Как и ожидалось, моя школьная геройская жизнь не удалась (гет)

— Эй, Комачи. Как думаешь, какой костюм на мне будет смотреться лучше? — спросил я, держа на вытянутых руках два наименее ужасных папиных костюма по одному в каждой руке. — Взять белый пиджак с фиолетовой рубашкой? Или выбрать более классический? — я, в свою очередь, приподнял угольно‑серый костюм.

Сестра, которая до этого вполне счастливо валялась на диване и смотрела субботние утренние мультики, подняла глаза и уставилась на меня без малейшего восторга.

— Тебе зачем вообще костюм? — спросила она, подозрительно прищурившись. — Ты собрался в какое-то пафосное место?

Из меня вырвался нервный смешок:

— Ну, эм-м... тут короче, мне, типа... надо пойти на Благотворительный бал в Хосу, — я сглотнул и натянул на лицо улыбку, которая явно выглядела жалко. — Это, эм-м... сегодня вечером, — неопределённо добавил я. — Это не совсем... официальная геройская работа, но было бы очень хорошо, если бы я там появился.

Брови Комачи тревожно поползли вверх.

— Благотворительный бал в Хосу, — ровным голосом повторила она.

— Ага, — сказал я.

Она взяла телефон, быстро набрала пару слов, а потом развернула экран ко мне. Там были десятки фотографий героев и прочих знаменитостей, шагающих по самой настоящей красной дорожке.

— Этот Благотворительный бал в Хосу? — уточнила она.

— Я... эм-м... почти уверен, что да, — выдавил я.

Комачи смотрела на меня с презрением и недоверием пополам:

— Ты не можешь пойти на светское мероприятие в папином костюме, онии-чан.

Я поморщился.

— Да ладно... точно нельзя? — спросил я.

— Там будут журналисты, да, точно не нельзя! — возмутилась Комачи. — Что... как... почему ты вообще идёшь на главное светское событие, если даже ничего о нём не знаешь?!

Вопрос был справедливый. И очень хотелось бы, чтобы я задал его себе сам до сегодняшнего дня.

— Эм-м, ну... — начал я. — Кому-то на съёмочной площадке понадобился «плюс один», а я вроде как был должен услугу, так что... — я замялся, не желая объяснять младшей сестре всю эту ситуацию из серии «это шантаж или свидание». Во‑первых, тогда пришлось бы объяснять, чем именно меня шантажируют.

Комачи закатила глаза и тяжело плюхнулась обратно на диван.

— Просто иди в своём геройском костюме, — сказала она. — Чисто технически, у настоящих героев есть такие... типа супер-парадные версии, которые они надевают только по особым случаям. Но ты ученик, так что, скорее всего, никто ничего не скажет, да и всем будет пофиг.

Совет был хороший. Была лишь одна проблемка.

— Так-то да, но... мой костюм всё ещё... слегка в крови и порезах после этих выходных, — признался я, слегка краснея от стыда. — Я не думал, что он мне понадобится во время обязательного отдыха, так что планировал сдать его в починку в понедельник, чтобы не мотаться лишний раз.

Как и следовало ожидать, настроение Комачи резко упало при упоминании того, как именно я пострадал в драке с Штейном.

— Какой же ты дурачок, — пробормотала она, почти машинально схватив подушку и прижав её к груди так крепко, что мне показалось, волокна ткани сейчас жалобным треском запросят пощады. — Может, если бы ты перестал истекать кровью на свой костюм, у тебя бы не было такой проблемы.

Совет, конечно, полезный... но прошлое уже не изменишь.

— Я учту это в будущем, — с неловкостью протянул я. — Но раз такой опции у меня нет... — я снова поднял папины костюмы повыше. — Левый или правый?

Оглядываясь назад, возможно, стоило просто надеть один из папиных дешёвых костюмов или взять что-то напрокат на вечер. Я шёл туда только из-за шантажа, так что даже если бы я выглядел как неохотный участник, большого скандала бы не случилось. Но в тот момент какая-то часть меня втайне предвкушала идею попасть на шикарную вечеринку для Важных Людей. Поэтому, когда Комачи фыркнула и с отвращением сказала: «Никакой. Позвони в школу, узнай, есть ли у них запасной костюм, или позвони другуЮ может, у кого-то есть костюм, который не уродский. Ну или хоть что-нибудь. У тебя вообще есть друзья, которые хоть что-то понимают в моде?»

