На его каверзном пути через вселенные (гет)

Пронзительный выкрик вырвал Жона из полудрёмы, и он открыл глаза.

Устроившись локтями на бортике бассейна, он откинул голову и взглянул на Лизу. В какой момент она подошла, сказать было трудно. Мысли его витали где-то далеко. На фоне луны она была прекрасна, прямо как на картине.

Правда, широко распахнутые от удивления глаза немного портили эффект. Всякое хладнокровие исчезло. Озорство испарилось. Сейчас Лиза была почти застенчива, и этот образ ему даже понравился, он был бы не прочь видеть её такой почаще.

— Милый купальник, — сказал он.

— Эм-м... спасибо, — пробормотала Лиза. Похоже, его спокойствие выбило её из колеи ещё больше. — Классные, э-э... — она осеклась.

Он тихонько рассмеялся:

— Не похоже на тебя, Девочка-Болтушка, терять дар речи.

— А на тебя не похоже быть голым, — пискнула она.

Жон посмотрел вниз.

Ах да. Она ведь что-то такое выкрикивала, не так ли? Что ж, вот загадка на века: почему, ну почему Жон Арк оказался без одежды? Из двух присутствующих ответа не знал никто. Признаваться в этом не хотелось, поэтому он собрал всю свою хитрость и попытался придумать объяснение своим полностью, совершенно нормальным обстоятельствам.

Жон широко развёл руками.

— Да ладно, ничего страшного. Вот почему люди лезут на горы? Потому что они есть. Почему мужик голый? Потому что жарко. Некоторые ответы не так уж и сложны.

Что звучало гораздо лучше, чем «Я не помню, о чём думал, да и думал ли вообще».

От его слов Лиза не выдержала и хихикнула.

— Надо же, каким ты становишься философом, когда выпьешь, — поддразнила она.

Он показал большим и указательным пальцами крошечный зазор.

— Так, самую малость.

— Вот уж вряд ли, глупенький.

После этого между ними повисла тишина. Под ночным небом парень и девушка смотрели друг на друга. Каждый размышлял, как быть дальше.

Патовую ситуацию прервал странный огонёк, блеснувший в глазах Лизы. Её губы медленно растянулись в акулью ухмылку, от которой у Жона в голове зазвенели тревожные звоночки. Обычно такое лицо она делала для... не хотелось говорить «добычи», потому что Жон не любил думать о себе как о добыче, но если что-то крякает, как утка...

«Кря-кря!» подумал Жон.

Не подозревая о его глубоком самоанализе, Лиза задумчиво протянула:

— Ничего страшного, да?

Прежде чем он успел спросить, Лиза убрала за ухо выбившуюся прядь и опустилась на край бассейна. Она окунула пальцы ног в воду, чтобы проверить температуру, и, решив, что та идеальна, позволила ногам погрузиться в воду.

— О-о-о, как приятно, — в её голосе послышались странные нотки: она пыталась говорить с придыханием, но получалось натянуто и неестественно.

Всё, что он мог бы ответить, застряло у него в горле, когда Лиза завела руку за спину.

Она замерла в этой позе, нервно прикусив нижнюю губу и наблюдая за ним. У Жона брови поползли на лоб. Казалось, она собирается...

Лёгкое движение, и белый верх купальника соскользнул, освобождая её грудь. Она отбросила его в сторону.

На мгновение Лиза сжалась, её руки неуверенно метнулись то вверх, то вниз, словно она не знала, что с ними делать. Но это прошло. Сделав дрожащий вздох, она преодолела нерешительность и выпрямила спину.

Жон слышал, как у него в ушах стучит собственное сердце. Его взгляд приковался к упругим холмикам и двум розовым бугоркам на их вершинах. Грудь у Лизы была не то чтобы большая, но идеально подходила к её фигуре. Он открыл рот, снова закрыл. Сейчас он не доверял своему языку. Мелькнула и тут же исчезла мысль отвести взгляд, ведь куда приятнее было навсегда запечатлеть в памяти эти формы и изгибы. Можете его осуждать, но он знал, что ему нравится.

Должно быть, что-то в его выражении лица придало Лизе смелости, потому что по её губам скользнула хитрая улыбка. Одним плавным движением она соскользнула с бортика в воду рядом с ним и приняла ту же позу: с локтями на краю бассейна. Якобы для того, чтобы держать голову над водой, хотя это заодно давало ему прекрасный, ничем не прерываемый вид на её грудь.

