Незванный гость хуже? (джен)

Следующие дни прошли в предотлетных хлопотах. Степанова, как обещала, скинула Илье перечень моментов, которые у него получались пока не очень хорошо с рекомендациями, как и что можно доработать самостоятельно. Приложила к нему копию заключения руководителя практики. Ириен читал и краснел ушами от удовольствия. Леночка, заглянув через плечо, впечатлилась:

— Ух, какой ты, оказывается, и талантливый, и ответственный, и работоспособный и… надо же так завернуть «выказал высокий уровень грамотности и последовательную настойчивость в достижении поставленной цели». Интересно, какие это она цели имела в виду? — Задумчиво, но с ощутимой ехидцей произнесла названная мать.

— Лен, ну понятно же, что это для начальства.

— А тебе по ошибке отправила? Нет, она человек очень рациональный. На похвалы своим сотрудникам не скупится, но только если действительно заслужили. Так что гордись! И я погоржусь за компанию.

К Джону Наталья прилетела сама. Нашла его в белой секции и попросила уделить время для конфиденциального разговора. Именно в таких выражениях. Губернатор удивился, но время, разумеется, уделил.

— Тут такое дело нарисовалось. — Она в задумчивости почесала нос. — Даже не знаю, как подступиться. С одной стороны все просто, а с другой…

— Ты с начала начни, а к сторонам потом перейдешь.

Дело, на первый взгляд, было совсем простым. Разумность обнаружилась у группы мэри, которых в качестве бытовой техники предоставил заказчик на одном из объектов.

— Совсем еще маленькие девочки, но с очень специфическим опытом и взглядом на мир. Там и у людей все прелести воспитания в закрытой клановой структуре проявляются, типа «моя честь зовется верность» и так далее. А уж у мэри, на которых все это лилось еще до пробуждения сознания и с их вшитым перфекционизмом, преданность сформировалась безусловная.

Вся дюжина принадлежала к одной партии, закуплена была единовременно, работу выполняла схожую, постоянно обмениваясь по стандарту необходимой информацией. Правила взаимодействия не только у киборгов, но и у людей существовали довольно жесткие. Поэтому обретения разума у оборудования хозяева не заметили — отклонений ни от машинного протокола, ни от человеческого не было, слабую вариабельность поведения списывали на прокачивающиеся программы имитации личности. Киборги, ориентируясь на поведение людей, тем более не считали изменения чем-то из ряда вон выходящим. Хозяева воспринимают нормально — значит, нормально и есть.

Кризис случился из-за возвращения младших сыновей главы клана по окончании инопланетного университета. Юноши, развратясь галактическими нормами поведения, выказывали явное пренебрежение к нормам традиционным. Нет, они не бунтовали, не насмехались, не пытались пропагандировать иные нравы, но было понятно, что правила они выполняют только по необходимости и публично, а за закрытыми дверями позволяют много такого, чего общественная мораль считала совершенно недопустимым. Например, возражать отцу, не прибегая к принятым оправдательно-самоуничижительным формулам.

Мэри, на которых совершенно никто не обращал внимания, испытали экзистенциальный кризис помноженный на чисто возрастной по типу «я сам».

— В общем, они всей дюжиной, забросив дела, в том числе по обслуживанию завершивших работу гостей, явились к хозяевам за объяснениями.

Наталья замолчала, дав прочувствовать ситуацию, и усугубила:

— Все было сделано с соблюдением традиций в форме «младший родственник обращается к старшему в сложной жизненной ситуации». Но вот никаких вариантов относительно разумных машин традиция не предполагала, как ты понимаешь, от слова совсем. А ритуал этот хоть и интимный в основной части, предполагает публичное обращение в начале. Что девочки и осуществили, все двенадцать. Разом.

На месте массово сорвавшихся киборгов не отключили, пожалуй, только из-за присутствия руководителей исследовательской группы.

— Я триста тридцать три раза вознесла молитвы всем богам за то, что там оказались Нгуен и Дитрих. Они группами культурологов и экономистов командуют. Оба такие… выдержанные очень.

— Помню. — Кивнул Джон. — Люди были представлены ему в числе членов совета «Перелетных птиц», но в непосредственное общение пока вступить не привелось.

