Повелитель Тайн (джен)

В одно мгновение Клейн переключился в непостижимое состояние «Шута, взирающего на всё сверху». Он кивнул и сказал:

— Неплохо.

Перед ним река забурлила, а белые слова зашевелились, изменились и снова приняли форму.

«Далее следует процесс исследования, записанный вашим верным слугой Арродесом. Вы можете в любой момент ускорить или пропустить отдельные сцены».

Эта фраза застыла на две секунды, затем сцена резко приблизилась. Клейн мгновенно оказался рядом с Икансером Бернардом, но никто его не заметил.

Он огляделся и почувствовал, будто его окружают живые люди и правдоподобные сцены. Ничто вокруг не казалось нереальным, и у него возникло ощущение личного присутствия.

«Я даже могу ускорять или пропускать сцены… Изначальная форма этого зеркала, Арродес, — семейный кинотеатр виртуальной реальности…» Клейн не удержался от мысленной подколки.

Он ещё раз оглядел членов Сердца Машины и увидел, что их возглавляет старик в белом священническом облачении и шапочке духовенства. Его лицо было необычайно добрым, а выражение — спокойным и мягким.

— Ваша Светлость, все готовы, — Икансер подошёл к старцу и с поклоном сказал.

«Архиепископ… Это архиепископ Баклундской епархии Церкви Бога Пара и Машин, полубог Горамик Гайдн? Сердце Машины действительно осторожно и не проявляет небрежности…

Кто знает, может, они даже принесли с собой Запечатанный Артефакт класса 1 и заранее провели гадание. В конце концов, они контролируют путь Соглядатая Тайн. К счастью, я уже в основном подтвердил, что способность Серого Тумана к защите от гадания или вмешательству в гадание похожа на Карту Богохульства: результат получается как можно более обычным и наименее подозрительным. Иначе некоторые вещи могли бы раскрыться…

Впрочем, есть определённая вероятность, что появится моя встреча с мисс Шэррон, потому что для меня это не вредно. Всё зависит от того, скажется ли на попытке Сердца Машины присущий Призраку инстинкт мешать гаданию. Подождите, Сердце Машины, скорее всего, полагалось на Арродеса, а судя по нынешнему и прошлому поведению зеркала, вовсе не исключено, что оно из желания мне угодить добавит мозаику…» Клейна осенило.

В этот момент Горамик Гайдн начертил на груди треугольную Священную Эмблему.

— Начинайте операцию. Бог защитит нас.

Почти десять Потусторонних направились вниз, и Клейн последовал за ними. Он совсем не стал «ускорять».

Ему всегда было любопытно, как сражаются Потусторонние низких и средних Последовательностей из Сердца Машины, и он хотел воспользоваться возможностью, чтобы увидеть это.

Кроме того, его сильно волновало, как полубог действительно действует в бою, а также какие тайны скрыты в гробнице семьи Амон.

Пережившая течение одной-двух тысяч лет, чёрная мраморная лестница всё ещё сохраняла прежнюю твёрдость и не имела следов разрушения. Члены Сердца Машины спустились по ней под землю и увидели характерные для Четвёртой эпохи асимметричные каменные колонны и узоры, словно вырубленные ножами и топорами.

Колонны стояли по обе стороны широкой дороги, а впереди находилась большая, тяжёлая, тёмно-серая двойная каменная дверь.

Каменная дверь уже была приоткрыта, причём настолько широко, что двое могли пройти рядом. Внутри царила полная темнота.

Члены Сердца Машины не спешили входить. Они тщательно обыскали окрестности с фонарями, но ничего ценного не нашли.

— Согласно плану, первая группа начинает предварительную зачистку. — С одобрения архиепископа Икансер прижал шляпу, сдавив пушистые волосы.

«Зачистку?» Стоявший рядом Клейн задумался над этим словом.

Пока он недоумевал, двое самых крепких и широкоплечих мужчин из Сердца Машины сняли со спин по длинному чёрному ящику и открыли их.

В одном длинном ящике находился прочный, тяжёлый, железно-чёрный предмет в форме пушки. Его поверхность покрывали густые причудливые узоры. В другом лежало сложное и изысканное огнестрельное оружие с лентой бледно-золотых пуль.

Один из двух членов отряда взвалил предмет в форме пушки и тяжело зашагал к открытой каменной двери.

Другой член Сердца Машины взял необычное ружьё, закрепил ленту с пулями и пошёл чуть позади.

Они переглянулись — и предмет в форме пушки на плече первого вспыхнул, очертив горящие узоры и отпечатки.

Бум!

Золотой огненный шар, подобный миниатюрному солнцу, вылетел из «пушечного ствола» в темноту.

Ба-бах!

Земля слегка дрогнула, и из щели вырвался яркий свет.

Тело члена Сердца Машины, державшего «пушечный ствол», явно чуть просело, а ноги задрожали.

Бум! Бум! Бум!

Он снова и снова использовал потустороннее оружие, запуская один золотой «снаряд» за другим в разные точки. Гробница качалась, но ни пылинки не упало.

Когда он остановился, член отряда с необычным ружьём шагнул вперёд и нажал на спуск.

Та! Та! Та! Та! Та!

Звук пулемётной очереди разнёсся эхом, и одна бледно-золотая пуля за другой вылетала вперёд, очищая опасность в глубине тьмы.

«…Разве это не тот эффект обстрела, о котором я всегда мечтал? И они ведь используют расходники Потусторонних — очищающие пули и экзорцистские снаряды… Как расточительно! Это и есть боевой стиль Сердца Машины?» Клейн смотрел на это во все глаза, слегка приоткрыв рот.

