Повелитель Тайн (джен)

«Тетрадь семьи Антигон находится в квартире напротив похитителей!»

Хотя совпадение было слишком уж странным, Клейн верил, что интуиция его не подвела.

Он тут же вскочил с кровати и быстро снял старую одежду, в которой обычно спал. Клейн схватил лежавшую рядом белую рубашку, накинул её и поспешно начал застёгивать пуговицы сверху вниз.

«Одна, две, три…» — вдруг он понял, что одной пуговицы словно «не хватает». Левая и правая стороны, похоже, не сошлись.

Присмотревшись повнимательнее, Клейн понял, что с самого начала застегнул рубашку не на ту пуговицу, и из-за этого она перекосилась.

Он беспомощно покачал головой, глубоко вдохнул и медленно выдохнул, используя немного приёмов когитации, чтобы восстановить спокойствие.

Надев белую рубашку и чёрные брюки, он кое-как закрепил подмышечную кобуру. Затем вытащил револьвер, который прятал под мягкой подушкой, и вложил его в кобуру.

У него не было времени завязывать галстук-бабочку, поэтому он накинул костюм и направился к двери со шляпой в одной руке и тростью в другой. Надев полуцилиндр, Клейн осторожно повернул ручку и вышел в коридор.

Он тихо закрыл за собой деревянную дверь собственной спальни и прокрался вниз, будто вор. В гостиной Клейн воспользовался перьевой ручкой и бумагой, чтобы оставить брату и сестре записку: он забыл сказать, что на работе появилось дело и сегодня ему нужно прийти пораньше.

За дверью дома Клейн почувствовал дуновение прохладного утреннего ветерка, который помог ему успокоиться.

Улица перед ним была тёмной, тихой и безлюдной. Только газовые лампы освещали пустынные тротуары.

Клейн достал карманные часы, щёлкнул крышкой и увидел, что было ровно шесть утра. Багровый лунный свет ещё не совсем поблёк, но над горизонтом уже занималось зарево восхода.

Он как раз собирался найти частного извозчика, когда увидел приближающийся к нему двуконный четырёхколёсный экипаж.

«Общественные экипажи ходят в такую рань?» — озадаченно подумал Клейн, шагнул вперёд и замахал рукой.

— Доброе утро, сэр. — Кучер умело осадил лошадей.

Кондуктор рядом с ним прикрыл рот рукой и зевнул.

— На улицу Заутлэнд. — Клейн вытащил из кармана два пенни и четыре полпенни.

— Четыре пенни, — тут же ответил кондуктор.

Заплатив за проезд, Клейн уселся в пустую карету. В предрассветной темноте она казалась особенно холодной и безлюдной.

— Вы первый, — с улыбкой сказал кучер.

Две лошади зашагали вперёд довольно бодро.

— Честно говоря, я не думал, что общественные экипажи ходят так рано утром. — Клейн сел поближе к кучеру и завёл пустой разговор, чтобы отвлечься и хоть немного унять внутреннее напряжение.

Кучер сказал с горькой иронией:

— С шести утра до девяти вечера, а зарабатываю я всего один фунт в неделю.

— Без перерывов? — в замешательстве спросил Клейн.

— Раз в неделю мы отдыхаем по очереди, — тяжёлым тоном сказал кучер.

Кондуктор рядом с ним добавил:

— Мы работаем с шести до одиннадцати утра. Потом обедаем и отдыхаем днём. А ближе к ужину, в шесть вечера, сменяем коллег… Но даже если отдых не нужен нам, он необходим двум лошадям.

Кучер фыркнул с издёвкой:

— Раньше ничего подобного не было. Но однажды случилась авария, которой не должно было произойти. Из-за усталости кучер потерял управление экипажем, и тот опрокинулся. Поэтому у нас и появились смены… Иначе эти кровопийцы никогда не стали бы такими добрыми!

В свете рассвета экипаж поехал в сторону улицы Заутлэнд и по пути подобрал всего семь-восемь пассажиров.

Немного расслабившись, Клейн замолчал. Он закрыл глаза и начал вспоминать вчерашние события, стараясь убедиться, что ничего при этом не упустил.

К тому времени, когда небо посветлело, а солнце окончательно взошло, карета наконец прибыла на улицу Заутлэнд.

Клейн левой рукой придержал полуцилиндр и быстро спрыгнул с кареты.

Он быстро вошёл в дом 36 на улице Заутлэнд и, поднявшись по лестнице, оказался перед Охранной компанией «Терновник».

Дверь всё ещё была закрыта.

Клейн вынул связку ключей, нашёл соответствующий латунный ключ, вставил его в замочную скважину и провернул.

Дверь медленно открылась. Внутри он увидел черноволосого и зеленоглазого Леонарда Митчелла, который вдыхал запах недавно вошедшей в моду сигареты.

— Честно говоря, я предпочитаю сигары… Ты, похоже, куда-то спешишь? — расслабленно спросил похожий на поэта Ночной Страж.

— Где капитан? — вместо ответа спросил Клейн.

Леонард указал на перегородку.

— У себя в кабинете. Он Потусторонний, продвинувшийся из «Бессонного», поэтому днём ему нужно отдыхать всего два часа. Думаю, владельцам заводов и банкирам такое зелье понравилось бы больше всего.

Клейн кивнул и быстро прошёл через перегородку. Он увидел, что Данн Смит открыл дверь в свой кабинет и замер у входа.

