Воспитанник Тёмных Лордов (джен)

Гарольд, даже не потрудившись переодеться, уселся на кровать. «Так, что мы имеем? Том сказал, что шум ему невыгоден, значит, это были не Упивающиеся. Тогда...». Мысль прервал стук в дверь. Гарольд удивился, он, конечно, знал, что Геллерт мгновенно узнает, что в его мэноре кто-то объявился, также как и о сработавшем портале, но не думал, что он придёт к нему.

— Привет, что-то случилось?

— Это я как раз хочу узнать у тебя. Я полагал, что ты не появишься здесь до следующего лета.

— А почему до лета? А Йольские каникулы?

Геллерт пожал плечами. — Так у вас турнир будет. Полагаю, что подавляющее большинство решит остаться в школе. Так почему ты решил вернуться?

— Ну... — Гарольд немного смутился. Только что желание быть дома, а не у Уизли казалось ему таким естественным... Но объяснить это Геллерту почему-то было трудно. — Просто там эти люди...

Геллерт иронично посмотрел на него. — Очень содержательно.

Гарольд вздохнул. — Просто мне захотелось домой. Или ты против? — Вопрос, понятное дело, был риторическим.

Геллерт махнул рукой. — Не против, конечно. Ты хоть предупредил тех, у кого гостил? А то было бы забавно завтра прочесть в английской газете о потере их обожаемого избранного.

— Предупредил. Кстати, я им всем сказал о тебе, потому что Бэгмен решил, что я имею какое-то отношение к чёрной метке.

Геллерт удобно устроился на стуле, закинув ногу на ногу. — Так, давай по порядку. Всем — это насколько всем? И что там с чёрной меткой? Ты, я так понимаю, имеешь в виду вассальную метку Тома?

— Да, её. В общем, ночью после чемпионата... — Гарольд описал то, что произошло. В середине рассказа к ним присоеденился Том. Он очень злился, услышав, что кто-то решил притвориться его сторонниками. И пояснил личность того невидимки, который, скорее всего, и запустил метку. Оказалось, это был Барти Крауч, но не тот, который какой-то там начальник, а его сын. Он, оказывается, не умер, а двенадцать лет жил под Империо отца, и вот недавно смог его сбросить, но пока должен был притворятся, что это не так. Хотя, судя по всему, с задачей он справлялся из рук вон плохо.

В общем, тем для обсуждения было много, и разговор они закончили как раз к завтраку. В столовой обнаружились Антон, Беллатриса Лейстрейндж и её супруг со своим братом. А также Люциус и Регулус, аккуратно посматривающие на данную кампанию.

Никого, кроме первого и последнего, Гарольд увидеть не ожидал, но не особо удивился. Выбрав место рядом с Антоном, он поинтересовался у Люциуса: — Как Драко?

— Нормально, а что?

— Не знаю. — Гарольд пожал плечами. — Мне показалось уместным спросить.

— Ясно. Ну, тогда мне кажется будет уместным вас друг другу представить. Гарольд, это Белла, это Робастан, это Рудольфус, Белла, Рудольфус, Робастан, это Гарольд. — После слов Антона Регулус немного отодвинулся от Беллы, с которой сидел рядом.

Белла же с интересом посмотрела на Гарольда. — А что, красивый. Ты чей будешь?

— Я?

— Ну не я же. — Она улыбнулась ему улыбкой больше напоминающей оскал.

— Я свой собственный.

Белла рассмеялась. Регулус отодвинулся ещё дальше. — Свой собственный — это, несомненно, прекрасно! Ну а родственники у тебя кто? — Она немного подалась вперёд.

Гарольду её поведение казалось откровенно странным. — Геллерт. А у тебя?

— А ты разве не знаешь? Мои родственники — это Блэки. — Она опять рассмеялась. Гарольд решил, что она стала немного того после Азкабана.

— Я знаю, но нужно же как-то поддерживать беседу. Кстати, — Гарольд внезапно вспомнил о рассказе Тома об аресте Барти Крауча-младшего, он тогда как раз был вместе с Беллатрисой. — А ты правда пытала Лонгботтомов из-за Тома?

Беллатриса посмотрела на него с удивлением и с каким-то разочарованием. Она вздохнула, из её облика пропало безумие. — Я что, теперь настолько нестрашная, что даже ребёнка-пятикурсника напугать не в состоянии? — спросила она с нотками обиды.

— Нет, ты очень страшная. — Тихо заметил Регулус.

Но Белла его услышала и, поддавшись почти вплотную к нему, радостно взвизгнула: — Правда?! — Регулус отпрянул от неё. Она удовлетворённо кивнула. — Значит, правда.

Том усмехнулся. — Белла, дело не в том, насколько ты страшная, а в том, что вот у него, — Том махнул рукой в сторону Гарольда. — Отсутствует чувство самосохранения. Он у нас дружит с василисками, преступниками, беглыми узниками, оборотнями и всей остальной шушерой разом.

— Неправда. Я дружу только с одним оборотнем и василиском.

Глаза Беллы загорелись. — Правда дружишь с василиском? Вот прям с живым василиском? Вот прям дружишь?

Люциус вздохнул. — Да, я ещё помню, как он мне заявил, что "Сахершис добрый и людей не ест". Кстати, я в это до сих пор не особо верю.

Гарольд вздохнул. — Ну, со мной он добрый, а в последние столетие людей действительно не ел, ну а что там было до этого, я как-то не интересовался.

Белла решительно заявила: — Так, рассказывай мне всё о своих приключениях. Сейчас же.

Гарольд послушался. Обрести ещё одну подругу в лице Беллатрисы он был не против.

