А это точно курорт (джен)

Город-призрак Реймс.

Реймс, некогда жемчужина шампанского и готической архитектуры, погрузился в молчание, нарушаемое лишь шелестом развевающихся на ветру обрывков газет да отдалённым, прерывистым воем. Воздух, пропитанный сладковатой гнилью и пылью разрухи, был тяжёл для лёгких. На мостовых, среди разбитых витрин бутиков и покорёженных автомобилей, валялись тела. Не все они были недвижны. Некоторые всё ещё дёргались, издавая булькающие, нечеловеческие звуки, цепляясь за остатки прошлой жизни — игрушку, сумку, осколок витрины. Они «поиграли», как с горькой иронией говорили выжившие, в самую страшную игру на выживание. И проиграли. Теперь они были лишь частью ландшафта ужаса, топливом для эпидемии.

И для охоты. Ибо выжившие поняли: вирус, превративший миллионы в зомби-потребителей, был лишь началом. На них самих, на тех, кто устоял, сохранил разум и волю к борьбе, теперь была объявлена другая охота. Целенаправленная, жестокая, ведомая не инстинктом, а холодным расчётом. Охотники пришли извне.

Визит. За порогом.

Укрытие, которое они называли «Гнездо», было спрятано в подвалах одного из старинных особняков недалеко от собора. Снаружи — лишь груда кирпича и присыпанный пылью вход в подвал. Внутри — несколько уровней выживания, вырытых с отчаянием и надеждой.

Мейс стоял у монитора системы внешнего наблюдения, его лицо, обычно выражающее упрямую решимость, было искажено гримасой тревоги. Изображение было засвеченным, но фигуры у входа различить можно было. Их было трое. Они не шатались, не рыскали взглядом. Они стояли, смотря прямо в скрытую камеру, будто знали о её существовании. Их одежда — странная смесь средневековых кожаных доспехов и высокотехнологичных элементов — не порвалась, не была запачкана. Они были чисты.

— Вирусолог, — пробормотал Мейс, отрываясь от экрана. — Они здесь. Подошли к дому.

Он обернулся к вошедшему Хоку. Тот, высокий и сутулый, с острым взглядом учёного, ещё не успел снять походный рюкзак, полный образцов.

— Вирусолог? Кто это вообще такой? Откуда взялся? — спросил Хок, ставя рюкзак на пол и снимая очки, чтобы протереть их. Его голос звучал устало, но в нём зазвучала профессиональная настороженность. Вирус был его областью, его проклятием и его работой.

Мейс глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Информация была обрывочной, добытой ценой жизней нескольких разведчиков.

— Как я уже говорил, то, что мы знаем — обрывки, слухи, перехваченные обрывки их разговоров. Мы не знаем его имени. Зовём его просто Создатель. Вирус... он не случайность. Он — проект. А этот тип — его архитектор. Но он не наш. Не из нашего мира.

Хок замер, не веря своим ушам.

— Извини, «не из нашего мира»? В смысле, другой страны? Другой планеты?

— Другой вселенной, — твёрдо сказал Мейс. — Портал. Он появился здесь, в самом начале, в эпицентре вспышки в Париже. Его рука... Говорят, она не совсем человеческая. Может открывать проходы — щели в самой реальности. Призывает оттуда своих приспешников, оружие, технологии, которые нам и не снились. А ещё... он будто видит саму болезнь. Контролирует её очаги. И он объявил охоту на всех, кто проявил нестандартную устойчивость или, как вы трое, — магические способности. Для него мы — угроза его эксперименту или... его новые образцы.

Звук тяжёлых шагов снаружи заставил их вздрогнуть. Мейс кивнул в сторону лифта — старого грузового подъёмника, который они восстановили и укрепили.

— Обсудим позже. Они пока не штурмуют, но долго ждать не станут.

Совет в «Гостиной».

