Восхождение Тёмной Звезды / Dark Star Rising (джен)

Глава 4.С

Одну лишь секунду Сплетница смотрела на всплывшее окно на ноутбуке, осознавая, что ситуация только что перешла из опасной в смертельную. А затем она превратилась в вихрь активности; у неё было меньше минуты до того, как её дверь выбьют люди Выверта.

Одной рукой она напечатала сообщение для Горизонта Событий, а другой — захлопнула ноутбук и двинулась к своему тревожному чемодану, уже заранее распакованному для такого случая. Она бросила компьютер внутрь и выудила оттуда единственную гранату, которую смогла раздобыть.

Быстро проверив текст, чтобы убедиться, что всё верно, она нажала «отправить» и сунула телефон в карман. Либо сообщение дойдёт, и Горизонт Событий успеет к ней вовремя, либо Сплетнице понадобится запасной путь к отступлению.

О том, чтобы драться и прорываться силой, не могло быть и речи. Она была Умником, и неплохим — по её же собственным словам, — но не боевым. Эти наёмники пришли не для дискуссий, и, скорее всего, у них был приказ не дать ей начать говорить.

Её сила была прекрасна для выуживания самых больших секретов из скуднейшей информации, но в драке она была не более искусна, чем любая другая семнадцатилетняя девушка, поддерживающая неплохую форму. Если она пускала в ход кулаки — она уже проиграла.

Сплетница отнесла сумку к ковру перед телевизором, висевшим на стене, и, ухватившись обеими руками, подняла ковёр, прихватив вместе с ним и вырез в полу. Она сняла квартиру под своей же под вымышленным именем и проделала лаз между ними. Слишком много паранойи не бывает, когда работаешь на Выверта.

Она бросила сумку вниз и наполовину проскользнула в лаз, ожидая.

Секунды тянулись, и Сплетница заставила себя успокоиться. Это не особо помогло: она слышала, как кровь стучит в ушах, и чувствовала, как сердце колотится в груди.

Услышав, как к её двери под тяжело ступают сапоги, она выдернула чеку, прижала рычаг и попыталась заставить руку не трястись. Почти получилось.

Прихвостни Выверта вломились в дверь, но усиленный засов выдержал. Ненадолго. Сплетница наблюдала, как сначала выстрелили первую петлю, затем вторую. В этот момент она бросила светошумовую гранату и нырнула вниз, захлопнув за собой люк и задвинув болт. Если всё пойдёт хорошо, они подумают, что она ушла по пожарной лестнице, а не через потайной люк.

Хлопок был громким, даже сквозь пол, и ей почудился свет, но она решила, что это игра воображения. На то, чтобы надеть пару ботинок из сумки, ушло несколько секунд, затем она схватила свой пистолет, собрала вещи и бросилась к выходу, чтобы посмотреть в глазок.

Снаружи никого не было. Она слегка отпустила свою силу, чтобы выяснить, не оставили ли они кого-нибудь у лестничной клетки.

Из-за потери людей и спешки с заданием у них не хватило сил разделиться.

Достаточно хорошо.

Она открыла дверь как можно тише и двинулась к лестнице. Взгляд вверх подтвердил, что её сила не ошиблась, и она пошла вниз. Она не была настолько оптимистична, чтобы думать, что это их надолго собьёт с толку, но ей нужно было лишь достаточно времени, чтобы уйти.

То, что Сплетница увидела наёмника, поднимающегося вверх, раньше, чем он увидел её, спускающуюся вниз, было делом случая. Он поворачивал внизу пролёта, когда она была уже наверху. В её удивлении проскользнула частичка её силы.

Не следует приказам, услышав гранату. Не соблюдает надлежащую процедуру штурма по лестнице вверх.

Её сила была и неправа, и бесполезна в этот самый момент; она видела, что его ствол не направлен вверх, пока он бежал по лестнице.

Развернуться и побежать — означало смерть, а на нём было достаточно бронежилета, чтобы она могла не уложить его до того, как он откроет огонь. Поэтому она использовала его невнимательность, чтобы самой перейти в атаку, и запустила себя с верхней части пролёта, прикрываясь сумкой, чтобы врезаться в него изо всех сил.

Для шестифутового, хорошо обученного войне наёмника вес Сплетницы в обычных обстоятельствах не составлял бы проблемы. Но летящее пушечное ядро с десяти футов, с гравитационным ускорением, — это были не те обстоятельства, к которым он готовился.

