Я переродилась нелюбимой дочерью герцога в мире «Ван Писа»! (гет)

Ночная смена шла как обычно. Сабо разносил шампанское, проскальзывая мимо многочисленных гостей и изредка отыскивая Коалу взглядом. Та сидела рядом с каким-то гостем, завистливо смеясь и прикрывая рот ладонью. Это была её новая черта, появившаяся после почти недели общения с Лианорой, и Сабо не знал, к добру это или к худу.

Тут мимо промелькнули алые волосы, и Сабо чуть не запнулся о воздух. Взгляд сам задержался на их хозяйке, которая мило улыбалась, держа какого-то мужчину под руку. Внутри что-то неприятно скрипнуло, но революционеру хватило буквально пары секунд, чтобы заметить, что улыбка эта наигранная, искусственная. Вот когда она сидела вместе с ними по вечерам в своей комнате, а в руках был бокал вина, она смеялась так счастливо, да улыбалась так широко, что взгляд было не оторвать.

К наступлению шоу Сабо сам шёл в самый центр казино. Уже привычно потух свет, а потом выехала сцена, на которой Лиа, одетая в очередное короткое платье, выступала вместе с Гилдо. В одну из ночей девушка призналась, что петь совершенно не умела, за неё это делала стоящая по ту сторону девушка, а Лианора просто открывала рот, называя это липсингом. Но даже зная правду, Сабо не мог отвести от взгляд.

Софиты потухли, Лианора исчезла во тьме, чтобы появиться спустя двадцать минут в толпе гостей. В этот раз она была совсем одна, ходила мимо посетителей и, поигрывая полупустым бокалом с вином между пальцев, оглядывалась по сторонам. Иногда она подходила к редким гостям, наблюдая за их игрой, иногда — уходила прочь и разговаривала с девушками-работницами.

— Она точно на меня запала, — пробормотал Метро, и Сабо невольно обернулся к нему.

— О чём ты? — спросил он.

— Госпожа Аделаида ходит в одном зале с нами и периодически оглядывается на меня.

— Тебе кажется, — закатил глаза подошедший Дюваль. — Хватит уже витать в облаках и займись работой.

— Будь добр, заткнись, — прошипел Метро. — Ты просто завидуешь, что такая невероятная девушка обратила своё внимание на меня, а не на тебя!

— Я просто в шоке от того, насколько ты самодовольный придурок! — заявил Дбваль. И тут их резко прервал новый голос:

— Мне кажется, или госпожа идёт сюда?

Все трое резко повернули головы. И правда, грациозной походкой от бедра Лианора направлялась прямиком к ним. Вскоре она, взмахнув алыми волосами, остановилась прямо напротив и поставила пустой бокал на поднос Метро. Что-то внутри Сабо вновь неприятно засвербело.

— Г-госпожа! — воскликнул официант, краснея лицом. Лианора в ответ мягко улыбнулась, а затем стрельнула глазами прямо в Сабо, отчего тот замер.

— Как работа, мальчики? — спросила она, делая шаг вперёд, протягивая руку и забирая бокал с подноса в руках революционера. Запах её сладких шоколадных духов окутал парня, тепло её тела было так близко, что на мгновение ему показалось, что она касалась его.

А потом всё пропало, и Сабо ощутил сожаление. Он невольно подался вперёд, надеясь продлить эти крохи секунд, но быстро очнулся и дёрнулся назад, шумно сглатывая.

— В-всё х-хорошо, — заикнувшись, ответил Метро. — Г-госпожа, вы… Позвольте сказать, что вы восхитительны сегодня.

— Только сегодня? — уточнила она, чуть поворачивая голову.

— В-всегда! Я х-хотел с-сказать, что всегда! — тут же поправился он. Лианора довольно кивнула.

— То-то же. И не забывай больше.

Сабо почувствовал, как в его груди застрял смешок. Бедный Метро чуть в обморок не грохнулся, а Лиа этим откровенно наслаждалась. Революционер видел: ей не было дела до этих влюблённых взглядов и глупых ухаживаний, но она не могла устоять и не поиграть с чужими нервами.

