Стих 44. Колокола Хатыни
Был март, весна стучалась робко,
Но мир не ждал тепла и света.В лесах гремела партизан тропка,А в деревнях — ждала ответаЖестокость черная врагаЗа каждый выстрел, каждый вздохСопротивления. И пургаСвинца мела без всяких крохПощады. Утро. Бой у леса.Убит был немец — чемпион.И мести черная завесаУпала, заглушая стонПредчувствия беды. К ХатыниШли каратели — злобный строй:СС, полицаи — рабыниЧужой жестокости слепой.
Согнали всех — детей, седых
Старух, и матерей, и жен -В сарай колхозный. Крик затихПод дулом, страхом окружен.Сто сорок девять душ в загон,Где смерть уже готовила костер.И семьдесят пять детских стонНе тронул извергов костер!
Солома, бензин... И огонь!
Как факел, вспыхнул старый кров!И дикий ужас бил в ладоньСудьбы, не знавшей добрых слов.Рванулись двери! Люди — в крик!В дыму, в огне, в одежде тлеющей!Но встретил их в тот страшный мигСтена свинца, в упор летящего!
И падали... И кровь текла...
И пламя жадно пожиралоТела, надежды... Только мглаДа пепел черный покрываломУкрыли место страшной казни.Деревня смолкла навсегда.Лишь ветер выл в пустой боязни,Да стыла в ужасе водаВ колодцах...
Выжил только он -
Кузнец Каминский, средь огняИ трупов, слыша сына стон,Что умирал, отца виняЛишь в том, что не сумел спасти...И скульптор после воплотитТу боль, что в сердце не снести -Отец с ребенком... Скорбь стоитНад пепелищем...
Имена
На трубах — памятниках хат.И колокол — его волнаЗвенит, как вечный реквием надТой страшной болью, той бедой,Что принесли враги сюда.И Кладбище деревень — седойПогост, где вечная страдаСтоит над сотнями могил -Тех сел, что стерты навсегда.
Хатынь! Твой пепел не остыл!
Он жжет сердца сквозь все года!Он — память! Он — набат! Он — крикО том, что мир беречь мы должны!Чтоб тот чудовищный злой ликВойны не встал из тишины! Глава опубликована: 09.05.2026
Не проверялось на грамотность 
Популярное
VKontakte
WhatsApp
Telegram
Отключить рекламу