Глава 45. Выбор
Эндрю стоял перед Кристаллом, и казалось, прошла целая вечность. Он смотрел на пульсирующий свет, слушал гул, который проникал в самую душу, и боролся с самим собой. Часть его, рациональная и напуганная, кричала: «Беги! Это безумие! Этот человек — сумасшедший!». Но другая часть, та, что годами копила обиду, боль и унижение, шептала: «Это твой шанс. Единственный. Шанс все изменить».
Он вспомнил лицо отца, искаженное пьяной яростью. Вспомнил смешки одноклассников за спиной. Вспомнил бледное, измученное лицо матери, и свое собственное чувство бессилия перед ее болезнью. И он понял, что боится не Кристалла. Он боится вернуться в свою прежнюю жизнь, где он был никем.
Эндрю медленно повернулся к Адаму. В его глазах больше не было страха, только холодная, отчаянная решимость.
— «Я готов», — сказал он, и его голос, хоть и тихий, прозвучал в гулкой пещере на удивление твердо.
Адам молча кивнул. Он ожидал этого, но все равно почувствовал укол уважения к парню. Сделать такой шаг, стоя на краю пропасти, требовало немалого мужества.
— «Хорошо», — сказал Адам, подходя ближе. Он не улыбался. Момент был слишком серьезным для шуток. — «Но прежде чем ты это сделаешь, ты должен понять одну вещь. Это не волшебная палочка, которая решит все твои проблемы. Это оружие. И как любое оружие, оно может обернуться против тебя, если ты не будешь осторожен».
Он встал между Эндрю и Кристаллом, заслоняя его от манящего света.
— «Когда ты прикоснешься к нему, твой мир изменится. Ты почувствуешь силу, которую не мог себе представить. Ты сможешь двигать предметы взглядом, летать, создавать силовые поля. Ты станешь... другим. Сильнее, быстрее, выносливее. Но эта сила будет напрямую связана с твоими эмоциями».
Адам посмотрел парню прямо в глаза.
— «Когда ты будешь злиться, твоя сила будет разрушительной. Когда испугаешься — хаотичной. Ты сможешь случайно убить человека, просто потому что он тебя разозлил. Ты должен научиться контролировать не телекинез. Ты должен научиться контролировать себя. Каждую мысль, каждую эмоцию. Это будет твоя главная битва. Понимаешь?»
Эндрю молча слушал, его лицо было серьезным.
— «Да», — наконец ответил он.
— «И второе», — продолжил Адам. — «Это должно остаться в тайне. Абсолютной. Никто не должен знать о твоих способностях. Ни твои друзья, ни твоя семья. Никто. Мир не готов к такому. Люди боятся того, чего не понимают. Они будут охотиться на тебя, изучать, пытаться использовать. Ты станешь либо подопытным кроликом в лаборатории, либо оружием в руках правительства. Твоя жизнь превратится в ад. Поэтому ты должен стать невидимкой. Призраком».
Адам сделал паузу, давая Эндрю осознать всю тяжесть этих слов.
— «Я научу тебя всему: контролю, скрытности, тактике. Я помогу тебе решить твои проблемы. Но я требую взамен одного — полного доверия и беспрекословного подчинения, пока ты не научишься стоять на ногах. Ты готов к этому? Готов отказаться от своей прежней жизни ради новой, полной опасностей и ответственности?»
Он задавал эти вопросы не для того, чтобы напугать. Он хотел, чтобы Эндрю сделал осознанный выбор. Чтобы он понимал, на что подписывается.
— «Моя прежняя жизнь...» — горько усмехнулся Эндрю. — «У меня нет жизни, от которой стоило бы отказываться. Да. Я готов».
— «Тогда приготовься», — сказал Адам. — «Сейчас будет больно».
Он отошел в сторону, открывая путь к Кристаллу.
— «Не нужно делать это резко. Просто подойди. Положи руку. И не сопротивляйся. Позволь энергии пройти сквозь тебя. Твое тело само адаптируется. Главное — держи разум чистым. Не думай о мести, не думай об обидах. Думай о пустоте».
Адам встал чуть позади, готовый вмешаться, если что-то пойдет не так. Он видел, как Эндрю сделал глубокий вдох. Парень поднял свою дрожащую руку и медленно, с благоговением и страхом, потянулся к сияющей, гудящей поверхности.
Он знал, что в следующую секунду жизнь этого подростка изменится навсегда. И он, Адам, взял на себя ответственность за то, какой будет эта новая жизнь. Он не мог допустить, чтобы история повторилась. На этот раз у Эндрю будет наставник.
Пальцы Эндрю коснулись Кристалла.