Помещение, названное с горьким юмором «Гостиной», было бывшим бомбоубежищем, превращённым в командный центр. Стены, увешанные картами, схемами и зацепками на стикерах, дрожали от гула генераторов. В центре стоял грубый стол, собранный из обломков мебели. Здесь уже были остальные.

Алм, молчаливый громила с руками, толщиной с хорошее полено, методично чистил свой дробовик. Его пальцы, казалось, не подходили для тонкой работы, но двигались с ювелирной точностью. Фат и Саинс, «маги», сидели рядом. Фат, худощавый и нервный, что-то чертил на клочке бумаги — руны или схемы. Саинс, самый молодой, с горящими фанатичным блеском глазами, медитировал, пытаясь уловить «потоки» энергии, которые, как он утверждал, изменились с приходом Охотников.

Последним вошёл Ден, главный инженер и создатель «Гнезда». Его одежда была в пятнах машинного масла и ожогах от сварки. Он обвёл всех оценивающим взглядом механика.

— Ребята, учитывая новые обстоятельства с незваными гостями из параллельных реальностей, — его голос звучал сухо, без намёка на панику, — вам что-то нужно? Из оружейного арсенала? У нас есть небольшой запас времени, пока они оценивают обстановку. Могу что-то доработать, собрать.

Алм отложил ствол и посмотрел на Дена.

— Дробовик — вещь хорошая, но против тех, кого описывает Мейс, может не прокатить. Нужна... адаптивность. Улучшенный дробовик. Чтобы мог и на дальняк достать, и в тесноте не подвести.

Хок поднялся с места, подошёл к столу, оперся на него костяшками пальцев.

— Магия магией, но в ближнем бою мне нужна надёжность. Меч. Но не просто кусок заточенной стали. Такой, чтобы не сломался, если попадутся бронированные... что бы они там ни были. Чтоб держал удар.

Фат оторвался от своих чертежей.

— Моя стихия — многообразие. Мне нужно не одно оружие, а система. Четыре вида, синхронизированных с моей магией. Огонь, ветер, земля, вода. Каждому — свой инструмент.

Мейс, стоявший у двери, пожал плечами.

— Я не маг и не учёный. Мой инструмент — скорость и внезапность. Мне бы просто хороший, сбалансированный меч. Лёгкий, острый. И, может, пару улучшений для скрытности.

Все взгляды обратились к Саинсу. Тот открыл глаза, и в них мелькнула идея.

— Десять, — сказал он просто.

— Десять чего? Пистолетов? — не понял Ден.

— Десять животных. Их дух, их суть. Моя магия позволяет заимствовать аспекты. Мне нужно оружие, которое может трансформироваться, воплощая силу десяти разных зверей. Это даст мне непредсказуемость в бою.

Ден долго смотрел на каждого, мысленно прикидывая запасы на складе, возможности лаборатории, сложность задач. Наконец, он резко кивнул.

— Понял. Пять дней. Не тревожьте. — И, не добавляя лишних слов, развернулся и направился к лифту.

Лаборатория. Пять дней творения.

Третий уровень, «Лаборатория», был царством Дена. Здесь гудели 3D-принтеры, искрили сварочные аппараты, стояли ряды мониторов с бегущим кодом и схемами. В воздухе витал запах озона, горячего металла и кофе. Пять суток почти без сна Ден превращал идеи в смертоносную реальность.

Он копался в запасах редкоземельных элементов, добытых с огромным риском, переплавлял титановые пластины от брони старого военного спутника, настраивал энергетические сердечники на кристаллах, которые Саинс называл «сгустками природной маны». Это была работа не просто оружейника, а художника-сюрреалиста, смешивающего науку, магию и отчаянную необходимость.

И вот, утром шестого дня, он стоял среди плодов своих трудов. Экипировка, разложенная на столе в Лаборатории, выглядела как арсенал героев фантастического блокбастера. Объём работы был колоссален.

Экипировка Алма: «Громовержец».

