглаженные основательно жарой, превращены ветровой эрозией в причудливые лабиринты, уступы, нависающие и ниспадающие скалы, и просто в кучи скалистого грунта, который штурмуют редкие островки зелени, что нащупали подземный источник.

— Это ведь планета-тюрьма Галактической Империи, — поделился победитель Кореллианского "бухого" тура Тулла Спарти.

— Слишком громко сказать "планета", — возразил Марк Сорд, единственный наёмник среди нас. — Просто: тюрьма на планете.

— Империя давно исчезла! Неужели там до сих пор заключённые? — воскликнула рилотка Рила, единственная "рила" среди нас.

— Эй, заключённые в Галактике — это просто бизнес, — пояснила я. — Я знаю о чём говорю. Шакки Ностроп, мой бывший... ээ... пилот возил кое-что для таких... гм... тюрем.

— Слишком много "гм" в твоих речах, — заметил Марк Сорд. — Хедрика.

— Эй! Почему ему можно звать тебя "Хедрикой"? — вскинулся Тулла, но его проигнорировали.

— Это была контрабанда? — уточнила рилотка.

— Как говорил Шакки, без таможен нет контрабандистов. Это был груз: оружие, стимуляторы и бухло.

— Я бы сейчас не отказался от стаканчика "кореллианского", — проговорил мечтательно Тулла Спарти.

— Ты бы никогда не отказался! — фыркнула я. — Но перейдём к нашим шаакам. След "Звёздного курьера" выводит в эту систему, и поскольку кроме тюрьмы или бывшей тюрьмы здесь ничего нет...

— То нужно отправиться туда, — заключил Марк Сорд.

Он расправил плечи под своей бронёй, снятой, как утверждает, с останков мандалорца. Всего лишь нагрудник, но выстрел бластера держит. Если это не мой Вестар-34 модифицированный.

— Как твоё плечо? — поинтересовалась я.

— Странно. Зажило очень быстро.

— Спасибо целительной бакте!

— Слишком быстро даже для бакты. Не важно. Я готов!

— К чему? — не понял Тулла.

— К миссии по проникновению.

— А, может, расстрелять их из турболазеров? — предложила я задумчиво.

— Эй! Дави, дави в себе дух прадеда! — выкрикнул Марк Сорд.

— Но как ты представляешь себе проникновение? Скрытное? Мы висим над ними! Думаешь, про нас не знают? И у нас нет шаттла!

— Конечно, знают. И Волкер знает про этот крейсер.

— Мы можем посадить крейсер подальше и двинуться пешком, — предложила Рила.

— Ни за что! — отрезал Тулла Спарти. — Эта хаттова планета убьёт меня точно. В рейтинге хаттовых планет пустынные гористые безводные занимают второе место. Поверьте моему опыту, я побывал на тысяче миров!

— А что на первом месте?.. — спросила я рассеяно.

— Первое место ещё ждёт меня, — заявил Тулла серьёзно. — Я верю что и лучшее и худшее ещё впереди.

— Мы можем просто сесть на эту базу, — предложил вдруг рыжий, наверное, чандрилец по происхождению, но это не точно, Седар Лайтен. — Я что-то вспоминаю, из справочника по Глубокому Ядру, её посадочная площадка примет даже крейсер.

— То скрытное проникновение, то вломиться через главные ворота, — фыркнул Тулла. — Вы определитесь чего хочется! Или, кто-то планирует чтобы нас взяли штурмом?

Седар Лайтен пошёл пятнами, а Марк Сорд прищурился глядя на Туллу, словно сквозь прицел бластера.

— Мы пойдём двумя путями, — решила я. — Первая группа использует одну из спасательных капсул крейсера, пока вторая группа имитирует переговоры под прикрытием турболазеров.

— Нужно понять что у них с ПКО, а то ни первый, ни второй вариант добром не закончится! — фыркнул Марк Сорд.

— А вот для этого мы и используем орбитальную бомбардировку, — проговорила я удовлетворённо. — Эй, жестянка!