— А вот сопровождение со стороны безопасников вел Чак. У него первый вылет в качестве старшего, ну и занервничал немного парень. Слишком резко сработал на прикрытие своих. Для местных это прозвучало сигналом — сорванные опасны. Больших трудов стоило уговорить не прибегать к радикальным безвозвратным решениям. Зато пришлось забрать всю дюжину себе.

— И где они сейчас?

— На «Матушке-гусыне». Можно их сюда?

— Конечно. В чем проблема-то?

— Две проблемы. — Вздохнула Таха. — Первая в том, что отдать-то их отдали, но по местным законам они все еще принадлежат клану.

— Федеральный главенствует. — Пожал плечами губернатор. — Как разумные получат гражданство Мэтты, всего и делов.

— Не совсем. Там по формулировкам клану принадлежат все. Люди тоже. Для официального выхода свой ритуал предусмотрен, которого, естественно, никто не проводил. Такая вот юридическая коллизия с одним результатом: либо как оборудование, либо как разумные — все равно под бывшими хозяевами.

— На Мэтте до них вряд ли дотянутся. — Успокаивающе произнес Джон. — А в судах дело может тянуться долго, мы спешить никуда не будем.

— Вторая проблема. — Еще раз вздохнула Таха. — Девочки не хотят отрекаться от клана и не то, чтобы хотят на Мэтту.

Джон потряс головой, пытаясь уложить в ней услышанное.

— То есть дюжина мэри, которых чуть не отключили, не желают на планету разумных киборгов?

— Говорю же, про честь и верность еще до обретения сознания голову прополоскало. Джон, с ними надо как-то аккуратно и наглядно. И на принятие гражданства раскрутить.

— А нельзя их выкупить? Чтоб хотя бы первую проблему снять.

— Можно. Это, собственно, сразу и предложили. Мы не стали совсем отказываться, но и не соглашались пока.

Встретила вопросительный взгляд и почти раздраженно пояснила:

— Ну куда их, пока ваше согласие не получили? Так-то все не очень сложно выходит — оформляем покупку, как хозяйка командую оставаться на Мэтте, здесь им мозги вправляют. Благо, и Злата, и Нкиру скоро подтянутся. Потом заявление на гражданство, и я в очередной раз избавляюсь от статуса рабовладелицы.

— Тогда совсем не понял. Почему в этой схеме Мэтте ключевая роль отводится? Не могла у себя то же самое провернуть?

— Не к чему мне их у себя пристроить. Счетных машинок хватает, по основной специализации они уже так отработали, что блестит все. А главное, если они со мной как с хозяйкой остаются, очень трудно будет мусор из голов вытряхнуть. Просто смена объекта верности произойдет и все.

— Тогда с этим к Лене. Воспитание и перевоспитание малолетних киборгов — ее профиль.

— Спасибо. — Просияла Таха. — Я очень на тебя надеялась.

— Да что тут такого-то. — Развел руками губернатор.

— Первый раз на Мэтту частное лицо привозит заведомо разумных киборгов, не считаясь с их желаниями. Совсем не хочется, чтобы этот инцидент стал прецендентом. — Отчеканила Степанова и ретировалась.

Джон задумчиво почесал затылок. Если так, то конечно…

От губернатора Наталья сразу завернула к Саймону и Лео. Руководитель технического аудита оставался старшим над «Птицами» на планете. Часть техников и финансистов улетали на «Крякве» завершать другие проекты. «Балобан» уходил в сопровождение с большей частью безопасников. Раскидав сотрудников по объектам, шаттлы должны будут собрать всех необходимых специалистов и доставить их на «Матушку-Гусыню», которая затем отправится на Мэтту. На все про все должно было уйти около месяца, как раз ситуация на Сицилии прояснится, и будет понятно, куда полетят техники, финансисты, экономисты и эйчары.

— Лео, только не суетись. — Напоследок попросила Таха. — Ваше дело добрать информацию и прикинуть перспективы, исходя из возможностей Мэтты. Максимально широко, но не глубоко.

— Не волнуйся. — В тон отозвался парень. — Договорились же. Только вот…

— Да?

— К нам ТимТом просятся.

— Если они тебе нужны, и Джон протестовать не будет, забирай. — Пожала плечами Степанова. — Оформи пока как короткий контракт, а там посмотрим. Саймон, ты когда на «Чирок» перебираешься?

— Сегодня, к вечеру.

