↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Бог тумана (гет)



Автор:
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Романтика, Фэнтези
Размер:
Миди | 537 760 знаков
Статус:
В процессе
 
Не проверялось на грамотность
Кто такой загадочный и таинственный Бог тумана, о котором рассказывает легенда? Является ли он реальным существом или это красивое предание? Чем обернётся встреча с ним для человека?
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Часть 42

Ронан

Четыре рабочих дня после нашей поездки в Mahon Point протекли удивительно ровно — почти как обычная, мирная неделя, если не считать того, что по вечерам я машинально проверял замки на входной двери дважды.

Днём нас полностью забирала работа. Мы с Мэй теперь вообще почти не расставались: утром вместе выходили из её подъезда, спускались вниз по склону к набережной Ли и добирались в офис на Оливер Планкетт-стрит. Весь день сидели в одном опенспейсе над зимним этапом светового оформления мостов и набережной, это помимо мелких текущих задач, а вечером вместе возвращались домой.

И за эти дни я ни разу не поймал себя на привычном желании наглухо закрыться наушниками с шумоподавлением.

Для меня любое интенсивное живое общение всегда работало как утечка памяти: созвоны с поставщиками, споры, необходимость мгновенно считывать чужие интонации и отвечать впопад выматывали сильнее, чем две бессонные ночи подряд над пайкой контроллеров в холодной мастерской. В переписке, в чертежах или в чёрном окне терминала всё было логично и линейно, а вживую я вечно буксовал, тратя киловатты энергии на то, что другим давалось между делом.

Мэй же в этом мире двигалась легко, как воздух. По нашему общему проекту мы разделили нагрузку почти не сговариваясь: я закрывал всю техническую начинку, маршрутизацию сигналов, питание и железо, а она брала на себя весь внешний шум — переписку с городским советом, звонки смежникам, согласование графиков. Даже нашего вечно гремящего Каллана она умела развернуть парой спокойных, точных фраз так, чтобы он остывал раньше, чем успевал разнести пол-офиса.

— Как ты вообще это делаешь? — не выдержал я в среду после обеда, когда она за пять минут по телефону уломала упрямых поставщиков отгрузить партию герметичных разъёмов без предоплаты, хотя утром те упирались.

Мэй только рассмеялась, слегка качнувшись в кресле, и кивнула на мой монитор, где разворачивалась многоуровневая таблица распределения фаз и задержек отклика:

— Зато я смотрю на твою раскладку по шине и чувствую себя первоклассницей перед доской по высшей математике, Маклафлин.

Рядом с Мэй мне не нужно было тратить силы на то, чтобы казаться "нормальным" и общительным. Она не пыталась меня переделать или вытащить из моей раковины — она просто принимала меня таким, какой я есть, как принимают дождь за окном или прилив в устье Ли.

На верфях в Киллибегсе, где я два года после колледжа проработал наладчиком судовой проводки, старые бригадиры научили меня золотому правилу: пока система держит нагрузку и не сыплет ошибками в лог, не дёргай провода руками. Я и не дёргал.

То тихое равновесие, которое установилось между нами за это время, само по себе было для меня слишком драгоценным, чтобы его нарушать.

Мне с ней было хорошо везде — и в шумном офисе у Каллана, и по дороге домой под мелкой коркской моросью. Но именно дома, когда рабочий гул стихал и в окна заглядывал ранние ноябрьские сумерки, это ощущалось особенно остро. Мэй заваривала чай в своей любимой керамической кружке, устраивалась с планшетом в углу дивана, подобрав под себя ноги, тихо спрашивала, не слишком ли громко стучит по клавишам, чтобы не сбить меня с мысли — и в квартире разливалось то редкое, живое, настоящее тепло, которого я, может, и не искал специально, но теперь уже не представлял, как без него жить.

