На его каверзном пути через вселенные (гет)

Ранним утром Жон вышел на заднюю террасу их съёмного домика подышать свежим воздухом. В этот час погода стояла чудесная, без той жары, что накроет позже. Он негромко напевал себе под нос и слушал, как волны набегают на берег. Такой миг каждому захочется сберечь.

Случайно он заметил у бассейна белый лоскут ткани. Стоило ему подойти, как за спиной отъехала в сторону стеклянная дверь.

— Утречко-о! — пропела Лиза и сладко зевнула.

— Привет, — отозвался он через плечо.

— Ты что там делаешь?

Жон выпрямился и обернулся: к нему, пошатываясь, брела Лиза, протирая глаза. Обычно она «сова» и оживает только после чашечки кофе, но сегодня даже без него казалась удивительно бодрой. На её губах играла лёгкая улыбка.

— Ты это вчера забыла, — сказал Жон, протягивая ей верх от бикини.

Лиза пару секунд непонимающе смотрела на вещь. Потом до неё дошло.

— Ох, блин, — она выхватила ткань. — Так вот где он. Как знала, что оставила его где-то здесь. Надо будет бросить в стирку.

— У тебя есть запасной купальник? Я тут подумал: может, махнём в город, проверим портал, а ещё там рядом есть общественный пляж. Было бы неплохо провести денёк на солнышке.

Лиза оживилась.

— Слушай, а звучит неплохо! Сто лет не загорала! — она ухмыльнулась, прекрасно понимая, какую картинку нарисовала у него в голове. — И да, я прикупила ещё парочку комплектов. А у тебя... ах, точно, ты же свой так и не надевал.

Жон почесал затылок и отвёл взгляд.

— Э-хе-хе.

Лиза закатила глаза.

— Эти студентики на тебя дурно влияют.

— А ты, кажется, не против, — парировал он, не в силах сдержать расползающуюся улыбку.

— Продолжай в том же духе, и я, может, передумаю. И чтобы на пляже плавки с тебя не слетали.

Ого. Дожили, ему уже такие предупреждения нужны. Его родители бы не одобрили. Впрочем, отсутствие алкоголя и клуба «Пик-а-Бу» должно умерить подобные порывы. Волноваться было не о чем.

— Да ладно тебе, Лиза. У меня есть чувство приличия. Просто... в приватной обстановке оно не такое строгое. С теми, кому я доверяю. То есть с тобой. И-и-и... щенячьи глазки!

Честно говоря, он и не рассчитывал, что это сработает, поэтому был приятно удивлён. Это придало ему уверенности, пока они ещё немного болтали, осторожно обходя тему, что вертелась у обоих на языке. Когда Лиза сказала, что пойдёт собираться, Жон рискнул: наклонился и потянулся к ней.

Ладонь упёрлась ему в рот и мягко оттолкнула.

— Спокойнее. Мы же договорились: всё по-простому, помнишь? — строго напомнила Лиза. Эффект, правда, портили её губы, сложенные уточкой, слишком уж те влекали.

— А это разве не «по-простому»? — пробормотал он в ладонь. Вчерашнее «купание» — если его вообще можно так назвать — задало ему своё понимание, что это значит.

Лизу это не убедило. Она покачала головой, и Жон раздосадованно сник.

Она хихикнула, легонько ткнула его в нос и, разворачиваясь, добавила:

— Может, когда будет настроение. Сегодня хочется просто отдохнуть. Поедем в город, повеселимся, а там посмотрим, куда занесёт. Идёт?

Бэ-э-э.

— Бэ-э-э.

Ой. Это вырвалось вслух. Хорошо, что Лиза, похоже, не заметила: шага она не сбавила, а бёдра её качались с чуть большей ленцой, чем обычно. Стеклянная дверь скользнула на место, и девушка, вприпрыжку взбежав по лестнице, скрылась в своей спальне.

С улицы, через стекло, Жон увидел Эску: та сидела на корточках в углу перед вентилятором. Тот поворачивался туда-сюда, и Эска послушно двигалась следом, чтобы поток воздуха всё время дул ей в мордочку. Шерсть у неё взъерошилась во все стороны, превратив кошку в огромный пушистый шар.

Жон вздохнул. Хорошо быть кошкой.

Когда все были готовы, компания поймала такси. Машина повезла их по той же прибрежной дороге, что и вчера. Здания становились всё выше, а людей на улицах — всё больше. Из других машин на них время от времени косились — в основном из-за Эски, которая пользовалась у детей бешеным успехом: стоило подвернуться случаю, она махала им лапкой в ответ. Что-то подсказывало Жону, что через десяток лет на Окинаве появится местная легенда вроде «Манящей кошки» или что-то в этом духе.

