Bleach: Император душ. (джен)

— Ха-а-а-а… — Я медленно выпустил из лёгких набранный воздух.

Внизу тянулся многоголосый хор, а над головой по-прежнему озорно посверкивали золотые небеса. Материться и рвать на себе волосы смысла не было от слова совсем. Всё уже случилось, и мне оставалось только принять ситуацию. А заодно выяснить, почему сотворённое на скорую руку небо вообще дожило до третьего дня.

— Слушай, Анафема, а какого рожна эта техника всё ещё не развеялась?

— Хм-м-м, — промычал дух моего меча, и я почувствовал, как он стал к чему-то прислушиваться.

Как бы удивительно это ни было, мой занпакто куда лучше меня чувствовал тонкие манипуляции с энергией. Я уже несколько минут изучал созданный мной «портал в рай», последовательно проходясь восприятием по светящемуся пологу и падающим с него частицам, но так и не находил ни единой причины, по которой всё это до сих пор не исчезло.

— Всё дело в следах отрицательной рейацу, копившихся в Руконгае на протяжении многих лет, — наконец заключил Анафема. — Прислушайся не к небу, а к земле.

Я последовал его совету. Прикрыл глаза и заставил себя перестать всматриваться вверх. Вместо этого расширил сенсорику вниз, на крыши, стены, улицы и людей под золотым пологом.

Поначалу ничего не изменилось. Всё тот же привычный фон, поверх которого лежало сияние моей силы. Пришлось постепенно отсеивать знакомые ощущения и вслушиваться именно в то, что происходило на границе между светом и окружающим пространством.

И только тогда я почувствовал то, на что указывал Анафема.

Светящиеся частицы, оседавшие на людях, земле и зданиях, не просто исчезали. Они проникали внутрь и понемногу растворяли застарелую рейацу Пустых, въевшуюся во всё вокруг за многие годы.

Сколько в общей сложности этих тварей было убито на здешних территориях? Сложно сказать точно, но, думаю, если отвечу, что дохрена, то не ошибусь. Похоже, их смерть не проходила для окружающего пространства бесследно. Отрицательная рейацу оставалась здесь даже после гибели самих монстров, понемногу накапливаясь год за годом.

Но этим всё не заканчивалось.

В момент соприкосновения с моим светом очищаемая энергия менялась.

Я сфокусировался на крохотном участке и проследил всю цепочку целиком. Вот одна светящаяся частица коснулась едва различимого следа чужой рейацу. Вот примесь начала сходить на нет. А спустя мгновение на её месте оставалось уже что-то иное.

Я сосредоточился ещё сильнее, пытаясь понять, что именно ощущаю, и окончательно запутался.

Результат преобразования не походил ни на мой золотой свет, ни на отрицательную рейацу Пустых. Ошибиться в этом было сложно — обе исходные силы я знал слишком хорошо. Значит, возникало нечто третье.

Что это такое — понятия не имею.

Эта новая энергия сразу уходила вверх. Тончайшие струйки по отдельности были почти неуловимы, зато стоило мне снова охватить картину целиком, как становилось понятно, насколько их много. Со всех сторон они сходились к золотому пологу и исчезали в нём.

Вот и ответ.

Всё происходило медленно, но непрерывно. Свет падал с небес, вычищал из всего вокруг въевшиеся следы рейацу Пустых и преобразовывал заключённую в них энергию во что-то новое. После этого она возвращалась вверх и подпитывала технику.

Круг замыкался.

Получилась своего рода самоподдерживающаяся прачечная, охватившая огромную площадь. Причём теперь становилось понятно, почему эта зараза всё ещё висит сверху. Пока оставалось что отмывать, обратный поток не прекращался.

А затем в голову сама собой полезла одна мысль.

Если застарелых следов в Руконгае хватает, чтобы поддерживать всё это…

— Анафема, представь, что такая тучка, запущенная в Уэко Мундо, способна натворить? — сказал я вслух, не отрывая внимания от завораживающего процесса очищения.

— Лучше даже не думать о подобном.

Голос за спиной прозвучал настолько неожиданно, что я аж подпрыгнул на месте и резко обернулся, готовый бить или бежать.

