Легенда о Синархе (гет)

Лучи солнца, золотые и томные, пробивались сквозь стекла винтажных окон, высвечивая пылинки, что медленно кружили в тихом танце. В особняке царила умиротворенная тишина, словно все его обитатели погрузились в молчание. Лишь из одной комнаты доносился приглушенный, но чёткий тупой стук, будто что-то с силой вонзалось в мягкую преграду.

В просторном зале, залитым светом люстры, на бархатном диване полулежа сидел Арко. Он небрежно, почти лениво, метал дротики в круглую мишень, висевшую на стене. Напротив, приняв такую же расслабленную, но более собранную позу, Мариус. Отточенным движением он метнул свой дротик — и железный наконечник с тихим щелчком вошёл точно в черную линию под самым краем десятки. Молчаливое соревнование витало в воздухе, но хладнокровная меткость следопыта с очевидностью брала верх над импульсивным броском чародея.

— И как прошло, твоё очередное светское мероприятие? — спросил Мариус, не отрывая взгляда от мишени. Его голос звучал ровно, но с лёгкой усмешкой.

Чародей ответил усталым тоном, в котором звенела сдержанная ирония:

— Как обычно. Отец снова пытается распланировать мою жизнь — всю до мелочей.

Он метнул дротик, и тот с глухим стуком вонзился где-то между семёркой и восьмеркой, далёко от заветного центра, а затем продолжил:

— Устроил целый цирк ради сборища скучнейших лордов и придворных. И, конечно же, не забыл снова прожужжать все уши насчёт женитьбы, — Арко тяжело вздохнул.

Последние слова он произнёс с таким откровенным, почти детским недовольством, что Мариус не удержался и тихо хмыкнул, с трудом подавив улыбку.

— И скольких же прелестных красавиц, ты на сей раз удостоил своим равнодушием? — поинтересовался следопыт, прищурившись, чтобы лучше прицелиться.

Он нахмурился, будто перебирая в памяти скучные лица.

— Скажем так… Те, что чуть умнее тостера, смотрят исключительно на мой титул и прикидывают, сколько золота в нашей государственной казне. А те, чьи умственные способности оставляют желать лучшего… — он раздражённо махнул рукой, — отбивают всякое желание что-либо искать. Вывод, как говорится, напрашивается сам.

Мариус, всё так же вдумчиво взвешивая дротик в пальцах, задал следующий вопрос:

— А среди девушек попроще не пытался найти?

— Ты просто не знаешь моего отца. Для него наша кровь — вопрос принципа, — Арко метнул дротик с такой силой, что тот едва не пробил мишень насквозь. — Да и потом… я сам хочу определиться, кто мне нужен. Красавицы, надушенные пафосом и лицемерием, меня не интересуют.

Следопыт приподнял бровь.

— У тебя там, что, совсем выбора нету?

— Ну как тебе сказать, — его тон стал протяжный и задумчивый. — Весь мой выбор заканчивался на дочерях лордов, и богатых баронов, который подсовывал мне отец. Узнав бы он, что я встречаюсь с какой то простолюдинкой, то тут же бы закатил скандал и погнал её в шею.

Мариус решил задать не скромный вопрос:

— То есть, у тебя никого не было?

Арко фыркнул.

— Конечно было. Только, это было не надолго, — он метнул очередной дротик. — Некоторые придворные девчонки, сами ко мне лезли, в надежде на то, что я на них женюсь. Но я не настолько наивен, чтоб повестись на лесть, особенно зная, что стоит за этими сладкими речами.

— Представляю их разочарование, — с иронией проговорил Мариус.

— Я разочаровался больше, когда впервые понял, что им нужно от меня только имя и кровь, — его тон стал тише, с тенью горечи. А затем он снова оживился, с прежним легкомыслием: — По этому, я и не женат, — Арко натянуто улыбнулся.

— Тебе сколько? Двадцать пять? — спросил следопыт, пытаясь угадать.

— Двадцать три, — коротко он его поправил.

— Рановато мне кажется для такого.

— В Рейвенхольте так принято. В особенности если ты сын графа, который правит целой страной, — он с раздражением метнул дротик.