— Ты был прав, тут та-а-ак жарко~

— Лиза, ты голая.

Красноречиво, ничего не скажешь. Проклятье. Вот почему ему стоило держать рот на замке и просто наслаждаться видом.

Прямолинейность комментария на секунду поколебала её уверенность. Девушка сжала челюсти, пытаясь придумать ответ.

— Е-ещё нет, — с дрожью в голосе ответила она.

Она тут же скрыла дрожь, опустив руки к бокам и принявшись развязывать верёвочки на трусиках. Они поддались, и Лиза вынула нижнюю часть бикини из воды, демонстративно держа её так, чтобы он видел. Жон следил за той, как пёс за костью, что её, похоже, забавляло. Затем... лёгкий бросок через плечо, и ткань улетела из виду, оставив Лизу в бассейне с ним по-настоящему, полностью обнажённой.

Его глаза проследили за её ногами до того места, где они сходились. Вода искажала вид, но он видел достаточно, чтобы убедиться: кроме чокера на шее, на ней больше ничего не было. У Жона пересохло во рту, и он с трудом сглотнул.

— Вот так. Ну, разве так не комфортнее? — Лиза шевельнула ногой, коснувшись его колена. — Может, в клубе «Пик-а-бу» и правда что-то понимают.

Жон сделал усилие, оторвал взгляд от её тела и посмотрел ей в лицо.

— Вот уж точно, — его либидо одобрительно взревело. — Даже та студентка, Азуса, не была такой смелой.

Лиза надула губы.

— А что такого? Девушкам нельзя раздеваться? Ты же сам сказал, на Окинаве жарко, — она наклонилась вперёд, глядя на место по другую сторону от него. — И знаешь что, мне кажется, вон там мне будет прохладнее.

В этом не было ни малейшего смысла, и это понимал даже его подвыпивший мозг. Лизе просто нужен был предлог.

Вместо того чтобы оплыть его, она устроила целый спектакль, проползая прямо по нему. Она оперлась рукой о его бедро, чтобы оттолкнуться. Уголок её губ дёрнулся в ухмылке, когда она поймала его взгляд, скользивший по изгибу её спины. Девушка выгнулась, поднимая упругую попку над водой как раз в тот момент, когда та проходила мимо его глаз. Она на миг замерла, вильнув бёдрами, прежде чем проскользнуть на место рядом с ним.

Она нырнула, намочив волосы, а затем вынырнула.

— М-м-м, видишь? Теперь мне совсем хорошо и прохладно.

— Мы в бассейне, — без особого выражения сказал потрясённый Жон. — Тут везде вода. Но, наверное, тебя бы это не остановило, да?

— Точно. Ты меня понимаешь, Жон, — Лиза придвинулась ближе, и Жон напрягся, почувствовав, как её мягкая грудь прижимается к его руке.

Не в том смысле. Он напрягся, то есть застыл.

...Хотя и в том тоже.

Лиза продолжила, опережая вопрос на его губах:

— Ты сегодня много выпил. Я считала стаканы. Плавать в таком состоянии рискованно, можно и утонуть, так что я побуду рядом, хорошо?

— Я не настолько пьян, — его язык почти не заплетался. А головная боль всякий раз, когда он пытался о чём-то долго думать? Так это его нормальное состояние!

Тьфу, ладно, эта шутка слишком сильно ударила по его самолюбию. Заметка ему на будущее: подвыпивший Жон — тот ещё язва, с ним надо быть осторожнее.

Лиза ткнула пальцем ему в нос.

— Врунишка~. Но я могу отодвинуться, если хочешь.

— Точно не надо, — выпалил он.

Мысль о том, что этот чудесный момент может закончиться, придала ему смелости. Он обхватил её талию рукой и притянул ещё ближе, почти усадив на колени.

Теперь застыла Лиза, и Жон, затаив дыхание, наблюдал за её реакцией. Часть его ожидала, что это был тот самый лишний шаг. Другая часть — та, что была пропитана Спиритусом и подсказала ему, что плавать голышом это отличная идея, — считала, что он не ошибся в Лизе, и метафорически виляла хвостом, предвкушая нечто большее.

Когда она положила голову ему на плечо, в его голове прогремел салют.