Она настигла его как раз когда он поднимал оружие, и сбила с ног, вниз по трём ступеням, которые он успел преодолеть, приземлившись плашмя на спину. Для Сплетницы это ощущалось очень похоже на те менее аккуратные броски, через которые проводил её Мрак в ходе минимальных физических тренировок, и выбило из неё дыхание.

Наёмнику же было куда хуже. Его голова с силой ударилась о пол, и, хотя шлем спас его от худшего, он определённо был оглушён и задыхался ещё сильнее, чем она.

Она не могла позволить себе секунды на отдых после этого, откровенно нелепого, действия, откатилась, поднялась на ноги и наступила на его вооружённую руку на случай, если он оправится.

Сверху донёсся крик и треск выстрелов, когда она бросилась вниз по последним этажам, бросив свою сумку. На первом этаже никого не было, но она не доверяла выходу через парадную и направилась к боковому выходу.

У Сплетницы не было времени ждать и проверять, не поджидает ли кто-нибудь снаружи, с отрядом на пятках, и она распахнула дверь, надеясь, что если кто и есть, то внезапный рывок напугает его достаточно, чтобы её пистолет либо уложил его, либо заставил укрыться.

Вместо этого она выскочила в пустой переулок и рванула прочь, на бегу мельком оглянувшись. Она увидела наёмника на углу, который пытался держать в поле зрения и парадную дверь, и боковой выход. Он уже поднимал свою винтовку.

Всплеск адреналина бросил её за угол как раз в тот момент, когда он открыл огонь. Она игнорировала всё позади себя, пока неслась к своей машине. Ей нужно было лишь немного форы, чтобы уехать.

Ещё один поворот — и она увидела её припаркованной там, где и оставила, чуть в стороне от входа в переулок. Она выудила ключи и открыла машину с брелока. Звуковой сигнал машины казался приглушённым из-за того, как она задыхалась и чувствовала, как сердце колотится с бешеной скоростью, и всё же это был самый сладкий звук.

Она вырвалась из переулка, обежала вокруг задней части и добралась до двери водителя. Едва ухватившись за ручку, чтобы открыть дверь, она заметила Выверта, стоящего у стены здания лицом к ней.

И целящегося в неё из пистолета.

Не было времени уклониться, даже когда она попыталась начать движение; он уже нажимал на спусковой крючок. Всё было кончено, и у неё не было даже времени это осознать.

Из пистолета вспыхнул свет, но не было звука. Она всегда слышала, что пуля, которую не слышишь, — та, что поражает тебя, и всё же она всё ещё была в сознании. Ни вспышки боли, ни небытия.

Не промахнулся. Горизонт Событий остановила пулю.

Сплетница подавила свою силу, чтобы та не запустила новые цепочки размышлений. Сейчас она в безопасности, и сила понадобится ей позже.

Она в безопасности.

Она тяжело вздохнула, пытаясь сбросить напряжение, и вдохнула полной грудью, чтобы немного успокоиться. Это немного помогло.

«Вообще-то…» — сказала она и отпустила свою силу, глядя на Выверта. То, как его облегающий костюм обрисовывал его тощее, как скелет, тело, заставляло её содрогнуться от отвращения. Змея, извивающаяся от щиколотки вверх по телу и выстреливающая из-за его головы. Вызывающий костюм, который она ненавидела.

Не Выверт.

И всё это было подставной фигурой.

Сплетница не могла поверить в такое совпадение. Она должна была быть мертва, и если бы Выверта поймали с поличным, каким-то образом, это был бы идеальный способ отвязать его гражданскую личность от злодея.

Или не с поличным. Если бы кукла Выверта сбежала, это могло бы выглядеть так, будто он сбежал из города, подчистив хвосты.

Он не мог знать, что Горизонт Событий должна была прийти, и то, что Сплетница жива, должно было идти вразрез с его планами. Ей нужно было воспользоваться этим.

Всё это пронеслось в её сознании за те секунды, что потребовались всем наёмникам, чтобы исчезнуть в тюрьмах, которые Горизонт Событий становилась так знаменита.

Затем её подняли в воздух, не заключая в тюрьму, и довольно грубо вырвали пистолет из её рук. Она даже не пыталась сопротивляться, ибо это было бы и тщетно, и контрпродуктивно.

Здание пропало внизу, когда её подняли в ночную высь и присоединили к Горизонту Событий. Даже в бледном свете города внизу она могла разглядеть костюм, который та носила, центр в виде чёрной дыры, резко контрастирующий с её белым облегающим костюмом.

