Формула от смерти (джен)

Скукотища-то какая...

Совсем не понимаю, как люди могут долго читать? Даже если книга очень интересная, у меня через пять минут слипаются глаза.

Захлопываю книгу и кидаю на стол. Я вообще не могу вчитаться. Мысли занимает НеКоля. У меня никогда в жизни не было такого реалистичного сна. Помню каждое слово психа. И проснулся в тот момент, как он со мной попрощался. Это совсем не похоже на сон.

Может, я все-таки вернулся в Сад? Или Сферу Влияния? А какой в этом был смысл? Послушать, как сам с собой разговаривает псих с лицом моего друга? Бред.

Знаешь, в чем мое превосходство? Я знаю, кто ты и кто я на самом деле, а ты нет. Рассказать?

Чтобы отвлечься, хожу по комнате, разглядывая книги.

Их так много, а читать некому. Я помню из видения Дара, что Гева любила читать и застекленный стеллаж принадлежал ей. Сейчас она тоже любит читать? Наверное, да. Я же ее сегодня здесь встретил. А Вальнар читает?

Дохожу до гевиного стеллажа. Глаза цепляются за ее дневник. Я уже про него забыл. Да и было как-то не до него. В тот день я наблюдал со стороны, как кричу на Вальнара в столовой.

Почему я так и не спросил его, что произошло? Хотя нет, я же спросил, а он снова ушел от ответа. Как ему это удается?

Это уже смешно. С тобой каждый день что-то происходит. Хочешь, я тебе все объясню?

Интересно, а НеКоля правда знает? Хотя глупо так думать. Откуда ему знать? Он же сон.

Беру дневник и открываю на середине. Мне нравится гевин почерк — изящный и каждое слово понятно.

Кстати, вот еще один вопрос, который я забыл спросить у Вальнара. Как так оказалось, что в двух разных Мирах одинаковые языки? Даже буквы пишут одинаково. Конечно, я не против. Для меня это удобно — не надо ничего учить. Но это все равно совсем не логично. У нас на одном материке может жить несколько народов с разными языками, а тут — в другом Мире говорят на русском. Как? Надо спросить у Вальнара.

Не вчитываясь, листаю дневник, пока не кончаются записи. Самая последняя очень короткая — только дата и одна строчка:

«10 июля 1405 года

Я сегодня скажу ему да».

Не похоже, чтобы Гева согласилась на что-то хорошее. На что она сказала «да»? С одной стороны, интересно узнать, с другой — лезть в ее личную жизнь не хочется.

Пихаю дневник в задний карман джинсов, и выхожу из библиотеки. Верну его Геве и забуду.

Знаешь, Русик, ты иногда такой наивный и правильный, что меня от тебя тошнит...

* * *

— Гева.

Она останавливается. Чуть поворачивает голову в мою сторону, упирает глаза в одну точку на стене и ждет, пока я до нее дойду.

— Вот, — протягиваю ей дневник.

Ее глаза расширяются от удивления. Свет факелов отражается в них, делая их глубже и ярче. Она долго смотрит на тетрадь и переводит взгляд на меня.

— Зачем мне это?

В смысле, зачем?

Такую реакцию я точно не ожидал. Думал, она накинется на меня за то, что я трогаю ее дневник. Или закидает меня вопросами, читал я его или нет. Но никак не этого. Даже неловко. Я не понимаю, как себя вести.

— Я думал, это твое... — бормочу.

Она, не скрывая, изучает мое лицо.

— Да, мое, — произносит, но не забирает.

Странность этой ситуации начинает раздражать.

Зачем я вообще ей это принес? Надо было оставить в библиотеке. Похоже, он ей не нужен, и ей плевать, кто его берет и читает. Даже Вальнар говорил, что его читал.

— Значит, он тебе не нужен? — надоедает протягивать ей дневник, запихиваю его обратно в карман.

— Зачем?

Она издевается надо мной? Этот разговор такой тупой, что бесит. Если я не уйду, вспылю.

— Ладно, проехали.

Поворачиваюсь, чтобы уйти, но Гева хватает меня за руку и останавливает.

— Подожди. Сначала объясни мне, зачем ты принес его? Ты его читал? — в голосе нет и намека на усмешку или издевку.

Ей правда, интересно? Она серьезно не понимает?

— Нет, я не читал, — говорю слишком быстро и чувствую, как краснею. Наверное, она думает, что я вру. — Я подумал, что ты просто потеряла дневник. Думал, что тебе он важен, как память. Ведь ты его для этого вела?

— Дай мне его.

Взгляд у нее странный. Будто она что-то вспоминает, но не может полностью уловить четкий образ, и только ощущает его. Вытаскиваю тетрадь и протягиваю ей. Она снова несколько секунд смотрит на нее и, бросив на меня взгляд, берет.

— Значит, ты его не читал? — спрашивает без интереса, автоматически, будто только чтобы поддержать разговор.

— Я уже сказал, что нет.

— Да...

Кажется, она забывает о мне. Открывает первую страницу дневника и читает. На лице появляется легкая полуулыбка.

Перед глазами всплывает видение из ее прошлого. Она когда-то была простой девушкой. Что с ней случилось?

Но спрашивать сейчас нет смысла. Она с головой погружается в свои записи. Я ухожу.

Вальнар

Руслан — одна, большая проблема.

Наивный. Добродушный. Эмпатичный. Принципиальный. Героичный.

Это проблема.

Вспыльчивый. Импульсивный. Независимый.

Проблема.

Быстро привязывается к людям. Легко находит общий язык. За одно знакомство вносит почти каждого в круг «своих» — родных. Принимает близко к сердцу чужие беды.

Проблема.

Чувствительный к магии. Быстро схватывает. И интересуется колдовством.

И это тоже проблема.

В какой-то момент я словил себя на этом — меня не устраивает все. Руслан беспокоится о «темных» делах колдунов — я злюсь. Руслан с головой уходит в магию — я им доволен, а потом злюсь еще больше.

И я не уверен, на кого я злюсь на самом деле. На него? На себя? На других колдунов?

Почему они выбрали именно его?

Да, я злюсь на них. И на себя. И на Руслана.

Сначала я спешил сделать из него колдуна, чтобы полноценно заняться Формулой. Но из-за моей спешки и невнимательности Руслан чуть не умер.

Я пришел к выводу, что мне нельзя его оставлять, пока я не буду уверен, что он больше не навредит себе. Но из-за внутреннего противоречия и вечной злости, я продолжаю избегать его.

Подумал, что, если переложу часть воспитания наследника на других колдунов, станет проще. Но нет. Сначала, казалось, я почувствовал облегчение, но чем больше проходит времени, тем сильнее меня злит, что они лезут.

Я снова недоволен.

Почему?

Правда — на поверхности. Ее сложно игнорировать. Но я стараюсь не думать о ней. И снова злюсь.

Руслан — проблема. И мне ее не решить. Так как она не в самом парне, а во мне.