После серии жестоких обстрелов Икансер, перекрывая грохочущее эхо, громко сказал:

— Вторая группа, последующая зачистка.

«Ещё есть…» Клейн немного онемел от происходящего.

Вторая группа тоже состояла из двух членов отряда, и они использовали свитки из разных видов кожи.

Они прочитали упрощённые заклинания, активировали свитки и бросили их внутрь.

Сооружение за каменной дверью внезапно окутал мягкий и чистый свет. Капли золотого святого дождя застучали вниз, «очищая» всё в этой области.

Глядя на это, Клейн вдруг нашёл происходящее немного нелепым.

«Погодите, разве вы пришли не для археологических исследований? Разве вы не профессиональные „археологи“? Вы не боитесь, что от таких методов зачистки гробница рухнет?»

Пока эти мысли мелькали в голове, вторая группа закончила и выкрикнула Икансеру:

— Диакон, как и ожидалось, целостность структуры не нарушена.

Они явно были подготовлены.

— Хорошо, продолжайте вперёд. — Икансер отдал приказ.

Клейн шёл посередине, прошёл через каменную дверь и увидел на земле пятна грязи и обломки. Невозможно было понять, какие монстры когда-то здесь действовали и какие функции выполняли установленные здесь механизмы.

«После таких процедур „зачистки“, если заранее не увернуться, ни один Потусторонний ниже высокой Последовательности этого не выдержит…» Клейн снова глубже понял, что такое эстетика насилия и что значит действовать просто, грубо и не считаясь ни с какими доводами.

Дальше прежние сцены повторялись снова и снова. Члены Сердца Машины плавно продвигались вперёд, исследуя одну область за другой и время от времени подбирая начинавшие складываться Потусторонние характеристики.

— Нет фресок… — увидев впереди главную погребальную камеру, архиепископ Церкви Бога Пара и Машин Горамик Гайдн остановился и озадаченно пробормотал.

Клейн, которого можно было считать наполовину историком, был озадачен не меньше.

Вообще говоря, могила члена благородной семьи так или иначе выражала его положение и почёт при жизни.

А когда могила превращалась в гробницу или даже мавзолей и имела достаточно пространства, фресками очень часто описывали жизнь её владельца. В ещё более древние и тёмные эпохи это было не редкостью, а самым распространённым способом: ведь первым, чему научились люди, были рисунки, а не письменность.

Поэтому отсутствие подобных фресок в гробнице благородной семьи Четвёртой эпохи действительно было немного странным.

Услышав вопрос архиепископа, Икансер немедленно приказал людям разделиться на группы по двое и обыскать окрестности в поисках следов фресок.

Наблюдавший со стороны Клейн не удержался от желания немного «перемотать вперёд» и сразу увидеть результат.

В этот момент он заметил, что двое членов Сердца Машины в левом углу внезапно превратились в троих!

Один из них выглядел точь-в-точь как Икансер Бернард: пушистые волосы высоко подпирали шляпу.

«Это…» Клейн сперва опешил, а потом сделал предположение.

Стоило ему подумать об этом, как «Икансер» подошёл к ближайшему члену отряда.

— Есть находки? — Он откашлялся и понизил голос.

Член Сердца Машины настороженно обернулся и сразу же расслабился, увидев, что это был диакон.

— Нет… — Не успел он договорить, как стоявший перед ним «Икансер» внезапно превратился в кусок человеческой кожи и обернул его тело.

Бледная человеческая кожа плотно обвила его, а на её поверхности начали проступать очертания его лица. В процессе не было ни лишних звуков, ни вызванных этим ненормальных движений.

Вдруг из-под человеческой кожи пробились лучи света, словно восход солнца!

Человеческая кожа тут же стала полупрозрачной и быстро взмыла вверх, будто её сжигали.

Чёрный хлыст немедленно хлестнул по её телу, и движения явно замедлились.

В такой битве медлительность была «первородным грехом». Одно потустороннее оружие за другим, горящие свитки и бледно-золотые пули обрушились на человеческую кожу.

После яркой вспышки света посыпался бесчисленный пепел.

Каждая крупинка слабо мерцала и медленно «боролась», пытаясь собраться воедино.

«Это действительно Тень с человеческой кожей…» Клейн перевёл внимание на члена Сердца Машины, которого только что атаковали.

Мужчина оттянул воротник и вытащил защитный амулет. На нём было множество символов и магических меток, связанных с солнцем.

— К счастью, архиепископ велел нам надеть эти вещи! — держа фонарь, искренне похвалил он.

Только теперь Клейн понял, что его булавка для воротника несла ощущение ночного покоя, кольцо — ярость бури, а пояс излучал ощущение физической силы…

«Хотя не всё это мистические предметы, большая часть относится к амулетам и потустороннему оружию. Даже если их эффект быстро ослабнет, они всё равно стоят немало! Не будь они Ремесленниками или богатыми Потусторонними, собрать столько было бы невозможно… Это и есть боевой стиль Сердца Машины? Сжигание денег…» Клейн внезапно ощутил удар по самооценке и долго приходил в себя.

В этот момент характеристика Тени с человеческой кожей собралась и обрела форму. Она была похожа на огромный алмаз с бесчисленными гранями, отражавшими свет, и каждая грань отражала иное лицо.

Лица теснились одно к другому, слой за слоем, вызывая головокружение.

«Мне не хватает только её…» Клейн был вне себя от радости.

Разобравшись с добычей, Сердце Машины продолжило искать фрески, но не нашло никаких следов.

Им ничего не оставалось, кроме как снова собраться и направиться к проходу, ведущему в главную погребальную камеру.