— И в целой стране, нет ни одной достойной девушки.

— Был у меня один горький опыт, что заставил пересмотреть своё легкомысленное отношение…

Мариус прекратил метать дротик, и внимательно стал его слушать.

— Она была дочерью богатого купца. Они приехали в Рейвенхольт в честь праздника, отец их радушно принял в столице. И тогда я заметил её. Она была красива, и достаточно вежлива, никакого пафоса и лицемерия. Девушка мне понравилась. Как мне тогда казалось…

Он сделал задумчивую паузу.

— Мы с ней много времени проводили. Гуляли, смеялись… — голос его понизился, стал более приглушенным. — Однажды вечером мы сидели у меня в комнате. Разговорились… и я не заметил, как она раз за разом подливала мне вино. Я опьянел так, что мир поплыл, и в конце концов, я просто рухнул на постель и вырубился, — его тон стал выше, более ровным. — Утром я проснулся с пустым бокалом в руке. Её в комнате уже не было. И… половины одежды на мне тоже не оказалось, — Арко тихо выдохнул, его взгляд стал задумчивым, будто он вновь видел тот беспорядок. — Я не помнил вообще ничего. Абсолютно. А потом, ко мне ворвался отец. В глазах его — холодная ярость. Он обвинил меня в том, что я заманил эту «несчастную» девушку к себе и обесчестил, — чародей горько усмехнулся, перекручивая дротик в пальцах. — И тогда до меня наконец дошло. Она была рядом со мной не случайно, и напоила меня далеко не просто так. Когда я пошел разбираться, она при мне навешала отцу столько лапши на уши, что от вранья… я просто хотел всё сжечь.

— Так для чего она это сделала? Зачем очернять графа, если можно было добиться его лояльности и кататься, как сыр в масле?

Арко помотал головой, словно перебирая в памяти горькие обрывки той истории.

— Я чуть тогда весь лес от ярости не выжег, — признался он. — Но Порта заставила меня взять себя в руки. Мы с ней начали выяснять, кто такой этот купец и его «невинная» дочь. Оказалось, они из Ашкарона — Империи Пылающих Песков, — он замолчал на мгновение. — Но доказывать отцу или кому-то ещё было уже поздно. Слухи расползлись быстро. Меня оклеветали на весь Рейвенхольт.

— Я всё равно не понимаю, кому это могло быть выгодно? — озадаченно спросил следопыт, его ум пытался выстроить логику там, где её, казалось, не было.

— Моей мачехе, конечно же, — резко отрезал чародей, в его голосе вновь появилась привычная беззаботность. — Она же из Империи. И ей выгодней всего, опозорить меня, чтобы расчистить дорогу к трону для моего младшего брата.

Мариус нахмурил брови и повернулся к Арко всем корпусом, отложив дротики.

— Так, притормози. Ты меня сегодня решил окончательно запутать? У меня и без того голова раскалывается. Разве не ты — первый в очереди на престол?

Чародей устало провёл рукой по лицу, смахивая воображаемую пыль усталости.

— Не всё так просто, друг. Да, власть передаётся по крови и старшинству. Но ты ещё должен доказать, что ты её достоин. А решать это будет не мой отец, а целый Совет лордов. Так что каждый мой неверный шаг, каждый скандал — это жирный крест в свитке моих притязаний. И мачеха это прекрасно знает. По этому я здесь. Я ушел быть Хранителем, чтоб оправдать своё имя и честь.

Мариус выслушал всё, не перебивая, а затем медленно откинулся на спинку дивана. В ответ на откровенную историю он лишь задумчиво умолк, уставившись на мишень и методично постукивая дротиком по краю дивана.

— Ну и чего ты замолчал? Я тут тебе, вообще-то, душу выворачиваю, — раздражённо буркнул Арко.

— Ну а что я тебе скажу? — следопыт ответил с нескрываемой иронией и тут же метнул снаряд. Тот вонзился прямо в центр с тихим стуком. — Не ложись в постель с незнакомками. Вот мой мудрый совет.

— О да, какой же он проницательный, — в голосе чародея прозвучал густой сарказм. — Спасибо, Мариус, буду вспоминать его каждый раз, когда увижу подозрительную красотку.