Такси высадило их у тротуара перед закрытым магазинчиком. Когда оно уехало, Жон протиснулся во двор через узкий проход между магазином и соседним зданием. Он заглянул в задний дворик: от портала, притаившегося в углу, не доносилось ни звука; разве что его появление заставляло поверхность слегка подёргиваться рябью. Не было никаких признаков трескающейся реальности, готовой поглотить мир, — значит, времени у них было ещё вагон. Когда-нибудь им надо бы проверить, при каких условиях и через какое время у портала начинаются сбои.

Хотя, пожалуй, не стоит: нужны стальные нервы (или не все дома), чтобы рисковать целой вселенной ради праздного любопытства. Так или иначе, единственный пункт в его расписании на сегодняшний день можно было вычеркнуть. Пляж звал его по имени.

— Боже, как же давно я не ступал на песок? — прищурился Жон, оглядывая пляж. — Кажется, целую вечность.

Он скинул обувь и погрузил ступни в тёплый песок. Под мышкой у него были пляжный зонт и сложенный шезлонг, на плече — сумка-холодильник, битком набитая напитками и мороженым из ближайшего магазинчика.

— А ты как, Эска? В Астере часто плаваешь?

Эска, устроившаяся верхом на сумке, наслаждалась высотой. Она высунула мордочку через край и глянула на него.

— Ни за что! Ненавижу мокнуть!

Что ж, для кошки ожидаемо. Бедняги, не знают, чего лишаются.

Он огляделся в поисках места, куда бы воткнуть зонт среди шумной толпы отдыхающих. Курорт местный был популярен — людей вокруг было уже сотни; их голоса сливались в один гомон. Но основной наплыв ещё не начался, так что места хватало. Жон выбрал участок на полпути к воде, не зажатый между другими отдыхающими.

Эска соскочила с сумки и припустила вперёд, «застолбить» территорию, оставляя позади длинную неглубокую бороздку от своего меха. Жон шёл следом не торопясь: ему приятно было просто наблюдать, как здесь течёт жизнь.

Отличия от Ремнанта были неявными, крылись в мелочах, как и в архитектуре местных городов. На вышке спасателей не было ни гарпунной установки, ни стойки с оружием; он даже задумался, есть ли у них вообще что-то вроде школы Охотников. Люди располагались дальше от центра, чем было бы безопасно, заходили в море глубже, чем следовало. Была тут и площадка для волейбола, но нет ринга для боёв. Пустяки, о причине которых он раньше и не задумался бы.

Странно. И ужасно интересно.

Вертя головой, он дошёл до намеченного места — и обнаружил в песке аккуратную ямку. Из неё вынырнула Эска, отряхиваясь.

— Я выкопала для нашего зонта! — прошептала она, вся улыбаясь.

Жон поставил сумку и потрепал её по головке:

— Молодчина, Эска. Спасибо за помощь.

Зонт воткнули без проблем, Жон раскрыл купол, и так появилась спасительная тень. Из сумки он вынул пару полотенец и расстелил их, а между ними поставил шезлонг. И всё было готово.

Кажется, он ничего не забыл? Не забыл же? Жон радостно вякнул и стянул футболку. Пора ему в воду!

— У-у-у! Снимай остальное! — донёсся за спиной задорный окрик, и нет, это была не Эска. Жон обернулся.

Пару секунд ушло, чтобы понять, кто перед ним.

— Азуса? Ты как здесь оказалась?

Вчерашняя девушка стояла рядом, прижимая к груди извивающуюся Эску. Она лучезарно улыбнулась и обняла кошку ещё крепче.

— Увидела эту милаху и подумала, что хозяева где-то рядом. Лиза, полагаю, переодевается? Присоединитесь к нам?

Жон наклонился в сторону и глянул мимо Азусы. Дальше по пляжу знакомая компания шумно болтала и дурачилась.

— А предупредить до того, как я всё это расставил?

— Но ты с таким увлечением обустраивался, — с притворной невинностью сказала Азуса, а потом хихикнула. — Давай, пошли. Наши первогодки будут рады тебя снова увидеть.

Отказываться было глупо, да и, честно говоря, ему и самому отказываться не хотелось. Жон подхватил вещи и двинулся рядом с Азусой к их «лагерю». Завидев его, ребята из клуба «Пик-а-Бу» встретили как своего — разве что миниатюрная Айна тут же нацелилась на Эску, к ужасу последней. Его припасы быстро перекочевали к общим пожиткам, а взамен в руку сунули стакан, доверху наполненный прозрачной водой.