И где-то на самом дне этого спокойствия пряталась мысль, в которой я сам себе старался не признаваться. Я ловил себя на том, что не хочу, чтобы всё это заканчивалось. Боялся того самого дня, когда угроза уйдёт, Мэй выдохнет, улыбнётся своей лёгкой, благодарной улыбкой и скажет: "Ну всё, Маклафлин, я уже не боюсь, спасибо тебе огромное — можешь спокойно возвращаться к себе". Или, может, к ней приедет кто-то из родственников, и моё присутствие в этой квартире сразу станет лишним.

Но я тут же сам себя одёргивал. Конечно, я не хотел быть эгоистом. Больше всего на свете я хотел, чтобы Мэй оказалась в полной безопасности, а Монагана наконец поймали. И я утешал себя простой, трезвой мыслью: если так случится — это нормально. Это её жизнь, и я не должен сидеть возле неё вечно, я ей не парень. А если что, мы всё равно останемся коллегами по работе и напарниками по проекту.

Иногда я сам ещё не до конца верил, что всё это происходит.Если бы чуть больше полгода назад, когда я сидел в своей мастерской в Слайго у подножия Бен-Балбена под мерный шум прибоя с залива и приезжал в Корк исключительно на ночном Expressway ради холодных бэкапов, мне кто-то сказал, что я осяду здесь всерьёз и буду делить одну квартиру с Мэй Уорд — я бы решил, что у человека перегрелся процессор.

С Шинед мы разошлись больше двух лет назад — спокойно, без скандалов и битья посуды, хотя врать не буду: пережил я это тяжело. Мы ведь не рубили сплеча — сначала я даже пробовал жить с ней в Дублине, потом вернулся на свой северный берег в Слайго, и мы честно пытались тянуть отношения на два города. Сами по себе переезды ни её, ни меня не пугали; просто в какой-то момент стало ясно, что мы идём в разные стороны и у каждого свои цели.

Возможно, будь на моём месте другой парень, её бы всё устроило, да и я, наверное, был по-своему виноват — тогда я так и не смог переломить себя и осесть в столице ради неё. Увидев меня сейчас в Корке, Шинед наверняка бы иронично усмехнулась — я и сам себе удивлялся: ради одного человека я так и не решился бросить свой Слайго, а ради Мэй застрял на юге и ни секунды об этом не жалею.

После того расставания я не ставил на себе крест, но и не искал случайных встреч ради физиологии. Со школьных лет я считал себя кем-то вроде неповоротливого северного увальня — тем более что имя Ронан по-гэльски буквально и значит "маленький тюлень", а фамилия Маклафлин до знакомства с Мэй звучала для меня как удар лома о ржавый борт траулера. Поэтому после Шинед я специально никого не искал и ни на что не рассчитывал.

А потом в первый же день в офисе увидел Мэй — и всё случилось само, без всякого плана и спроса. Не вспышкой страсти, а тихим, глубоким узнаванием, которое цепляет раз и навсегда. Мне нравилось в ней всё: как она морщит нос над сложными чертежами, как смеётся, как в ней уживаются воздушная лёгкость и упрямая сила.

Я постоянно мысленно возврашался к тому вечеру в Mahon Point, хоть прошло всего четыре дня. Вообще-то Мэй была абсолютно права: я терпеть не могу шумные торговые центры, лишнюю суету и толпу, и всё нужное для дома привык заказывать по интернету в два клика. Честно говоря, даже с Шинед я раньше ходил по магазинам без особого удовольствия — надо значит надо, пошёл и отбыл номер. А вот с Мэй мне впервые в жизни по-настоящему понравилось просто бродить между рядами, выбирать какие-то пледы, кружки и домашнюю мелочь, перебрасываться короткими шутками и пить кофе. Со стороны это выглядело точь-в-точь как день обычной пары.

"Если бы не вся эта ситуация с Монаганом— отличное вышло бы свидание, — думал я, глядя, как Мэй ставит передо мной кружку свежего чёрного кофе. — Я бы и во второй раз сходил".

