Повелитель Тайн (джен)

Это ощущение было ему знакомо. Опытный Клейн тут же воспользовался силами Клоуна, чтобы взять под контроль выражение лица и лёгкую дрожь тела.

Не торопясь, он мягко отвёл взгляд, из-за чего прежний случайный взгляд выглядел совершенно обычным.

— Ах, Талим был так молод. Он даже не успел обзавестись женой и детьми, — посетовал Клейн.

Он сказал это потому, что так у него появлялось правдоподобное объяснение едва заметной реакции на женщину, возложившую цветы: увидев женщину, как-то связанную с Талимом, он опечалился, связал её с браком и семьёй, а затем вспомнил, что друг ушёл из жизни так рано.

— Да, вообще-то в его возрасте ему следовало жениться ещё четыре или пять лет назад. К сожалению, история с его дедом оставила у него чрезвычайно сильную психологическую травму. Он всегда отвергал брак и только недавно начал меняться, — вздохнул репортёр Майк.

В этот момент внешне обычному Клейну казалось, будто в его спину впивается пучок шипов, медленно прокалывая кожу и плоть и заставляя его чувствовать сильнейшее напряжение.

Девушка в чёрном платье, с сапфировым кольцом на мизинце левой руки, выпрямилась и спокойно огляделась. Затем в сопровождении двух служанок она тихо покинула могилу Талима, молча уходя всё дальше и дальше.

Фух… Клейн тайно выдохнул с облегчением.

Колющее ощущение в спине быстро обратилось в холодный пот.

«Кто она такая и почему пришла возложить цветы на могилу? Возлюбленная Талима? Но как Талим, у которого не было ни богатства, ни власти, ни статуса, ни силы, мог быть связан с такой ужасающей фигурой, причастной к Запечатанному Артефакту класса 0 или к уровню полубога? Это ведь не роман! К тому же именно она, скорее всего, и прокляла Талима… Дело уходит слишком глубоко…» Клейн молча слушал, как Майк и Аллен вспоминают прошлое Талима.

Его мысли быстро разошлись в разные стороны. Самым непонятным в этом деле было то, что смерть Талима — обычного человека без денег, власти, статуса и силы — оказалась связана с Запечатанным Артефактом класса 0 или могущественной фигурой того же уровня. Это было просто немыслимо!

«Но это не единственный случай. Рядом со мной уже происходило нечто похожее…» Клейн внезапно кое-что вспомнил и посмотрел на хирурга Аллена.

«В доме этого обычного человека вполне может скрываться Змей Меркурия Последовательности 1!»

Следуя этой мысли, Клейн вспомнил почти пять месяцев, проведённых здесь после переселения, и с потрясением обнаружил, что, сам того не замечая, успел связаться со множеством полубогов и ужасающих Запечатанных Артефактов.

«Женщина, убившая Талима; Змей Меркурия Уилл Осептин; Богохульник Амон; загадочная женщина из Королевского музея; Потусторонний высокой Последовательности из Школы Мысли Розы; 0-08; 1-42; Инс Зангвилл; Мутировавшая Священная Эмблема Солнца; тетрадь семьи Антигон; мистер Азик Эггерс, предположительно потомок Смерти; мистер Дверь; Сумеречный Орден Отшельников…» Каждое имя мелькало в голове Клейна, и от каждого ему хотелось втянуть холодный воздух.

Он успокоил сердце и осторожно подумал: «Сюда ещё не входят Истинный Творец и Вечное Палящее Солнце, которые стоят высоко над ними… Строго говоря, меня тоже можно считать частью этого ряда. В конце концов, я явился из тёмного гадания и являюсь странной душой из иного мира, контролирующей загадочный Серый Туман… Может, это ещё один „гребень эпохи“ после Розеля? Поэтому все полубоги и ужасающие Запечатанные Артефакты появляются в реальной жизни…»

Пока эти мысли мелькали у Клейна в голове, убитые горем репортёр Майк и хирург Аллен попрощались. Затем он неспешно покинул кладбище.

Стоило ему начать оглядываться в поисках наёмного экипажа, как из укромного места выехала знакомая карета и остановилась перед ним.

Хотя герб на чёрной карете был искусно скрыт, Клейн всё равно смог узнать в ней карету принца Эдессака.

Дверца кареты бесшумно открылась, и из неё вышел старый дворецкий с тщательно причёсанными волосами. Он вежливо сделал приглашающий жест.

— Его Высочество ждёт вас.

— Хорошо. — Клейн вовсе не чувствовал себя виноватым и вошёл в просторную тёплую карету.

Принц Эдессак был одет в тёмно-синий сюртук с большим воротником и убранством из множества золотых перевязей на груди, из-за чего выглядел необычайно благородным.

Он потёр бриллиантовую булавку для воротника, а в его длинных узких глазах появилась тень вздоха.

— Я ограничен даже в участии в похоронах друга. Не мог появиться лично и мог только наблюдать издалека, отправив кого-то возложить цветы за меня. Такова несвобода королевской семьи.

— Если бы дед Талима не потерял аристократический титул, вам не пришлось бы ничего избегать. — Клейн последовал жесту принца Эдессака и сел напротив него.

Эдессак поднял бокал кроваво-красного вина и сказал:

— Эх, изначально я планировал найти возможность помочь отцу Талима восстановить аристократический титул, но, к сожалению…

Не углубляясь в эту тему, он спросил:

— Шерлок, вы получили посылку?

— Да. — Клейн отвечал только на заданные вопросы и не давал никаких дополнительных описаний.

Эдессак слегка кивнул.

— Есть продвижение?