— Слушаю-слушаю, — отозвался сервисный дроид WA с его места офицера по коммуникациям. Посмотрел на меня жёлтыми окулярами. Странный дроид.

— Дай мне канал связи с этой тюрьмой. Остальные — уйдите из фокуса голо-камеры, и — ни слова!

Я подошла к яме ситуативного голо-экрана крейсера, положила ладони на поручень, который её окаймляет. Спустя секунд восемь появились голубоватые линии, которые сформировали чересстрочную голограмму пожилого разумного, одетого по-граждански в плащ со стоячим воротником.

— На связи Хедрика Палпатин с борта крейсера "Арквитанс", — заявила я. — Кто вы и каков статус бывшей тюремной колонии Империи?

— Я — Оррен Требо, мэр свободного Каллиста VI. Каковы ваши намерения? Мы — мирное поселение!

— Населённое уголовниками? — хмыкнула я.

Оррен Требо неодобрительно сощурился.

— Бывшими полит-заключёнными. Подумайте дважды прежде чем предпринять незаконные действия. Нам найдётся чем вам ответить!

— Оу, вы говорите о законе? Здесь, в Глубоком Ядре?

— Здесь, на Каллисте закон это я, — отрезал разумный.

— Ладно. Нам нужно переговорить с разумным, который сел у вас на "Звёздном курьере".

— Какого рода... переговоры? — уточнил мэр.

— В меру агрессивные. Он украл мою яхту — кроме всего прочего.

Оррен Требо оглянулся куда-то налево, губу его зашевелились, а через секунду кивнул.

— Вы можете сесть, но не на крейсере.

— Уж не сомневайтесь, крейсер останется на орбите, — согласилась я с намёком, который, судя по дёрнувшемуся веку мэра Требо, был немедленно понят. — Конец связи.

Я оглянулась на наших.

— Что будем делать? — спросила Рила.

— Действуем как запланировали, но с уточнением: будет три группы. Марк Сорд и... Рила отправятся кружным путём, вы двое — наш "самозванец" в колоде.

— Эй, зачем мне эта рилотка? — возмутился наёмник.

— Чтобы не скучал ночью в пустыне, — отмахнулась я, и щёки Рилы налились цветом. Тулла Спарти подался вперёд, но сник когда я сказала: — На крейсере останется Тулла и научная секция. Я, рыжий парень и... жестянка спускаемся во второй капсуле к городку. Обратно мы все — на "Звездном курьере".

— А если ничего у нас не выгорит? — проговорил Марк Сорд.

— Тогда турболазеры.

Марк Сорд хмыкнул и все засобирались. Мы трое свободно разместились в спасательной капсуле, предназначенной для восьми разумных. Я уже послала Седара задраить люк, как в капсулу ввалились Марк и Рила.

— Мы выйдем по дороге, — пояснил наёмник, бухнув на пол два джетпака и пару глухих шлемов. — Иначе засекут две капсулы.

Рила в ужасе уставилась на джетпаки. Подняла на меня умоляющий взгляд, но я провела пальцами по её руке и рилотка, вздохнув пару раз, чуть успокоилась.

— Ты уверен что они работают? И откуда вообще взялись?

— Оу, ты не знаешь свой крейсер? Да он забит всякой всячиной! Мечта наёмника!

— Мечта — не мечта, но даже не мечтай! — отрезала я. — Ну, может, после успешной миссии.

— А ты умеешь ясно выражаться, — хмыкнул Марк, но я вижу что слова мои действуют, а это главное.

Вообще, я мелю языком скорее по велению Силы... к чему бы это ни привело.

— Эй, я тоже хочу вниз, в кантину, — донеслось по корабельной связи от Туллы Спарти.

— Тогда надейся на то что нас всех там прижмут и тебе придётся садить крейсер.

— Не стану я на такое надеяться, — буркнул Тулла. — Удачи!

Я оглядела разумных и искусственных разумных в виде сервисного WA. Все пристёгнуты, даже жестянка. Потянула красный рычаг. Нас немедленно выплюнуло и за транспаристилом обзорного окна засияла плазма от трения об атмосферу. Я взялась за всё тот же красный рычаг, который направляет, если можно это назвать управлением, снаряд капсулы. Потянула и нос аппарата нацелился на одну из невысоких горных вершин, а они на Каллисте из-за эрозии все невысокие.

