Хранительница Аватара (гет)

— Скукотища… — протянула Тоф, валяясь на полу.

Жизнь в городе ей совсем не нравилась. Она сразу уверенно заявила, что через пару дней всех начнет тошнить от стен и кучи людей. Сначала друзья не поверили, но вскоре это и правда случилось. Слишком много народу даже в Верхнем кольце давило на глаза. Да, здесь было красиво, много воспитанных вельмож, которые напыщенно ходили по саду и посмеивались над заумными речами или с серьезным лицом обсуждали экономику всего города.

Ребята тоже, бывало, гуляли по садам, ходили в разительно отличающиеся от других колец магазины, называемые бутиками. Вещи там были много лучше и по дизайну, и по составу тканей. Но и цена их естественно была выше обычной, для бедных колец. Катара с Тоф уже несколько раз гуляли, Аанг с Соккой все разрабатывали стратегию, как навестить Царя Земли быстрее, чем через месяц.

Их провожатая — Джу Ди — сообщила в первый же день неприятнейшую новость — аудиенция у Царя состоится через шесть или и того хуже восемь недель. Прошло уже две, и ничего за это время не поменялось. А ведь сообщить об ужасе войны было просто необходимо в кратчайшие сроки, рассказать стратегию, обо всем, что узнали ребята в библиотеке Ван Ши Тонга. Но их даже и слушать не желали, когда они разводили речь о народе Огня или войне. Как после оказалось, разговоры об этом в Ба Синг Се строго пресекались элитным отрядом Царя — Дай Ли. Именно поэтому о ситуации во всем мире в самом защищенном городе ничего не знали, и бывало искренне удивлялись, если дети спрашивали. И везде их сопровождала эта дамочка Джу Ди.

Сосед из дома напротив команды Аватара предупредил, что никому здесь нельзя доверять. Особенно Дай Ли и этим провожатым. Но избавиться от пристальной слежки было очень трудно. Дети маялись эти дни в тревоге и скуке, уже не зная, чем себя занять. Они уже успели попробовать все, даже побывали в других кольцах, когда искали Аппу или хотя бы тех, кто мог о нем знать. Ничего. Они не нашли ровным счетом ничего.

— Сейчас нам бы пригодился оскал и настойчивость Кохи, — устало сказал Сокка.

Катара тут же стукнула брата по голове. Мало того, что Аппа был потерян, и его следов найти не удавалось, так еще и сестра Аанга не находилась. Мальчишка грустил, это было заметно. А грустил сильно, чуть ли не до того, что иногда не хотел ничего делать. Все-таки самый близкий его человек сейчас был не с ним, а с какими-то неизвестными ему людьми.

Конечно, Аанг был и рад за сестру. Ведь он прекрасно понимал, что сейчас она явно была более счастливой, чем в их команде. Возможно, она и не думала о нем. Хотя нет, Коха не на столько могла отвлечься, она явно скучала по своему братишке, как и он по ней. Но тоска была смертная без нее. И, как бы эгоистично это не звучало, пару раз Аанг был так сердит, что кинул несколько фраз, что Хранительница обязана быть рядом с Аватаром. Тогда мальчик получал укоризненные взгляды друзей и остывал, начиная винить себя в таких поганых мыслях.

— Пригодился бы, — прижимая ноги к груди, сказал Аанг. — Но пока есть возможность, пусть живет жизнь, которую хочет.

— Аанг… — выдохнула Катара. Она не знала, как поддержать друга, но искренне этого желала.

— В первую очередь будем думать, как ускорить встречу с Царем. Это наша основная задача, — мальчик поднялся с места. — Пойду подышу воздухом, может чего еще узнаю.

Мальчик вышел за дверь. За месяц было много неприятных событий. Эта библиотека, переправа через Змеиный перевал, потеря Аппы и Кохи. Он уже не знал, чего хочет больше. Или знал. Запереться в доме, где-то в храме и жить спокойно, ни о чем не думая. Ни о долге Аватара, ни о войне. Ни о чем. Жить как самый обычный мальчишка. Аанг только-только начал осознавать, какого же было его сестре. Ведь ей в голову вбивали долг почти каждый раз, чуть не до промывки мозгов, как казалось. В отличие от него, она не сама ко всему пришла, а ее заставляли сразу. Аанг же успел провести хорошее детство, и сейчас ему хотелось вернуться в него как никогда.

Очередная тропинка вывела к зелёному лабиринту. Аанг уже бывал здесь и успел выучить пару путей. Мальчишка пошел по уже знакомому, чтобы найти вдруг новый. Свернув куда-то направо, он вышел к фонтану. Там стояло два человека — высокий мужчина в зеленых богатых одежда стоял лицом к Аангу, а вот женщина напротив показалась очень знакомой, хотя стояла спиной. Из-под шляпки выглянули серые волосы, да и рост подходил. Аанг даже не понял, когда успел рвануть с места, в слезах подбегая к людям.

— Коха! Кохара! — кричал он, и женщина обернулась.

И тут Аанг застыл. Она подходила ростом, волосами, даже в куче ткани дурацкого платья была на нее похожа, но лицо вовсе не сестринское. Слишком взрослое, а глаза зеленые.