Сабо оставалось надеяться, что он сам не оказался лишь пешкой в её игре.

— Ладно, мальчики, не буду вам мешать работать. Желаю хорошей ночи и не менее хорошего утра. — Она махнула рукой, разворачиваясь на пятках и уходя прочь, как вдруг Метро её окликнул:

— Госпожа Аделаида! — Она обернулась. — Мы могли бы встретиться с вами? Я бы… Я бы очень хотел ответить на ваш вопрос.

— Какой вопрос? — не поняла она. Парень стушевался.

— Про… про переход между Библиотекой и Садом. — Лианора подняла брови, явно не понимая, о чём речь. А потом её глаза засветились узнаванием. Сабо это не понравилось.

— О, и где же он, этот переход?

— У меня в сердце, — выдохнул официант.

Девушка так и замерла, поражённая признанием. Сабо стиснул свободную руку в кулак. Сердце глухо ударилось о грудную клетку, а внутри образовалась неприятная пустота.

Лианора всё молчала, и от этого было только хуже. В голове роем жужжали мысли, которых в обычной ситуации революционер бы себе не позволил, но сейчас он просто не контролировал себя.

— Хорошая попытка, — наконец медленно кивнула она, — но ответ неверный. Возвращайся, когда придумаешь новый. — И чуть ли не сбежала прочь. Сабо едва сдержался, чтобы не броситься за ней. Вместо этого он обернулся на шокированного Метро, получившего отказ.

Все тут же принялись хлопать несчастного по спине и утешать, а тот низко опустил голову. И в другой ситуации Сабо посочувствовал бы ему, но в груди у него разрослось жестокое по своей сути ликование.

Лианора не выбрала его. Лианора осталась свободной.

Революционер вернулся к работе, а через шесть часов уже стоял у двери в комнату девушки. Коалы рядом не было, она ещё задерживалась — это Сабо отпросился на час раньше, привирая о больной спине — недуге, который преследовал большинство официантов под конец рабочего дня.

Дверь открылась после второго стука. Лианора была удивлена, увидев его на пороге.

— Сабо? Разве ты не должен был прийти через час-полтора?

— Да, но меня отпустили, и я решил заскочить пораньше, — неловко улыбнулся он, сам плохо понимая, что тут забыл. Благо, девушка просто кивнула и пропустила его внутрь, а потом направилась к барной стойке, уже привычно предлагая алкоголь.

Сабо расположился на диване, невольно думая, что Метро и остальным официантам такая честь могла только сниться.

Лианора поставила перед ним бокал, а сама села рядом, откидываясь на спинку и отпивая хмельной напиток. Она вновь была без макияжа и в домашней одежде, и выглядела при этом так уютно, что хотелось обнять её.

Революционер сдержал неуместный порыв.

— Итак. Ты решил ещё раз провести мне инструктаж перед завтрашней миссией? — спросила она, разрезая тишину.

— А? — моргнул Сабо, а потом кивнул, понимая, что это будет лучшим оправданием. — Да.

— Не стоит. Я всё запомнила и отлично знаю, как вести себя с плохими и злыми дядями, — отмахнулась Лиа. — Давай лучше поболтаем о чём-нибудь другом. Расскажи про себя, а? А то ты про меня много что знаешь, а вот я — почти ничего.

Парень кивнул и пустился в рассказ, не распространяясь много о революционерах и их деятельности, но при этом стараясь говорить так, чтобы Лиа не заскучала. А девушка откровенно заслушалась. Забравшись на диван с ногами, она слушала его, оперевшись боком о спинку и изредка отпивая вино из бокала.

— Так значит, молодой гений, быстро взлетевший по карьерной лестнице, — под конец монолога кивнула она. — И как оно? Тяжело? Много тупых подчинённых? А то дядя постоянно жалуется, что его окружают одни дебилы. — Она хихикнула.

— Не так много, но достаточно, — улыбнулся в ответ Сабо. — А что насчёт тебя? Как ты оказалась под крылом Морганса?