Он осторожно пригубил.

Поправочка: «водой». Марка: Спиритус.

— Десять утра, — пробормотал он себе под нос. Эти ребята вообще выживут? Их печень дотянет до выпуска?

Хотя сперва им стоило бы побеспокоиться о ближайшем будущем: по мере опустошения стаканов чьи-то плавки сползали всё ниже, а спасатель не сводил с них глаз, уже потянувшись к свистку. Чтобы не вляпаться, Жон вежливо кивнул двум сёстрам — Нанаке и Чисе — и завёл с ними разговор. Они казались самыми адекватными и с удовольствием болтали в сторонке от этого хаоса.

И тут он узнал кое-что интересное: «Пик-а-Бу» вовсе не «клуб любителей выпить», как он думал.

— Это клуб дайвинга, — с убедительным кивком заявила Чиса.

Жон посмотрел на стол, скрипящий под горой бутылок, потом снова на Чису.

«Ну да, конечно.»

— Не верю.

Она закрыла лицо ладонями.

— Не виню. Иногда мне кажется, они и сами в этом путаются.

Но тут девушка достала камеру и предъявила доказательства. Он с любопытством заглянул через её плечо: на снимках открывался целый подводный мир, от которого захватывало дух. Солнечные лучи, пронзающие толщу воды, тропические рыбки среди радужных кораллов... Оказаться на пятнадцати метрах под водой звучало как кошмар, но за такие виды, пожалуй, стоило рискнуть.

Стоило ему это озвучить, как выяснилось, что насчёт Чисы он тоже ошибся. Она была такая же с прибабахом, как и остальные.

— ...сертификация на дайвинг обычно занимает три дня, но при усердии можно уложиться и в два, главное тут по-настоящему понимать материал, и всё равно в процесс получения сертификата входят настоящие погружения, а на Окинаве это значит, что ты нырнёшь в одних из самых красивых мест Японии, включая острова национального парка Кэрама и Голубую пещеру, и на каждом шагу за твоей безопасностью следят, так что риски минимальны, а если хочешь чего-то попроще, «пробное погружение» на мелководье даст представление, чего ожидать, и если нужно, у меня есть куча буклетов по лучшим турам и программам для новичков, и...

Фанатка дайвинга наконец вспомнила, что людям нужно дышать, и судорожно втянула воздух. Её щёки снова порозовели.

— Ты что, разговорил Чису о дайвинге? А ты смельчак.

Чиса метнула недобрый взгляд на подошедшего Иори; следом за ним тащился Кохэй — если верить остальным одноклубинкам, напарник Иори по всем безумным затеям. В руках у обоих были стаканы с чаем улун, судя по цвету.

— Говорю как новичок: нырять это круто, — продолжил Иори, не заметив, как выражение лица Чисы смягчилось. — Если будет время, попробуй, неплохое хобби.

— Учту, — дипломатично ответил Жон. Его хобби в последние недели сводилось к тому, чтобы тыкать острыми предметами в тех, кто пытался тыкать ими в него, и изымать чужую собственность. В общем, высокие материи. — График у меня сейчас бешеный, и к воде доступа почти нет. Но это может измениться, так что посмотрим... — он замолчал, так как зазвонил телефон. — Извините, секунду.

На линии, конечно же, была Лиза. Она переоделась в купальник и спрашивала, где они с Эской разбили лагерь.

— Иди на запах алкоголя, — посоветовал он.

Через пару минут Лиза возникла из толпы.

Жон уставился на неё.

— Я же пошутил.

— Пф-ф, я тебе не ищейка. Пошла по следу, который Эска оставила в песке, до вашего старого места, а оттуда уже по твоим следам сюда.

— А, вот оно что. Отличная дедукция, — усмехнулся он. Лиза довольно расправила плечи. — И купальник классный. Выглядишь мило.

— Ещё бы! — её хвостик качнулся из стороны в сторону; она повернулась то так, то эдак, позируя. — Лавандовый определённо мой цвет.

И фасон ей очень шёл. Между спортивным слитным купальником Чисы и зрелым, даже рискованным бикини Нанаки, Лиза со своим купалньом-халтером нашла золотую середину — просто и располагающе. Зубастая улыбка придавала ей озорной вид. Она подмигнула ему; наверняка прочла его мысли по языку тела.

— Кха! — Кохэй, блондин, вдруг брызнул кровью и рухнул на песок. Его друг тут же оказался рядом.

— Кохэй! Что случилось? Кто тебя так?

