Повелитель Тайн (джен)

Увидев, как Шут беззвучно усмехнулся, Одри и остальные могли лишь отвести взгляды и перестать задавать вопросы.

В ситуации, когда им давали намёки, а не прямые объяснения, никто не считал это чем-то странным. Существа уровня божеств обычно вели себя именно так, а порой даровали вовсе не намёки, а откровения.

«В глазах столь могущественной фигуры, как Мистер Шут, уже одного имени достаточно. То, что мы чего-то не понимаем, означает лишь, что нам пока не хватает знаний. Нужно усерднее разбираться и больше пробовать…» Одри всё сильнее предвкушала своё будущее Психиатра.

— …Я помню, в том полузаброшенном храме был текст, похожий на «Розу Искупления»? — наклонив голову, спросил Элджер, глядя на Солнце.

Не колеблясь ни мгновения, Деррик кивнул.

— Да. В углу фресок был текст, восходящий к джотунскому. Мы потратили немало времени, расшифровывая эти слова.

«Текст, восходящий к джотунскому…» Раньше Элджер не придавал этой детали особого значения, но теперь невольно начал выстраивать связи.

«Тот мальчик, Джек, похоже, пришёл оттуда, со стороны моря Сония… Текст, восходящий к джотунскому…» Поразмыслив, Элджер обдумал просьбу и сам вызвал строчку слов.

Те слова были на древнефейсакском, праязыке северного континента, и означали: «Роза Искупления».

Деррик внимательно всмотрелся и изумился.

— Очень похоже, только окончания слов оформлены иначе.

— Мистер Повешенный, это язык оттуда, откуда вы родом?

Говоря это, он вновь вызвал из памяти слова с фрески.

— Да, — утвердительно ответил Элджер. — Сам язык успел измениться. Тот вариант, который нашли вы, должен быть более ранним.

«В лингвистике язык такого типа, близкий к древнефейсакскому, обычно считается характерной чертой Соломоновой империи…» Историк Клейн дал в уме самый точный ответ.

Элджер немного помолчал.

— А что насчёт содержания самой фрески?

— Я не отвечал за тот участок и перед уходом не успел внимательно её рассмотреть… — Деррик мгновенно почувствовал стыд.

Элджер без изменения в лице кивнул.

— Найди возможность всё прояснить. Внутри может скрываться нечто крайне важное.

— Хорошо! — Деррик всё сильнее убеждался, что положение не так уж безнадёжно.

Увидев, что он заметно расслабился, Одри с любопытством и лёгким недоумением спросила:

— Мистер Повешенный, если тот мальчик, Джек, действительно дитя Слушателя, о котором вы говорили, почему он способен общаться с Солнцем и остальными?

После обсуждения слов, соответствующих «Розе Искупления», она окончательно убедилась, что в Городе Серебра пользуются языком, отличным от лоэнского и общих языков стран Северного и Южного континентов.

«А над Серым Туманом все способны свободно понимать друг друга, без каких-либо помех. Всё это благодаря силам Мистера Шута…» — от всего сердца похвалила она.

Элджер усмехнулся, взглянув на неё.

— Мисс Справедливость, вы ведь ни разу не сталкивались с потусторонними происшествиями?

— Джек уже превратился в настолько жуткое чудовище. Что ещё не могло в нём измениться? Поверьте, иногда получить языковые знания чрезвычайно просто — на это хватает одной-двух секунд.

— …

Одри моргнула, вновь почувствовав, насколько мало у неё опыта и знаний в мистицизме.

После того как этот вопрос завершился, собрание Таро продолжилось в обычном порядке. Одри посмотрела во главу длинного бронзового стола и произнесла:

— Мистер Шут, в этот раз у меня есть ещё три страницы дневника Розеля. Я всё ещё должна вам семь.

Услышав это, Форс поспешно добавила:

— Мистер Шут, я тоже получила кое-какие отклики. К следующему собранию у меня будут новые страницы дневника Розеля.

— Очень хорошо, — с тихим смешком отозвался Клейн.

Рядом с ними Деррик внезапно вновь ощутил стыд: на прошлой неделе из-за участия в исследовательской команде у него не нашлось времени зайти в библиотеку, просмотреть материалы и заучить исторические сведения.

После короткой процедуры Клейн взял три материализованные страницы дневника и с большим предвкушением начал читать.

«8 августа. Впервые меня пригласили во дворец Белого Клёна на бал, устроенный Его Величеством.

«Эти аристократы до чертиков экстравагантны, а в еде целиком гонятся за новизной. Жареные лебеди, овечьи яйца…

«Должен сказать, сперва я был очень удивлён. Аристократы этого мира, да и только аристократы, действительно любят чистоту; для них в порядке вещей принимать ванны, а туалетная бумага уже появилась в зачаточном виде. Они совсем не похожи на земных аристократов Средневековья.

«Поначалу я думал, что это связано с существованием истинных богов, но позже мне сказали, что такую привычку пришлось выработать из-за какой-то угрозы. Потусторонние определённой Последовательности способны распространять чуму через грязные привычки. Интересно, что это за Путь и Последовательность.

«В тот момент моя первая мысль была такой: у этих аристократов что, с мозгами не в порядке? Раз они боятся чумы, почему не чистят улицы? Почему не построили полноценную канализацию? Почему не пытаются перестроить трущобы?

«Они ведь все живут в одном и том же городе. Неужели, если там вспыхнет чума, здесь всё будет в порядке?

«Ну, если изолировать источники воды, еду и людей и пустить движение только в одну сторону, возможно, и правда обойдётся…

«Но ведь есть болезни, передающиеся по воздуху! Когда я займу высокое положение, я обязательно начну продвигать городское планирование и очистку окружающей среды. Даже без чумы жить в таком вонючем городе ужасно неприятно!

