Времена иные (гет)

На следующий вечер после разговора с Летописцем Алиса направилась в Элизиум. Идти домой не хотелось, да и на работе из-за её частых отлучек атмосфера становилась напряжённой. Дисциплины уже не справлялись с грузом обязанностей; нужно было докладывать Казимиру имя ещё одного гуля. В голове крутились две кандидатуры, обе — её начальницы. Одна, Елена Евгеньевна, — женщина за сорок, отчаянно цепляющаяся за ускользающую молодость. Вторая — её коллега, типичная «карьеристка», чья жизнь состояла из отчётов и планерок. Первая могла стать проблемной из-за своего характера, вторая же в любой момент могла покинуть пост ради более выгодного предложения. Но главное — обе они были частью того душного, рутинного мира, который Алиса покинула, и обе ей откровенно не нравились.

«Слишком загружены рутиной. Слишком принадлежат её прошлому», — с тоской думала она.

Эти мысли прервало воспоминание о вчерашнем разговоре с Маргаритой: Тореадорша, развалившись на кровати и закинув ноги на спящего Алекса, сладко потянулась и бросила вскользь:

— Мне вот что интересно: ты не хотела бы забрать этот отель полностью себе? Насколько я знаю, ты работаешь здесь по найму. Можно было бы девичник устроить. Ты, я и София. Тут клёво.

— Я бы рада, но сейчас я не могу купить «Викторию». У меня нет столько денег, — отрезала Алиса.

— Зачем тебе деньги? — Маргарита очаровательно улыбнулась. — Пара ласковых фраз, три капли крови, можно даже две, и отель у твоих ног. Выбери босса повыше, сделай гулем. Ты такая молоденькая...

Её улыбка внезапно сменилась серьёзным, почти печальным выражением.

— Я одного не понимаю. Почему Казимир сам тебя не обратил? Ты же ему так нравилась. Тебе было бы куда проще, если бы твоим сиром был кто-то другой, кроме Серафима, даже я... Мы бы научили тебя всему.

— Меня воспитал Николай, он мне как сир, — мягко возразила Алиса, хотя в глубине души с ней соглашалась. Порой ей и самой было обидно, что её сир — такое чудовище. Князь говорил, что хотел дать Серафиму шанс, но почему расплачиваться за его ошибки должна была она?

— Но ты вентру, а он всего лишь бруха, — Маргарита смешно вытянула язык и несколько раз постучала пяткой по спине гуля, изображая, кажется, зубра. Алекс, застонав, проснулся. — Ладно, спасибо за чудесную ночь, потащу это недоразумение подальше отсюда.

Идея захватить гостиницу прочно засела в голове Алисы. Приведя номер в порядок и спустившись к себе, она уставилась на плакат с изображением Вадима. Вроде бы всё просто. Сделать гулем директора или одного из собственников, желательно иностранца. Диктовать условия. Получить власть. Всё.

Но внутри всё сжималось от странного страха. Как будто что-то могло пойти не так. Продление жизни в обмен на лояльность — казалось бы, честная сделка. Вот только отказаться от неё смертный не сможет. Это был акт насилия, пусть и замаскированный под дар.

В конце концов, она решила посоветоваться с Николаем. Шериф, выслушав её сомнения, долго молчал, его лицо было невозмутимо.

— Превращай в гуля первую. Ту, что боится стареть, — вынес он вердикт. — Но не раскрывай ей Маскарад. Посмотрим, как подействует на неё кровь — могут быть сюрпризы. Пока что вторых уз крови хватит, я думаю.

И вот Алиса стоит с двумя кружками кофе в дверях кабинета Елены Евгеньевны. Её магическое чутьё подсказывает, что у директрисы есть свободный час. Час — это так мало и так много одновременно.

Елена Евгеньевна приветствует её недоумённой, но вежливой улыбкой. Алиса бормочет что-то невнятное о необходимости поговорить и протягивает кружку.

— Это особый сорт. Недавно передали из Африки. Вам понравится, обещаю.

— Но... Я обычно не пью. Не люблю кофе, — женщина морщится.

«Чудо разбивается о реальную жизнь, — с досадой думает Алиса. — Как будто есть вампиры, князь, древние войны, а в этом параллельном мире эта женщина со своими привычками просто недосягаема».

Но нет. Не для того она стала Вентру, чтобы терпеть подобное. Она будет решать.

— Пожалуйста, попробуйте. Ради меня, — её голос звучит мягко, но в нём слышится стальная воля. Дисциплина Очарования окутывает слова невидимой паутиной.

— Ну, если только ради вас... — в глазах Елены Евгеньевны отражается внезапная пустота, безволие. Зачарованная, она подносит кружку к губам, и Алисе становится даже неловко за то, что она собирается сделать.