— Мальчик, с тобой все хорошо? Тебя кто-то обидел? — со скрипом в голосе спросила женщина, не успев заметить стрелу на голове.

— Нет… Нет, извините за беспокойство, — отпрянул Аанг и тут же быстро сбежал от фонтана подальше, убегая по тропинке.

Теперь он не видел, где был, не помнил дорожку. Но ничего, ему то магу Воздуха не страшно здесь потеряться. Мальчик вышел на еще одно место этого лабиринта — полянку с кучей розовых и фиолетовых цветов, по кругу клумбы расположились скамейки, но все пустовали. Сегодня был будний день, так что и по парку народ особо не ходил.

Аанг сел на лавочку и всхлипнул. Нет, он больше не мог держаться. Она была всю жизнь с ним, они никогда не расставались надолго. Максимум на дня три, но не несколько недель. Мысли о том, что Кохара могла не думать о нем, пугали. Аанг закрыл лицо руками, прижав колени к груди. Плечи затряслись, эмоции уже не могли сидеть взаперти так долго. Он любил своих друзей, был им благодарен за поддержку и за то, что не бросали его. Но самых близких рядом не было. Аанг расплакался, больше не сдерживаясь. Когда-то Гиацо говорил им с Кохой, чтобы они не копили слезы, а выплескивали их.

Сейчас здесь, в этом саду, на этой лавочке, был не Аватар. Сидел самый обычный двенадцатилетний мальчик, которого заставляли спасать мир, но который хотел простых объятий своих родных.

* * *

Поднос с грохотом упал на пол. Чашки с горячим чаем разлетелись в стороны, одна разбилась в дребезги, хотя стенки ей делали прочные. Посетители сразу встрепенулись, обернувшись к стойке, где варили чай. В их глазах читалось беспокойство. С кухни выбежал Айро, быстро подходя к официантке и поддерживая ее за локти. Он пытался заглянуть в бегающие глаза, но они не обращали на него внимания. По щекам потекли слезы, девушка тупила в пол. Руки сами собой опустились, когда внезапно тело содрогнулось в печали. Как будто кто-то подселил в душу скорбь.

Кохара стояла неподвижно, она не кричала, не плакала. Она даже не поняла, что произошло. На просьбы Айро сказать хоть что-то ему не следовало ответов. Кажется, мужчина подозвал племянника, чтобы тот вывел девушку за пределы чайной. Хозяин разрешил тут же взять ей отгул. Коха не поняла, как перешагнула порог, не слышала и вопросов Зуко о ее состоянии. Она даже не обратила внимания, как беспорядочно бегали его золотые глаза по бесцветному лицу. Девушка очнулась лишь когда принц взял ее за щеки.

— Ну что с тобой? Эй, ответь мне, что случилось? — просил он, даже умолял, испугавшись.

Кохара внезапно подняла голову, глядя на Зуко, который успел уже облегчённо выдохнуть. Хотя бы реагировала. Он только хотел расслабиться, как девушка залилась рыданиями. Она не смогла их сдержать. Ее связь с Аангом была сильной, а если кто-то переживал сильное потрясение или не выдерживал, то чувствовали это оба.

— Я просто ужасная сестра! — ревела она, закрыв лицо руками и мотая головой.

Зуко начал паниковать, не зная, как действовать. Парень заглянул в чайную, откуда к нему уже бежал дядя. Он нес успокоительный напиток, который и дал лисице. Девушка еле открыла рот от трясущихся губ, чтобы его выпить. Руки дрожали, как и все тело, чашка тряслась, а напиток был готов пролиться. Зуко взял его сам и помог, на что Коха тихо прошептала "спасибо". Помогло, но не до конца.

— Отведи ее домой, потом вернешься, — вышел хозяин заведения.

Зуко кивнул и начал помогать девушке встать. Ноги были ватными, коленки подкашивались, и Кохара начинала падать. Парень решительно подхватил ее на руки, понимая, что по-другому он ее до дома не доведет. Идти все равно было не так много. Айро проводил их взглядом, вернувшись к работе. Посетители встревоженно расспрашивали, что же случилось, на что мужчина коротко ответил о возможной усталости.

Зуко прижал лисицу к себе, а она чуть ли не съежилась на его руках. Хотелось спрятаться, свернуться в клубок и никуда не выходить, не вылезать. А лучше вообще найти брата и лечь с ним в обнимку, как с игрушкой, и больше не отпускать. Соскучилась, волновалась, переживала. У Кохи был весь спектр чувств, который принадлежал ее брату.

— Ему плохо, — прошептала девушка, закрывая глаза.

— Он с друзьями, — спокойно ответил Зуко, начиная подниматься по лестнице.

— Я нужна ему, — сипло продолжила Коха.

Зуко открыл дверь их квартирки, захлопнув ее за собой. Он усадил девушку на кушетку, налил воды и дал выпить. Сейчас она хотя бы могла держать кружку сама. Парень присел на корточки, сцепив пальцы в замок, он смотрел в помутневшие серые глаза, которые явно его не видели. Кохара качнула головой, как будто вот-вот упадет, но удержалась. Зуко встал и нашел платок в одном из шкафов, поднес его к лицу девушки и попытался аккуратно вытереть слезы. Парень вздохнул; в таком состоянии Хранительница перед ним еще не представала. Да еще и так внезапно. Он сел рядом, желая убедиться, что лисица придет в себя хотя бы немного.