Последние минуты я был намертво сосредоточен на едва различимых потоках энергии, и чужая реплика буквально ворвалась в сознание.

Передо мной оказалась Унохана Рецу со своей неизменной улыбкой. Под ногами у неё пульсировал, насколько я мог определить по ощущениям, барьер Данку, применённый совершенно нестандартно и служивший ей опорой в воздухе.

— Капитан Унохана, вы решили столь экстравагантным способом занять моё место? — Я картинно схватился за сердце. — От неожиданности можно и от разрыва сердца помереть.

Женщина чуть шире улыбнулась.

— Не беспокойся, Кенпачи. Я медик. Уж разорванное от страха сердце я бы смогла тебе залечить, — насмешливо сказала она, но затем выражение её лица стало серьёзным. — Однако вернёмся к Уэко Мундо и твоей технике. Надеюсь, ты всерьёз не думаешь сделать нечто подобное?

Я перестал изображать умирающего. В её тревоге сомневаться уже не приходилось. Раз Унохана так отреагировала на мою мимолётную фантазию, стоило хотя бы разобраться, что именно я упускаю.

— Если честно, это была просто хулиганская мысль вслух. Не успел как следует её обдумать, — ответил я.

Она немного расслабилась.

— Это хорошо, что ты понимаешь, насколько осторожно нужно подходить к столь радикальным и глобальным вещам. Однако уже сейчас могу сказать: если бы ты повторил это там, — она кивнула на небо, — последствия можно было бы охарактеризовать вполне однозначно как конец света.

— О как? — Я удивлённо поднял брови. — Не поясните? Что плохого в такой очистке? Разве это не будет благом как для Мира живых, так и для Общества душ?

Женщина посмотрела на меня с таким умилением, как будто я пятилетний сорванец, излагающий взрослым свой бизнес-план, который должен привести его к миллиону долларов дня за три.

— Когда я видела, как ты сражаешься, мне казалось, что передо мной один из самых опытных бойцов, которых я встречала за всю жизнь. Но в такие моменты я понимаю, что ты очень молод и плохо разбираешься в работе шинигами.

Когда я уже собирался как следует расспросить Унохану, что она имела в виду, говоря про конец света, с земли до меня донёсся крик:

— Капитан! — Лейтенант размахивал рукой, пытаясь дозваться до меня.

— Думаю, нам лучше перебраться в мой кабинет. Там вы и наставите меня на путь истинный, а заодно спокойно поговорим.

Пятнадцать минут спустя.

Прежде чем уйти, мне всё-таки пришлось заняться тем, ради чего Ивасэ и пытался докричаться до меня. Я отдал заму все необходимые приказы, и только после этого мы с Уноханой переместились в мой кабинет.

Получилось даже немного забавно. Ещё совсем недавно мы висели высоко над землёй и обсуждали возможный конец света, а теперь чинно сидели друг напротив друга и распивали чай, словно речь до этого шла о погоде.

Жаль только, что я так и не смог подобрать к нему никаких нормальных лакомств. Опыт знакомства с японскими «сладостями» до сих пор был жив в моей памяти, и повторять его мне совершенно не хотелось. Я уже подумывал самому встать за плиту и что-нибудь съедобное сварганить. Но, боюсь, подчинённые не пережили бы, лицезрея своего капитана в фартучке, лепящего сдобные куличи. Всё-таки моральный дух Одиннадцатого тоже надо беречь.

Сделав ещё один глоток, я решил, что с церемониальной частью гостеприимства на этом можно заканчивать.

— Так что вас привело ко мне, капитан Унохана?

Она хмыкнула, покачивая пиалу в ладонях.

— Как и в прошлый раз, желание получить от вас оборудование для госпиталя, — не став ходить вокруг да около, рубанула она с плеча.

— Если честно, мне сейчас совсем не до изготовления новых стабилизаторов. Думаю, со дня на день меня вызовет Главнокомандующий, а после мне придётся на несколько недель отлучиться из Сейрейтея.