Мне стыдно признавать, но я решил позвонить Кавасаки Саки.

108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108

— Хикигая-кун?

Есть какая-то... особая энергетика, когда звонишь кому-то впервые. Неважно, незнакомец это или человек, которого ты знаешь лично: само это безличное, механическое действие — набор цифр и гудки — всегда заставляет твоё сердце подкатывать к горлу. А тот факт, что я звонил привлекательной девушке, которая, может быть, возможно, теоретически мной заинтересована, задачу не облегчал.

— Я, эм-м... как дела? — голос Кавасаки Саки прозвучал у меня в ухе.

Мой мозг отметил: она не звучит недовольной. Скорее любопытной и даже бодрой, ничего общего с той настороженной обороной, к которой я привык от девчонок, сталкивающихся со мной в коридоре в средней школе.

— Эм-м, ты сегодня занята? — спросил я, уже чувствуя себя козлом за этот вопрос.

— Сегодня? — переспросила Кавасаки с оттенком приятного удивления. На фоне послышались крики и грохот кастрюль. — Я тут просто сижу с Кейкой, а так в целом свободна. А что?

Я издал долгий, тяжёлый вздох.

— Мне, наверное, не стоит тебя о таком просить, — признался я, — но мне очень нужна твоя помощь. У меня... своего рода ЧП с костюмом.

— С... чем? — переспросила Кавасаки. Она звучала растерянно и почему-то слегка разочарованно.

— Ну, эм-м... ты же знаешь, что я дрался с Штейном на этой неделе? — сказал я.

Кавасаки саркастически фыркнула.

— Нет, блин, я каким-то чудом упустила этот факт, хотя ты слал мне фотки, новости трубят об этом несколько дней без перерыва, и вся школа только это и обсуждает.

Я поморщился:

— Ладно-ладно, тупой вопрос. Короче, мой костюм, мягко говоря, убит. Порезы, пятна крови, всё такое. И, э-э... короче, мне внезапно нужно идти на официальное мероприятие на этих выходных.

— На какое ещё официальное мероприятие? — спросила Саки.

Я нервно произнёс:

— Ты, эм-м... слышала про Благотворительный бал в Хосу?

— Ох, ё-моё, — выдохнула она.

— Ага, — сказал я.

— Ох, ё-моё... Благотворительный бал в Хосу?

— Ага, — повторил я, чувствуя, как живот у меня ухает вниз.

Это что, реально Событие с большой буквы? Моё вечное невежество в делах СМИ наконец-то решило укусить меня за место, о котором в приличном обществе не говорят? Судя по реакции Комачи и Кавасаки, я с опозданием понял, что паниковал последние дни недостаточно сильно, что для меня вообще-то нехарактерно.

— Так... что посоветуешь? Найти прокат костюмов? Или...

Она помолчала несколько секунд.

— Это, типа... наверное, твой лучший вариант? Ну, можно позвонить в Юэй, они быстро меняют форму, но обычно это занимает где-то день, — она чуть замолкла. — Обидно, потому что... эм-м... это прозвучит странно, но у меня, кажется, есть наброски. Ну, знаешь, такой высокой моды, наполовину геройский костюм, наполовину формальная одежда — то, что про-герои носят на такие встречи, если могут. И, э-э, некоторые из этих дизайнов тебе бы реально подошли. Но... если ты не знаешь кого-то, кто может собрать целый комплект за пару часов, то тебе, наверное, не повезло. Типа, если бы ты дал мне день, я бы сварганила его за ночь, но тебе же надо буквально сегодня вечером, да?

— Ну, я вообще-то звонил не за костюмом, а просто за экспертным мнением, — успокаивающе сказал я... и осёкся. — Хотя, э-э... я вообще-то знаю кого-то такого. Могу позвонить?