— Я провёл несколько гаданий, используя волосы, кровь, плоть и личные вещи Талима, но все они привели к выводу, что он умер от внезапной болезни сердца. — Клейн говорил ровным бесстрастным тоном, намекая: «моя Последовательность недостаточно высока», «мой уровень ограничен», «хотя я хорош в гадании, другая сторона сильнее» и «я уверен, что не смогу выяснить правду».

Эдессак выглядел разочарованным и вздохнул.

— Как вы планируете продолжить расследование?

— Начну с людей, с которыми Талим встречался за несколько дней до смерти, и мест, где он бывал, — по плану ответил Клейн.

Эдессак посмотрел на старого дворецкого.

— Там наверняка не обойдётся без угроз на допросах или взяток. Хм… Выдайте Шерлоку 100 фунтов на расходы расследования.

— Да, Ваше Высочество. — Старый дворецкий достал заранее приготовленную пачку банкнот.

«Сразу сто фунтов?» Клейн снова ощутил щедрость принца Эдессака.

— Я сделаю всё, что в моих силах. — Он взял сто фунтов наличными и, не пересчитывая подробно, убрал их в карман.

— Надеюсь, мы сможем упокоить душу Талима. — Принц Эдессак сжал правую руку в кулак и постучал по левой стороне груди.

Он повернул голову к окну и посмотрел на кладбище Короны, находившееся неподалёку.

«У него всё же есть некоторая привязанность к Талиму…» Клейн вздохнул, прежде чем старый дворецкий вывел его к экипажу.

* * *

Район Императрицы, роскошная вилла графа Холла.

Одри посмотрела на преподавательницу психологии, чьи длинные волосы доходили до талии, и с наигранной осторожностью оглядела комнату.

Затем она сразу понизила голос и сказала:

— Учительница Эскаланте, я недавно побывала на новом собрании Потусторонних. Там предлагали высокую цену за характеристику Тени с человеческой кожей и формулу зелья Благословлённого ветром. Э-э, разные люди. Скорее всего, это предметы средних Последовательностей, верно? Звучит очень интересно. Ах да, заинтересуетесь ли вы этим?

Эскаланте опешила. Подумав несколько секунд, она сказала:

— Я поспрашиваю, когда вернусь.

— Хорошо, — живо ответила Одри, словно ею двигало лишь любопытство к таким сделкам средних Последовательностей.

Эскаланте вернула внимание к уроку и серьёзным тоном сказала:

— Мисс Одри, хотя вы уже Потусторонняя Последовательности 8, вы ещё не получили формального мистического образования. Вы всё ещё недостаточно понимаете техники и способы применения способностей Зрителя и Телепата, а также фундаментальные теории. Начиная с сегодняшнего дня, я буду вести вас к тому, чтобы вы стали настоящей Потусторонней.

— Я только этого и желаю, — искренне отозвалась Одри.

Огромный золотистый ретривер Сьюзи, сидевшая у её ног, радостно завиляла хвостом, словно радуясь за свою хозяйку.

* * *

Решив не работать, Клейн на экипаже вернулся на Минск-стрит, 15.

Открыв дверь своего дома, он уже собирался снять с себя шляпу, но вдруг замер.

Его духовная интуиция подсказала, что в гостиную входил незнакомец. Кто-то проник в его комнату!

«Это… Следы почти не скрывали… Это считается предупреждением? Предупреждение лучше, чем его отсутствие…» Клейн долго молча стоял в прихожей.

Сразу после этого он развернулся и отправился на наёмном экипаже к Собору Святого Пара.

Над собором высоко вздымались дымовая труба и часовая башня: первая воплощала силу пара, а вторая, благодаря висящим на ней изящным часам, воплощала красоту машин.

Это был не выходной, не полдень и не вечер, поэтому в зале было лишь несколько верующих, тихо молившихся.

Клейн сел возле прохода, прислонил трость, снял шляпу и десять минут притворялся, что молится перед Священной Эмблемой.

Затем он собрал свои вещи и пошёл по проходу к алтарю. Он обратился к епископу, стоявшему неподалеку:

— Я хочу исповедаться.

— Хорошо, Бог смотрит на вас. — Епископ с добрым лицом и поседевшими висками подошёл к исповедальне сбоку.

Клейн последовал за ним и закрыл дверь.

Он сел на стул и сказал епископу через деревянную перегородку:

— Я каюсь, ибо отрёкся от своих принципов. Когда настал час опасности, я не осмелился идти дальше и, испугавшись, предпочёл отступить.

— О чём вы тогда думали? — мягко спросил епископ.

Клейн сразу подробно описал смерть Талима, свои подозрения, напоминание Сердцу Машины, поручение принца Эдессака и то, как после безрезультатных гаданий он искренне предпочёл отступить перед лицом борьбы внутри королевской семьи.

Причина, по которой он не пошёл прямо к Карлсону, заключалась в страхе, что за ним следит не только преступник, но и люди принца Эдессака, скрытые в тени. Стоило ему ясно показать свои намерения, и он не мог быть уверен, что не столкнётся с ещё одной катастрофой.

Собор Святого Пара был штабом Церкви Бога Пара и Машин и одним из трёх Великих Святых Соборов. Никто не мог следить за тем, что происходило внутри.

Клейн собирался воспользоваться Церковью Бога Пара, чтобы передать свои истинные мысли и избежать втягивания в более глубокий конфликт.

Проще говоря, он собирался подчиниться тому, чего хотело его сердце.

Епископ спокойно выслушал и, не меняя тона, ответил:

— Ваш выбор проистекает из человеческого инстинкта. Бог не станет вас винить.

— Возвращайтесь. Бог защитит вас.

«Это хорошо…» Клейн понял намёк и тихо покинул Собор Святого Пара.

Встав на улице и взглянув в затянутое туманом небо, он тихо вздохнул.

«Мне нужно как можно скорее продвинуться.»