— А мне и не нужны новые стабилизаторы, — Унохана сделала ещё один глоток чая и продолжила: — Судя по тому, с каким удивлением вы смотрели на происходящее за воротами вашего отряда, последние дни вы были чем-то настолько заняты, что не успевали следить за происходящим вокруг?

— Вы правы. Я готовился к отъезду и попросил не беспокоить меня по пустякам. А что я пропустил такого важного, если не секрет? И что в этот раз вам понадобилось, если не стабилизаторы? — Я недовольно посмотрел на эту попрошайку. Стоило один раз сделать для госпиталя что-нибудь полезное — и вот уже капитан Четвёртого снова сидит у меня за столом.

Унохана едва заметно усмехнулась.

— Ну, если не считать того, что вы одним мановением руки избавили Общество душ от проблемы, которую многие поколения шинигами пытались решить, но так и не смогли…

Я как раз сделал очередной глоток и тут же подавился. Чай пошёл не в то горло, и следующие несколько секунд мне оставалось только кашлять, пока Унохана совершенно невозмутимо наблюдала за моими мучениями.

— …то ничего существенного, — как ни в чём не бывало закончила она, дождавшись, пока я прокашляюсь. — Ну, кроме религиозной истерии и бесконечных споров о том, был ли воин, спустившийся с небес, посланником Всевышнего или всё же шинигами. Причём сторонники вашего божественного происхождения, похоже, побеждают. И это несмотря на то, что до всех заинтересованных лиц уже довели информацию о вашей должности в Готэе 13. Впрочем, как вы сами могли убедиться у ворот, официальное объяснение их ничуть не смутило.

— Пиздец, — только и смог выдать я, откинувшись на спинку кресла и прикрыв глаза, чтобы спокойно обтечь после столь «весёленьких» новостей.

И ведь стоило всего на несколько дней выпасть из происходящего. Оказывается, за это время я успел не только решить какую-то многовековую проблему шинигами, но ещё и обзавестись сторонниками собственного божественного происхождения. Продуктивно, ничего не скажешь.

— Я бы не стала описывать происходящее именно так, однако суть вы, похоже, уловили вполне точно.

Я открыл глаза и наткнулся на насмешливый взгляд Уноханы.

— А ответ на ваш второй вопрос довольно прост. Госпиталю нужна ваша техника, которая сейчас висит над Руконгаем и Сейрейтеем. Только она должна работать в ограниченном пространстве и с гораздо большей интенсивностью.

Я молча посмотрел на неё, переваривая услышанное. Стабилизаторы ей, значит, не нужны. Вместо них она положила глаз на то самое световое безобразие, которое уже третий день не желало исчезать и только недавно преподнесло очередной сюрприз.

Я потёр лицо руками.

— И для какой такой цели вам понадобилось нечто подобное в госпитале?

Унохана неожиданно устало вздохнула. Насмешка с её лица исчезла.

— Сигиллит-сан, позволите дать вам один дельный совет?

Я чуть выпрямился в кресле. После такой резкой смены тона желание отшутиться как-то само собой пропало.

— Не откажусь.

— Посетите библиотеку для высших офицеров в Первом отряде, — спокойно произнесла она. — Капитан, который не изучил хранящиеся там материалы, по сути своей остаётся полным неучем и недостоин носить хаори на плечах.

— Обязательно последую вашему совету, — я кивнул. — По вашим замечаниям выходит, что я не знаю чего-то очень фундаментального об этом мире и поэтому несу, с вашей точки зрения, какую-то околесицу. Пока я ещё не добрался до нужных сведений, не могли бы вы меня просветить: чего я не понимаю?

Женщина расслабленно пожала плечами, заставив мой взгляд прикипеть к её покачивающимся достоинствам.

— Почему бы и нет.

Она налила в пиалу очередную порцию чая, немного погрела о неё ладони и заговорила:

— Думаю, лучше идти от самых основ. Тогда у вас в голове сложится полная картина, а не набор разрозненных фактов.

Я с трудом отвёл взгляд от её выразительных «глаз».

— Так будет лучше всего.

