




| Название: | Адаптация |
| Автор: | ShayneT |
| Ссылка: | https://forums.spacebattles.com/threads/adaptation-dragon-ball-z-alt-power-complete.675247/ |
| Язык: | Английский |
| Наличие разрешения: | Запрос отправлен |
Без Панацеи у нас не было ни малейшего шанса взять ситуацию под контроль. Только она могла справиться с вирусом, который превращал людей внизу в обезумевших чудовищ. Если она умрёт, мне придётся убить их всех.
На самом деле они не были зомби. Я чувствовала это своим чувством Ки. Сердца всё ещё бились, лёгкие дышали, но действовали они уже не как нормальные люди. Почти проще было бы, будь они действительно мертвы: я бы просто стёрла их с лица земли. Но это были люди, которых ещё можно спасти, и потому всё было совсем иначе.
— Нужно добраться до неё раньше Девятки, — сказала я. — Наверное, они набирают новых участников.
София смотрела на меня сквозь сине-зелёное силовое поле так, словно у меня выросла вторая голова.
— Я кое-что читала о Девятке, — сказала я в своё оправдание. — Ещё когда была гражданской. С тех пор дел хватало.
Они любили испытывать новичков, загоняя в ситуации, задуманные так, чтобы ужасно было и кандидату, и всем вокруг. Меньше всего кому-нибудь была нужна Панацея в составе Девятки. Если они её хотят, значит, считают, что она умеет не только лечить.
Она ведь почти прямым текстом призналась, что не дала мне снова отрастить хвост, потому что решила, будто он мне не нужен. Если могла не дать хвосту вырасти, значит ли это, что могла и заставить его вырасти? Способна ли она сделать такое с кем угодно? И, возможно, что-нибудь гораздо, гораздо хуже?
Девятка, очевидно, так считала. Либо они собирались её убить, чтобы она не смогла исправить то, что натворила Ампутация.
В любом случае я чувствовала, как к Панацее быстро приближаются чужие Ки.
Я прибавила ходу, и улицы под нами смазались. Обычно я бы побеспокоилась о звуковом ударе так близко к земле, но в городе уже не осталось ни единого окна, которое можно было бы разбить.
Добраться до неё удалось за секунду. Она бежала. Кисть была перевязана, и повязка, похоже, пропиталась кровью. Грудь тяжело вздымалась. Сомневаюсь, что её работа требовала много бегать трусцой, и, наверное, она никогда не думала, что придётся бегом спасать свою жизнь.
— Сейчас подхватим её, — сказала я. — Сюда идут гости. Мне нужно, чтобы ты её защитила.
Виридиан серьёзно кивнула.
По бокам цилиндра появились ручки. Я отпустила его, дав немного опуститься, и перехватилась за верхние. Все внутри пошатнулись или упали, но мгновение спустя передний торец цилиндра открылся.
Эми Даллон посмотрела назад, потом на меня. Позволила втянуть себя внутрь, и я снова взлетела.
Доставлю их обратно в штаб СКП прежде, чем кто-нибудь поймёт, что она исчезла. А потом вернусь и устрою им неожиданный...
В меня что-то врезалось, и пришлось выпустить цилиндр. Но Виридиан не растерялась: успела создать внизу огромную воздушную подушку, которая защитила всех, хотя сам цилиндр исчез.
И всё же теперь они оказались снаружи, без защиты.
Я не сразу поняла, что меня полосует чёрно-белая фигура. Сибирь! И я совсем не почувствовала её Ки!
Я закричала от глубокого пореза. Удивляться не стоило: она сумела порезать Александрию, неуязвимую ко всему остальному.
Когда когти метнулись ко мне снова, я уклонилась. Она была быстрой, но я — быстрее. И всё же дралась она явно лучше, и я едва успевала не дать ей выпотрошить меня.
Она скрывает Ки? Это вообще возможно?
Чёрно-белые полосы, светящиеся жёлтые глаза. Пока я изо всех сил старалась не попасть под когти, в этих глазах горело дикое ликование.
Внизу к остальным приближались Джек Остряк и Краулер. Ни у кого из наших не хватило бы силы справиться с Краулером. Я отвлеклась — и живот обожгло новым порезом.
За пару кварталов я почувствовала четвёртую Ки. Птица-Хрусталь? Кого-то держат в запасе? Гадать было некогда.
Я указала на Джека, и Ки вырвалась наружу. Краулер радостно прыгнул наперерез лучу, а Сибирь схватила меня за руку.