— Он там, наверное, пытается донести до Царя информацию. Вдруг у него проблемы.

— Думаешь, он не справится? — шепотом спросил Зуко, не пытаясь узнать, что именно должны были донести до Царя. Сейчас ему было почти все равно на это.

— А если его поймали? Где-то держат, а я сижу здесь просто потому, что я так хочу! — всплеснула она руками, встав с места. Девушка заходила кругами. — А если он попал в тюрьму? Или они вообще не добрались до города?

— Коха, — позвал Зуко, но лисица не обращала внимания.

— Если они плыли на пароме, вдруг он потонул?

— Коха!

— Хотя нет, они вроде переправились, — вспомнила девушка. — А может на них напали разбойники!

— Кохара! — Зуко не выдержал ее паники и хождения.

Парень встал и резко дернул девушку за плечи. Шок подействовал, и она успокоилась. Только лицо вновь перекосило, и губы задрожали. Зуко вздохнул, нерешительно приобняв ее за плечи, чуть ближе притягивая к себе. Ему показалось, что это уже точно могло ей помочь утихомирить эмоции. Когда-то давно он бы и думать не мог о подобном своем действии или жалости к Хранительнице. Но сейчас у него все перевернулось.

— Он Аватар, а ты не его нянька.

— Но я ужасная сестра, — всхлипнула Коха.

— Ты… прекрасная сестра, — не позавидовать их любви другу к другу парень не мог, но сдержал все внутри себя, приобняв девушку крепче. — Если ты хочешь уйти…

— Не хочу, — перебила его она. — Правда, не хочу. Я дала себе обещание, что вернусь, как только мы случайно встретимся, — Кохара медленно отстранилась из объятий Зуко, но желание остаться в них дольше пылало сильно.

Она боялась того, во что превращались их отношения за все это время. Парень уделял ей внимание не совсем, как она привыкла. Да и Коха сама не всегда сдерживалась, бывало, потакая его действиям. А ведь Айро предупреждал не играть… да и была ли от нее игра? Шанс она себе дала слишком быстро, еще и на бывшего врага.

— Я должен идти, — положив по-дружески руку ей на плечо, сказал Зуко, видя неуверенность лисицы. Ему было неприятно, когда она пыталась казаться отстранённой, но он терпел. — Отдыхай, — и парень вышел из дома.

Кохара продолжила стоять в центре кухни, а через полминуты сорвалась к окну. Зуко только вышел и уже почти отошел от территории. Парень даже со спины выглядел понуро. Девушка поджала губы, почувствовав укол совести, ведь даже "спасибо" толком не сказала. А ведь он ее проводил, успокоил. Собственная неуверенность рушила ее изнутри. Хранительница вдруг захотела его окликнуть, но струсила. А Зуко, как будто почувствовал взгляд, обернулся, помахав рукой. Вот теперь он посветлел, и уже бодро вернулся на работу.

Коха осталась стоять, пустым взглядом уставившись вниз. Настроение встало нейтрально, но все равно в душе возникала дыра. Казалось, время остановилось, воздух пропал окончательно. Она не слышала ни уличных звуков, ни севших и щебечущих на крыше птиц, ни стука своего сердца. Она как будто перестала дышать, в голове был лишь один вопрос: можно ли?

Лисица не так давно, на днях, послушала слова Айро о перемене поведения и ее и его племянника. Мужчина как-то обмолвился, что он только рад, но Коха в тот момент не сразу поняла, о чем шла речь. А после Айро даже слишком серьезно напомнил, что играть нельзя, особенно с таким огнем. Старик тогда, замечая глупое хлопанье глазами, просто взял девушку нежно за щеки, и попросил разобраться в самой себе, напомнив, что обязательно ей поможет.

— Кохара! Ох, лиса, чего творишь-то? — сказал он как-то. ­- Я ведь тебе уже говорил.

Коха тепло улыбнулась и без утайки честно ответила.

— Мне… с ним комфортно, — сложила она руки за спиной и отвернулась в смущении. — Но пока я боюсь.

Айро смотрел на нее пристально, ожидая совсем другого ответа, ведь он уже его узнал сам. А девушка пока металась в своем решение для самой себя.

— Ну-у! — Надулась она. — Представляете хоть, как неловко с Вами это обсуждать?

Айро рассмеялся, потрепав ее по голове. Он сказал, что был рад видеть, как оба его дорогих человека сближались и менялись. В какой момент Коха стала ему дорога, она не поняла и сама.

Лисица рвано выдохнула, очнувшись от оцепенения. Сердце громко и сильно стукнуло. Показалось, что это было даже видно. Отойдя от окна, она снова села обратно на кушетку. Слишком много впечатлений и переживаний было на этих днях, которые насыщались еще и дурацкими случаями. Волны эмоций накрывались сильнее с каждым днем, а сегодня от связи с Аангом, видимо, выкатились все.

