Затмение (джен)

Ноосфера. Летописи. Блог Тёмной Крошки.

Запись №555014

Первое, что меня насторожило, когда открыла глаза — это тишина. Существует много типов тишины, и о них можно написать огромный многотомный труд, но эта тишина самая жуткая — та, что заставляет волосы на голове шевелиться от ужаса. Она обычно бывает перед тем… Короче, она знакома всем родителям, когда-либо воспитывавшим малолетних разрушителей, по ошибке называемых милыми детками. И это напрягало больше всего, потому что именно после такой вот тишины начинаются разные неприятности. И я сейчас не преувеличиваю, а говорю как есть. Из личного опыта — мои детки, не чета другим — это реально мелкие разрушители, способные, дай им волю, перевернуть мир.

Так что когда я осознала это, то тут же вскочила и ринулась в детскую, на ходу рисуя в уме картины одну ужаснее другой.

«Мирная жизнь плохо влияет на тебя, Диандель», — мысленно попеняла я себе на ходу, но тут же пожала плечами — что в этом такого?

Да и я бы не назвала свою жизнь мирной. Скорее… семейной. А это, если что, далеко не мирная жизнь, особенно с моими детьми. Раньше, когда я жила одна, мне приходилось заботиться только о себе. Даже дела рода отдала на откуп доверенным управляющим, только изредка проверяя их отчеты. Теперь же мне приходилось заботиться о детях, муже и, конечно, не забывать о себе. И пусть забот у меня определённо прибавилось, но я не сказала бы, что это меня как-либо напрягает. Скорее наоборот — мне определённо нравилась новая жизнь.

Впрочем, сейчас мне определённо стоит сосредоточиться на другом.

✹ ✹ ✹

Я тихо заглянула вглубь детской, стараясь не издать ни звука. Честно говоря, сама не знала, что ожидала увидеть, но тишина реально напрягала, заставляя сердце биться чаще. Шагнув на мягкий ковёр в комнате, невольно замерла, наблюдая за открывшейся сценой: поперёк детского диванчика, не рассчитанного на габариты взрослого мужчины, умудрился развалиться мой благоверный. И пусть бы он просто улёгся на кровать девочек, но этот варвар завалился на чистое, свежее постельное бельё! Прямо в своей синей полицейской форме! Плотная, грубая ткань брюк, форменная рубашка со всеми жетонами — всё это теперь самым наглым образом тёрлось о простыни с принтом из весёлых поняшек из мультика. От мысли о том, сколько уличной пыли он умудрился собрать на форму за время дежурства, во мне на секунду проснулась натура тёмной пикси — мне безумно захотелось запустить в него чем-нибудь тяжёлым, но… На его животе мирно посапывали две самые дорогие для меня крошки. На мерно вздымающемся пузе Родригеса, обняв друг друга, устроились наши дочки. Два маленьких тёмных ангелочка спали так сладко, что завистливый вздох сам сорвался с моих губ — мне захотелось прямо сейчас присоединиться к ним. Я, наверное, так и сделала бы, но место уже занято. Впрочем, я пригляделась и в очередной раз удивилась тому, как же мои дочери похожи на меня: те же заострённые ушки правильной формы, едва заметный фиолетовый отлив на крошечных стрекозиных крылышках и непослушные тёмные вихры, разметавшиеся сейчас по папиной груди. Одна из малышек смешно сморщила носик во сне, точь-в-точь как я, когда сержусь. Я, кстати, об этом и не знала никогда — муж недавно рассказал.

Рядом, на тумбочке у стены, тихо бормотал телевизор. На экране под весёлую музыку прыгали какие-то ядовито-яркие мультяшные пони — сейчас девочки всерьёз увлеклись этим сериалом. Но сейчас мультик уже давно шёл сам для себя — вся троица дрыхла без задних ног. Спящий муж лишь изредка выдавал богатырский, сытый храп, на который близняшки реагировали синхронным, едва заметным трепетанием крыльев, но даже не думали просыпаться.

Я опёрлась о косяк двери, скрестив руки на груди. Ну вот как на них сердиться? Грозный полицейский в помятой форме, измотанный дневным патрулем, и два маленьких торнадо нашего дома, которые могли мгновенно перевернуть весь дом вверх дном. Сейчас они выглядели как самое мирное и правильное, что вообще есть в этой вселенной.

И тут услышала тихий смешок, а потом поймала блеснувший зеленью взгляд мужа.

✹ ✹ ✹

— И долго ты собираешься там стоять и гипнотизировать нас? — тихий, слегка охрипший ото сна голос Родригеса заставил меня улыбнуться.

Он не шевелился, боясь потревожить девчонок, но в его зелёных глазах вовсю плясали смешинки. Похоже, мой праведный гнев по поводу его отношения к чистому белью не остался незамеченным.

— Ровно до тех пор, пока не решу, как тебя наказать! — грозным шёпотом отозвалась я, проходя вглубь детской. — Родригес, ну неужели нельзя было переодеться? Ты же весь день в этой форме ходил!