108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108

В другой вселенной стоять полуголым перед двумя привлекательными ровесницами было бы чем-то будоражащим, так сказать,, прологом к сценам, достойным только неофициальных додзинси. Но, как это обычно и бывает в моей жизни, меня больше волновала вероятность неминуемой кровопотери. Я изо всех сил старался не дёргаться, пока сверкающая серебряная булавка подбиралась пугающе близко к внутренней стороне моего бедра.

— Да ладно, — сказала Кавасаки, глядя на Юигахаму Юи с неприкрытой завистью, — ты стажировалась у Бест Джинса? И как оно?

Мы втроём встретились в Юэй, так как у Кавасаки дома не хватало нужных тканей. Лаборатория Костюмов, напротив, была забита обычными материалами всех цветов и плотности, да и выбор метатканей там был приличный. Клянусь, я видел, как у Юигахамы засияли глаза, когда она вошла внутрь. Они с Кавасаки пару минут обсуждали цвета и крой, что прошло абсолютно мимо моего понимания, прежде чем превратить меня в свой манекен. Пока я стоял, стараясь не вздрагивать, а они прикалывали ткани, создавая грубое подобие финального продукта, я начал сомневаться, помнят ли они вообще, что я здесь присутствую, а не просто служу куклой для переодевания. Скажем так, моё чувство вины за то, что я втянул их в это дело в последний момент, стремительно таяло.

— Честно? — сказала Юигахама, ведя пальцем по намеченному мелом контуру на ткани и без усилий разрезая её по линии. — Он был довольно напористым.

— Не может быть! — возмутилась Кавасаки, продолжая втыкать острые предметы вдоль моего шва. — В интервью он всегда кажется таким милым!

— Ну... — Юигахама подняла отрезанную ткань и сложила её в жилетку смокинга. — Мой костюм — это же, типа, оммаж Сэнтаю, так? Я выбрала его, потому что мы с папой такое смотрели, он суперэффективно работал с моей причудой, и мне он правда нравился. А в первый же день Бест Джинс заявляет, что это никуда не годится, и напяливает на меня супер-пышное платье, почти в стиле «готической лолиты».

Кавасаки ахнула от возмущения, вонзив булавку в мою ногу с такой силой, что я дёрнулся.

— Он просто взял и поменял твой костюм? — спросила она, лениво шлёпнув меня по ноге, чтобы я стоял смирно.

— А я о чём! — воскликнула Юигахама, подбирая что-то похожее на куртку и примеряя к ней блестящую подкладку. — И я, типа, наполовину думала: «О боже, какая честь, Бест Джинс придумал для меня костюм», а наполовину: «О боже, что это на мне надето, это же вообще не я», понимаешь?

Кавасаки сочувственно нахмурилась:

— Могу себе представить.

— Но потом, типа, на следующий день он передумал и одел меня в... костюм танцовщицы живота? — фига, надо будет спросить у Бакуго, нет ли у него фоток. — А потом на следующий день он заставил меня носить длинный плащ, потом костюм с галстуком... И во всех этих костюмах одни приёмы делать легче, а другие сложнее. В итоге я подумала: «О, может, мне всё же стоит рассмотреть и другие варианты, кроме обтягивающего трико». То есть это оказалось куда менее грубо, чем я думала сначала? Но всё равно... он мог бы просто сказать мне прямо, а не, типа, устраивать всё это со мной, ага?

— М-м-м, — промычала Саки с полным ртом булавок, которые, казалось, только и ждали момента, чтобы вонзиться в мои нежные места при любом моём неосторожном движении. — Серьёзно, люди, которые заставляют расшифровывать намёки вместо того, чтобы сказать прямо, вообще худшие, — заявила она. Утверждение, с которым я был полностью согласен. Кому охота играть в угадайку, когда речь идёт о карьере? — Но вроде звучит так, будто всё было не так уж плохо?

Юигахама с улыбкой покачала головой.

— Не-а, я реально многому научилась, — сказала она. — И там был Баку-Баку, так что мне не было одиноко вдали от дома, даже если бы я захотела.