Это был уже не просто дробовик, а тактический гибрид. Основа — помповое ружьё 12-го калибра с подствольным магазином. Но Ден добавил модульный блок под стволом с тремя режимами:

1. Лазерный: узконаправленный луч, прожигающий на сотню метров, идеальный для точечного устранения цели сквозь лёгкие преграды. Прицел — комбинированный, оптический с лазерной подсветкой.

2. Обычный: классическая дробь, но с патронами собственного изготовления, начинёнными вольфрамовыми шариками.

3. Взрывной: выстрел микро-гранатой с ударным взрывателем. Для подавления групп.

А главное — по нажатию кнопки на цевье приклад складывался, а ствол укорачивался, превращая «Громовержца» в смертоносное оружие ближнего боя с дульным compensator-ом, способным оглушить и ослепить в замкнутом пространстве.

Экипировка Хока: «Непоколебимый».

Меч, в котором элегантность формы сочеталась с чудовищной прочностью. Ден создал уникальный сплав:

· Титан составил основу клинка, дав ему лёгкость и упругость.

· Железо с памятью формы было вплетено в молекулярную решётку, позволяя лезвию поглощать и рассеивать кинетическую энергию удара.

· Вольфрамовая нить по обуху клинка создавала микро-вибрацию, разрушающую структуру любого другого материала при контакте.

Это было оружие паладина — не для фехтования, а для сокрушающих, уверенных ударов, против которых не устоит ни броня, ни сверхъестественная плоть.

Экипировка Фата: «Квадро Стихия».

Система из четырёх взаимосвязанных устройств, объединённых в элегантный пояс-контейнер.

1. «Жар-Птица» (Огонь): Боевой арбалет с шестью направляющими. Он выпускал залп из коротких, тонких болтов. При активации магии огня, наконечники воспламенялись, создавая ливень из миниатюрных огненных стрел.

2. «Вольный Ветер» (Воздух): Прямой, узкий клинок с полыми каналами вдоль лезвия. Когда Фат направлял потоки воздуха, меч становился невесомым в его руке, а удары наносились с гиперзвуковой скоростью, создавая разрезающие воздух вихри.

3. «Каменная Опора» (Земля): Пара массивных тесаков, больше напоминающих пехотные лопатки. При втыкании в землю они активировали геомагнитный резонанс, вызывая локальные толчки или притягивая к себе металлический мусор, создавая импровизированную баррикаду или россыпь поражающих элементов.

4. «Морская Скала» (Вода): Не доска для сёрфинга, а округлый, обтекаемый щит из полимерного сплава. Он мог парить на короткой дистанции, позволяя скользить по поверхностям или даже кратковременно по воде. Его края были острейшими, а поверхность идеально распределяла ударную силу, как океан гасит волну.

Экипировка Мейса: «Теневой Клык».

На первый взгляд — просто очень хорошо сделанный, слегка изогнутый меч из матово-чёрной стали. Но его рукоять содержала миниатюрный генератор статического поля, затрудняющий электронное обнаружение, а ножны при быстром извлечении клинка издавали короткий ослепляющий вспышку и звуковой импульс, оглушающий противника. Простота была обманчива.

Экипировка Саинса: «Звериный Ковенант».

Самый сложный проект. Это был набор из десяти браслетов-трансформеров, каждый из которых реагировал на психический импульс носителя, преобразуя энергию его тела в оружие.

1. Волк: Кастеты, удваивающие силу и скорость удара, обостряющие рефлексы до звериного уровня.

2. Заяц: Перчатки, не дающие грубой силы, но увеличивающие скорость движений втрое, позволяя уворачиваться от почти любого атаки.

3. Птица: Лёгкие, складные крылья из энергополотна, дающие до десяти минут управляемого полёта.

4. Лягушка: Гарпун с магнитно-импульсным мотором. Можно выстрелить им, чтобы притянуться к цели, или, наоборот, зацепить врага и притянуть к себе.