Я ударила её в живот, но словно врезала в стальную стену — так, как это было бы до появления моих сил. Почувствовала, как ломаются кости кисти.
Поморщившись, я выпустила в неё взрыв Ки. Энергия растеклась вокруг, почти как речные волны огибают камень. От одного лишь мимолётного соприкосновения с ней загорелось несколько крыш поблизости.
— Королева обезьян, Королева обезьян! — насмешливо крикнул снизу Джек. — Какой хаос мы могли бы устроить вместе! Жаль только, что мы пришли за добычей покрупнее.
Между Джеком с Краулером и остальными из асфальта вдруг вырвался ряд дубов. Как только деревья закрыли Джеку обзор, наши побежали. Он сделал знак, и Краулер поскакал к деревьям.
Сибирь резала меня снова и снова. Хотелось спуститься и забрать Панацею с остальными, но она была достаточно быстрой, чтобы, едва я перестану с ней драться, просто вырезать их всех.
Порезы были на руках, ногах, животе, даже на лице. Когти метнулись к лицу, и один глаз пронзила мучительная боль. По лицу потекла кровь и, возможно, что-то ещё. Без объёмного зрения драться стало гораздо труднее, и ран появлялось всё больше.
Краулер проламывался через деревья, которые разлетались от столкновения с его тушей. Он скалился — если на настолько нечеловеческом лице это можно назвать оскалом.
Чёрная шестиногая тварь, похожая на динозавра, размером с фургон. Рана в боку от моего заряда Ки уже заметно затягивалась, хотя прошло всего несколько секунд.
Я снова и снова била Сибирь здоровой рукой, но от этого она только шире ухмылялась. Она была настолько быстрой, что ногой я ни разу не достала. Чудовище. Александрия пыталась меня предупредить, но я думала, что смогу хоть как-то на неё повлиять. Почему ничего не действует?
Дело было не просто в грубой силе: она казалась невосприимчивой почти ко всему. Законы физики, похоже, вообще на неё не распространялись.
Почему я даже не чувствую её?
Я не могла почувствовать её точно так же, как силовые конструкции Виридиан.
И вдруг ощутила себя дурой. Вот почему Сибирь не ощущается и будто не подчиняется законам физики. Она ненастоящая.
Значит, четвёртая Ки, скорее всего, принадлежала её создателю.
Она, должно быть, что-то увидела в моих глазах, потому что резко отпрянула. Кровь лилась из ран, которых я даже не замечала. Голова слегка кружилась, но я знала, что делать.
Я указала в сторону той Ки и выстрелила.
Будь это обычный энергетический луч, даже Сибирь не успела бы его остановить. Обычная энергия ведь движется со скоростью света, а таких быстрых рефлексов нет ни у кого.
Но мои лучи были значительно медленнее.
Сибирь встала между мной и той Ки. Я продолжала стрелять туда, одновременно приближаясь к бегущим товарищам.
Сибирь исчезла — наверное, чтобы перенести своего создателя. Джек тоже ушёл: я чувствовала, как он удаляется со скоростью, возможной только на транспорте. Я помедлила. Между нами уже было слишком много зданий, чтобы безопасно выстрелить отсюда, не рискуя разрушить дома и кого-нибудь убить.
Краулер подбирался к остальным слишком близко. Если остановлюсь с ним драться, никто не гарантирует, что Джек не вернётся с кем-нибудь ещё, чтобы добить Панацею или других. Кроме того, Сибирь могла воспользоваться моментом и напасть со спины. Я угрожала её создателю и знала их тайну. Она наверняка очень хочет моей смерти.
Нужно сосредоточиться на задаче. Джека я найду позже и заставлю пожалеть о содеянном.
— Тебя потом убью! — крикнула я Краулеру и мгновение спустя пролетела мимо него.
Он резко остановился и с нетерпением уставился на меня. Ужасно мутировавшее чудовище, но желание стать лучше я понимала. То же самое желание захлестнуло меня с появлением силы. По крайней мере, моя не лишала возможности общаться с обычными людьми.
— Цилиндр! — крикнула я.
Виридиан обернулась, и глаза у неё расширились. Она коротко махнула остальным, и те быстро собрались вокруг неё.
Она создала новый цилиндр, и через мгновение все уже были внутри. Ещё мгновение — и мы в воздухе, а я снова стреляю в сторону создателя Сибири, чтобы она не смогла нас перехватить.