Катара, Сокка и Тоф — ее любимые друзья, которых она не видела очень давно. Аанг, за которого она переживала, и сильно по нему скучала. Она очень хотела вернуться туда, где провела много времени, где была атмосфера более привычная. Но и уходить отсюда не было желания.

Кохара прекрасно понимала, что Айро, и, в особенности, Зуко, стали для нее почти второй родней, частичкой души. И отделять ее даже представлять было больно. Девушка так прониклась к принцу, что ей теперь разлука с ним, собственное равнодушие к нему, чтобы сдержаться, казалось невозможным. Таким же неприятным и больным, как если бы тоже она проявила к брату, а может и больнее.

— Ох, что же мне делать? — спросила она вслух, уткнувшись в колени.

Будь рядом с ней Гиацо, она бы точно все рассказала, разобралась. Конечно, Айро был по мудрости его чуть ли не точной копией, но не могла же она говорить с ним о его же племяннике! А сказать что-то самому Зуко просто было бы ужасно, если ее чувства все-таки неверны.

Возможно, ей мог помочь Аанг, но ведь он был так неизвестно далеко. А его поддержки, Коха поняла только сейчас, не хватало очень сильно. Мальчик, пусть и казался ребенком, часто мыслил, как взрослый. Пусть в некоторых делах он и сам подтормаживал, все же обсудить это хотя бы с кем-то очень хотелось. Кохара вытянулась на кушетке, решив прикрыть глаза, а то заболела голова. Она надеялась, что после короткого сна мысли восстановятся, придут в порядок, и она поймет, что же с ней происходит. Плечи немного порозовели, вспомнив теплые руки, а за ними покраснели и щеки. Девушка обняла подушку, почти уткнувшись в нее носом. Если все вызвано только всплеском эмоций, который связан с эмоциями Аанга, то скоро все должно пройти.

* * *

Приближалась ночь. Солнце медленно садилось, бросая последние лучи на стены города. Яркий оранжевый свет проник в окно, падая прямо на глаза. Девушка поморщилась, сон был так прекрасен, прерывать его было крайне неохота. Но луч света был очень настырным, отчего пришлось закрыть лицо подушкой.

Подул легкий ветерок, взвив занавески. Внутрь успел залететь маленький голубь, проворковав и быстро вылетев обратно. Кохара нерешительно открыла глаза, глянув на нарушителя спокойствия. Особо сконцентрироваться на пробуждении не вышло. Резкая режущая боль пронеслась по лбу, уходя в затылок. Через пару секунд она стала просто тупой, но от этого не менее неприятной. Уснуть на закате было большой ошибкой.

Морщась от боли, из-за чего та становилась сильнее, Коха еле встала, медленным шагом подходя к шкафчику на стене. Где-то она готовила обезболивающий отвар. Достав баночку со странной тёмной жидкостью и не прочитав название от помутнения в глазах, Коха просто понюхала лекарство и, вроде как убедившись, что оно то самое, разбавила водой и выпила залпом, содрогнувшись от горечи. Немного постояв с закрытыми глазами, лиса все же полностью пришла в себя.

Вновь подул ветерок, принеся с собой вечернюю свежесть, так приятно обнявшую девушку. Она решила выйти прогуляться, чтобы окончательно избавиться от головной боли и расставить по полочкам всё, что накопилось.

А город всё еще жил свой мирной жизнью. На улице, где жили три мага, никогда не было происшествий, так что можно было не опасаться здесь при прогулках вечером. Навстречу шли соседи, с которыми девушка мило поздоровалась. Они немного обсудили вечернюю погоду. Женщина соседка в конце удивилась, чего же сегодня Кохара не на работе, а после услышанного всплеснула руками, предлагая свою помощь в любое время. Она захлопотала над лисицей, пытаясь уговорить ее вернуться в дом, но муж ее постарался утихомирить, заметив, что в помощи молодая и не нуждалась.

Коха ушла дальше прогулочным шагом. Приятное закатное время подходило к концу, но в дом еще не хотелось возвращаться. Лавочки стали потихоньку закрываться, товар медленно кочевал внутрь помещений. Работали лишь овощные ларьки для тех, кто бежал домой с работы очень поздно. Всё почти разобрали, но и хороший товар остался. Кохара увидела лимоны и апельсины. Захотелось пирога из цитруса по рецепту Гиацо. Она прекрасно помнила, и почти все ингредиенты были в наличии, а вот самих цитрусов нет. Повезло, что пара монеток от чаевых завалялась в кармане накидки, этого хватило на пару лимонов и целых три апельсина. Можно сделать аж два пирога, если сильно понравится.

Стали зажигаться бумажные фонарики на окнах. Люди возвращались домой, собираясь на ужин. Кохара только сейчас спохватилась, что ничего не удосужилась приготовить сытного, хотя ей повезло побыть дома. Значит сварганит что-то по-быстрому. Выходили фонарщики, чтобы дать улицам в темноте хоть немного больше света от железных столбов. Конечно, с днем нельзя было сравнивать, но хотя бы дорога не пропадала с виду.

