Охотник и Лиса (гет)

— Дядя!

Влетела в его кабинет, совершенно наплевав на манеры.

Он снова сидел за столом, словно вообще из-за него не вставал с нашей последней встречи. Его взгляд медленно поднялся от документов.

— И тебе доброго утра, — медленно ответил он сдержанным тоном.

— Не считаю его добрым. Объясни, что это такое? — протянула ему руки с фиолетовыми рисунками.

— Это для твоего же блага и моего спокойствия. Не переживай, я сниму их, когда всё кончится.

— Что ты имеешь в виду под словом «всё»? — Меня выводило из себя, с каким спокойствием он насмехался надо мной. — Дядя, хватит этих загадок. Скажи уже нормально! Маме бы это не понравилось! — Решила пойти с козырей.

— Мора! Успокойся. Это всего лишь ограничители твоих способностей. Они будут на тебе, чтобы ты не решила сбежать. Ты уже должна была понять, что твои игры ни к чему не приведут. Так что достаточно глупостей. Надень своё самое красивое платье и спускайся в банкетный зал. Тебя ждут.

Я потеряла дар речи. Меня снова заковали в кандалы! И не кто-то посторонний, не враг, а родной человек! Горло схватило спазмом, воздуха всё не хватало. Меня затрясло, словно я стояла в шаге от той камеры, где была год назад. Нет, я не собираюсь возвращаться в камеру! Нет, я не стану снова девочкой-игрушкой!

От ужаса подташнивало, к глазам подступили слезы беспомощности.

— Ты не сможешь сбежать. И отправить письма не сможешь. Пока всё не закончится. Это для твоего же блага. Страна и так в шатком положении, а твои похождения только всё усугубляют. Иди. И если не захочешь сама делать, что велено… тебе помогут.

Он, наверное, что-то сделал, применил магическую силу, потому что в следующий момент ноги у меня подкосились, и я почувствовала удар спиной о стену. Сползла по ней на пол, по пути осознавая, что добровольно сунулась в ловушку.

Прежде чем успела опомниться и вывернуться из дядиного захвата, меня под руки подхватили двое стражников. Они же меня брыкающуюся, царапающуюся и даже кусающуюся поволокли к моей комнате. Но кровь не помогла активировать силу Бахамута и сорвать хотя бы первую печать. Только зря разодрала руки страже. Они ведь не виноваты в том, что у них такая госпожа.

Меня буквально впихнули в собственную комнату, сдав с рук на руки служанкам. Там-то я перестала дёргаться. Четыре дамочки вертелись вокруг, пока я пребывала в трансе. Меня раздели, искупали, одели, причесали, накрасили и обильно облили духами. Аромат был уж больно резкий.

Опомнилась лишь когда меня снова выставили за дверь, вверив стражникам, которые потащили вниз, к тому самому банкетному залу.

У дверей моё сердце кануло вниз. «Приехали мы, Меамора, дальше у нас только…» — мысли набатом били в виски. Отчего боль растекалась по всему телу. Еще и корсет платья неприятно сдавливал рёбра.

Широкие двери распахнулись, и меня втолкнули в залу, затворив за мной двери.

Огромная комната в серо-розовых тонах для меня сжалась в малюсенькую коробочку без окон и дверей, где воздух был лишь у меня в лёгких. Даже огромный стол с множеством яств казался крохотным, не говоря уже о человеке, что сидел за ним.

Сидевший резко поднялся. Высокий, широкоплечий. Он смотрел на меня встревоженно. У него были волосы, напоминавшие цветом солнце, и яркие зелёные глаза. Однако разглядеть его чётче было сложно. Перед глазами всё плыло, и меня немного пошатывало.

— Ваше Высочество, вы в порядке? — Приятный голос прозвучал ближе, потом меня подхватили на руки. — Вы такая бледная, позвольте, я посажу вас у окна.

Меня усадили на стул. Звук шагов отдалился, кажется, где-то распахнулось окно. Наверное, я совсем отключилась на несколько секунд, потому что, когда зрение хоть немного прояснилось, увидела, что он сел на одно колено предо мной и подал платок из нагрудного кармана камзола. Дрожащей рукой приняла его. Лёгкий ветерок обдувал лицо, высушивая противную испарину.