Впрочем, на губах Елены играет улыбка сразу после первого глотка. Не откладывая чашки, она выпивает всё до дна.

— Это действительно необычайно хороший сорт! Где вы его взяли? И так бодрит, чувствую себя превосходно!

— Это подарок, — уклончиво отвечает Алиса.

Дело сделано. Она ещё несколько минут поддерживает разговор о пустяках и уходит, оставляя директрису в приподнятом, почти эйфорическом настроении.

Наступила вторая ночь. Елена Евгеньевна сама вызвала Алису к себе. Её взгляд сиял.

— А знаете, я ведь и не знала, что в гостинице работает настолько ценный сотрудник! Вы только по ночам, и днём Вас не видно. Прямо как...

— Вампир, — с лёгкой усмешкой закончила фразу Алиса. Она тоже держала в руках кружку и придирчиво разглядывала своё «творение». Кровь уже оказывала регенерирующее действие — мелкие морщинки вокруг глаз Елены разгладились, кожа выглядит более упругой.

А что, князь знает её имя. Нет, конечно, она не собиралась раскрывать Маскарад так открыто. Но подготовить почву лучше заранее.

— Ах, если бы... Вечная молодость, вечная жизнь... — мечтательно вздохнула Елена.

«Не совсем... — мысленно поправила её Алиса. Самому старому вампиру, чей возраст она знала, было около восьмисот лет. Восемьсот — этого достаточно, чтобы не говорить о вечности от слова «вообще»».

— И правда. Ну что же, моя прекрасная Гелла, даже не рассмотрите вариант, чтобы поработать днем? — поддразнила ее начальница.

— Увы. Я действительно ночной житель, — с лёгкой театральной грустью пожала плечами Алиса. — Но, надеюсь, это не помешает нашему плодотворному сотрудничеству.

В следубщем месяйце она заметила, что её зарплатная карта пополнилась на сумму значительно больше обычной. «Премия лучшему работнику — хе-х», — усмехнулась про себя неонатка. Но это всё равно были гроши даже по меркам мира смертных, а в мире сородичей ей требовались серьёзные средства.

Вампирше нужно было откуда-то брать деньги. И гостиница «Виктория», тихо и незаметно переходящая под её контроль, казалась идеальным первым шагом на этом пути.На следующий вечер после разговора с Летописцем Алиса направилась в Элизиум. Идти домой не хотелось, да и на работе из-за её частых отлучек атмосфера становилась напряжённой. Дисциплины уже не справлялись с грузом обязанностей; нужно было докладывать Казимиру имя ещё одного гуля. В голове крутились две кандидатуры, обе — её начальницы. Одна, Елена Евгеньевна, — женщина за сорок, отчаянно цепляющаяся за ускользающую молодость. Вторая — её коллега, типичная «карьеристка», чья жизнь состояла из отчётов и планерок. Первая могла стать проблемной из-за своего характера, вторая же в любой момент могла покинуть пост ради более выгодного предложения. Но главное — обе они были частью того душного, рутинного мира, который Алиса покинула, и обе ей откровенно не нравились.

«Слишком загружены рутиной. Слишком принадлежат её прошлому», — с тоской думала она.

Эти мысли прервало воспоминание о вчерашнем разговоре с Маргаритой: Тореадорша, развалившись на кровати и закинув ноги на спящего Алекса, сладко потянулась и бросила вскользь:

— Мне вот что интересно: ты не хотела бы забрать этот отель полностью себе? Насколько я знаю, ты работаешь здесь по найму. Можно было бы девичник устроить. Ты, я и София. Тут клёво.

— Я бы рада, но сейчас я не могу купить «Викторию». У меня нет столько денег, — отрезала Алиса.

— Зачем тебе деньги? — Маргарита очаровательно улыбнулась. — Пара ласковых фраз, три капли крови, можно даже две, и отель у твоих ног. Выбери босса повыше, сделай гулем. Ты такая молоденькая...

Её улыбка внезапно сменилась серьёзным, почти печальным выражением.

— Я одного не понимаю. Почему Казимир сам тебя не обратил? Ты же ему так нравилась. Тебе было бы куда проще, если бы твоим сиром был кто-то другой, кроме Серафима, даже я... Мы бы научили тебя всему.

— Меня воспитал Николай, он мне как сир, — мягко возразила Алиса, хотя в глубине души с ней соглашалась. Порой ей и самой было обидно, что её сир — такое чудовище. Князь говорил, что хотел дать Серафиму шанс, но почему расплачиваться за его ошибки должна была она?