Кохара рассматривала закрывшиеся на ставни магазины. Стояла приятная вечерняя тишина с тихими шагами ремесленников, смехом из домов. Семьи жили вполне счастливо, и люди были прекрасные из тех, кто встретился за время проживания здесь. Кажется, по этой улице уже все друг друга знали, здороваясь. Тем более узнавали ремесленников и работников. Кохара была в том же числе, успевая останавливаться и перекинуться парой слов со швейным мастером или мастером ковки.

По началу она хотела пройтись совсем недалеко, только подышать. Но вышло совсем не так. Она прошла уже по знакомой дороге, ведущей к чайной. Решив, что вполне поборола приступ нервозности по брату и в целом ее голова могла здраво мыслить, Кохара с улыбкой направилась туда.

Но чем ближе лисица подходила, тем тревожнее ей становилось. Стали слышны грохот и вскрики, лязг металла резал уши. Девушка чуть не выронила мешок с фруктами, бегом направляясь к чайной. Она надеялась, что с Айро и Зуко все было в порядке, и это просто ее подводил слух, и рядом с чайной ничего не было. Только она быстро поняла, что надежда не оправдалась, и лязги были как раз у заведения.

Кохара столкнулась с толпой людей, окруживших маленькую площадь с колодцем перед чайной. Все стояли встревоженные, глядя на происходивший поединок безумца и простого работника.

— Ты, наверное, хочешь, чтобы он помог тебе своей магией? — рычал знакомый слащавый голос, и снова послышался звук стука металла о металл.

Кохара в панике стала просачиваться сквозь толпу, толкая всех и чуть ли на царапая.

— Ой, Кохара! Ты же приболела! — сказал один из постояльцев.

— Детка, не гоже тебе смотреть на это, — попробовал ее остановить один из пожилых посетителей, но лисица с рыком глянула на него, от чего старик отпрянул.

Хранительница все же смогла пробраться ко входу в чайную, где был весь обзор. Девушка ужаснулась, глядя, что Зуко притеснял этот одержимый. Конечно, ведь принц успел немного растерять навык в путешествии, он оставался сильным, но, как оказалось, на него нашелся тот, кто по силе немного превосходил. Будь Зуко в форме, он бы даже не вспотел, а используй он магию Огня, бой бы даже не начался. Но парень старался сделать так, чтобы не зацепило толпу, уводил бешенного посетителя подальше от зданий, ведь они в бое успели разрушить окно.

Айро заметил пришедшую девушку и уже подбежал к ней, чтобы отправить ее обратно. Он понимал, что эта потасовка могла неприятно кончится, как минимум кучей ушибов и кровоточащих ран. Но Кохара резко всунула старику мешок с фруктами и рывком сбежала на кухню чайной в поисках чего-то, чем можно противостоять когтистым мечам Джета, пока было не поздно. В отличие от палашей Зуко, резавших напрямую, оружие Джета могло зацепить противника глубоко, не разрезая, а прямо отдирая ткани кожи.

Сердце бешено стучало из-за возникшего беспокойства и страха. Лиса судорожно искала острый предмет, которым бы смогла сама защититься, ведь не известно, как Джет отреагирует и на нее в таком состоянии. Смеллерби была права, он совсем вышел из себя, пытаясь доказать то, чего сам не видел точно. Не найдя ничего толкового, Кохара схватила увесистую чугунную сковородку, выбегая из помещения и уже собираясь окликнуть парней, как она тут же застыла, как вкопанная. Столько ярости она испытывала лишь к генералу Фонгу, когда тот заставил брата войти в состояние Аватара. А сейчас она была готова перекусить глотку Джету.

— Что, без магии Огня ты не такой сильный, да? — грозно наступал Джет.

Откинутый в край условного круга Зуко вставал еле как, ткань правого плеча окрасилась в багровый цвет, такие же подтеки были на левой щеке. Джет стоял недалеко, тяжело дыша, но и он выглядел не лучше — Зуко рассек ему переносицу, хоть и не до кости, а но ноге проглядывался сильный порез. Оба парня были в грязи и с рваной одеждой в нескольких местах. Опасный бой, который мог плохо кончиться для обоих, пора бы появиться хранителям порядка, но почему-то на перепалку они запаздывали.

Айро уже собирался бежать на помощь к племяннику, как возле уха яростно, как будто вой вожака стаи перед боем, раздался ледяной голос.

— Джет! — Грозно, без крика, но высоким тоном воззвала Коха, и оба парня обернулись на нее. Зуко воспользовавшись заминкой противника, стал подниматься. — Брось. Оружие, — она перехватила рукоять сковородки удобнее, готовая вот-вот рваться в бой.

Айро не смог пошевелиться, как и все в толпе. Видеть ее такой разъяренной было страшно. Кроме старика, никто и не заметил, как в темных серых глазах сузились зрачки до тоненькой полоски. Она была в гневе, от нее веяло опасным хищником, который мог разорвать своего врага в клочья. Однажды Зуко довелось видеть этот взгляд, в самом начале их стычек, поэтому от воспоминания его дернуло, и он сам не мог двигаться.