— Позвольте мне помочь.

Он снял перчатку, и холодная рука коснулась моего лба. По телу прошёлся холодок. Приятный. Жар отступил, и сознание понемногу вернулось. Губы перестали неметь. Зрение прояснилось.

Теперь могла рассмотреть гостя дяди. Мужчина статный, с благородными чертами лица, красивой формы носом и острыми скулами. У этого идеала Северного мужчины также были светлые ресницы и брови. От сестрицы слышала, что в стране самыми красивыми считаются мужчины, чья отличительная черта — глубокие зелёные, словно изумруд, глаза. Но… Меня глубина этих самых глаз пугала. Похоже, это заслуга сестры, раз зеленоглазые люди вызывают у меня настороженность. Как вспомню её сужающиеся зрачки!

Отшатнулась немного, но мужчина поймал меня за руку, второй аккуратно придерживая спину. Его лицо резко приблизилось, заставляя сжаться сильнее.

— Ваше Высочество, простите, я не должным образом повернул стул, вы могли упасть. — Пока пыталась прийти в себя, он отпустил меня, позволяя выпрямиться, и отодвинулся. — Теперь вам лучше?

Кивнула, понимая, кто передо мной сейчас преклонил колено. Всё встало на места, и осознание ещё сильнее растравило душу. Косточки корсета словно ножи впивались в кожу. После свободных рубашек хотелось поскорее снять с себя это дрянное платье.

— Позвольте представиться, я принц северных земель — Морин Аури. Моя матушка была хорошей подругой вашей матушки. Ваш дядя пригласил меня, дабы обсудить несколько политических вопросов и заодно представить нас друг другу. Полагаю, у него множество важных дел, раз вы пришли без его сопровождения?

Нужно было включить голову, вспомнить все уроки этикета, хватит показывать себя с худшей стороны. Что мне нужно, так это суметь покинуть комнату, не ввязавшись в конфликт ни с принцем, ни с дядей.

— Простите за такое появление, в замке немного душно, и я перенервничала перед встречей с вами. Я не привыкла вести дела со столь высокопоставленными людьми без своего дяди. — постаралась ответить как можно сдержаннее, вертя в руках его платок. — Позвольте представиться как положено. — Я хотела встать. Но меня тут же усадили обратно.

— Не стоит, всё в порядке, я не хочу, чтобы вам стало снова плохо. Посидите пока немного у окна.

Морин поднялся, взял со стола два бокала с красным вином и протянул один мне.

— Воды, к сожалению, нет, но красное вино прекрасно помогает при головокружении.

Он учтиво придерживал бокал. Не знаю, повлиял ли на меня Морин, или у меня просто разболелась голова, но я отпила немного этого вина. Терпкое на языке, оно теплом прокатилось по горлу. Глоток вышел большим, не рассчитала дыхания и слегка закашлялась. Мысленно я уже корила себя за все нарушенные мною правила этикета и представляла, как неистово будет орать дядюшка.

— Это вино, наверное, слишком крепкое для вас. — Морин мягко улыбнулся.

Невольно сравнила его с Дайером. В принце, конечно, было больше элегантности, манер, обаяния. Охотнику было далеко до придворной учтивости, в сходной ситуации тот сказал бы что-то в духе: «Лисица, ты пожадничать решила?» Мысли о Дайере окончательно разбудили мой мозг.

— Ваше высочество, Морин Аури, — постаралась сделать голос максимально спокойным и твёрдым. — Давайте перейдём, пожалуйста, к делу. Мой дядя не успел рассказать мне о предмете обсуждения. Не могли бы вы мне кратко пояснить, о чём именно шла речь?

— Конечно, только у меня есть к вам просьба. Позвольте перейти с вами на «ты»?

Такое предложение меня удивило. Обычно представители знати любят весь этот официоз и «выканье», как и повсеместное упоминание титулов, званий и прочего. С одной стороны, я не против уйти от подобного, с другой, в фамильярном обращении было что-то интимное, что не могло не настораживать. Возможно, все эти ужасы мне просто казались из-за расшатанных нервов.