Лианора отвела взгляд.

— Ну… Когда я только сбежала, мне было некуда податься. Думала пойти в ресторан поваром, даже проработала там пару недель, но братец довольно быстро меня нашёл, пришлось бежать, и… — Она поджала губы и внезапно посмотрела на него очень серьёзным взглядом. — Слышал про алый культ?

— Те фанатики, которые поклоняются Богине Судьбы? — уточнил Сабо, хотя совершенно не нуждался в этом. Девушка кивнула, и он сдержал тяжёлый вздох. Кажется, слухи оказались не просто слухами.

— Типа того. Познакомься, перед тобой сама Богиня, — невесело усмехнулась она. — Так вышло, что корабль, на котором я бежала, попал в шторм, а потом его прибило к берегам острова, где располагался культ. Команду взяли в плен. Долго рассказывать, что да как, но они решили, что я — воплощение их Богини и сделали меня верховной жрицей. Команду по итогу убили, а я ещё месяцев девять провела на острове. Свалить удалось только с помощью Морганса, который выслал спасательную бригаду за своим журналистом, тоже попавшим в бурю. Там ещё дядюшка, конечно, подсобил, но это отдельная история.

— Почему не сбежала раньше? — спросил парень.

— А как? Эти ребята не то, что весь остальной мир отрицали, но даже лодки! Они ломали все корабли, которые прибивало к берегу, а своих даже не думали строить! — воскликнула она, и Сабо видел, насколько неприятной для неё была вся эта история. По тому, как она морщилась по ходу рассказала и как закатывала глаза, становилось понятно её истинное отношение к этому культу. — Но прикинь, стоило мне сбежать, как они резко стали гуру кораблестроения! Вот ведь мудилы, а. Уверена, это всё Ирука их надоумил. Недосенсей, блять. Ему в «Наруто» оставаться надо было, а не этой хернёй страдать.

— Ирука? — заинтересовался революционер. Лианора кивнула.

— Ага. Это тот самый журналист, за которым вылетал Морганс. Он попал на остров одновременно с ещё одним чуваком, моим лучшим другом. Вот только если мой лучший друг остался адекватным — ты только не говори ему, что я так сказала, а то он нос от гордости задерёт и подумает, что я перестала его кибербуллить, — тут же попросила она, — то этот хмырь свихнулся и теперь там на главных постах тусуется. Ебанат, тьфу.

У Сабо просто не было слов. Он ожидал чего угодно, но только не такой истории. С другой стороны, ему отчего-то казалось, что столь странное и абсурдное приключение вполне в духе Лиа — с её-то характером и шуточками.

— В общем, пришёл Морганс за Ирукой, а забрал нас с этим другом. Расстроился, конечно, что потерял своего журналюгу, но как узнал, что я могу барыжить секретиками, так сразу же предложил мне полурабский договор. Он меня скрывает культа (в будущем и от брата с дядей), а я — раскрываю ему тайны мира и клепаю статьи как не в себя.

— И много тайн знаешь? — заинтересовался Сабо. Получается, Лианора и до встречи с Моргансом много чего знала, благодаря чему тот ею и заинтересовался.

— А много ли на небе звёзд? — ответила она. Парень кивнул. Намёк он понял.

— Тогда раскроешь хотя бы одну? — спросил он, и голос почему-то сорвался, пришлось переходить на шёпот.

— А что взамен предложишь? За бесплатно не работаю.

— А что ты хочешь?

— Зависит от того, что ты можешь предложить.

— Сходишь со мной на свидание? — Слова вырвались сами собой, Сабо даже не верил в то, что это именно он их произнёс.

Лиа удивлённо моргнула. Выражение её лица отличалось от того, которое у неё было, когда Метро признавался в любви. Тогда ей, очевидно, было неловко, сейчас же она будто не до конца верила в услышанное.

Он сглотнул вязкую слюну. А потом она хрипло выдохнула:

— Даже не на одно.