— Баку-Баку? — переспросила Саки с лукавой интонацией.

На самом деле, со стороны, это и правда звучало как ласковое прозвище, да? Мысль о том, что Юигахама может быть романтически заинтересована в Бакуго, заставила мой живот неприятно сжаться. Не стой я перед девушкой, с которой мы уже несколько недель вроде как, типа флиртовали в переписке, я мог бы принять это чувство за ревность.

— О! Эм-м, Бакуго Кацуки, он в нашей с Хикки «сердечной» группе. Он... э-э, ну, он обычно супер-громкий и злой, так что мне нравится его немного дразнить, но он правда не такой уж плохой, если его хорошенько узнать! — торопливо проговорила Юигахама.

Я приподнял бровь.

— Не уверен, что хорошее знакомство с ним делает его хоть сколько-нибудь терпимее, — отметил я. — Просто социальные нормы мешают сказать об этом вслух.

Юигахама глянула на меня так, словно только сейчас вспомнила, что я здесь, и нервно рассмеялась.

— Ну, эм-м, Бест Джинс всю стажировку пытался учить Баку-Баку социальным навыкам, так что, может, что-то и прилипнет? — с надеждой сказала она.

Поверю, когда увижу.

— Ладно, Хикигая, — вдруг сказала Саки. — Иди за ширму и снимай эти штаны. И осторожно, не растяни ткань вокруг булавок. И футболку снимай, нам нужно подогнать куртку.

— Я же могу надеть свои обычные штаны обратно? — уточнил я, стягивая костюмные брюки. Слава богу, я надел длинную футболку, которая свисала ниже пояса; лишняя ткань помогала сохранить остатки скромности. Впрочем, я был готов снять её, лишь бы снова надеть нормальные штаны.

— Ага, давай.

Переодеваясь, я невольно прислушивался к болтовне девушек:

— Божечки, Юи-чан, ты такая быстрая! Твоя причуда просто идеальна для такого.

— Хе-хе, думаешь? — Юигахама довольно рассмеялась. — Я пробовала шить одежду пару раз, но мне никогда не казалось, что получается красиво, — призналась она. — В первые разы я вообще не знала, как, типа, делать швы? Поэтому всё, что я делала, выходило странным и гладким, — её голос на секунду прервался. — Вот так, видишь? Это нормально смотрится только на футболках и типа того, и даже там у меня вечно проблемы с воротниками и манжетами.

— Какого... — поперхнулась Кавасаки. — Ты серьёзно сплавляешь ткань вместе? Просто, типа, «отменяешь разрез»?

— Не-не, смотри! Я просто... сплющиваю две стороны друг с другом и как бы... переплетаю их? Там всё равно получается двойная толщина на стыке, просто нет стежков, если я потом специально их не добавлю.

— ...Ты умеешь делать двусторонний потайной шов без иголки, но не можешь пришить манжету? Ладно, твоя причуда всё ещё безумная, просто это не буквальная магия. Знаешь что? Сойдёт. Сделай эту свою штуку со сплющиванием на штанах Хикигаи, — она вдохнула и повысила голос. — Хикигая! Дай Юи свои штаны, чтобы она их сплющила.

Я вышел, уже в штанах и без футболки, как и просили. Пришлось прикусить язык, чтобы не выдать десяток пошлостей, которые моментально пришли мне в голову.

— Держи, — пробормотал я, стараясь не краснеть под критическим взглядом Кавасаки, изучающей мой торс.

Кавасаки вдруг тоже залилась румянцем, схватила стопку ткани и сунула её мне.

— На. Надень это. Мне нужно проверить, правильно ли мы сшили.

Я развернул блестящий чёрный свёрток, и это оказалось...

— Кожаная куртка? — растерянно спросил я.

На ощупь ткань была странно шелковистой и эластичной, явно не кожа, но на вид отличить было почти невозможно.

Кавасаки заметила моё замешательство и шагнула вперёд, нервно переплетая пальцы.