— Ты точно знаешь куда править? — забеспокоился Седар.

— Конечно. Видишь там что-то блестит?

— Ничего я не вижу!

— Спокойно, парень, — проговорил Марк и положил тому руку на плечо. — Рила, нам скоро на выход. Одень лямки и я проверю.

Девушка отстегнулась и с трудом взвалила на себя джетпак. Кое-как застегнула. Одела шлем, под который еле спрятались её лекку. Марк Сорд проделал те же операции в три раза быстрее, проверил её застёжки, что-то там подтянул и скомандовал отрывисто:

— Я открою люк, а ты, Хедрика, кувыркни капсулу, чтобы сбить радары, и нас просто выбросило инерцией.

— Принято. Даю отсчёт: Mahn... uhl... Fharth... bey... ihn... valle... пошли!

Я потянула рычаг аварийного открывания люка и крутанула капсулу. Взвыл воздух, уши у всех мгновенно заложило, а наёмника и рилотку выплюнуло из капсулы. Я тут же закрыла люк и выровняла аппарат — с трудом. Тюремное поселение стремительно вырастает и даже с высоты видно что здания врезаны на нескольких уровнях в скалы, и все наружные стены сделаны из транспаристила, даже посадочная площадка приличных размеров, на которой разместилась пара звездолётов. Я врубила посадочный режим и капсула развернулась и медленно опустилась на репульсорах, замерла. Мы все отстегнулись и прошагали к откинутому люку, чтобы выйти на прозрачную площадку, на которой под нашими ногами видна приличной глубины бездна. Идти поверх и здорово, и страшно!

— Откуда столько транспаристила? — спросила я встречающего нас разумного. — Это не самый дешёвый материал!

— Посёлок строился как элитный курорт, — пояснил разумный в плаще серого цвета. Проговорил что-то в коммлинк. — Применение оружия на Каллисте запрещено, карается изгнанием в пустоши... гм... для вас — примет решение мэр Требо.

— Эй, мы не собираемся конфликтовать. Но вот этот "Звёздный курьер" — моя собственность.

— Вы можете это подтвердить? У вас есть электронный сертификат? По понятным причинам запись в гражданской базе данных, доступной через голонет сейчас недоступна.

— Легко. Я там в каюте накарябала кое-что на стене, часть тела моего бывшего дружка!

Разумный поморщился.

— Это слабый аргумент, но не мне решать.

— А кто способен?

— У нас есть суд.

— Дай угадаю: судья это мэр?

— Вы проницательны, — улыбнулся встречающий. — Пройдёмте, звезда Каллиста не очень милостива к тем кто проводит под ней много времени.

— Вот почему всё сделано из транспаристила, — пробурчал тихо Седар Лайтен, но его услышали.

— Всё верно. Транспаристил убирает вредный спектр, позволяя... отдыхающим принимать на поверхность их тел только лучшие лучи.

— То есть, позагораем, — подытожила я радостно. — Эй, Седар, только не вздумай таращиться на мою грудь.

Мы зашли под нависающую скалу, через открытые двойные ворота — что-то вроде наземного шлюза, прошагали по длинному скальному коридору чтобы очутиться на обширной площадке прикрытой прозрачной крышей. По центру площадки ровное углубление, по периметру несколько отсеков и прозрачный сектор стены с видом на гористый простор. В одном отсеке безошибочно угадывается кантина. Разумных курсирует довольно много, есть и дроиды, на нас обращают внимание, но и только.

— Мэр примет вас позже.

— Прекрасно! — согласилась я. Сопровождающий убыл, и я повернулась к Седару и жестянке. — Пропустим стаканчик, узнаем новости, встретим знакомых? — предложила я.

Научный сотрудник неуверенно кивнул.

— Я предпочту масляную ванну, новая хозяйка, — уточнил WA.

— Ещё не заслужил, — фыркнула я. — Походи по посёлку и собери данные.