— Виноват, каюсь, — он комично округлил глаза, косясь на сладко сопящих дочек. — Но у меня не было шансов. Эти двое взяли меня в оборот прямо с порога. «Папа, пошли смотреть мультики! Папа, ложись рядом!» Стоило коснуться головой подушки — и всё, темнота. Меня словно сонным заклятием вырубило.

Я подошла ближе и аккуратно, стараясь не разбудить, убрала непослушную тёмную прядь с лица Риниэль. Малышка лишь забавно причмокнула губами во сне и ещё сильнее уткнулась носом в папиную форменную рубашку. Рядом недовольно завозилась Линиэль.

— Они сегодня весь день бесились, — тихо сказала я, присаживаясь на край диванчика возле ног мужа. — Так что неудивительно. Устроили в гостиной настоящие гонки с препятствиями, я едва успевала вазы ловить.

Родригес осторожно, едва заметным движением руки, приобнял девчонок крепче и перевёл взгляд на меня. С его лица исчезла весёлая ухмылка, уступив место мягкой, искренней заботе.

— Представляю. Извини, что оставил тебя с ними одну. Как сама? Как день прошёл?

— Да нормально всё, — отмахнулась я. — Справляюсь.

— Наверняка ещё и делами рода занималась, — тон Родригеса не оставлял шансов на то, что он сомневается в этом. — Или они оставили тебя в покое?

— Управляющие ведут себя прилично, — я слегка повела плечами, чувствуя, как уходит дневное напряжение. — Прислали с утра отчёт, там всё ровно. Так что сегодня я была исключительно мамой. Знаешь, это выматывает похлеще, чем разборки с семейными счетами, но… мне нравится.

— Я рад, Ди, — муж тепло улыбнулся, и в его глазах отразился ядовито-яркий свет бубнящего телевизора. — Ладно, помоги мне распутать этот живой узел, а то я просто умираю с голоду. Перенесём их в кроватки, и я честно обещаю переодеться, и в душ.

Я тихо усмехнулась, наклоняясь, чтобы освободить любимого из плена дочерей. После чего скастовала бытовое заклинание, очистив его форму и постельное бельё девочек. За последние четыре года у меня было много практики, так что всё получалось походя, на инстинктах.

✹ ✹ ✹

Я спустилась на кухню, чувствуя, что заслужила как минимум чашку крепкого чая. Но стоило мне включить чайник, как со стороны веранды раздался знакомый, ритмичный и довольно увесистый стук копыт. На пороге появилась Скарлет. Моя давняя подруга-кентавра умудрялась сочетать в себе грацию дикого скакуна и манеры светской дамы, хотя её пышный рыжий хвост, которым она сейчас недовольно взмахнула, выдавал лёгкое нетерпение. В руках она держала плетёную корзинку с пирогами — в последнее время Скарлет увлеклась готовкой и приносила результаты своих экспериментов нам на пробу. Девочки обожали тётю Скарлет.

— Твои маленькие стихийные бедствия наконец-то угомонились? — негромко, но сочно спросила она, заходя на кухню. Её копыта на кухонном полу звучали глухо — мы предусмотрительно положили здесь плотный ковёр, а то на голом паркете она рисковала поскользнуться.

— Уснули прямо на отце, — улыбнулась я, доставая из шкафа три фарфоровые чашки и пузатый заварочный чайник. — Родригес ушёл смывать с себя трудовой пот. Располагайся.

Скарлет с привычным изяществом опустилась на специально сшитый для неё низкий и широкий кожаный пуф, аккуратно уместив ноги под столом. Корзинка с пирогами заняла центральное место на скатерти.

— Забавно. Грозный начальник полиции Найтстейджа, бич ночных улиц Гигаполиса, повержен двумя мелкими пикси. Какая ирония, — хмыкнула она, наблюдая, как я разливаю ароматный травяной чай. — Хотя, Ди… если бы мне кто-то лет пять назад сказал, чем закончится наша с тобой эпопея, я бы рассмеялась этому существу в лицо. Даже для Ноосферы это чересчур.

Я села напротив, обхватив тёплую кружку ладонями.

— О чём это ты?

— О чём? Диандель, не притворяйся! — Скарлет подалась вперёд, её зелёные глаза загорелись тем самым опасным огоньком, который обычно предвещал долгие девичьи сплетни. — О твоей неприступности в Гигаполисе легенды ходили! Помнишь того эльфийского лорда, который пытался сделать тебя своей женой? Или главу вампирского клана, который три месяца караулил тебя у поместья с охапками кровавых роз, а ты в итоге натравила на него его же собственных летучих мышей?

Я невольно улыбнулась, вспомнив бледное, перекошенное от ужаса лицо того вампира. — Он был слишком навязчивым. А на меня как раз свалились все эти заботы о роде.

— Ты была ледяной скалой, Ди. Неприступной, высокомерной, идеальной тёмной пикси из высшего общества, — Скарлет отпила чай и зажмурилась от удовольствия. — И вдруг... Родригес. Нет, я, конечно, уважаю твоего мужа, он потрясающий мужчина. Но давай смотреть правде в глаза: когда вы познакомились, он был буквально кучей костей! Скелет на побегушках у Нидила! Ходячее анатомическое пособие! И вот мне до сих пор безумно интересно: как? Как эта ледяная крепость пала перед парнем, у которого даже сердца тогда не было, чтобы его разбить?