— Значит, договорились, — кивнул Сабо, пытаясь осознать произошедшее.

Между ними повисла тишина. Они смотрели друг на друга, но не знали, что сказать. Сабо попытался подобрать слова, но в его начитанной голове была сплошная пустота. Почему-то все те книги по военной тактике и по истории мира совершенно не содержали в себе информацию о том, как вести себя после того, как позвал девушку на свидание.

Неловкую тишину прервал стук в дверь, и Сабо как никогда был рад появлению Коалы.

Он едва ли не вскочил с дивана, открывая перед ней дверь, а затем сел обратно, с трудом успокаиваясь. Ему оставалось только надеяться, что он не покраснел от смущения.

С появлением Коалы неловкая атмосфера разрядилась, и они вернулись к обсуждению завтрашнего вечера, пока через пару часов Лиа не прогнала их спать, пообещав встретиться сразу после её выступления.

Сабо засыпал с большим трудом, а встал только за полчаса до смены. Наспех переодевшись, он кивнул остальным официантам и поспешил на кухню, а оттуда — в зал. Лианору он не видел, зато заметил Коалу. А потом ему на глаза попалась высокая фигура в накидке из розовых перьев. Дофламинго наконец-то прибыл на Гран Тесоро.

Время до выступления Сабо провёл как на иголках. Появление Лиа на сцене его немного успокоило, но лишь ненадолго. Они встретились в пустом коридоре, и девушка чуть не опоздала.

— Прошу прощения. Эти каблуки придумал слуга дьявола, не меньше, — отдышавшись, произнесла она. На ней была куртка до бёдер. — Итак, где Ден Ден Муши?

— Вот, — достала улитку Коала, — у тебя есть карманы?

— Неа, — качнула головой девушка, расстёгивая куртку и являя свой вечерний наряд. У Сабо чуть челюсть не отвалилась.

Одежду Лиа было тяжело назвать приличной. На ней был сверкающий боди с твёрдым корсетом, поддерживающим внушительную грудь, и очень короткой юбкой. Сабо был уверен, что-то если девушка чуть наклонится, то он увидит, что именно творилось под ней.

От этой мысли кончики ушей заалели, а в животе пробежала дрожь. Стало жарковато.

Не говоря ни слова, Лианора забрала Мини Ден Ден Муши и безо всякого стеснения засунула её себе между грудей. Она что-то сказала, но Сабо не услышал, что именно: всё его внимание было обращено на бюст девушки.

Тут ему в бок прилетело от возмущённой Коалы:

— На что это ты там пялишься, а? — воскликнула она. Сабо мгновенно пришёл в себя и неловко отвёл взгляд.

— Да ладно, я сама на них постоянно любуюсь, — засмеялась в ответ Лиа и стиснула свою грудь в руках. Пальцы продавили мягкую плоть, задевая корсет, и Сабо почувствовал, как у него земля ушла из-под ног. От желания прикоснуться зачесались руки.

В себя он пришёл только когда Лиа застегнула куртку и упорхала прочь.

— Ты бы хоть не был столь очевиден, — закатила глаза Коала.

— Что? О чём ты? — моргнул революционер, приходя в себя. Наконец-то в его мире появились другие звуки, помимо собственного гулкого сердцебиения.

— О чём я? Не придуривайся! Что, влюбился в Лиа?

Сабо возмутился:

— Ни в кого я не влюбился!

— Ага, говори себе это почаще, — хмыкнула подруга. — Перед остальными парнями себя только не выдавай, а не то они сильно разозлятся.

— Они тоже от неё без ума! — не согласился Сабо, о чём мгновенно пожалел:

— О, так значит, «тоже»? — прикрыв рот ладонью, посмеялась Коала, чем ещё больше смутила товарища. — Ладно-ладно, не буду мешать вашей любви.

— В смысле, «вашей»? — не понял революционер.