— Какого рода?

— Не знаю. Потом доложишь и я приму решение что интересно и ценно.

— Принято-принято.

Странный дроид. Впрочем, что я знаю о дроидах.

Я схватила Седара за руку и потянула за собой к кантине, которая встречает стандартной обстановкой — овальная стойка по центру, где орудует четырёхрукий разумный, и столики что жмутся к стенам чтобы посетители могли прижать к стенам свои спины и смотреть на нас входящих настороженно.

— Эй, бармен!

— Пить или есть? — прогудел хозяин заведения.

— Сведения.

— Это дорого.

— Пеггаты?

— Они самые, — осклабился кантинщик своим очень широким ртом.

— Мы ищем старика.

— Здесь полно стариков.

— Ладно, старика, прилетевшего на "Звёздном курьере".

— Тысяча.

— Ско-олько?!

— Мы отрезаны от Галактики и здесь всё дорого, — пояснил хозяин.

— Давай так. У тебя здесь скучновато?

— Что ты имеешь в виду?! — возмутился четырёхрукий.

— Я имею в виду развлечения. Голограмма танцующих тви'лечек это не танцующие тви'лечки, верно?

— У тебя есть кто-то на примете? Или хочешь сама покрутиться вокруг шеста? Гм.. пожалуй, нет, слишком тощая.

— Эй! Что ты понимаешь в человеческой красоте! Но, ладно, я привела танцовщиц в качестве примера, речь о другом и это... та-да! Конкурс!

— Что за конкурс?

— Конкурс выпивох, конечно же.

— Милашка, здесь таким конкурсом никого не удивить. Тысяча и точка!

— Но не конкурсом с участием... Туллы Спарти!

— Постой... постой! Тот самый победитель Бухого Корреллианского тура?

— Он самый.

— Давай его сюда к вечеру! Я всё организую!

— Не спеши, уважаемый. Ему ещё нужно приземлиться, а на это нужно получить разрешение вашего мэра.

— Гм... я поговорю с Орреном. Какой корабль?

— Лёгкий крейсер.

— ?!

— В том и проблема. Тебе она по плечу? Ээ... по плечам?

— Посмотрим.

— Так что насчёт старика?

— Едва ли ты его найдёшь без моей помощи, — осклабился кантинщик. — Поговорим об этом ближе к вечеру и в компании Туллы Спарти.

Я вздохнула и заказала какого-то оранжевого пойла на нас двоих с Седаром. Мы сели за свободный столик.

— Ты должен напиться, — авторитетно заявила я пареньку.

— Зачем?

— Затем что никогда этого не делал.

— Где здесь логика?

— Где логика продолжать никогда не делать то что никогда не делал? — парировала я своей особенной логикой.

— Например, никогда не бросаться в пасть ранкору? — подначил Седар.

— Оу, так не честно, это плохой пример! Выпивка — пример хороший.

Он застыл на время. Взял неуверенно бокал с оранжевым напитком. Понюхал помахав рукой над срезом, химик хаттов. Пригубил белой пены что поверху. Брови его взметнулись и он сделал осторожный глоток.

— Это вкусно!

— Вот видишь. Выбирая только известные и хоженные пути ты протухнешь как личность.

— Мне кажется, бухать бухло это тот ещё нахоженный многими разумными путь. Нет?

— Так, но не для тебя нахоженный. Ведь мы говорим о твоей личности.

— А что насчёт твоей личности, Хе... Хеда? — почти осмелел Седар Лайтен после всего половины бокала.

— Уверен что тебя интересует именно личность? — Я откинулась на спинку дивана. — Или больше моё прекрасное тело? — Я наклонилась к нему, прошептала губами почти на ухо: — Хочешь присунуть?

Он поперхнулся напитком, который пошёл через нос. Шлёпнул ладонью себе по носу, а я расхохоталась.

— У тебя... хорошее тело, — сказал он наконец.

— Сойдёт за робкий комплимент.

— Но я говорил про личность, — направил он упрямо.