Вскоре мы добрались до вертолётной площадки на крыше штаба СКП. К несчастью, это было одно из тех зданий, которые в значительной степени состоят из окон. Теперь вместо них в стенах зияли тёмные раны. На бетоне снаружи громоздились огромные кучи стекла. Если кто-то оказался там во время его падения, сомнений почти не было: теперь он мёртв.
Я тяжело опустила цилиндр на крышу, на вертолётную площадку.
Почему вдруг такая слабость? Я посмотрела вниз: костюм изорван в клочья. Из десятков ран сочилась кровь, а я даже не помнила, как их получила.
Я опустилась на одно колено.
— Панацея! — закричала Призрачный Сталкер.
Мгновение спустя всё почернело.
Когда я очнулась, по венам разливалось знакомое чувство силы. Я чувствовала себя лучше, чем когда-либо. Вдвое сильнее — готова потянуться чувством Ки и найти тех, кто это сделал.
Я лежала в комнате с десятками людей, а Панацея уже перешла к следующему. Оказывается, в масках сотрудников СКП были встроенные дисплеи на основе силикатов, выводившие данные перед глазами. Гибельное сочетание, когда Птица-Хрусталь решила спеть.
Я подняла глаза и увидела папу. Рука у него была на перевязи. Похоже, Панацея ещё до него не добралась.
— Что случилось? — спросила я.
— Ты потеряла глаз, — сказал он. — Панацее пришлось отращивать заново. С Сибирью дралась? Она убила Героя и чуть не убила Александрию.
— Она проекция, — сказала я. — Её создаёт кто-то за несколько кварталов. Поэтому никто и не мог её убить.
Он моргнул.
— Если это правда, сведения чрезвычайно важные.
— Когда я начала целиться в её создателя, она сбежала, — сказала я. — Я его не видела, но в следующую встречу убью. Когда он погибнет, она тоже исчезнет.
Папа сжал губы и наклонился ко мне.
— Слава мертва, — негромко сказал он. — И вся её семья тоже. Панацея едва держится. Она считает, это случилось потому, что её готовили на роль улучшенной Ампутации.
Я посмотрела на Эми Даллон и сжала губы.
— А что с зомби? — спросила я.
— С Бешеными? — спросил он. — Они очень заразны. Один укус — и ты такой же. Способности парачеловека не спасают. Половина Стражей была на рекламном мероприятии, когда на них напали. Некоторые теперь там, снаружи, и всё ещё могут пользоваться силами.
— И что нам делать? — спросила я. — Я не могу просто расстреливать толпу с воздуха, если скоро будет лекарство.
— Страйдер собирает огромные запасы удерживающей пены. Мы выгребаем её из городов по всей стране. Панацея говорит, что знает, как создать вирус, который обратит действие того, что сделала Ампутация. Она уже приготовила несколько партий и оставила размножаться в удерживающей пене. По её словам, пена обездвижит заражённых на достаточно долгое время, чтобы действие болезни обратилось вспять.
— Почему я? — спросила я.
— Из оставшихся только ты умеешь летать. Крутыш и Эгида заражены, а Слава и остальная Новая Волна мертвы.
— А если я заражусь? — спросила я.
— Не заражайся, — сказал он. — Вылечить тебя будет адски трудно. И подозреваю, что с твоей нынешней силой ты запросто уничтожишь город.
— По ощущениям, я могла бы уничтожить штат, — призналась я.
— Где они сейчас? — спросил он.
— Едут на север, к Бостону, — сказала я. — Я убила троих, и, видимо, Джек решил, что я не та девочка, с которой стоит обезьянничать.
— Сейчас не время шутить, — нахмурился папа. — Очень многие погибли. Ты бы, наверное, выжила, но драться с одним глазом — то ещё удовольствие.
— Я убью остальных, — сказала я. — Теперь чувствую Ки на четыреста километров и знаю след троих из них. Если потребуется облететь всю страну, найду. И скорее раньше, чем позже.
— Позже, — сказал папа. — Люди умирают прямо сейчас. Чем дольше ждём, тем больше погибнет. Полицейские выбыли одними из первых.
— А если Ампутация устроит такое в Бостоне прежде, чем я её остановлю?
Папа нахмурился.
— И чего ты хочешь?
— Сразиться с ними, — сказала я. — Пока они не добрались до Бостона.
— А здесь? — спросил он.
— Я могу летать быстро, — сказала я. — Но если полечу слишком быстро, нужного распределения не будет: удерживающую пену просто сдует. Спорим, пройдёт три дня, прежде чем я смогу остановиться достаточно надолго, чтобы отправиться за ними.