— Нет. Нет, не может быть... — прошептал Кохэй. Его трясло, как осиновый лист, и он обеими руками вцепился в сердце.

У Жона, между тем, нахлынуло острое дежавю. И по спине побежал холодок. Он огляделся в поисках угрозы. Вдруг и правда кто-то напал?

Дрожащий палец поднялся и указал прямо на него.

— На семь... на семь сантиметров ближе...

Что?

— З-застенчивая улыбка!

Нет, серьёзно. Что?

Иори, однако, этот шифр понял и резко перевёл взгляд с Жона на... Лизу.

— Только скажи, что это не так, — прорычал он.

— Это не так, — приподнял бровь Жон.

— Пиздёж! — взвыл второй парень.

На руках у Иори жалобно завыл Кохэй:

— Почему он? ОН?! А НЕ Я!

В этот момент Жон вспомнил, что знает о Кохэе — а именно о его фетише, — и хлопнул себя ладонью по лицу. Из всех способов, какими его ложь могла его настигнуть, такого он точно не ожидал. Он скосил взгляд на остальных: на лицах у них была неловкость, а круг пустого пространства вокруг них всё расширялся.

Рядом (чуть ближе обычного, если так подумать) Лиза пробормотала:

— Слава богу, мы тут не надолго. Такую репутацию мне вообще не нужно. Жон, разруливай свой бардак, и на этот раз постарайся.

— Справедливо, — кивнул Жон. Он откашлялся и шагнул вперёд: — Так, народ...

Все разом отступили на шаг. Обидно.

Он продолжил, не подавая виду:

— То, что я сказал вчера, неправда. Чистая выдумка, чтобы успокоить этих двоих, — он ткнул большим пальцем в сторону Иори и Кохэя. — Представьте моё удивление, когда один из них обиделся. Ну серьёзно, как это вообще?

О вкусах Кохэя, похоже, знали все, так что объяснение Жона прозвучало правдоподобно. Раздались кивки и одобрительные хмыканья. Плечи расслабились. Послышался пшик открываемых банок с пивом, хотя это могло быть и не связано с нынешней ситуацией.

— Дальше у меня всё как в тумане, так что это недоразумение, видимо, так тогда и не развеялось.

Тут уже виновато зашаркали ногами: ребята из «Пик-а-Бу» старались не смотреть ему в глаза. Они-то прекрасно знали, кто утопил его в Спиритусе и чае улуне.

— Значит, вы не родственники? — осторожно уточнила Чиса. С её ростом ей приходилось задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Вообще нет. Мы познакомились чуть больше месяца назад, и у меня нет потерянной сестры, о которой я не знаю.

А если и есть, то где-то в другой вселенной, подальше от Земли Бет. Отец у него, конечно, хорош, но не настолько.

Кохэй горько зарыдал и уткнулся лицом в грудь Иори.

— Что это с ним? — спросил Жон. — Он разве не должен радоваться?

Иори похлопал друга по спине:

— Он радуется. Но ты заодно разбил его мечту о том, что сценарии прямо из его игр могут случиться в реальной жизни.

— Какой хлопотный парень.

— А то. Ты ещё подожди, когда он начнёт заливать про своё любимое аниме... — Иори перестал смеяться. — Впрочем, ты этого уже не услышишь, потому что мы собираемся тебя убить.

Жон аж дважды моргнул.

— Прошу прощения?

— Ага. Недоразумение это одно, но ты всё равно совершил смертный грех. Иначе тут никак.

Оба студента синхронно вскочили на ноги. Они приняли боевые стойки: у Иори получилась вполне приличная защита, с прижатыми локтями и собранным корпусом; Кохэй же просто делал то, что казалось ему крутым, сложив ладони «ножами».

— Мудрые слова, Иори! Еретика нужно покарать!

— Смерть ёбырям! — выкрикнули они хором.

Прекрасно. Теперь за ним охотились завистливые инженеры-ботаники.

Он тут же пересмотрел своё мнение о ботаниках, потому что погодите-ка, откуда у них вдруг взялись лопаты? У них что, тоже есть карманные измерения? Этих парней нельзя недооценивать. Рядом с ним у Лизы дёргалось лицо — было видно, как от этой абсурдной ситуации у неё разболелась голова.

— Так что, если между вами и правда ничего не было, лучше моли о пощаде, — Иори для убедительности постучал лопатой по ладони со злодейской ухмылкой на лице.

Жон пожал плечами и съязвил:

— О, ещё как было. И знаете что? — он поднял кулаки. — Ну-ка, идите сюда. Никто не бросает вызов Жону Арку и остаётся безнаказанным.