«Ты довела до совершенства искусство появляться в нужный момент для большого геройского подвига, должно быть, тебя учил Голливуд», — сказала Сплетница с поддразнивающей ноткой, когда оказалась достаточно близко.

«Я просто рада, что успела вовремя», — сказала она. — «Эти бусы спасли тебя. Я бы опоздала на мгновение, если бы она не привлекли моё внимание». Её голос звучал запредельно усталым, и Сплетница вдруг занервничала от того, что парит на сотнях футов в воздухе.

«Лучший друг, чем алмазы. Почему бы нам не спуститься на твёрдую землю, пока не отключили опцию мягкой посадки, а?»

Горизонт Событий слегка качнулась, а затем замерла. Сплетнице не понадобилась её сила, чтобы увидеть, что Горизонт Событий только что потеряла нить мысли и пытается её найти.

«Позвони Оружейнику и доставь нас в штаб Протектората», — предложила Сплетница. — «И скажи ему, что я хочу, чтобы все думали, что я мертва, и поговорить с глазу на глаз».

«Верно». Сплетница была мастером манипуляций, но сейчас её целью был выход на СКП — то, что Горизонт Событий и так планировала. Нужно было лишь проследить, чтобы об этом не узнала вся организация.

«Ах да, та сумка, валяющаяся на лестничной клетке, если наёмники её не унесли, — моя. Можешь забрать её, пожалуйста?»

Горизонт Событий снова качнулась, и Сплетница наблюдала, как смещаются огни — её единственный ориентир при внезапном движении. Было интересное ощущение — находиться в состоянии почти свободного падения, и она наслаждалась этим опытом, зная, что это, вероятно, единственный раз в жизни.

Ничто так не заставляет ценить мелочи, как столкновение со смертью.

«Итак, каков план?» — спросила Сплетница, когда Горизонт Событий положила трубку. Ей нужен был подходящий момент, чтобы передать имеющуюся у неё информацию, а Горизонт Событий была не тем человеком, через которого стоит координироваться. Особенно сейчас.

Вместо ответа она немного замедлилась, проносясь над нефтяной вышкой, затем ускорилась и набрала высоту. Спустя несколько секунд в их маленьком совещании оказались и Оружейник, и Шевалье.

«А, привлекаете большие пушки для маленькой скромной меня. Я польщена». Немного снисходительности к её фальшивой лести, чтобы попытаться вывести их из себя. Оружейник слегка нахмурился, но если она правильно прочитала Шевалье, он был развлечён.

«Ты сама этого хотела», — сказал Оружейник. — «Что ты можешь предложить взамен?»

«Прежде чем мы перейдём к пикантным деталям, у тебя есть что-нибудь для нашей подруги Гор? Она вот-вот отключится, и я думаю, что только Шев переживёт падение».

«Я в порядке», — защищаясь, сказала Горизонт Событий, скрестив руки.

«На самом деле нет, и мне не улыбается узнать, могу ли я умереть от страха раньше, чем внезапная остановка прикончит меня. Так что прими то зелье, что он достаёт из своего пояса бесконечных решений. Пожалуйста».

Горизонт Событий посмотрела на таблетку, которую протянул Оружейник, и спросила: «Какие-нибудь побочные эффекты?»

«Ты не будешь спать следующие двенадцать-шестнадцать часов, а затем проспишь часов двадцать».

«Замечательно. Рада, что сейчас лето». Она приподняла свою белую маску, и Сплетница увидела вместо лица лишь чёрную пустоту. Это было довольно завораживающее зрелище, но на уровне рептильного мозга — тревожное.

«Итак!» — сказала Сплетница, пытаясь сохранить контроль над темпом разговора. — «У меня есть секреты, которые я хочу вам передать, в обмен на несколько простых вещей».

«Каких именно?» — спросил Шевалье. Мало что можно было понять, но они всё ещё следовали её сценарию. "Никогда не давай Умнику говорить" — поговорка неспроста, и хотя они не были на грани потери сознания от усталости, они были довольно измотаны.

«Мои условия. Во-первых, я хочу стать Стражем в другом городе, с датировкой шесть месяцев назад, без испытательного срока».

Оружейник скрестил руки, но не стал сразу отвергать предложение.

Она не хотела быть Стражем, но меньше года — и она сможет уйти. Хотя обычно Стражи переходят в Протекторат, это не обязательно, если только не предписано судом.

«Во-вторых, чтобы за мной не тянулось уголовное прошлое». Это было добавлено как то, от чего они могли отказаться и почувствовать, что получают что-то взамен. Это никогда бы не прошло.