Джет схватил свой единственный меч крепче, заразившись от лисы гневом. Как будто перед ним была не девушка, а достойный соперник. Второй меч у парня был удачно вбит палашом Зуко в землю, в этом плане оба были на равных. Но тяжелые мечи управлялись сложнее легких, тонких и тем более с зацепками. Джет с ненавистью глянул на Зуко, из-за которого и разозлилась Хранительница. Парень внезапно рассмеялся.

— О, я все понял! — сказал он. — Ты собираешься его защищать? — шипел парень. — Коха, да тебя хорошо облапошили эти маги Огня! — и он снова посмотрел на готового к бою Зуко.

Правда парень стал вдруг опасаться противника еще больше. Теперь, когда на поле вышла Хранительница, ему стало совсем не по себе. Подвергать ее риску он просто не мог, но и приказать ей уйти тоже. Она бы его просто не послушала. А девушка двинулась в сторону дерущихся, не отвечая на провокации Джета. Парень рванул в ее сторону, теперь причисляя девушку к своему врагу тоже. Зуко тронулся вместе с ним, чтобы успеть ее защитить, но этого не понадобилось. Лисица сильным ударом выбила из рук Джета его меч, который улетел аж в колпак здания напротив. Джет отпрянул в сторону, но с быстротой Хранителя ему ни за что было не сравниться. Кохара четко и шустро швырнула свое чугунное оружие, попав в плечо, от чего парень совсем потерял равновесие.

— Обвинил невиновных людей, устроил дебош, орешь про войну, — перечисляла не своим голосом Хранительница. — Разрушил окно, испортил имущество. Что еще мне сказать в твой адрес, а, Джет? — Кохара направила взятый из земли дао-меч к лицу парня, но тот не переставал смотреть на нее с ненавистью, наоборот, это только сильнее его разогревало.

Толпа стала расступаться перед двумя мужчинами в зеленых одеждах. Они выглядели слабо, но аура ощущалась совсем противоположной.

— Сложите оружие, — сказал один из них, и Кохара с Зуко опустили мечи.

— Схватите их! Они из народа Огня, а эта девчонка их защищает! — прыжком поднялся с места Джет, но чуть не сел обратно из-за раненой ноги.

— Мальчик запутался, — вступил в разговор Айро. — Мы простые беженцы.

— Этот юноша разрушил мою чайную и напал на моих работников! — вступился и хозяин.

Многие из толпы стали кивать и подтверждать события и слова работников чайной. Они хвалили их и хотели, чтобы разрушитель идиллии понес положенное наказание. Двое мужчин вплотную подошли к Джету, а тот пытался сопротивляться. Но, как оказалось, маги Земли быстро скрутили его, уводя подальше под его вскрики о невиновности. Было неприятно, но никто не жалел его.

Кохара обернулась к Зуко и, опомнившись, бросила меч, подбегая к парню тут же осматривая его руку.

— Какой кошмар! — воскликнула она, притронувшись, а принц чуть не рыкнул, но сдержался, следя за ее действиями. — Надо обработать. И срочно.

— Царапина, — буркнул Зуко, но беспокойство девушки его порадовало.

— Ты мне тут храбриться будешь?! — шикнула Кохара, от чего парень аж дернулся и не сдержал стон, вырвав руку.

— Коха права, раны все надо обработать, — сказал подбежавший к ним Айро. Глаза беспорядочно бегали по племяннику, который явно неплохо пострадал.

Хозяин попросил всех разойтись, ведь жуткое представление было окончено. Толпа с возмущением и облегченными вздохами решила отправиться по домам, а не продолжать свои вечерние церемонии. Это было вполне приемлемым решением, ни у кого бы сейчас не было настроения распивать даже самый вкусный чай, особенно когда добрые работники выбились из сил из-за переживаний. Сегодняшний день вообще потряс весь чайный дом.

Хозяин махнул рукой на повернувшегося к нему Айро, мол, идите уже домой тоже, все равно толку нет сидеть здесь. Чайный дом закрылся раньше положенного, но зато все обошлось.

* * *

На плите на огне грелась вода с марлями, бинтами и нитками, в другом тазе — изогнутая игла и некоторые инструменты. Из шкафчика были вытащены баночки с различными наполнениями, а в двух были ватки — одни сухие, другие мокрыми, и от них очень резко пахло спиртом, если открыть. Но эта баночка была не нужна сейчас.

Айро не находил себе места, но его вовремя запрягли работой. Он следил за температурой воды и временем обработки марлей, пока на кушетке мучили его племянника. Хотя мучили громко сказано. Для него, может, это так и было, но Айро относился более спокойно ко всем действиям Хранительницы.

— Ай, издеваешься? — не сдержавшись, возмущенно повысил голос Зуко, когда Коха начала отводить ткань его рубахи от плеча.

— Постарайся не двигаться. Он ранил тебя глубоко, — как можно спокойнее сказала Коха, все же оголив руку. — Снимай, — и Зуко пришлось повиноваться, медленно убирая рубаху.