Ну, кроме Акселератора, Левиафана, половины его класса, у которой он до сих пор не смог выиграть, его сестёр, той зеленоволосой девушки на ховерборде, что влетела в него в прошлом месяце (купленные ею пончики частично это компенсировали), тех близняшек, что однажды его ограбили в Вэйле (а вот украденные ими пончики удвоили его обиду), Лизы, Эски, толпы детей на Хэллоуин, которые штурмовали его дом ради сладостей... Ладно, некоторые всё-таки бросали вызов Жону Арку и уходили безнаказанными. Пока что. Но суть в том, что он не собирался отступать.

Иори и Кохэя его внутренние монологи не волновали. Они воспользовались моментом, когда он отвлёкся, и ринулись на него.

Он одним хлопком выбил лопаты из их рук, затем схватил обоих за шиворот и поднял в воздух. Они дрыгались и царапались, но через минуту смирились и повисли, болтая ногами.

— Я... А какой вообще был план? — озадаченно спросил Жон. — Первая попытка этого парня, — он кивнул на Кохэя, — провалилась. Почему вы решили, что во второй раз что-то получится?

Их старшая, Азуса, вмешалась:

— И сколько раз мы вам повторяли? В «Пик-а-Бу» так дела не делаются! — отчитала она их.

— Н-но он...!

— Этот гад, он...!

Азуса жестом велела Жону поставить парней на землю, и тот послушался. Она упёрла руки в бока и смерила их взглядом, не терпящим возражений.

— Мы решаем споры в играх, а обиды смываем выпивкой.

И тут на её суровом лице проступила мягкая улыбка.

— Устройте нам шоу, мальчики.

* * *

Волейбол. Главный спорт лета. Правила могут меняться, но цель одна: перебросить мяч через сетку.

Клуб «Пик-а-Бу» собрался у одной из свободных волейбольных площадок, попутно притянув небольшую толпу курортников в поисках зрелищ. Разметка на песке очертила арену, на которой должна была развернуться битва. По одну сторону сетки стояли Иори и Кохэй, напрягая мышцы и разминаясь. По другую — Жон и единственный, кому он мог доверить такое состязание.

Лиза мрачно посмотрела на него.

— Жон.

Одно слово, без интонации. Но смысл ясен. Она недовольна.

Жон повернулся к девушке, стоявшей у кромки поля.

— Слушай, нужно учитывать оптимальный состав команды.

— И это значит выбрать Эску вместо меня? — закипала Лиза, указывая на пушистый комок, который гонялся за бабочкой. То, что все восприняли это как должное, говорило либо об их лёгком нраве, либо о степени опьянения. Скорее всего, о втором.

— Боевые показатели говорят сами за себя, — заявил Жон. — Не волнуйся, всё будет нормально. Им меня не победить, — последнюю фразу он произнёс достаточно громко, чтобы услышали его противники.

Но те, похоже, не испугались. Оба лишь самодовольно ухмыльнулись.

На судейской вышке сидела Чиса с таким видом, будто предпочла бы быть где угодно, только не здесь. Она тяжело вздохнула и объявила:

— Давайте побыстрее. Команда, набравшая 21 очко с отрывом минимум в два, побеждает. Первая подача у команды, в которой нет Иори.

— Но, Чиса, это же автоматически дисквалифицирует мою команду.

Чиса фыркнула, не удостоив его ответом.

Один из членов клуба бросил мяч на поле. Жон поймал его и стал легонько вращать в руке, ожидая, пока все займут свои места.

— Последний шанс сдаться, — предложил он.

— Ку-хе-хе. Ха-ха-ха! — откинул голову назад Иори. — Это я должен был сказать! Ты попался в мою ловушку!

— Да ну? И в какую же? — спокойно спросил Жон.

— Всё просто. Со вчерашнего вечера я знаю, что ты крепкий орешек, но волейбол — это не армрестлинг и не гонки. Это спорт, а в спорте решает мастерство, — Иори постучал пальцем по лбу. — И интеллект. Неважно, насколько ты силён и быстр, ты не сможешь...

*БУМ!*

Иори посмотрел вниз, на кратер рядом с собой. Глубиной почти в метр, а в центре — наполовину зарытый в песок волейбольный мяч. Он и Кохэй медленно, словно со скрипом, повернули головы обратно к Жону. На их лбах выступил пот.

— Очко в мою пользу, — сказал Жон с кровожадной ухмылкой. Переживать здесь стоило явно не ему.