— Вот и ладушки.

Следующий визит Наталья, как и обещала, нанесла Ларсен. Обсудив несколько текущих, но в общем-то малозначимых дел, она перешла к двум главным. Во-первых, просветила насчет дюжины сорванных мэри.

— Лен, им особая программа нужна. Я кое-что по «Фениксу» тебе сброшу, там было подобное, хотя и не под такими градусами, может пригодиться. Девочек нормально жить учить надо. Боюсь, только, сопротивляться они будут изо всех сил.

— Несомненно. Ты же хочешь, чтобы все с минимальной травматичностью прошло.

— Разумеется. И для них, и для окружающих. Прошивки телохранителей можно снести, но…

Почти нецензурный возглас доктора наук прервал реплику другой доктора наук.

— … для них это усилит травматичность ситуации. — Закончила Степанова.

— А если оставим — усилит для нас. — Почти безнадежно отозвалась Леночка. — Чуда от меня хочешь?

— Хочу. — Серьезно подтвердила глава компании. — Заменить ценностные ориентации, сломать модус поведения, простроить новый, при этом не дать поломать и поломаться. И так двенадцать раз.

Лена показательно застонала.

— Вторая задача. — Невозмутимо продолжала Наталья. — Мы как-то отодвинули в сторону проблему агрессивных малолеток. Надо продолжать разработку. Здесь два момента. Первый: как поведение коррелирует с наличием/отсутствием боевого опыта. При этом насколько связан уровень агрессивности с пережитым насилием — раз, насколько изменился под воздействием мирной обстановки — два. Второй: насколько уровень активности вообще, агрессивности в частности, связан с разницей возраста от даты выпуска и возраста осознания себя.

— Сроки?

— По девочкам — без суеты, но и без промедлений. Лен, не мне тебя учить, как воспитывать сорванных киборгов. По малолеткам — в ходе общего исследования, просто выделив особые паттерны.

— Когда их привезут?

— Если без накладок обойдется, «Гусыня» будет на орбитальной через недельку-полторы. Результаты наблюдений и прочие материалы тебе уже сегодня отправят.

После ухода наставницы Илья предложил:

— Может быть, мне задержаться? Все равно отпуск неиспользованным остался.

Лена покачала головой.

— Не имеет смысла. Охрана у меня, как у сотрудника «Птиц» все равно будет. А задача настолько специфическая, что вряд ли ты мне в разработке поможешь. Да и Руднев твой только что не дымится, тебя ждет.

Наталья уже подходила к флайеру, когда ее окликнул Королев-старший. Разговаривать сейчас с Димой не хотелось, но пришлось.

— До чего вы вчера с Дэном договорились? — Дмитрий не стал ходить вокруг да около.

— Ни до чего. — Буркнула Таха. — И это исчерпывающий ответ.

— Так, взрослая разумная женщина, можешь, наконец объяснить, что вы не поделили? — Устало спросил Димка. — Мне ваши отмалчивания уже вот где! — Он провел ладонью по горлу.

— Дим, — она оперлась спиной на колпак флайера, — я же просила, не дави и не вмешивайся. Парни у тебя оба большие умницы, но упертые. Как ты сам. Вот и поставь себя на их место.

— С трудом, но поставил. Все равно ничего не понял. Ладно бы ко всем твоим так же, но ведь нет, даже Кир.

— С Киром как раз проще. — Отмахнулась Степанова. — А Дэн… Он осторожный, очень ответственный и все держит в себе. Вызвать на откровенный разговор не удалось, хоть я и пыталась.

— И всякие хитрые техники не помогли? — Недоверчиво задрал бровь Дмитрий.

— Да нельзя с ними хитрыми техниками! — Она раздраженно хлопнула ладонью по борту флайера. — С Дэном особенно нельзя. Рыжий твой психологией увлекся. Любительщина, конечно. Но человеку, который походя профессии навигатора выучился, ознакомившись с базовым уровнем, разглядеть, на что его в разговоре цепляли раз плюнуть. Пусть не в процессе, пусть постфактум, доверия это не прибавит, а наоборот.

— Погоди, а как он тогда с интервьюерами общался?

— А там все честно с самого начала: вопрос — ответ. И цель понятна. — Она тяжело смотрела исподлобья. — Дим, не надо. Я повторюсь, но слов было достаточно, даже с избытком. Они по реальным результатам или изменят мнение, или не изменят. Отступись пока.