— Всегда пожалуйста, — ухмыльнулся тот, в уголке его губ заплясала едва заметная, довольная усмешка.

Арко застыл на мгновение, дротик замер в его руке, а затем метнулся к мишени рядом с дротиком Мариуса. Продолжая игру, он спросил:

— Ну, а ты как тут? А то всё обо мне, да обо мне…— спросил он, стараясь, чтобы вопрос прозвучал непринуждённо. — Помирился с Коной?

Следопыт ответил с тенью отрешённости:

— Сложно сказать. Она вроде и хочет… но всё равно держит на расстоянии вытянутой руки.

— Да уж, хрен поймёшь этих женщин. Я так до сих пор и не врубился, что у вас там приключилось.

Мариус глубоко вздохнул, и его лицо, обычно скрытое за маской безразличия, стало серьёзным. Он поднял голову, и взгляд его упёрся куда-то в пустоту перед мишенью.

— Кона попала в западню. Ловушку, из которой живой не выбираются. А у меня… был выбор. Спасать её или людей, — он сделал паузу, его голос стал тише. — Я пренебрёг долгом Хранителя. Вытащил её. А те люди… не выжили. И она почему-то решила, что я сделал неправильный выбор. Что должен был спасти невинных. Она за меня поручилась, а я её подвёл.

Он резко метнул очередной дротик, будто пытаясь пронзить эту мысль.

— Ну и дела, конечно, — выдохнул Арко, уже без тени насмешки.

— А как бы ты поступил? — голос Мариуса стал твёрже, почти вызовом. — Пожертвовал бы любимой ради долга?

— Даже не знаю… — чародей замялся, не привыкший к такой прямоте. — Не могу сказать, что бы я сделал, Хранителям нельзя так поступать.

— Я не хотел её терять, — тихо, но с непоколебимой уверенностью произнёс следопыт. — И пусть она осуждает меня за это, но я бы не изменил своего решения.

— Да, трудный выбор… — произнёс Арко, тяжело вздыхая.

В зале воцарилась короткая пауза, заполненная лишь тихим стуком дротиков о мишень. Мариус метнул свой снаряд, и тот вонзился в самое яблочко, дрожа рядом со своим предшественником.

Чародей, держа в руке последний дротик, поднялся с дивана во весь рост.

— Ладно, засиделся я тут с тобой. Пойду мозги проветрю, а то скоро помру от скуки, — произнёс он с привычной лёгкостью, а затем сделал шаг вперёд, вскинул руку и метнул снаряд с небрежной грацией.

Дротик ударил точно в цель — и вспыхнул алым пламенем, озарив зал ярким светом.

Арко самодовольно ухмыльнулся своему эффектному трюку, но улыбка мгновенно сползла с его лица, когда огонь не погас, а принялся жадно ползти по сухому дереву мишени, обвивая её языками пламени.

Мариус лишь приподнял бровь, наблюдая за этим необдуманным спектаклем.

Стоявшая неподалёку сестра Агата, поливавшая цветы, тут же обернулась на треск огня. Её взгляд сузился. Не говоря ни слова, она схватила со столика свой стакан с водой и решительными шагами направилась к мишени, резко залил пламя. Когда от огня остался лишь шипящий пар, она повернулась к чародею. Её лицо было спокойно, но в глазах горела холодная строгость.

— Молодой человек, если вы желаете упражняться с огнём, я попрошу вас отправиться на тренировочный полигон. Этот дом — не место для подобных развлечений.

Он сжался под её взглядом, на его обычно самоуверенном лице мелькнула растерянная гримаса.

— Прости, Агата. Я… просто немного увлёкся.

Монахиня бросила на него последний оценивающий взгляд, не удостоив дальнего ответа, развернулась и удалилась по делам.

Мариус произнёс с холодной иронией, наблюдая за всей сценой.

— Эффектно, — с кивком прокомментировал он.

Арко в ответ лишь фыркнул сдавленно, будто выпуская остаток досады. Не сказав больше ни слова, он вышел из зала, оставив за собой лишь тишину и лёгкий запах гари.