По местным правилам проигравшие пьют. Его противникам принесли два стакана со Спиритусом, которые они осушили без особого труда — и это были лишь первые стаканы из многих. 21 очко равнялось 21 порции крепчайшего алкоголя, от которого темнеет в глазах и плачет печень.

Разумеется, для Жона это не было проблемой, потому что в пляжном волейболе...

*БУМ!*

...победитель розыгрыша оставляет подачу себе, даже если только что подавал.

В последующих розыгрышах до Иори и Кохэя начало доходить, как сильно они влипли. Все их мечты о набранных очках испарились, уступив место инстинкту выживания. Они как угорелые носились по своей половине игрового поля, уворачиваясь от подач Жона, пока поле не покрылось кратерами и не стало походить на поверхность Луны.

К тому времени, как они осознали своё положение, счёт был уже 6:0. Перед ними маячило будущее, залитое алкоголем и сулящее худшее похмелье в их жизни. Картину усугубляло то, что их одноклубники, предвкушая развязку, уже выстраивали на столе пирамиду из бутылок. Это заставило их пересмотреть приоритеты.

Между подачами Иори крикнул своему напарнику:

— Кохэй! Выбора нет, придётся пойти на жертву!

— Ты серьёзно? — отшатнулся тот, косясь на ближайший кратер и, без сомнения, представляя на его месте своё лицо.

Жон должен был признать, что в азарте он немного переборщил со своей нездешней силой. Радовало одно: зрители охали и ахали, но лишних вопросов не задавали. Возможно, в этом мире было больше общего с Ремнантом, чем с его земными аналогами, раз такие подвиги укладывались в рамки возможного.

Иори кивнул.

— Мы должны принять подачу, чего бы это ни стоило. Не волнуйся, друг. Я всё беру на себя, — сказал он, показав большой палец с горько-сладкой улыбкой. Он знал цену своему плану, как и его напарник.

— Я понял, — Кохэй отдал честь. — Удачи... друг мой.

— Как трогательно, — протянул Жон. Ему захотелось злодейски расхохотаться и покрутить несуществующие усы, но он сдержался. Его лицо стало серьёзным. — Пф-ха. Идите разыгрывайте свою драму в другом месте, здесь волейбол!

Подпрыгнув высоко, он вколотил мяч. Тот выстрелил, как из пушки, пронёсся над сеткой и устремился в самый центр поля противника. Он не боялся ответа — что они вообще могли сделать?

В порыве величайшего мужества Иори схватил Кохэя и швырнул его под мяч. Громкий БУМ! разнёсся по пляжу, и впервые за игру мяч остался в игре после подачи. Он взмыл высоко над телом, наполовину погребённым в песке, и Иори, подпрыгнув, отбил его на другую сторону.

Не готовые к такому Жон и Эска не успели его отбить. Мяч ударился о песок раз, другой и выкатился за пределы поля под гробовую тишину.

— Отлично, — удовлетворённо произнёс Иори.

Нет, совсем не отлично.

Зрители были иного мнения. Толпа взревела, и Китахара Иори купался в овациях. То, что было односторонним избиением, грозило обернуться переломным моментом. Намечался камбэк.

Почти никто не обратил внимания на руку, пробившуюся из песка, а затем и на всего Кохэя, который, отряхиваясь, выбирался из ямы. Сплюнув песок, он выполз из кратера. Его глаза-буравчики впились в спину напарника.

— И-О-РИ-И-И! — и мощный захват с разбега сбил героя дня с ног.

Пока эти двое выясняли отношения, Жон почувствовал, как кто-то легонько тронул его за плечо. Обернувшись, он увидел прекрасную Азусу. Сглотнув ком в горле, он опустил взгляд ниже... на стаканы, которые она протягивала.

— Держите и расапишитесь! Один Спиритус для тебя и особый коктейль из яблочного сока с водичкой для милашки Эски, — проворковала Азуса, когда кошка подбежала к ней. Она наклонила стакан, чтобы Эска могла лакать разбавленный сок, и принялась чесать ей пузико. — Ух ты, какая ты умная и воспитанная! Будто слова понимаешь!

Жон попытался скрыть зависть к тому, с какой заботой ухаживали за кошкой, и к тому, что её миновал яд, который приходилось пить всем кроме неё. Зажав нос, он осушил свой стакан, давясь, когда алкоголь обжёг горло. После него у Жона во рту осталось странное, сухое ощущение, к которому он никак не мог привыкнуть.

Мяч перешёл к соперникам, и начался новый розыгрыш. Подавал Иори. Хотя он и казался спортивным, его пошатывало так, будто любой порыв ветра мог его сдуть. Но опыт позволял ему играть даже в таком состоянии. Он подбросил мяч и прыгнул за ним.