В следующие минуты, несмотря на колотящееся сердце Жона, почти ничего не происходило. Лиза, казалось, была вполне довольна, просто прислонившись к нему и глядя в небо. Его же больше волновало, как её нога обвилась вокруг его, пока у него в голове роились тысячи вопросов.

— Звёзды сегодня и правда красивые, — произнесла Лиза через некоторое время.

Жон не смог ничего ответить: воспоминания о любовании природой были вытеснены целым альбомом весьма откровенных образов. Тем не менее, это в самом деле была изначальная цель их вылазки, поэтому он последовал её примеру, откинул голову и всмотрелся в небо. И почти сразу вспомнил, почему он так на этом настаивал.

В тёмной-тёмной ночи, где таятся гриммы и бродит Смерть, наши желания соткали звёзды. Пока горит хоть одна, ты сможешь найти дорогу домой. Так говорят в сказках.

Созвездия мало что ему говорили, он их никогда не учил. Поэтому, глядя на небо Окинавы, он видел перед собой будто зеркальное отражение того неба, на которое смотрел всю жизнь. Луна была целой, но сияла знакомым светом, такая большая и яркая, заливая землю бледным сиянием.

Океанские волны разбивались о берег. Ветер шуршал в листве. Пели свои песни сверчки.

Мир был другим, но в то же время тем же самым, и на мгновение он мог обмануть себя, будто находится там, где ему и место. С ней рядом это было легче.

— Я рад, что мы пришли сюда, — сказал он.

— М-м-м.

— Но, Лиза... Почему?

— О чём ты?

— Ты. Я. Всё это.

Он с готовностью признал бы, что держать в объятиях симпатичную девушку есть огромная радость. Тут не соврёшь, просто невозможно. И всё же оставался вопрос: что к этому привело? Как Лиза дошла до того, чтобы плавать с ним без купальника?

— Я кое-что поняла недавно, — объяснила Лиза. Она вздохнула и прижалась к его груди. — Ты быстро заводишь друзей. У тебя это получается гораздо лучше, чем у меня.

Он повернул голову и посмотрел на неё.

— Ты шутишь, что ли? У тебя же есть эта твоя суперспособность: знать людей лучше, чем они сами себя.

— Я хорошо разбираюсь в людях. А ты их по-настоящему обожаешь, — она начала поглаживать его по груди. Он не отстранился, и она продолжила.

— Ты говоришь так, будто это что-то плохое.

— Вовсе нет! — возразила она. Её взгляд опустился на воду. — Не... не совсем. Просто ты всегда чем-то занят. В ресторане ты тут же влился в вечеринку с теми студентами, будто был одним из них. Тебя постоянно куда-то затягивает, или ты сам бросаешься в гущу событий, а я...

А она — нет. Он-то думал, что ей было так же весело, как и ему. С той лишь разницей, что она предпочитала болтать и смеяться с компанией, наблюдая за его идиотскими выходками со стороны, а не участвуя в них.

— Тебе там было веселее, чем со мной, — продолжила она с нотками обиды в голосе. — Не могу отделаться от чувства, что однажды тебя окружат люди куда интереснее, а я останусь просто одной из толпы. Другом.

Но не тем самым другом. Тем, кто рядом и в горе, и в радости. Тем, с кем видишься и разговариваешь каждый день, и попадаешь во всевозможные передряги.

— Вот я и подумала, может, стоит это изменить. Давай создадим такие летние воспоминания вместе, которые затмят всё остальное, — наконец, подняв на него глаза, Лиза спросила: — Сделаешь это для меня?

*Глоть, глоть, глоть.*

— Жон, — с каменным лицом произнесла Лиза, глядя, как он опрокидывает в себя бутылку чая улун от ребят из «Пик-а-бу», — какого хера ты творишь? Как мы создадим летние воспоминания, если ты завтра ничего не вспомнишь, дурень?

Он не останавливался, и она зарычала, сделав выпад в сторону бутылки. Жон отбил её одной рукой, успев сделать ещё пару жадных глотков, после чего убрал «чай» в Карман к остальному алкоголю.

— Сразу скажу, я не совсем понимаю, что делаю, — признался он. — Я подумал, раз уж алкоголь сделал меня таким убедительным, что я уговорил тебя раздеться, может, он сотворит ещё одно чудо и подскажет, что делать дальше.

Он оглядел Лизу с ног до головы.