— Ну, эм-м, в общем, твой личный «образ» довольно близок к классической моде героев: классический облегающий костюм с чистыми линиями, и плащ сверху, который разбивает силуэт этим, э-э, развевающимся видом, ага? Но я заметила, что когда ты носишь плащ и кладёшь что-то в карманы, он висит более прямо, и весь эффект портится. К тому же тебя наверняка бесит, когда вещи в карманах бьются об тебя.

Кстати, теперь, когда она это сказала, меня это и правда раздражало. Но прежде чем я успел похвалить её за внимательность к деталям, она продолжила:

— И ещё: трико с плащом это, конечно, классика, но немножко... заезженно? Поэтому я подумала: а что если куртка с капюшоном? Это метаматериал, он должен тянуться вместе с тобой при смене формы, и для официального мероприятия оно куда уместнее длинного плаща. Это немного более... угловатый образ, чем «воздушный», к которому ты привык, но, думаю, тебе пойдёт. Если сядет как надо, конечно.

Она замолчала, выжидающе глядя на меня.

Ошарашенный пулемётной очередью объяснений, я накинул куртку на голые плечи. Та совсем не ощущалась как кожа, скорее уж, ткань легко скользила по телу, и в ней вряд ли было бы жарко двигаться.

— Мне нравится, — сказал я, поворачиваясь из стороны в сторону и двигая руками, проверяя свободу движений.

В зеркале я увидел эффект, которого добивалась Кавасаки: нижняя часть куртки подчёркивала мышцы пресса.

Кавасаки же посмотрела на меня и раздражённо прикусила большой палец.

— Кажется, шов на спине надо поднять на миллиметр, — недовольно сказала она. — Юи-чан, можешь...?

Юи встала от верстака, над которым склонилась, и зашла мне за спину.

— Вот этот, да? — сказала она. Я почувствовал тычок в спину примерно на уровне подмышек.

— Ага. Хикигая, сними куртку, чтобы Юи-чан могла поправить, — начала Кавасаки, но Юигахама перебила.

— Не, стой смирно, — сказала она. — Думаю, я и так справлюсь.

Я подавил дрожь, когда ткань на спине зашевелилась, словно по плечам пробежала дорожка муравьёв.

— Как теперь? — спросила она.

На долю секунды я увидел чистую зависть в глазах Кавасаки Саки, но она тут же подавила её и улыбнулась.

— Идеально. Ладно, Хикигая, снимай и встань сюда. Нужно подогнать верх.

О, класс, ещё больше булавок. Только тот факт, что эти девушки делали мне огромное одолжение, удержал меня от того, чтобы закатить глаза и тяжело вздохнуть. Собрав волю в кулак, я встал и развёл руки в стороны, принимая свою судьбу.

108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108

Я ничего не понимал в создании костюмов, но знал одно: быстро это не делается. Даже с помощью Юигахамы часы неумолимо тикали, приближая время, когда мне нужно было выезжать в Хосу. Мерки сняли, остались последние штрихи, и я, видимо, так сильно отвлекал Кавасаки и Юигахаму своим нависанием над душой, что меня выставили из комнаты. Справедливости ради, я спрашивал, чем могу помочь, но, по их словам, «полный дилетант вроде меня» сейчас был бы «хуже чем бесполезен», так что меня бросили в коридоре пялиться в телефон.

Зато, когда позвонила Киберпанч, я смог ответить после первого же гудка.

— Алло? — спросил я.

В трубке послышался резкий вдох, затем мягкий выдох; Киберпанч снова курила.

— Привет, парень. Как самочувствие? — спросила она слегка хрипловатым голосом.

— О, эм-м, нормально, — ответил я, даже не соврав. — Ну, я снова чуть сбросил вес, но набираю его обратно нормально, и меня не вырубает от усталости, как в первые дни.

— Рада слышать, — сказала Киберпанч с улыбкой в голосе.

Повисла пауза. Я снова услышал резкий вдох, но она молчала, и я начал нервничать.

— Эм, а у вас как? — наконец спросил я. — Всё хорошо?

Она удивлённо кашлянула.

