Ветер с Севера (гет)

— Может быть, мы отойдем в сторонку? — предложил Ламару. — Там и поговорим.

Люди на них начинали оглядываться, косились тревожно. Конечно, слов они не могли расслышать, однако взволнованные выражения лиц хорошо различали.

— Да, конечно, — согласился Асгволд, и они оба направились к околице их будущего поселения.

Проворным, умелым оборотням не требовалось много времени, чтобы сложить дом. Разбившись на группы, они работали дни напролет, и люди, рубившие и таскавшие на площадку лес, едва за ними успевали. Каждые двое с небольшим суток в будущем городе, которому самые смелые уже предлагали дать название в честь князя, вырастало десять домов. Уже наметились контуры будущих улиц, и князь, идя вечером к их с Джеритой жилищу, тихонько радовался, что первая и самая важная часть строительства подходит к концу. Никто из беженцев не умрет, а прочее пустяки. Пройдет год-другой, и они отстроятся уже более основательно. А пока… Им есть где преклонить голову и спастись от холода, и это главное. В тесноте, но не в обиде.

Асгволд с Ламару прошли в конец одной из улиц, и оборотень заговорил:

— Мы их почуяли в первый же день. Прости, что не сказали сразу, но искушение проследить незаметно и выяснить, что происходит, оказалось слишком велико. Мы ведь понимали, что вы ничего не знаете и не замечаете.

— И кто же они? — поинтересовался князь, нахмурившись.

Как ни старались они, однако враг все равно проник в самое сердце едва заложенного города. И что они теперь хотят? Добить выживших? Разведать и доложить своим повелителям, а потом вернуться и перерезать? Тонкий голос разума, подсказывавший, что им, возможно, просто хотелось уцелеть, как и всем прочим, был с самого начала тонок и вскоре замолк.

— Это те самые скандалисты, на которых жаловался капитан Регвальд, — пояснил кесау. — Мы выяснили, что они присоединились к вам в надежде незаметно и с возможно меньшими потерями добраться до своих. Они планировали покинуть вас в Вутраде, но, узнав о казне и драгоценностях императрицы, решили задержаться. Сегодня вечером они попытаются ее украсть, и тогда уже убегут.

— Та-а-ак, — прошипел, словно рассерженный кот, Асгволд и зло сплюнул.

Губа его дернулась. Прекрасно зная, что в этих деньгах вся жизнь беженцев, они решились на преступление.

— У магов никогда не было ни чести, ни совести, — заметил он.

Или были все-таки, но только для своих? Впрочем, сейчас он не испытывал ни малейшего желания вдаваться в такие подробности.

Ламару в ответ пожал плечами:

— Мы, оборотни, всегда предпочитали не иметь с ними дела. От слишком большой силы проистекает излишняя самоуверенность. Очень легко впасть в гордыню и возомнить себя вершителем судеб, когда некому дать отпор.

— Вы поможете нам еще раз? — спросил князь прямо.

— Смотря в чем, — не стал кривить душой принц.

— Я хочу их поймать с поличным, а после торжественно предать казни. Пусть ни у кого потом не будет повода обвинить нас в несправедливом убийстве.

Ламару кивнул и, не раздумывая, ответил:

— С большим удовольствием. Парни будут рады размяться.

— Спасибо тебе, — прошептал Асгволд.

Они расстались, чтобы вновь встретиться у домика князя после заката. Он предупредил Джериту, чтобы не возвращалась домой до его сигнала, а задержалась у подруги, и сам сел в засаду.

Четыре стража стояли, как и всегда, контролируя вход и заднее окно. Иглисто сверкали высокие звезды, дул с моря стылый северный ветер.

Что ж, им придется привыкать теперь к столь скверной погоде. Но если проклятым колдунам удастся вдруг осуществить задуманное, то какая жизнь их всех ждет? Вполне вероятно, что они очень быстро скатятся в дикость, не имея сил поддержать прежний уровень умений и знаний.

«И чем такая жизнь лучше смерти?» — подумал князь.

Ничем решительно, и даже гораздо хуже. Но разве есть дело до будущего горстки людей тем, кого больше волнует своя собственная шкура? Реши маги просто бежать при первом удобном случае, Асгволд бы махнул рукой и скоро забыл о них. Но второго, уже намеренного, предательства прощать нельзя.

Он снова нахмурился и заскрипел зубами.

А вновь отстроенный городок постепенно смолкал. Стихали голоса, крики, песни.

«Собак вот тоже купить надо будет», — подумал он и мысленно сделал себе заметку занести тех в список. Кто-то же должен охранять дома?

Последние легкие облака вскоре рассеялись, и князь забеспокоился, что маги вполне могут отложить предприятие до более благоприятной погоды.