«Никаких шансов», — сказал Оружейник. Вот так.

«Ладно, но запечатано. И проследите, чтобы его нельзя было связать со мной. Сплетница умерла сегодня вечером».

Он кивнул и жестом предложил ей продолжить.

«На самом деле, это все мои два требования. Я даже подслащу сделку и помогу вам выследить Выверта, пока буду Стражем».

Она и сама хотела сделать это как по личным, так и по практическим причинам. Отдавая им это, она также обеспечивала себе защиту от его внезапного нападения.

«Разве я не поймала его?» — спросила Горизонт Событий.

«У тебя тело-двойник. Хороший, кстати; такую фигуру найти — та ещё заноза».

«Возможно, у нас нет его самого», — сказал Оружейник, — «но всё, над чем он работал последнее десятилетие, сегодня вечером пошло ко дну».

«У него припрятано достаточно денег и связей, чтобы он мог возродиться, словно гнилой феникс из кучи дерьма».

«Восхитительный образ», — сказал Шевалье. — «Как насчёт того, чтобы присоединиться к Стражам Филадельфии со мной? Достаточно далеко?»

Самым странным для Сплетницы было не предложение, а то, насколько оно было искренним. Никаких скрытых мотивов, просто желание видеть её в лучшем месте. Честно говоря, с таким человеком во главе отделения были неплохие шансы, что это лучшее предложение. Почти наверняка лучше, чем случайное другое отделение. К тому же, это оставляло в курсе на одного человека меньше, и это могло означать всю разницу.

«Продано, рыцарю в доспехах за деву в беде. Кстати, не думаете, что сможете обработать и прихвостней Выверта? Если он не знает, что случилось, он может совершить ошибку, например, попытаться выяснить».

Мысль о Выверте в душевных муках от неизвестности также согревала её изнутри, но она не думала, что их это впечатлит.

«Уверен, мы сможем что-нибудь придумать. Горизонт Событий, я слышал, ты быстро доставляешь. Не хочешь заскочить в Город братской любви?»

«Хорошо», — сказала она. Даже с техникопрепаратом в крови Горизонт Событий была на исходе и, вероятно, согласилась бы на любую простую просьбу в этот момент без возражений. — «Но тебе придётся направлять меня. Я лишь знаю, что это примерно на запад».

Они полетели по баллистической траектории под руководством Шевалье, и Сплетница с восторгом смотрела на огни восточного побережья, в то время как Земля уходила вниз. Лёгкую зависть к тому, что сёстры Даллон могли видеть по первому требованию, она подавила.

«Сплетница», — сказала Горизонт Событий, когда они выровнялись. — «Спасибо, что направила меня в нужном направлении, с АПП. Даже если ты знала, что мы выйдем на Выверта».

«Всегда рада помочь белым шапкам», — сказала она с улыбкой, от которой не растаяло бы даже масло. — «Но, если серьёзно, я получаю от этого всё, что хотела. И если в конце был момент, когда пришлось туго, в итоге всё сложилось». Пока что. Ей придётся поработать, чтобы так продолжалось и дальше, но хотя она, возможно, и злодейка, но не ленивая.

Это вызвало мысль о том, как усердно работал Мрак как лидер их команды, и она решила, пожалуй, совершить ещё одно доброе дело.

«Эй, Оружейник», — она свела дразнящий тон к минимуму, но ей нужно было поддерживать репутацию. — «У меня есть ещё одна просьба. Не мог бы ты связаться с Неформалами и сообщить им, что Выверт убил меня? Мы работали на него, но они на самом деле не знали об этом. Думали, что это просто какой-то таинственный босс».

Выверт как раз готовился принять их в ближний круг, но между появлением Горизонта Событий и приобретением Скитальцев он решил, что лучше держать их на расстоянии.

«Я могу сделать предложение».

«Спасибо». Она подумала было дать совет по вербовке Мрака, но решила, что он предпочёл бы, чтобы она этого не делала. Кроме того, если Оружейник придёт во всеоружии с личной информацией, он может догадаться, что она не мертва.

Судьба Неформалов была, по сути, закончена, даже если бы она не исчезла. Без Выверта, предоставляющего им работу, у них не было лёгкого способа находить выгодные цели для нападений. Она не сомневалась, что смогла бы с этим справиться, но это были бы не те же самые цели, и информацию для корпоративного шпионажа было бы не так просто использовать.

Без неё они, скорее всего, разбегутся. Это вызвало лёгкое чувство вины, но они были скорее напарниками, чем друзьями.