— Кто, я? Да вообще нормуль! Ха-ха, ага, в полном порядке. Абсолютно, — я прищурился, уловив в её голосе тонкую нотку смущения. — Это, э-э... короче, тут внезапно всплыло дело, где ты мог бы пригодиться. Ситуация, скажем так, неофициальная, но я подумала... Стой, перед этим: у тебя же нет никаких планов на вечер?

— На вечер? — удивился я. — Я, э-э, ну вообще-то...

— Чёрт, — проворчала она. — Ну конечно.

— В смысле, если это приоритетное дело... — я начал было говорить, но прикусил язык, вспомнив, сколько усилий вложили Кавасаки и Юигахама. Могу ли я перечеркнуть их труд по щелчку пальцев? Да и последствия отказа Манаке были мне неизвестны.

К счастью, Киберпанч избавила меня от трудного выбора.

— Не-не, ничего такого, — сказала она. — Я просто хотела узнать, не хочешь ли ты... перекусить и обсудить дело, вот и всё. Мне просто нужно было, э-э, второе мнение по паре вопросов, но я могу позвонить кому-то ещё. Пересечёмся тогда в другой раз, если я сама не разберусь, ха-ха. Вообще, это, наверное, была глупая идея с самого начала, не хочу, чтобы Юэй или Геройская Комиссия на меня взъелись.

— Я, эм-м, правда извиняюсь, — сказал я. Облегчение от того, что ничего серьёзного не случилось, боролось с разочарованием из-за упущенной возможности вернуться к делу Ному.

— Не парься, — ответила она. — Это была спонтанная мысля. Ладно, мне пора, поговорим позже.

Я тяжело вздохнул, когда наставница повесила трубку, и тут же подпрыгнул от голоса Кавасаки, ворвавшегося в моё самобичевание.

— Хикигая? — позвала она из открытой двери. — Заходи, готово к примерке.

Сглотнув, я пошёл за ней в костюмерную. Момент истины. Если выглядит плохо, мне придётся очень быстро придумывать план Б — и, учитывая, что уже половина пятого, а мне надо быть на другом конце Токио к семи, планом Б будет «надеть папин костюм и надеяться, что меня не заметят». Но когда я зашёл за ширму и начал одеваться, я был приятно — даже очень приятно — удивлён.

Многие изменения были едва заметными, особенно ниже пояса. Белые «сапоги» убрали, вместо этого расширив белые полосы на внешней стороне ног и продлив их до щиколоток. Дизайн остался тем же, но стал почему-то более выигрышным.

Панель, имитирующая пояс, исчезла; теперь весь верх торса был светло-серым, спускаясь Т-образным клином чуть ниже грудной клетки. Число 108 всё так же красовалось по бокам белым на чёрном, но линии стали тоньше, а сам узор заходил дальше вперёд; цифры теперь читались лучше, но выглядели скорее как элемент дизайна, а не просто номер.

Было очевидно, что Кавасаки тщательно продумала, как улучшить мой костюм, и от этого внимания было одновременно лестно и немного не по себе — она наблюдала за мной слишком уж пристально.

Если низ был переработкой, то верх стал полным отходом от канона. Если штаны были чисто «супергеройскими», то верх... формально напоминал пиджак, достаточный для «официального» мероприятия, но пряжки, швы и «кожаный» блеск придавали мне вид человека, который собирается не посетить вечеринку, а вломиться на неё.

Главное изменение коснулось шеи. Вместо шарфа-воротника и маски новый костюм имел открытый ворот, переходящий в высокий стоячий воротник, соединённый сзади с чуть жёстким капюшоном. Честно говоря, это немного нервировало. Моё лицо было открыто, прятаться мне было не за что.

Я секунду смотрел на себя в зеркало, прежде чем нервно выйти обратно в комнату.

Кавасаки расплылась в широкой улыбке, а глаза Юигахамы засияли.

— Хикки, ты так классно выглядишь! — выпалила Юигахама и тут же прикрыла рот рукой. — То есть костюм! Он такой другой!

Закончив осмотр, Кавасаки встретилась со мной взглядом, уверенно ухмыляясь.

— Ну, что думаешь? — спросила она. — Круто же?