Сменились караульные, потухли последние огоньки в домах. Асгволд гадал, где ожидают развязки истории оборотни, но, увы, Ламару не стал с ним делиться на этот счет планами.

Мороз все увереннее забирался под плащ, холодил тело. Асгволд уже почти совсем было решился встать и если не уйти, то хотя бы переменить позицию, но тут в самом конце улицы мелькнули чуть заметные тени.

«Маги», — догадался он, и апатию как рукой сняло.

Он подобрался и достал меч, готовый в любую секунду броситься в бой, но сперва следовало дождаться, пока гости выдадут свои намерения. Тихонько свистнув, Асгволд дал понять, что те, кого они ждут, приближаются, и один из гвардейцев чуть заметно кивнул в ответ.

Конечно, он не был полководцем или хотя бы мало-мальски стоящим командиром. И уж подавно никогда не служил в разведке. Но он был воином, как и все прочие представители знати, и с оружием обращаться вполне умел.

Вдруг за спиной послышалось чье-то сосредоточенное сопение, и князь, обернувшись, увидел серьезную морду рыся. Тот посмотрел на человека внимательно и кивнул. Асгволд обратился в слух.

Сердце гулко, тревожно билось. Что, если он в чем-нибудь ошибся, и кто-то сейчас погибнет? Начать жизнь на новом месте с трагедии — поистине была бы кривая ухмылка судьбы! Он закрыл глаза и вознес молитву, сам плохо понимая кому. В Далире в богов не верили, это верно, и его самого воспитывали точно так же. Но именно сейчас ему отчего-то казалось, что кто-то могущественный и добрый взирает на них, ожидая развязки. Асгволд глубоко вздохнул, и в этот самый момент раздались крики.

Четыре серые тени, подобно молниям, промелькнули через двор и бросились к дверям дома. Стража зычно закричала, призывая подмогу, на крылечки соседних домов повываливал разбуженный неурочным шумом народ, а прямо на головы гвардейцам, вступившим в рукопашную с магами, упали, будто с небес, оборотни.

Кто-то закричал из толпы:

— Наших бьют!

Асгволд выругался и вскочил, не решаясь присоединиться к потасовке — в такой свалке от него будет гораздо больше вреда, чем пользы.

Самые сообразительные из мужиков кинулись домой за топорами. Бабы заголосили.

— Чего там случилось-то? — раздался позади толпы чей-то визгливый голос.

— На гвардейцев напали! — последовал ответ.

Не прошло и минуты, как драка закончилась. Один из караульных ругался сквозь зубы и неловко поддерживал раненую руку, другому обожгло половину плеча, однако серьезных потерь удалось избежать. Оборотни в звериной ипостаси держали магов, и больше не оставалось никаких сомнений, что это именно колдуны, а не кто-то иной.

Асгволд убрал меч в ножны и подошел ближе.

— Что, все уже прозрели, а конечности отросли? — спокойно, неспешно оглядев пленников, поинтересовался он.

Вторая группа кесау показалась из-за угла. Они волокли еще трех уже не сопротивляющихся колдунов. Один из магов оскалился и попытался плюнуть князю в лицо, однако тот вовремя увернулся. Стоявший рядом рысь с размаху дал пленнику подзатыльник, и чародей обмяк. Князь обернулся к напряженно замершим людям:

— Вот, полюбуйтесь. Это те, кто не смог добить вас в Далире. Теперь они вернулись, чтобы довершить начатое. Их цель — казна, но сможете ли выжить и построить дома, не имея на это никаких средств? Что с ними делать? Решайте!

Народ, сообразив, наконец, что происходит, обступил князя и оборотней плотным кольцом. Задние напирали, стремясь рассмотреть получше. Раздались гневные выкрики:

— Казнить их!

— На соснах вздернуть!

— Вот еще, вид поганить такими отбросами. Под нож их, и вся недолга!

Асгволд на мгновение прикрыл глаза — сперва война магов, потом катастрофа, сборы и трудный путь. Все это выпило столько сил, что эмоций не осталось уже никаких — ни сожалений, ни гнева, ни жалости. Только смертельная усталость. Лишь мечта, чтобы все поскорее закончилось. Мечта неосуществимая — ведь самое трудное еще только начинается.

«Я никогда не был лидером, — возопил он мысленно, обращаясь сам не зная к кому, — и не стремился им стать. Почему я? И найдутся ли у меня теперь силы, чтобы сделать что должен?»

И все же мысль, несмотря на усталость и опустошение, работала четко и быстро. Вот он, тот единственный шанс познакомиться с местными богами и аккуратно ввести их в обиход людей. Асгволд расправил плечи и обвел толпу решительным взглядом:

— Мы сделаем по-другому. Убить их недолго, но всем нам желательно, чтобы их смерть принесла пользу. Мы пока чужаки в этих краях и понятия не имеем, обитают ли на севере боги. На юге их не существовало, но здесь другая земля и другой мир. Так почему бы не познакомиться заодно со здешними обитателями и не оказать им таким образом уважение, если они существуют?