— Надеюсь, для тебя не будет открытием, что Общество душ, Мир живых и Уэко Мундо изначально были единым миром, который в своё время разделил Король душ?

— Я слышал об этом, но подробностей не знаю.

— Они сейчас и не нужны. Одно из главных заблуждений новоиспечённых шинигами — воспринимать Пустых как нечто инородное, чего вообще не должно существовать. Однако это совсем не так. Уэко Мундо наравне с остальными мирами участвует в круговороте душ и тоже учитывается на условных весах общего баланса.

— Никогда не смотрел на это с такой точки зрения. Я всегда представлял баланс как два сообщающихся сосуда: Мир живых и Общество душ. Души переходят из одного в другой, а шинигами регулируют поток между ними, не позволяя уровню в одном слишком сильно подняться относительно другого. Пустых же я воспринимал скорее как помеху в этом круговороте — души, которые нужно очистить и вернуть обратно, но никак не как самостоятельную часть равновесия.

— В описываемой тобой картине недостаёт одного вроде бы небольшого, но очень существенного элемента. Он-то и может пролить свет на всю систему. Догадываешься какого? — Она с интересом посмотрела на меня.

Мне не понадобилось много времени на раздумья.

— Пустые — такие же души, как и все остальные. Они не кровожадные монстры в своей первооснове. После очищения точно так же возвращаются в круговорот.

— Ты прав, но не до конца. Упускаешь одну фундаментальную деталь, о которой как раз и не знают рядовые шинигами. — Унохана сделала глоток чая и продолжила: — Пустые хранят в себе поглощённые души. И именно это не позволяет Готэю просто заняться их массовой очисткой.

Она поставила пиалу на столик.

— Подумай сам. Неужели ты действительно считаешь, что при желании Готэй 13 не смог бы регулярно отправлять крупные отряды в Уэко Мундо и планомерно вычищать его? Да одного Главнокомандующего хватило бы, чтобы уничтожать Пустых в таких количествах, о которых обычным шинигами остаётся только мечтать. Проблема никогда не заключалась в том, способны ли мы их убить.

Теперь прежний образ весов наконец начал приобретать совсем другой смысл.

— Причём речь может идти далеко не об одной-двух душах, — продолжила Унохана. — Сильнейшие Пустые за долгие годы накапливают их огромное количество. Поэтому Уэко Мундо — это ещё и колоссальный резервуар душ, заключённых в его обитателях. Начни массово очищать Пустых — и всё, что они хранят внутри себя, почти одновременно вернётся в круговорот.

Когда смысл её слов окончательно до меня дошёл, я даже немного побледнел.

— Понял теперь, чем могла обернуться применённая тобой техника для всех трёх миров?

— Как ты и сказала. Концом света. В круговорот разом хлынули бы миллионы законсервированных душ, которые Пустые пожрали за многие тысячи лет.

Унохана кивнула и замолчала, давая мне как следует поразмыслить над открывшимися фактами. Чем дольше я вглядывался в нарисованную ею картину, тем сильнее становилось моё недоумение.

— А я всё раньше не мог понять, почему шинигами позволяют Пустым так резвиться и в Мире живых, и здесь, хотя сил у вас явно хватает хотя бы заметно сократить их число. А они, оказывается, вольно или невольно сами служат частью того же балансира.

Я ненадолго задумался, сопоставляя это с тем, что уже знал.

— Теперь мне кристально ясно, как система переживает крупные войны в Мире живых. Когда за короткое время погибает огромное количество людей, все эти души не могут разом хлынуть в Общество душ, не качнув весы в другую сторону. Часть остаётся там, часть пожирают Пустые и запирают внутри себя до тех пор, пока их самих не очистят.

Я запустил пятерню в волосы и тяжело вздохнул.

— Вы просто... ничего не делаете. Вернее, не мешаете этому механизму работать до конца. По сути, позволяете Пустым цинично пожирать излишки душ, которые в данный момент мешали бы балансу.