— Эй, я — клон. Тебе известно об этом? — Он мелко закивал. — Какая может быть личность у клона? Это смешно. Я — просто гизка. Живу в своё удовольствие!

— У Марка Сорда есть личность, — возразил Седар и прикончил бокал.

Я пододвинула ему свой.

— У него было время её отрастить? — пожала я плечами. — Тридцать лет, если верить его словам.

— Ты... моложе?

— Да, я маленькая девочка, мне всего годик.

— Но как такое возможно?! — вскричал Седар. — Ты кажешься взрослой разумной. Но клоны не рождаются... взрослыми!

— Ответ на этот вопрос ещё предстоит найти, — согласилась я.

Глаза его разгорелись азартом.

— Я — в деле!

— Ого! Какой прыткий! Когда речь о научном интересе... мм?.. Но, ладно.

Седар под градусом похож на обычного разумного, к каким привыкла, и я задумалась какие же ранкоры его терзают и таятся внутри, когда к нам подвалил родианец.

— Ты! Я узнал тебя! Сколько ни меняй причёску! — прокричал он и наставил на меня бластер.

— Ээ... уважаемый, мы разве знакомы?

— Хаттова джедайка! Я уничтожу тебя! — проорал он и палец его нажал на спусковой крючок.

Расстояние между нами таково, что рассеяние бластерного выстрела нулевое, что значит выстрел в мою голову это выстрел в мою голову, а не мимо, и никакая Сила здесь не поможет, по крайней мере прошлых времён Сила. Я приготовилась умереть и попробовать ещ раз, но что-то пошло не так. Седар Лайтен. Он каким-то диким прыжком метнулся между нами и плазма окутала его грудь, вышла из спины, но уже мимо меня, опалив позади прозрачную стену. Я взмахнула левой рукой и с кончиков пальцев сорвалась настоящая молния, фиолетовая, как пламя моего светака, а правой я обхватила рухнувшего на меня паренька. Правую ладонь свело такой же судорогой как и левую, и я увидела под ней змеистые оранжевые искры, которые буквально впитываются в тело Лайтена, пока родианец корчится и сереет под фиолетовыми.

Вся кантина вскочила на ноги, на нас нацелилось штук шестнадцать стволов, хотя кто их считает. Родианец всхлипнул последний раз, а Седар Лайтен вдруг вздохнул и закричал — словно в первый.

— Эй, да помогите же ему!!! — вскричала и я укладывая паренька на пол. — Быстро тащите бакту! У вас есть медотсек?

Краем поля зрения я увидела как четырёхрукий хозяин замахал сразу всеми конечностями и бластеры один за одним попрятались. Подбежало двое разумных и подняли бедного Лайтена на руки, его потащили на выход из кантины и сразу вбок, путь их хорошо виден через прозрачные стены отсеков, что немного меня обнадёжило. Я откинулась обратно на спинку диванчика.

— А ты беспокойный посетитель, — заметил кантинщик. — Давно такого не было и предвижу проблемы с мэром.

— Эй, это не я выпалила сама в себя из бластера! Да я самая мирная гизка на поле полном шааков!

— Вот почему мы всё ещё разговариваем, — согласился четырёхрукий. — Но эти молнии... мы все здесь помним кто такими швыряется, — добавил он осуждающе.

— Не будем об этом, — ускользнула я. — Кто этот бешеный? Я не спрашиваю что ему от меня нужно, это уже не столь важно.

— Тысяча пеггатов, — осклабился хозяин кантины.

— Запиши на мой счёт, — отмахнулась я, и от движения сыпануло парой искр. Я обхватила ноющую ладонь пальцами правой, и подула на неё, словно поможет. Проговорила хмуро стоящему передо мной разумному: — Видишь, меня нельзя расстраивать этими твоими пеггатами!

— Вижу что тебе не даётся всё это даром. И это хорошо! Ладно, слушай: родианца зовут... ээ... звали Арнек и он прибыл на той кореллианской хлабуде, что можно увидеть на посадочной площадке, он и некий летучий тойдареанец.

— И где второй? У него тоже претензии ко мне?

Четырёхрукий пожал всеми четырьмя плечами.