Асгволд замолчал, давая людям возможность переварить услышанное, а потом, убедившись, что они вполне осознали смысл сказанного им, закончил:

— Магов принесут в жертву местным богам.

Все вдруг разом зашумели. Никто не понял, о каких таких богах идет речь, но если проклятущих колдунов в результате убьют, то какая, в сущности, разница?

— Мороз крепчает, — заговорил стоявший рядом Эсгрид. — К утру, надо думать, ударит лютая стужа. Поторапливаться бы надо, князь.

— Ты прав, мы не можем ждать, — согласился Асгволд. — У нас найдется какой-нибудь камень?

— Поищем, — кивнул кузнец и скрылся в толпе.

Подошла Джерита. С тоской и жалостью посмотрела она на мужа и вдруг прижалась к его груди и всхлипнула, обняв с силой:

— Теперь из-за них ты вынужден стать убийцей. Я ненавижу эту войну, ненавижу магов!

Последние слова она практически выкрикнула. Асгволд крепко обнял жену и ласково, успокаивающе погладил по голове:

— Мы справимся, ты так сама всегда говорила. Теперь я правитель, и защищать народ — мой долг. Я не хотел этого, но ничего не поделаешь. Успокойся, родная.

Джерита подняла глаза, и он, поддавшись порыву, поцеловал ее, вложив в поцелуй всю тоску по родине, всю ненависть к тем, кто ее отнял, а также любовь, что они оба вынуждены были отложить до лучших времен.

Асгволд посмотрел в глаза жене. Любовь? Да, пожалуй, это все-таки правда. То, что начиналось, как обыкновенный светский брак, основанный, впрочем, на взаимном уважении, незаметно переросло в нечто большее.

— Если бы я могла отдать тебе свои силы, — горячо прошептала Джерита, и муж коснулся лбом ее лба.

— Я люблю тебя, — прошептал он в ответ и, отстранившись резко, достал из-за пояса нож.

Выкрикнул в толпу:

— Ну что, есть камень?

— Нашелся! — ответил Эсгрид, подбегая и тыча пальцем в сторону реки. — Вон он, прямо на берегу.

Князь пошел в указанном направлении, позади оборотни вели магов, а следом за ними валила толпа.

Недалеко от холма, там, откуда днем хорошо просматривалась морская даль и были видны крепкие, надежно спаянные друг с другом льды, стоял камень. Не очень высокий, немного скошенный, тем не менее, он вполне подходил для их целей. Князь остановился, поднял лицо к небесам и вдруг, подчиняясь скорее велению души, чем голосу разума, заговорил:

— Боги, если вы есть в этих краях, я обращаюсь к вам. Мы не знаем ни имен, ни облика вашего, но мы пришли с миром. Позвольте нам остаться жить здесь и примите под свое покровительство. Я, князь Асгволд, прошу вас об этом, но я пришел не с пустыми руками, я принес вам кровь — теплую и живую, полную силой. Примите ее, хозяева Вотростена, и избавьте от голода мой народ раз и навсегда, чтобы мы могли прокормить себя долгими зимами.

Он поднял руки с зажатым в них ножом, и оборотни рывком уложили на каменное ложе первого из магов. Увидев воздетое над собою оружие, чародей закричал. Асгволд опустил взгляд и посмотрел на него с нескрываемым презрением, затем поднял нож повыше и с силой опустил. Крик оборвался. Князь вынул окровавленное лезвие, вытащил меч из ножен и отсек магу голову. Кровь обильно хлынула, орошая камень и снег вокруг. Тело стащили, и место его занял другой колдун. Третий, четвертый…

Асгволду было плохо. Лицо его посерело, к горлу подступила тошнота. Но он снова и снова опускал меч, обращая к богам все ту же просьбу — принять народ под свое покровительство и избавить от голода.

Ветер усиливался. Снежинки кололи лицо и руки, падали за шиворот. Толпа стояла, практически не дыша, со следами слепой покорности судьбе на лице, и не сводила глаз с князя. Оборотни, также, подобно людям, завороженные зрелищем, не забывали, впрочем, и об обязанностях конвоиров. Последние маги уже не сопротивлялись.

Наконец, седьмой из них, подобно своим предшественникам, испустил дух. Земля обильно пропиталась кровью и с противным чавканьем хлюпала под ногами.

— Сожгите их, — велел Асгволд равнодушным голосом, — и развейте над морем прах.

Гвардейцы схватили и унесли тела. Потрясенно выдохнув, люди начали расходиться.