— Но ты вентру, а он всего лишь бруха, — Маргарита смешно вытянула язык и несколько раз постучала пяткой по спине гуля, изображая, кажется, зубра. Алекс, застонав, проснулся. — Ладно, спасибо за чудесную ночь, потащу это недоразумение подальше отсюда.

Идея захватить гостиницу прочно засела в голове Алисы. Приведя номер в порядок и спустившись к себе, она уставилась на плакат с изображением Вадима. Вроде бы всё просто. Сделать гулем директора или одного из собственников, желательно иностранца. Диктовать условия. Получить власть. Всё.

Но внутри всё сжималось от странного страха. Как будто что-то могло пойти не так. Продление жизни в обмен на лояльность — казалось бы, честная сделка. Вот только отказаться от неё смертный не сможет. Это был акт насилия, пусть и замаскированный под дар.

В конце концов, она решила посоветоваться с Николаем. Шериф, выслушав её сомнения, долго молчал, его лицо было невозмутимо.

— Превращай в гуля первую. Ту, что боится стареть, — вынес он вердикт. — Но не раскрывай ей Маскарад. Посмотрим, как подействует на неё кровь — могут быть сюрпризы. Пока что вторых уз крови хватит, я думаю.

И вот Алиса стоит с двумя кружками кофе в дверях кабинета Елены Евгеньевны. Её магическое чутьё подсказывает, что у директрисы есть свободный час. Час — это так мало и так много одновременно.

Елена Евгеньевна приветствует её недоумённой, но вежливой улыбкой. Алиса бормочет что-то невнятное о необходимости поговорить и протягивает кружку.

— Это особый сорт. Недавно передали из Африки. Вам понравится, обещаю.

— Но... Я обычно не пью. Не люблю кофе, — женщина морщится.

«Чудо разбивается о реальную жизнь, — с досадой думает Алиса. — Как будто есть вампиры, князь, древние войны, а в этом параллельном мире эта женщина со своими привычками просто недосягаема».

Но нет. Не для того она стала Вентру, чтобы терпеть подобное. Она будет решать.

— Пожалуйста, попробуйте. Ради меня, — её голос звучит мягко, но в нём слышится стальная воля. Дисциплина Очарования окутывает слова невидимой паутиной.

— Ну, если только ради вас... — в глазах Елены Евгеньевны отражается внезапная пустота, безволие. Зачарованная, она подносит кружку к губам, и Алисе становится даже неловко за то, что она собирается сделать.

Впрочем, на губах Елены играет улыбка сразу после первого глотка. Не откладывая чашки, она выпивает всё до дна.

— Это действительно необычайно хороший сорт! Где вы его взяли? И так бодрит, чувствую себя превосходно!

— Это подарок, — уклончиво отвечает Алиса.

Дело сделано. Она ещё несколько минут поддерживает разговор о пустяках и уходит, оставляя директрису в приподнятом, почти эйфорическом настроении.

Наступила вторая ночь. Елена Евгеньевна сама вызвала Алису к себе. Её взгляд сиял.

— А знаете, я ведь и не знала, что в гостинице работает настолько ценный сотрудник! Вы только по ночам, и днём Вас не видно. Прямо как...

— Вампир, — с лёгкой усмешкой закончила фразу Алиса. Она тоже держала в руках кружку и придирчиво разглядывала своё «творение». Кровь уже оказывала регенерирующее действие — мелкие морщинки вокруг глаз Елены разгладились, кожа выглядит более упругой.

А что, князь знает её имя. Нет, конечно, она не собиралась раскрывать Маскарад так открыто. Но подготовить почву лучше заранее.

— Ах, если бы... Вечная молодость, вечная жизнь... — мечтательно вздохнула Елена.

«Не совсем... — мысленно поправила её Алиса. Самому старому вампиру, чей возраст она знала, было около восьмисот лет. Восемьсот — этого достаточно, чтобы не говорить о вечности от слова «вообще»».

— И правда. Ну что же, моя прекрасная Гелла, даже не рассмотрите вариант, чтобы поработать днем? — поддразнила ее начальница.

— Увы. Я действительно ночной житель, — с лёгкой театральной грустью пожала плечами Алиса. — Но, надеюсь, это не помешает нашему плодотворному сотрудничеству.

В следубщем месяйце она заметила, что её зарплатная карта пополнилась на сумму значительно больше обычной. «Премия лучшему работнику — хе-х», — усмехнулась про себя неонатка. Но это всё равно были гроши даже по меркам мира смертных, а в мире сородичей ей требовались серьёзные средства.

Вампирше нужно было откуда-то брать деньги. И гостиница «Виктория», тихо и незаметно переходящая под её контроль, казалась идеальным первым шагом на этом пути.