— Ну не нашей же! — выплеснула руками Коала, а затем хитро прищурилась: — Или погоди, ты что, настолько мозги при виде Лиа отключаешь, что не видишь, как она на тебя смотрит? — И тут до неё дошло, что да, Сабо практически ничего не замечал. — Ничего себе! И это наш начальник штаба? Наш гениальный Сабо? Да кому расскажу — не поверят! — Она откровенно захохотала, хватаясь за живот. — Сумел привлечь внимание самой недоступной женщины на Гран Тесоро и даже не заметил этого, потому что ведёт себя в её присутствии как дурак! Ой, умора! Ой, не могу!

В голове Сабо взорвался целый фейерверк. Так значит, ему всё это время не казалось! Лианора действительно была заинтересована в нём, действительно старалась узнать его и действительно робела от того, как они изредка касались друг друга.

Но вот то, что Коала поняла это раньше, чем он… Что ж, теперь ему оставалось только терпеть смешки человека, которого он считал лучшим другом, потому что возразить было откровенно нечего.

Но очень быстро смущение переросло в волнение, стоило только вспомнить, что сегодня вечером Лиа составляла компанию самому Дофламинго.

Работать выходило из рук вон плохо. Сабо делал всё на автомате, постоянно ловя себя на том, что пялился в сторону дверей, ведущих в ВИП-зал. А когда очухивался, получал ехидные взгляды от Коалы.

Минуты растягивались в часы, секундная стрелка, казалось, совсем не двигалась. Даже отвлечь себя ничем не выходило, все мысли были только об одном.

В пять утра казино наконец-то закрывалось, и Сабо, по-быстрому отнеся все бокалы на кухню, поспешил к комнате Лианоры, обходя мельтешащих работников и стараясь передвигаться в тени. Серые коридоры сменились богатыми, и революционер наконец-то оказался напротив резных дверей. Стоило ему пару раз стукнуть по ним, как те вдруг распахнулись. На пороге оказалась уставшая, но переодетая в домашнее Лиа.

Сабо поддался порыву, шедшему откуда-то из глубины души, и крепко обнял девушку, стискивая хрупкое тело в руках и зарываясь носом в алые кудри. Лёгкие заполнил шоколадный аромат её духов. Лианора была ниже его и ощущалась так правильно, так тепло в его объятиях, что отпускать её совершенно не хотелось.

— Ого. Если ты меня так каждый раз будешь приветствовать, то моё сердечко просто не выдержит, — посмеялась она. А потом её руки легонько, немного неуверенно, коснулись его талии и перетекли на спину, обнимая в ответ. У Сабо замерло сердце, а потом забилось где-то в горле.

Он прикрыл глаза, на мгновение забывая, где находился. Но об этом любезно напомнила Коала, сидящая в комнате:

— Я, конечно, всё понимаю, но давайте не на пороге.

— Прости, милашка, тебя тоже обнимем, так уж и быть, — флиртующе ответила Лиа. Её руки заскользили вниз со спины Сабо обратно на талию, а сама она, перед тем, как окончательно отпустить его, чуть потёрлась щекой о его жилет на плече, отчего у Сабо в который раз за день чуть сердце не остановилось.

А затем Лианора, взяв его за руку, затянула в свою комнату и захлопнула дверь.

— Ну что, рассказать, как прошёл мой вечер? — спросила она, отпуская руку Сабо, но тот перехватил её, стискивая холодные пальцы в своей ладони.

— Лучше скажи, всё ли в порядке? Он не приставал? Ты не поранилась? — спросил революционер, заглядывая в алые глаза и читая там удивление. Это сбивало с толку: как будто он был первым, кто в принципе беспокоился о её благополучии.

— Я… Я в порядке, — кивнула она, а потом моргнула, приходя в себя и чуть улыбаясь: — Спасибо.

Сабо улыбнулся в ответ, отпустил её и проводил взглядом до бара, где девушка уже привычно взялась за вино, разливая его по трём бокалам и передавая их революционерам. А затем поставила на диван Мини Ден Ден Муши, активируя.

Голос Дофламинго Сабо узнал мгновенно, а вот его собеседника — нет. Обсуждали они какую-то мелочь, не связанную с поставками оружия. То о погоде говорили, то про последние новости в пиратском мире. Ничего важного или интересного не было.

