Прозрачность (гет)

И Соа потерял счет времени. Быть может, он простоял так не больше минуты, а может — не меньше десяти, но, когда он отвел взгляд, то увидел, как из окна на него смотрела хорошо знакомая ему девочка.

— Нравится? — лукаво спросила его Эри.

Юноша не сразу ответил.

— Нет, просто… Кажется знакомой.

— Ага, — кивнула девочка. — Мне тоже. И остальным, кто бывал здесь.

Эри перекатилась с носка на пятку и обратно.

— Скажи, кто это? — поинтересовался И Соа.

На него задумчиво посмотрели, осматривая и, очевидно, раздумывая, что за человек стоит перед ней. Но заученную легенду И Соа говорить не хотел, и в принципе говорить, поэтому он молчал. По всей видимости, Эри сделала свои собственные выводы, решив, что только приглашенный человек будет столь спокойно разгуливать посреди их дома.

— Странно, что вы не знаете. Эта женщина — Осиль, одна из мудрейших. Она одаривает своим теплом всех просящих. А еще мне говорят, что я на нее похожа!

На этой фразе Эри широко улыбнулась и поправила длинные волны волос. Она тоже принялась рассматривать портрет, хотя, очевидно, видела его не единожды.

— Расскажи о ней, — выпалил юноша. — Что угодно.

Девочка с готовностью кивнула и затараторила так, будто и не знала, с чего лучше начать:

— Осиль — ярчайшая среди всех мудрейших! Она единственная, кто не имеет под своим началом ни одной провинции и занимается в основном благотворительностью. Поэтому, кстати, она изображена здесь: наша семья довольно тесно работает с ней. Мы помогаем деньгами и лекарствами. И, — здесь она зарделась, — когда я вырасту, смогу встретиться с ней уже лично.

— И как же она стала… мудрейшей?

— Это было очень-очень давно, еще до того, как родился дедушка. Во времена долгой зимы, Осиль неожиданно появилась, растопила весь лед и этим спасла людей от голода и холода. Если бы не она, все бы погибли. Вместе с ней всегда свет и тепло, поэтому она мне так нравится, — Эри замолчала и наморщила лоб. — Конечно, есть еще ее сестра, Цу, которая всегда помогала ей, и она главенствует над нашей провинцией Каланеск. Мудрейшая Цу может создавать картинки в воздухе и… И что-то еще. В общем, она очень сильная, но не настолько, как Осиль!

— Понятно, — рассеянно пробормотал И Соа. Он не знал, что еще сказать, поэтому просто произнес бессмысленное и очевидное. — Завтра к тебе приедет Риговер, да?

— Ох, вы знакомы с ним! — разулыбалась Эри. — Да, из первых уст узнаю о достроенном Абиссале.

И Соа еще раз взглянул на картину, а затем на девочку, которая все еще стояла за окном. Она балансировала на высоком камне, чтобы быть выше, и даже так ее глаза находились на уровне подоконника. Особо не мудрствуя, И Соа вылез в окно и встал рядом с ней, чтобы снова не идти через бесконечный дуговой коридор.

— А… что ты здесь делаешь? — решил уточнить И Соа. — Как ты меня заметила?

— Вас было трудно не заметить, — рассмеялась Эри. — После завтрака я вышла прогуляться в ожидании, пока тетушки закончат принимать гостей, и тут вы: прошли прямо передо мной, не смотря по сторонам, споткнулись, сломали ветку, распугали птиц. Но до нас далеко ехать из города, вы наверняка устали, поэтому я понимаю ваше настроение.

Эри медленно шла, ведя за собой И Соа, и находилась все в том же пышном повседневном платье, с многочисленными оборками и рюшами, и весь ее образ стал привычным и успокаивающим. В отличие от всего поместья и людей в нем, которые порядком уже утомили.

— Вас, — обратилась уже более неуверенно Эри, смущенная молчанием, — проводить к вашим… коллегам? Скорее всего, они уже закончили и идут в гостевые комнаты.

И Соа припомнил Тесхву: он велел поскорее уходить. Что-то пошло не так.

Поэтому юноша кивнул.

Эри, просияв и задрав подбородок, указала на нужную тропу и первой ступила на нее. Она начала говорить о поместье, о надвигающемся празднестве, о своем новом пышном платьице, но, когда обернулась, осознав, что незнакомец уже долгое время совсем не отвечает, никого не увидела. Юноша пропал.

* * *

В библиотеке И Соа ожидал глухой тишины, но там, напротив, было достаточно оживленно. Когда он вернулся в залу, на него тут же обратились взгляды всех присутствующих. Дасх с Алиссумом сидели в припотолочной зоне, держась за руки, вдалеке от Гинтрейме с Тесхвой.