Сухая ирония ситуации царапала сознание: работаем вместе, живём в одной квартире, делим полки в холодильнике, — почти как пара, и в то же время совсем не пара. Мэй смотрела на меня с той открытой, благодарной теплотой, с какой смотрят на надёжного напарника и хорошего друга. И я принимал это без обиды и без торга. Я видел эту невидимую черту и не собирался её трогать. Во всяком случае пока этот ублюдок на свободе, пока Мэй вздрагивает от вечерних теней и живёт на сжатых нервах, признаваться ей в чём-то было бы не заботой, а слабостью.

Но стоило квартире стихнуть за полночь, как мой инженерный мозг всё равно возвращался в старую мансарду на холме Шэндон. Я лежал в темноте в гостиной, глядя в высокий потолок, слушал тихое, ровное дыхание города за окном и снова и снова гонял по кругу один и тот же вопрос: как?

Как он вообще попал внутрь моей комнаты, если на двери мансарды стоял современный электронный замок — из тех, которые лендлорд перепрограммирует с мастер-ключа под каждого нового жильца, — а снаружи дверь не трогали?

Привычка искать баг в системе гнала мысль по знакомым рельсам. Как сетевик, я разбирал технические сценарии один за другим и сам же их браковал:

Считать и клонировать мой магнитный ключ-брелок? Исключено. Брелок всегда лежал у меня в кармане джинсов или на тумбочке у кровати, никто к нему на расстояние считывателя не подходил. К тому же перед моим выездом лендлорд уже готовил сброс доступа под нового субарендатора, а любая попытка подбора или программного сбоя оставила бы ошибку в памяти контроллера.

Поставить скрытую микрокамеру на лестничной площадке или в плафоне над дверью, чтобы подсмотреть, как я открываю замок или набираю резервный пин-код? Я тихо фыркнул в темноте. Да кто он, Джеймс Бонд? Незаметно монтировать оптику в старом жилом доме, где каждые полчаса по лестнице ходят соседи с собаками, тянуть питание или маскировать передатчик… Слишком сложно, слишком рискованно, и ради чего — чтобы просто сдвинуть мою рабочую тетрадь на столе? Бред какой-то.

Утечка доступа через самого лендлорда или предыдущего жильца? Ещё абсурднее. Владелец дорожит своей репутацией и отчётностью.

Когда все логические версии входа рассыпались, в голову лезла самая паршивая, злая мысль — развернуть сомнение против самого себя: "А может, мне вообще показалось? Сам передвинул эту чёртову тетрадь в суматохе сборов и на нервах забыл?"

Я тут же злился и переворачивался на другой бок. Уж в чём-чём, а в собственной педантичности я не сомневался: после десятков схем коммутации и монтажных шкафов я на автомате запоминал положение вещей на столе до миллиметра. Признать провал собственной памяти было бы ещё глупее, чем поверить в шпионские жучки на лестнице.

Единственным, что не давало окончательно застрять в этом тупике, оставалось спокойное, невозмутимое поведение инспектора Маккарти. Хорошо, что он не отмахнулся от меня как от параноика: тетрадь я завёз в участок, контрольные отпечатки пальцев откатал для отсева, а сам инспектор без лишних слов оформил официальный запрос на записи с камер в доме и на прилегающих улицах. Оставалось только ждать.

В пятницу утром, на четвёртый день, я проснулся раньше будильника — за окном моросил мелкий коркский дождь, а с кухни уже тянуло свежемолотым кофе и поджаренным хлебом. Я даже притормозил в дверях от неожиданности: обычно Мэй по утрам спит до последнего и вылезает из-под одеяла только после третьего сигнала, а тут уже стояла у стойки в уютном объёмном свитере, подперев щёку ладонью, и сонно щурилась на экран телефона.

​— Ого, — хмыкнул я, прислонившись плечом к косяку. — Кто-то сегодня встал раньше меня? В Корке снег пошёл, а я не заметил?