— Они… издеваются? — нахмурилась Коала.

— Не, это норма, — махнула рукой Лиа. — Сперва они пообсуждают левые темы, потом через пару дней перейдут к сути. Я смотрела всякие шпионские и мафиозные фильмы, так что знаю, как это работает.

— Значит, это растянется на несколько дней, — кивнул Сабо. В принципе, чего-то подобного он и ожидал, так что не особо удивился.

— Ага.

— Это может быть опасно. Дофламинго может что-то заподозрить, если ты будешь постоянно рядом с ним.

— Вряд ли, — качнула головой Лиа, отпивая вино. — Я — лучшая хостес, вполне естественно, что Гилдо будет предоставлять ему меня. — Сабо чуть нахмурился. Ему отчаянно не нравилось, когда девушка говорила о себе, как о товаре или предмете. — Да и к тому же, Дофламинго, пусть и такой весь из себя крутой, но всё же мужчина, причём весьма эгоистичный и самоуверенный, и не позволит себе упустить даже намёк на возможность трахнуть девушку, похожую на Шанкса. — А потом уточнила: — Правда, каким таким местом мы похожи — хер бы знал.

— Ну, ваши лица… и волосы… — неловко начала Коала. Сабо благоразумно промолчал.

— Вообще нет! — воскликнула Лиа, вскакивая на ноги. — Мы абсолютно разные! Вам всем надо сходить к офтальмологу и купить очки! Сабо, скажи ей!

— Говорю тебе, — послушно поддакнул революционер. Коала посмотрела на него, как на предателя, а потом пробормотал под нос что-то про то, что очки здесь нужны только Лианоре.

— За такие речи я изгоню тебя с этой Святой земли, как еврея, — гневно прищурилась девушка.

— Э-э-э… Ты про Мариджоа? — не поняла Коала, явно смущённая происходящим.

— Я про Израиль. Хотя, признаю, Тенрьюбито будут похуже масонов и сионистов.

— Кого? — не поняла девушка. Лиа тяжело вздохнула, плюхнулась обратно на диван и принялась за рассказ:

— Ох, ну смотри. История берёт своё начало примерно две тысячи лет назад. На самом деле, сильно больше, но если я буду говорить, что христианство всё спиздило у Древней Месопотамии, Вавилонии, шумеров, аккадов и ассирийцев, то меня забьют осиновыми колами, так что сделаем вид, что вы этого не слышали. Так вот, две тыщи лет назад было популярно гулять по Ближнему Востоку и пиздеть всем, что ты мессия и сын божий. И вот среди тысяч таких людей особо хайпанул один. Был он по национальности иудеем. — И Лиа пустилась в долгий-долгий рассказ. Сабо, привыкший к таким историям от девушки, слушал с особым интересом, а вот Коала уже на начале забуксовала, не понимая, издеваются над ней или нет.

— Так, ладно, хватит! Мы отошли от темы! — воскликнула она, когда история дошла до воскрешения и даже ни на йоту не придвинулась к тем масонам, ради которых она и начиналась. Лиа на столь грубое поведение даже немного обиделась, чуть надувшись.

— Потом можешь мне всё рассказать, — шепнул ей Сабо, и на лице девушки появилась лёгкая улыбка, а в глазах мелькнули алые всполохи радости.

Невольно революционер вспомнил давние слова Лиа о том, что никто в этом мире не любил слушать её рассказы, даже дядюшка и Морганс, и от этого ему самому стало не по себе. Она может и звучала как сумасшедшая, несущая сущий бред, но говорить умела, а её истории, пусть и изобиловали странными сюжетными поворотами, были весьма интересными. Он никогда прежде не слышал и не читал ничего подобного, а потому смело предполагал, что девушка самостоятельно выдумывала их, и ему оставалось только поражаться силе её воображения.