Длинная ночь уже близилась к завершению, однако на отдых еще оставалось время. Люди, переговариваясь вполголоса, разбрелись по домам, а князь уселся на крыльцо и немигающее уставился в темноту. Голова кружилась. Перед глазами упорно стояло видение мертвых магов.

— Как ты себя чувствуешь, дорогой? — спросила Джерита и села рядом.

Асгволд улыбнулся через силу:

— Все хорошо, только мысли отчего-то разбегаются. Иди, отдыхай, родная, завтра будет еще один трудный день.

— А ты?

— А я еще немного посижу и скоро присоединюсь к тебе, обещаю. Ступай.

Он подался вперед и поцеловал ее. Джерита вздохнула и, видимо поняв, что сейчас лучше и впрямь оставить его одного, послушно ушла.

Асгволд еще долгое время сидел, бездумно глядя на звезды, но, в конце концов, сон сморил и его. Князь последним из всех ушел в свой домик, расстелил теплый плащ и загасил лучину. Мебель в жилищах пока еще не успели поставить, и спали они кто как, по-походному. Он лег, обнял жену и вдохнул ее знакомый, такой родной запах. Джерита пробормотала что-то во сне и прижалась крепче.

А уже под утро, когда на востоке постепенно начало светлеть небо, его разбудил Регвальд.

— Что случилось? — шепотом спросил князь, сонно моргая, и капитан сделал выразительный знак в сторону выхода.

Асгволд схватил плащ и поспешил к дверям.

— Что случилось? — повторил он, едва оказавшись на крыльце, и зябко поежился с непривычки.

Капитан замялся, потом посмотрел на князя как-то странно и на одном дыхании выпалил:

— Люди, посланные к морю, чтобы сжечь магов и развеять прах, сообщили — лед вскрылся.

— Что?

Асгволд оторопело замер, не в силах поверить услышанному.

— Лед вскрылся, князь, по всему побережью, насколько хватает глаз, — еще раз отчетливо повторил Регвальд. — Уже появились огромные трещины, и он все продолжает таять, будто кто-то его в котелок, висящий над огнем, бросил.

— Это точно?

— Да. Я сам обнюхал тех, кто докладывал — они не пили. Да и где бы они взяли вина в такой обстановке?

Асгволд выхватил из рук Регвальда факел, рывком сорвался с места и бросился на холм — туда, откуда в дневное время открывался хороший обзор. Однако теперь, в предутренний час, разглядеть что-либо, конечно же, было решительно невозможно. Но ведь нет причин не верить гвардии!

Он стремглав помчался обратно в домик, словно подгоняемый в спину ветром, нашел в дорожном мешке охотничий рог и, выбежав на крыльцо, протрубил один раз.

Люди снова начали выбегать на улицу, всполошенно кричать и спрашивать, что случилось на этот раз. Заинтересовавшись шумом, подтянулись с отчетливо читаемым любопытством на мордах рыси. Асгволд поднял руку, и гвалт стих.

— Только что доложили, — отчетливо чеканя каждое слово, заговорил он, — что лед на море вскрылся и продолжает таять. Мы спасены.

Повисло молчание. Конечно, трудно прямо вот так, с ходу, поверить услышанному и осознать его. Лед вскрылся. Но ведь всего несколько часов назад князь лично просил богов помочь им. Должно быть, это и есть их ответ? И что же им всем делать теперь?

— Одно могу сказать на это, — раздался в оглушающей тишине голос принца Ламару, — за те тысячи лет, что мы живем в здешних краях, ничего подобного не случалось ни разу. И если все происходящее правда, то в этом только твоя заслуга, князь.

После слов оборотня закричали все сразу. Джерита плакала, размазывая слезы по лицу, кто-то спонтанно затеял танцы, кто-то просто вопил во всю глотку. Асгволд опустил лицо в руки и пробормотал:

— Спасибо вам, боги.

— Спасибо тебе, князь, — будто эхо, откликнулся Фридрольв.

И теперь, наблюдая за происходящей кутерьмой, Асгволд мог поверить, что они и впрямь выживут и построят новый, не похожий на прежний, мир. Он обернулся к Регвальду:

— Утром пусть рыбаки сходят к морю и посмотрят, есть ли возможность спустить баркас. Надо бы наловить хоть немного рыбы.

— Мы все сделаем, — откликнулся капитан. — Теперь-то уж точно все будет хорошо.

Асгволд задумался:

— Надо будет, вероятно, построить храм. Но об этом мы после обстоятельно поговорим. Еще будет время.

Регвальд отправился наводить порядок, а Асгволд, обняв жену, вернулся в дом. Хотелось еще немного побыть одному. В голову лезли всякие посторонние мысли — о будущем, о детях. И он уже не видел причин, почему надо отгонять их прочь.

И не гнал.

Примечания:

Конец истории )