«Эй, Шев, не знаешь хороших адвокатов в городе, которых можно нанять в пять утра?»

«Я знаю парочку, но не в такое время. Не против подождать немного?» Впечатляло, насколько открыто он был готов помочь. Сплетница просто не привыкла к такому, и она была почти готова использовать немного силы, чтобы убедиться, но передумала.

«Отлично. Я не против вздремнуть в переговорной или где-нибудь ещё. Бьюсь об заклад, контракт для Стражей усыпит меня моментально».

Вскоре их уже направляли вниз, к зданию СКП. Озарённое огнями и оживлённое даже в такой ранний час, оно было значительно больше броктонского, и Сплетница решила, что не против, если оно станет её домом на ближайшее время.

«Ну, это было путешествие, но я почти готова вырубиться». Сумка Сплетницы подплыла к ней, и она схватила её с дружелюбной улыбкой в сторону Горизонта Событий.

«Ты сказала, что у нас нет настоящего Выверта», — сказал Оружейник больше с упрёком в её сторону, чем для прояснения. — «Ты знаешь, кто он».

«Нет, но я сузила круг и хорошо разобралась в его финансах. Он совершил одну ошибку, когда нанял меня под дулом пистолета».

Сплетница позволила этому повиснуть в воздухе, но когда никто не клюнул на очевидную приманку, она вздохнула с поражением и сказала: «Ладно, будьте такими. Он оставил психику-Умника с слишком длинной верёвкой, чтобы та повесилась, и достаточно, чтобы затянуть петлю на нём. Я буду держать вас в курсе моих успехов через Гор».

Она сделала хватательное движение обеими руками, рассчитывая, что это сымитирует Славу, и Горизонт Событий после подтверждающего взгляда на Оружейника нерешительно протянула свой телефон. Её было удивительно легко читать по языку тела.

Сплетница взяла телефон и ввела контактную информацию. «Вот, лёгкий доступ ко мне в любое время, когда понадоблюсь».

И она тоже запомнила номер, чтобы связаться в любое время.

Горизонт Событий забрала телефон обратно и посмотрела на него. «Энтропия?»

«Не могу больше быть Сплетницей, а мне нравится, как это звучит». Возможно, имя не приживётся, но она чувствовала, что в нём есть тонкие злодейские нотки, не поднимающие красных флагов у несомненно перегруженного менеджера по связям с общественностью, которому придётся с ней возиться.

«Пойдёмте внутрь», — сказал Шев. — «Можешь подождать меня? Я хочу вернуться в Броктон-Бей ещё сегодня вечером».

С взмахом руки Энтропия вошла внутрь, следуя за Шевалье к неприметному боковому входу. Было мило с его стороны думать о ней; всё это время она была без костюма. Также было мило со стороны всех не спрашивать о её гражданской личности. Хотя для двух глав отделений Протектората, один из которых был её будущим боссом, это не имело значения, а Горизонт Событий, похоже, вообще воспринимала кейпов только в их геройской ипостаси, а не как людей под маской.

Почти иронично для того, кто мог видеть лицо каждого, с кем разговаривал.

Проведя картой, они вошли внутрь; Энтропия наблюдала, как встроенные в потолок распылители пены следили за ними. Они прошли в переговорную, так никого и не встретив, и Шевалье позволил ей устроиться.

«Я найду кого-нибудь, чтобы тебя не оставили одну на несколько часов», — сказал он.

«Хотите убедиться, что я не уйду и не устрою неприятностей?» — она позаботилась о том, чтобы он понял, что это шутка.

«Кажется грубым просто бросить тебя и уйти». Он, казалось, на мгновение задумался, прежде чем спросить: «Я знаю, что ты хочешь попробовать взять имя Энтропия, но я не уловил твоё гражданское имя».

Интересную динамику власти вызывал этот вопрос, и Энтропия находила это забавным. Неважно, ответит она или нет, поскольку он скоро узнает это через документы, если не иначе, но отказ задал бы неправильный тон их дальнейшим отношениям. Однако в любом случае маловероятно, что она когда-либо узнает его гражданскую личность.

Она смирилась с этой мыслью и, зная, что, вероятно, придётся отказаться от своей нынешней личности, подготовила новую более месяца назад. Она не выдержала бы пристальной проверки, но должна была продержаться достаточно долго, чтобы убедить Шевалье, что ей нужно сделать эту личность реальной.

Она протянула руку для рукопожатия и сказала: «Приятно познакомиться, Шев, я — Эвелин».