— И что тогда?
— Не знаю, — сказала я. — Может, позвоню Дракону и попрошу устроить по ним авиаудар, пока они ещё в пределах моего чувства Ки. Краулера не убьёт, но, возможно, получится убить Сибирь и остальных.
Я хотела увидеть её глаза, когда она поймёт, что я убила её создателя, а значит, и её саму.
— Даже если удастся поймать всех на улицах, в зданиях будет полно спрятавшихся. Достаточно одному вырваться — и всё начнётся заново.
— Ты можешь отличить заражённых, — сказал папа. — Я знаю, потому что сам могу, хотя радиус у меня пока довольно маленький. Когда начнём обходить дом за домом, без твоей помощи не справимся.
Я стиснула зубы.
— И сколько всё это займёт?
— Столько, сколько потребуется, — сказал он. — Если хоть один выберется из города, зараза может пойти по всей стране. Конца не будет.
— А Бойня?
— Если они сделают то же, что здесь, тебе прикажут бросить всё и отправиться за ними. Они это знают и, скорее всего, уйдут зализывать раны.
Я нахмурилась. Всё разумно, но любить такое положение дел я не обязана.
— Ладно. Но пока они не вышли из радиуса, хочу, чтобы Дракон устроила им жаркую жизнь.
— Придётся воспользоваться проводным телефоном, — сказал он. — Я позвоню в бостонскую СКП, попрошу соединить тебя с Драконом. Без компьютерного экрана, на котором можно совместить карту с тем, что ты чувствуешь, найти их будет непросто. Думаю, если понадобится, нам сбросят оборудование с воздуха.
Я кивнула.
— Предчувствую, что ближайшие несколько дней у меня ни на что не останется времени.
— По нынешним оценкам, в городе тридцать тысяч заражённых, — сказал папа. — Если бы у нас был полный доступ к силам и технике СКП, а полиция Броктон-Бей не потеряла своих людей, сдержать это, возможно, было бы не так трудно.
— Почему не присылают подкрепления из других отделений СКП? — спросила я. — Может, даже Национальную гвардию?
— Панацея говорит, что на надёжную вакцину уйдёт больше времени, чем на само лекарство.
— Почему? — спросила я. — Разве обычно не проще уберечь человека от вируса, чем вылечить?
Он пожал плечами.
— Сам не понимаю. Она говорит, Ампутация устроила вирус так, чтобы определённое лекарство создать было легко, а вот вакцину делать не хотела. Поэтому Панацее придётся разрабатывать её с нуля.
— Она уверена, что лекарство не ловушка? — скептически спросила я. — Что-нибудь ещё хуже того, с чем мы сейчас имеем дело?
— Кажется, достаточно уверена.
Я нахмурилась.
— Значит, Ампутация хотела помахать лекарством у нас перед носом, возможно, использовать в торге. Наверняка пришлось бы делать какой-нибудь ужасный выбор — например, выдать президента.
— То есть вылечить людей можно, но сделать невосприимчивыми — нет, пока Панацея не разберётся как, — сказала я и вздохнула. — Почему бы мне просто не слетать в Бостон и не позвонить Дракону оттуда? Похоже, Панацея сейчас ставит СКП на ноги, а лекарство пока размножается? Значит, у меня есть время.
Папа посмотрел на меня и вздохнул.
— И если по пути в Бостон тебе случайно встретится Девятка?
— Ударю по ним ядерной бомбой с орбиты, — сказала я с неприятной ухмылкой. — Вернусь прежде, чем заметишь.






|
Nizпереводчик
|
|
|
prolisock
У меня такое впечатление, что он мог стать лучшим в его творчестве. ну "Убить их всех", да и "палочку" сложно переплюнуть, однако да, история была хороша.1 |
|
|
Niz
prolisock Я уверен, что история была не просто хороша, а очень хороша, интересна и увлекательна. Может быть, кто-то продолжит?ну "Убить их всех", да и "палочку" сложно переплюнуть, однако да, история была хороша. |
|
|
Кстати, обложка к "Адаптации" мне очень понравилась.
|
|
|
Nizпереводчик
|
|
|
Вот и всё.
Приятного чтения 1 |
|
|
Niz
Большое спасибо Вам за ваши труды! Ваши переводы всегда отличного качества, читается на одном дыхании! И выбор рассказов для перевода хороший, интересные истории. 1 |
|