Мой любимый мятеж (джен)

Риза среагировала первой. Момент оцепенения прошел, и суета лидера взяла верх над шоком от увиденной мощи.

— Ил! Стой. Покажи руку, — она шагнула к нему, пытаясь поймать его ладонь. В её голосе прорезались командные нотки. — Глубоко? Кто-нибудь еще задет? Эзра, проверь Торбина!

Ил лишь раздраженно дернул плечом, стряхивая её пальцы с рукава своего плаща.

— Царапина. Заживет до того, как мы дойдем до угла, — бросил он, даже не посмотрев на свою порванную в клочья одежду. Его взгляд был устремлен куда-то сквозь дома, в темноту деревни. Он замер, словно прислушиваясь к чему-то, что было недоступно слуху остальных. Глаза под капюшоном чуть сощурились, сканируя пространство магическим зрением.

Ризу это равнодушие взбесило больше. Она схватила его за локоть, разворачивая к себе силой.

— Да какого демона ты творишь?! Следи за собой хоть иногда! Ты истекаешь кровью прямо посреди улицы, полной нежити! Хочешь привлечь сюда всю стаю?!

Ил медленно повернул голову. Нарисованная улыбка давно стерлась, но сейчас исчезла и всякая маска дурачка. На них смотрел Император. Уставший, злой, лишенный всякого снисхождения Архимаг. От звука его голоса отряд инстинктивно сделал полшага назад.

— А вы бы справились без меня? — прошипел он, и в этом шепоте слышался скрежет льда по стеклу. — Может, предложите им свою кровь вместо приманки? Я понятия не имею, как именно вы собирались решать эту проблему, Риза. Но тратить неделю на то, чтобы бегать по этим огородам и выманивать тварей на поверхность запахом собственной плоти я не собираюсь. У нас график. Мне надоело кормить комаров в топях и мерзнуть в Урочище ради вашей... благотворительности. Поэтому я найду это чертово гнездо. Прямо сейчас. И выжгу его дотла. Чтобы мы смогли спокойно продолжить свой путь уже завтра.

Он высвободил руку одним резким движением. Спорить дальше никто не решился. Даже Найриэль отступила на шаг, признавая поражение перед лицом такой концентрации чистой ярости. Для отряда этот взрыв стал откровением: Ил ненавидел их поход гораздо сильнее, чем они сами. Они были для него обузой, вынужденной задержкой на пути к цели.

От мага все отстали, образовав вокруг него почтительный круг пустоты шириной в три шага. Ил стоял посреди площади, закрыв глаза. Он больше не выглядел бродягой. Сейчас он напоминал натянутую струну или стрелу на тетиве. Он «слушал» землю. Пульсация магии смерти здесь была настолько густой, что вибрировала в зубах. Твари не просто прятались — они сплели сложную сеть подземных тоннелей, пульсирующую тем же гнилым светом, что и их тела.

Спустя минуту абсолютной тишины, нарушаемой лишь тяжелым дыханием людей, веки Ила дрогнули. Он открыл глаза. Взгляд стал острым, фокусирующим.

— Юго-восток, — произнес он ровным, деловым тоном. — Под землей. Старая промоина. Там есть амбары... каменные. Радиус пульсации примерно сто пятьдесят шагов.

Не дожидаясь ответа или одобрения, Ил развернулся и широким, размашистым шагом направился через площадь, огибая туши убитых упырей, чтобы не запачкать сапоги. Он шел так уверенно, будто у него в руках была карта местности.

Отряд переглянулся. Страх перед монстрами сменился холодком вдоль позвоночника от осознания того, кто ведет их вниз.

Молча и настороженно, держа оружие наготове, они двинулись следом.