— Не уверен. Этот Арнек рассорился и с ним, так что делай сама выводы.

— Где найти летучего?

— Он нанялся в мастерские механиком. И хотя мне шепнули что толку от его работы мало, но пригодился обширный опыт. Короче, он — ценный для нас разумный, учти это! И не забывай про наш уговор!

— По рукам!

Я хлопнула по его ладони, но он подставил и вторую, и так далее.

— Его имущество принадлежит посёлку, — предупредил кантинщик на прощание, кивая на серое тело.

Я вышла на площадь под прозрачным куполом. Углубление по центру неплохо бы заполнить водой, расставить вокруг шезлонги и растянуться на одном нежась под лучами Каллиста!

Сказано — сделано. Я прокинула шланг из кантины, который любезно предоставил хозяин, в ночлежке на той же площади — за десять пеггатов!!! — нашли для меня складной лежак. Круглый контейнер послужит столиком, который я заставила бокалами с оранжевым напитком. Спустя полчаса я уже скинула с себя космоботы, стянула серятину униформы, оставшись в одном гиг-наборе, и рухнула на раскладной лежак. Прикрыла веки.

— Эй, малышка! Дай угостить тебя в кантине!

Я приоткрыла веки и ответила наглецу универсальным жестом. Тот немедленно оскорбился и ладонь его начала поиск рукояти бластера, что привешен на магнитном поясе.

— Предыдущий кому в штанах вдруг стало тесно лежит на полу той самой кантины, — пояснила я свой жест. — Но я подумаю над твоим предложением... до вечера.

Разумный усмехнулся и кивнул, прощаясь. Через полчаса кто-то смущённо навис, заслонив от меня лучи Каллиста.

— Это я, Седар, — проговорил Лайтен.

— Ты не умер? — спросила я не открывая глаз. — Найди себе лежбище и располагайся рядом.

Он пропал на долгих четверть часа, и я приоткрыла, наконец, глаза чтобы увидеть почти полный бассейн и несколько разного вида шезлонгов, что натащили подражатели, и даже пару девиц которые соревнуются со мной степенью обнажённости.

Лайтен примостился не раздеваясь в своём прожжённом комбезе поблизости, и я протянула ему один бокал. Он помотал головой.

— Я вроде жив, но это не точно, — смог выдавить он.

Я перегнулась через край лежанки, закинула на него моё довольно длинное бедро и довольно изящную лодыжку, мои губы впились в его. Он задохнулся, но спустя мгновение отвечает, даже чересчур ответил, мне пришлось рывком отстраниться.

— Спасибо, — прошептала я глядя ему в глаза, — что заслонил.

— Спасибо что... оживила, — прохрипел он.

— Эй, я не специально! И это некорректный термин.

— Да к хаттам термины! Никогда не слышал о подобном... воздействии.

— А я знаю о таком. Ситхи могли выпить чужую жизнь, восполняя свою.

— Но здесь не свою...

— Так и я не ситх!

— А кто ты?

— Я — гизка, владеющая Силой!

— Эй, ты не гизка!

— А кто я?

— Ты... Хедрика Палпатин. Теперь могу тебя так звать и я, ведь уже получил свой разряд.

— Аха-ха! А ты даже местами милый. Эй, не топорщи себе там, я имею в виду содержимое головы! — Я взяла его за руку и он сжал мои пальцы. — Знаешь, я вдруг подумала, наверное, хорошо что... вторая половина... той жизни, ну, в клоническом чане, это ты, а не... старый пердун Эйдан Волкер. Но не рассчитывай что вот так вдруг сразу стану покорным шааком! Вообще не рассчитывай что сразу.

— Я бы и не поверил в такое, — усмехнулся Седар более уверенно.

Позади нас раздалось стрекотание и по воздуху выплыл разумный какой-то летучей расы. Тойдареанец? Пусть так.

— Приветствую, личинка! Ой-йе, ты — другая личинка!

— Догадываюсь что ты повстречал моих сестричек. И догадываюсь что они тобой недовольны, — проговорила я.