Девушка о чем-то тихо переговорила с Тесхвой, и направилась к И Соа.

— Вы с Тесхвой пока идите вперед, возвращайтесь, — достаточно сухо произнесла она. — Я посижу немного с ними, — кивок в сторону подростков, — и пойду позже.

— Не хочу оспаривать твое решение, — аккуратно начал юноша. — Но, когда мы входили сюда, Хелансу был… опасен. И, скорее всего, он будет там ждать нас.

— Откуда бы ему знать, куда ты сбежал? — нахмурилась девушка.

Юноша неловко почесал затылок.

— Так вышло.

Гинтрейме смерила И Соа тяжелым взором и, сказав “Подожди”, поднялась по лестнице к Дасху и Алиссуму и тихо о чем-то с ними заговорила.

Отвернувшись, И Соа прошествовал в кабинет, где уже сидел Тесхва и ждал их. Юноша облокотился на стол.

— Что ты сделал на этот раз, что даже Гинтрейме так на тебя обозлилась? — подал голос мужчина.

— Давай ты забудешь об этом, а я взамен буду молчать в твоем присутствии?

— Ого, — восхитился Тесхва. — Мне теперь еще больше интересно, но твое предложение мне по душе.

И Соа выдохнул. Затем кое-что вспомнил.

— Перед тем, как мы выйдем, тебе стоит кое-что знать. Вы с Гинтрейме вошли в зеркало первыми и не видели. Хотя вы вошли сюда, ваши тела остались лежать… там.

Мужчина подскочил, услышав это. Он выпучил глаза.

— Что?! Хочешь сказать, это пространство не выдерживает тела, тяжелее духовной составляющей?

И Соа медленно моргнул.

— Я… не знаю, как это называется.

Тесхва схватился за голову, растрепав свою светло-русую шевелюру, и в отчаянии уставился на юношу.

— Наши тела все это время мешками валялись на полу?

— Видимо, да.

— Вот ведь, — застонал мужчина. — Лучше бы ты молчал, как и обещал.

Снаружи заскрипела лестница — Гинтрейме возвращалась. И Соа с Тесхвой тут же поднялись и подошли к зеркалу, чтобы не тратить время.

— А откуда ты взял имена?

— Чего? — не понял Тесхва.

— Когда ты представлялся госпожам Мооке и Перии. Имена, названия — откуда?

— Я, по-твоему, бездельничал эти недели? Я все прочитал, все изучил! — широко улыбнулся Тесхва, явно хвастаясь.

И Соа уважительно похлопал.

— Даже “Похождения Провеона”?

Лицо Тесхвы резко скривилось.

— Все, замолчи. Выполняй свою часть сделки.

В приоткрытую дверь вошла девушка и направилась к ним, к зеркалу. Посмотрев друг на друга, все трое кивнули и наконец шагнули вперед, покидая библиотеку. Невольно И Соа зажмурился.

Как и ожидалось, первое, что ощутил юноша, пронзительную боль в мышцах: тело ломило, а голова гудела. Но чего он не ожидал, так это того, что он не сможет пошевелить ни ногами, ни руками.

И Соа распахнул глаза. Прямо перед ним располагалась тяжелая железная дверь, а стены, сложенные из булыжников, больше напоминали тюремные. Он попытался повернуть голову и подняться, и только сейчас осознал, что оказался привязанным к стулу, стоявшему ровно посредине этой комнаты. В ней царил полумрак, свет поступал лишь из маленького окошка.

Это действительно была тюрьма.

Тогда он сжал кулаки и дернул веревки. Но те были черными и странно тонкими. Такими веревками связывали только обезумевших духов и демонов.

А затем с протяжным скрипом открылась дверь. Вошедший, только заметив, что пленник очнулся, тут же улыбнулся и повеселел. И Соа сглотнул: он ожидал увидеть господина Хелансу, но это оказался не он. Богиня Войны и Хаоса Шуанси сейчас стояла перед И Соа.

— Вот я и увидела твои глазки, поганец, — рассмеялась женщина. — Думал, я не узнаю тебя?

Шуанси стояла в проеме, все такая же статная и уверенная, как и четыреста лет назад. Ее белые доспехи, которые она трепетно любила, ослепляли, а багровый плащ, который она надевала по особым случаям слабо трепыхался, напоминая разгорающееся пламя. Но самый настоящий пожар сейчас поселился в ее глазах, когда она заметила промелькнувший на мгновение страх в И Соа.

— Как жаль, что Гинтрейме снова связалась с тобой.