Даже если бы мне не понравилось, они потратили на это шесть часов своей субботы. Стол был завален рисунками, выкройками и обрезками, Юигахама слегка взмокла от использования причуды, а пальцы Кавасаки были заклеены пластырями. Понравился бы мне костюм или нет, был лишь один правильный ответ. К счастью, я мог позволить себе быть честным.

— Мне правда нравится, — признал я. — Я не эксперт, но видно, что стало лучше. Не уверен, что хотел бы оставить его насовсем: мне, ну, нравилось, что была маска, — я помахал рукой у лица, — но в остальном выглядит просто отвал башки.

Лицо Кавасаки на миг омрачилось от моего нежелания, но тут же прояснилось, когда я объяснил причину.

— О, я специально её убрала, — с облегчением сказала она. — Ты же будешь есть и пить? Там же обычно, ну, эти, закуски, канапе, и тебе не захочется постоянно дёргать маску туда-сюда.

— Ну не знаю, Хикки, — задумчиво протянула Юигахама. — Мне даже нравится видеть твоё лицо. Ну, то есть по глазам и так понятно, о чём ты думаешь, но когда виден рот, ты кажешься более... хм... дружелюбным, что ли?

Мой рот скривился в недовольстве, отчасти потому, что я вдруг стал остро осознавать его движения.

— Звучит так, будто мне срочно нужна маска обратно, — с сарказмом заметил я. — Иначе это будет ложная реклама, — сказав это, я благодарно кивнул Кавасаки. — Но на сегодня без неё, это явно правильный ход. Видно, что ты вложила много сил во... всё это.

Её щёки деликатно порозовели, и она отвела взгляд.

— У меня просто много свободного времени, ясно? — буркнула она. — Ладно, подожди минутку? Мне нужно привести Цумуру-семпая.

Не дав мне ответить, она выбежала в коридор. Я переглянулся с Юигахамой, которая лишь пожала плечами. Кавасаки вернулась с бледным старшекурсником с фиолетовым каре и такими же глазами.

— Это Цумура Икуто-семпай, — представила она. — Так как мы использовали метаматериалы, мне нужен куратор, чтобы подтвердить, что я, ну, не шью друзьям штаны из казённого добра просто так.

— А, привет, — Цумура дружелюбно помахал рукой. Сначала он казался рассеянным, но при виде костюма его глаза сузились, и он задумчиво прикусил палец. — Хм... интересные элементы, вроде... *бормотание*... а вдохновлено... *бормотание*... Встань, подними руки и медленно повернись.

— Эм-м, ладно? — я выполнил просьбу. Пока я крутился, до меня долетали обрывки фраз вроде «понятно» и «погодите, а где швы?».

Когда я закончил, Цумура выглядел впечатлённым.

— Ты это спроектировала? — спросил он Кавасаки. — Очень достойная работа для первокурсницы.

Она залилась краской.

— Я, э-э, спасибо! — пискнула она.

Меня кольнуло раздражение. Кто этот парень и как он смеет говорить так снисходительно?

— Юигахама помогла мне всё сшить вовремя, — сказала Кавасаки.

— А, я так и понял. Причуда, связанная с тканью? — спросил он, и Юигахама кивнула. — Ясно. Дизайн интересный, но... мне кажется, спереди многовато пустого пространства, а детали на боках закрыты курткой, если смотреть не прямо, — он снова прикусил палец. — Тут бы не помешала эмблема по центру груди, — он выжидающе посмотрел на меня.

Я неловко переступил с ноги на ногу:

— Эм-м, у меня её нет.

— Нет? — удивился он, а потом его осенило. — А, точно, ты же первокурсник. Ну тогда... серый цвет на торсе даёт достаточно визуального интереса, можно обойтись без эмблемы. Может, повторить детали с ног на рукавах куртки?

Кавасаки глянула на часы, потом на Юигахаму. Та улыбнулась и кивнула.

— Спасибо за совет, семпай, — улыбнулась Кавасаки. — Я успею это сделать, пока Хикигае не пора будет уходить.

Цумура моргнул, удивлённый скоростью работы, но промолчал. Вместо этого он протянул мне жёлтую папку, которую, как я только сейчас заметил, он держал всё это время.