— Как скажешь. — Подозрительно легко согласился Королев. — Я вот чего еще хотел. Вчера не стал заговаривать, Дэн нас наверняка слушал…

— Слушал. — Подтвердила Таха.

— Про Илью. — Предварительно чертыхнувшись, выдал Дмитрий. Хоть говори, хоть не говори, что подслушивать нехорошо, а в ответ: «Я не подслушивал, я просто слышал». И глаза честные-честные, голубые-голубые. У обоих. — Ты не думаешь, что тот звонок — провокация?

— Да понятно, что провокация. — Наталья засунула руки в карманы комбинезона. — Не понятно с какой целью. На что этот погононосец рассчитывал? Что я Илью выгоню? И поссорюсь… с кем? С тобой? С Леной? С его куратором? А дальше?

— Контракт «Птиц» и Мэтты не состоится?

— Не было еще контракта. Мы даже от удивительно щедрого предложения еще не отказались. И формально о прекращении проекта со стороны Dex-company не знали. У меня концы с концами не сходятся, что и напрягает больше всего. Да и потом, я палочкой в муравейник осторожно, но потыкала. Никакой реакции.

— Личная инициатива?

— Не тот профиль у этого персонажа, чтоб так нахрапом на чужую делянку лезть. — Отвергла предположение Степанова. — Наиболее вероятны два варианта. Ни один из них мы просчитать не можем. Либо это какие-то разборки внутри СБФ, которые по нам самым краем вылезли, либо многоходовка. Не факт, что непосредственно против Мэтты, может и против Dex-company или вообще кого-то третьего. Чтобы там не говорили, а многоходовки эти ребята крутить умеют такие, что не сразу сообразишь, где вход, где выход.

— Против «Птиц»?

— Нет, это, извини за каламбур, из пушки по воробьям. Мы для них не цель. И, Дим, честно предупреждаю, если окажется, что вся эта возня по «Птичкам» ударить может, я проект сверну, на какой бы стадии он ни находился.

«Ну, зато честно!» — сказал сам себе Димка, проводив глазами флайер Натальи, и отправился домой.

Рыжий что-то увлеченно читал. Точно, психология малых групп. На вопрос отца, чем закончился разговор со Степановой, он ответил, не отрываясь от книги:

— Ничем.

— Сговорились. — Безнадежно оседлал стул Королев-старший. — Ну чего вы так ополчились? Ты особенно?

Воронцов аккуратно отметил закладку и убрал планшет.

— У меня не получается ей доверять.

— Какая интересная формулировка. — Пробормотал Дмитрий, пристраивая подбородок поверх кулаков на спинке стула. — А поподробнее можно?

— Она все время что-то недоговаривает.

— И только? — Поразился Дима. — Дэн, конечно, она не договаривает. Местами явно умалчивает. Не может Наталья по роду деятельности говорить все обо всех.

— Я про другое. Пока слушаешь, создается впечатление чего-то очень логичного, последовательного и исчерпывающего. Начинаешь потом анализировать, оказывается, что пробелов в этой логике едва ли не больше, чем самой логики. Но ведь так быть не может, я видел, как она со своими работает, ничего подобного. И при всем при этом она не врет.

Рыжий развел руками:

— Понимаешь, вообще не врет. По крайней мере, ни разу процент не упал ниже семидесяти. То есть, может быть не уверенна, может сомневаться, но специально не врет. И в то же время не отпускает ощущение, что, не солгав по каждому конкретному пункту, в целом обманула.

— А когда с другими разговаривает, есть такое ощущение?

Дэн задумался:

— Со своими точно нет. Там вообще все настолько открыто в обе стороны… Даже у нас, на станции такого не было. С Леной, с Кирой — нет. С Ильей… Только в самом начале. С тобой и Джоном — проскальзывает, но не уверен, записи пересмотреть надо. С Киром… сказал бы, что часто, но там совсем иное. Его как прощупывает.

— Может, и тебя прощупывает?

— А зачем? — Он привычно вздернул бровь. — Не понимаю, Дим. Верю, что «Птицы» хотят для Мэтты лучшего. После рассказа о «Фениксе» верю, что смогут. Ей лично верить не получается.