Спина во многих местах носила порезы или царапины от содранной при падении кожи. Уже медленно стали появляться синяки. Парень потер одно из мест ушиба и хотел посмотреть на порез, но его шлепнули по руке. Болело. И сильно. Неприятно так, как будто из тела в этом участке дергали по одной ниточке, да еще с такой силой, что каждый отрыв был сильнее другого. Но Зуко старательно терпел, даже лицо не корчил и не хватался, как в панике, за разрез. Не хотелось показать боль и страх, как и позволить девушке сейчас это все видеть.

— Царапина, царапина! — буркнула Коха, передразнивая парня. — Дурак, — о, она уже, наверное, его почти половину часа отчитывала. Мало же было лекций дяди. — Ужас какой-то! Точно зашивать. Что за поганые мечи у него, как крюк рыболовный.

Зуко вздохнул, уже просто выслушивая ее ворчание. Даже дядя молчал, лишь качая головой. Спасать племянника от ругательств возле уха не было желания. Он считал, что девушка была абсолютно права.

— Совсем плохо? — уже более ласково спросила Коха.

— Терпимо, — стараясь не выдать напряжение, сдавленно ответил Зуко. Лисица приподняла одну бровь и слегка притронулась к ране, от чего парень снова дернулся. — Нет, ты точно издеваешься! — Резко он повернулся к ней лицом.

— Сейчас хуже будет, — серьезно предупредила Коха, стараясь пропустить момент, как близко их носы были друг к другу. Зуко сжал челюсти от напряжения. — Надо промыть.

Девушка попросила Айро снять с огня воду, разбавила ее остывшей и промокнула тряпку. Аккуратным движением она протерла края разреза, избавив их от грязи и подсохшей крови.

— Зуко, — тихо позвала Коха. — У меня нет хороших уколов, да и обезболивающих сильных нет. Надо будет потерпеть, — она взяла со стола приготовленный платок и вручила парню. Он понял, что нужно сделать, и зажал плотную ткань между зубов.

— Я могу как-то помочь? — осторожно, не без беспокойства, спросил Айро.

Конечно, он, как воин, генерал своего народа, ни раз сам бывал в подобных ситуациях. Его ранили и магией, и осколками камней, впивавшихся глубоко в кожу. Видеть такое ему было не впервой, но племянника было жаль.

— Нет, — ответила Коха. — Если только инструменты подавать.

Айро тут же спохватился, ставя на стол емкость со стерилизованными инструментами. Он с жалостью посмотрел на Зуко, в глазах которого, как бы он не старался, все равно читалась паника. Мужчина положил ему руку на здоровое плечо, пытаясь хоть как-то поддержать.

Коха тщательно вымыла руки, не вытирая их. Она села на колени на кушетку, убрала волосы под косынку и попросила щипцы. Все же хорошо, что она успела их приобрести, как только заработала первые деньги.

— Я буду удалять возможные камни и ткань, — предупредила лисица. — Готов?

Зуко согласно кивнул, уже заранее сжав челюсти. У него и выбора то не было, кроме как согласиться. Парень резко сжал рукой запястье дяди, стоило Кохе только отодвинуть края и проникнуть щипцами внутрь. А когда она стала вытаскивать оттуда кусочки ткани, Зуко был готов вообще отключиться, но он мужественно терпел. Плечо пульсировало, боль иррадиировалараспространение болевых ощущений за пределы поражённого участка или органа в голову. Казалось, это будет долго, но Кохара закончила очень быстро.

— Повезло, не так много попало, — отложив щипцы, она взяла марлю и смочила ее в другом тазе с чистой водой, снова протерла края. — Мне нужен тот чайник, — указывая на глиняную посуду, которая как раз простерилизовалась, попросила девушка.

Айро медленно и аккуратно отцепил от себя руку племянника, чтобы подать нужное Хранительнице. Кухня сегодняшним вечером была окутана не той атмосферой, которая витала обычно.

Направив руку Зуко так, чтобы плечо находилось над тазом, девушка промыла рану. Парень даже не мычал, лишь морщился и сжимал зубы до скрипа. Хорошо, что был платок. Когда ранение было от всего очищено, Коха принялась накладывать шов. Аккуратно она орудовала изогнутой иглой, прося принца постараться сильно не напрягать мышцы, ведь кровь могла пойти вновь, что помешало бы процедуре. Зуко выполнял все указания. Он облегченно выдохнул, когда нить была обрезана.

Айро отошел в комнату, чтобы взять чистую рубашку для парня. Он взял плотную коричневую безрукавку с завязками у шеи, свободного кроя, чтобы было легче надеть. Айро не успел выйти из комнаты, как застыл, не желая прерывать возникшую идиллию. Мужчина глупо улыбнулся, Нырнув обратно и ожидая, когда обработка закончится.

Зуко не заметил, как стал наблюдать за каждым движением рук. Его осязание как будто усилилось в разы, когда тонкие пальцы почти невесомо касались его при перевязке, когда ее напряжённое от волнения лицо было очень близко — наклонись, и они коснутся носами. Ее ровное дыхание приятно щекотало. Ладонь от левой руки лежала под плечом, чтобы придержать, а вторая наматывала бинт.

— Не туго? — спросила она.

— Нет, — выдохнул Зуко.

Завершив все маленьким узелком, Коха встала и открыла плоскую баночку с неприятно пахнущей мазью.