Они вновь вернулись к обсуждению Дофламинго. На завтрашний вечер решили использовать сразу несколько Мини Ден Ден Муши, поскольку понимали, что Шичибукай не идиот и скорее всего откажется разговаривать о важных вещах в присутствии хостес.

Расстались они ближе к девяти утра. Сабо порывался остаться и дослушать рассказ о евреях, как и обещал, но Лиа, широко зевая, сама прогнала его и пообещала поведать обо всём завтра. Пришлось послушаться.

— Я понять не могу, она сумасшедшая или что, — пробормотала Коала, пока они шли обратно.

— О чём ты? — не понял Сабо.

— Она же несёт какой-то бред. События, произошедшие две тысячи лет назад, если не меньше! Потом какие-то другие планеты и путешествия между звёздами! Ещё гномы были и магия! В каком вообще мире она живёт?!

Сабо настроение подруги не разделял. Да, Лиа была на своей волне, но было в этом что-то увлекательное, притягательное. Она могла нести бред с полной уверенностью, но и могла с помощью непонятных, но явно не выдуманных впопыхах слов, поставить окружающих на место, отвоёвывая личное пространство. Она была удивительна.

— Просто воспринимай её слова проще, — наконец предложил он.

Коала в ответ лишь закатила глаза.

— Извини, я не влюблённый идиот, чтобы вестись на чужое сумасшествие, — заявила она.

— Ещё недавно ты восторгалась Лиа, — напомнил Сабо.

— Ещё недавно она не пыталась заверить меня в том, что если не скинуть одно кольцо, что правит всеми, в жерло вулкана, то нам никогда не победить Сма… Смо… Само…

— Саурона, — подсказал революционер. Коала вылупилась на него во все глаза, а он засмеялся. — Она просто шутит, не обращай внимания. Лучше послушай её рассказы, они правда интересные. Ей бы книги писать.

— Ага. Книги с тюремными загадками, — поддакнула девушка, и Сабо прикрыл рот ладонью, чтобы не засмеяться на весь коридор.

Вскоре они разошлись каждый в своём направлении, и революционер вернулся в комнату. Сосед вновь не спал.

— От тебя женскими духами пахнет, — заметил он. — Опять на свидание бегал?

— А… Что-то вроде того, — кивнул Сабо, припоминая, как совсем недавно позвал Лиа на свидание, а та согласилась.

От воспоминаний об этом в груди разлилось приятное тепло, и парень, чуть улыбнувшись, поспешил переодеться в пижаму, а потом лег в кровать. Руки ещё ощущали фантомное прикосновение к Лианоре, а перед глазами предстал её образ. Прекрасная девушка с алыми волосами, дерзким нравом, вагоном шуток и историй, но, кажется, с очень глубоким одиночеством.

Сабо вздохнул. У Лиа не было семьи. Родные родители были мертвы, приёмные никогда её не любили, а потом и вовсе оказались убиты братом, сам брат был одержим и просто желал заполучить её, наплевав на чужие мечты и желания, Морганс видел в ней скорее ценный ресурс, неизвестный дядюшка, постоянно написывающий письма, больше выговаривался, чем слушал её, а все те мужчины, соблазнившиеся ею в Гран Тесоро, любили именно её образ холодной и сексуальной девушки, но не её грубую и сумасшедшую личность. Оставался только загадочный лучший друг, но и тот, похоже, не был с ней на одной волне.

«Наверное, — невольно подумал Сабо, — именно поэтому её руки такие холодные. Отогреть бы их».

Он зацепился за последнюю мысль. Стоило представить сияющую Лиа в его руках, наконец-то румяную от его тепла и со счастливой улыбкой на лице, как сердце зашлось в бешеном темпе, а дыхание сбилось.

Сабо закрыл лицо руками, ощущая, как горели щёки. Но вместе с тем в груди поселилась невиданная ранее решимость. Он захотел, чтобы картина в воображении стала реальностью, чтобы Лианора была с ним, чтобы она больше не была одинока. Он хотел видеть её в своих объятиях. Он хотел, чтобы она была рядом. И он сделает для этого всё.