После борьбы за бутылку она сидела прямо у него на коленях. Её грудь была прямо перед его глазами, и ему стоило немалых усилий не наклониться и не поцеловать их.

Лиза заметила, куда он смотрит. С нарочитой медлительностью она качнула грудью из стороны в сторону — движением, которое его буквально загипнотизировало.

— Думаю, по ходу дела разберёшься. У нас вся ночь впереди, — сказала она, проводя руками по его груди, очерчивая мышцы. Отбросив волосы за плечо, она выпятила грудь в явном приглашении. — Или ты стесняешься? — дразняще протянула она.

Её уверенность испарилась вместе с тихим вскриком, когда Жон беззастенчиво сжал её груди. Она быстро посмотрела вниз, затем на него.

— М-может, и не такой уж стеснительный... ах! — она вздрогнула, когда его пальцы прошлись по её напряжённым соскам, сжимая их. Жон задержался, поочерёдно потягивая то один, то другой, заворожённый их упругостью на ощупь и томным вздохом, который вырвался у Лизы.

— Хм, да, — согласился он. — Похоже, ты снова права, Лиса. Я определённо могу привыкнуть видеть тебя такой.

Она рассмеялась.

— О, игра началась!

В подтверждение вызова Лиза скользнула ладонью к его животу, сжимая и поглаживая его кубики пресса. Она бросила на него вызывающий взгляд, подначивая продолжить, и её глаза следили за его пальцами, которые скользили по её коже, повторяя тот же путь, что проделала она. Ухмылка промелькнула на её лице, когда он остановился у её талии.

Когда его рука поползла ниже, её дыхание сбилось. Поколебавшись мгновение, она повторила его жест, не желая уступать. И всё же она ждала, чтобы он сделал следующий шаг.

Он не заставил себя ждать и опустил руку к её обнажённой киске, накрыв ту ладонью. Лиза резко вдохнула.

— Чёрт, ты и вправду... — пробормотала она.

Не желая отставать, она потянулась к его члену. Дрожащие пальцы неуверенно нащупали и обхватили его ствол. Девушка, казалось, не знала, что с ним делать, и её первое движение — неловкий рывок — заставило Жона поморщиться.

— Прости! — в панике выпалила она.

Жон усмехнулся.

— Не пойму, кто из нас пьян: ты или я. Уверена, что хочешь этого?

Его спокойствие помогло ей успокоиться, и Лиза кивнула. Она наклонилась, прижимаясь лбом к его лбу.

— Мне нравится то, что у нас есть. И я не знаю, что это. Все говорят «прощай», и я это ненавижу, но я ловлю себя на мысли, что ты будешь рядом завтра.

На его лице появилась искренняя улыбка. Он полагал, что, как никто другой, именно она его поймёт. В конце концов, она была там же, где и он, и видела то же, что и он. Она тоже была свидетелем миров, которые они покинули.

— Давай просто создадим воспоминания об этом лете, и не думай ни о чём, — снова потребовала она.

— С радостью, — сказал он.

Её ответом стал стон, когда он начал медленно водить пальцами по её киске. Лиза опустила голову, прикусив губу, чтобы подавить более грубый, недостойный звук.

На мгновение Жон задумался, не подыгрывает ли она ему, чтобы подбодрить. Но, видимо, нет, потому что со сладострастным движением бёдер она приподнялась и поцеловала его в линию подбородка, давая понять, как ей это нравится. За этим последовал ещё один поцелуй, в щеку.

Затем их губы соприкоснулись. Её язык выскользнул, обводя контур его губ, прежде чем она отстранилась. Она внимательно изучала его лицо и вскоре улыбнулась.

— Ух ты... А меня ведь и правда не смущают такие вещи, — проговорила она, коснувшись чокера на шее.

— Отлично. Да. Классно, — рассеянно сказал Жон и снова притянул её к себе для долгого поцелуя, на который она ответила с нетерпеливой поспешностью.

Он застонал в середине поцелуя, почувствовав, как её рука внизу ласкает его член. Она начала медленно, неуверенными прикосновениями поглаживая его по всей длине, но её движения становились быстрее, когда она почувствовала твёрдую, напряжённую плоть и поняла, что его реакция это удовольствие, а не дискомфорт.

— Тебе понравилось, да? — проворковала она. — Боже, мне даже силы не нужны, чтобы это понять. Ты просто таешь от этого.