— Что случилось? — В чёрном тренче, с инкрустированной золотом тростью в руке, он выглядел спокойным и серьёзным.

— У меня возникло то самое чувство дежавю. Должно быть, это тетрадь семьи Антигон. — Клейн изо всех сил старался говорить понятно и логично.

— Где это было? — Лицо Данна Смита заметно не изменилось.

Однако интуиция Клейна подсказывала ему, что капитан, хоть и незримо, но явно дрогнул. Возможно, это была вспышка его духовности или изменение эмоций.

— Там, где мы с Леонардом вчера спасли заложника. Напротив комнаты похитителей. Тогда я ничего не заметил, пока мне не приснился сон и я не получил откровение, — рассказал всю правду Клейн.

— Похоже, я упустил огромную заслугу, — усмехнулся Леонард, подошедший к перегородке.

Данн слегка кивнул и серьёзно распорядился:

— Отправь Кенли дежурить в оружейной вместо Старого Нила. Старый Нил и Фрай идут с нами.

Леонард отбросил всякую легкомысленность и сразу же сообщил об этом Кенли и Фраю, которые находились в комнате отдыха Ночных Стражей. Один из них был Бессонным, а другой — Сборщиком трупов.

Спустя пять минут двухколёсная карета Ночных Стражей понеслась по ещё малолюдным утренним улицам.

На Леонарде были шляпа с пером, рубашка и жилет. Он временно исполнял роль кучера и время от времени щёлкал кнутом.

В карете Клейн и Старый Нил сидели с одной стороны, а напротив них были Данн Смит и Фрай.

Кожа Сборщика трупов была очень белой, будто он давно не видел солнца или страдал серьёзным малокровием. На вид ему было за тридцать: чёрные волосы, голубые глаза, высокая переносица, очень тонкие губы. Он выглядел холодным и мрачным. От этого Потустороннего, часто работавшего с трупами, исходил слабый специфический запах.

— Ещё раз подробно опиши ситуацию. — Данн поправил воротник своего чёрного тренча.

Клейн погладил спрятанный в рукаве цитрин и начал рассказывать с того момента, как они приняли поручение, до самого сна. Рядом с ним Старый Нил усмехнулся.

— Похоже, твоя судьба переплетена с тетрадью семьи Антигон. Не ожидал, что ты встретишь её таким образом.

«Именно. Но не слишком ли это для простого совпадения?! К счастью, Леонард только что упомянул, что предварительный допрос по делу о похищении Эллиотта не выявил никаких признаков тайных организаций или мистических сил. Это обычное преступление, совершённое ради денег. Иначе я действительно заподозрил бы, что кто-то сознательно всё это подстроил…» — Клейну тоже было странно.

Это было слишком даже для случайности!

Данн не высказал своих мыслей и, казалось, погрузился в глубокую задумчивость. Сборщик трупов Фрай тоже хранил молчание.

Тишина нарушилась лишь тогда, когда карета остановилась у здания, о котором говорил Клейн.

— Пойдём. Клейн, ты и Старый Нил идёте сзади. Будьте осторожны. Очень осторожны. — Данн выбрался из кареты, достал странный револьвер с заметно удлинённым и утолщённым стволом, а потом сунул его в правый карман.

— Хорошо. — Клейн не осмелился идти впереди.

После того как Леонард нашёл кого-то присмотреть за каретой, пять Потусторонних вошли в здание и, ступая как можно тише, поднялись на третий этаж.

— Это тут? — Леонард указал на квартиру напротив похитителей.

Клейн дважды постучал по межбровью и активировал духовное зрение.

В этом состоянии его духовное восприятие снова усилилось. Дверь показалась ему знакомой, будто когда-то он уже входил внутрь.

— Да, — утвердительно кивнул он.

Старый Нил также активировал духовное зрение и, внимательно присмотревшись, сказал:

— Внутри никого нет, и нет никакого магического духовного свечения.

Сборщик трупов Фрай добавил своим хриплым голосом:

— Здесь нет злых духов.

Фрай мог видеть множество духовных тел, включая злых духов и неупокоенных призраков, даже не активируя духовное зрение.

Леонард сделал шаг вперёд и, как вчера, выбил дверной замок.

На этот раз раскрошилось не только дерево вокруг замка: сам замок тоже вылетел наружу и с шумом упал на пол.

Клейн ощутил, как мгновенно исчезла невидимая печать. Сразу после этого он уловил резкое зловоние.

— Труп, гниющий труп, — холодно сказал Фрай.

На нём не было ни малейших признаков тошноты.

Данн протянул правую руку в чёрной перчатке и медленно открыл дверь. Первым, что они увидели, был камин. Для начала июля в комнате стояла просто ненормальная духота.

Перед камином стояло кресло-качалка. В нём сидела старуха в чёрно-белой одежде с низко опущенной головой.

Её тело выглядело неестественно большим. Черновато-зелёная кожа вздулась и лоснилась так, словно от малейшего прикосновения могла лопнуть и извергнуть наружу мерзкий запах гнили. Личинки и прочие паразиты копошились в плоти и гниющих соках, в складках одежды. В духовном зрении они казались точками света, словно жались к уже погасшей тьме.

Па! Па!

Глазные яблоки старухи упали на пол и несколько раз перекатились, оставив после себя желтовато-коричневую полосу.

К горлу Клейна подступила тошнота. Больше не в силах терпеть это гнилостное зловоние, он согнулся, и его вырвало.