— Таки недовольны?! — всплеснул ручками разумный. — Это небольшое недоразумение, которое я хотел бы уладить. Могу я говорить об этом с тобой как со всеми?

— Просто, говори со мной. Пить будешь?

— Мне нельзя... из-за стабильности полётов.

Я посмотрела на него весело.

— Было бы забавно тебя напоить, — заявила я откровенно. — Но, ладно. Уже знаешь про своего родианца?

— Ой-йе, он не мой, но я понял тебя. Да, он оказался не очень стойким разумным перед сюрпризами жизни.

— А ты? И что за сюрпризы?

— Я многое повидал. И хочу поговорить с тобой об этом.

— Именно со мной?

— Я обещал твоей сестре-личинке всё рассказать, но не смог... выполнить обещание. И это меня тяготит. Давно тяготит.

— Со времён "клонических"? — догадалась я.

— Даже пораньше. Но, таки, нам нужно найти место где меньше ушей.

Он огляделся вокруг, а вокруг уже полно народу. Кто-то даже залез в бассейн.

— Хорошо. Но сперва я опробую воду. Эй, Седар, ты со мной?

Лайтен стянул прожжённый комбез и я увидела обширный шрам на его груди, на спине, но это шрам, а не дыра с запечёнными внутренностями. Он подошёл боязливо к воде, станционный ребёнок, но я толкнула его в спину и он рухнул как шаак с обрыва в набуанское озеро. Затрепыхался, хотя до дна можно достать ногами. Я прыгнула следом и окатила его тучей брызг, извернулась, проплыла под водой как рей-рыба. Обожаю воду, поняла я вдруг про себя. Выпрыгнула позади него, обхватив руками вокруг шеи. Он крутанул и сбросил и я с наслаждением рухнула и погрузилась на дно, глядя на него сквозь толщу воды. Через минуту он забеспокоился, а через две пересилил себя и нырнул. Я притворяюсь мёртвой принцессой. Он нашарил меня и повлёк к поверхности, а стоит нам всплыть как я выплюнула в него струйку воды и расхохоталась.

— Да ты дразнишь меня!!!

— Конечно. Это минутка другой жизни! Просто — жизни. Лови и запоминай каждое мгновение, скоро у нас не останется времени на... себя, — проговорила я и уточнила: — У меня не останется.

— Эй, я — с тобой!

— Ты пожалеешь.

— О чём? Что ты вытащила со станции где жил считай что в рабстве? Нет.

— Тогда всё норм? Вспомни об этом когда будешь подыхать за мою, за нашу идею.

— Никто не знает что будет завтра, — произнёс философски Седар Лайтен, но я с ним, увы не согласна...

Мы вылезли, наконец. Тойдареанец уже дважды взлетал, расходуя излишек летучего газа.

— Вы удвоили продажи бухла в кантине, — пояснил он появление новых напитков на крышке нашем контейнере. — И старина Квадрук это оценил.

— "Квадрук" это прозвище? — уточнила я.

— Ой-йе, здесь бывшая тюремная колония. Здесь не любят имена — даже сейчас.

Я натянула противно-серую униформу, космоботы. Застегнула пояс.

— Но тебя зовут...

— Уотто.

— Хедрика Палпатин. Но зови меня просто "Хеда". Есть местечко куда мы пойдём?

— Да, терраса с хорошим видом на горы.

— Пфф! Здесь везде хороший вид, но я тебя поняла. — Мы двинулись вслед за тойдареанцем, Лайтен тащит наши напитки. — Эй, Уотто! Ты встречал здесь разумного, старика что прилетел на "Звёздном курьере"?

— Эйдана Волкера?

— Стой! Я думала имена здесь не в ходу!

— Всё верно. Но я встречал его раньше.. очень, очень давно. Это и есть часть моей истории.

Мы вышли на террасу, два конца которой уходят в скалу. На террасе перед транспаристилом бортика протянута длинная скамья из коричневого минерала, которым сложены горы Каллиста VI. Я присела на раскалённую поверхность, подпрыгнула, поёрзала, но замерла. Тойдареанец опустился напротив на прозрачный бортик. Седар Лайтен сел чуть поодаль, наблюдая скорее за всей террасой.