Я опустила взгляд на кружку, и губы сами собой расплылись в мягкой улыбке. Память мгновенно унесла меня назад, в те дни, когда мир ещё не перевернулся, а Гигаполис казался совсем другим.

— Знаешь… в этом-то всё и было, — тихо сказала я. — Все эти напыщенные лорды, могущественные маги и спесивые герои видели во мне только статус. Главу древнего рода, красивую куклу, трофей, который можно завоевать и поставить на полку. Они наперебой пытались меня впечатлить, соревновались в пафосе. А Родригесу... ему было абсолютно плевать на мою неприступность. Мы с ним даже и не флиртовали никогда — ты же помнишь.

— Ну ещё бы, у него и мимики-то не было, чтобы показать чувства, — закатив глаза, вставила Скарлет, но в её голосе я уловила одобрение и… безграничное любопытство.

— Дело не в этом, — я покачала головой. — Он был… настоящим. Даже будучи скелетом, он умудрялся оставаться мужчиной больше, чем все живые лицемеры вокруг. Я прекрасно помню, как он бросился под заклятие монстра, когда тот хотел убить меня. Он не пытался быть рыцарем, он просто закрыл меня собой от смерти. Без лишних слов, без пафосных речей, просто сделал это.

Скарлет затихла, внимательно слушая. Её уши стояли торчком, развернувшись ко мне — верный знак того, что она прониклась моментом.

— А потом было то самое заветное желание, верно? — тихо спросила кентавра, глядя на меня затаив дыхание. — Многие на твоём месте пожелали бы чего-то только для себя.

— И пусть, — я пожала плечами, чувствуя, как к горлу подступает лёгкий ком от воспоминаний. — Я вообще тогда была не в себе. До сих пор всё вспоминается как в каком-то бредовом сне.

Я сделала глоток из чашки, с непритворным удовольствием наслаждаясь напитком. Взяла пирожок из корзинки, откусила — он оказался с изюмом и с добавлением лимонной цедры.

— Ты делаешь успехи, — похвалила я подругу, бросив взгляд на мигом порозовевшую от смущения кобылку. — Тот, кого ты выберешь, станет очень счастливым.

— И очень толстым, — раздался весёлый голос мужа.

Мы синхронно обернулись. На пороге стоял Родригес. Волосы ещё влажные после душа, простая серая футболка и синие джинсы, а в зелёных глазах — столько тепла, что, казалось, можно согреть весь Гигаполис в самый лютый мороз. Он подошёл со спины, опустил свои широкие, теперь уже абсолютно тёплые, человеческие ладони мне на плечи и слегка сжал их.

— Привет, Скарлет, — улыбнулся он подруге. — Вы что тут, меня обсуждаете?

— Что ты, Родригес! — Скарлет весело фыркнула, поспешно потянувшись за пирожком. — Мы как раз обсуждали, что из жалкой кучки костей получился на редкость сносный муж. Садись, пока я всё не съела. Расскажешь, каково это — быть главным трофеем самой Героини Гигаполиса.

— Повезло, наверное, — просто пожал плечами муж.

— И как тебе произошедшие изменения? — не отставала Скарлет. — Непривычно быть живым и тёплым?

— Ерунда! Уверяю тебя, под всем этим мясом он всё такой же белый и блестящий скелет, — опередив мужа, уверила я подругу.

— Недавно слышала, что в Большом Театре поставили мюзикл по этим событиям, — продолжила смущать нас подруга. — Зря вы не сходили! Сейчас труппа путешествует по другим мирам, и, говорят, там тоже пользуется успехом.

— А я хотел бы узнать, какая сволочь растрезвонила о тех событиях всему миру? — грозно нахмурившись и глядя прямо в глаза Скарлет, поинтересовался Родригес.

— А разве Ноосферу заблокировали? — мило похлопав глазками, ответила та. — Тем более что после разблокировки порталов никто не мешает нам лазать по всей Ноосфере.

Да уж… я уже стала забывать, что у Скарлет с Ноосферой совершенно другие, особые отношения.

— Да что мы всё о нас да о нас? — встряхнулась я, желая перевести разговор в более спокойное русло. — Ты-то как? Нашла уже себе жеребца?

— Да куда там, — отмахнулась подруга. — Остаётся только смотреть на вас и завидовать.

— Это точно, — кивнула я смотрящей на меня во все глаза Скарлет, — только после того, как ты выйдешь замуж и родишь ребёнка — только тогда ты узнаешь, что такое счастье.

— Правда?! — Скарлет широко открыла глаза, смотря на меня с каким-то детским восторгом.

— Конечно правда! — оскалившись в улыбке, вмешался муж. — Непременно узнаешь, но… будет уже поздно!

«Надо бы не забыть потом его хорошенько пнуть», — мысленно отметила я на будущее.

КОНЕЦ

Иллюстрация: https://cm.author.today/content/2026/06/27/02cb51ac1744437fa34f9fbcd354d872.png