Перед самым ударом Иори резко повернул голову.

— Лиза топлес!

Ха! За кого они его держат?

Жон резко обернулся, его взгляд забегал по сторонам. Он остановился на покрасневшей Лизе, которая через мгновение помахала ему пальчиками. Её бикини было на месте, надёжно завязано. А мяч тем временем с мягким *пум!* приземлился на его половине поля, сообщая, что его провели.

— Очко!

Ну-у-у хитрюги. Во второй раз это не сработает.

Сработало и во второй.

Счёт сократился до 6:3.

Жон быстро заморгал, отслеживая следующую подачу; солнце стало слишком ярким. Но у двух лишних стаканов Спиритуса был и плюс: он перестал разбирать слова Иори, и это, как ни парадоксально, помогло ему сосредоточиться на мяче. И бухой он или нет, его реакция была быстрее, чем у любого из противников. Не успел мяч пересечь сетку, как он уже был там, чтобы вбить его в песок. Испуганные вопли Иори и Кохэя были музыкой для его ушей.

— Эй, Жон? — крикнула Лиза. — Ты как-то слишком серьёзно к этому относишься. Может, поумерь пыл.

Она деликатно намекала на то, что он двигался намного быстрее, чем мог бы обычный человек в этих краях. Он всё больше испытывал доверие зрителей и рисковал навлечь на себя лишние вопросы.

Мягкая лапка коснулась его ноги. Он опустил взгляд.

— Давай, порви их! — сказала Эска.

Жон шмыгнул носом и смахнул слезу с уголка глаза. Кошка его понимала.

Да, это всего лишь игра. Но на кону была гордость, и победа манила. Он всего-то хотел выиграть.

Подойдя к углу поля, он приготовился подавать.

— Стой! — Иори выставил руку, на его лице была паника. — Когда команда отыгрывает мяч, нужно меняться с другим местами! Таковы правила!

Жон посмотрел на него с недоумением.

— Ты хочешь, чтобы Эска... Как ты себе это вообще представляешь? К тому же, я и так даю вам фору, взяв её в напарники, а ты просишь ещё. Это не очень-то по-спортивному.

Иори замолчал. Он заскрипел зубами, обдумывая ответ.

— Должен признать, — сказал Кохэй с болезненным видом, — он прав. И толпа в этом нас не поддержит.

Не желая сдаваться, Иори повернулся к Чисе.

— Судья, каково ваше решение?

Жон хмыкнул, оценив его сообразительность. Неплохой ход — переложить решение на кого-то другого.

Чиса обмахивалась, спасаясь от жары, и размышляла над ситуацией. С одной стороны, правила игры были чёткие. С другой...

— Разрешаю.

— Что? — Иори пошатнулся, подошёл к судейской вышке, схватился за неё и посмотрел на Чису. — Почему?!

— Иори, я согласна, в твоих словах есть логиках... но это же кошка.

Безупречный аргумент, с которым никто не мог поспорить. Появление кошки на поле уже вышвырнуло все правила в мусорку. Никто не мог всерьёз требовать, чтобы кошка выполняла волейбольную подачу. Этот вид животных не славится своими спортивными талантами.

Только Жон и Лиза заметили, как Эска хихикает себе под нос. С точки зрения кошки люди, должно быть, казались такими глупыми и забавными.

— Все вы кучка жуликов, — вздохнула Лиза. Жон её не слышал за грохотом собственной победы.

*БУМ!*

Вот таким грохотом.

Игра, со всеми её поворотами, продолжалась. Иори пустил в ход всю свою коварную хитрость, показав себя человеком, готовым на любые жертвы — он снова и снова бросал Кохэя под удар, лишь бы остановить тиранию Жона. Жон, со своей стороны, придерживался проверенного метода: вбивать мяч при любой возможности. Его мастерство в волейболе начиналось и заканчивалось этим одним движением. Счёт на табло медленно рос, но за целый час ни одна из команд не смогла вырваться вперёд.

Пока дело не дошло до решающего момента.

Жон катал мяч в руке, едва удерживая его — такое сложное движение, что можно и уронить. Его команда, с свою пользу, вела со счётом 23:22, а это значило, что у них снова был шанс закончить эту патовую ситуацию раз и навсегда. Предыдущие попытки не увенчались успехом, и он не думал, что переживёт ещё хоть каплю Спиритуса. Девяностошестиградусная водка почти добила всех троих парней.

— Нечестно, — пролепетал Иори, указывая на Жона. — В пляжном волейболе играют только парами!