А ей, судя по дрожи и вздохам, нравилось, когда играли с её телом. По негласному соглашению, они оба давали друг другу свободу исследовать, что работает, а что нет — тут не было смысла врать, им обоим нужен был этот опыт. Их руки бродили друг по другу, ощупывая и лаская без стеснения.

Было бы проще, если бы Лиза не воспринимала это как соревнование. Его растущую уверенность она приняла как личный вызов. Стоило ему прикусить её шею, как она тут же отвечала тем же, вдобавок проходясь зубками по его уху.

— Садись на бортик. Я хочу... я собираюсь... — она поджала губы, и этого намёка было достаточно.

Естественно, Жон тут же отрёкся от всех своих жалоб на её соревновательный дух. Без него он бы ни за что не зашёл так далеко. Ему также показалось очаровательным, как Лиза зажмурилась, когда его член оказался на уровне её лица. Сказать это вслух, вероятно, вывело бы её из себя, однако...

— Ты просто очаровательна.

...конечно же, он сказал это.

Её глаза распахнулись, и она уставилась на него. Уголок её рта дёрнулся, скрывая улыбку. Она знала его игру.

Лиза подвинулась ближе, меняя позу, чтобы рассмотреть его член со всех сторон, планируя свой подход и растягивая момент. Она вела себя как кошка, подкрадываясь всё ближе и ближе, пока Жон не почувствовал её тёплое дыхание на своём члене. Его сердце подскочило к горлу, когда её губы оказались в волоске от прикосновения, но в последнюю секунду девушка отвернулась и потёрлась щекой о ствол.

Его глаза сузились, когда он заметил её довольный вид. Он был уверен, что она нервничает, но она хорошо скрывала это за своей дразнящей манерой.

Собравшись с духом, Лиза придержала его член. Она вытянула губы и наклонилась, чтобы оставить капризный поцелуй на головке. Её маленький розовый язычок метнулся, лизнув то же место, и в следующий миг она резко отпрянула, глядя на его член так, словно он мог на неё напасть. Она посмотрела на него, чтобы оценить реакцию, и замерла.

Моргнув, она выпалила:

— Мило!

Он не успел спросить, что именно было милого, как её голова снова устремилась вперёд. Лиза принялась осыпать поцелуями всю длину его члена, всё это время не сводя с него глаз. Что бы она там ни искала, она не была разочарована.

Жон, в свою очередь, с каждым поцелуем и прикосновением языка всё крепче сжимал край бассейна. Откинув голову и полуприкрыв глаза, он стонал в такт её лёгким прикосновениям. Одна его рука поднялась и зарылась в её волосы — лёгкое поощрение, позволяющее ей самой задавать темп.

Темп, который с этого момента ускорился. Ещё несколько раз лизнув его член, чтобы убедиться, что он покрыт слюной, Лиза подарила головке ещё один, почти нежный поцелуй. Не разрывая контакта, её губы плотно сомкнулись, слегка всасывая, прежде чем она двинулась вперёд, медленно поглощая дюйм за дюймом, прижимая язык к нёбу.

Внезапно она поперхнулась и резко отдёрнула голову. Прижав руку к горлу, Лиза закашлялась, на глазах выступили слёзы.

— Лиза, ты в порядке?! — обеспокоенно спросил Жон. В мгновение ока в его руках оказались противоядия, лечебные зелья, Спиритус и стимпаки.

Она отмахнулась, смеясь сквозь кашель.

— Перестаралась. Не ожидала, что он так быстро достанет до горла. Типа, ого, — она помассировала челюсть. — Нет, дай мне секунду. Я справлюсь.

Приступ кашля вскоре прошёл. Покраснев, Лиза заправила прядь волос за ухо и вернулась к делу. На этот раз она действовала осторожнее, двигаясь вверх-вниз по первым нескольким дюймам. Работая над его членом, она иногда продвигалась чуть дальше, но ненадолго. Из-за неопытности она не могла зайти глубоко и боялась снова ошибиться.

Этого было достаточно. Жон изо всех сил старался продержаться как можно дольше, но щедрые ласки её языка наконец довели его до предела. Он дёрнул бёдрами, заставив Лизу с всхлипом отпрянуть. Ниточка слюны, соединявшая её губы с его членом, порвалась, когда он выстрелил густой струёй ей на лицо.