Регулус, так и оставшийся сидеть рядом, услышав о Сириусе, вздохнул. — Вот бы его увидеть. Он, наверное, уже совсем взрослый...

Гарольд задумался. — Да, не считая внешности, не очень.

Регулус чуть удивлённо на него посмотрел. — Да?

— Да. Он это дементорами объяснил.

Белла задумчиво кивнула. — Да, время в Азкабане, как ни странно, как будто застыло. Ощущение, что я даже моложе, чем была перед ним. — Она вновь обратилась к Гарольду. — Так что, говоришь, мой нерадивый кузен наконец взялся за ум?

Беллатриса оказалась действительно интересной собеседницей, и Гарольд хорошо сдружился с ней за неделю, оставшуюся до учёбы.

Пока ехали до Хогвартса, успели ещё раз поспорить о том, кто будет чемпионом от каждой школы, и в принципе об итоге турнира. Драко по-прежнему придерживался мнения, что победителем будет Крам, такого же мнения придерживалась Джинни, Рон считал, что это будет кто-то от Хогвартса, а Гермиона приписывала в победители кого-нибудь из Шармбатона.

Войдя наконец в Большой зал, Гарольд, желая узнать, кто будет вести в этом году ЗОТИ, посмотрел на преподавательский стол. Но никого нового не наблюдалось.

— А где новый преподаватель защиты от Тёмных искусств? — поинтересовалась Лайза, тоже смотревшая на профессоров.

Ещё ни один преподаватель защиты от Тёмных искусств не продержался у них больше года. Сначала был Квирелл, он оказался сторонником Тома, потом был профессор Кострил, на смену ему ненадолго пришёл Локхарт, потом Кострил вновь вернулся к преподаванию, а в прошлом году его заменил Римус. Но и он в конце года подал в отставку. По состоянию здоровья. Слишком долго подавлять сущность оборотня было чревато не самыми приятными последствиями, но дать ему свободу в школе, полной детей, понятное дело, было нельзя.

— Может, они не сумели никого найти? — заинтересованно спросила Лайза, она вообще любила всякие сплетни.

— Не думаю. — Энтони Голдстейн покачал головой.

Но вот началось распределение, нового преподавателя так и не появилось. Распределение закончилось, закончился пир, его по-прежнему не было.

— Итак, — заговорил, улыбаясь, Дамблдор. — Теперь, когда мы все наелись и напились, я должен ещё раз попросить вашего внимания, чтобы сделать несколько объявлений. Мистер Филч, наш завхоз, просил меня поставить вас в известность, что список предметов, запрещённых в стенах замка, в этом году расширен и теперь включает в себя Визжащие игрушки йо-йо, Клыкастые фрисби и Безостановочно-расшибальные бумеранги. Полный список состоит из четырёхсот тридцати семи пунктов, и с ним можно ознакомиться в кабинете мистера Филча, если, конечно, кто-то пожелает.

Едва заметно усмехнувшись, Дамблдор продолжил:

— Как и всегда, мне хотелось бы напомнить, что Запретный лес является для студентов запретной территорией, равно как и деревня Хогсмид — её не разрешается посещать тем, кто младше третьего курса. Также для меня является неприятной обязанностью сообщить вам, что межфакультетского чемпионата по квиддичу в этом году не будет.

— Что? — разнеслось по залу. Но многие не выглядели удивлёнными, видимо, были в курсе турнира.

— Это связано с событиями, которые должны начаться в октябре и продолжиться весь учебный год — они потребуют от преподавателей всего их времени и энергии, но уверен, что вам это доставит истинное наслаждение. С большим удовольствием объявляю, что в этом году в Хогвартсе…

Но как раз в этот момент грянул оглушительный громовой раскат, и двери Большого зала с грохотом распахнулись.

На пороге стоял человек, опирающийся на длинный посох и закутанный в чёрный дорожный плащ. Все головы в зале повернулись к незнакомцу. Глухое клацанье отдавалось по всему залу при каждом его шаге. Незнакомец, в котором многие по, честно говоря, весьма неприятным чертам лица и голубому вращающемуся глазу узнали Аластора Грюма по прозвищу "Грозный глаз", приблизился к профессорскому подиуму и прохромал к Дамблдору и протянул ему руку, так же, как и лицо, исполосованную шрамами. Директор пожал её, негромко сказав при этом несколько слов, которые Гарольд не расслышал. Похоже, он что-то спросил у Грюма, тот покачал головой и тоже вполголоса что-то ответил. Дамблдор кивнул и жестом пригласил его на свободное место по правую руку от себя.

Аластор Грюм, видимо, и бывший новым преподавателем ЗОТИ, сел и принялся за еду. Его нормальный глаз был устремлён на пищу, но голубой без устали крутился в глазнице, озирая зал и студентов.

— Позвольте представить вам нашего нового преподавателя защиты от Тёмных искусств, — жизнерадостно объявил Дамблдор в наступившей тишине. — Профессор Грюм.

Дамблдор вновь прокашлялся.

— Как я и говорил, — он улыбнулся множеству студенческих лиц, все взоры которых были обращены к Грозному Глазу Грюму, — в ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно волнующее мероприятие, какого ещё не было в этом веке. С громадным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трёх Волшебников. Я думаю, некоторые из вас не имеют представления о том, что это за Турнир, а те, кто знают, надеюсь, простят меня за разъяснения и пока могут занять своё внимание чем-нибудь другим.

Гарольд так и поступил, приняв участие в споре Рейвенкловцев о том, кто будет чемпионом Хогвартса. Историю турнира в принципе он и так знал, а о подробностях этого было ещё полмесяца назад сообщено в газетах.