— Точняк! Нельзя звать подкрепление! — добавил Кохэй.

У всех троих, включая Жона, уже некоторое время двоилось в глазах. На этом и строился его последний план. Там, где большинство увидели бы помеху, Жон почувствовал возможность.

Подбросив мяч, он оторвался от земли. Его рука отлетела назад, и в высшей точке прыжка он шлёпнул по волейбольному мячу, отправив его через площадку. По толпе тут же прошёл ропот, потому что, в отличие от его обычных подач, этот удар был медленным и слабым. Лёгко отбить, если бы другая команда успела к мячу.

— Летит влево! — крикнул Кохэй.

— Летит вправо! — возразил Иори.

Всё ещё видя двоякое изображение, они рванулись к сетке и прыгнули бок о бок, чтобы заблокировать обе позиции. На их лицах расцвели хищные улыбки. Они думали, что подловили его.

Жон ухмыльнулся в ответ. Он закрутился на месте, набирая инерцию, и запустил своё секретное оружие. Там, где пьяницы видели два мяча, они вдруг увидели четыре.

— Четыре мяча? Как ты это делаешь?!

Не в силах понять, какой из круглых белых объектов настоящий, Иори и Кохэй отчаянно махали руками, пытаясь закрыть как можно больше пространства. К ним пришло облегчение, когда объекты приблизились и сфокусировались, оставив перед их глазами две фигуры.

Мяч и Эску.

Кошка распрямилась из своего клубка, вытянув лапки. Лёгкий *тык* — и волейбольный мяч перелетел через головы защитников по плавной траектории и приземлился за их спинами на песок.

— Конец игры в пользу Жона Арка и Эски, — объявила Чиса. Жон победно вскинул кулак.

Иори и Кохэй рухнули на землю и упали на колени перед кошкой. Они смотрели на неё с недоверием.

— Да вы издеваетесь.

— А я говорил, надо было выбирать испытание на изгиб по Шарпи.

* * *

Испытание на изгиб по Шарпи

Испытание с использованием на высокой скорости маятникового копра, которое измеряет количество энергии, поглощённой материалом при разрушении, что позволяет определить его ударную прочность.

Обычно не включает в себя удар тяжёлым грузом по причинным местам.

* * *

В «Пик-а-Бу» была не столько награда для победителя, сколько наказание для проигравшего. Уйти живым и с достоинством — вот и весь приз.

И вот Жон стоял, возвышаясь над поверженными врагами, зарытыми по шею в песок. Их болезненно-зелёные лица свидетельствовали об откровенно безумных дозах алкоголя, которые им пришлось выпить после игры. Долго все спорили, каким будет наказание — выпивка или унижение, — пока не поставили вопрос на голосование. Единогласно и в лучших студенческих традициях постановили: и то, и другое.

С выпивкой было покончено. Теперь клуб предоставил Жону возможность отыграться так, как он сочтёт нужным. Однако ему никак не удавалось что-то придумать.

Жон присел на корточки и посмотрел обоим в глаза.

— Ну что, ребята, готовы забыть обиды?

Они переглянулись, вздохнули и кивнули.

— Ладно, — сказал он. — Тогда мы в расчёте.

Секундная пауза — и парни расцвели, с улыбкой глядя на Жона. Вокруг остальные члены клуба одобрительно закивали. Напряжение мгновенно сменилось весельем, и Жон чуть не упал, когда Азуса хлопнула его по спине.

— Наконец-то, всё закончилось, — проворчала Лиза и взяла его под руку. — Жон, иди сюда. Мне нужно, чтобы кто-нибудь снова намазал кремом от солнца мне спинку~

Глядя на эту парочку, Азуса рассмеялась:

— Ну после такого яснее некуда. Не верится, что кто-то мог принять вас за брата и сестру.

Чиса озадаченно наклонила голову.

— Ну не знаю. Иногда от него веет тем же, что и от моей старшей сестры, — Она обратилась к нему: — У тебя правда нет младшей сестры?

— Э-э-э... У меня не одна младшая.

Сестёр у него было больше одной.

Веселье с визгом затормозило, когда все уловили подтекст. Они нервно перевели взгляды на Кохэя — тот рыдал кровавыми слезами. Песок вокруг него задрожал, и он начал выбираться из своей ямы.

И вот всё по новой...

Вселенная: «Необъятный океан»

Локация: ОкинаваСобытие: Отпуск на ОкинавеДобыча: Спиритус (20 бутылок), чай улун (20 бутылок), модная одежда для Лизы, рыбное ассорти, прочие припасы.