Лиза взвизгнула и зажмурилась, когда следующая порция попала ей на волосы. Следующая оставила след на груди, прежде чем она успела накрыть головку ладонью, приняв остаток спермы на руку.

В наступившей тишине они оба тяжело дышали. Жон опёрся на локоть, чтобы удержать равновесие, а грудь Лизы вздымалась, пока она жадно глотала воздух.

— Это было... ты классно, — всё, что смог сказать Жон.

— Эм-м, спасибо, — ответила Лиза почти застенчиво. А потом хихикнула. — Так, эм, есть надежда, что вернёшь должок?

При виде его ответа в её глазах вспыхнул азарт.

Они поменялись местами: он соскользнул в бассейн, чтобы смыть пот, а она забралась наверх. Её задница со шлепком приземлилась на гладкий бетон, и этот звук завёл Жона ещё больше.

Видя, что она готова начать, Жон поднял Лизу за талию, придвигая её к себе. Его руки скользнули по её бёдрам, раздвигая ноги. Пару секунд он просто любовался её гладкой, упругой киской, слегка покрасневшей от его предыдущих ласк.

Затем он подождал ещё немного, за холодным выражением лица скрывая приступ тревоги. Будет ужасно, если он сейчас всё испортит.

Ничего не поделаешь. Отступать нельзя. Долг платежом красен. Он приник губами к её киске и поцеловал её внешние губы.

— О? Это было... ой! — простонала Лиза, когда он добавил к поцелую движение языком.

Жон поднял голову, чтобы посмотреть на Лизу. Её рот приоткрылся, девушка казалась ошеломлённой.

— Нормально? — спросил он. Она с энтузиазмом закивала.

Жон ухмыльнулся, схватил её за бедро, чтобы удержать, и зарылся лицом между её ног. Может, у него и не было особой техники, но если Лизе понравилось то, что он сделал, значит, нужно просто продолжать в том же духе, верно?

Эта логика привела к тому, что его язык начал скользить вверх и вниз по её половым губам длинными, жадными мазками.

— У тебя хорошо получается, Жон, — проворковала Лиза. Он попробовал задержаться на долгом поцелуе, мягко всасывая, отчего она начала вращать бёдрами. — Ухн... очень хорошо.

Она извивалась, пока его язык исследовал её киску, и бормотала слова ободрения. Похвала звучала для него как музыка, заставляя удваивать усилия. Его язык коснулся её клитора. Ей, похоже, это понравилось: она вздрогнула, когда он начал концентрироваться на этом месте. Его пальцы снова стали очерчивать круги на её складках, слегка проникая внутрь.

Он случайно поднял глаза и увидел, как Лиза провела пальцем по груди, собирая его сперму. Она неуверенно лизнула палец, пробуя на вкус. Девушка не успела вынести вердикт, потому что в этот момент их глаза встретились, и она поняла, что он видел всё от начала до конца.

Её бёдра, подтянутые тренировками, но всё ещё приятно мягкие, сомкнулись вокруг его ушей; её свободная рука схватила его за волосы, заставляя опустить взгляд.

Он не стал спорить. Есть время дразнить Лизу, и есть время дразнить Лизу. Он сосредоточился на главном, задав ровный ритм языком.

Добравшись до её клитора, он начал тереть чувствительный бугорок нежными, нерешительными движениями, которые становились всё увереннее по мере того, как он прислушивался к её стонам. Рука, лежавшая на её бедре, скользнула ниже, и его ладонь наполнилась упругой ягодицей. Он мягко сжал её как раз в тот момент, когда Лиза прижалась к нему.

Движения её бёдер вскоре ускорились, становясь всё быстрее и быстрее, пока она откровенно не начала трахать его лицо. Её стоны сливались в мелодию, следуя ритму, известному только ей.

Когда Жон всосал её клитор, Лиза напряглась. Её бёдра сжались вокруг его головы. Она замяукала, кончая, и брызнула ему на лицо, пока он продолжал вылизывать её киску, пробуя на вкус льющуюся жидкость.

Её голос вскоре перешёл в прерывистые стоны и вздохи, но она отпустила его только через минуту, похоже, наслаждаясь его настойчивостью в послевкусии.

Освободившись, Жон нырнул в бассейн, чтобы умыться. Вынырнув, он ждал, лениво поглаживая бедро Лизы и давая ей время отдышаться. Никто из них не мог перестать улыбаться.

— Ещё раз? — с надеждой спросила Лиза.