— Я слушаю твой рассказ, Уотто.

— Ой-йе... сложно начать, но ладно. После Корусанта меня помотало по Галактике и случайно занесло на станцию, запрятанную где-то во Внешнем кольце... или это было Среднее кольцо?.. Теперь не важно.

— А что важно? — уточнила я. — И что было на Корусанте?

— Корусант не важен — так я думал долгое время. Сейчас, встретив ваших сестёр не столь уверен. Но об этом потом. Важно кто был хозяин станции.. и что там происходило.

— Продолжай.

— Эксперименты и могучий ситх их проводивший — вот ответ.

— Какого рода эксперименты? — оживился Седар Лайтен.

— Что-то связанное с Силой. Но были и клоны. Уже впоследствии я понял что ситх искал... сосуд, новое тело... что-то для своего бессмертия.

— Как и все ситхи, — фыркнула я пренебрежительно.

— Он преуспел? — встревоженно спросил Седар. — Известно какие идеи он пытался проверить?

— Отчасти. Он выяснял что-то связанное с мидихлорианами.

— Хотел создать тело наполненное ими? — догадался Седар, но я насторожилась.

— В том и дело что наоборот! Его цель — существо не "заражённое" паразитами Силы!

— И он преуспел? — уточнила я. — Эй! Любой клон, ладно, почти любой клон не "заражён" мидихлорианами.

— Он преуспел... и не преуспел. У клонов не встречается или редко встречается много медихлориан, — уточнил Уотто. — Но и клоны подвержены. Но этот Дарт смог вывести существо, полностью их лишённое... но, увы, не восприимчивое к Силе!

— И это существо?..

— Эйдан Волкер.

— Та-да-да-дам! — проговорила я мрачно, но заинтересовано. — Но что хотел Дарт?

— Получить существо лишённое мидихлориан, но каким-то образом восприимчивое Силе.

— Неужели это возможно?! — воскликнул Седар Лайтен, на что я невольно опустила взгляд.

— Только в такое он мог, ой-йе, "переселиться". Или хотел в такое. Не столь важно. — пояснил тойдареанец.

— Но что-то пошло не так, — уточнила я.

— Верно. Как всегда у этих ситхов: схлестнулись планы Учителя и Ученика, — усмехнулся Уотто.

— Откуда тебе вообще известно о его планах и чаяниях? — спросила я подозрительно. — Был Ученик?

— Ой-йе, вы все его знаете, ученика... И это часть последующих событий, — пояснил Уотто. — Ведь ситх получил двоякий результат. Два существа — переполненное и полностью лишённое паразитов Силы.

— Я начинаю о чём-то догадываться... — произнесла я.

— Ты умная личинка — все вы, — похвалил Уотто.

— А я ничего не понимаю, — пожаловался Седар Лайтен. Вдруг вскрикнул: — Эй, смотрите, там кто-то есть!

Мы обернулись на разумного, который появился на террасе.

— Закрой свою пасть, летучий банта пууду! — прокричали оттуда.

Каллист слепит нас всех, и тут же ослепила бластерная вспышка. Заряд плазмы пронёсся мимо нас двоих прямо в тойдареанца. Я схватила свой Вестар-34 и выпалила наугад. До нас долетел вскрик разумного. Седар бросился вперёд, а я к бортику за упавшим Уотто, чтобы увидеть... ничего уже не увидеть в глубоком обрыве под нами. Понимая что наделал джедайский бластер, подошла к Лайтену неспешным шагом.

Эйдан Волкер предстаёт передо мною в виде прожжённого насквозь тела. Я наклонилась к нему и сорвала инфочип с его шеи, и четвёртую пробирку с его пояса.

— Планы меняются, Седар Лайтен. Но дождёмся сперва наших двух "горняков".

— А что с Волкером? И что с Уотто?

Я растеряно пожала плечами. Мы доволокли тело Эйдана Волкера и отправили за транспаристиловый бортик вслед Уотто.

По меньшей мере, это справедливо.