Капитан развела руки, словно говоря: такова жизнь. При этом она продолжала пристально наблюдать за мной, видимо, желая понять, насколько болезненно я восприму открывшуюся правду. Но я давно не юноша со взором горящим. Винить в сложившемся порядке вещей самих шинигами было не только бессмысленно, но и несправедливо. Готэю 13 досталась уже сложившаяся система. Не они определяли её механику, и взять да по собственному желанию поменять устройство мироздания попросту не могли.

— Дерьмово. Что тут ещё скажешь, — я поднялся на ноги и направился за письменными принадлежностями.

— Рада, что ты так спокойно это воспринял.

Видно было, что женщина действительно довольна.

— Я умею принимать мир таким, какой он есть, — пожал я плечами.

Вернувшись к чайному столику между нашими креслами, я положил перед Уноханой всё необходимое для письма. Она вопросительно подняла на меня глаза.

— Пишите, что вам там нужно. Как должен выглядеть аппарат, какая требуется интенсивность излучения и прочие параметры.

— Вот так просто? — насмешливо спросила она. — И не станете, как в прошлый раз, рассказывать, что у вас нет времени, средств и всего остального?

Я уселся обратно в кресло.

— Не буду. Считайте, своей лекцией вы вполне оплатили все мои будущие усилия.

И только тут до меня дошло, что за всем разговором я так и не задал самый очевидный вопрос.

— Кстати, я ведь так и не спросил: зачем вам вообще понадобилась моя техника в миниатюре?

— С этого, наверное, нам и стоило начать, — заметила Унохана. — Как я уже говорила, она решила проблему, над которой многие поколения медиков и мастеров кидо безуспешно ломали головы.

— И какую? — Я подлил Унохане чая в опустевшую пиалу.

— Лечение ран, нанесённых Пустыми. Раньше мы не могли до конца залечивать даже пустяковые царапины, полученные бойцами в сражениях с ними. Саму рану удавалось закрыть, но последствия порой оставались с человеком на долгие годы.

— Потому что в повреждённых тканях оставалась отрицательная рейацу Пустого?

— Верно. Она мешала исцелению завершиться полностью. Я уже провела несколько обследований и повторных исцелений людей, которые достаточно долго находились под «райскими небесами».

— «Райскими небесами»? — недоумённо переспросил я.

— Да, — она усмехнулась. — Теперь их только так и называют. Твоя техника избавила многих от сильных хронических болей, вызванных отравлением энергией Пустых. Причём речь идёт о ранах, с которыми наши медики до этого уже ничего не могли сделать.

Я задумчиво покрутил кружку в руках.

— Значит, после того как мой свет вычищает из старой раны остаточную рейацу Пустого, вы наконец можете полностью её исцелить?

Унохана кивнула, подтверждая мои выводы. Я уже собирался перейти к конкретным требованиям её заказа, когда вспомнил ещё об одной части нарисованной ею картины, которую мы вообще не затронули.

— Унохана-сан, прежде чем вы начнёте их диктовать, хочу ненадолго вернуться к вопросу о балансе. А что насчёт Ада? Какое место он занимает во всей этой системе?

— Ад стоит несколько в стороне, — ответила Унохана. — Он не участвует в обычном круговороте душ. Скорее это изолятор, куда попадают те, кого по тем или иным причинам нельзя вернуть в общий поток. Поэтому учитывать его как ещё одну чашу весов было бы ошибкой.

— То есть души оттуда уже не возвращаются?

— В обычных условиях — нет. В первую очередь Ад забирает тех, чьи грехи, совершённые ещё при жизни, не способно смыть даже очищение занпакто. Есть и другие случаи, когда душа по своей природе не может нормально вернуться в круговорот.

Я задумчиво постучал пальцем по подлокотнику.

— Получается, это не ещё один резервуар вроде Уэко Мундо.

— Именно. Уэко Мундо удерживает души, которые рано или поздно могут вернуться в общий поток. Ад же изолирует тех, кого система по той или иной причине из него исключила.

— Тогда ясно, почему ты не упомянула его, когда рассказывала про баланс.

Унохана кивнула.

— Для понимания обычного круговорота он практически не имеет значения. Пока его врата остаются закрытыми.

— Понятно. Ладно, теперь пишите мне техзадание, — вернул я разговор в деловое русло.