— Если вам так удобно… — с заминкой ответила, смотря в его глаза.

— Это превосходно. Мы с вашим… То есть твоим, — сказал он с полной облегчения улыбкой, кажется, его тоже нервировали и сдерживали все эти правила, — дядей хотели обсудить количество войск, которые Северная Мийра сможет предоставить Центральной для зачистки Тенебрис.

— Вот как. — Становилось всё интереснее и интереснее. — Так сколько бы вы… — поняла свою оплошность, поймав его лукавый взгляд. — Ты мог бы предоставить нам солдат? Сейчас остро стоит проблема Тенебрис, и, если демоны переберутся оттуда дальше, то пострадают все, в том числе и твоя территория. Это проблема не только Центра, но и других регионов. Учитывая проблемы в море с Мардрами, это может быть только началом. Не думаю, что кораблям севера сейчас комфортно передвигаться. А ведь ситуация может стать хуже.

— А ты хорошо умеешь преподносить суть проблемы. Ещё не так тонко, как твой дядя, но тоже неплохо, — усмехнулся Морин. — Я могу помочь и предоставить тебе часть кораблей из двух флотилий и пехоту. Скажем, одной тысячи будет достаточно для зачистки Тенебрис?

— Одна тысяча — это хорошо. Если она не входит в состав корабельной команды, — слегка улыбнулась, чтобы смягчить эффект наглых слов.

— Нет, конечно, — рассмеялся Аури. — У тебя хорошее чувство юмора. Не беспокойся, они отдельно. Но за твою улыбку я могу предоставить ещё сотни четыре людей.

Эта фраза заставила опять насторожиться, но прежде чем успела осознать, что говорю, с губ уже сорвался ответ.

— Почему не пять сотен? Странные расценки. — Снова улыбнулась, хотя в голове уже выла сирена: «Ничем хорошим это не закончится!»

— Ты восхитительная, зря мне... Впрочем, можно и пять сотен. — Он слегка коснулся бокалом моего бокала и отпил вина.

— Тогда, может, и семь сотен можно? — Я тоже поднесла бокал к губам, но лишь сымитировала глоток.

— Могу поклясться, у тебя множество поклонников, учитывая, раз тебе удаётся так ловко меня подкупить своей улыбкой. Я дам тебе две тысячи. К сожалению, больше не могу. Будь моя воля, предоставил бы тебе и пять, и десять тысяч. Твоя улыбка — услада для моих глаз, — его голос был слишком слащавым. — Тогда с тебя компания для вечерней прогулки в саду. Я задержусь тут ненадолго. Договорились?

— Хорошо. — Как же хотелось закатить глаза, но я держалась как могла!

Нас прервал вошедший в комнату дядя. Он обвёл нас взглядом и слегка поклонился, приветствуя Аури. Жестом подозвал меня к себе. Я поднялась медленно, как и подобает принцессе, и поприветствовала его легким реверансом.

— Дядя, рада, что у вас появилась свободная минута. Наш гость интересовался, почему вы не смогли прийти вместе со мной.

Ваша прелестная племянница восхищённо рассказывала, как великолепно вы справляетесь с вашими обязанностями. Она говорила так увлечённо, что я не смог бы заскучать. Не переживайте, у нас выдалась приятная беседа.

«Вот это он мёд льёт в уши», — подумала тут же. Мне так лестно рассказывать ещё учиться и учиться. И к чему бы ему так меня выгораживать? Я лишь надеялась, что все мои мысли не отражаются у меня на лице.

— Дядя, у меня ещё сегодня назначена встреча, потому я откланяюсь. Всё же политика — это мужское дело. — Обменялась с ним многозначительным колющим взглядом. — Моему женскому мозгу, наверное, будет сложно понять, много или мало для нас две тысячи пехоты и две флотилии кораблей.

Поклонилась и, прежде чем получить ответ, удалилась из комнаты. Могу поклясться, не будь там Морина Аури, у дяди бы челюсть вниз упала.