Повелитель Тайн (джен)

Увидев, как перед Шерлоком Мориарти поставили стакан с белой пеной Саутвиллского пива, Карлсон наконец пришёл в себя.

Лишь когда бармен отошёл от них на достаточное расстояние, он приглушённым голосом спросил:

— Что вы хотите?

Клейн взял стакан и сделал глоток. Несколько секунд он смаковал горечь, а затем хлынувший следом солодовый аромат и лёгкое сладковатое послевкусие.

— Ваше здоровье! — Он покосился на Карлсона, улыбнулся и поднял стакан.

Карлсон без колебаний покачал головой, отказываясь от предложения, и пробормотал:

— У вас пиво, а у меня крепкий дистиллят. Для тоста не подходит.

Клейн просто соблюдал форму, поэтому снова отпил Саутвиллского пива, посмотрел прямо перед собой и усмехнулся.

— То, чего я хочу, очень просто.

— Я не уверен, что находится внутри гробницы, поэтому могу описать своё желание лишь довольно расплывчато… Хм, надеюсь, что смогу выбрать один предмет из трофеев, добытых при исследовании гробницы. Я не жаден, и моя просьба не будет касаться высокоуровневых предметов. Даже если бы они оказались среди вариантов, я бы не решился их взять.

— Если вы ничего не найдёте или внутри окажутся только высокоуровневые предметы, тогда мне ничего не нужно. Конечно, я верю, что в последнем случае вы не поскупитесь выдать мне сумму наличных, соответствующую моему вкладу.

Услышав вчера от мисс Шэррон о гробнице семьи Амон, он набросал примерный план.

Первый план состоял в том, чтобы подуть в медный свисток, связаться с мистером Азиком и вместе исследовать гробницу.

Однако у этого плана было множество потенциальных проблем. Во-первых, он не знал, сколько сил восстановил Азик, всё ещё занятый поиском утраченных воспоминаний. Во-вторых, Азика преследовала МИ9, так что они с Азиком очень легко могли навлечь на себя неприятности. В-третьих, существовала высокая вероятность, что Клейн снова попадёт в поле зрения Запечатанного Артефакта 0-08. Конечно, он мог подумать и о помощи Серого Тумана для связи или самой экспедиции. Но если подуть в медный свисток над Серым Туманом, гонца вызвать будет невозможно, а значит, все последующие планы сорвутся.

Что ещё важнее, Клейн не осмеливался раскрывать тайну пространства над Серым Туманом Азику Эггерсу, личность которого оставалась загадкой.

Поэтому в итоге он выбрал второй способ: воспользоваться личностью информатора, передать сведения Сердцу Машины и попросить разумную награду.

Если говорить о числе Потусторонних высокой Последовательности, какая фракция может сравниться с семью Церквями?

Согласно тому, что знал Клейн, в Церкви Богини Вечной Ночи было почти десять Потусторонних высокой Последовательности. Иными словами, почти половина из тринадцати архиепископов и девяти высокопоставленных диаконов достигла Последовательности 4 или превзошла её. И это не считая Благословенного Богини — Его Святейшество Папу, возглавлявшего Церковь.

Даже если положение Церкви Бога Пара и Машин в этом отношении уступало Церкви Богини Вечной Ночи, оно не могло быть намного хуже. Их архиепископ Баклундской епархии, Горамик Гайдн, был Потусторонним высокой Последовательности.

А значит, ортодоксальная Церковь со всеми накопленными ресурсами не очень, очень, очень дорожила предметами средней Последовательности. Клейн верил, что сможет договориться о разумной «цене».

Проще говоря, главное в его втором плане звучало так: если возникли трудности, ищи организацию!

Услышав предложение Клейна, Карлсон замолк на секунду, а затем выпалил:

— Разве вы не искренний приверженец Бога?

«В моём сердце всегда была Богиня…» Клейн начертил на груди треугольную Священную Эмблему.

— Именно потому, что я верю в Бога, я рассказал об этом вам, а не Ночным Стражам через мистера Стэнтона.

— Бог сказал: пусть те, кто желает стать сильным, станут сильными. Только став сильнее и получив больше денег, я смогу получить доступ к разным каналам и ресурсам, а значит, давать вам более полезную и эффективную информацию.

Чтобы убедить Сердце Машины, утром он специально пролистал купленную раньше для виду «Писание Пара и Машин», нашёл несколько подходящих изречений божества и запомнил их.

Карлсон на мгновение не нашёлся с возражением. Он просто сидел ошеломлённый, забыв даже выпить.

Заметив реакцию члена Сердца Машины, Клейн быстро добавил:

— Кроме того, это поможет вам наладить гармоничные и эффективные отношения с информаторами нового поколения. Если вы распространите сведения о награде, которую я получу, и сдержите обещание, я верю, что другие информаторы будут глубоко тронуты и получат мощный стимул изо всех сил собирать для вас полезную информацию.

— Разумеется, при такой рекламе я хотел бы, чтобы вы использовали мой псевдоним.

Карлсон слушал с пустым лицом, поднял стакан и залпом сделал большой глоток. Он едва не поперхнулся.

— Кхм, Шерлок, — начал Карлсон, — вы совершенно непохожи на того человека, с которым я успел познакомиться прежде.

В его воспоминаниях детектив Шерлок Мориарти был хорош в анализе и рассуждениях, чрезвычайно спокоен и вежлив и, обладая сильным чувством справедливости, давал очень действенные советы. Он был выдающимся верующим в Бога.

Но теперь он был…

Клейн сделал глоток пива и усмехнулся:

— У каждого есть разные грани. Принимать одну грань за целое — значит легко ошибиться. На это стоит обращать внимание при дедукции.

Немного успокоившись, Карлсон встал из-за стола и произнёс:

— У меня нет права соглашаться на такую просьбу. Я немедленно доложу об этом. Подождите здесь немного.

— Хорошо. — Клейн махнул бармену и добавил порцию картофельных долек.

Когда он неторопливо доел и допил пиво, Карлсон вернулся в бар вместе с диаконом Сердца Машины Икансером Бернардом.

Икансер огляделся и, убедившись, что рядом никого нет, глубоким голосом сказал:

— С вашей просьбой проблем нет, но есть одно дополнительное условие: предметы с сильными побочными эффектами и проклятиями не входят в число доступных для выбора.

«Мне нужен ингредиент…» Клейн тут же рассмеялся.

— Хорошо!

— Позвольте всё же спросить: это ваше личное решение или ответ вышестоящих?

— У меня есть право принимать подобные решения. — Икансер прижал шляпой пушистые волосы. — Но поскольку дело касается дворянской гробницы Четвёртой эпохи, я отправил телеграмму архиепископу, и в ответе он не возражал.

— Хорошо. — Клейн снова начертил на груди треугольную Священную Эмблему. — Сейчас я передам вам информацию.

Икансер машинально покачал головой.

Он огляделся и указал на бильярдную.

— Давайте поговорим там.

«Этот диакон, которого зеркало Арродес постоянно публично выставляет на посмешище, весьма опытен…» — пробормотал про себя Клейн и последовал за Икансером и Карлсоном в бильярдную, попутно убеждаясь, что соседние комнаты пусты.

Клейн помолчал несколько секунд и после короткого размышления сказал:

— Дело в том, что один Потусторонний нашёл скрытую гробницу у излучины реки Стратфорд, в городке Уайт-Клифф. Он обыскал периферию и обнаружил некоторые предметы.

— После этого они набрали людей и провели дальнейшее исследование, но никто не вернулся. Если внимательно поискать там, вы наверняка найдёте соответствующие следы.

Внимательно выслушав, Икансер спросил:

— Вы уверены, что это дворянская гробница Четвёртой эпохи?

— Предметы снаружи доказывают, что они принадлежат семье Амон династии Тюдоров, — честно ответил Клейн. Затем он предупредил: — Потусторонние, погибшие там, совсем не были слабыми, и их было довольно много. Я считаю, что эту гробницу нельзя исследовать тем, кто ниже высокой Последовательности.

— Амон… — инстинктивно нахмурился Икансер.

Было видно, что как диакон он имел право знать некоторые древние тайные сведения.

Не дожидаясь, пока Клейн снова это подчеркнёт, он поднял голову и сказал:

— Сначала мы соберём соответствующие сведения, а потом начнём действовать.

— Дворянская гробница Четвёртой эпохи очень опасна. Не рассказывайте эту информацию никому другому и не исследуйте её самостоятельно. Иначе вы и ваши друзья только потеряете жизни.

«Если бы я осмелился, я бы здесь не сидел…» Клейн самоуничижительно усмехнулся и сказал:

— Моя репутация всегда была хорошей.

Заключив сделку, он проводил взглядом Икансера и Карлсона, затем надел шляпу и не спеша вышел из бара «Лаки».

«По отношению к дворянам Четвёртой эпохи, особенно к семье Амон, Сердце Машины всё же будет очень осторожно. Им потребуется как минимум несколько дней подготовки, прежде чем они начнут действовать… Осторожность…» Беспорядочные мысли Клейна застыли на одном слове.

Он подумал ещё об одном деле, которое можно было описать как осторожность.

После того как Розель вступил в древнюю организацию, предположительно являвшуюся Сумеречным Орденом Отшельников, он в своём тайном дневнике на китайском языке ни разу не упоминал её названия напрямую. Каждый раз он обозначал её через соответствующие характеристики.

Такой уровень осторожности был очень подозрительным!

«Почему император Розель не осмеливался упоминать название этой организации даже в китайской записи? Это совершенно не похоже на стиль дневника, где он смел писать что угодно… Чего он боялся или о чём тревожился? Может быть, стоит произнести или написать название „Сумеречный Орден Отшельников“, и они узнают об этом, на каком бы языке оно ни было? Есть ли у одного из их членов или у принадлежащего им Запечатанного Артефакта такая способность?» В голове Клейна всплыла догадка, но подтвердить её было невозможно, если только он не захочет рискнуть.

«Пока предположу, что это правда и что они меня не заметили, потому что призыв духа Апостола желаний был проведён над Серым Туманом. Сообщение мисс Справедливости тоже прошло как ответ на молитву через Серый Туман… Хм, уже почти понедельник, и на собрании Клуба Таро я должен напомнить мисс Справедливости не произносить и не писать название „Сумеречный Орден Отшельников“. Что до причины, она и сама поймёт по одному моему взгляду…» Клейн быстро составил дальнейшие планы и широким шагом вышел из бара «Лаки».

Увидев, что ещё рано, он сел в наёмный экипаж и отправился в клуб «Квилег», намереваясь провести там вторую половину дня.

Едва войдя в зал, он увидел учителя верховой езды Талима Дюмона.

Этот потомок голубой крови сидел в углу, держа бокал алого виноградного вина. Его лицо было румяным, а сам он с большим удовольствием отпивал из бокала.

— Вы, кажется, в хорошем настроении, Талим, — улыбнулся Клейн приятелю.

Талим усмехнулся и произнёс:

— Потому что скоро новый год.

Затем он довольно взволнованно спросил:

— Шерлок, вы знаете, каково это — по-настоящему любить кого-то?

— … — Клейн показал фальшивую улыбку.

— Простите, я всё ещё холост.

Талим допил остатки вина, встал и махнув рукой произнёс:

— Что ж, жалко. Ну, мне пора по делам.

— Кстати, спасибо, что познакомили меня с мистером Фрэмисом Кейджем, — вспомнив об инвестициях в велосипедный проект, искренне поблагодарил Клейн. — Когда вы будете свободны в эти дни? Я хотел бы попросить вас сводить меня попробовать баклундские деликатесы.

— После Нового года. — Талим надел шляпу и с улыбкой направился в приёмный зал.

«Этот парень вошёл в пору любви?» — не удержался от бормотания Клейн.

Как только он повернулся и сделал несколько шагов, вдруг раздался тяжёлый удар.

Клейн резко обернулся и увидел лежащего на полу Талима Дюмона. Тот крепко прижимал левую руку к груди, где находилось сердце, а его тело непрерывно билось в судорогах.

«Это…» Клейн поспешил к нему.

Но в этот момент Талим уже выплюнул всю белую пену, что была у него во рту, и потерял последний вздох жизни.

Всего за несколько секунд тот, кто только что сиял от радости, превратился в труп.