— Ну вот, самое опасное и болючее сделали. Сядь боком.

— А сейчас то что? — не понял парень, но как околдованный, все равно выполнил.

— Ссадины и синяки обработаю, — вздохнула Коха.

— Это уже не так страшно, — и чего он не молчал? Ведь, наоборот, ему не хотелось это все прекращать.

— Не хочешь, не буду заботиться! Потом ходи чешись и страдай от заразы, — надулась девушка, готовая закрыть баночку, но Зуко тут же остановил ее здоровой рукой.

— Ладно, ладно. Заканчивай, — сказал как будто даже грубовато, но это мелькала усталость в голосе.

Кохара наигранно закатила глаза, притворяясь обиженной и раздраженной, это было хорошо видно. Мимолетная улыбка тронула губы Зуко, когда он повернулся спиной. Девушка обмакнула ватку в другую маленькую емкость с прозрачным раствором и, предупредив, что будет щипать, стала смазывать с ссадины, одновременно, дуя на них.

Это была привычка еще с детства Аанга. Тот довольно часто попадал в передряги, приходя весь побитый. Сестра вздыхала и рычала на непутевого братца, но садилась его лечить. И мальчик часто первое время взвизгивал, приходилось охлаждать ранки.

Спина покрылась мурашками, то ли от щипающего чувства, то ли от воздуха. Но точно от ощущения последнего, щеки предательски стали наливаться румянцем. Это было неконтролируемо, пошло само собой. Кровь стала приливать во всем теле, Зуко старался сдержать возникший огонь внутри. Он не видел Коху, да и слава Духам, ведь и она, хотя и была настроена лишь на работу, выглядела не лучше пациента.

— Развернись, — лисица отошла выкинуть скопившуюся кучку ватных шариков.

Айро, немного уставший стоять за дверьми и наблюдать в щелочку (уже и так увидел достаточно), решил, что выйти сейчас самый подходящий момент.

— Так, вот рубашка, — подал он знак, чтобы не спугнуть витавшее в воздухе приятное домашнее чувство.

— Спасибо, — взял ее Зуко.

— Подожди, пока впитается мазь, — попросила Коха, а Айро как-то хитро улыбнулся.

Мужчина почем-то вдруг хлопнул себя по голове.

— Ванная то! — воскликнул он. — Совсем забыл. Пойду подготовлю, — и сбежал в соседнюю комнату чуть ли не вприпрыжку, успев подмигнуть Зуко, который посмотрел на дядю с удивлением.

Кохара проводила мужчину с подозрением. Этот старик явно что-то задумывал, и девушка примерно понимала, что именно. Она была уже не против. Лисица взяла голову Зуко за подбородок и поднесла последнюю ватку к левой щеке. Парень дернулся, вдруг закомплексовав. Ему не хотелось, чтобы она прикасалась.

— Здесь то зачем? — мягко отвел он ее руку. — Все равно ничего уже… — не договорил принц.

— Сиди смирно и дай закончить, — прервала Коха. — Я же сказала, любая рана должна быть обработана.

Заходили желваки от того, что ее действия вызывали сразу множество чувств, противоположных друг другу. Он стеснялся, ему было самому неприятно от шрама, поэтому Зуко считал, что и у Кохи будет тоже мнение. Уродливый, противный на ощупь, так сильно выделявшийся… Зуко чуть было не погрузился в болото апатии, как его вывела снова легкая боль. Парень сморщил левую сторону, зашипев.

— А! Вот видишь, значит, что-то туда попало, — сказала Коха, аккуратно промачивая царапину.

Зуко посмотрел на нее глазами бедного котенка. Девушка поджала нижнюю губу, появился соблазн, но она немного побоялась его исполнить полноценно. Решив, что от одного действия все же ничего не будет, Кохара выкинула ватку и, с легкой улыбкой убрав отросшую челку парня, чмокнула того в лоб. Мягкие губы приятно разлили тепло. Зуко даже не шелохнулся, совсем не ожидая такого жеста.

— Ты хорошо держался, — прошептала лисица. — Молодец.

— Что ж, для быстрой ванны вода нагрелась! — внезапно вышел Айро, уж больно довольный. Хорошо, что лиса успела отпрянуть, вовремя. — Коха, ты можешь идти.

— Отлично! — оживилась девушка. — Сейчас только все приберу.

— Я займусь этим, не суетись, — посмеялся старик.

Лисица благодарно кивнула, и, быстро взяв спальный костюм и полотенце, убежала мыться. Зуко проводил ее взглядом, и стоило только белому хвосту, беспрерывно вилявшему, скрыться за дверью, парень, — как будто все это время не дышал -, сильно выдохнул, опустив голову и глядя в пол. Казалось, он просто решил подержать себя за голову, положив свой лоб на ладонь, но он никак не мог поверить в этот легкий поцелуй.

Айро с улыбкой смотрел на племянника. Его радовало, что два дурачка все же почти пришли к единому выводу. Возможно, Кохара поняла себя окончательно. Мужчина потрепал Зуко по голове, взъерошив отросшие волосы, поставил чайник, и стал убирать все медицинские штучки по местам.