​Мэй фыркнула, не отрываясь от экрана, и пододвинула ко мне большую тёмную кружку:

​— Меня просто совесть заела, Маклафлин. Ты каждое утро тихо встаёшь первым и варишь кофе, вот я и решила хоть раз сыграть любезную хозяйку. Доброе утро. Выспался?

​— Нормально, — я взял кружку, чувствуя, как от горячей керамики и её спокойного голоса внутри сразу становится тепло и ровно. —Сегодня надо до обеда добить сводку по зимнему графику и закрыть пару текущих задач по серверной части.

— Ладно, я как раз до обеда с Калланом сметы на декабрь согласовываю, так что бери всё на себя, а внешний фронт я прикрою, — кивнула Мэй.

В офисе первая половина дня пролетела в привычной рабочей суете. Мэй с утра ушла в переговорку с бумагами и ноутбуком, а я зарылся в таблицы на своём углу оупенспейса. Телефон зазвонил ровно в полдень, когда я как раз сводил отчёт по нагрузке на шлюз.

На экране высветился городской номер коркского отделения Garda Síochána.

Я поднялся из-за стола и отошёл в дальний угол зала к кофемашине у окна, где гудел принтер и никого не было рядом, прежде чем принять вызов:

— Слушаю.

— Мистер Маклафлин? Инспектор Маккарти. Удобно говорить?

— Да, инспектор.

— Коротко по сути, — голос Маккарти звучал ровно, по-деловому, без лишних эмоций. — Лаборатория закончила проверку вашей тетради. Как мы с вами и предполагали, на обложке и страницах только Ваши отпечатки, чужих следов нет. Тот, кто её касался, работал в перчатках и действовал осторожно.

Я медленно выдохнул, чувствуя, как отпускает глухое раздражение последних ночей. Значит, с памятью у меня всё в порядке.

— Понятно. А камеры?

— По камерам в доме действительно есть кое-что интересное, — ответил Маккарти без подробностей. — Нам нужно привязать это к самой квартире. Я уже связался с Вашим бывшим лендлордом, взял у него контакты нового жильца, который въехал по переуступке аренды, и получил его письменное согласие на осмотр. Вы ведь больше не заходили в мансарду после восемнадцатого числа?

— Нет, конечно. Я тогда только забрал некоторые вещи и эту тетрадь и сразу ушёл — вечером уже въезжал новый парень. Визуально в комнате всё было спокойно, кроме тетради я ничего не трогал.

— Хорошо. Завтра в десять утра мне нужно, чтобы вы подъехали на Шэндон. Поедем с нашим техником-криминалистом — покажете, как всё стояло до вашего отъезда, и какие там окна.

— Буду в десять, — сразу сказал я.

— Договорились. До встречи у входа.

Короткие гудки оборвались. Я опустил телефон и пару секунд смотрел на погасший экран. В груди странно похолодело — не от тревоги, а от резкого, трезвого щелчка, с каким затянувшиеся дни ожидания сменились движением. Камера в доме что-то поймала. И при чём здесь окна, если дверь закрывалась на электронный замок?

В другом конце оупенспейса зазвенел смех Мэй — она только что вышла из переговорки, держа в руках папку с подписанными сметами, и на ходу перекидывалась шутками с Шивон у её стола. Я спрятал телефон в карман, глубоко вдохнул и поймал себя на единственной чёткой мысли: пугать её раньше времени я не стану. Завтра утром скажу, что надо съездить на пару часов закрыть мелкие формальности по старой квартире. Сначала я сам увижу, что найдёт в мансарде криминалист.

Глава опубликована: 19.11.2026
Обращение автора к читателям
Harriet1980: Дорогие читатели, буду рада вашим отзывам, интресно ваше мнение и впечатления ❤️
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
4 комментария
Приветик!
Harriet1980автор
Привет, рада видеть тебя 🥰🩵💕
Harriet1980

Я тоже!) А все не могут заходить на фикбук? Я почему-то не могу заходить на него?
Harriet1980автор
demon_liso
🤗🌷⚘️
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх