Что для тебя Семья? (джен)

Заповедник грифонов, единственный подобный на всю Англию, представлял из себя скалистую местность, покрытую высокими деревьями и редкими полянами и озёрами. Если посмотреть на эти земли сверху, то могло показаться, что под ногами бушует зелёный океан со множеством вкраплений высоких скал-островов и редкими провалами вглубь. Этот заповедник не зря считался одним из самых красивых, но, одновременно с этим, диких магических мест Великобритании.

Гарри и Драко прибыли в лагерь Пожирателей Смерти ближе к вечеру, когда солнце склонялось к закату и уже скрылось за деревьями. Следовавшая за ними Роад предпочла наблюдать за всем со стороны, готовая в любой момент открыть свою Дверь, чтобы забрать Третьего и Четвёртого Апостолов подальше от Апокрифа и других возможных неприятностей. Подойдя к лорду Лестрейджу Дизайяс и Джойд внимательно выслушали волшебника, который коротко и по делу рассказал о текущей ситуации, не порадовав хорошими новостями, а потом, пока Драко задавал заранее подготовленные вопросы, пытаясь выяснить видели ли Пожиратели Смерти среди волшебников Ордена Феникса представителей Чёрного Ордена, Гарри решил прогуляться по лагерю.

Думал ли он ещё год назад о том, что будет вот так вот: просто и без опаски бродить по локации идейного врага зная, что никто на него не станет нападать? Тот он был Гарри Поттером, братом-близнецом Алека Поттера. Тем, кого маги Тёмного Лорда ненавидели так же сильно, как и Избранного. И тот Гарри Поттер не принял бы того Гарри Микка, которым он стал. Попытался бы убить и, возможно, даже смог бы ранить. Да, магия не способна противостоять Тёмной Материи или Чистой Силе, но её могущества хватит, чтобы причинить косвенный вред их носителям. Магия стихий, некромантия, многочисленные атакующие заклинания, рассчитанные на физическое воздействие… Встреть волшебник Гарри Гарри Ноя и эта битва бы заставила их обоих задействовать все ресурсы к взаимному удовольствию, которое он испытывал в битве в обоих своих ипостасях.

Замерев на краю лагеря, Гарри достал из пачки сигарету и, уже привычным движением щёлкнув зажигалкой, закурил. Скоро ему предстояло встретиться с Алеком. А потом и с Апокрифом, но разумная Чистая Сила без носителя сейчас волновала Джойда меньше всего. Он вспоминал о том, как они с Алеком расстались в их последнюю встречу. Убийство Рона было необходимостью и прихотью одновременно. Да, Гарри мог не убивать Уизли, лишь ранить, но он не стал этого делать. Желание вновь почувствовать удовольствие от того, как чья-то жизнь обрывается в твоих пальцах оказалось сильнее, и Джойд не жалел о совершённом.

Ощущал ли Гарри себя предателем? Нет. Память текущего воплощения шептала ему о связи. О том, что никогда в жизни мальчишки Гарри Поттера больше не будет такого близкого человека, как его брат-близнец Алек. Вот только у Третьего Апостола, Джойда, была Семья. И эта связь с Ноем, что длилась уже не первое тысячелетие, с того самого дня, когда привычный и родной мир был разрушен пришествием того, что люди посчитали сначала благословением самих Небес. Недолго, правда, но…

Поморщившись, Джойд прижал ладонь с сигаретой к груди, в которой что-то тоскливо заныло. Когда-то давно он не был Третьим Апостолом. У него было другое имя. У них всех были другие имена, но они не вспоминали об этом уже несколько тысячелетий. За прошедшие века они — единственное, что осталось друг у друга. Именно поэтому нет никого ближе. И никогда не будет. Да, это было жестоко по отношению к тем семьям в которых они рождались, но… если бы те люди знали, тоже помнили о том, что произошло, они бы поступили точно так же.

— Ты как?

Неожиданный вопрос, заданный подошедшим Драко, прозвучал с тревогой, но Гарри лишь покачал головой и, тихо рассмеявшись, спросил:

— Помнишь, как мы играли после средней школы в волейбол?

На мгновение замерев, Дизайяс криво усмехнулся и, положив руку на плечо Джойда, ответил:

— Да, весёлое было время, — Четвёртый Апостол прищурился, добавив: — Помню, как однажды ты получил мячом прямо в лицо. Столько плача было в рядах твоих фанаток.

— Ещё бы ты не помнил, — Третий Апостол громко фыркнул: — Именно ты сделал ту подачу.

— Да-а, — протянул Дизайяс, тепло улыбнувшись. — Она вошла в мой персональный топ.

Они переглянулись и рассмеялись. Гарри, Тики и много ещё имен до… Джойд знал, что сделает и от этого на душе становилось легко. Он был готов. Чтобы не придумал Апокриф, вряд ли он будет ожидать того, что задумал Удовольствие Ноя. Считая, что хорошо изучила людей, Чистая Сила будет действовать исходя из имеющихся у неё знаний, в очередной раз забыв, чем и кем именно являлись Апостолы Ноя.

— Как думаешь, — вдруг тихо спросил Драко, смотря в темнеющий в сумерках лес, — Апокриф последний?

— Остальных мы уничтожили ещё в первом тысячелетии, — ответил Гарри. — Даже если он и не последний, то вряд ли их будет много, иначе мы бы давно вычислили их логово.

— Ну, Сердце мы до сих пор не нашли, — резонно заметил Дизайяс.

— Порой у меня создаётся впечатление, — неожиданно серьёзно произнёс Джойд, — что Сердце вообще не существует. Либо оно находится не на Земле.

— Поделись этими мыслями потом с нашим дорогим Тысячелетним, — ответил Четвёртый Апостол. — Или подожди, пока не пробудится Майтра. Думаю, он будет следующим, после Уз.

— Главное, чтобы не Трайд, — поёжился Удовольствие Ноя. — И не Вайзли.

— О, — синхронно с Джойдом вздрогнул Дизайяс. — Ни слова о Мудрости.

— Что, тоже в…

Гарри не успел договорить, когда с другой стороны лагеря раздался громкий взрыв. Тишина была мгновенно разрушена, и волшебники забегали меж палаток. Вскоре деревья, окружавшие небольшую поляну с лагерем, стали освещаться вспышками заклинаний.

— Началось, — выдохнул Драко и, подмигнув Гарри, направился прямиком в сторону разгорающегося сражения.

Направившись следом, Джойд прислушался к ощущениям. Апокрифа нигде не было. Маскируется или они ошиблись в расчётах? Внезапно, откуда-то сбоку, в Гарри прилетело заклинание, прошедшее насквозь из-за собственных способностей Третьего Апостола. Повернув голову, он увидел Гермиону, решительный огонёк в глазах которой вызвал у него улыбку. Это была ещё одна часть плана Апокрифа, по расшатыванию душевного спокойствия? Решил, что одного Алека будет мало?

Когда-то Гарри действительно любил эту волшебницу, что сейчас смотрела на него, как на своего главного врага. Точно! Она же сошлась с Роном, а он…, а он убил Рона. Минус ещё один возлюбленный, упс? Продолжая улыбаться, Гарри продолжил идти вперёд, больше не обращая внимания на задрожавшую от его улыбки Гермиону, которая осталась стоять на месте, направив на него свою волшебную палочку. Ему нужно было найти Алека Поттера. А потом, разорвав связывающие его цепи, найти Апокрифа. И оторвать этой твари голову. Вернуть должок.