5. Слон: Шлем и накладки, временно увеличивающие массу и плотность тела в десятки раз, делая удары сокрушительными, а устойчивость — абсолютной. Но требуют огромных затрат энергии.

6. Змея: Тонкая, гибкая катана, способная изгибаться вокруг препятствий и наносить молниеносные, кинжальные удары с неожиданных углов.

7. Бык: Массивный, вибрационный клинок, который при броске летит строго по прямой, сметая всё на пути, и возвращается в руку по тому же траекторию.

8. Олень: Пара изогнутых сабель, идеальных для акробатики. Они усиливают прыжки, позволяя совершать невероятные кульбиты в воздухе.

9. Тигр: Раздвижной цепной кнут с шипастыми звеньями. Усиливает все физические параметры носителя вдвое на время его использования.

10. Насекомое: Энергетический щит в форме панциря, способный принять на себя практически любой известный удар, но требующий полной концентрации.

Минус системы: катастрофический расход внутренней энергии («маны») пользователя. Полное истощение потребует до трёх суток естественного восстановления.

Экипировка Дена.

Он не забыл и о себе. Его джетпак получил новые, более эффективные микро-турбины, работающие на переработанном биотопливе. Нож остался старым, верным другом. Зато очки виртуальной реальности теперь могли анализировать цель в тысячных долях секунды, предсказывая её движение, вычисляя слабые точки. А встроенный в оправу лазерный модуль стал опасным оружием точечного поражения.

«Гнездо». Ожидание бури.

Закончив последние проверки, Ден откинулся на спинку кресла. Перед ним, сверкая металлом и полимерами, лежал арсенал, способный дать отпор почти любой угрозе. Но угроза за дверями была не «почти любой». Она была чужой, непонятной, пришедшей из-за границ реальности.

Он взглянул на схему «Гнезда», нарисованную на стене:

· Первый и второй уровни: жилые зоны, казармы, медпункт. Искусственный биоценоз с водорослями для воздуха и грибницами для переработки отходов.

· Третий уровень: его святая святых — лаборатория и мастерская.

· Четвёртый уровень: гидропонные фермы для выращивания пищи и основной склад ресурсов.

· Пятый уровень: самое нижнее и защищённое ядро — геотермальный реактор, резервный генератор и архив всех данных о вирусе и... о порталах.

Весь этот комплекс, вырытый под руинами Реймса, был их последним бастионом в мире, где правил вирус, созданный пришельцем. Ден — инженер, механик, вынужденный изобретатель. Мейс — разведчик и следопыт. Хок — вирусолог, пытающийся найти слабое место в патогене. И трое «магов»: Фат, Саинс и... они до сих пор не знали полной природы их сил, проснувшихся после начала эпидемии. Была ли магия ответом Земли на вторжение? Побочным эффектом вируса? Или чем-то, что всегда было здесь, просто спало?

Сигнал тревоги, резкий и пронзительный, разрезал тишину лаборатории. На главном мониторе замигали красные метки. Датчики движения на поверхности зафиксировали активность. Не хаотичное шатание зомби, а чёткое, скоординированное перемещение нескольких объектов. Они обходили ловушки, целенаправленно приближаясь к замаскированному входу.

Охота началась.

Ден встал, его усталость как рукой сняло. Он взял со стола свой модернизированный сканер и ключ от лифта, блокирующего все уровни.

— Алм, Хок, Фат, Мейс, Саинс, — его голос прозвучал в общем канале связи, — на третий уровень. Экипировка готова. Пора встречать гостей. Надеюсь, наши подарки им понравятся.

Где-то наверху, среди трупов и руин Реймса, чья-то нечеловеческая рука с шумом разорвала ткань пространства, открывая портал цвета гниющей малахитовой зелени. Из него вышли новые фигуры. Охота Вирусолога переходила в активную фазу. Но в своём «Гнезде», под землёй, добыча решила дать бой.