— Ладно. Тогда вот бумаги, которые тебе нужно заполнить. И там же форма для твоего куратора стажировки.

Я дёрнулся, принимая папку, и моя причуда подсказала, что у Цумуры непробиваемая кожа на кончиках пальцев. Я не стал копировать его силу, просто уставился на него в недоумении.

— Э-э... зачем?

— Ну, он же ведет тебя на мероприятие, верно? — сказал он как о чём-то само собой разумеющемся.

Я застыл. Юэй нужно подтверждение, что я не просто косплею ради забавы? Или эти метаматериалы настолько дорогие, что Киберпанч придётся платить за них? Я нервно рассмеялся, пытаясь придумать ответ, и Цумура принял это за согласие, разворачиваясь на выход.

— Ладно, мне пора работать, приятно было познакомиться! — он помахал рукой и ушёл за дверь.

— Э-э... взаимно, — пробормотал я ему вслед, тяжело вздохнув.

Кавасаки в замешательстве переводила взгляд на дверь и обратно на меня, но я покачал головой.

— Забей, не важно, — я просто поговорю с ними и разберусь с персоналом позже. В крайнем случае, Киберпанч наверняка не будет против слегка приукрасить правду в отчёте, если ей не придётся платить. — Так... -э-э... он сказал добавить детали на рукава?

Кавасаки наклонилась к куртке, приглядываясь:

— Не уверена, что Юигахама сможет своим «сплющиванием» прикрепить обычную ткань к динакоже, — задумчиво произнесла она, — так что придётся распороть рукава, пришить полосы и собрать обратно. Юигахама, займёшься курткой? Я за утюгом и клейкой лентой.

— Окей! Хикки, давай сюда, — сказала Юигахама.

— Наверное, поздно спрашивать, — сказал я, — но обязательно было делать куртку из чего-то пафосного вроде динакожи? Обычная кожа или ткань были бы проще и дешевле, нет?

Отчасти я пытался аккуратно выяснить цену этой «динакожи», но мне было и правда любопытно.

К сожалению, Кавасаки не ответила на мой вопрос «да не, динакожа вообще стоит копейки», нет, вместо этого она нахмурилась:

— Э-э, Хикигая... помнишь инцидент с «Токиийским Небесным Яйцом» пару лет назад?

— Это где Капитан Знаменитость спас кучу людей? — уточнил я.

Она серьёзно кивнула:

— Это лишь один пример, но злодеи часто атакуют светские мероприятия с героями. Одно из правил официального дресс-кода героев: одежда должна быть пригодна для боя. Поэтому многим героям туда разрешают приходить просто в своих костюмах.

— О... — тупо выдавил я, машинально отдавая куртку Юигахаме. — Не знал. Эм-м, спасибо тогда, что подумала об этом.

Как будто мне было мало поводов для беспокойства на сегодня.

Кавасаки быстро улыбнулась мне.

— Для этого и нужен курс поддержки здесь. К тому же это мой первый опыт с метаматериалами, так что мне тоже было весело. И вообще, полезный опыт работы с дедлайнами; обычно у меня их нет.

Я начал было улыбаться с облегчением:

— О, это...

Но на половине предложения Кавасаки заставила меня застыть ледяным взглядом:

— Но в следующий раз? Ты дашь мне нормальное время на работу, уяснил? — строго сказала она.

Я поморщился и закивал.

— О да, абсолютно, — согласился я.

Довольная моим ответов она отвернулась, махнув голубым хвостом на затылке:

— Ты мне теперь по-крупному должен, Хикигая, — бросила она, уходя в кладовую.

— Поверь, я знаю, — сказал я, глядя то на её спину, то на Юигахаму, уже орудующую распарывателем. — Вам обеим.

— М-м-м, — промычала Юигахама с улыбкой. — Всё нормально, Хикки. Я просто рада помочь. Зачем ещё нужны друзья?

Если бы они у меня когда-то были, может, я бы знал, что ответить. Вместо этого я просто улыбнулся ей в ответ.