«О да, сегодня вечером меня вызвал к себе Его Величество.

«Я думал, что, раз родился на Земле и получил образование в духе равенства всех людей, то не стану ни заискивать, ни заноситься и сумею держаться спокойно. Но на деле я всё равно страшно нервничал и волновался, бессознательно сгибая спину и склоняя голову. Конечно, я понимаю, что в смысле достоинства равен королю…

«Вот она, чарующая сила власти!»

«Хотя вся эта страница целиком посвящена повседневным делам, Император всё равно сумел меня рассмешить… У него тоже была цель… И правда, даже человек, рождённый в современном мире, сталкиваясь с кем-то высокопоставленным, кто способен влиять на его судьбу, всё равно становится тревожным и начинает льстить…» Клейн улыбнулся, и настроение у него заметно улучшилось.

Он перевернул страницу и продолжил читать.

«11 ноября. Вот-вот продвинусь до Последовательности 4 и стану полубогом.

«После этого, если только я не потеряю контроль, сам уровень моей жизни претерпит качественное изменение. Я больше не буду существом с коротким сроком жизни. Конечно, у разных Последовательностей разных Путей состояние различается.

«Передо мной стояло два выбора. Первый — Алхимик с Пути Учёного, второй — Мистиколог с Пути Соглядатая Тайн. В конце концов я решил не сходить со своего Пути, потому что Скрытый Мудрец — чрезвычайно опасное существование. Впрочем, я всё же подозреваю, что „Он“ не настоящее божество. Возможно, „Он“ стоит на ступень ниже.

«Став Алхимиком, я смогу вложить „душу“ в созданные мной предметы и дать им жизнь. Это и есть чувство Творца. Должно быть, оно просто потрясающе. Именно поэтому я и продолжил выбирать этот потусторонний Путь.

«Получив Потустороннюю характеристику этой Последовательности, я, пожалуй, сумею воплотить ещё больше своих задумок. Настанет день, когда фраза „дело не в том, что мы недостаточно стараемся, просто у читера есть Гандам“ станет буквальной. Гандамом в самом прямом смысле слова!

«Единственная проблема в том, что соответствующий ритуал Алхимика требует вытянуть всю жизненную силу из определённого региона, превратить землю в пустыню и высушить озёра… Чем это вообще отличается от жертвенного ритуала какого-нибудь культа…

«Я всегда чувствовал, что в системе зелий и Последовательностей слишком много тёмных и безумных сторон. Иногда они настолько злы и жутки, что могут довести до отчаяния».

«Император чувствовал то же самое…» Увидев это, Клейн не удержался от вздоха.

Порой и ему казалось, что мир вокруг окрашен в серо-чёрные, безумные тона.

Закон Нерушимости и Сохранения Потусторонних характеристик, закон схождения Потусторонних характеристик, взаимозаменяемость соседних Последовательностей — всё это в конечном счёте приводит к переменам, за которыми стоят трагедии.

«Алхимик — очень интересная Последовательность. Алхимическая жизнь звучит как запретная область, чрезвычайно близкая к сфере божеств… Интересно, успел ли Император создать хоть одного Гандама до того, как его убили? Наверное, нет…» Мысли Клейна ненадолго унеслись в сторону.

Ему было любопытно, каким именно бывает ритуал продвижения для Потустороннего высокой Последовательности уровня полубога. К сожалению, Розель почти ничего об этом не записал. Всё-таки это был дневник, а не записная книжка.

«Последовательность 4 „Мистиколог“ с Пути Соглядатая Тайн тоже звучит неплохо…» Клейн перевернул вторую страницу и вывел перед собой третью.

«23 апреля. Эта кучка аристократов — сущий бардак! Я даже успел решить, что мадам Карен соблазнила меня ради секса, потому что ей приглянулась моя внутренняя сущность. Но кто бы мог подумать, что её муж, граф Шампань, подглядывал из соседней комнаты. Он ещё и пришёл в восторг, а потом, чёрт побери, сам захотел меня трахнуть!

«Простите, но такое я принять не смог, так что просто вышвырнул его из комнаты.

«По сравнению с этой семейкой я просто чистое дитя!»

«…»

Клейн на мгновение потерял дар речи. Частная жизнь Императора Розеля и впрямь была полна бурных событий, а многие аристократы Интиса, похоже, отличались изрядной эксцентричностью.

«Если какой-нибудь аристократ в поисках новизны и правда доберётся до кудрявого бабуина, может даже родиться новая болезнь…» Клейн цокнул языком и опустил взгляд.

«25 апреля. Чтобы взрастить характер и отточить разум, я отправился на рыбалку к Лебединому озеру. Надеюсь, однажды мне доведётся порыбачить в море на русалку.

«Эх, в последнее время я слишком погряз в распутстве. Нужно встряхнуться и изобрести ещё больше вещей. Нельзя оставлять пустоты! Раз уж я переселился в этот мир, то эта эпоха будет отмечена моим именем!»

«…Император, тебе было бы лучше и дальше предаваться распутству…» У Клейна дёрнулись уголки губ, но комментировать он ничего не стал.

Затем он спокойно перевёл взгляд на последнюю запись последней страницы.

«26 апреля. Заратул пришёл с визитом. Я намеренно спросил его, что такое чудо.

«Он в ответ спросил, что думаю об этом я.

«Что думаю я? В моём сердце существует только одно чудо — чудеса цивилизации! К примеру, Великий Сумеречный Зал Фейсакской империи, бывшая резиденция Короля Великанов Аурмира.

«Тогда Заратул наконец дал прямой ответ.

«Он сказал: „Что такое чудо? Чудо — это воскреснуть из мёртвых!“»